Большой Жук

Бум или незваный гость

Вдалеке от большого города, среди величественных холмов, шумел лес. В самой чаще этого леса, в уютной пещере, жил огромный Медведь. Он был ленив и не очень общителен. Среди лесных обитателей у Мишки нашлось бы всего несколько приятелей.

Больше всего на свете Медведь любил вкусно поесть, а ещё подолгу сидеть у входа в свою пещеру. Удобно устроившись на мягкой траве, Мишка смотрел, как по небу плывут облака, как ветер шевелит листву. Вечерами он любовался закатом, слушал шум реки и пение птиц.

В один из таких вечеров Медведь нежился в лучах ласкового солнца. В животе приятно урчало после сытного ужина. На его носу сидела смелая бабочка, то распахивая, то закрывая свои крылышки.

– У-у-уууууууу!

Мишка прислушался. Странный звук приближался.

– А-а-аааааааа!

Звук всё ближе. Медведь привстал, пытаясь понять, кто кричит. Но никого не увидел.

– А-а-аааааааа, помогите! А-а-аааааааа!

Мишка встал на задние лапы, вытянулся во весь свой огромный рост, глядя в лесную даль. Бум! Что-то врезалось в правый глаз Медведя, и глаз перестал видеть. От неожиданности он замер. Огромный золотисто-зелёный Жук, а это именно он врезался в Мишкину голову, зашевелился, отцепился от медвежьей шерсти и упал в траву.

– Большое спасибо, вы спасли мне жизнь, – сказал Жук, поправляя свои крылья.

Медведь ошеломлённо посмотрел на Жука, по сторонам и опять на Жука.

– Я мог врезаться в камни и разбиться, – продолжал Жук. – Но вы очень кстати оказались на моём пути. У вас мягкая шерсть.

Жук попытался взлететь, но крылья не слушались его. Попытался ещё раз, снова не получилось, и он пешком отправился в невысокие заросли кизила.

– Надо отдохнуть. Я летел целый пень… то есть день, ужасно устал, переволновался.

– Это заметно, – пробормотал Медведь.

Усевшись на широком листе, Жук продолжил:

– Позвольте представиться – меня зовут Гулицкий, крупный представитель семейства жуков-нарывников.

Медведь вытаращил глаза.

– Согласен, имя необычное. Если честно, зовут меня иначе. Но имя, данное при рождении, я не люблю. А Гулицкий – звучит красиво. Не находите?

Медведь по-прежнему не мог прийти в себя от произошедшего. Новый знакомый оказался весьма разговорчивым, а Мишка болтунов не любил. К тому же зачесался правый глаз.

– Это очень интересная, но длинная история. Обязательно расскажу. А сейчас я бы с удовольствием перекусил.

Жук с аппетитом хрустел листьями. Медведь наблюдал за ним, сидя на траве, и раздумывал, как бы повежливее избавиться от непрошеного гостя.

– Прошу меня извинить, я не спросил вашего имени, – спохватился Жук, приступая к очередному сочному листу.

– Медведь.

– И всё? – Жук искренне удивился.

Медведь кивнул.

– Такой большой, сильный. Шерсть – просто загляденье. Я даже не знал, что бывают настолько красивые медведи.

Медведь смущённо пожал плечами.

– Мы придумаем вам хорошее имя.

– Не надо.

– Скромность вас украшает. Но называться просто Медведем.., – Жук задумался. – Не могу подобрать слово, переутомился, знаете ли. Но это слишком заурядно. Вам нужно что-нибудь… изысканное!

– Я не хочу, – возразил Медведь, а про себя подумал, что даже не слышал таких слов – «изысканно» и «заурядно».

Наконец Жук насытился, расправил крылья и взлетел. Сделав несколько кругов над Медведем, Жук вернулся на землю и сказал:

– Полный порядок. Ну или почти, – Жук повернул голову в попытке рассмотреть себя сзади. – Надкрылья слегка помяты, но это ничего. Главное – я жив, свободен, сыт и готов рассказать свою удивительную историю.

«Этого ещё не хватало!», – подумал Медведь, а вслух пробормотал:

– Может быть в другой раз? Солнце почти село, я рано ложусь спать. К тому же глаз чешется, надо что-то с этим придумать…

– О-о! – сокрушённо произнёс Жук. – Это моя вина. Но я неспециально. Правда-правда!

Медведь недоверчиво взглянул на Жука и закрыл лапами оба глаза. Кажется, что так меньше чешется.

– Нужна вода, – не унимался Жук. – Здесь есть река, ручей или озеро? Лучше не откладывать на завтра и промыть глаз сейчас. Энтомолог сказал мисс Тумас, что жуки-нарывники умеют выделять ядовитое вещество, особенно в состоянии стресса.

Медведь совсем потерялся среди новых слов: «энтомолог», «стресс». Да ещё какая-то мисс Тумас. Но идея умыться ему понравилась. Может действительно перестанет щипать глаз?

Спускаясь к ручью, Медведь слышал, как за спиной трещал крыльями незваный гость. «Свалился на мою голову, – сокрушался Медведь. – И не отвяжешься от него. А какое странное имя у Жука – Гулицкий. Я бы себе такое точно не выбрал».

Пока Медведь плескался в воде, Жук давал советы и не замолкал ни на минуту.

– Всё когда-нибудь заканчивается, – неожиданно сказал Медведь.

– Пожалуй, я соглашусь, – ответил Жук. – Хотя не очень понимаю, что вы имеете в виду.

– День подходит к концу. И моё терпение тоже, – буркнул Мишка.

Обычно невозмутимый и спокойный Медведь к собственному удивлению почувствовал, что сердится на Жука. И что ему очень хочется вернуть назад тихий вечер до появления непрошеного гостя, пение птиц и бабочку на носу.

Почти стемнело. Медведь не спеша возвращался к своей пещере. В лесу стало тихо, только ветки шуршали под лапами, да шум реки едва доносился до Мишкиных ушей. Жука не видно и не слышно. Медведю даже стало немного стыдно за свою неучтивость.

А вот и любимый уютный дом. Рядом большая ива, её ветки служат своеобразной дверью в пещеру. Каждое утро Медведь словно занавеску заправлял гибкую ветвь за ствол дерева, а вечером возвращал её на место.

Предвкушая сладкий сон, Медведь привычным движением опустил ивовую ветвь. В лунном свете что-то сверкнуло и упало на землю.

– Прошу прощения, слегка задремал, – Жук затрещал крыльями и закружил над Медведем.

От досады Медведь плюхнулся на траву. C этим Жуком нет никакого покоя! А Гулицкий всё не унимался:

– Такая ночь, звёзды! Очень подходящее время и место послушать удивительную, но совершенно правдивую историю моего спасения.

Медведь обречённо вздохнул.

История, которая приключилась с Жуком

Целую неделю моросил противный нескончаемый дождь, заставивший всех сидеть по домам, и вот наконец первый тёплый солнечный день. В городском парке было оживлённо и шумно. Снова закружили карусели, замелькали счастливые детские лица. Даже музыка из репродуктора стала как будто веселее.

Жук не любил дождливую погоду и ужасно страдал от скуки, пока аллеи и лужайки парка день за днём пустели и погружались в сырость. Какова же была его радость, когда наступил безоблачный день. Не раздумывая долго, Жук расположился на мягкой траве, приоткрыв свои блестящие надкрылья и выставив брюшко под жаркие солнечные лучи. И так разомлел от удовольствия, что потерял всякую осторожность.

Воодушевлённый прекрасной погодой старик-энтомолог бродил по тропинкам городского парка, надеясь пополнить свою обширную коллекцию насекомых чем-нибудь интересным. Он провёл в парке несколько часов, всматриваясь в молодую свежую листву и растительность под ногами, и к полудню был вознаграждён за своё усердие – в траве сверкнуло настоящее сокровище.

За свою долгую жизнь энтомолог поймал тысячи насекомых, но такого Жука ему видеть не приходилось: золотисто-зелёный, искрящийся на солнце Жук был невероятных размеров. Старик даже разволновался – этот превосходный образец нельзя упустить.

Хлоп! Жук оказался в большом сачке. Он ещё толком не понял, что произошло, а старик-энтомолог уже ловко пересадил его в специальную коробочку, захлопнул крышку, на которой карандашом сделал отметку – дата и место поимки насекомого.

Долговязый старик распахнул дверь, приглашая гостей войти в кабинет:

– Мисс Тумас, мистер Росс, прошу вас, располагайтесь, – он жестом предложил два кресла напротив рабочего стола. – Позвольте поздравить вас с обручением.

Эдит Тумас удивлённо вскинула брови, пытаясь, во-первых, понять, откуда этот человек знает, что они с Джоном Россом обручились, а во-вторых, зачем жених пригласил её сюда, и что всё это значит.

– Мистер Росс хочет сделать вам необычный подарок по случаю помолвки, – старик задержал взгляд на Эдит и приосанился. – Как вам, наверное, известно, я энтомолог. Моя коллекция насекомых потрясающая, такой нет больше нигде. Чтобы уговорить меня расстаться с уникальным экземпляром, мистеру Россу пришлось сообщить, зачем ему Жук.

– Я собираюсь жениться на прелестной девушке и хочу сделать ей особенный подарок. Я даже готов познакомить вас с моей невестой Эдит, именно поэтому мы приехали вдвоём, – нетерпеливо завершил объяснение Джон Росс. – Давайте перейдём к делу.

Энтомолог покачал головой:

– Не одобряю спешку. Но вы, мистер Росс, человек занятой. Постараюсь не отнять у вас много времени.

Он подошел к окну, взял небольшую коробочку с полки, аккуратно постучал по ней:

– Эй, приятель, не спишь?

Эдит Тумас пока не поняла, с кем разговаривает старик и кто сидит в коробке. Она была поражена огромным чёрным вороном, который уселся энтомологу на плечо. Старик вернулся в своё кресло и продолжил разговор:

– Насекомые – моя страсть.

– Стра-асть, – повторил за ним ворон.

Эдит вздрогнула. Энтомолог улыбнулся, надел очки и ещё раз постучал по коробочке. Там кто-то зашуршал. Старик протянул коробочку мистеру Россу:

– Немного тесная, но вы, полагаю, подыщите для этого бесподобного Жука ящик попросторнее.

Джон Росс восхищённо взглянул на Жука, а потом повернул коробочку стеклянной стороной к Эдит. Вот теперь она разглядела обитателя коробки: переливчатый золотисто-зеленый с металлическим блеском Жук.

– Такой большой! Мне не доводилось видеть ничего подобного! – удивилась Эдит Тумас в очередной раз.

– Огромный, единственный в своём роде! Уникальный экземпляр шпанской мушки, – гордо отметил энтомолог. – Не буду раскрывать секрет, где я его поймал, но вот уже больше месяца он живёт у меня в кабинете.

– Обычные жуки не больше дюйма. А этот в три раза больше самого крупного экземпляра из тех, что я видел, он изумительный, – восторженно добавил Джон Росс.

– И он теперь ваш, – с лёгким сожалением вздохнул старик. – Никакой другой повод не заставил бы меня расстаться с Жуком, я буквально очарован им. Но если это подарок невесте, то я готов согласиться, что такой знак внимания намного важнее любого кольца. Должен предупредить миледи вот о чём: шпанская мушка – звучит кокетливо, но Жук может быть опасен. Он принадлежит к семейству жуков-нарывников, которые умеют выделять ядовитое вещество. Особенно в состоянии волнения. При попадании на кожу яд вызывает ожоги, волдыри и нарывы. Мистер Росс, конечно, знает об этом.

Джон Росс кивнул:

– Шпанская мушка может быть очень хрупкой, легко повредить насекомое. И тогда неизбежно выделение вредного вещества.

– Этот экземпляр едва ли назовёшь хрупким, он такой великан, – заметил энтомолог. – И всё же будьте аккуратны.

Эдит Тумас постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла в спальню брата.

– Роланд, проспишь всё на свете.

– Что тебе нужно в такую рань? – пробормотал юноша, всем своим видом давая понять, что не готов к разговору. С закрытыми глазами Роланд повернулся на другой бок в надежде поспать ещё немного.

– В столовой накрывают обед. Твоё любимое рыбное суфле с лимонным соусом.

– По какому случаю? – любопытство взяло вверх, и Роланд взглянул на сестру.

– Джон Росс сделал мне предложение, и я его приняла, – с улыбкой ответила Эдит.

– Ты разбудила меня, чтобы сообщить, что мистер Росс сошёл с ума?

– Выбирай выражения, братец! – бросила Эдит через плечо и распахнула гардины.

Яркий солнечный свет залил комнату. Роланд зажмурился и натянул одеяло до макушки.

– Тётушка Грэнна будет с минуту на минуту, – продолжила Эдит. – Натягивай штаны и спускайся в библиотеку. У меня к тебе дело.

– С каких пор мой кабинет стал библиотекой?

– Библиотека всегда была библиотекой. А если ты хочешь свой кабинет – забирай весь дом, я перееду в особняк на Парковой.

– Сама забирай этот дом, а на Парковую поеду я!

Эдит снисходительно взглянула на брата:

– Это бессмысленный разговор. Я жду тебя внизу, не заставляй тётушку нервничать, – с этими словами Эдит покинула комнату.

Когда Роланд вошёл в библиотеку, там уже вовсю командовала тётушка, раздавая указания прислуге. Эдит не вмешивалась, тихо сидела в уголке. Тётя Грэнна окинула взглядом помятый и заспанный вид племянника:

– Мальчик мой, вам следует вспомнить правила приличия, – фыркнула тётушка. – Где это видано, чтобы старшие родственники ждали юнца, пока он соизволит спуститься к обеду!

Роланд не стал возражать, хотя очень хотелось. Он обошёл старинный письменный стол и занял самое дальнее кресло в библиотеке. Тётя Грэнна сделала ещё несколько замечаний насчёт чистоты окон и каминной полки.

– Через четверть часа обед, будьте любезны не опаздывать, – строго произнесла она в адрес своих племянников, после чего отправилась с инспекцией на кухню.

– Она невыносима, – простонала Эдит. – Даже когда сердится на кого-то ещё.

– У нас в семье все такие, – заметил Роланд.

Эдит пропустила мимо ушей колкость брата и подошла к нему со шкатулкой, в которой что-то шуршало.

– Мне нужен ключ от этой коробки. Без ключа защёлку не открыть.

– У меня нет ключа от этой штуковины.

– А где он? – с искренним недоумением спросила Эдит.

– Откуда мне знать. Я впервые вижу…

– Шкатулка стояла здесь, в библиотеке, – перебила его сестра. – Значит она твоя. Ведь ты присвоил библиотеку и считаешь её своим кабинетом.

– А все, кому не лень, хозяйничают здесь. Тётушка проводит инспекции, ты берёшь без спроса вещи, – пробубнил Роланд.

– Братец, мне нужен ключ, – Эдит начала нервничать. – В шкатулке ужасно дорогой подарок, я не хочу его испортить.

Роланд с интересом заглянул через сетчатую крышку внутрь.

– Там насекомое?!

– Это Жук. Ужасно редкий и дорогой, – подтвердила Эдит.

– Быть может, шкатулка была в сундуках? – предположил Роланд. – Два больших сундука с вещами, которые давным-давно стояли в углу. Я велел прислуге разобрать их.

– Какие ещё сундуки? Ты специально морочишь мне голову? – подозрительно прищурилась Эдит.

– Ничего подобного, – надулся Роланд. – Наш папаша как-то решил навести порядок и всё, что привозил из экспедиций, собрал в одном месте. В сундуках была всякая дребедень: шкатулки с секретом, бесполезные статуэтки, подсвечники. Словом, куча барахла. Пока мы не поделили наследство, я решил не выбрасывать ничего. Не удивлюсь, если ключ от этой шкатулки пылится в особняке на Парковой или вообще потерян.

Эдит застонала от досады:

– Угораздило же нас пересадить Жука в эту странную шкатулку с защёлкой.

– Кстати, а в чём ты его привезла домой и зачем пересадила в другую коробку?

– Мы торопились на премьеру в театр. Не тащить же с собой Жука и в машине не оставить – Джон заплатил за него кучу денег. Заехали по дороге к нам, оставили в библиотеке.

– Ну а в шкатулку-то зачем его? – не унимался Роланд.

– Старик-энтомолог отдал нам Жука в тесной маленькой коробочке, хотели как лучше…

Брат с сестрой не успели договорить, из столовой послышался голос тётушки. Пора за стол.

– Вчера я обручилась с Джоном Россом, – за обедом Эдит первая нарушила молчание.

Тётушка взглянула на руки племянницы и вместо поздравления коротко отметила:

– Я что-то не вижу кольца на пальце!

Эдит вздохнула. Сколько раз ей ещё придётся объяснять, что жених сделал оригинальный подарок, не такой как у всех.

– Кольцом никого не удивишь. Джон подарил мне по случаю помолвки особый подарок.

– И что же это за диковина? – не унималась тётя Грэнна.

– Великолепный экземпляр шпанской мушки.

– Это что же… новый вид бриллиантов? – заинтересовалась тётушка.

– Это Жук. Большой, блестящий, зеленый и пока ещё живой, – сказал Роланд, предвкушая, какой разнос устроит тётя.

– Жук? – тётушка округлила глаза. – Ваш отец потратил пол состояния на зверинец. И вы туда же! Роланд тратит сумасшедшие деньги на редких животных, ты соглашаешься принять вместо бриллиантов … насекомое!!! – тётя Грэнна так разошлась, что стала обмахиваться салфеткой, чтобы прийти в себя.

– Жук уникальный и стоит очень дорого, – Эдит не теряла надежды убедить родственников в своей правоте.

Но тётю было не остановить.

– Насекомое, – грохотала она на всю столовую. – Какая-то козявка! Что от неё проку?

Жук, конечно, слышал этот громкий разговор. Он сидел в шкатулке, сквозь щель разглядывал книги на полках и очень хотел есть. А потому даже не обратил внимания на презрительные замечания тётушки Грэнни.

– Я планирую приколоть жука к шляпке на осенний бал. Он прекрасно дополнит мой оливковый наряд, – Эдит не сдавалась.

– Один раз нацепить на шляпку. ОДИН раз, а потом что? – возразила тётя.

– А что кольцо? Ну кольцо и кольцо. У всех одинаково, – вздохнула Эдит.

– И где можно взглянуть на этот потрясающий экземпляр, который ты променяла на бриллиант? – язвительно поинтересовалась тётя Грэнна.

– В библиотеке, в шкатулке. Только Роланд потерял ключ, – надула губы Эдит.

– Ничего я не терял. Я вообще не знаю, откуда ты взяла эту шкатулку, – обиделся в ответ Роланд.

– Ты специально меня злишь, – повысила голос Эдит.

– У тебя привычка обвинять всех вокруг, но сейчас ты сама виновата! – Роланд не остался в долгу и тоже повысил голос.

Тётя Грэнна звонко постучала столовым ножом по тарелке, восстанавливая тишину. А затем произнесла тоном, не терпящим возражений:

– Быть может, правила приличия кому-то покажутся старомодными. Но в нашей семье их никто не отменял. В моём присутствии прошу не скандалить!

И все замолчали.

Следующим утром Роланд приехал в особняк на Парковой улице и сразу же отдал шкатулку слуге. Коротко объяснив, что внутри живой Жук и что нужно подобрать к шкатулке ключ, Роланд поднялся в кабинет. Там он сделал несколько телефонных звонков и сел у окна с прошлогодней газетой. В очередной раз прочитав интересующую его статью, Роланд убрал газету в папку с документами.

Наконец-то можно побыть в тишине, помечтать о предстоящей поездке. Он мог бы так сидеть до вечера. Но к обеду жаркое солнце прогрело кабинет настолько, что пришлось встать и распахнуть окно. В комнату ворвались звуки улицы и тёплый летний ветерок. В парке кружились карусели, из репродуктора доносилась приятная музыка. Роланд прислушался – музыка сменилась городскими новостями и прогнозом погоды.

«Жара отступает, – сообщил диктор. – На город надвигается юго-восточный циклон. В ближайшие дни ожидается похолодание, усиление ветра и сухие грозы. Порывы ветра могут достигать рекордных значений. Рекомендуем оставаться дома при ухудшении погодных условий».

Роланд нахмурился. Погода портится, а у него такие грандиозные планы.

В дверь постучали. Слуга принёс шкатулку и несколько ключей. Все ещё размышляя о своих делах, Роланд ковырялся ключами в замке. Один из ключей легко вошёл в отверстие, замок щёлкнул, и крышка шкатулки внезапно распахнулась. От неожиданности Роланд заморгал. Слуга тоже оказался не готов к тому, что крышка отпрыгнет назад.

А вот Жук совершенно не растерялся – взмыл под потолок, сделал круг по комнате, разминая крылья. Почуяв свежий воздух, он устремился к открытому окну.

То же самое сделал Роланд, но опоздал. Треща крыльями, Жук покидал особняк на Парковой улице. Скоро он превратился в едва заметную точку и совсем исчез из вида.

Роланд схватился за голову. Что теперь будет?! Понимая, что хозяин расстроен, слуга молча ждал указаний. Роланд бросился к телефону, торопливо набрал номер:

– Мистер Рипли, мы могли бы перенести начало нашей экспедиции на сегодня? – выпалил он.

– Боюсь, что это невозможно, мистер Тумас, – ответил хриплый голос.

– Я заплачу двойную цену, – попытался уговорить Роланд.

– Вы слышали прогноз погоды? Шквалистый ветер перевернул две машины в ста милях отсюда. Наши машины тяжёлые, и можно не опасаться за них. Но мои ребята не станут рисковать собой даже за двойную цену.

– Но…

– Нет, мистер Тумас. Мы не успеем подготовиться. Сможем выехать не раньше вторника, – собеседник Роланда был непреклонен.

Роланд повесил трубку и окинул взглядом стол с документами. Суетливо собрал несколько листков бумаги с записями, добавил к ним папку. Всё это сунул в руки слуге со словами:

– Собери дорожные сумки. То же самое, что ты когда-то собирал отцу в экспедиции.

Роланд перерыл все ящики стола. Потом комод и снова вернулся к письменному столу.

– Патроны для охотничьего ружья… где они могут быть? – юноша почесал затылок и вопросительно посмотрел на слугу. – Ружьё в футляр, патроны найти и запаковать, – продолжил он. – Я заеду за сумками во вторник рано утром.

Роланд вышел из кабинета, слуга за ним. Спускаясь по лестнице, Роланд вдруг остановился и обернулся к слуге:

– Лучше так: ты соберёшь все сумки и пришлёшь в центральную гостиницу на имя мистера Монтгомери. Запомнил?

Слуга утвердительно кивнул.

– Я пережду в гостинице, – сообщил Роланд. – Сейчас лучше не попадаться сестре на глаза. Эдит обещала заехать после обеда. Спросит про меня – скажи, что не знаешь, куда я уехал.

Роланд приоткрыл парадную дверь и, озираясь по сторонам, вышел на улицу.

– Надо поторопиться, чтобы не встретиться с сестрой, – пробормотал он и сел в машину.

Гроза

– Чудесным образом открытое окно подарило мне свободу, – завершил рассказ Жук.

Он немного помолчал и добавил:

– Не ожидал от себя такой прыти. Оказывается, я умею развивать высокую скорость. Но не могу потом остановиться. Если бы не ваш выдающийся рост…

– Уметь вовремя остановиться – это хорошая привычка, – заметил Медведь и повернулся на другой бок.

«Наконец-то рассказ окончен, и я могу заснуть», – обрадовался про себя Мишка, а вслух сказал:

– Предлагаю немного поспать. Особенно тем, кто проделал большой путь. Скоро рассвет, птицы запоют с первыми лучами солнца.

Медведь устроился поудобнее и приготовился смотреть сон. Жук некоторое время пыхтел в углу пещеры, а потом с сожалением сообщил:

– Я переутомился… заснуть не получается.

Мишка не ответил, подумал, что если промолчать, то и Жук перестанет болтать.

– Вы даже не поинтересуетесь, откуда у меня такое необычное имя? – Жуку не спалось, и он снова обратился к соседу по пещере.

– Оставим этот разговор на завтра. Вы же никуда не денетесь с приходом нового дня? – сердито ответил сонный Мишка.

– Разумеется, нет. Всегда к вашим услугам.

– Я почему-то так и подумал, – вздохнул Медведь.

С восходом солнца лес наполнился пением птиц. Медведь зевнул, потянулся и… вспомнил про Жука. Может быть, ему всё приснилось? Мишка открыл глаза, огляделся. Нет, не приснилось. Вот он, болтун, дрыхнет у входа в пещеру, переливаясь в лучах утреннего солнца.

Медведь тихо выбрался наружу. Обернулся, убедился, что Жук сладко спит, и направился к реке. По дороге он заглянул на любимую поляну. В эту пору как раз начала созревать ежевика и малина – его любимые летние лакомства. Отведав ягод, Медведь приободрился и в хорошем расположении духа отправился навестить свою приятельницу Выдру.

Путь до большой реки был неблизкий. Когда Медведь подошёл к воде, погода переменилась. Поднялся ветер, над холмом появился край грозовой тучи. Медведь поискал глазами свою подругу. Выдра в привычной манере безмятежно спала, покачиваясь на воде. Мишка не стал её будить, прекрасно зная, что рано утром Выдра любит поохотиться, а потом вздремнуть. Он сел на берегу чуть выше по течению, закрыл глаза, прислушался. Птицы замолчали, значит грозы не избежать.

Над заводью пронеслись две взволнованные шумные сойки. Выдра проснулась, увидела Медведя, но из воды выбираться не торопилась.

– Вид у тебя не очень. Плохо спал, – предположила Выдра.

– Ты как всегда проницательна, – ответил Медведь и перебрался поближе к заводи.

Обмотавшись водорослями, Выдра по-прежнему болталась в воде, лёжа на спине. Приятели обычно так и разговаривали: Медведь сидел на берегу, а Выдра покачивалась в реке, глядя в небо. Они были давно знакомы, так что порой обходились без слов. Иногда друзьям бывает достаточно побыть рядом и помолчать.

– На мою голову свалился ужасно назойливый Жук. Никакого покоя от него. Он, конечно, блестящий и всё такое, но…

– Этот что ли? – поинтересовалась Выдра и указала лапой вверх.