Отвергнутая жена дракона. Истинные поневоле

Тиана

— Я требую исполнения супружеского долга, — требовательный голос вырывал меня из нежных объятий сновидений.

Какой долг? Ипотеку я погасила, — хотелось ответить, но вовремя вспомнила, где я находилась.

— Мужчина, а Вы кто? — сонно проговорила, силясь оторваться от подушки.

— Муж твой, Тиана.

О, как оказывается. Правда, помнилось мне, что муж-то нас давно бросил. Уже лет пять как, если записи в дневниках не лгут. Но чего же им врать, если бедняжка скончалась, а в ее теле каким-то образом оказалась я.

— Простите, — опешила я, резко меняя свое положение и натягивая повыше одеяло.

Еще чего не хватало, чтобы посторонние мужчины меня тут рассматривали.

— Прощаю, а теперь, Тиана, приступим к супружескому долгу, — пафосно заявил этот высокий черноглазый брюнет, начав расстегивать пуговицы на своем сюртуке.

Э, нет, товарищ, к такому я пока не готова. А где же ухаживания и томные обещания под Луной?

— А может Вы завтра зайдете? — надежды почти не было, но я не сдавалась. — А лучше через месяц. Через год.

Как же его звали... Все никак не могла припомнить, как называла его Тиана в собственных дневниках. А ведь имя было таким простым, но сложным одновременно. Надо бы выпроводить его, чтобы залезть в записи и освежить девичью память.

— И не подумаю!

Редгар... Ремар... Вспомнила! Ригал!

Нужно было срочно искать выход из ситуации, но едва проснувшийся мозг отказывался соображать и подбрасывать варианты.

— Ригал, — просияла я, — Вы, вероятно, устали с дороги. Давайте, я распоряжусь, чтобы приготовили покои и наполнили ванную горячей водой. Вам просто необходимо освежиться и передохнуть!

Мой голос источал мёд, по крайней мере, я на это очень надеялась, а глазки стреляли, чтобы покорить сердце этого шикарного мужчины.

И чего ему не жилось со своей Тианой? Она — хороша, он — хорош. Были бы идеальной парой и горя не знали, но все было не так уж просто.

Во-первых, сразу после обряда бракосочетания, мужчина, даже не взглянув на свою молодую супругу, сразу же зашагал из торжественного зала к выходу. Мерзавец даже не обернулся и не дал никаких пояснений девушке. Но она не обиделась и не затаила зла, а просто смирилась и покорилась судьбе. Даже когда на утро он заявился и велел собирать свои вещи, чтобы отправиться в, богом забытый, замок, она не сопротивлялась, а тихонько всплакнула и покорилась.

Во-вторых, с тех пор минуло пять лет, а он так ни разу не заявился в этот замок, чтобы, как минимум узнать, жива ли она.

Ну и вишенкой на торте стала смерть девушки. Все последние страницы ее дневника выражали боль, которую она выплескивала через строки.

Внезапно Тиана почувствовала себя плохо, а поняв, что ей осталось недолго, она молила супруга о встрече, и вот он тут...

— Мне бы не хотелось терять времени зря, Тиана. Раздевайся!

Руки мужчины сомкнулись на моей лодыжки, и я охнула от нахлынувшего вихря эмоций, который зародился внизу живота и распространился молниеносно по всему телу.

— Ригал, — предприняла я еще одну попытку. — Давайте, договоримся.

Мужчина замер и посмотрел на меня как-то странно, но не сказав и слова, потянул за край одеяла, в которое я вцепилась, как в соломинку, гарантирующую спасение из бездны эмоций и ощущений.

— Ригал, — испуганно пискнула я. — Вы совершаете ошибку.

— И она будет последней в моей жизни, — зло зарычал он в ответ.

Не успела я и испугаться, как сильное тело навалилось сверху и прижало меня к постели. Протесты были заглушены жгучим поцелуем, а его руки властно скользнули по моему телу, вызывая волну мурашек. Я чувствовала, как и он дрожит от возбуждения, и это лишь усиливало моё волнение и трепет.

Наши взгляды встретились, и в этот момент я поняла, что готова отдаться этому чувству полностью, но происходящее пугало меня до глубины души.

Воздуха не хватало. Только я раскрыла рот, чтобы вдохнуть, как властный язык переплелся с моим.

Бить кулаками в широкую грудь оказалось столь же бесполезно в моем исполнении, равно, как стучать в бетонную стену.

Муд...жчина был крепким, словно скала и не поддавался моему сопротивлению.

Его рука по-хозяйски поползла по одеялу, пробираясь через теплый материал, чтобы найти моё бедро, медленно продвигаясь вверх, вызывая мурашки на коже. Лёгкий вздох сорвался с моих губ, и я почувствовала, как моё сердце забилось еще быстрее.

Каждое его прикосновение было словно электрический разряд, который заставлял меня трепетать от предвкушения. Его пальцы исследовали изгибы моего тела, создавая ощущение жара, который объял нас обоих.

Это пламя распространялось по всему телу и готово было спалить обоих, если немедленно не остановиться. Эта мысль немного отрезвила меня, и я вновь попыталась освободиться.

Мужчина на миг прекратил терзать губы, чтобы сцепить мои запястья и завести их за голову к изголовью кровати. Матрас скрипнул под нами, а глаза встретились.

— Ригал, прошу... — дыхание перехватило, а слова застряли в горле.

Он посмотрел внимательно мне в глаза, но в них горел огонь. Если представить себе адское пламя, то оно должно выглядеть именно так.

— Значит слухи верны?

— Что? — не поняла я.

— У моей жены не может быть любовника!

Визуалы

Дорогие читатели, рада приветствовать вас в своей истории
"Отвергнутая жена дракона. Истинные поневоле"
Это продолжение цикла "Женаты поневоле", но можно читать отдельно.
Сейчас мы познакомимся с героями романа Ригалом и Тианой.

Тиана - попала в тело брошенной жены дракона.

Ригал - властный дракон, который никому не верит.

Героям предстоит непростой путь, чтобы найти счастье и любовь.

Обязательно добавляйте в библиотеку и подписывайтесь, чтобы история не потерялась, а вы были в курсе новостей и новинок.

2

Тиана

Любовника?!

Да у этой серой мышки никого не было и быть не могло. Несмотря на видимость свободы, по замку то и дело бродила прислуга, которая тщательно блюдила за моральным образом своей хозяйки, о чем та прекрасно знала. Никаких кавалеров, даже посетителей мужского пола тут не было ни разу с тех пор, как Тиану доставили сюда.

Более того, в замке не было даже дворецкого, а всеми делами заведовала экономка — суровая Марта.

С этой особой я уже успела неплохо познакомиться, и не то, чтобы она мне не нравилась, но доверия к ней я тоже не испытывала.

За целым замком ухаживали три служанки-горничные, имена которых я силилась запомнить, но они были столь созвучны, что все время вылетали из головы, экономка и кухарка. Всё.

— Да ты издеваешься! — воскликнула я в праведном возмущении.

— Я обязан убедиться в твоей непорочности! — едко заметил муж.

Этот тип мне все меньше и меньше нравился, несмотря на смесь странных ощущений, которые создавали его прикосновения.

— А все эти годы Вы тоже чтили брачные обеты и хранили мне верность? — парировала я, вырываясь из его цепких рук.

Лицемер!

Внутри меня разрасталось пламя, но оно ничего не имело общего со страстью.

Бедняжка Тиана надеялась, что муж придет и защитит ее от страхов и подозрений, а он оказался подлецом. Возможно даже хорошо, что она не дожила до сегодняшнего дня — это окончательно растоптала бы ее нежные чувства.

— Мне нет нужды оправдываться. Мужчинам свойственно искать себе развлечения на стороне, женщина же должна хранить верность и отвечать за продолжение славного древнего рода, — его рык, казалось, проникал в самую душу и отзывался мурашками по коже. — Ты была верна мне, Тиана?

Интересный вопрос. Нет, я точно знала, что жена была ему верна. Более того, она надеялась, что однажды он вернется и они заживут долго и счастливо.

Наивная. Такие типы неисправимы. Они могут только брать, ничего не давая взамен.

К счастью, я не была столь наивна, но если изначально планировала сообщить супругу, что его невеста тихо умерла в собственной спальне, а я чудом оказалась в ее теле, то теперь ни о чем подобном не могло быть и речи. Более того, закрадывалось подозрение, не мог ли дражайший муженек приложить свою лапу к гибели Тианы.

Пока чаша весов была не в его пользу.

— Точно так же, как и Вы мне, любовь моя, — сквозь стиснутые зубы выдала я, мечтая выцарапать ему глаза, чтобы он не смотрел так пристально.

Лицо мужчины побледнело. Он вздрогнул и отшатнулся, брезгливо искривившись, словно увидел нечто мерзкое.

Что ж, если останется, то его ждет множество сюрпризов.

Хватка Ригала ослабла, а затем он перекатился и сел на краю кровати, опустив голову.

Казалось, что он чем-то удручен или подавлен, но нет. Он был зол. Воздух наэлектризовался, а воздух стал густым и тяжелым. Я буквально задыхалась, хотя ничего не препятствовало дыханию. Горло сдавило спазмом, а глаза наполнились слезами.

Я попыталась вскрикнуть, но могла лишь беззвучно открывать рот, как рыба, выброшенная на берег.

Мужчина медленно повернул голову. Его взгляд прожигал меня насквозь, словно он хотел испепелить меня на месте.

— Ты не представляешь, сколько раз я терпел твои выходки, — его голос звучал глухо, но каждое слово врезалось в меня как нож.

По щекам потекли слезы, но я не могла отвести взгляд. Его гнев был осязаем, как раскаленный металл, обжигающий кожу. Я чувствовала, как его ярость проникает в меня, парализуя волю.

— Я пытался быть терпеливым, — продолжал он, с каждым словом все больше теряя контроль. — Но ты... ты не понимаешь, что творишь.

Внезапно он замолчал, и в комнате повисла зловещая тишина. Я не знала, что делать, как реагировать. Его гнев был слишком силен, чтобы я могла найти слова.

Ригал напрягся. Бросок и он схватил меня за плечи, сжимая их с такой силой, что я вскрикнула от боли.

— Я больше не могу это терпеть, — прошептал он, его дыхание обжигало мою кожу. — Ты должна понять, что я не могу быть слабым.

В этот момент я поняла, что он не шутит. Его гнев был не просто эмоцией, а чем-то более глубоким, чем я могла себе представить. Я почувствовала страх, но не за себя, а за него. За человека, которого я совсем не знала.

— Пожалуйста, — прошептала я, пытаясь освободиться, но прозвучал лишь сдавленный хрип.

Он отпустил меня так внезапно, что голова закружилась. К тому же сказывалось кислородное голодание.

Лицо Ригала исказила гримаса боли, и он отряхнул руки, словно прикасался к чему-то грязному, а потом встал и сделал шаг назад, словно пытаясь отстраниться от самого себя.

— Прости, — прошептал он, его голос дрогнул. — Я не хотел...

Хотел. В том-то и дело, что хотел.

Он хотел причинить мне боль, которую не заслужила ни я, ни моя предшественница.

Кое-как, я поднялась на ноги и, не оглядываясь, выбежала из комнаты. Его крики и слова преследовали меня, но я знала, что больше не могу оставаться здесь. Я должна была найти способ спастись, прежде чем его гнев поглотит нас обоих.

Оставалось только понять, что спровоцировало этот приступ и чем заслужила его бедняжка Тиана.

3

Ригал

Я ненавидел себя, ненавидел ее, ненавидел всё, что в моей душе всколыхнула эта встреча.

Мое возвращение не было запланированным, скорее спонтанным. Получив очередное письмо, я был готов тут же уничтожить его. Скомкав готов был уже испепелить прямо в ладони, но что-то в этот раз помешало.

— Любимый, возвращайся в постель, — мурлыкала Аделин из постели.

Я безразлично взглянул на любовницу. Миниатюрная брюнетка с пышными формами глазами стреляла, стараясь угодить своему господину – мне.

— Убирайся, — коротко бросил я, отворачиваясь.

Меня уже давно ничего в ней не привлекало, кроме того, что она была так похожа на мою крошку-жену. Было абсолютным мазохизмом искать ее в других женщинах, но я не мог иначе выбросить из головы ее образ. Однажды повстречав на званом обеде в королевском дворце, я больше не принадлежал себе ни тогда, ни сейчас.

Как сейчас помнил тонкий стан и хрупкость, нежный румянец юности и карие глаза, полные восторгов.

Она была в тонком муслиновом платье, сидящем на ней не по размеру. Вероятно, с плеча одной из старших сестер. Оно давно вышло из моды, но мне было это безразлично. Меня притягивали ее глаза, и запах, и что-то неведомое, скрытое, но манящее.

— Кто это? — спросил я тогда у Кристофера.

Лорд Киллиан метнул свой острый взгляд и остановился на той самой девушке.

— Шестая из семи дочерей лорда Фрай.

Фрай? В этой фамилии было нечто знакомое, но я никак не мог вспомнить, где уже слышал ее.

— Дебютантка?

— Нет. Денег на ее приданное совсем не осталось у бедолаги, поэтому, скорее всего, ее отправят в академию Невест. Возможно, леди Снов сможет подыскать ей достойного жениха.

При одном упоминании академии внутри меня все заледенело. Это учреждение славилось тем, что ежегодно устраивало балы, на которых "невестам" находили спутников жизни. По сути, продавали девицу по контракту.

Тогда я еще не знал ничего...

С разницей в возрасте более сотни лет, мы были бы странной парой, но для дракона не было ничего невозможного.

Оказалось, что лорд Фрай проиграл все финансовое благополучия семьи и сегодня явился ко двору, чтобы показать свою красавицу-дочь. Это была последняя надежда для должника, что кто-то позарится на прелести юного создания и щедро заплатит за нее.

Он не рассчитывал, что удачно выдаст ее замуж. Лорд Фрай планировал подложить ее под того, кто заплатит больше, покрыв его долги и немного сверху.

Что ж, я оказался тем самым идиотом, который купился и был готов на все, лишь бы она не отправилась в академию Невест, хотя там можно было выкупить ее контракт гораздо дешевле, чем запросил у меня ее отец.

Я бросил взгляд на Аделин, вырванный из тяжелых воспоминаний прошлого. Она нахмурилась, капризно сморщив маленький носик, сверкнула глазами и сбросила с себя пуховое одеяло, под которым лежала совершенно обнаженная. Игриво облизнув губы, она раскинула руки в стороны, явив округлости груди и раздвинула ноги, предоставляя моему взору возможность блуждать по ее телу с расстояния.

Длинные гладкие ноги, пушистый холмик, плоский живот, аппетитная грудь...

Аделин была дочерью очень уважаемого человека в Файеркоре. Она имела всё и даже больше, но меня в ней притягивала честность. Эта молодая женщина никогда не лгала и не юлила, совершенно честно заявляя о своих желаниях и пороках. Она была замужем много раз, но каждый — неудачно.

Мы были друг для друга отдушиной, но не забывали о границах и собственных интересах, поэтому могли быть откровенны.

— Прекращай думать о жене, — томно промурлыкала она, лаская свою грудь. — Иди ко мне...

Я поднялся, готовый в этот раз уступить ее желаниям, но из моей руки выпал скомканный листок послания Тианы. Наклонившись, поднял его и вновь раскрыл, пробежаться по ровным строчкам.

Нет. Я не куплюсь на ее слезы, следы от которых хранили строки размазанных чернил на пожелтевшей бумаги.

Я чувствовал ее боль и отчаяние.

Бросив очередной взгляд на, манящую и ожидающую в постели меня, женщину, которая уже все поняла и лишь грустно усмехнулась.

— Лети. Твоя жена была наказана долгие пять лет — настало время поговорить.

Аделин всегда понимала намного больше, чем должна была бы на ее месте любая другая женщина. За это я и ценил ее дружбу и способность закрывать глаза на мои изъяны.

Сжав послание в руке на миг, я просыпал его пепел на дорогой ковер, уничтожив. Взял рубашку со спинки кресла и вышел вон.

Мне предстояла долгая дорога полная размышлений и тяжелых воспоминаний. Моя выдержка могла дрогнуть, а руки сомкнуться на тонкой шейке жены, если я вновь учую от нее мужчину, как это было когда-то.

Полный надежд, тогда я подписал договор и заключил сделку, о которой жалел по сей день. В тот день в торжественном зале, я почувствовал неладное. Невесты еще не было, зато рядом стоял ее отец. Вид у него был очень довольный. Все верно, я принес ему такую сумму, о которой другим приходилось только мечтать.

Он протянул мне сложенный лист бумаги и сказал, чтобы я прочел его после обряда. Там было все, что мне необходимо знать о моей юной супруге, но я не устоял и когда она вошла и направилась к нам плавной и грациозной походкой, быстро пробежался по строкам.

Мои мир рухнул в тот же миг. Больше я не мог смотреть на нее с восхищением.

4

Тиана

Сердце бешено стучало в груди, а горло все еще саднило от пережитого.

Несмотря на весьма скудное одеяние, я бежала по коридорам замка, пытаясь сообразить, что делать дальше. Подобного я не могла предположить даже в самом страшном сне.

Даже дневники Тианы не давали исчерпывающих воспоминаний о том, каким был ее муж, просто она сама не знала толком его.

Их знакомство было коротким. Не обменявшись и парой фраз, они быстро поженились, благодаря стараниям ее папеньки, чтобы тот мог позволить себе не сесть в тюрьму за долги, а сама Тиана приносила себя в жертву ради блага семьи.

— Мне жаль, — шептала я, вспоминая, сколько надежды и отчаяния было в ее дневниках, а теперь мне нужно было спасать свою жизнь самой уже.

Вариантов было немного. Вразумить мужчину, мне казалось, невозможно, а по сему, нужно было быстро соображать.

Гул шагов раздавался по коридору. Я знала, что он следует за мной, чтобы завершить начатое и покончить со мной, но сдаваться не собиралась. Нужно было что-то делать...

Самое странное, что ни единой души я так и не встретила, хотя успела из одного конца замка добраться до другого. Казалось, что все почувствовали беду, и решили не становиться ее невольными свидетелями.

Добравшись до первого этажа, я нырнула в небольшую боковую дверь, ведущую в винный погреб. Еще в первый день, как оказалась в этом мире, я приготовила себе запасной план — план побега, поэтому спрятала запасной комплект удобной одежды тут.

Узелок нащупался быстро, но прежде, чем дверь распахнулась, а в проеме показался мужчина, я успела надеть только ботинки на босую ногу.

Грудь Ригала шумно вздымалась от быстрого шага. Знал бы он, как трепетало мое сердце от этого побега...

— Нам следует поговорить. Сейчас, — отрезал он пути отступления.

Хотя выход из погреба был еще один, это я выяснила у одной из горничных. Он был старым и пользовались им еще во времена, когда тут хранили контрабанду, но те дни давно канули в лету, зато потайная дверца, сильно запаутиненная, осталась на месте. От меня до нее было всего пару метров, но трудность заключалась в том, что ключ, я хоть и раздобыла, но не успела очистить от ржавчины. Даже несмотря на это, он все равно был в дубленке, которая так и осталась лежать на полу в узелке.

— Простите, я не привыкла разговаривать неодетой, — я постаралась, чтобы мой голос не дрожал от холода и волнения.

Выходило плохо.

— А я не привык, чтобы мне перечили. Если я сказал, немедленно, значит, немедленно.

На миг я прикрыла глаза, чтобы перебороть приступ паники, но все же выдохнула и, расправив плечи, посмотрела прямо на Ригала.

Шикарный мужчина, жалко, что мудак.

Каждый шаг набатом отдавал в ушах и приливом крови к щекам. Я была уверена, что когда-то знаменитые жены любвеобильного короля в истории нашего средневековья точно так же шли прощаться с головой. Ощущала себя мелкой песчинкой в масштабах глобальной катастрофы.

— Так-то лучше, жена, — его глаза сверкнули, опалив меня своим жаром.

Сколько ненависти было в последнем слове. Сколько гнева было в нем...

Я нервно сглотнула, но взгляда не отвела.

Пасовать перед тем, кого мне приготовила судьба я не стану. В моем мире не было принято сдаваться. Только вперед.

— Сейчас ты пойдешь со мной и напишешь список всех тех мужчин, которых ты тут привечаешь, — слова били, как хлыст, оставляя следы на моем сердце.

Мужчин? Он явно спятил.

— Что же потом? — мой голос звучал ровно и безжизненно.

— А потом, — Ригал рванул меня на себе, прижимая к крепкому торсу, — Потом я сожгу каждого, кто хоть раз к тебе прикоснулся.

Я ничего не могла понять. О чем он говорил? Тиана жила в уединении и никогда не связывалась ни с кем, даже словом боялась обмолвиться лишний раз с прислугой, не то, что с мужчиной. Тут никогда не было ни одного мужчины.

— Мне не в чем признаваться, — сдавлено проговорила я, вновь встречаясь взглядом с мужем. — Можете сжечь меня прямо сейчас, но моя совесть чиста перед Вами.

Это был рискованный ход. Дневники Тианы не гарантировали, что написанное в них было чистейшей правдой, но я была склонна доверять им, потому что иного источника информации у меня не было. Именно в них содержались знания, которыми теперь я пользовалась и не выдавала своего потустороннего происхождения.

— Будь, по-твоему, — Ригал закинул меня, словно мешок картошки на плечо и зашагал вперед.

Кричать и молотить по этой скале кулаками было бесполезно и опасно, но быть овцой на заклании я не собиралась. Мысли кружили в хороводе, не позволяя сконцентрироваться на чем-то одном, пытаясь охватить всё и ничего.

Мужчина шел по коридору уверенной походкой, с каждым шагом все больше приближаясь к спальне.

На улице был последний мороз, который предшествовал весне, но мне казалось, что каменные стены замка его не сдерживали, потому что все мое нутро словно замерзло и превратилось в лед от страха.

Что он собирается со мной сделать? Наказать? Но за что?

Раскрыв с ноги дверь, он занес меня в спальню и швырнул на кровать, словно я была каким-то мясом, заботиться о чувствах которого ему не приходилось.

— Да будет так, дорогая, — хищно оскалился мужчина и схватил меня за запястье, нависнув надо мной. — Ты сама предложила.

Запястье обожгло так, что из глаз брызнули слезы, а я ахнула от дикой боли, которая распространялась по всему телу, стреляя в мозг.

5

Ригал

Я не верил ни единому слову этой лживой твари. Мне хотелось сделать ей больно, хотелось унизить и растоптать. Когда-то она уничтожила порыв, и я смог отвернуться, но не отречься от истинности.

Сейчас же нам обоим предстояло пройти страшный обряд единения. Говорили, что этот древний обычай соблюдали, когда были уверены в любви избранницы. Времена изменились. Я хотел стать частью ее мира и объединить наши жизни воедино, чтобы проникнуть ей в голову и подтвердить свои подозрения.

Станет ли мне легче, когда я увижу ее в объятиях другого? Этого я не мог знать, но тогда все терзания оставят меня, и я смогу, сомкнув свои руки на ее прелестной шее, убить, пусть и ценой собственной жизни.

Было абсолютно плевать на все. Алая пелена гнева никак не желала спадать, требуя выхода жажды крови.

Тело Тианы напряглось и выгнулось дугой. Она издала протяжный стон, а ее прекрасное лицо исказила гримаса боли.

— Я не… — выдохнула она, прежде чем черты сгладились, а она потеряла сознание от боли.

Укол совести не заставил себя долго ждать, но это была лишь часть ритуала. Одна из трех.

Пока Тиана была в бессознательном состоянии, я мог сделать с ней все, что только могло прийти в голову, но нужно было быстро покончить с этим.

Я взял ее тонкое бледное запястье в свою руку и осторожно погладил по выступающей венке, в которой бурлила жизнь. Было совестно, что одно движение, и она может уже никогда не раскрыть глаз, но это единственный шанс узнать, что было на самом деле.