Противостояние

Пролог

Когда-то, в эпоху абсолютного мирового господства, столкнулись два совершенно разных мира. Их разделяла не просто граница, а великая и беспощадная война.

Споры между ними не умолкали веками: кто главнее? Кто рожден править, а кто — созидать? Ответ так и не был найден. Увлекшись этой бесконечной борьбой за власть, правители миров даже не заметили, как начали терять самое дорогое — собственную суть.

Но всякая война имеет конец. Когда иссякли силы и затихли споры, каждый мир выбрал свое пристанище и принял свою роль.

Один из них вознёсся ввысь — туда, где сияют звезды, выше облаков и вечных туманов. Другой же избрал иную дорогу, спустившись в глухую тьму, глубоко под землю.

Разделившись, они упустили лишь одно. Они забыли о срединных землях. Они не заметили, как из их опустевших владений сбежали их собственные творения — то самое главное, что даровало им жизнь.

А здесь, посередине, остались два безликих силуэта.

Она — подобная истинному чуду света. Излучающая чистый, ослепительный свет, она горела ярче солнца, словно ангел, сошедший на израненную землю. Вся её женская фигура дышала первозданной чистотой и невинностью. Никакими словами мира нельзя было описать эту дивную, нетронутую красоту.

Но рядом с ней осталась вторая тень. Силуэт, укрытый мглой, которая была темнее самой мрачной ночи. Внутри него давно воцарилась пустота, а вокруг веяло лютым, леденящим холодом.

Его мужские очертания несли в себе память о старых шрамах, за его спиной клубились гнев, разрушение и хаос. Казалось, он был способен даровать лишь боль и смерть.

Они были сотканы из противоположностей, но судьба связала их вместе. Наперекор бушевавшей войне, вопреки воле своих создателей, они выбрали побег.

Они любили друг друга слишком давно и слишком сильно. Иного выбора у них просто не оставалось — ведь в их родных мирах этот союз считался невозможным, запретным и преступным. Миры никогда не приняли бы их. Никогда не позволили бы им быть вместе.

Первая глава Начало

Срединный мир пахнул сырой землей, озоном и горькой полынью — запахами, которых никогда не знали ни высокомерные небеса, ни ледяная подземная бездна.

Здесь, в полуразрушенном каменном гроте, скрытом густыми зарослями дикого плюща, они построили свой дом. Свое крошечное королевство вопреки всему свету.

Сана сидела на пороге, и солнце, пробивающееся сквозь листву, казалось блеклым рядом с её собственным сиянием. Её пальцы мягко касались треснувших камней, и в тех местах, где оставалось её тепло, робко прорастала зеленая трава. Она была воплощением самой жизни, главным и самым чистым творением Верхнего мира, которое он потерял в пламени войны.

— Ты снова прячешь руки, Иль, — тихо произнесла она, не оборачиваясь.

Из глубины пещеры, где клубилась густая, неестественная тень, донёсся тяжелый вздох.

Иль вышел на свет, но солнце словно обтекало его стороной. Вокруг его пальцев вился едва заметный черный дым, от которого жухли и осыпались листья плюща. Иль был порождением Нижнего мира — его величайшей гордостью, несущей в себе первозданный хаос и разрушение.

Они должны были ненавидеть друг друга. Должны были вести свои армии в бой. Но вместо этого они выбрали побег, лишив свои миры самого сердца.

Иль отступил на шаг назад, в тень, боясь, что его внутренняя тьма коснется её безупречного света.— Моя мгла сегодня слишком неспокойна, — глухо ответил он. — Надвигается буря. И это не обычный дождь, Сана. Я чувствую гнев наших создателей. Миры проснулись. Они поняли, что без нас их существование бессмысленно.

Сана поднялась, её легкое белое платье колыхнулось, разливая вокруг мягкое свечение. Она сделала шаг к нему, уверенно переплетая свои сияющие пальцы с его темными, окутанными дымом руками. В месте их прикосновения мгла и свет не уничтожали друг друга, а сливались в идеальный, мирный баланс.

— Они не найдут нас, — твердо сказала она, хотя в глубине её глаз промелькнула тревога. — Мы сбежали в самый разгар той войны. Для них мы растворились в хаосе битвы...

Она не успела закончить.

Внезапно земля под их ногами вздрогнула от тяжелого, глухого подземного толчка. В тот же миг сверху, прямо сквозь густые облака срединного мира, прорезался неестественно яркий, золотой луч света. Он ударил в верхушки деревьев неподалеку, выжигая землю.

С неба раздался трубный, леденящий душу звук небесного рога Верхнего мира. А из трещины, расколовшей землю чуть левее пещеры, вырвался знакомый Илью скрежет подземных цепей Нижнего мира.

Их искали. Причем обе стороны одновременно. Сверху за ними шел светлый карательный отряд, а снизу пробивались темные ищейки. Влюбленные оказались зажаты посередине.

Небесный рог взревел ближе, и золотые лучи начали слепить глаза, выжигая траву у самого порога. Одновременно с этим из подземной трещины пополз ядовитый багровый туман, а скрежет цепей Нижнего мира стал оглушительным.

Времени на бегство не оставалось.

Иль рванулся вперед, загораживая Сану своим широким плечом. Вокруг его рук вскипела ориентировочная, тяжелая мгла. Его глаза потемнели, наливаясь первозданным хаосом.

— Они пришли забрать нас, — прорычал он, и от его голоса каменные стены грота покрылись сетью мелких трещин. — Они хотят вернуть свое оружие.

Сана не отступила. Вместо того чтобы спрятаться в глубине пещеры, она шагнула к нему вплотную и положила ладони на его напряжённую грудь. Её сияние вспыхнуло с новой, ослепительной силой, пробивая сгущающуюся тьму Иля.

— Нет, Иль. Мы больше не их оружие, — тихо, но отчетливо произнесла она. — Мы принадлежим друг другу. Посмотри на меня. Нам нельзя сражаться поодиночке. Соедини свою мглу с моим светом.

Иль вздрогнул. Риск был огромен: если их силы отвергнут друг друга, взрыв уничтожит всё живое на мили вокруг. Но, взглянув в её чистые, полные решимости глаза, он выдохнул и раскрыл ладони навстречу её рукам.

Их пальцы переплелись.

В ту же секунду мир вокруг них замер. На стыке светлой кожи Саны и темной кожи Иля родилась невиданная прежде энергия. Свет больше не выжигал тьму, а мгла не поглощала сияние. Они начали перетекать друг в друга, закручиваясь в мощный, искрящийся вихрь.

Золотые искры Саны вплелись в черные грозовые тучи Иля, окрашивая их в глубокий, перламутр цвет сумерек. Эта новая магия — магия Баланса — волной вырвалась из их рук и устремилась наружу.

Когда небесный луч и подземные цепи одновременно ударили по гроту, они натолкнулись на непробиваемый сумеречный купол. Золотой свет Верхнего мира бессильно растворился в этой дымчатой сфере, а багровый туман Нижнего мира мгновенно осел на землю безобидной росой. Грохот стих. Купол надежно скрыл их убежище, сделав его абсолютно невидимым и неосязаемым для ищеек обеих сторон.

За пределами купола послышались растерянные крики преследователей. Миры потеряли их след.

Сана и Иль тяжело дышали, всё еще крепко держась за руки. Они выстояли. Но оба понимали: это лишь временная передышка.

Купол не сможет гореть вечно, а их создатели теперь знают, в какой части Срединного мира искать беглецов.

Сумеречный купол, созданный их союзом, дрожал. Рожденная в спешке магия Баланса была слишком хрупкой, чтобы долго сдерживать ярость двух разъярённых миров. Сана чувствовала, как с каждым ударом ищеек сверху её силы тают, а Иль едва удерживал рвущуюся наружу мглу, грозившую разорвать купол изнутри.

По ту стороны завесы раздался торжествующий рев — преследователи нащупали слабое место. По куполу побежали первые трещины, сквозь которые змеями поползли слепящие золотые лучи и удушливый багровый дым.

— Купол долго не выдержит! — тяжело дыша, крикнул Иль. Черный дым срывался с его пальцев, но уже не атаковал, а лишь защищал их. — Нам нужно уходить. Сейчас же.

Сана бросила последний взгляд на каменный грот, ставший им домом, на зеленые стебли травы, которые она успела вырастить у порога. Всё это придется оставить.

— Бежим, — тихо, но твердо ответила она.

Они выскочили из грота в ту самую секунду, когда сумеречная сфера с оглушительным звоном рассыпалась на тысячи серых искр. Сзади раздался грохот — пещера рухнула, гребенная под столпом небесного света и подземной лавы. Миры уничтожили их убежище, но самих беглецов там уже не было.

Крепко держась за руки, Сана и Иль бросились вглубь неизведанного Срединного мира. Впереди их ждала лишь неизвестность, бесконечная дорога и погоня, которая теперь не остановится ни на минуту. Они были одни против целой вселенной, и у них не было ничего, кроме их запретной любви.