Укрощение строптивой, или Побег из ада

ПРЕДИСЛОВИЕ автора

После кризиса ситуация в стране ухудшилась, доходы населения упали, и жители, привыкшие жить в комфорте, оказалось неподготовленным к новым условиям, результатом чего криминогенная ситуация ухудшилась. Наркомания, алкоголизм, мелкое воровство отмечалось повсеместно. Кроме того, сказалось последствие либерализации правил оборота и потребления наркотиков, что привело к резкому росту наркоманов и превратилось большую проблему для общества.

Тюрьмы были переполнены. Следует отметить особенности наших тюрем: по закону каждый заключённый должен быть в отдельной изолированной камере. Поскольку обычные тюрьмы не вмещали всех заключённых, власти пошли по пути уменьшения камер до минимума. Типичная камера представляла собой комнату 2х1.5м, внизу столик, стул, умывальник, унитаз. В таких условиях находились сотни заключённых. Начались волнения в тюрьмах.

Была разработана новая концепция пенициарной службы: домашние тюрьмы. Суть этой системы такова: заключённых, которые не представляют опасности для окружающих, с их согласия продают всем желающим для выполнения работ по дому, на ферме, на предприятии и т. д. Для этого разработаны специальные правила содержания заключённых в домашних тюрьмах, права и обязанности заключённых, хозяев и надзирающих органов. Лица, совершившие тяжкие преступления, в домашние тюрьмы не передавались.

В тюрьмы можно передавать только после отбытия половины срока в обычной тюрьме, где с заключёнными работали опытные психологи, вылечивали от нарко и алко зависимости и т. д.

Заключённых в домашние тюрьмы специально готовили. Были проведены специальные исследования поведения заключённых и их хозяев, проведены пробные заключения и подготовлены специальные правила.

Поскольку новые хозяева заключённых не обладали возможностями достаточного контроля, то придумали ставить внешние ограничители для таких заключённых. На ноги надевали прочные кандалы и заваривали наглухо, для некоторых надевали стальной ошейник и заваривали наглухо, к которому крепилась прочная цепь длиной 5м из закалённой стали. Для того, чтобы заключённые не могли свободно передвигаться по улице не узнанными, им в нос одевалось кольцо диаметром 30 мм и толщиной 5 мм, и прочно заклёпывалось. Этот атрибут невозможно было спрятать, и любой полицейский, увидев человека с таким кольцом, обязан был сразу арестовать и препроводить в участок полиции. При желании покупателя могли одеваться ручные кандалы и другие ограничения. Снять эти все девайсы можно было только после окончания срока заключения с помощью специального оборудования в тюрьме.

Итак, первый аукцион был проведен и вызвал большой интерес в обществе. Порядок проведения аукциона был следующим. Заключённые, согласившиеся с такой формой, выставлялись на аукцион, где каждый мог ознакомиться и выбрать, как теперь они назывались, послушника.

При обоюдном согласии, покупатель вносил плату и подписывал договор, в котором определялись основные права и обязанности всех сторон. После этого он мог забирать его домой.

Фактически он покупал раба или рабыню с большим набором прав и ограничений. Например, не разрешалось бить, калечить, морить голодом, использовать как секс раба и тому подобное. Каждый может ознакомиться с правилами на сайте пенициарной службы.

Пенициарная служба продолжала следить за судьбой заключённого и, при необходимости, имела право расторгнуть договор и забрать заключённого в тюрьму, не возвращая плату.

Ниже описанные события действительно произошли в одной из стран Бенилюкса. Это были мои знакомые и я хорошо знал все перипетии их судьбы. Мне с большим трудом удалось уговорить участников этих событий описать их. После небольшой редакторской правки я выношу эти рассказы на суд читателей. Имена участников изменены.

Аукцион

Я работаю в консалтинговой фирме, недавно развёлся с женой, детей у нас не было. Я жил один в коттедже, и мне понадобилась женщина для выполнения домашних обязанностей, и я решил заглянуть на очередной аукцион.

Аукцион проходил в большом зале, примыкающем к зданию местной тюрьмы. Народу было много, некоторые пришли поглазеть на необычное зрелище. Около длинной стены стояли заключённые, руки у них были скованы наручниками за спиной и прикреплены к кольцам в стене, так чтобы покупатели могли спокойно осмотреть покупку. Рядом на стене висело краткое досье на каждого.

Люди подходили, рассматривали заключённых, расспрашивали. Я прошёл в женскую половину. Там стояло около двух десятков женщин различного возраста, телосложения, привлекательные и не очень. Около пожилых толпились, в основном, женщины, видно подыскивая прислугу в дом. Они читали досье, расспрашивали и приценивались. Здесь было достаточно тихо и деловито.

Напротив, около молодых девушек толпились мужчины средних лет, они рассматривали, некоторые ощупывали, а девушки реагировали по-разному: одни закатывали глазки от удовольствия (видно изголодались по мужским ласкам), другие напротив, бурно возмущались.

Я обратил внимание на девушку, одиноко стоящую около стены, да и она, как я успел заметить, бросила быстрый взгляд на меня. Я остановился недалеко и стал наблюдать. Она была среднего роста, с выразительной фигурой, тонкой талией и грудью. Лицо было бледным и выглядело измученным. К ней подходили мужчины, некоторые пытались ощупать, она кусалась или била ногой между ног. Мужики отскакивали прочь. Иногда я ловил её взгляды, казалось, она ищет защиты.

Наконец я решился и подошёл к ней.

– Привет

– Привет, если не шутишь.

– Что ты здесь делаешь?

– Да вот жду покупателя.

– Да ты всех отпугиваешь.

– А ты что, боишься что укушу, тогда иди вон к тем, они очень доступны.

Я поднёс палец ко рту девушки, и она его лизнула. Язычок был мягким и тёплым. Я поднёс палец к лицу и нарочито заметил, что крови нет. Тогда я положил сначала одну руку на бедро, она стояла спокойно, только еле заметная дрожь пробежала по телу. Положил вторую руку на бедро, я почувствовал – она как-то обмякла. Я спросил:

– Пойдёшь ко мне?

– Если будешь хорошо себя вести.

– А это зависит от твоих подвигов, – и я начал читать её досье.

– Да-а, богатая биография, какая ходка?

– Вторая, там всё написано.

– А от меня не сбежишь?

– Это как получится.

Тут прозвенел звонок, приглашая к началу аукциона.

Бездельников и пьяниц брали неохотно или вообще не брали. Они возвращались опять в тюрьму, понурив голову. Дошла очередь до Стефании. Её вывел на сцену охранник с закованными сзади руками и прикрепил к кольцу в стене. Она стояла спокойно, оглядывая зал. Я сидел сбоку, она, наконец, увидела меня, наши глаза встретились. Между тем аукционист сообщил имя и фамилию, статью отсидки, оставшийся срок и ремёслами, которыми она владеет. Оказалось, умеет только танцевать, не густо. Зал настороженно молчал. Затем аукционист произнёс

– 5000 € – и ударил молотком, зал молчал, кто-то крикнул: – за бесплатно возьму.

В зале послышались смешки. Тогда аукционист выкрикнул:

4500, есть желающие, зал молчал,

4000 – тоже самое, – 3500,.. 3000 …2500…2000.

Здесь аукционист остановился и заявил, если нет желающих, лот снимается с аукциона. Стефания умоляюще посмотрела на меня, я решился и поднял руку, все посмотрели на меня. Аукционист обрадованно заторопился, ударил молотком три раза:

– Продано,

Зал загудел. Стефанию охранник вывел из зала. После окончания аукциона я прошёл в управление тюрьмы оформлять покупку.

Инспектор сказал, что они должны проверить условия содержания послушницы, и только затем будут оформлять.

Через два дня ко мне пришёл инспектор и стал осматривать мой дом. У меня двухэтажный коттедж на околице городка, возле дома небольшой садик. Для послушницы я отвёл первый этаж. Там была большая комната с выходами в коридор и садик. Имелись ванна, туалет, кухня и кладовка. Инструктора помещение удовлетворило, и он провёл со мной инструктаж по обращению с послушницей. Ещё он сказал, что во время реабилитации возможны рецидивы, поэтому послушница будет жить на цепи.

На следующий день я оформил в управлении все документы, договор и заплатил за покупку. Через два дня к дому подъехала машина, из неё вышли инспектор, кузнец и послушница. На неё были ручные и ножные кандалы, к ошейнику тянулась цепь, за которую кузнец вёл её к дому. Там он одел на трубу под потолком стальное кольцо и заклепал его, и они уехали, пожелав всего наилучшего. Стефания была в оранжевой робе типа комбинезона и туфлях.

Мы остались одни.

Первые дни

Стефания начала осматривать свои апартаменты, позванивая цепями, что выглядело для меня возбуждающе. Удовлетворив своё первое любопытство, она присела на стул.

– Давай уточним наши отношения. Кто я здесь: служанка, рабыня, работница или секс рабыня?

– Я бы предложил тебя именовать послушницей.

Она потрясла цепями

– А это что?

– Это твои атрибуты.

– Почему ты купил меня?

– Глядя на то, как ты выбирала покупателей, то я твой выбор.

– Мои обязанности.

– Вести домашнее хозяйство, готовить еду, наводить порядок, стирать и гладить бельё и такого рода работы.

– А секс? – спросила она в упор.

– Cскс только по желанию.

– Чьему?

– По моему и по твоему.

Она пристально посмотрела мне и через некоторое время ответила:

– Для меня достаточно первого условия, но я оставляю для себя возможность иногда пользоваться и вторым. Остальные требования для меня приемлемы.

Здесь я был в замешательстве, но быстро пришёл в себя.

Она была последовательна и задала ещё один вопрос:

– А если я буду буянить или делать то, что тебе не нравится, ты меня будешь бить?

Инспектор дал мне пару советов на этот случай, и я ответил:

– Ни в коем случае, там будет видно. Уже вечер, принимай ванну и отдыхай.

Через некоторое время она постучала.

– Я не могу снять робу, принеси ножницы.

Я передал ножницы и пошёл спать на второй этаж. Утром я не стал проведывать мою пленницу и пошёл на работу. Целый день разные мысли лезли в голову, я был невнимателен и рассеян.

Вечером я поспешил домой и сразу направился к своей пленнице. Там я увидел такую картину: Стефания сидела на кровати, завёрнувшись в полотенце, рядом валялась куча оранжевых тряпок.

– А что мне одеть? – был её первый вопрос.

Я впал в задумчивость: действительно, я не подумал об этом. Брюки она не оденет из-за кандалов на ногах, рубашку из-за кандалов на руках. Видя моё замешательство, Стефания встала с кровати, скинула полотенце и обернула его вокруг бёдер. Открылись её прелести, и я смог их хорошо рассмотреть. Она была хорошо сложена, груди выделялись мягкими полушариями, а лицо я и раньше рассмотрел. Насладившись произведенным эффектом, она вопросительно посмотрела на меня.

Я выбросил тряпки в мусорную корзину, принёс купленный в кафе ужин и пригласил Стефанию к столу. Цепи тихо позвякивали, возбуждая меня. Мы оба чувствовали себя стеснённо. Я с трудом высидел до конца ужина, потом попросил её приготовить отбивную на следующий день, продукты в холодильнике, и вышел наверх.

На следующее утро я завтракал у себя и ушёл на работу.

После работы я зашёл к ней в комнату и увидел такую картину:

На столе лежало подгоревшее мясо, а Стефания зарёванная сидела на кровати. Я понял, что она не умеет готовить, подошёл к ней и поцеловал, успокаивая. Она прижалась ко мне всхлипывая:

– Ты не сердишься на меня?

– Нет, глупышка, это дело поправимо.

Неловкость между нами исчезла.

Я отвёл её в ванную и обмыл под душем. Она не сопротивлялась. Затем я взял на руки и отнёс на кровать. Она оказалась чувствительной любовницей, и мы долго и с наслаждением занимались любовью. Наконец, обессиленный и опустошённый я уснул.

Утром меня разбудили лёгкий перезвон цепей и ложечки в чашке. Я открыл глаза и ещё раз полюбовался её фигурой. Выпив кофе, я поцеловал Стефанию и заказал на ужин отбивную, для чего принёс поваренную книгу, и ушёл на работу.

Вечером меня ждал сносный ужин. Я перебрался в её комнату. Она очень старалась мне угодить, научилась готовить, в общем, начала вести домашнее хозяйство. Она оказалась весьма неглупой женщиной и интересной собеседницей. Я закупил всякие помады, краски какие-то и прочие женские вещи. По вечерам мы смотрели телевизор, я занимался своими исследованиями с помощью ноутбука, иногда играли в карты. По воскресеньям Стефания готовила пирог или какой-нибудь деликатес, который находила в поваренной книге. Первое время мне мешали её цепи, но потом мы приспособились, они даже возбуждали меня.

Так в приятных хлопотах прошло лето и становилось прохладно.

Размолвка

Через несколько месяцев нашей жизни я начал замечать некоторую нервозность в её поведении. Она то бурно ласкалась, выполняя все мои капризы, то замыкалась в себе. Потом она начала намекать, что не против заняться уборкой комнат наверху. А потом незаметно попросила освободить её от цепи. Я объяснил, что это требование инспектора и могут быть неприятности. Она так жалобно и убедительно просила, что я не выдержал и сделал попытку разбить или разомкнуть кольцо на трубе. Дело в том, что я офисный работник и никакого инструмента дома у меня не было. Порывшись в чулане, я нашёл молоток и приступил к демонтажу кольца. Она с надеждой смотрела на мои потуги. У меня ничего не получалось. По мере моих напрасных стараний она начала сердится, затем, когда я поломал ручку молотка, она вспылила и начала ругать меня. Я ответил и понеслось. Что только не выкрикивала она в мой адрес, затем начала бить посуду и кинула тарелку в окно. Окно в дребезги и засыпало осколками пол. Она бросилась на кровать и зарыдала. Я ушёл на второй этаж.

На следующее утро, не заходя в комнату, я ушёл на работу. Вечером я не стал заходить на первый этаж, и сразу прошёл к себе. Через некоторое время Стефания постучала. Я заглянул

– Мне холодно

– Это твои проблемы, я стёкла не бил.

На следующие утро я опять прошёл мимо её комнаты. Вечером, по приходу домой, Стефания сразу позвала меня. В комнате было холодно и грязно. Стефания сидела на кровати и горько плакала, размазывая слёзы по щекам. Мне стало жалко её, я подошёл – она дрожала от холода и голода.

– Прости меня, я больше не буду.

– Что с тобой было?

– Рецидив наркоты.

– А дальше что?

– Буду бороться, если ты поможешь.

– Ладно, это урок для нас обоих.

Было довольно прохладно в комнате, и я пошёл заделывать окно. Достал плёнку и завесил на разбитое окно снаружи. Затем взял старое одеяло и завесил окно изнутри. Стало явно теплее, и она попросила меня сегодня оставить её одну

Утром перед уходом на работу я заглянул в комнату: всё было прибрано и вымыто, Стефания крепко спала. Я сделал кофе, положил в тарелку булочки и тихо ушёл.

Вечером, отдохнувшая и успокоившаяся, Стефания ждала меня с нетерпением.

– Сама не знаю, что со мной случилось. Теперь я понимаю, что снимать меня с цепи рано. Я исправлюсь.

– Да, в общем-то, ничего страшного, я понимаю, поэтому не сержусь.

Я получил великолепную ночь любви, что окончательно помирило нас.

На следующий день я вызвал фирму, и работники заменили стекло. Во время работы Стефания была на кухне.

Наши отношения стали теплее, мы нежно заботились друг о друге.

Наступила осень, стало прохладнее. Я купил ей сарафан с завязочками на плечах и тёплые тапочки.

На работе ничего не говорили со мной о моей послушнице, но приятели все же узнали и начали набиваться в гости. Я, конечно, отказывал. Однажды я рассказал об их просьбе Стефании, она подумала немного, а потом заявила.

– Я готова принять твоих приятелей у себя (она почеркнула, у себя).

Я от удивления открыл рот и, заикаясь, спросил

– А как ты это себе представляешь?

– Это моё дело

Гости

На следующий день она попросила у меня ноутбук и долго что-то выискивала в интернете. Утром передала мне три списка: в магазин бижутерии, гастроном и универмаг. Вечером я поехал в универмаг и передал им список. Они подобрали всё по пунктам и сложили в большую коробку. Я с трудом перенёс её в машину. На следующий день я зашёл в магазин бижутерии и также получил все заказы в закрытой коробке. Взяв коробку, Стефания выпроводила меня из комнаты: до прихода гостей тебе здесь делать нечего.

Потом она потребовала установить звуковые колонки. Я потом ещё несколько раз ездил за какими-то покупками. День приёма был назначен на 5 час воскресенья. За два дня до приёма я съездил в продуктовый маркет и привёз несколько пакетов с продуктами, зашёл в посудный магазин и купил набор маленьких чашек. Набор продуктов был несколько странным: какие-то южные фрукты, овощи, специи. Я обратил внимание, что среди продуктов не было алкоголя.

На все мои попытки что-то узнать она загадочно молчала и закрывала дверь перед моим носом. Я терялся в догадках. Да, забыл сказать, в гости были приглашены только мужчины.

Перед приёмом Стефания намекнула, что приём будет в индийском стиле, и она исполнит индийский танец, а я должен изучить историю и традиции Индии, что я и делал на протяжении нескольких вечеров.

И вот наступило воскресенье. Приятели собрались у меня к 5 часам, но дверь в её комнату была закрыта. Снизу раздавалась приглушенная музыка. Наконец раздался троекратный стук в дверь. Я вошёл вторым после Мартина и застал немую сцену: Мартин стоял у входа с открытыми ртами в полной прострации. Посреди преображённой комнаты в индийском приветствии стояла индийская женщина в полупоклоне, ладошки сложены вместе, как и подобает индианке.

Пока все стояли в прострации, я пришёл в себя и хриплым от волнения произнёс:

– Вас приветствует Индра Мхагаватти (сам не знаю, как вырвались эти имена, я их случайно запомнил).

Я подводил каждого из приятелей и представлял, коверкая имена на индийский лад.

– Это Джонах, великий лыжник, покоривший все трассы в Андорре.

Джон начал что-то бормотать, что ему приятно, но я уже включился в игру и перебил его бормотания словами:

– Он приветствует тебя, высокочтимая Индра.

Индра взяла его за руку и отвела на место за столом.

– Покоритель Мон-Блана уважаемый Мартинхан (поскольку Мартин впал в ступор, я легонько подтолкнул его вперёд) и он ответил:

– Приветствую тебя Индра.

Всего я пригласил 6 человек из моего близкого окружения. Пока шёл процесс представления, гости пришли в себя и включились в игру.

Теперь попытаюсь описать мизансцену и главную героиню.

Индра (на вечере я буду только так её называть) была одета как индийская танцовщица или жрица. Из одежды только короткая яркая юбочка, грудь была закрыта большим полупрозрачным платком. На голове причёска с нитками бисера, ярких бусинок и цветов. На лбу яркое красное пятно – принадлежность к касте брахманов. Кольцо в носу было золотистого цвета, от него к уху шла ниточка с мелким жемчугом. Глаза подведены с большими чёрными ресницами. Губы ярко-красного цвета. Ошейник окрашен в золотой цвет, по которому был нанесен красный орнамент. В цепь, которая была прикреплена к трубе, была вплетена на всю длину яркая красная лента. На шее было много ярких бус. На сосках грудей были одеты кольца, в которые были вставлены бутоны цветов.

Браслеты на руках выкрашены в золотистый цвет, а в цепь между ними вплетена синяя лента. На запястьях было одето много разноцветных колец, которые легонько позвякивали, когда Индра двигалась.

Браслеты на ногах выкрашены в красный цвет, от левого браслета муляж змеи обвивал цепь и поднимался вверх по поддерживающему шнуру, далее нырял под накидку и головка змеи выглядывала из накидки возле пояса. На лодыжках были нанизаны несколько обручей с колокольчиками, так что при ходьбе издавали мелодичный звон.

Пока я описывал наряд Индры, все гости были представлены и усажены на свои места. Представление гостей шло под аккомпанемент тихой индийской музыки.

Вся комната была украшена яркими лентами бумажными шарами, хлопушками и новогодними гирляндами. Всё это создавало необычное праздничное настроение. Гости вертели головами и восхищённо разглядывали хозяйку.

Я торжественно сообщил, что Индра сегодня исполнит для вас танец рабыни, а эти цепи её реквизит. Индра с благодарностью посмотрела на меня – я разрешил неловкую ситуацию. По крайней мере, все услышали объяснение такому наряду и оживились.

На столе стояли вазы с виноградом, бананами и апельсинами. Я прервал молчание:

– Сегодня вы отведаете блюда индийской кухни. Они непривычны для нас, но предлагаю попробовать. Прошу подать первое блюдо.

– Слушаю, мой повелитель.

Далее Индра вынесла на подносе небольшие тарелки с кусочками мяса, приправленными красным соусом и овощами.

– Бирьяни – объявила Индра.

Все стали пробовать мясо, некоторые открыли рот и часто задышали: много перца. Я объяснил:

– Индийские блюда бывают холодными и горячими в зависимости от количества перца. Это холодное блюдо, предлагаю запивать соком.

Мартин спросил:

– А горячительные напитки индийцы употребляют?

– Только горячий чай, в нашем штате Утар Прадеш сухой закон – ответила хозяйка.

Когда отведали бирьяни, Индра забрала тарелки на поднос и принесла новое кушанье:

– Кхат алло – торжественно объявила.

На тарелках лежала варёная картошка и различные приправы. Поскольку картофель можно было макать или не макать в приправы, то гости смело вкушали, изредка макая в приправы.

Мартин вопросительно посмотрел на Индру и произнёс:

– А не присоединится ли к нам очаровательная хозяйка.

Индра посмотрела на меня и произнесла почтительно:

– Если разрешит мой повелитель

– Ты окажешь нам честь, Индра. Мартин, принеси, пожалуйста, стул из прихожей.

Гости начали расспрашивать Индру, где она научилась готовить, Индра вполне вошла в роль и стала рассказывать про своё детство в Индии, мать индианку и тому подобное.

Мартин, мой ближайший друг заговорщицки кивал, остальные были в великом смущении: не знали верить или нет. Затем Мартин сказал:

– Может быть, наша хозяйка исполнит какой-нибудь индийский танец. Индра посмотрела на меня и ответила:

– Если разрешит мой повелитель.

– Индра, ты доставишь нам всем удовольствие, исполни, пожалуйста.

Индра не заставила себя долго ждать, пошла кладовку, вынесла индийский барабан и вопросительно посмотрела на гостей:

– Кто-нибудь подыграет мне?

Иоганн вызвался аккомпанировать (он когда-то играл в любительской группе). Он взял барабан и начал выбивать такт ладошками. После некоторой тренировки он немного освоил инструмент и приготовился. Мы отодвинули в сторону стол и стулья и приготовились к представлению. Цепь от ошейника была достаточно длинна, чтобы Индра могла свободно двигаться. Лента, вплетённая в цепь, создавала необычную картину и нисколько не портила её.

Индра включила соответствующую мелодию, встала посреди комнаты и начала танцевать. Это был настоящий индийский танец. Откровенно говоря, я не ожидал таких талантов от моей пленницы, Индра изящно танцевала, позванивая цепями и колокольчиками, её груди плавно колыхались, притягивая внимание гостей.

Танец закончился, и гости испустили возгласы восхищения и аплодисменты. Стол поставили на старое место, и Индра принесла чай в маленьких чашечках. На столе появились восточные сладости, щербет.

Иоганн, оказывается, был в Индии и показал небольшой ролик по ноутбуку.

Время было позднее, и гости начали прощаться, причём, делали это по индийскому обычаю, сложив ладони и немного поклонившись.

Когда мы остались одни я с восхищением обнял мою пленницу. Она спросила меня, почему Индра?

– Я и сам не знаю, хотя в младшем классе моей школы была индийская девочка с таким именем, вот я и вспомнил.

– А мне это имя нравится, зови меня только так.