Польские крылатые гусары

Несколько лестных слов о гусарии

«Я хочу, чтобы у меня было как можно больше гусарских хоругвей, поскольку и раньше так было и сейчас можно видеть, что их огромный опыт делает из гусар основную силу войска… поскольку они представляют cобой украшение и защиту государства, но главное, что такой вооруженной силы ни один другой народ, кроме польского, не имеет и иметь не может…»[1]

Такое мнение о гусарии высказал Ян III Собеский в военном проекте, представленном Сейму в 1676 году. Собеский знал, о чем говорил. Годы военного опыта, десятки и даже сотни битв, в которых принимала участие гусария, доказали, что эта воинская формация была исключительной во всей мировой военной истории.

Ею восхищались как поляки, так и иностранцы. В том же самом 1676 году англичанин Лоуренц Хайд писал: «Когда гусары атакуют, устремившись вперед на полной скорости с копьями наперевес, никто не к состоянии устоять перед ними»[2].

По прошествии более чем десяти лет (в 1689 году), француз Франсуа Паулин Далерак отмечал: «Это правда, что благодаря их копьям, натиск гусарии трудно остановить, поскольку этим копьем они навылет пробивают любую преграду, как будто выполняя упражнение “набрасывание кольца”»[3].

Когда во время Варшавской битвы (29 июля 1656 года) шведская армия оказалась перед лицом атаки немногочисленных гусар, шведский король Карл X Густав отдал приказ «всем командирам бригад и полков, чтобы, когда гусары пойдут в атаку, отряды расступились и дали проход их бешеному натиску, который, как знал король, не мог быть в то время остановлен никакой силой или тактической хитростью»[4].

Представленные выше суждения были высказаны в то время, когда блеск гусарии уже несколько угас. Пик славы крылатых гусар пришелся на период с последней четверти XVI до первой четверти XVII века, когда благодаря гусарским атакам Польша одержала ряд эффектных побед. Именно благодаря гусарам польский гарнизон стоял в Московском Кремле, а польский королевич был избран Московским царем (1610). Это произошло после битвы под Клушино (4 июля 1610 года), в которой армия Речи Посполитой, состоявшая в основном из гусар, разбила не менее чем в семь раз превышающего ее числом противника[5]. Благодаря гусарам была одержана победа над имевшими трехкратное численное превосходство шведами под Кирхгольмом (27 сентября 1605 года)[6]. Именно они под Хотином (7 сентября 1621 года) своей мощной атакой разбили и прогнали с поля битвы имевшее пятнадцатикратное численное превосходство турецкое войско. Видя это, молодой султан Осман II плакал от горя и бессилия[7]. Именно гусары составляли большую часть королевских войск, которые в битве под Любешовом (17 апреля 1577 года) устроили резню над пятикратно превосходящей их числом армией, состоящей из нанятых взбунтовавшимися жителями Гданьска ландскнехтов и самих горожан[8]. И именно благодаря их присутствию с поля битвы под Куртя-де-Арджеш (Curtea de Argeş) 25 ноября 1600 года[9] бежала имевшая пятикратный численный перевес валашско-молдавская армия. Это только несколько примеров из длинного списка битв, в которых прославилась гусария.

Слава… Именно ради нее множество гусар были готовы пожертвовать жизнью, а бывало и так, что именно слава этого рода войск внушала противнику тревогу, и порой один только вид крылатых гусар становился поводом для отступления. Так случилось и в сражении под Любаром (16 сентября 1660 года), где «все польское войско было выведено в поле вместе с пешими полками и орудиями; через некоторое время стало видно, что неприятель начал выходить из своего табора в сторону нашего правого крыла, однако, рассмотрев гусарские хоругви, как впоследствии говорили пленники, повернул назад и вернулся обратно»[10].

Так же было и под Смоленском: «Гусарские роты не принимали участия в битве, поскольку неприятель даже издалека не мог смотреть на них, и сразу бежала Москва с поля битвы, если приближались к ним гусары»[11].

Далее в моей книге будут описаны оружие и защитное вооружение гусар, благодаря которым «украшение и сила польского войска»[12] одерживала такие потрясающие победы. Я расскажу и о людях, которые служили в данной кавалерии, – об их образе мысли и боевых подвигах. Мы заглянем также на поля битв, посмотрим на гусар глазами их противников. Мы увидим, почему в течение долгого времени они уступали польскому рыцарству. Мы также узнаем о причинах упадка такой великолепной формации, какой была гусария. Однако прежде чем мы перейдем к этому, ознакомимся с основной информацией на эту тему.

Основные сведения о гусарии

Польская гусария существовала практически три века – с 1498[13] по 1784[14] год, а можно считать и до 1793 года[15]. В начале своего существования этот вид воинских соединений называли «рацы», что указывает на их сербское происхождение, и в то время они практически ничем не напоминали крылатой кавалерии, с которой сегодня повсеместно ассоциируются. В течение первых нескольких десятков лет своего существования гусары представляли собой легкую кавалерию с копьями, которая или вообще не имела защитного вооружения, за исключением щитов, или использовала только кольчуги, иногда с нашитыми на них металлическими пластинами, и шлемы-шишаки.

Одно из наиболее ранних подробных описаний польских гусар указывает на сербские корни данного вида кавалерии: «Рацы или расцы (это были славяне из Рассеи (Rascyey), из русского народа[16]). Они первыми принесли в нашу страну обычай солдатской службы на Подоле с копьем и щитом на коне (еще во время короля Лешко), затем при Владиславе, короле Польском и Венгерском, наши поляки во время службы с ними посмотрели, как они сражаются. Польская кавалерия до этого была вооружена арбалетами и рогатинами, один конец которых был подвешен к луке седла справа, а второй волочился по земле, поэтому их называли влочнями (копьями) от слова «волочить». Отказавшись от услуг рацов, которые приносили много вреда своим нанимателям, поляки переняли их обычай военной службы. Обычно за такую службу за квартал платили по шесть злотых на коня и возмещали потери в лошадях – согласно Реестру; стрельцы получали семь злотых, копейщики – пятнадцать, вооруженные по-турецки – тридцать злотых»[17].

Оружием гусару служило длинное копье с прикрепленным флажком, предназначенным главным образом для запугивания лошадей противника. После того как копье ломалось, гусар в качестве оружия использовал палаш, кончар, саблю или чекан. В распоряжении гусар имелись также луки, которые использовались крайне редко, и пистолеты. Уже в первой половине XVI века польское рыцарство украшало себя перьями, а позднее гусары стали прикреплять к различным частям своей экипировки крылья, использование которых не было повсеместным, как можно бы было себе сегодня вообразить, просматривая фильмы или альбомы, посвященные польским гусарам.

Постепенно гусария превратилась в тяжелую кавалерию. Первые два упоминания о гусарах в пластинчатых доспехах появляются в реестрах в 1531 году[18]. Спустя тридцать лет от всех гусар стали требовать, чтобы они вместо кольчуг носили пластинчатые доспехи[19]. Однако еще в течение нескольких десятилетий защитное вооружение гусар сильно отличалось одно от другого – в одной хоругви можно было встретить гусар облаченных в доспехи, кольчуги или вовсе без защитного вооружения.

Чем чаще гусар облачался в доспехи, тем реже ему требовался щит. Поэтому от них постепенно отказывались, хотя пользовались щитами как минимум до конца XVI века[20], а периодически и позднее[21].

Одно из последних описаний гусар со щитами относится к 1606 году: «Подъезжая потом ближе к Москве, в виду города встретили мы у Поклонной Горы две роты гусар, коих всего было 224 человека; они принадлежали их милости пану воеводе Сандомирскому и его сыну пану старосте Саноцкому; к ним также примешалось двадцать с чем-то лошадей пана старосты Луковского. Впереди ехали верхами два щитоносца со щитами, по-гусарски блестящие и богато одетые. Щиты у них обтянуты алым бархатом. На одном из щитов два льва из позолоченного серебра держали орла, к которому было прикреплено множество страусовых перьев и три стрелы. На втором щите были изображены большие розы и шренява[22] из серебряных блях»[23].

Внешний вид гусар дополняли наброшенные на плечи пестрые килимы, веленсы (вид покрытия доспехов), делии или же шкуры диких животных – но только хищников. Мода, как сегодня, так и четыре-пять веков назад, менялась, что сказывалось на популярности тех или иных элементов снаряжения и одежды гусара. Необходимо также запомнить, что этот, описанный в общих чертах внешний вид гусара, является определенным упрощением. Это связано с тем, что не существовало никаких правил, которые точно определяли бы, как и во что именно должно быть одето польское рыцарство. Я пишу «рыцарство», поскольку гусары были именно рыцарями, а не «солдатами» (людьми, сражающимися за жалование).

По принципу организации гусария делилась на роты, называемые в позднейшем периоде хоругвями, которые в свою очередь состояли из почтов[24]. Почет – самая мелкая организационная единица старой польской кавалерии. В состав почта входил товарищ, или владелец этого почта, который за свои средства приобретал все снаряжение и оснащение, а также коней и вооружение, необходимые всему почт у как на поле битвы, так и за его пределами (исключением были гусарские копья, обязанность обеспечения которыми лежала на ротмистре, то есть на командире гусарской роты). В состав почта входила также челядь (или пахолики), которая в свою очередь делилась на челядь почтовую и челядь свободную. Первая из них наравне с товарищем участвовала в битвах – привилегией товарищей было, однако, то, что они становились в первой шеренге, а почтовая челядь выстраивалась в боевом ряду за товарищем; вторая обязана была заботиться об имуществе почта, например кормить лошадей, добывать пищу для людей и лошадей, подавать копья сражающимся и тому подобное.

До XIX века самым крупным сражением в Европе была битва под Берестечком в 1651 году. Для участия в ней собралось не менее полумиллиона вооруженных людей[25]. Войска польского короля Яна Казимира Вазы победили взбунтовавшихся казаков, холопов, а также союзных им татар. Такое большое число вооруженных людей объясняется в том числе присутствием в рядах польской армии многочисленной свободной челяди.

Баталия под Берестечком является прекрасным примером эффективности действий гусарии в открытом поле. В решающий день битвы 30 июня 1651 года «[…] полк его милости пана Замойского подкрепил нас, а особенно гусарская хоругвь, после удара копьями которой такая тьма казаков побежала, что аж трудно [описать]»[26].

Снаряжение гусарского почта стоило товарищам состояния. Затраченных на это средств не компенсировали разнообразные выгоды, связанные со службой в данной формации. Замечу только, что самые дорогие гусарские кони стоили несколько тысяч тогдашних злотых, в то время как за службу на этой лошади гусар получал квартальное жалованье, эквивалентное 0,2–0,4 кг серебра[27]. Например, в 1636 году в почте Марка Лаходовского был конь, стоимость которого составляла 2500 злотых (или 20,25 кг серебра[28]), а жалованье в то время равнялось 40 злотым (или 324 г серебра) в квартал. Так что нет ничего удивительного в том, что гусарскими товарищами были только те, кто могли себе это позволить, – богатая шляхта. Вот что писал французский инженер Гийом Левассер де Боплан, который много лет служил в польском войске: «Гусары, служащие в качестве вооруженной копьями конницы, – это шляхтичи с большим состоянием, имеющие до 50 000 ливров дохода. У них очень хорошие лошади, самая дешевая из которых стоит не менее 200 дукатов»[29].

Типичный гусарский товарищ – это образованный, умеющий читать и писать, знающий латынь богатый шляхтич, владелец от одной до трех деревень. Основой его благосостояния была продукция и сбыт плодов земли, а также выращивание животных. Такой шляхтич жил не в городе, а в своем деревенском имении, центром которого являлась деревянная усадьба, которая имела в своем распоряжении такие удобства, которых было бы напрасным трудом искать в построенном во второй половине XVII века французском Версале. В шляхетской усадьбе были «нужные комнатки», представляющие из себя уборные, отходы в которых смывались дождевой водой[30]. При усадьбе в отдельном здании находилась баня, в которой давние поляки, в отличие от современных им жителей Западной Европы, мылись охотно и часто. В имении находился также ряд хозяйственных построек, например: конюшня, пекарня, маслобойня, мыловарня, холодное помещение для хранения продуктов и т. д. Усадьба была не только домом, в котором жил шляхтич с семьей, но и административным центром шляхетских владений. В регионах, которые подвергались татарским набегам, шляхетское имение являлось также оборонительным пунктом, поскольку было окружено, к примеру, палисадом. Шляхетское имение являлось также центром товарищеской и отчасти политической жизни, а поскольку его ворота были широко открыты для путешествующей шляхты и чужеземцев, выполняло оно и функцию бесплатного постоялого двора, где вовсю процветала пресловутая польская гостеприимность.

Статус гусара был очень высоким не только по этой причине. Итальянец Себастиан Цефали в 1665 году отмечал: «Гусары в связи со своими боевыми качествами и военным авторитетом являются наиболее уважаемыми: […] Лучшая шляхта, которая служит на войне, согласно с местным обычаем, входит в состав этого войска, а опытные офицеры, которые командовали хоругвями казаков и иными полками с более низким [чем гусария] статусом, не считают за оскорбление наняться [в гусарию] как простой солдат [товарищ] […] они уважаемы до такой степени, что даже командующие, отдавая приказ, обращаются к ним “братья”»[31].

Служба в рядах гусар требовала особенных умений, в том числе великолепного искусства верховой езды, а также мастерства в использовании самого длинного за всю историю войн копья (его длина доходила до 6,2 метра). Таким копьем гусар был в состоянии повалить любого противника прежде, чем тот мог бы достать гусара своим холодным оружием. Даже пикинеры, которые своими пиками, как правило, останавливали кавалерийские атаки, капитулировали перед натиском польских гусар. А хорошо нацеленный удар копья был способен пробить даже шесть не носящих защитного вооружения пехотинцев сразу[32].

Тренировка гусара не ограничивалась верховой ездой и владением копьем. Польская шляхта была всесторонне обучена владению практически любым оружием из арсенала кавалеристов. Шляхта была известна и своим фехтовальным искусством. До какой степени совершенства во владении холодным оружием доходили некоторые ее представители, свидетельствует пример Габриэля Модлишевского, которого описывают так: «Муж великий и необыкновенно умелый фехтовальщик, у него была такая легкая рука, что он сбивал мелкую монету с головы хлопца, не коснувшись ни единого волоска»[33].

Другим знаменитым фехтовальщиком был Вацлав Янковский. Еще будучи молодым человеком, он «в Ковно, поссорившись с немецкими кнехтами и имея их против себя около сорока, каждого из них ранил мужественно, от них защищаясь»[34].

Составив общее представление о гусарах, перейдем к специфике государства, в котором они функционировали, и стратегии его безопасности. Благодаря этому мы сможем лучше понять и польское рыцарство, и его историю.

Место на карте

Польша – государство в центре Европы. Несмотря на то что ее границы на протяжении более чем тысячелетней истории сильно менялись, одно оставалось неизменным: на севере территория государства была ограничена Балтийским морем, а на юге – Карпатами, высота главной вершины которых составляет 2655 метров, а также Черным морем. Минимальное расстояние между Карпатами и Балтийским морем составляет около 500 километров. Чем дальше на восток, тем больше расстояние. Балтийское и Черное моря разделяют не менее 1200 километров.

Располагаясь в низине между натуральными преградами, Польша становилась территорией, по которой войска шли с востока Европы на запад или наоборот. Поэтому история войн на данной территории является такой длинной и бурной.

Если вести речь об обществе, то Польшу в Европе отличало специфическое положение шляхты – это ей государство было обязано своими взлетами, однако в конце концов именно она стала причиной его последующего упадка.

Дорога к величию

В 1370 году умер последний король Польши из династии Пястов[35] – Казимир Великий. Польское королевство, которое он оставил выбранному им наследнику – Людвику Венгерскому[36], – занимало площадь около 244 тысяч километров, а численность населения составляла 1,2 миллионов человек. За время царствования Людвика Венгерского (умер в 1382 году) территория и численность населения Польши уменьшились в два раза! Этот фатальный итог правления несколько смягчает тот факт, что именно во время царствования данного монарха польские магнаты получили возможность оказывать влияние на процесс наследования престола. После правления Людвика начался продолжавшийся сотни лет процесс предоставления шляхте привилегий или же создания класса граждан. Результатом стало принятие данным классом ответственности за судьбу государства. Уже вскоре это привело к мощной экспансии Польского королевства.

Самым известным рыцарем в истории Польши был умерший в 1428 году Завиша Черный из Гарбова. Его правнук Ян Тарновский (1488–1561) заложил основы так называемого старопольского военного искусства, благодаря которому поляки одерживали победы до конца XVII века. В 1527–1559 годах Тарновский был несколько раз назначен великим коронным гетманом. Именно несколько раз, поскольку в его время на данную должность еще не назначались пожизненно. За свою длинную военную карьеру Тарновский не проиграл ни одной битвы. Его двор играл роль рыцарской академии. Он был автором изданного в 1558 году трактата «Consilium rationis bellicae» (Советы по делам военным). В нем он первым в мире описал метод стрельбы поверх пехоты залпами, позволяющий поддерживать постоянное ведение огня. Это изобретение ошибочно приписывается голландским, испанским и даже японским войскам. Между тем за несколько десятилетий до того, как войска указанных государств начали применять данную тактику, польский гетман предписывал:

«Когда дойдет до битвы, необходимо, чтобы после того как первый ряд выстрелит, он опустился на колено и стал перезаряжать оружие, а в это время стоящий за ними ряд должен дать залп, после чего также опуститься на колено для перезарядки, чтобы и все остальные ряды подобным образом стреляли, а выстрелив, заряжали, как здесь написано»[37].

Тарновский охотно вносил на польскую землю военные новинки. От жителей Валахии он позаимствовал легкую мобильную полевую артиллерию, заряжаемую снарядами, обернутыми бумагой, что увеличивало ее скорострельность. В Италии он увидел новый способ штурма городов и замков, заключающийся в выполнении подкопов под стены. В такой подкоп закладывалась мина (мощный заряд пороха), подрывавшая фрагмент укреплений, и через образовавшуюся пробоину можно было ворваться в город или замок. Таким способом в 1535 году Тарновский взял принадлежавший Великому княжеству Московскому Стародуб. Изменяющиеся в то время методы ведения осад оказали влияние на модификацию конструкций стен. Были созданы бастионные фортификации – более низкие, чем средневековые стены, однако заполненные землей, благодаря чему значительно более стойкие к огню артиллерии. Тарновский понимал всю значимость данных новаций. Вторыми в Польше (после гданьских) фортификационными бастионами может похвастаться замок в Рожнове, этим он обязан именно гетману.

Как военный вождь Ян Тарновский был известен своей твердой рукой. Он также говорил: «…шлюха после отпущения ей грехов становится набожной, а милосердный гетман стоит столько же, сколько и набожная шлюха»[38].

Благодаря очередным униям, привлекательности польской модели государственного устройства, а также самоотверженности и решимости шляхты в отстаивании ее незыблемости (и, конечно же, своих прав и вольностей), территория государства – Речи Посполитой, возникшей в 1569 году после объединения (унии) Королевства Польского и Великого Княжества Литовского, – в течение ровно двух столетий увеличилась более чем в семь раз, а численность населения возросла по меньшей мере в десять раз. Польша заняла доминирующее положение в Центральной и Восточной Европе.

На пике могущества

Процесс роста территории и численности населения не закончился в 1582 году и продолжался еще несколько десятилетий. Только в 1648 году данный процесс остановился. В это время территория Речи Посполитой составляла практически 1 миллион км2, а численность населения – около 11 миллионов человек. Начиная с 1648 года государство постепенно теряло свое значение и уменьшалось, чтобы окончательно исчезнуть в 1795 году.

Период начиная от образования Речи Посполитой Королевства Польского и Великого Княжества Литовского (1569), до восстания Богдана Хмельницкого, вспыхнувшего в 1648 году, был временем, когда государство находилось на пике своего могущества, если речь идет о позиции государства в мире, его экономике, а также значении польской шляхты и возможности влиять на события в Европе. Именно к этому периоду относятся наиболее лестные отзывы о Речи Посполитой[39].

Отзыв француза Жана де Шуанен (Jean de Choisnin) о польской шляхте 70-х годов XVI века:

«Шляхта выделяется среди всех иных народов по пяти причинам: Во-первых, потому что с полной уверенностью можно утверждать, что шляхты в Польше больше, чем во Франции, Англии и Испании вместе взятых.

Во-вторых, в связи с ее благоразумием и ловкостью. […]

В-третьих, польская шляхта […] достойна подражания еще и в связи с характерной для нее отвагой и проворством в военном ремесле. В данном искусстве она может потягаться с любым другим дворянством в мире. Нет народа, который бы так же хорошо и терпеливо сносил мороз, жару и все иные трудности, как поляки. Я могу допустить, что это связано с их воспитанием вместе с соседями, что приводит к привыканию с детского возраста к военным трудностям. Необходимо отметить еще и то, что даже во время мира и нахождения дома, способ их жизни скорее напоминает образ жизни в военном лагере, чем в доме»[40].

В то время Речь Посполитая была государством большим и богатым, налоги были низкими, а безопасность государства обеспечивало минимальное число крепостей, а также очень многочисленный и прекрасно подготовленный к военному ремеслу и патриотически настроенный рыцарский класс. Готовность к военным конфликтам была обусловлена не только тем, что каждый шляхтич имел право ношения любого вида оружия, обращению с которым обучался с детства. Ее порождал сам идеал польской шляхты, рыцарский этос, характерными чертами которого были преклонение перед кавалерией, бой ради славы, сражение в открытом поле лицом к лицу с неприятелем, битва в защиту Речи Посполитой. Стратегия безопасности государства опиралась на использовании всех этих особенностей. Перед лицом грозящей войны апеллировали к чувствам шляхты – защитнице Речи Посполитой, которая, если только была уверена, что война идет в интересах государства и что данная война является оборонительной (то есть справедливой), а не агрессивной (то есть несправедливой), не щадя своей крови и материального состояния, садилась на лошадей и заполняла собой шеренги армии. Если военные действия происходили на востоке или юго-востоке государства (то есть на Украине), или же на просторных и слабо заселенных территориях, большая часть знаменитой польской кавалерии была необычайно полезна. Хуже дела обстояли на усеянном замками, плотно заселенном севере, где возрастала роль пехоты. Шляхта презирала пешую службу, и в связи с этим возникали серьезные проблемы при формировании подразделений надлежащим образом обученной и многочисленной пехоты. В период царствования Стефана Батория (1576–1586) и Владислава IV Вазы (1632–1648) с данными трудностями удавалось справиться. Важные проблемы, возникавшие в связи с нехваткой пехоты, проявились в 20-х годах XVII века во время царствования Сигизмунда III Ваза, что в связи со шведской тактикой, основанной на избегании битв в открытом поле с польской и литовской кавалерией, послужило причиной утраты части Инфлянт.

После первого дня битвы по Гневом в 1626 году, присутствующий при битве шведский канцлер Аксель Оксенштерна писал: «[…] всадники [поляки] сильно нас превосходят, так что мы даже не могли сразиться с ними в поле»[41].