Рид. Твой Прометей

Екатерина Валерьевна Литвяк Корректор

© Виктория Симакова, 2022

ISBN 978-5-4485-9852-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Рид. Почти каникулы

Рид. Твой Прометей

Посвящается

маме, дедушкам и бабушкам, которые в меня верили;

папе, который поддерживает, заботится и первым читает мои книги;

тетушкам, сестрам и братьям, которые помогают;

детям, племянникам и племяннице, которые вдохновляют.

Пролог

Я смотрю на самого близкого для меня мага и понимаю, что помочь нам может только необычное, неординарное действие. Люди в подобных случаях говорят о чуде. В этом и проблема. Это именно то, что от меня ждут. Мой противник уже предвкушает, как я выкину какой-нибудь магический фокус. Это видно по глазам и чуть дрогнувшей верхней губе, которая уже готова растянуться в усмешке. Лишь только я оправдаю эти ожидания, как жизнь дорогого мне мага будет висеть на волоске.

Противник хорошо меня изучил. Времени для этого у него было достаточно. Он знает, что ради того, кто корчится сейчас от боли на полу, я готова на многое. Может быть, даже на все. Я могу сколько угодно сжимать кулаки и отражать огненные шары с молниями, но все же буду вынуждена отступить и выполнить все требования. Это знаю я, и это знают все, кто находится сейчас в башне.

«Единственный козырь, который есть у меня, – это мой секрет».

Я никому не говорила об этом. Ни у безопасников, ни у магистров даже мысли не возникло о чем-то подобном. Они не спросили, я – не ответила. Если бы даже кто-то и задал вопрос о моей магии, я бы солгала. Скрывать правду в нашей семье учат еще до того, как отпрыски отправляются в школу.

«Получается, что фокус все же у меня имеется и воспользоваться я им должна. Если спасение жизни требует раскрытия секрета, то цену надо платить. Этому меня тоже научили в семье».

Глава 1. Дневник. День, когда все изменилось

Обычный день. Обычный урок истории. В обычной магической школе. Так как школа находится в Европе, то, конечно, мы изучаем преимущественно европейский театр боевых действий. События Первой Мировой войны, произошедшие за пределами континента, освещались поверхностно, без детальной конкретики. Видимо, составители школьной программы считают, что если живешь и учишься в европейской магической школе, а не в австралийской или азиатской, то и знать ты должен прежде всего историю своего региона. А остальное? Как-нибудь узнаем потом, наверное.

Меня и моих родственников такая учебная программа не очень устраивала, а потому магистр Знудкин обычно давал мне дополнительные задания. Например, чтобы осветить деятельность большевиков в Российской империи в 1917 году, мне пришлось неделю не вылезать из архивов, разбирая письма, отчеты, постановления и другие документы того времени. Однажды ради того, чтобы выяснить, имела ли Клеопатра VII шансы на победу с Римским государством в I в. до н.э., я отправилась в мир людей. Посетив Рим, Александрию, Каир, Афины, собрав огромный материал по теме, написала чуть ли не научную монографию. Магистр был доволен, в принципе, а без принципа – оказалось, я не учла психологический момент. Потому работу пришлось переделывать и исправлять. Карты, биографии, труды историков, архивные документы – все это я изучала в огромном количестве. Приходилось задерживаться из-за этого в библиотеке, но оно того стоило: я видела картину событий и явлений целиком, в общем, а не какими-то отдельными кусочками.

История – это вам не трава в поле. Вырвал несколько травинок – и вроде ничего, поле на месте. Пусть травы меньше стало, но она же есть. С историей так нельзя. Убери какое-нибудь событие-пазл, и сразу пропадет целостность образа. Картинка тускнеет, как фрески моего любимого Кносского дворца. Вроде бы изображение на месте, но чего-то не хватает. Нет буйства красок, исчезают полутона, размывается контур. И вот уже перед вами не величайшее творение минойцев, а неумелая работа копирщика.

История – наука серьезная, хотя и не самая однозначная. В любом случае историю не знать – значит ошибки жизни повторять.

«И какие только мысли не приходят в голову на уроке магистра Знудкина! Может, потому мне нравятся эти занятия?»

Я едва слушала лекцию про историю Первой Мировой войны. Вообще-то, студентам с такими магическими способностями, как у меня, этот предмет не читают. Но так как я – полукровка, мама у меня маг, а папа – человек, то мне вписали в учебный план еще и историю человечества, а также их обычаи и культуру.

Не скажу, что это скучно или, наоборот, очень увлекательно, но, как по мне, тема войны не самая интересная. Как бороться за власть и кого уничтожать, спасибо, я этого и дома наслушаюсь и узнаю в подробностях.

В общем, магистр Знудкин, он же магистр Зануда, вещал о планах Тройственного союза и Антанты в далеком двадцатом веке. Студенты-не маги, их еще называли «пустышками», усердно писали конспект.

«Еще бы! Многим из них придется навсегда переехать в мир людей. Без магических способностей в магическом мире их ждет незавидная участь. Даже не знаю, какую работу они могут выполнять без магии. Слуги?»

В некоторых домах магического мира даже обслуживающий персонал должен уметь колдовать. Как еще они будут открывать магические замки и работать по уборке дома? А дома в мире магии разные. Впрочем, как и маги, их населяющие. Помимо характеров, внешности и других индивидуальных качеств обитателей магического мира можно разделить и по силе. Кроме магов и «пустышек» есть те, кто совсем слабы в магии, слабомаги, им тоже невесело живется. И мир людей, и магический мир смотрит на них настороженно и свысока. Зато на полукровок-магов в этом классе смотрят в основном враждебно. И все потому, что у нас есть магические способности.

«Но мы же не виноваты в том, что мы сильнее некоторых».

Солнечный лучик попал мне в глаза и отвлек от размышлений. Я огляделась. Тереза, как обычно, скорчила мне злобную гримасу.

«Что еще ждать от слабомага?»

Симпатичная и самая умная студентка нашего курса – Тоня, была вся в истории войн, строчила лекцию в тетрадь, как автомат Калашникова.

«Еще бы… Любовь».

Поговаривали, что девушка влюблена в магистра Зануду. Не знаю, кто распускал эти слухи, но это была полная ерунда. Магистр влюблен в историю и никого более не замечает. А Тоня? Не знаю, мы с ней не так уж много и общаемся, чтобы обсуждать любовные переживания друг друга.

«Так кто же все-таки пускал лучик?»

По довольному выражению смуглого лица Луки ответ стал очевиден. Друг мотнул головой в сторону магистра. Намек ясен. Сейчас спросят. Надо сосредоточиться и вспомнить, что мне прабабушка Зоя рассказывала про эту войну. Информация у меня была из первых уст.

«Готовьтесь, магистр Зануда, и вы удивитесь, сколько всего я знаю».

– Студентка Рогова, – обратился ко мне магистр, поправляя старые очки, – потрудитесь сделать вывод о планах военных сторон. И акцентируйте, пожалуйста, внимание класса на возможности реализации планов, основываясь на тактике и стратегии Антанты и Тройственного союза, а также на их военном потенциале.

«Даже так…» – я мысленно улыбнулась, краем глаза отметила, как усмехнулся Лука. То, что с меня теперь причитается, я даже не сомневалась. Приятель обладал магическим свойством предвидеть ближайшее будущее. И сейчас использовал его мне во благо.

Не успела я и рта раскрыть, как дверь класса распахнулась, на пороге показались двое. Один из них держал в руках листочек. Это был магистр Яковлев. Такой худенький, вертлявенький и вечно всем недовольный маг средних лет, который боится сказать директору о своем недовольстве, а потому вымещает злобу на студентах. Конечно, многие из них отвечают ему тем же. Второго мага разглядеть не удавалось, тень падала ему на лицо.

– Извините, магистр, – начал магистр Яковлев, – вот распоряжение Николая Константиновича. – Мужчина посмотрел назад на напарника, а потом протянул магистру листочек. – Мы должны забрать нескольких студентов и сопроводить их к директору.

Удивленные возгласы понеслись по классу.

«Кто же это так набедокурил, что за ними двое пришли? И почему я об этом ничего не знаю?»

– Конечно, конечно, – магистр Зануда немного растерялся, потом поправил очки и уже спокойно попросил ознакомиться с распоряжением директора.

В последнее время в школе все меры безопасности были немного усилены. С чем это было связано, я не знала.

«Может быть, Лука был в курсе?»

Этот весельчак итальянец, разгильдяй и мой лучший друг умел попадать в самые разные истории. И обычно каверзы Луки сходили ему с рук.

– Да, вижу, что все в порядке, – магистр оторвался от листочка, расслабил руку, и его магический браслет потух.

Чего нельзя было сказать о магическом браслете магистра Яковлева. От него исходила мощная волна энергии, настолько мощная, что даже слабомаги должны были это почувствовать.

Магические браслеты – вещь занимательная и интересная. В мире людей браслеты служат украшением, у магов же они помогают собирать магическую энергию и создавать заклинания. От простых защитных чар до сложных проверок подлинности личности или документов.

– Следующие студенты должны проследовать за нами в кабинет директора, – начал магистр Яковлев, и класс затих, – это Марк Иванов, Антонина Тишо, Лука Лукиани и Рид Рогова.

Наступила тишина. Лука бросил на меня изумленный взгляд и принялся собирать вещи.

– Ничего не трогать. Ничего не брать. Браслеты не активировать. Встали и пошли, – с порога раздался голос второго мага. Это был не кто иной, как магистр Джованни Виторио-Айгуш. Самый противный из всех противных магистров школы.

Благодаря усилиям этого высокого, стройного мужчины средних лет с орлиным, чуть крючковатым носом и холеными руками развалился не один план шалостей и мелких пакостей со стороны студентов. К тому же по его инициативе уже двенадцать студентов-магов были отчислены из школы. И некоторые из них даже были лишены права продолжить обучение.

Надо ли говорить, что магистр Виторио-Айгуш глаз не сводил с меня и Луки. Но сегодня почему-то вместо победоносной улыбки его лицо хранило печать настороженности и даже боязни. Он боялся нас. И мне это очень не нравилось.

– Студенты, вы слышали распоряжение директора, идите, – голос магистра Знудкина вывел нас из оцепенения и оборвал последнюю надежду остаться в классе.

Я, Лука, Тоня и Марк молча последовали к дверям. Удивление и множество вопросов настолько завладели мной, что я оставила без должного внимания злорадное выражение лица Терезы. В другое время ей бы не поздоровилось. У нас с этой высокой блондинкой давно сложилась взаимная антипатия. Однажды в отместку ей за шалость, которая чуть не стоила Луке возможности учиться в школе, мы с друзьями заставили танцевать ее вещи на парте. Тогда глаза Терезы от удивления стали большими, как чайные блюдца. Когда же тетрадка ударила ее по носу, а ручка выстрелила магическими чернилами на белоснежную блузку, то блондинка залила слезами чуть ли не весь класс. Да, мы с друзьями не оставались в долгу.

С тех пор прошло много лет, и мы не вступали больше в открытое противоборство с Терезой, но с этой блондинкой нужно было быть всегда настороже. Она, как и многие ее подружки, любит действовать скрытно.

«Мы с Лукой в последнее время не делали ничего, за что можно было бы отправить к директору. Или все же он что-то натворил? Последнюю пару дней мы мало общались, так как он был занят ухаживанием за очередной девушкой».

Лука весь в романах. Еще бы! Высокий, стройный, широкоплечий, симпатичный и очень общительный маг с темно-каштановыми, чуть вьющимися волосами. Ради его сладких речей и пылких объятий многие девушки были готовы на все. Чем, собственно, он и пользовался. У меня тоже своих дел хватало, потому на мелкие шалости времени не было. Тоня кроме учебы и одного из магистров ничего в жизни не видит. Марк, он, конечно, противный тип, но совсем без магии – «пустышка», а потому мог только примкнуть к кому-нибудь, чтобы устроить пакость.

«Что же нас объединяет? Только то, что мы ходим на один предмет? Но если бы в деле был замешан магистр Знудкин, то его на ковер вызвали бы первым. Но этого не произошло…»

Уроки в школе были в самом разгаре, в темных коридорах школы никого не было, кроме нас. Школа состоит из нескольких учебных корпусов, соединенных переходами или маленькими двориками, где находились беседки и лавочки. Такие дворики были любимым местом многих студентов: в тени деревьев можно было спрятаться не только от зноя, но и от посторонних глаз.

Магистр Яковлев вел нас по центральному коридору главного учебного корпуса. В любое другое время этот вертлявый и честолюбивый магистр гордился бы, что возглавляет процессию. В любое, но не сегодня. Мужчина постоянно крутил головой. Со стороны можно было подумать, что он просто рассматривает старинные гобелены и картины, развешанные на стенах. Но на самом деле он испуганно поглядывал на нас, идущих за ним. Если бы не присутствие магистра Виторио-Айгуша, который замыкал группу, то не удивлюсь, что магистр Яковлев просто сбежал бы.

Когда же из бокового коридора показались еще двое студентов в сопровождении магистра и незнакомого мужчины в темной мантии, тогда магистр Яковлев немного приободрился и перестал сутулиться. Впереди послышались возмущенные голоса студентов из спортивного зала.

– Это братья Чайкины, – усмехнулся Лука.

– Молчать! – рявкнул неизвестный маг.

Лука собирался ему ответить, но я вцепилась в рукав рубашки друга.

– Погаси браслет, Лукиани, – магистр Виторио-Айгуш зло посмотрел на нас, – и молча продолжаем движение. И тогда никто не пострадает.

Будто в доказательство этому со стороны спортивного зала раздались вопль и ругательства. Да такие отборные и злобные, что стало понятно, там действительно были братья Чайкины. Они без борьбы не собирались никуда идти. Макс и Матвей Чайкины были лучшими друзьями моего кузена Григория Рогова. Если взяли их, то и его тоже. Ситуация становилась все хуже и интереснее. Григорий, в отличие от меня, предпочитал открыто ни в какие передряги не попадать, а действовать руками других студентов.

Мы добрались до кабинета директора спокойно. Еще бы, Тоня и Марк тихо шли и даже глаза на магистров боялись поднять. О каком побеге или акте неповиновения может идти речь? Да и бежать-то некуда. В школе мы жили и учились девять месяцев в году, некоторые даже больше. Без магического портала или без комнаты перемещений быстро покинуть территорию не получится. Ко всему прочему, скрыться от заряженных магических браслетов взрослых магов мало кому из студентов удастся.

– Прошу, – неизвестный маг средних лет и внушительной комплекции пропустил нас вперед, открывая дверь, – только браслеты отдайте.

Лука скрипнул зубами. Мне тоже не нравилась идея разрядить и отдать браслет, но что делать, когда браслет мага направлен на тебя? Магистр Яковлев поднес счетчик к моему браслету и начисто его разрядил. Затем такую же операцию проделал с браслетами Луки и Тони.

– Где твой браслет? – спросил он у Марка.

– У него нет, он же «пустышка», – магистр Виторио-Айгуш грубо толкнул Марка в кабинет. – Сюда, – указал он на стулья в центре комнаты.

Надо сказать, что с последнего раза, когда я здесь была, кабинет Николая Константиновича немного изменился. Раньше он был не таким большим. Стол директора, стол для магистров человек на десять, в углу располагались диван и пара кресел. Точно, еще был небольшой шкаф со стеклянными дверцами, через которые можно было видеть книги и старинные фолианты. Окна всегда были завешаны плотными и тяжелыми шторами. Поговаривали, что в роду у нашего директора был вампир, потому он солнечного света и не переносит. Про свет – вранье. Сама видела, как он прогуливался несколько раз в саду с магистром Юлией Сергеевной под ручку. Насчет вампиров – не знаю, не видела.

Теперь же кабинет стал в несколько раз больше.

«Без магии пространства здесь явно не обошлось».

Окна все были открыты, и шторы были подняты к самому потолку. Студенты сидели небольшими группами. Рядом с ними были те, кто их привел – магистры и неизвестные маги. На бледных и напряженных лицах студентов дрожали солнечные зайчики, отражающиеся от браслетов взрослых магов. То, что браслеты находятся в боевой готовности и могут быть задействованы в любую секунду, сомневаться не приходилось.

Я оглядела присутствующих. Посчитала. Всего в кабинете было двадцать пять студентов, включая нашу группу. Братья Чайкины не скрывали своего отвратного настроения. У Макса на лице красовался фингал, а у Матвея была рассечена бровь. Эти двое были тертыми калачами и побывали не в одной потасовке. Крепкие, сильные, упертые братья Чайкины, казалось, что они рождены для физической работы, а не для магии. Быть может, именно поэтому они и стали главными помощниками моего родственника. Григорий Рогов восседал на стуле непринужденно и гордо.

«Еще бы, фамилия обязывает».

Высокий, статный брюнет с правильными чертами лица и большими глазами. Лишь тонкие губы, сжатые будто в ниточку, портили аристократический образ кузена. Те, кто не был с ним знаком, считали Григория симпатичным и весьма правильным магом: чистокровен, амбициозен, умен и воспитан. Те же, кто имел честь общаться с ним, понимали, что он истинный сын своей семьи, занятый карьерным ростом.

«Жесткий, вредный чистокровка».

Григорий заметил меня. Небрежно ответив на его кивок, я снова принялась изучать присутствующих.

«Необходимо было найти то, что нас объединяло. Не просто же так собрали „зануд-ботаников“, изгоев, забияк и лидеров».

Кроме магов здесь были и «пустышки», такие как Марк. Многих из них я знала только в лицо. Немаги предпочитали общаться в своем кругу и лишний раз не искать встречи с магами. Их можно понять. Многие чистокровные студенты считают ниже своего достоинства общаться с ними. При этом используют «пустышек» в своих делишках. Есть такие проступки, за которые наш доблестный магистр Виторио-Айгуш мог забрать браслет. Чтобы не лишиться магии, некоторые студенты прибегали за помощью к «пустышкам». Им магию не терять, ее и так нет, но за такие услуги студенты-немаги получали кое-что взамен. Никто не хочет оставаться в проигрыше, поэтому деньги, амулеты, талисманы, зелья и другие магические услуги были в большом ходу на тайном рынке. Я такими вещами не занимаюсь, а вот некоторые мои знакомые и родственники промышляли подобными делами. В этом никто не признается, но и те и другие заинтересованы в подобном симбиозе, особенно маги.

«Итак, маги».

Маги собрались разные. Да и то не маги еще, а студенты. Здесь не было никого, кто получил бы полный магический браслет. Наш курс был самым старшим из присутствующих. Студенты с младших курсов сидели и дрожали, как мышки при виде кота. Если бы не надоевшее жужжание магических браслетов, то было бы слышно, как «мелкие» зубами от страха щелкают.

«Понятное дело, что старшекурсники ведут себя куда увереннее. Я тоже раньше от одного взгляда магистра Виторио-Айгуша спешила укрыться в другом коридоре. Даже мой кузен – и тот сворачивал с дороги, если на горизонте появлялся магистр».

Маги – народ интересный. Помочь человеку или еще какому-нибудь существу – это легко. А вот когда речь заходит о помощи другим магам, то сразу возникают вопросы о его происхождении и магической силе. С силой все просто: чем ее больше, тем лучше. Можно, конечно, силу и отобрать вместе с браслетом, но это уже преступление и наказывается весьма сурово.

У тех же, кто учится, браслеты учебные и наполнены они не на полную мощность, а так, чтобы практиковаться можно было в магии. Настоящий браслет, которым дорожит каждый маг, можно получить, только пройдя самый важный экзамен. Как раз в этом году мне и моим однокурсникам такой экзамен и предстоит. И вот тогда (с настоящим браслетом) не надо думать ни о подзарядке каждый месяц, ни об отчетах, и никто его просто так не посмеет разрядить. Снять же настоящий браслет без разрешения мага можно только с бездыханного тела.

Обычно у магов один браслет. Тут даже количество магической силы не играет роли. Сила передается по наследству, в основном по материнской линии. Но есть и исключения из правил. Так, если оба родителя-мага были чистокровками и равными по силам, то их ребенок мог рассчитывать на получение двойного браслета. И тогда он носит двойную фамилию, как наш магистр Виторио-Айгуш. Он очень гордится этим. Еще бы, не каждый день встретишь взрослого с двойным магическим браслетом. Хорошо, что в школе есть еще один маг с таким же браслетом – директор школы.

К полукровкам, к которым принадлежу и я, отношение двоякое: вроде по крови и ниже чистокровок, а вот по магической силе – выше. Многие ученые-маги пытаются выяснить причину, почему среди чистокровок так много слабых магов. Отец Луки один из таких ученых-магов центра Лукиани, который базируется в Риме и вот уже более пятидесяти лет изучает вопросы передачи магии и все, что с этим связано. Лука от этого не в восторге, ведь ему как единственному наследнику своего отца-мага предстоит продолжить дело предков. Но не наука интересует моего друга, а девушки и экстремальные виды спорта. Раньше он, правда, баловался магическими штучками собственного изобретения, но год назад забросил это.

«И ведь неплохие устройства и игрушки у него получались».

– Рид, думаешь, мы влипли? – еле слышно прошептал Лука.

– А не заметно? – огрызнулась я. Когда мне страшно, я начинаю грубить. Надеюсь, друг вспомнит об этом и не обидится. – Браслеты разряжены, посадили здесь и смотрят, как будто мы мыши из лаборатории твоего отца.

– Марк! – от громогласного голоса Луки многие подскочили. – Признавайся, что ты натворил?

– Я? – Марк нервно провел руками по лысине и заерзал на стуле. – Ничего. Клянусь, ничего, – юноша нахмурил чуть сросшиеся брови.

– Сидеть и молчать! – рявкнул магистр Яковлев. Конечно, в окружении стольких магов можно быть и смелым, а как один на один.

– А чего вы нас сюда притащили? – не унимался Лука и встал со стула. – Неужели вы думаете, что мы здесь не только книжки читаем? Может, сюрприз какой готовим? – Неизвестные маги все как один посмотрели на итальянца. Те, что были ближе к нам, держали руки с активированными браслетами наготове. И лица у них были такие, будто перед ними не студент магической школы, а амурский тигр из сибирской тайги, который того и гляди бросится на добычу. – Студенты готовятся вскрыть магические архивы и банки? Смешно.

Многим студентам такая выходка Луки понравилась. Он вообще был известен своими шуточками и оптимизмом. Даже когда его застукали в постели с молодой женой одного из магистров, он веселился и шутил, хотя и убегал потом в простыне, да так, что пятки только сверкали, поэтому все ждали подобного неповиновения от него.

– Молчать, Лукиани, – магистр Виторио-Айгуш направил на его лицо браслет, – если не хочешь, чтобы я испортил твою физиономию.

Друг на секунду задумался, портить свое красивое лицо с классическим римским профилем ему явно не хотелось. С другой стороны, прославиться тем, что поставил на место магистра публично, – это дорогого стоит.

– Вы что, собираетесь напасть на безоружного? И чему вас только в школе учили? – Лука выбрал второй вариант развития событий. Смешки и шуточки послышались со всех сторон. Магистр уже собрался выстрелить из браслета, как в кабинет телепортировался директор школы.

Николай Константинович сидел за своим столом, будто и не уходил никуда, будто это не он только что появился и прервал ссору.

– Проблемы, магистр? – директор положил руки на стол, продемонстрировав свой двойной браслет.

– Нет, господин директор, – мужчина попытался скрыть досаду, но это у него плохо получилось.

– А у вас, Лукиани?

– Да. Почему нас загнали сюда?

– Это распоряжение Службы магической безопасности. – По кабинету пронесся тяжелый вздох.

«Вот откуда эти неизвестные маги. И почему я сразу не догадалась?»

– Я только что побывал в Службе магической безопасности, и у меня для вас не самые радужные новости, – директор посмотрел на меня в упор.

Это длилось всего секунду, но мне хватило, чтобы понять, что он в замешательстве. Никто не видел Николая Константиновича в замешательстве. В гневе, в радости, в печали – было дело. Но вот так, чтобы наш директор не знал, что делать, – впервые. Мне стало нехорошо.

– Лука, сядь, – сказала я другу.

– Мудрые слова, надеюсь, что не последние. – От директора я давно не получала похвалы. Может, потому, что она мне не была нужна?

Николай Константинович встал, одернул пиджак и обошел стол, затем поправил галстук. Этот мужчина лет пятидесяти возглавлял магическую школу вот уже более десяти лет. Руководил не всегда мудро, но достаточно справедливо, чтобы студенты и магистры его уважали.