Дворец Неугасающей Надежды

Он говорил мягким, но серьёзным голосом.

- К отцу нужно прислушиваться, но решать, кто хороший, а кто нет, должна лишь ты сама. Ни отец, ни я, ни один из небожителей не имеют права влиять на твоё мнение.

В ту ночь я поняла, что хочу подружиться с принцем Ву. Легенды и слухи о нём казались мне неправдой, и хотела убедиться в этом сама.

Я столкнулась с ним несколько раз после бала, и узнала от друга отца, что он никогда не появлялся в Мире Журчащих Рапсодий так часто, как в последнее время.

Повелитель Звёзд, бессмертный Дже Минг был лучшим другом моего отца. Их дружба длилась сотни тысяч лет, и её пример восхищал всех жителей миров Журчащих Рапсодий. Даже в Царстве Смертных слагали легенды о верности и преданности, которые связывали этих двух великих существ.

Дже Минг был своенравным и свободолюбивым. Он не терпел двуличных богов, которых в нашем мире было невероятное множество, и постоянно повторял:

- Ошибки нужно совершать самой, иначе ты никогда не станешь сильной.

Он считал, что отец слишком печется о взрослой дочери.

Этот бессмертный стал моим надёжным союзником. Он покрывал все мои встречи с принцем Ву, помогая мне оставаться в безопасности, даже когда я сама порой не осознавала, насколько рискованны мои поступки.

И сегодня, когда Ву пригласил меня спуститься в мир людей, Дже Минг спокойно сказал:

- Твой отец слишком суров с тобой, но это от избытка любви и страха потерять тебя, так же, как он потерял твою маму. Не обижайся на него.

- Так куда мы идем?

- Сегодня я покажу тебе, чем на самом деле занимается Клан Нефритовых Призраков.

Все кланы, которые жили в Мире Журчащих Рапсодий и за его пределами, имели определённые обязанности. Люди на Земле считали, что стать бессмертным или небожителем это просто прекрасно, ведь каждый из них имел много свободного времени, проводил вечера за чашкой вина и делал, что хотел. К сожалению, люди не понимали, что статус высшего божества обязывал их к труду, и очень часто этот труд был непомерным.

Я отвлеклась от своих мыслей, когда Ву взял меня за руку. Мы стояли по середине огромной комнаты, его убранство чем-то напоминало мне дворец императора. Будь то безделушка или орнамент дверей всё было сделано из чистого золота. На это золото можно было купить дома и пищу для бедных, а сиротам построить огромный дом, где каждый имел бы своё место и не чувствовал себя брошенным.

На постели лежал толстый старик, и похоже, именно из-за него мы сегодня здесь. Рядом стояли его жена и двое сыновей. Они не видели нас, мы не имели права показываться людям, ведь они просто не поверили бы, что помимо них существуют другие, которые следят за потоком времени, судеб и удерживают злые души от проникновения в мир смертных.

В руках принца появился маленький сосуд зелёного цвета. По бокам два дракона своими хвостами соединялись с крышкой, и тёплый свет, исходящий от него, ещё отчётливее подчёркивал чёрные глаза Ву.

- Это Нефритовый Сосуд Судеб. Он собирает души умерших людей, а мне лишь нужно в целости донести его до Суда Трёх Морей.

- Нефритовый Сосуд Судеб? Он поглощает души людей, но как он определяет, какая душа ему нужна? – спросила я.

Ву показал на драконов и сказал.

- Видишь, хвосты драконов держат колпачок закрытым, и свет в сосуде тускнеет?

Я кивнула.

- Когда этот господин умрёт, свет в сосуде погаснет, а хвосты драконов разъединятся, чтобы впустить его душу внутрь.

Громкий плач вдовы прервал наш разговор. Свет в сосуде погас. Когда душа незнакомого мне мужчины покидала тело, два хвоста драконов разъединились, нефритовый сосуд втянул её внутрь и неожиданно изменил цвет с зелёного на чёрный.

- Ву, почему сосуд поменял цвет?

Слегка горькая улыбка коснулась его губ, и он произнёс.

- Нефритовый Сосуд Судеб принимает на себя все грехи умершего. Всё зло, которое он совершал при жизни, собирается в нём, и эта хрупкая вещица меняет цвет от боли и скорби за ту или иную душу.

Я не отрывала взгляда от сосуда и спросила.

- Получается, если чистая душа попадёт сюда, сосуд не изменит цвета, верно?

Сосуд исчез в руках Ву. Он какое-то время стоял неподвижно и смотрел в одну точку. В третий раз, когда я произнесла его имя, Ву ответил.

- Клан Нефритовых Призраков собирает лишь тёмные души. Я столкнулся с чистой душой лишь однажды, и она притянула меня к себе, как бабочка к мерцающему огню. И хотя я знаю, что могу сгореть в нём, я всё равно лечу туда без оглядки.

Этим огнём для Ву стала Кассандра, которая, как вихрь, ворвалась в его жизнь. Девушка, чьё имя означало «покоряющая сердца», похитила сердце наследного принца.

Думая об этом, я вспомнила пророчество, которое видела в его глазах, и каждый день спрашивала себя, могу ли я как-то изменить его? Ведь мои решения и поступки могли направить течение моей судьбы в ином направлении. Могла ли я изменить то, что увидела в глазах принца?

Ву продолжал смотреть на меня и, будто услышав мои мысли, тихо произнёс.

- Однажды родившись в Клане Нефритовых Призраков, навсегда останешься заложником этой судьбы, Кассандра.

- Хочешь сказать, что те кем мы являемся это благодаря кланам? - спросила я. - Клан Жемчужного Сияния ничем не лучше твоего, потому что сколько бы мы ни перерождались, всегда будем возвращаться к истокам.

Принц Нефритовых Призраков сказал мне одну вещь, если цветок теряет свои корни, он не становится менее ценным. Ему понадобится больше времени, чтобы прижиться на новом месте, но он обязательно снова зацветёт и будет благоухать ещё сильнее, чем прежде.

В день, когда я захочу уйти из Дворца Неугасающей Надежды, я смогу найти его, ждущим меня в смертном мире. Бабочка должна сгореть в огне, чтобы снова переродиться и получить шанс начать всё заново.

Прежде чем вернуться в мир призраков, Ву сказал.

- Кассандра, исполни одну мою просьбу, когда я попрошу тебя об этом.

Вы верите в судьбу? Верите, что двое встречаются, чтобы воссоединиться или расстаться? Верите, что мы влюбляемся в тех, кто не предначертан нам судьбой?

Души в Клане Нефритовых Призраков лишены возможности перерождения. Я дала слово принцу и не задумывалась о том, о чём именно он будет просить.

Глава 8

Во Дворце Неугасающей Надежды было необыкновенно спокойно. Вечно журчащая вода, щебет птиц и запах цветущих роз напоминали мне о том, что это мой дом.

Дже Минг рассказал, что когда мама ушла, отец искал её на протяжении тысяч лет. В то время у этого дома не было имени. В мире Журчащих Рапсодий считается, что если не дать дому название, все поколения, живущие в нём, будут бесследно исчезать, а память о них сотрутся навеки.

Вей Шенг всегда верил, что найдёт свою возлюбленную и воссоединится с ней. Именно поэтому дворец получил своё имя - Дворец Неугасающей Надежды. Вера и любовь моего отца к одной женщине стали легендой, в мире смертных писатели писали о них книги, а поэты складывали стихи.

Я попросила Повелителя Звезд поведать хотя бы один из стихов о любви моих родителей. Те, кто плохо знал его, никогда бы не поняли, что капризный Повелитель Звезд просто обожал такие любовные истории и сам мечтал о великой любви.

Отпив глоток вина, Дже Минг начал читать стих:

Единый раз вскипает пеной2[2]

И рассыпается волна.

Не может сердце жить изменой,

Измены нет: любовь — одна.

Мы негодуем, или играем,

Или лжем — но в сердце тишина.

Мы никогда не изменяем:

Душа одна — любовь одна.

Однообразно и пустынно,

Однообразием сильна.

Проходит жизнь... И в жизни длинной

Любовь одна, всегда одна.

Лишь в неизменном — бесконечность,

Лишь в постоянном — глубина.

И дальше путь, и ближе вечность,

И всё ясней: любовь одна.

Любви мы платим нашей кровью,

Но верная душа — верна.

И любим мы одной любовью...

Любовь одна, как смерть одна.

Этот стих лучше всего описывал отношения моих родителей. Мама ушла от него, чтобы защитить меня, но в конечном итоге я все равно оказалась там, где должна была быть.

Шум дождя отвлёк меня от мыслей. День был утомительным, и я заснула под мягкий ритм падающих капель.

- Кассандра… Кассандра… Вставай, Кассандра, - знакомый голос звал меня, но он не принадлежал ассасину, которого я не видела со дня своего возвращения.

Проснувшись, я увидела облачную золотую нить, плетущуюся из мыслей людей, божеств или любого другого существа, и проникающую в сон того, о ком постоянно думали и кого вспоминали.

Мне нужно было лишь дотронуться до кончика нити и она перенесла бы меня к её владельцу. Но самым опасным было то, что нельзя было быть уверенной, куда именно попадёшь и сможешь ли вернуться.

Иногда любопытство опережало осторожность, и в конце концов я всегда оказывалась у начала облачной нити. Так произошло и сегодня, я дотронулась кончиком пальца до нити. Всё закружилось, и шум волн послышался совсем рядом. Вдалеке мерцали огни, луна светила ярко, а темно-красные облака скрывали невысокие дома за горизонтом.

В отражении воды я не узнала себя. Впервые, во сне, я была не похожа на ту, которой была в реальной жизни. Мои черные волосы стали длинными и ниспадали на плечи. Платье было светло-серого цвета, а талию обхватывал пояс белого оттенка. Я показалась себе невероятно красивой и подумала, что было бы здорово остаться такой, как в этом сне.

Громкое карканье вороны отвлекло меня от отражения в реке. Птица села мне на плечо и непрестанно издавала звуки. Я слегка ударила её по клюву и сказала.

- Перестань каркать, разбудишь всех.

- Надо же, ты единственная, кому этот ворон разрешил так обращаться с собой, - раздался тихий голос.

На деревянном мосту, соединявшем два берега реки, стоял принц Нефритовых Призраков.

Он подозвал ворона к себе, но тот не захотел покидать моё уютное плечо. Ву продолжал смотреть на птицу, а та всё так же упрямо оставалась со мной. После долгой битвы взглядами ворон победил и остался рядом.

Ву махнул рукой и произнёс:

- Мало того, что ты пришла сюда без приглашения, так теперь ещё и моего ворона забрала.

Я не смогла сдержать улыбки.

- Ты сам меня позвал, а теперь говоришь, что пришла без приглашения? Не нужно было думать обо мне не переставая, и твоя облачная золотая нить не привела бы меня к тебе.

Ву удивился. Он спустился с моста и подошёл ко мне настолько близко, что в какой-то момент мне показалось, он слышит биение моего сердца. Он долго смотрел мне в глаза и, наконец, произнёс:

- Ты можешь путешествовать во сне? За последние сотни тысяч лет был лишь один человек, который мог пересекать мир снов. Ему было настолько хорошо в нём, что он не хотел возвращаться, всё, чего он желал, сбывалось в этом мире.

Я внимательно слушала, а когда Ву сделал паузу, спросила:

- Ты сказал «был». И что же с ним случилось?

- В мире снов можно находиться лишь определённое время. В нём нельзя жить постоянно. Душа и тело не могут существовать раздельно, и в конце концов его поглотил Фонарь Вечных Снов, больше никто не пересекал этот мир до сегодняшнего дня. Ты должна вернуться обратно, Кассандра.

В последнее время принцу было свойственно сначала звать меня, а затем внезапно принимать серьёзный вид и заявлять, что я должна уйти. Иногда мне казалось, что в нём существуют два человека, одного безудержно влечёт ко мне, а другой боится этого влечения и старается убежать как можно дальше.

Вот только я не знала, кто из них одержит победу. Ворон сам должен справиться со своей внутренней борьбой. Моя задача лишь наблюдать и не дать этим двум половинкам разрушить его настоящего.

Ву продолжал меня выгонять, а птица снова каркала на него недовольно. Почесав ему перья, я сказала:

- Ты же знаешь, что я не могу сама вернуться обратно. Пока стражники врат не решат меня отпустить, у меня нет возможности проснуться. Я последую за тобой и буду тебе надоедать.

Ворон довольно каркнул и потерся клювом о мою щеку. Ву не стал с нами спорить и перешёл мост, но я точно услышала, как он в адрес моего нового друга кинул слово предатель. Тот обиженно отвернулся от принца, который ожидал нас на другом берегу.

Я потерла клюв птицы и сказала:

- Не обижайся, он не такой противный, каким хочет казаться.

Весь остальной путь мы шли молча. Он смотрел вперёд и лишь иногда краем глаза бросал взгляд в мою сторону, чтобы убедиться, что я спокойно следую за ним.

Что с ним не так? Я же его друг, а не враг. И зачем вести себя так, будто не рад видеть меня, хотя сам меня позвал?

- Кассандра, я рад тебя видеть, просто место, куда я держу путь, опасное.

Я закатила глаза и спросила:

- Разве я что-нибудь сказала?

- Ты только что подумала об этом. В мире сновидений любой может услышать твои мысли, поэтому контролируй их, а то попадём в беду.

Ву нежно провёл пальцем по моей щеке. Он потянулся к моим губам, чтобы поцеловать. Моё сердце забилось быстрее, я затаила дыхание, когда его губы должны были коснуться моих, ворон схватил его своим клювом за мочку уха.

Принц взревел от ярости, и его громкий голос прогремел так далеко, как только можно было.

- Ты! В следующий раз я превращу тебя в червя и пошлю в мир смертных, чтобы они тебя скормили курицам!

Ворон спрятался в рукаве моего платья и больше не показывался. Я сдерживала смех, но в конце концов не выдержала и рассмеялась.

Прежде чем мы продолжили путь, Ву бросил злобный взгляд на прячущуюся птицу и прошептал:

- Мелкий пакостник… Нужно было скормить тебя дракону.

В нескольких метрах от нас послышался стук барабанов, словно призывающий к бою. Ву попросил меня держаться рядом с ним и не сходить с тропы.

Слышались странные звуки, а иногда слова, которые я не могла понять. Снова стук барабанов и снова непонятные звуки.

Ву взял мою руку и крепко сжал её.

- Кассандра, постарайся не слушать эти звуки, иначе они причинят вред. И не отпускай мою руку.

Руку? Да я и не собиралась отпускать его руку, потому что звуки и стук барабанов были настолько жуткими, что всё внутри меня холодело. Казалось, кто-то призывал души умерших собраться на этой дороге и атаковать нас.

Тропа была извилистой и длинной. С правой стороны всё заросло красным мхом, и странные звуки доносились именно оттуда. Изначально мох был бесцветным и пахучим. Когда клан Нефритовых Призраков принял на себя обязанности поглотителей тёмных душ, с тех пор мох Суда Трёх Морей начал меняться. Каждая осуждённая душа отбывала своё наказание здесь, и каждая новая душа окрашивала растение всё ярче и ярче.

- Мох окрашивается в цвет крови из-за людей?

Ву не сразу дал ответ, но я, немного подумав поняла. На небесах мох считался священным, когда Боги создали смертный мир, он был первым растением, пустившим свои корни в земле. А теперь за каждую грешную душу мох проливал свои слёзы, которые превращались в кровь и окрашивали всё вокруг. Кто-то думает, что у растений нет души, но если сорвать цветок, ему будет больно умирать и исчезать из этого мира без следа.

Мы продолжали держать путь к Суду Трёх Морей.

Глава 9

Мы остановились у врат Суда Трёх Морей. Ву просил меня просто следовать за ним и ни во что не вмешиваться. Ворон тихо устроился в рукаве.

Стражи врат узнали принца и пропустили нас. Мост, простиравшийся на несколько километров, держался на воде без всяких опор. Горящие фонари подсвечивали его снизу, создавая таинственный полумрак. Колонны соединялись с мостом на каждом повороте. Несколько женщин в разноцветных одеяниях продолжали свой путь, не обращая на нас ни малейшего внимания. Похоже, Ву был здесь частым гостем, и никто больше не удивлялся его появлению.

Когда мы прошли мимо первой колонны, я заметила надписи на её поверхности. Было немного темно, и я жестом руки приблизила фонарь, чтобы прочитать. Это были имена людей, рядом с ними стояли даты и время.

- Это день смерти человека? - спросила я.

Ву даже не обернулся.

- Не только людей.

Я удивилась.

В Книге Пяти Звёзд записан цикл рождения и смерти людей. День, когда человек родился, и день, когда он должен уйти, уступив место новому поколению и не нарушив течение реки жизни.

-Не только? - переспросила я. - Кто ещё, кроме людей, отпечатывается на этих огромных колоннах?

- Продолжай идти, Кассандра, и не задавай слишком много вопросов, - сухо ответил Ву.

Я остановилась. За весь путь он то был мил, пытаясь целоваться, то вел себя как последняя сволочь, и я больше не собиралась это терпеть.

Лицо Ву помрачнело. Его взгляд стал холодным и пугающим, но я не собиралась уступать. Если Ворон смог его победить, то и я смогу.

- Пойдёшь добровольно или мне заставить тебя?

Очень глупо с моей стороны было затевать ссору в мире снов, но если отступить, он сочтёт это за слабость.

- Я не из Клана Нефритовых Призраков, и ты мной не командуешь.

Он злобно улыбнулся:

- Ещё посмотрим, Кассандра.

Длинная чёрная нить вылетела из его руки и стала обвиваться вокруг меня. Чем больше я двигалась, тем сильнее она сжималась. Отец учил, что даже лёгким движением пальца можно создать защитную магию, но только если не боишься противника. Если страх сильнее тебя, битва проиграна ещё до её начала.

Я освободила разум и щёлкнула двумя пальцами. Нити, обвившие меня словно змеи, вспыхнули, а их пепел растворился в светящихся фонарях Суда Трёх Морей.

Собрав весь поток воздуха в ладони, я направила его на Ву. Он смог отбить атаку, и весь удар обрушился на фонари, они потухли, и всё вокруг погрузилось во тьму.

В мире снов наступила глубокая тишина. Мне стало не по себе, и я решила завершить дуэль. Ву - Повелитель Призраков и привык командовать, а мне оставалось лишь сдерживаться и перестать вести себя так, будто мы друзья. В конце концов, я была всего лишь обузой, которая следовала за ним на Суд.

- Извини… глупо было с моей стороны сориться с тобой…- сказала я.

Ответа не последовало. Яркое сияние свечи ослепило меня, и рядом возникла фигура в светлом одеянии. От неё отошла черная тень, мужчина в белом оказался Ву, он держал маску и выглядел отчаянным и страдающим.

Хохот тени за его спиной вселял в меня ужас. На ней тоже была маска, но в отличие от маски Ву, она улыбалась, а его плакала.

Холод пронзил меня, но я всё же спросила:

- Кто ты? Зачем преследуешь его?

Он не ответил, лишь шептал что-то на ухо принцу. Я не могла расслышать слов, но тень не отставала. Маска плакала сильнее, Ву не мог взглянуть на меня, а я не могла отвести взгляд от него.

Я упала на колени, скованная страхом, пока не услышала голос матери.

- Кассандра, чего ты боишься?! Он - тьма, но ты - свет, вселяющий надежду! Ты - восход после самой тёмной ночи. Кассандра, он должен бояться тебя, а не ты его. Вставай, и больше никогда не становись на колени перед такими, как он!

Я поднялась. Во мне больше не было страха. Осталась лишь решимость не дать ему победить.

Тень не прекращала смеяться. Маска продолжала плакать.

- Я тебя не боюсь! - сказала вслух. – Его перепады настроения твоих рук дело?

Смех стих.

- Он был целиком моим, пока не появилась ты… - прошипела тень. - Мой мальчик был послушным и скартмливал мне чистые души, чтобы я мог продолжать жить в нём и становиться сильнее. Но появилась ты, и он поставил под вопрос всё, что я сделал. Он стал сомневаться во мне. Ты засела в его мыслях, а его сердце стало биться сильнее ради тебя. В его чёрной душе появилось светлое пятно.

С груди Ву стала сочиться кровь.

- Ты боишься, что он перестанет тебя слушаться? Что свет в его душе станет сильнее и поглотит тебя?

Мой смех разнёсся по Суду Трёх Морей, и я продолжила:

- Мне так жаль тебя… Ты грязь, прилипшая к его светлой одежде и оставляющая на ней пятна. С сегодняшнего дня Ву мой человек, и я сделаю так, чтобы тебя больше никогда не оказалось рядом с ним.

Тень злобно прошипела:

- Я не один, нас много. Думаешь, если я уйду, не придёт другой?

Мой голос был непривычно твёрдым и громким.

- Убирайся и передай всем, что та, кого они искали всё это время, вернулась… Передай, что Кассандра - дочь великого бессмертного Вей Шенга больше не отдаст им ни одной чистой души!

- Небожительница, - проговорила тень, - имя принца Нефритовых Призраков скоро украсит эти колонны, а однажды высеченное имя на Колоннах Вечности не сотрётся никогда…

Тень исчезла, фонари снова зажглись. Ву сидел на мосту, словно зная, что я веду свою битву за пределами этого места, и ему непозволительно меня тревожить. Он просто ждал.

Минуту назад рука тени лежала на его прямой и гордой спине, а теперь он сидел перед колонной, на которой возможно появится его имя, и мне предстояло не допустить этого. Моя мама умерла из-за меня, и больше никто не должен погибнуть из-за девушки, рожденной в день, когда пять звезд собрались в круг и подарили мне силу и способности, о которых мечтают даже бессмертные.

Ву отвлек меня от мыслей и спросил:

- Ка Гами, он встречался с тобой?

Ка Гами… Так вот как его звали. Его имя значило «зеркало», впитывающее наши страхи.

Я кивнула.

- Прости, - продолжил Ву, - Я пытался уговорить его оставить тебя в покое, но он злится.

- Злится, потому что ты больше не выполняешь его приказы? - спросила я.

Ву отвернулся, ему было стыдно. Принц Нефритовых Призраков плакал от отчаяния. Мне было больно наблюдать это, ведь за всей его грубостью скрывался обычный молодой человек, не способный избавиться от демонов, овладевших его предками на протяжении тысяч лет. Кто-то из них заключил с ним сделку, и теперь он следовал за всеми наследными принцами Клана Нефритовых Призраков.

Я обняла его, взяла лицо в свои руки и сказала:

- Ты всегда можешь поделиться страхами со мной, Ву. Я не боюсь его и смогу помочь тебе, если ты еще не потерял надежду.

Он обхватил мои руки своими и тихо произнес:

- Все, кто пытался мне помочь, погибли, Кассандра. Я сам высек их имена на этих колоннах… Я не хочу, чтобы ты умерла из-за ошибок моих предков. Если ты пострадаешь, я перестану бороться… Я снова стал бороться в день, когда встретил тебя…

Никто не умрет, пока я ничего не боюсь. И даже если я упаду сто тысяч раз, я поднимусь в сто первый и продолжу путь.

Когда мне нужно было возвращаться из мира снов, я заметила, что черная одежда Ву окрасилась в красный цвет - в цвет пламени. Пусть это пламя освещает ему путь в самую темную ночь и никогда не угасает.

Глава 10

Каждый год в смертном мире отмечали Фестиваль Фонариков. Люди запускали их в небо, загадывали желания и верили, что их просьбы достигнут Богов.

Проведя столько времени в Мире Журчащих Рапсодий, я поняла, насколько небожители отличаются от людей. Они почти не мечтали, не радовались мелочам, но у всех было одно общее желание - испытать истинную любовь. И это желание объединяло их со смертными, ведь и те, и другие так отчаянно жаждали именно истиной любви.