Гувернантка из Рэд Холла

Глава 1

Никто так и не смог ответить на вопрос о том, что случилось с Мелоди Нэш, молодой хозяйкой Рэд Холла. Полицейские и добровольцы из числа жителей ближайшей к усадьбе небольшой деревни Элдридж в ...ширском графстве добросовестно обследовали каждый лесок и водоем, проверили даже канавы, но, несмотря на все усилия, ее тело не было найдено.

Кажется, все были убеждены, что шансы отыскать молодую женщину живой ничтожны. На совершенное преступление указывали следы, обнаруженные на территории усадьбы в заброшенной сторожке – большое кровавое пятно на полу и кровавые отпечатки ладоней на стенах.

По странному стечению обстоятельств, в день исчезновения Мелоди Нэш из Рэд Холла сбежала гувернантка Хелена Колдуэлл, укравшая драгоценности хозяйки. После обнаружения улик в сторожке сыщики стали подозревать беглянку не только в воровстве, но и в убийстве. Ее объявили в розыск, но девушка словно растворилась в воздухе. А других зацепок у полиции не было.

Нэши проживали вблизи деревни Элдридж в большом двухэтажном особняке из красного кирпича, чьи задние окна смотрели в небольшой сад, окруженный лесом, а фасад был обращен к аллее, выходившей на дорогу, ведущую в деревню.

Место тихое и малолюдное. Неподалеку от сторожки, на берегу ручья Блэкуотер, образующего небольшое уединенное озерцо, приютилась полуразрушенная мельница Пенроуз со скромным, давно покинутым домиком.

Так что ближайшей к Рэд Холлу соседкой являлась вдова Бетси из коттеджа «На холме», но женщина была слегка глуховата, как и ее служанка, с которой она пререкалась изо дня в день, поэтому, при всем желании помочь, никаких свидетельских показаний пожилая леди дать не могла.

Западнее коттеджа лежала довольно большая ферма Элкоттов, а с другой стороны, среди сосен, находился порядком обветшавший Палмер-хаус, который на длительное время сняли молодой художник Грегори Дойл с сестрой. Он целыми днями бродил по окрестностям, делая наброски. Она, по слухам, настолько больна, что не выходит из своего убежища. Прислуживала им семейная пара – угрюмые, необщительные люди.

Нэши считались в полной мере респектабельным семейством, чья репутация отличалась безупречностью, а взаимоотношения с родственниками, малочисленными приятелями и соседями были вполне дружескими или нейтральными. Во всяком случае, так обстояли дела на тот момент, когда я в качестве гувернантки переступила порог Рэд Холла и приступила к своим обязанностям с усердием, достойным похвалы.

Леди Нэш и мисс Колдуэлл пропали в последнюю неделю июля, а уже в первых числах августа в Рэд Холл приехала новая гувернантка – мисс Риттер. Продержалась моя предшественница всего три недели. Она уехала из этих мест, якобы напуганная россказнями слуг о призраках, бродящих ночами по усадьбе. Тогда моя тетушка Агата, вращавшаяся в кругу знатных семейств, узнав о затруднительном положении сэра Карлтона Нэша, посоветовала тому нанять ее родственницу – особу образованную и во всех отношениях благоразумную, происходившую из хорошей, хотя и обедневшей семьи.

Обходительными манерами, образцовым поведением и отзывчивостью я быстро сумела расположить к себе не только сэра Карлтона, всех его домочадцев и слуг, включая экономку – суровую госпожу Лидс, но и некоторых жителей деревни, с которыми за время пребывания в Рэд Холле успела свести знакомство.

Я помню свой приезд и глубокую печаль, которую вызвал во мне вид этого одинокого массивного дома. Низкие свинцовые тучи наваливались на его крышу, и даже еще сохранявшая августовские краски аллея, встретившая меня приветливым шелестом листвы, не могла сгладить гнетущее впечатление от обители скорби. Даже мне при здоровом скептицизме вдруг захотелось развернуться и бежать прочь отсюда, но мелькнувшее в одном из верхних окон юное личико помогло собраться с духом. Окинув внимательным взглядом мрачный особняк с маленькими башенками и флюгером, я подхватила с земли тяжелый чемодан и дорожную сумку и смело зашагала навстречу неизвестности. А прожив в Рэд Холле некоторое время, поняла, что не смогу покинуть загадочное жилище и его обитателей не выяснив, что на самом деле приключилось в этих стенах.

Много раз, проходя по темным коридорам особняка, я представляла Мелоди, следовавшую этим путем. Она оставалась для меня загадочной фигурой, тенью, не имевшей лица – по странному стечению обстоятельств во всем доме не нашлось ни одного портрета его хозяйки. Поэтому нарисовать ее образ мне помогало богатое воображение.

Стоит отметить, что у каждого помещения в Рэд Холле, начиная от библиотеки с массивными стеллажами, заставленными книгами, и заканчивая оранжереей с экзотическими растениями, имелся свой уникальный характер. Все спальни были обставлены роскошно. Полы устилали дорогие ковры, стены украшали картины и гобелены. В гостиной, перед большим камином, после ужина собиралось все семейство. Странные это были вечера. Их можно было смело назвать вечерами молчания.

Как сейчас вижу картину: сэр Карлтон Нэш сидит в кресле, и его суровое мужественное лицо в танцующих бликах огня кажется выточенным из гранита; чуть поодаль расположилась с книгой в руках юная Люси Уэнрайт, делающая вид, что читает. Томас Лоример, кузен исчезнувшей Мелоди, стоит у окна, заложив руки за спину, и смотрит во мрак, окутавший сад. На худом и нервном лице написано раздражение. Его белокурая супруга Селин, откровенно скучая, расположилась в углу. Винного цвета платье выгодно подчеркивает стройную фигуру и томную бледность тонкой кожи. Черты ее лица можно смело назвать идеальными, но впечатление от чарующей красоты портит взгляд - высокомерный и презрительный.

Селин была единственной, кто держался со мной надменно. Она не упускала случая меня задеть, но, так как почти все время я проводила в обществе своей ученицы, чередуя занятия в классной комнате с прогулками и верховой ездой, мы почти не встречались, а если и сталкивались случайно, то я торопилась быстрее миновать враждебно настроенную красавицу. Искренне не понимая причин столь откровенного недружелюбия, я, тем не менее, не тяготилась таким отношением. В конце концов, моим работодателем был сэр Карлтон, а тот вел себя по отношению ко мне всегда любезно.

Впрочем, колкости миссис Лоример заставляли меня ревностно следить за своей внешностью. Как часто говорила тетушка Агата, при моей яркой наружности я могла бы составить прекрасную партию. Высокая, стройная брюнетка со здоровым цветом лица, чуть вздернутым носом и большими серыми глазами, я была довольно привлекательна, как и моя младшая сестра Кэролайн. Последней даже отсутствие приданого не помешало удачно выйти замуж за Уильяма Корби, эсквайра, владельца обширного поместья в Камрии. Я же, с трудом выдержав сезон, предпочла податься в гувернантки. Тому виной стал мой характер. Мой отец был довольно решительным и умным человеком, хотя и джентльменом не слишком доброго нрава. Впрочем, никто не ждал сердечности от мирового судьи, от него ждали справедливости. Он относился к домочадцам терпимо, но часы, которые следовало проводить с нами, предпочитал посвящать чтению и изучению уголовных дел. Биографии преступников привлекали его больше щебетания собственных дочерей, обсуждавших наряды. Единственное, что он одобрял, мою тягу к книгам, а когда нашел в моем лице благодарного слушателя, умевшего вставлять уместные комментарии, посетовал на то, что с таким умом я родилась девчонкой. Он умер неожиданно, и, как выяснилось, оказался весьма посредственным землевладельцем. Наше небольшое поместье было продано за долги, а мы перебрались под крыло вдовствующей тетушки Агаты, младшей сестры нашей покойной матери, ревностно взявшейся за устройство судеб своих племянниц. Но если с Кэролайн ее ждал успех, то я стала настоящим разочарованием. Впрочем, справедливо рассудив, что и моему пытливому уму можно найти достойное применение, решительно настроенная родственница, в конце концов придумала вариант, устроивший всех.

К счастью, ученица моя оказалась приятной миловидной девочкой, довольно любознательной и общительной. Мы быстро нашли общий язык, и наши занятия всегда проходили легко и интересно. Но, наблюдая за юной мисс Уэнрайт, я подметила, что та абсолютно равнодушна к опекуну и совсем не горюет о пропавшей сестре.

Впрочем, объяснялось все просто. Нэшей Люси знала немногим больше года.

Мелоди с четырнадцати лет жила в пансионате, куда ее отправили для получения образования сразу после смерти отца. Ее мать – Грейс Дарси – вышла замуж за Джорджа Уэнрайта спустя год после смерти первого мужа, отца Мелоди. Результатом этого брака стало рождение Люси. Мать умерла от воспаления легких, когда девочке едва исполнилось два года. Отец пережил ее ненадолго. От горя он стал выпивать и, в конце концов, погиб в результате несчастного случая. Маленькую Люси забрала бабушка, именно она впоследствии воспитывала внучку до семи лет.

К тому времени Мелоди уже уехала в Австралию, где вышла замуж за весьма состоятельного человека, сэра Карлтона Нэша, баронета. Они вернулись в Англию после известия о смерти бабушки и, забрав девочку, поселились в Рэд Холле, ранее принадлежавшем семье Эрлингтонов. Прямых потомков у тех не осталось, и Нэш приобрел усадьбу у унаследовавших ее дальних родственников. Для девочки наняли гувернантку – Хелену Колдуэлл, жизнь обитателей усадьбы постепенно стала входить в размеренную колею, но сестра, прежде видевшая Люси только в колыбели, оставалась для девочки совершенно чужим человеком.

— Она мне нравилась, — обронила Люси, когда мы гуляли с ней по саду, и я сразу поняла, что девочка имеет в виду не Мелоди, а прежнюю гувернантку. — Госпожа Лидс запрещает мне упоминать ее, чтобы не сердить сэра Карлтона, но я не верю в то, что говорят слуги. Хелена, то есть мисс Колдуэлл, не могла причинить вред сестре. Она была терпеливой, мягкой и доброй, не то что мисс Риттер. Та была хитрой, злой и трусливой. Я рада, что она сбежала, испугавшись призрака.

— Порой люди оказываются не такими, какими мы их представляли, - осторожно заметила я, подумав о том, что следует поговорить с миссис Лидс, чтобы та урезонила слишком бойких служанок. — Что касается призраков, то их не существует. Это людское суеверие.

В Рэд Холле было не слишком много слуг. В самом доме всем заправляла миссис Лидс. В ее подчинении находились кухарка миссис Гилли и ее дочки – Молли и Трейси, лакей Джеймс Херст, горничная пропавшей хозяйки Элиза, пока исполнявшая эти обязанности при миссис Лоример, а также юная Элис, прислуживавшая Люси Уэнрайт. В конюшне властвовал мистер Гилли, под командованием которого находилась пара конюхов, а в саду трудился старик Гартман. К сожалению, служанки были настоящими болтушками, и я совсем не удивилась тому, что до ушей Люси доносилось то, о чем не следует знать ребенку.

Девочка посмотрела на меня темно-зелеными, как озера, глазами. Ее бледное личико, обрамленное золотистыми кудрями, сделалось еще белее и напряженнее.

— Не стоит так говорить, мисс Грей, — испуганно оглядевшись, произнесла Люси. — Вы можете разозлить их. А вдруг тогда вы тоже исчезните. Я не хочу, чтобы с вами случилось что-нибудь плохое.

Я заверила ее, что никуда не исчезну, хотя не могла не признать, что порой и сама ощущала гнетущую атмосферу старой усадьбы. Была ли здесь связь с невыясненной судьбой хозяйки дома и возможным преступлением? Или изолированность Рэд Холла сыграла свою роль. Но, так или иначе, не единожды возникало ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Даже сейчас казалось, что из лесного массива, с которым граничил сад Нэшей, за нами следят чьи-то внимательные глаза.

— Мелоди в них верила, — обращаясь скорее сама к себе, чем ко мне, тихо промолвила девочка. — Она верила, что призраки есть.

— Что заставило тебя так думать? — удивилась я.

Люси поморщилась и кинула пытливый взгляд на окна усадьбы.

— В последнее время, как раз перед приездом Лоримеров, она стала вести себя странно. Старалась реже выходить из дома, все время оглядывалась, плохо спала и пугалась при малейшем шуме. Говорила, что несколько раз видела чью-то тень в коридоре и слышала стуки. А еще я знаю от слуг, что она по вечерам проверяла замки на дверях и окнах.

— Разве замки остановят привидение? — усомнилась я и поспешно сменила тему для разговора, поинтересовавшись у девочки, не хочет ли она завтра совершить верховую прогулку.

Люси обрадовалась, сказав, что ее Барни, наверное, уже застоялся. За неделю до нашего разговора девочка простудилась и несколько дней провела в постели, поэтому все занятия, прогулки и выезды пришлось на время отложить.

Вернувшись в дом, мы позанимались, затем выпили чай в классной комнате, и Люси пошла к себе отдохнуть перед ужином. А я отправилась в свою комнату и невольно задумалась. Возможно ли, что Хелена Колдуэлл действительно украла драгоценности хозяйки, а когда та уличила ее, убила несчастную леди Нэш? Но кого тогда так боялась Мелоди? От призрака не запираются, а вот от живого человека вполне. Слишком много недомолвок и нелепых слухов имелось во всей этой истории. Когда я в последний раз ходила на почту в Элдридж, чтобы отправить письмо тетушке, то случайно подслушала разговор местных кумушек, обсуждавших случившееся в Рэд Холле. Одна из них намекнула, что к делу о пропаже двух женщин может быть причастен сам сэр Карлтон, якобы закрутивший интрижку с гувернанткой.

Обычно я строго придерживалась правил приличия и не выказывала особого интереса к жизни обитателей усадьбы, но с трудом сдерживаемое любопытство вдруг пробудилось и мне страстно захотелось больше узнать о событиях тех дней. До ужина оставалось несколько часов, поэтому, переодевшись, я поспешила на конюшню, где попросила мистера Гилли оседлать для меня Красотку, упомянув, что хочу проведать вдову Бетси.

— Это хорошо, что вы уделяете внимание старой леди, - сказал мистер Гилли. — У вас доброе сердце, мисс. Уж сколько раз мы с женой говорили о том, как хорошо, что вы приехали в Рэд Холл. Сразу видно, что вы тепло относитесь к девочке. Не то, что прежняя гувернантка. Эта склочница Риттер.

Он с презрением сплюнул.

— А Хелена не обижала девочку? — спросила я.

— Мисс Колдуэлл? О нет, никогда. Она всегда была такая уважительная и мисс Люси обожала. По всему видать было, что ей нравится в Рэд Холле. Она всё расспрашивала о его истории, прежних владельцах, при малейшей возможности изучала дом. Да и хозяйка в последнее время к ней прониклась. Постоянно звала ее с собой на прогулку и дарила подарки. Платья там, шали всякие. Мои девчонки локти от зависти кусали. Да только значит, маловато той девице показалось.

Он резко замолчал и сокрушенно покачал головой, как человек, чье доверие обманули. Насупившись, помог мне забраться в седло и ушел обратно в конюшню.

Я выехала из усадьбы и направила лошадь по лесной тропе. Через какое-то время мне показалось, что следом кто-то едет. Приглядевшись, я к своей досаде узнала во всаднице Селин Лоример.

— Составлю компанию, если вы не возражаете! — резко бросила она и, придержав великолепного гнедого скакуна, поехала рядом.

Взглядом она мазнула по моей поношенной амазонке малопривлекательного серого цвета, в то время как на ней красовался великолепный голубой костюм для верховой езды с изящной шляпкой, делавшей ее обладательницу похожей на дорогую куклу.

— Пожалуйста! — тихо проронила я, стараясь быть любезной.

— Вы собираетесь навестить эту невыносимую глухую старуху? Неужели вы находите привлекательным ее общество? Впрочем, о чем я, у гувернанток так мало развлечений. Порой это даже толкает их на неблаговидные поступки.

Ее ядовитый тон не тронул меня. Продолжая держаться абсолютно невозмутимо, я поинтересовалась:

— Вы имеете в виду кого-то конкретного?

— Разумеется, вы знаете, о ком я говорю, — фыркнула Селин. — Не прикидывайтесь дурочкой, мисс Грей. Я слышала, как вы обсуждали с юной Люси ее предыдущих гувернанток, и особый интерес проявляли к Хелене Колдуэлл.

Значит, мне не почудилось. В саду за нами действительно наблюдали. И не просто наблюдали, но и подслушивали.

— Вы с ней встречались? — спросила я, продолжая сохранять хладнокровие

— Конечно, нет. Мы приехали на следующее утро после того, как все случилось. Экипаж, посланный Карлтоном, встретил нас на вокзале и привез в Рэд Холл. Здесь мы и узнали об исчезновении хозяйки дома и гувернантки. Потом выяснилось, что драгоценности пропали. Обнаружились кровавые следы. Все стало ясно как божий день. Эта Колдуэлл ограбила и убила Мелоди. Какая ирония судьбы. А ведь в свое время той тоже пришлось побывать в услужении. Бедняжка намеревалась сама зарабатывать на жизнь, чтобы не быть обузой матери. Сразу после учебы в Штайне она пошла в компаньонки к одной пожилой леди, и, когда та выказала желание отправиться к племяннику в Австралию, Мелоди отправилась вместе с ней. Вы знаете, что она пережила кораблекрушение? Подумать только, тщедушная, слабая здоровьем и боящаяся собственной тени девушка смогла выжить, в то время как другие, более сильные люди утонули.

— А та дама, с которой она плыла?

— Вроде как Мелоди пыталась ее спасти, но тетка сэра Карлтона утонула и сделала без того состоятельного племянника еще богаче, — в голосе красавицы Селин отчетливо прозвучала зависть. — Нэш проявил себя истинным джентльменом и отблагодарил заботившуюся о старухе компаньонку предложением руки и сердца. Признаться, я была удивлена, что неприметной мисс Дарси удалось заполучить такого видного мужчину.

— Я полагаю, что вы тоже учились в Штайне? — неожиданно стал накрапывать дождь, и я невольно поморщилась.

Приняв мою гримасу на свой счет, Селин вспыхнула и произнесла с необъяснимой яростью:

— Вы, похоже, считаете, что я не недостаточно умна, благородна и состоятельна, чтобы обучаться в таком престижном заведении?

— Ну что вы, миссис Лоример, — возразила я, удивленная таким проявлением эмоций обычно холодной молодой женщины. — С чего мне так думать? Скорее наоборот. Исходя из ваших слов, я сделала вывод, что вы хорошо знали леди Нэш до ее замужества и раньше тесно общались. А это возможно только в том случае, если вы учились вместе.

Она нахмурилась, казалось, размышляя.

— Да, я училась в Штайне и очень не люблю вспоминать это время. Наверное, мы сошлись с Мелоди именно потому, что обе находились там благодаря щедрости родственников. Подумать только, если бы судьба распорядилась иначе, вместо нее компаньонкой леди Брэдшоу могла стать я. Отправилась бы в Австралию и вышла замуж за Нэша. Но я тогда внезапно сильно заболела, а Эстер – наша третья подруга – тетке Карлтона не приглянулась. Признаться, мне и самой она не нравилась; уж не знаю, как ей удалось попасть в Штайн, но, несмотря на юный возраст, то была на редкость пронырливая особа. Интересно, как сложилась ее жизнь? Вроде она тоже отплыла за границу одновременно с Мелоди Дарси. А я тем временем вышла замуж за кузена последней – Томаса. Кстати, к нему леди Нэш проявила себя весьма неблагодарной. Ни разу не написала и не сообщила о себе; о ее судьбе мы узнали от посторонних людей. А ведь именно семья Лоримеров помогла оплатить довольно дорогое обучение Мелоди в Штайне. Хотя о чем говорить, если она всячески игнорировала известия о смерти собственной бабушки и необходимости позаботиться о сестре. Если бы не сэр Карлтон, неизвестно, что бы ждало несчастную девочку. Не пойму только, зачем ему взбрело в голову забираться в такую глушь?! Я очень зла на Томаса, что привез меня сюда и теперь сидит безвылазно в ожидании. Ненавижу это место! Этот дом полон теней.

Внезапно она развернула коня и направила обратно к Рэд Холлу. Видимо, порыв открытости прошел, и миссис Лоример уже жалела, что выложила простой гувернантке историю своей жизни. Затем столь же неожиданно она натянула поводья и, повернувшись, спросила чуть напряженным голосом:

— Скажите, Теофания, вам не доводилось ночью слышать странные звуки? Будто царапанье. А иногда скрип? Такой противный….

Я отрицательно покачала головой. Честно говоря, все время своего недолгого пребывания в Рэд Холле, ночами я спала как убитая.

Разочарованная миссис Лоример отвернулась и пустила скакуна в галоп. Глядя ей вслед, я некоторое время размышляла над тем, почему всегда с враждебностью относившаяся ко мне красавица вдруг снизошла до откровений с простой гувернанткой. Ответ был очевиден – Селин чего-то боялась и не знала, с кем поделиться опасениями. Но она была слишком горда, чтобы признаться в этом напрямую, поэтому предварительно вывалила на мою голову кучу собственных воспоминаний, связанных с леди Нэш и, как бы между прочим, задала интересующий ее вопрос.

Не зная, как реагировать на случившееся, я со свойственным мне здравомыслием, просто отодвинула наш разговор на задворки памяти. Хотя странное дело, что-то в ее словах меня насторожило, и впоследствии, после цепочки жутких событий в Рэд Холле и его окрестностях, я еще не раз прокручивала их в мозгу, пытаясь ухватиться за тонкую ниточку.

Глава 2

Коттедж, принадлежавший леди Бетси, представлял собой уютный дом, стоявший на небольшом возвышении в окружении невысоких холмов. Вместе с глуховатой старушкой в нем проживала лишь одна служанка, по возрасту чуть младше хозяйки, но обладавшая куда большей самоуверенностью. Она ухаживала за той весьма ревностно и даже пыталась запрещать пожилой леди все, что, по мнению Морин, могло принести вред.

— Уж не знаю, как бы я жила без дорогой Морин, моей опекунши и хранительницы секретов, — улыбнувшись, сказала леди Бетси, когда мы расположились в гостиной, а служанка, принеся чай и бисквиты, оставила нас вдвоем. — Хотя ей об этом знать совсем необязательно.

— Я все слышу! — донеслось из соседней комнаты, где Морин, судя по звукам, перетирала хрусталь и фарфор.

Леди Бетси – седовласая дама с приятным лицом и добрыми, голубыми глазами обрадовалась моему визиту. Она всегда была со мной любезна и относилась скорее как к приятельнице, чем к прислуге, никогда не напоминая о моем статусе в доме ее соседей. Разумеется, вдову интересовало все, что происходило в Рэд Холле, особенно новости о судьбе несчастной Мелоди. К ее глубокому разочарованию, ничего нового я сообщить не могла.

— Скажите, леди Нэш правда была не слишком привлекательна внешне? — не сдержавшись, спросила я. — Во всяком случае, так говорят. Дело в том, что в Рэд Холле нет ни одного изображения хозяйки, а мне признаться весьма любопытно, как она выглядела.

— Кто сказал вам такую чушь? — изумилась вдова. — О, не трудитесь отвечать. Должно быть, миссис Лоример дала Мелоди такую уничижительную характеристику. Я знаю, что они были знакомы с юности, по словам леди Нэш Селин всегда завидовала подруге, которая считалась одной из лучших учениц в Штайне и часто злословила на ее счет. Из-за этой особы, Мелоди не хотела общаться с родственниками, в частности, с кузеном. Она весьма разозлилась, когда сэр Карлтон, не посоветовавшись с ней, пригласил их погостить в Рэд Холле. Но почему вы говорите о леди Нэш в прошедшем времени? Думаете, она мертва?

— Мне кажется, что так, во всяком случае, считает констебль Бейтс! — ответила я. — Но вы не сказали, какой она была?

— О, весьма красивой, — подумав, откликнулась старушка. — Но красотой своеобразной. Такой знаете полной невинности и вместе с тем чувственной. Белокурые волосы, правильные черты, волнующий взгляд. Мужчины к подобному неравнодушны. Вот и Карлтон не устоял, хотя, на мой взгляд, он из тех джентльменов, что довольно сдержаны в порывах. И это странно…

Она не договорила и задумалась.

— А первую гувернантку Люси – мисс Колдуэлл вы можете описать?

— Разумеется. Худенькая блондинка с хорошими манерами. Вполне миловидная. Однажды она приезжала сюда на чай вместе с девочкой и очень восторгалась тем, что живет в Рэд Холле, расспрашивала о его архитектуре, Эрлингтонах. Все рассказывала о том, как хорошо к ней относятся…. владельцы усадьбы…. Особенно сэр Карлтон.

Леди Бетси запнулась и покраснела.

— Простите, никак не привыкну к тому, что в Рэд Холле другой хозяин, - поспешила сказать она. — Признаться, гибель сэра Джошуа Эрлингтона для меня оказалась тяжелым ударом. Мы с ним были почти одного возраста, и волей неволей смерть ровесника надолго выбивает из колеи. К тому же нас объединяло несчастье. Его супругу, мою приятельницу Джорджиану убили. Вы не слышали об этом? Странно. Ведь некоторые из нынешних слуг работали в Рэд Холле еще при сэре Джошуа.

— Нет. Я ничего не знаю об Эрлингтонах. В Рэд Холле никогда не упоминали о бывшем владельце усадьбы.

— Да, несчастная Джорджиана!

Голубые глаза леди Бетси затуманились, она погрузилась в воспоминания.

— В убийстве обвинили тогдашнюю домоправительницу – молодую вдову, миссис Кэрролл, которая, в конце концов, призналась в содеянном. Хотя тело леди Эрлингтон так и не нашли, экономку осудили и посадили в тюрьму, где она позднее умерла от воспаления легких. Сэр Джошуа сильно переживал случившееся. Дело в том, что его супруга была больна. Через год после их свадьбы Джорджиана упала с лошади и серьезно повредила спину. Она страдала от сильных болей, с трудом передвигалась и постоянно изводила сэра Джошуа упреками. Как выяснилось вполне заслуженными. Несчастная миссис Кэрролл пошла на преступление из-за ревности. У нее был роман с хозяином дома.