- -
- 100%
- +
Они знали.
Они заранее решили, что я не справлюсь.
Или у них был другой план?
Шаги в коридоре – тяжелые, уверенные – остановили мысли.
Стража вошла первой.
Пять человек.
Достаточно, чтобы не ошибиться.
За ними – лорд Морвенн.
Белый плащ.
Тонкие перчатки.
Выражение лица – без эмоций. Даже без презрения. Только долг. Соль династий.
– Делегация ведьм, – произнёс он, и слова упали в тишину сухо, как кость на камень. – Совет завершил рассмотрение слухов.
Никто не пошевелился.
– Вам не предъявлено обвинений, – продолжил он. – После заключительной церемонии вы свободны вернуться домой.
В груди дернулось что-то похожее на облегчение.
Он выдержал паузу и посмотрел на меня.
– Селин Таль, – сказал лорд Морвенн, и его голос был ровным, как лезвие ножа. – Совет рассмотрел доказательства. Было установлено, что вы проникли в покои предводителя и подняли на него оружие.
Мир звякнул.
Как металл, ударившийся о мороз.
– Вас поместят в казематы до исполнения приговора.
Тишина была абсолютной.
Никто не вскрикнул.
Никто не возразил.
И вдруг меня схватили – резко, уверенно, будто просто переставляли предмет с места на место. Рука стражника впилась в плечо, вторая – перехватила запястье и подтянула к себе.
Холод ударил в кожу.
Металл защелкнулся вокруг запястья – тонкий, гладкий, словно без замка.
Погасло все.
Огонь под кожей, дыхание магии, сама возможность подумать о силе – исчезли.
Я осталась пустой.
– Сдерживающий браслет, – сказал кто-то рядом. Не мне. Для протокола.
Меня потащили вперед. Я дёрнулась – тело подчинилось, но внутри было тихо, мертво.
Как будто меня вынули из самой себя.
Я подняла голову – ведьмы стояли, как каменные. Не подходили. Не говорили.
Найра смотрела прямо на меня.
Без жалости.
Без торжества.
Просто – как на шаг, сделанный по плану.
– Пощадите сына! – сорвалось у меня, как рана, как кровь, как просьба, которую нельзя было не сказать.
Слова ударились о стены и растворились.
Меня повели вниз – по узкому коридору, где воздух становился тяжелее с каждым шагом.
Камень холодил. Свет гас.
И только браслет на запястье весил так, будто держал всю мою жизнь.
Глава 15 Когда долг режет горло
Кайрен Ардэлл
Едва ночь отступила, я уже был на ногах.
Спать не получалось – слишком много тишины, слишком мало ответов.
В голове всё снова возвращалось к одному: к лицу, которое было не её, и к клинку, блеснувшему у моего горла.
Я до сих пор чувствовал сталь кожей, хотя раны не было.
Ведьмы содержались под наблюдением – так мне сказали на Совете.
Временная мера. Охрана. Проверки. Осторожность.
Один день, который я выпросил – и для них, и для себя.
Этот день истекал.
Я позвал стражу и приказал проводить меня к ним.
Мне нужно было видеть их. Видеть ее. Убедиться, что то, что случилось ночью, – не больше чем чужая подмена, ловкий обман, а не правда, в которую так удобно поверит Совет.
Коридоры были непривычно тихими.
Замок дышал тяжело, будто сам чувствовал, что сегодня придётся выбирать, кого сдать ради спокойствия остальных.
Полумрак стоял тот самый – еще не свет, но уже не ночь.
Та серая зыбь, в которой чаще всего совершаются грязные решения.
И именно в этой серости я узнал – слишком поздно, – что одно из таких решений уже принято.
Стражник перехватил меня в переходе к западному крылу.
– Милорд, – он поклонился слишком низко, почти виновато. – Делегация ведьм освобождена. Им возвращены покои.
Сердце на миг отпустило.
– И Селин Таль? – спросил я ровно.
Стражник вздрогнул.
Это был первый удар.
– Милорд… леди Селин Таль… – он сглотнул. – Она заключена в нижнем блоке. До решения Совета.
Холод прошелся по позвоночнику.
– Кто отдал приказ?
– Лорд Морвенн, милорд. В связи с… – он замялся, – с покушением.
Я застыл.
Покушение.
Подмена.
Морвенн.
И – ни слова мне.
Гнев поднимался медленно – как огонь, который сначала греет грудь, а потом рвётся наружу, ломая рёбра изнутри.
Но я его удержал. Сейчас нельзя.
Селин не могла напасть на меня.
Я видел это в её глазах той ночью – наяву или нет, но видел.
Она не подняла бы клинок против меня.
Никогда.
И если я понимаю это – Морвенн тем более понимает.
Он слишком умен, чтобы поверить в подобную ложь.
Значит, дело не в правде.
Дело – в выгоде.
Коридор перед покоями, где обычно собирался Совет, был пуст.
Так бывает только тогда, когда решение принято без тебя.
Морвенн стоял у окна, спиной ко мне, будто рассматривал дождевую полоску на камне, а не ждал моего появления.
– Лорд Морвенн, – начал я жёстче, чем хотел. – Вы не имели права отдавать приказы без моего ведома.
Он даже не повернулся сразу.
Стоял спокойно – слишком спокойно.
– Я имел право, – ответил он наконец. – Потому что вы – будущий супруг моей дочери. И правитель престола, который сейчас шатается. И если вы заняты… другими мыслями, то кому, как не мне, удерживать равновесие?
Холод стал острее, как лезвие под ребром.
– Её задержание было необходимо, – продолжил он ровно. – Никто не говорит ни о казни, ни о приговоре. Она будет содержаться под стражей до заседания Совета.
– Совет ещё не собирался.
– Соберется. И ему нужно будет увидеть, что вы владеете ситуацией. Сегодня завершающий день церемонии. Домам важны не слова, а знаки. Если вы покажете слабость сейчас – вы потеряете не ведьму. Вы потеряете всё.
Он сделал шаг ближе.
В его глазах – ни капли волнения. Только расчёт.
– Ваш долг – не спасать гостью, – сказал он тихо. – Ваш долг – укрепить союз, дать стране наследника и показать миру, что трон для вас выше сердца.
Я сжал кулаки, чувствуя, как ногтями режу собственную ладонь.
Он наклонил голову – учтиво, почти вежливо. Но этот жест был предупреждением.
– Вам стоит думать не о судьбе ведьмы, – произнёс Морвенн. – А о судьбе вашей власти.
И он ушёл.
Оставив после себя запах дыма… и ощущение, будто меня только что загнали в клетку.
Коридоры будто сжимались, глотали воздух.
Каждый шаг отдавался под рёбрами – потому что внутри все рвалось наружу: отменить. Остановить. Плюнуть на обеты и на династии, на долбаную роль, что навесили на меня.
Этот союз уже пах ненавистью.
Я остановился у двери.
Рука легла на латунную ручку сама – как будто тело решило раньше сознания.
За дверью – женщина, которую я обязан повести к алтарю.
А под камнями в темнице – ведьма, которую я не имел права даже желать спасти.
Но именно её запах стоял передо мной.
Её голос.
Её страх.
И клинок, блеснувший возле моей шеи.
Не её клинок.
Я вдохнул еще раз – ровно, почти отрывисто.
Если я войду…
Если скажу всё, что кипит внутри…
Мир снова треснет.
Я сжал пальцы на ручке.
Металл был холодный.
Как чье-то горло.
Глава 16 Право, которое лучше не использовать
За дверью – женщина, с которой меня сегодня должны обручить перед всеми домами.
В подвале – ведьма, которую уже успели записать в предатели.
А между ними – я, который слишком поздно понял, что собственный трон стал ловушкой.
Если отступлю сейчас – меня дожмут.
Если войду – тоже.
Я всё-таки дернул ручку.
Покои Лайрисы были безупречны, как и она сама.
Ткань, золото, ледяной порядок.
Она стояла спиной ко мне перед зеркалом, поправляя цепь у горла.
– Ты рано, – произнесла она, увидев меня в отражении. – До церемонии еще несколько часов.
Я закрыл за собой дверь.
– Нам нужно поговорить.
Она повернулась. Никакого удивления. Только сосредоточенность – холодная, расчетливая.
– Если это о ведьмах, – протянула она, – Совет уже принял меры. Делегация освобождена. Ты же этого хотел.
– Хочу знать другое, – прервал ее я. – Почему одна из них сидит в цепях?
Пауза. Незаметная, но она была.
– Селин Таль, – произнесла Лайриса ровно.
– О ней.
– Она напала на тебя. В твоих покоях. – Лайриса говорила без нажима, как человек, уверенный в весе собственных слов. – Стража подтверждает проникновение. Ты думаешь, Совет может оставить подобное без внимания?
Я шагнул ближе.
– Стража не видела её лица. И Совет тоже. У них только твоя версия.
Подбородок Лайрисы чуть приподнялся.
– Ты сомневаешься во мне?
– Я знаю одно, – тихо сказал я. – Селин не подняла бы клинок на меня по своей воле. И ты знаешь это не хуже меня.
В её глазах дрогнула тень – не эмоция, а расчет.
– Но остальные верят, что подняла, – ответила она. – А значит твоя власть сейчас крепче. Никто не заметит исчезновения одной ведьмы. Зато увидят правителя, который не дрогнул.
Жар поднялся изнутри – жёсткий, почти обжигающий.
– Ты решила за меня, чем мне жертвовать?
– Я защитила нас, – возразила Лайриса. – Наш союз и твой престол. Если виновная сидит внизу, то остальные дома спокойны. Всё просто.
И вот тогда я увидел: для неё это и правда было просто.
Фигуры на доске. Каждая – на своём месте.
– Ты слишком многое позволяешь себе решать за меня, – произнес я жестко.
Тишина стала острее.
– Что ты собираешься делать? – спросила она. В голосе – тонкий металл.
Я вдохнул.
– Обряд присвоения жизни.
Она замерла. Пальцы на цепочке чуть дрогнули.
– Его не использовали веками.
– Но он всё ещё действует.
Пауза стала вязкой.
– Этот обряд, – напомнила Лайриса, – связывает правителя и преступника слишком крепко. Он ударит не только по ней, но и по тебе. Ты уже никогда не будешь прежним.
Я кивнул.
– Я знаю.
Её взгляд стал резче.
– И ты действительно хочешь связать себя с ведьмой? С той, кого считал мёртвой и давно забыл?
Я выдержал ее взгляд.
– Да.
Она молчала несколько долгих мгновений.
– И ты всё ещё собираешься жениться на мне после этого? – спросила не мягко, а с тенью вызова.
– Если ты сегодня станешь моей женой, – сказал я с ударением на первом слове, – ты будешь слушаться меня. Не отца. Не Совет. Меня. И больше никогда не посмеешь плести интриги за моей спиной.
Лайриса прищурилась – впервые.
Это была не уступка. Я изменил правила, и она это поняла.
– Делай, что считаешь нужным, – произнесла сдавленно. – Но помни: Совет повернёт твой выбор против тебя. И против нее.
– Не сильнее, чем это сделала ты, – ответил я.
Она едва заметно дернулась.
– Тогда иди. До церемонии осталось мало времени.
Я вышел.
Зал Совета встретил меня холодом. Морвенн уже был там, будто ждал.
– Милорд… – начал он.
– У меня заявление, – перебил я.
Тишина стала плотнее.
– Ведьма Селин Таль обвиняется в покушении на мою жизнь. Совет готовит приговор?
– После церемонии… – начал один из старейшин.
– Нет, – сказал я. – Приговора не будет. По праву правителя я требую применения обряда присвоения жизни.
Воздух в зале дрогнул.
Старейшины переглянулись. Морвенн впервые потерял маску спокойствия.
– Ты понимаешь последствия? – спросил он.
– Лучше, чем вам бы хотелось, – ответил я.
– Такие связи не рвутся сами, – заметил советник. – Любая твоя рана ударит в нее. Но и ее смерть ослабит тебя. Это клеймо. Не милость.
– Мне не нужна ни милость, ни ваша казнь, – сказал я. – Мне нужно, чтобы её освободили из подвала – живой. И чтобы решение было за мной.
Морвенн медленно кивнул.
– Мы подготовим писца. И заверим обряд официально. Сегодня же.
– До церемонии, – уточнил я.
– Как пожелаешь.
Коридор, ведущий в нижний блок, был холоднее прежнего. Камень будто скрипел под ногами.
Я шел один. Без стражи.
С каждым шагом внутри поднималось чувство, похожее на напряженный аккорд:
не страх,
не вина,
решимость, за которой нет пути назад.
Где-то впереди, за камнем и железом, сидела ведьма, чей приговор и спасение я только что подписал.
Пламя внутри меня дрогнуло.
Слабый отклик.
Она была здесь.
Я остановился перед дверью.
Рука легла на железо.
За этой стеной – та, кого мир уже решил назвать преступницей.
А я – связать с собой.
Как сказать ей, что казни не будет…
что будет другое?
Что хуже.
Но позволит ей жить.
За дверью кто-то шевельнулся.
Я вдохнул, сжал пальцы на засове –
и потянул.
Глава 17 Тонкая нить между нами
Путь вниз оказался длиннее, чем должен быть.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.