Избранница зверя. Его проклятие

Глава 1

Между мной и Славомиром оставалось не больше трех шагов. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Дыхание сбилось, и я замерла в нерешительности. Смотрела жениху в глаза и не могла пошевелиться.

– Все будет хорошо, – произнес он одними губами и протянул мне руку.

Я вложила свою ладонь в его и слабо улыбнулась. Заплетенная яркими лентами коса качнулась от внезапного порыва ветра. Деревья согнулись, теряя зеленые листья. Над лесом поднялся гул, напоминавший вой оголодавшего зверя. По спине пробежал холодок. Я поежилась, но не отступила.

Славомир повел меня по брачному кругу, завершая древний ритуал. Мы успели сделать несколько шагов, когда разразилась буря. Стремительно почерневшее небо рассекали молнии, обещая приближение дождя. Ветер выл, бросаясь на деревья и гневно ломая ветки.

Природа противилась нашему союзу, но мне было все равно. Пусть даже сам Перун против, я любила Славомира и обещала ему стать женой.

Волхв трусливо покосился на небо, перестав читать брачную молитву. Люди взволнованно зашумели.

– Продолжайте, – потребовал Славомир, сжимая мою ладонь в своей.

Но случилось непоправимое. Запястье обожгло, и на светлой коже отчетливо проступила клыкастая морда волка. Я вскрикнула, разворачивая кисть, и все увидели уродливое клеймо.

Лицо жениха перекосило. Он еще колебался несколько секунд, но все-таки отпустил мою руку и попятился к остальным, оставляя меня одну среди деревьев.

– Почему? – всхлипывая потянулась я к нему.

Он дернулся и отвернулся.

– На тебе метка зверя, – торжественно объявил волхв. – Теперь ты принадлежишь ему.

Никакого зверя рядом не было, а любимый стоял в какой-то паре метров. Я еще не забыла его горячие губы и лживые клятвы любить всегда.

Почему же теперь он стыдливо отводил глаза, словно видел меня впервые?

Волхв поднял над головой посох, и толпа затихла в ожидании окончательного приговора. Я едва успела проститься с надеждой на счастливое замужество, как меня настигла куда худшая весть.

– Забава, тебе выпала честь стать невестой зверя! – провозгласил волхв сипло.

– Мама, отец, – закричала я, поворачиваясь к семье и рассчитывая на помощь.

Папа виновато опустил глаза, втягивая голову в поникшие плечи. У матери по щекам катились слезы. Губы подрагивали, шевелясь в беззвучной молитве. Младшую сестренку она прижала к себе, не позволяя смотреть на происходящее.

Двое мужчин связали мне руки и потащили в лес. Я извивалась и умоляла отпустить, но все бесполезно. Меня привязали к ритуальной сосне и оставили ждать своей незавидной участи.

Первые несколько часов я рыдала, надеясь на чудо. Пыталась кричать и звать на помощь, пока окончательно не сорвала голос. В горле пересохло. Меня нестерпимо мучила жажда, но никто не принес мне воды, словно проклятой судьбой можно заразиться. К вечеру я так устала, что впала в мутное забытье, повиснув на грубых веревках.

Когда я пришла в себя, ночь уже опустилась на землю густой темнотой, наполнив воздух прохладой и миллионами непонятных звуков. Я не видела дальше метра перед собой. Страх сковал меня сильнее оков. Дрожала всем телом, измученная усталостью и жаждой, с ужасом представляя ожидавшую меня судьбу.

Сбоку послышалось легкое шуршание листьев. Я испуганно заморгала. Сердце колотилось в груди, заглушая остальные звуки.

– Потерпи, я тебя развяжу, – произнес знакомый голос неожиданно близко.

– Отец, – радостно прошептала я, напрягая пересохшее горло.

Он освободил мне руки. Я неловко потерла запястья и едва не рухнула в траву, с трудом держась на негнущихся ногах и цепляясь за стволы деревьев.

– Идти сможешь? – спросил он требовательно, протягивая мне бурдюк с водой.

Я неопределенно кивнула, надеясь, что все проблемы остались позади.

Отец заберет меня домой, и все будет как прежде.

– Слушай внимательно, Забава, – обхватив руками мое лицо, проговорил он взволнованно. – Пойдешь на север, пока не окажешься у реки. Дальше двигайся вдоль течения. Ближе к устью есть крупное поселение, где тебя никто не знает. Спрячь метку и живи. Главное живи. И никогда сюда не возвращайся.

– Но как же вы? – прошептала я, не желая принимать случившееся. – Славомир придет за мной. Он меня любит.

Отец горько усмехнулся.

– Он уже и думать о тебе забыл. Завтра засылает сватов к Василисе.

Не может быть. Мы же еще утром планировали пожениться. У меня защемило в груди. Глаза резало от непролитых слез, но я держалась.

Отец тяжело вздохнул и крепко прижал меня к груди.

– Я буду по тебе скучать, Забава, – прошептал он.

Резко поднялся и, не оборачиваясь, побрел в сторону деревни. Какое-то время я смотрела ему вслед, стараясь сохранить в душе дорогой образ.

Из задумчивости меня вывел хруст веток вдали. Я вздрогнула. Прислушалась к темноте, но звук не повторился. Оставаться на месте было опасно. Повесив на плечо бурдюк, я поплелась на север, с трудом разбирая в темноте дорогу.

После дня, проведенного у дерева, ноги болели, и я часто останавливалась, чтобы передохнуть. Прислонилась к березе и снова услышала подозрительный треск. На этот раз он раздался ближе. По спине пробежал холодок. Я оглянулась, но ничего не смогла разглядеть в густой темноте леса. Оторвалась от дерева и пошла дальше, стараясь наступать как можно тише.

Так я шла довольно долго, испуганно прислушиваясь к легкому похрустыванию веток где-то рядом.

Волк появился внезапно. Просто стоял на холме. Черная шерсть переливалась в серебристых лучах луны. Желтые глаза мерцали как золотые монеты. В открытой пасти виднелись острые как лезвия клыки.

Первой реакцией было замереть. Сердце испуганно рухнуло в пятки, и я побежала. Не разбирая дороги и не глядя под ноги, неслась, едва успевая огибать стволы деревьев. В груди застрял не вырвавшийся крик. Я судорожно хватала воздух открытым ртом, ощущая его приближение каждой клеточкой тела.

Внезапно лес расступился. Я не успела затормозить и с размаху слетела с обрыва. Река приняла меня в себя, накрывая холодными волнами, и понесла вниз по течению. Заставляя тело сотрясаться от ужаса, над головой разносился леденящий кровь вой. Волк потерял свою жертву.

Но вздохнуть с облегчением у меня не получилось. Мокрое платье упрямо тянуло меня на дно. Течение нещадно било о камни, не позволяя зацепиться и выбраться на берег. Я махала руками и трепыхалась, стремясь удержаться на плаву. Сколько прошло времени, я не знала. Но когда надежда спастись почти оставила меня, река повернула, и я налетела на бревно. Вцепилась в него заледеневшими руками и залезла сверху. На рассвете меня полуживую и ободранную прибило к берегу. Я выползла на траву и рухнула без сил, пролежав животом вниз до полудня.

Когда солнце высушило мою одежду и начало припекать затылок, я, наконец, смогла подняться на ноги. Собрав немного ягод на завтрак и пополнив запас воды, я продолжила свой путь. Нашла тропинку, скромно вьющуюся по берегу реки, и побрела вдоль течения, надеясь выйти на описанное отцом поселение.

И действительно спустя несколько часов лес отступил, тропинка свернула в поля, превращаясь в широкую дорогу. Впереди показалась деревня со стройным рядом добротных домов и колосистыми посевами.

Крестьяне, работавшие на земле, бросали на меня удивленные взгляды. Вид у меня был потрепанный и усталый. Остановившись у одной из построек, я обратилась к дремавшей на солнце старушке.

– Простите. Нет ли здесь для меня какой-нибудь работы? – спросила я несмело.

Женщина окинула меня сочувствующим взглядом и посоветовала:

– Иди в острог. У князя скоро свадьба, что-то для тебя да найдется.

И действительно впереди виднелся высокий частокол, приглашая внутрь открытыми воротами. Натянув сильнее на запястья рукава, я поспешила туда, надеясь найти ночлег и хоть какую работу.

– Как зовут? – спросил меня страж, охранявший вход. Окинул внимательным взглядом и недовольно поджал губы. – Откуда бредешь и зачем пожаловала?

– Забавой меня называют. Не местная я. Работу ищу. Может, есть что подходящее у князя в хозяйстве? – поинтересовалась я, скромно опуская глаза.

Страж помолчал несколько долгих секунд, а потом посоветовал тихим голосом:

– Шла бы ты отсюда по добру по здорову.

Я удивленно подняла на него глаза, собираясь настоять на своем, когда рядом появилась дородная женщина с тазом, полным белья.

– Кто это к нам пожаловал, Илья? – спросила она с любопытством.

– Обычная попрошайка, – ответил мужчина, показательно тыкая рукой в сторону леса.

Но я не была бы собой, если бы от меня было так просто избавиться. Поправив растрепанные волосы, я заявила громко, чтобы меня точно услышали.

– Я работу ищу. Нет ли у вас чего подходящего?

Женщина весело усмехнулась. Осмотрела меня со всех сторон и добродушно ответила:

– Может, что и найдется. Готовить умеешь? А воду таскать не поленишься?

Я радостно закивала, согласная на все.

– Ну что же. Если тебя переодеть и причесать, даже на человека будешь похожа. Меня, кстати, Зареславой зовут, я слугами князя управляю.

Обижаться на ее замечание не было сил, и я благодарно улыбнулась. Она махнула мне рукой, предлагая идти следом, и я послушно поплелась, с трудом передвигая натруженные ноги.

Мы обошли роскошные княжеские хоромы с резными ставнями и округлыми куполами на крыше, свернули на задний двор, по которому гордо расхаживали куры и индюки, и вошли в длинный бревенчатый барак, разделенный на крохотные комнатки тонкими перегородками.

– Здесь у нас жилье для прислуги. Располагайся, Забава. Попрошу тебе чистую рубаху принести и гребень. Князь за невестой уехал, так что сегодня можешь отдохнуть, а завтра нас всех ждет много работы. Будем к свадьбе готовиться.

Я растерянно кивнула, не предав ее словам особого значения. В тот момент все мои мысли были прикованы к набитому соломой тюфяку, что манил склонить на него голову. Что я и сделала, едва женщина вышла за дверь. Рухнула на подушку, закрыла глаза и проспала до следующего утра, пропустив все самое интересное.

Утро встретило меня пением петухов во дворе и громким урчанием голодного желудка. На стуле рядом лежали чистые вещи. Я с удовольствием поменяла свое разорванное платье на простую рубаху, достающую мне почти до пят, подвязала ее кушаком и принялась расчесывать волосы, заплетая в тяжелую косу.

Когда выскочила во двор, там уже сновали слуги. Я в растерянности смотрела по сторонам, не зная к кому обратиться.

– Проснулась? – подошла ко мне Зареслава, вынырнув из хозяйского дома. – Пойдем, покормлю и введу в курс дела.

Она проводила меня на кухню, где усадила за длинный деревянный стол с простыми лавками. Передо мной поставили миску с еще дымящейся кашей, и я с трудом сдержалась, чтобы тут же не кинуться орудовать ложкой. Женщина заметила мой горящий взгляд и с насмешкой произнесла.

– Ты ешь. Небось, несколько дней голодной ходишь. Вижу, жизнь тебя изрядно потрепала.

Это было не совсем правдой, но истинные обстоятельства я не планировала раскрывать. Схватила ложку, и все мое внимание поглотила каша. Когда первый голод прошел и в желудке появилась приятная сытость, я подняла на женщину вопросительный взгляд.

– Что случилось? Почему во дворе так тихо? Разве не на сегодня запланирована свадьба? – выдала я, с удивлением замечая царящую вокруг безрадостную атмосферу.

– Князь вернулся ночью. Один. Постарайся не попадаться ему на глаза, особенно сейчас, когда он рвет и мечет, – проговорила Зареслава задумчиво.

– Девушка ему отказала? – удивленно протянула я, не представляя, как проходит сватовство у подобных людей.

– Это не наше дело. Имей в виду, я сплетен среди слуг не терплю, – произнесла она строго, и я опустила глаза в тарелку, боясь сболтнуть лишнего.

– И запомни еще вот что: по ночам из своей комнаты ни ногой, что бы ни случилось. Поняла?

Я кивнула. Напутствие показалось мне странным, но разгуливать ночью по двору в мои планы и так не входило.

День пролетел быстро. Я выполняла мелкие поручения на кухне, знакомясь с кухарками и остальной прислугой. Женщины поглядывали на меня настороженно, не спеша завязывать дружбу.

– Руки нежные, как у какой-нибудь княжны, – пробурчала немолодая повариха за моей спиной.

– Перестань, Богдана. Девочка старается. Что ты на нее взъелась? – встала на мою сторону служанка помоложе.

С ней я и попробовала завязать разговор, когда в обед за общим столом мы сели рядом. Ратиша оказалась девушкой общительной и приятной.

– Давно ты здесь работаешь? – спросила я, помогая ей дотянуться до хлеба.

– Да уж два года скоро исполниться, – гордо ответила она. – Не переживай, тебе здесь понравится. Зареслава у нас хоть и строгая, но справедливая. Никогда зазря наказывать не станет. Главное, хозяину на глаза не попадайся.

Следовать последнему совету было несложно, мои обязанности ограничивались задним двором, где я и провела целый день. Затушив чадящую лучину, я пораньше легла спать.

Проснулась среди ночи в холодном поту. Мне снился зверь. Сверкая белоснежными клыками, волк наступал на меня, с каждой минутой подбираясь все ближе. Я вытерла ладонью проступившую на лбу испарину и вздрогнула, услышав протяжный волчий вой. Он раздавался так близко, словно животное сидело в соседнем дворе. Я испуганно задрожала.

Вокруг высокий частокол, ворота закрыты. Никто не проникнет сюда ночью.

Волк взвыл еще громче. В этом звуке было столько тоски и боли, что у меня невольно сжалось сердце. Я натянула выше свое простенькое одеяло и свернулась в клубок. Вой продолжался всю ночь, и только с первыми лучами, наконец, стало тихо.

Улучив удачный момент, когда вокруг никого не было, я спросила у Ратиши:

– Ты слышала ночью волка?

Она испуганно заозиралась и, поднеся палец к губам, прошептала:

– Никому не говори об этом.

– Да он выл на всю округу. Было невозможно уснуть, – с легким раздражением заметила я. Какая из этого тайна?!

Но Ратиша на меня зашипела.

– Никогда. Слышишь, никогда не упоминай в этом доме волков. Иначе быстро потеряешь работу.

Последнее замечание мигом привело меня в чувства. Я кивнула и вернулась к своим делам, решив, что еще успею все выяснить.

Так прошло несколько дней. По ночам невозможно было спать. Душераздирающий волчий вой разносился по округе, заставляя сердце испуганно сжиматься. А днем все делали вид, будто ничего не происходит. Я уже начала сомневаться, не сошла ли я с ума. Возможно, этот вой был только плодом моего воображения. Но случайно подслушанный разговор развеял мои сомнения.

– Когда же он успокоится?! – вздохнула одна из кухарок. – Я все время хочу спать, скоро буду дремать стоя, как лошадь.

– И не говори. Молва уверяет, что волки однолюбы, – закончить женщина не успела, заметив меня за спиной.

– Ты что здесь бродишь, Забава, – с раздражением обратилась она ко мне. – Отнеси вот лучше похлебку Степану на конюшню.

Я послушно взяла дымящуюся миску из ее рук и направилась в сторону низкой постройки в конце двора, аккуратно глядя под ноги.

Степан сидел на пеньке, занимаясь ремонтом повозки. Заметив меня, мужчина поднял голову и приветливо улыбнулся.

– Спасибо тебе, Забава, – забирая миску из рук, поблагодарил он.

Внутри здания заржала лошадь, и мне захотелось посмотреть на красивых животных.

– Можно войти? – несмело попросила я мужчину.

Он утвердительно кивнул.

– Недолго.

Внутри пахло лошадьми и сеном. Я сделала два шага и остановилась, позволяя глазам привыкнуть к темноте помещения. Рядом заржала лошадь, я погладила ее по темной голове, жалея, что не прихватила с собой яблоко.

– Ты кто? – прозвучал рядом незнакомый голос, словно появился из пустоты. – Я тебя не знаю.

Я повернула к нему голову, собираясь представиться, но замерла, потрясенная красотой собеседника. Он был молод, широк в плечах и выше меня на голову. В ореховых, почти желтых глазах плескалась насмешка. Темные волосы падали на лоб волнистыми прядями.

– Язык проглотила? – поинтересовался он, подходя ближе.

Я попятилась, но наткнулась на изгородь и остановилась в нерешительности, не зная, как лучше поступить: ответить на издевку или сразу убежать.

– Забава, – еле слышно прошептала я, чувствуя, как язык прилипает к небу.

– Что ты здесь делаешь, Забава? – придвигаясь еще ближе и подозрительно втягивая ноздрями воздух около моей головы, спросил он.

– Обед Степану принесла, – пролепетала я испуганно и выскочила на воздух, припустив обратно в сторону кухни. Даже не поворачивая головы, я знала, что он смотрит вслед. Так остро ощущала настойчивый взгляд между лопаток.

До самого вечера незнакомец не шел у меня из головы. И за ужином я не удержалась, спросила у Ратиши:

– Что это за помощник у нашего конюха? Почему он никогда с нами не ест?

– Помощник, у Степана?! – девушка звонко рассмеялась. – Зачем ему? На конюшне и так заправляет хозяин. Он у нас любитель лошадей и побольше Степана о них знает.

– А ты почему спрашиваешь, – с подозрением уточнила она.

– Да так. Показалось, что там еще кто-то есть, – ответила я, отводя глаза в сторону.

Вот он оказывается какой. Наш князь. Мое воображение рисовало зрелого статного мужчину с вкраплением седых волос и тяжелым взглядом. А этот молодой и красивый. Какая девушка стала бы ему отказывать в браке?!

Я тяжело вздохнула, вспоминая о собственном женихе. Отец был против моего выбора. Говорил, что Славомир мне не пара. Обнищавшая, утратившая все земли семья, мы все же были из княжеского рода. Происхождение – единственное приданое, что я могла дать жениху. Для Славомира это не имело значения. Его родня была богаче многих князей, а отец безудержно жаждал власти. Но Славомир оказался не таким. Он покорил меня открытой улыбкой и трепетными ухаживаниями. Ни разу он не позволил себе лишнего или грубого слова в мой адрес. С ним я была бы счастлива, а наша семья получила бы так необходимые деньги. Теперь этим мечтам не осталось места.

Метка лишила меня всего: дома, семьи, будущего.

– Забава, – позвала меня Зареслава.

На лице женщины было написано раздражение. Губы недовольно поджаты. Брови сдвинуты.

– Разве я не просила тебя не попадаться хозяину на глаза? – прошипела она злобно, когда мы отошли дальше от общего стола.

– Но я…, – попробовала я оправдаться.

Как могла я предположить, что встречу мужчину на конюшне?!

– Будешь прислуживать ему за ужином, – с осуждением качая головой, потребовала она. – Стой в сторонке и постарайся ничего не уронить. Другие девушки лучше знают, что делать.

Я послушно кивнула. В груди вспыхнула радость, когда представила, что снова увижу мужчину. С двумя другими девушками меня отправили в княжеские палаты. Мы прошли по открытому балкону, что соединял хозяйственный корпус и основной дом. Я споткнулась и едва не разбила себе нос, засмотревшись на богатое убранство.

– Стой здесь и не мешайся под ногами, – велела мне одна из служанок грубо, с презрением поглядывая на мой скромный наряд.

Сама она была одета в красную юбку и расшитый бусинами такого же цвета жилет, умело подчеркивающие женственную фигуру.

Мне и самой не хотелось попадаться кому бы то ни было на глаза, поэтому я максимально ушла в тень.

Князь вошел в залу через широкую дверь, скользнул равнодушным взглядом по служанке и остановился глазами на мне.

Я еще сильнее вжалась в стену, стремясь стать невидимкой. Сегодня на нем был расшитый золотом темный кафтан, подвязанный красным кушаком. При дневном свете мне удалось лучше рассмотреть черты его мужественного лица. Каким же он был красивым. Мужчина небрежно уселся за стол, и все разом засуетились, подавая ему блюда и напитки. Только я продолжала стоять в углу, не шевелясь и почти перестав дышать. Его тяжелый взгляд то и дело возвращался ко мне, заставляя дрожать всем телом.

Время тянулось невыносимо медленно. Князь небрежно жевал, только пробуя приготовленные блюда и ни на чем не останавливаясь. Я с нетерпением ждала окончания пытки.

– Забава, подойди ко мне, – неожиданно произнес мужчина, заставляя двух других служанок ревниво дернуться. – Все остальные свободны.

Девицы одарили меня злыми ухмылками и вышли за дверь. Я подошла к столу, оставляя между нами расстояние не меньше двух метров. Он усмехнулся, окинул меня внимательным взглядом и произнес:

– Придешь сегодня ко мне в опочивальню.

Глава 2

– Подберите ей что-нибудь приличное, – раздраженно командовала Зареслава, осматривая меня со всех сторон и недовольно поджимая губы.

Отношение управляющей поменялось. Теперь она поглядывала на меня с осуждением, словно я совершила что-то недостойное. Но я ведь ничего не сделала. Совсем ничего, даже лишний раз глаз на князя не подняла.

– А если я откажусь к нему идти? – спросила я тихо, с трудом сдерживая слезы.

– Не говори глупости. Ты не можешь отказаться, – последовал жесткий ответ.

Мне принесли расшитую узорами юбку и белую блузку. Служанка сложила одежду на кровати и вышла. Едва за ней закрылась дверь, Зареслава прошептала:

– Будь осторожна. Небо затянуто тучами, но если вдруг покажется луна, беги и не оглядывайся. Ты меня поняла?

Я растерянно кивнула, хоть смысл ее слов и не был мне ясен. Для себя я уже все решила: сбегу из острога. Как только оставят одну, так сразу и сбегу.

– Поспи пока, – произнесла женщина громко и вышла из комнаты, плотно прикрывая за собой дверь.

Едва ее шаги затихли в коридоре, я собрала свои немногочисленные пожитки, оставив новую одежду лежать на постели, и крадучись выбралась наружу. Во дворе было пусто, вся прислуга сидела на кухне и сплетничала, перемывая мне косточки. От этой мысли внутри похолодело.

Что же мне так не везет?! Где не поселюсь, отовсюду приходится удирать.

Накинув на голову темный платок, я направилась к выходу.

Впереди меня ждало самое сложное: пройти мимо охраны. На воротах стоял уже знакомый мне Илья. Заметив мое приближение, мужчина вытянулся в струну. Взгляд стал суровым и непроницаемым, но я успела изучить его слабые стороны.

– Ты что это здесь бродишь на ночь глядя? – спросил он с подозрением.

– Сегодня на ужин пирог с малиной был. И тебе кусочек оставили, – сказала я небрежно, делая вид, что ворота меня совсем не интересуют.

– Не видишь, я на посту стою. Могла бы сюда принести, раз такое дело, – недовольно проворчал он.

– Так ведь нет никого. Крестьяне давно в деревню вернулись. А тебя Зареслава к себе зовет. Может, я пока ворота покараулю? – предложила я словно с неохотой, а сама от мужчины глаз оторвать не могла. Вдруг откажется, Зареславу позовет. Тогда всему конец, и мне уже не выбраться.

Илья замялся. На его лице отразилось смятение. Он кинул несколько голодных взглядов в сторону кухни и согласился.

– Ладно. Последи здесь пока, чтобы никто из чужих не прошел. Я быстро. Если что случится, кричи.

Я закивала, едва сдерживая радостную улыбку. У меня получилось. Осталось только за ворота выскочить, а там ищи ветра в поле.

Илья еще не успел скрыться в дверях кухни, а я уже вылетела за ворота и побежала через поле в сторону леса. Земля мягко пружинила под моими ногами, отзываясь в сердце тревожными импульсами.

Меня никто не преследовал, но ощущение опасности все нарастало. Укрывшись в тени первых деревьев, я остановилась, пытаясь перевести дух.

Куда теперь? Возвращаться нельзя. В родном селе меня не примут. Попроситься к крестьянам, они сдадут меня в острог. Оставалось только двигаться дальше вдоль реки. Наверняка впереди есть еще поселения, где меня никто не знает и про метку не слышал.

Петляя между деревьями, я быстро спустилась к реке. Выбрала тропинку, что вилась вдоль ее крутого берега, и побрела, любуясь на хмурый закат. Едва солнце нырнуло за горизонт, на землю опустилась темень. Заметив рядом высокий дуб, я залезла на его широкую ветку и удобно устроилась на ночлег.

Над головой усыпляюще шумели листья, и я скоро задремала, свернувшись клубком. Не прошло и часа, как над лесом раздался душераздирающий вой. Я вздрогнула и едва не упала с ветки, что так гостеприимно меня приютила.

Он не знает, где я. Вокруг острога бродит, а здесь не найдет.

Сжавшись в дрожащий комок, я вцепилась руками в кору и вслушивалась в разносившиеся по лесу звуки. Волк приближался. С каждым разом его голос становился все громче, а мое сердце билось все быстрее, заставляя пот холодными каплями стекать по лицу.

Я не выдержала и побежала вдоль реки, оставляя позади дуб и поляну. Вой затих, и я неслась в тишине с неистово бьющимся сердцем. В душе зародилась надежда, что мне удалось оторваться. И именно в этот момент волк показался впереди, преграждая мне дорогу. На секунду я растерянно замерла, не понимая, как такое могло получиться. И рванула еще быстрее, но уже в другую сторону.