Хоккейное противостояние. Суперсерия игр Канада – СССР
- -
- 100%
- +
В ходе переговоров с русскими было решено, что на каждую игру мы можем выставить 19 игроков. Естественно, мы должны были начать с двух вратарей. Это означало, что с остальным составом мы могли поступить одним из двух способов: использовать три звена, двух нападающих и шесть защитников – либо собрать четыре звена при пяти защитниках. Взвесив все «за» и «против», мы с Ферги пришли к выводу, что, поскольку мы стремимся к атакующему характеру игры, нам больше нужны нападающие, чем защитники.
В четвертом звене, опять же ориентированном на атаку, собрались Ред Беренсон из «Детройта» в связке с Микки Редмондом и Питером Маховличем из «Монреаля».
Я опасался, что в первой игре будет много удалений из-за агрессивного характера игры. А потому нашим с Фергюсоном выбором остался доволен, ведь у нас есть шесть мастеров игры в меньшинстве: Эспозито, Беренсон, Эллис, Кларк и Фрэнк Маховлич.
Что же касается нашей линии защиты, то она получилась такая. Дон Оури из «Бостона» и Род Силинг из «Рейнджерс» показали себя лучшей парой на тренировках. Оури дополняет Силинга своей жесткой игрой и блокировкой, тогда как Род умело владеет шайбой в своей зоне и делает отличные передачи.
Брэд Парк («Рейнджерс») отлично проявил себя в лагере в паре с Гэри Бергманом («Детройт»). Бергман – стабильный игрок, способный принести много пользы при игре в большинстве. Я надеюсь, что эта пара будет нашим лучшим звеном атакующих защитников.
Самым сложным было решить, кто будет пятым защитником. Надо было выбрать одного из шести парней, игравших в лагере примерно одинаково. В итоге мы остановили свой выбор на Ги Лапуэнта из «Монреаля». Сделали это по нескольким причинам. Во-первых, он хорошо провел занятия в лагере. Во-вторых, он атакующий защитник, который может помочь нам при игре в большинстве, если у нас возникнут проблемы. В-третьих, он из Монреаля, а парни обычно лучше всего играют на глазах у домашних болельщиков, особенно в таких матчах, как этот.
Вратари также заставили нас пораскинуть мозгами. Если уж на то пошло, то у Тони Эспозито из «Чикаго» очень, очень незначительное преимущество перед Кеном Драйденом («Монреаль»). Тони мог бы играть в одном матче, а Драйден – в другом. Оба играют хорошо.
В итоге мы выбирали Драйдена для стартового матча. Как и в случае с Лапуэнтом, посчитали, что в Монреале – на своем льду – Кенни будет играть лучше. Но если случится худшее, то можем поставить Тони в Торонто в понедельник вечером. Первые две игры мы разделим между голкиперами, а когда придет черед третьей, выберем того, кто лучше справится с поставленной задачей.
После тренировки я вызвал игроков на лед и сообщил им, что на доске объявлений в раздевалке вывешен стартовый состав. Я объяснил, чем руководствовался, и напомнил не попавшим в состав на первую игру, чтобы они не расстраивались, потому что по нашему плану каждый должен сыграть в серии хотя бы один раз.
Ребята это поняли – чувствую, что восприняли правильно. В такой ситуации игроки не хуже тренеров знают, кто заслуживает быть выбранным, а кто нет. Я думаю, что проблемы возникают только при незаслуженном выборе. Конечно, такие ребята, как Перро, Мартин и Савар, расстроились. Это был удар по их самолюбию. Но было бы большой несправедливостью по отношению к команде, если бы я выбрал одного из них только потому, что он отсюда родом.
Монреаль, 2 сентября
Сегодня умерла частичка каждого из нас. За годы работы я проиграл несколько трудных матчей, но никогда не думал, что могу так сильно переживать поражение в одной игре. Господи, как больно. Русские обыграли нас со счетом 7:3 и чуть не сделали из нас дураков. Парни, которые приехали учиться у нас, профессионалов, дали нам урок, который я, все наши игроки и, думаю, вся страна еще долго не забудут.
Не было ни одной минуты матча, когда они нас не переигрывали бы. Они кружили вокруг нас, а в конце вообще смеялись над нами. Это единственная эмоция, которую они проявили за весь вечер, за исключением того момента, когда Фил Эспозито ударил одного из них перчаткой по лицу. Русский только ухмыльнулся, как бы говоря Филу: «Посмотри на табло, придурок».
Честно говоря, находясь в номере отеля в Торонто через пять часов после нашего поражения, я могу сказать, что оно не было для меня полной неожиданностью. Я страшился его, хотя и не думал, что они смогут нас так опустить – 7:3. Я боялся, что на них свалится удача, что они будут держаться близко к воротам, а потом забьют случайный гол, шайба срикошетит или произойдет еще что-то подобное на последней минуте, когда мы уже не будем в силах что-либо изменить.
В глубине души я оценивал их шансы нас победить как один к пяти. Не думал, что их команда окажется лучше или игроки сильнее. Несмотря на то, что они легко победили, я до сих пор не знаю, лучше ли они нас. Следующие семь игр покажут.
Каждый тренер ненавидит быть безоговорочным фаворитом, каким была наша команда. Ты пытаешься защитить себя на случай непредвиденного. Тренер готовит свою команду к победе, но где-то в самых дальних уголках своего мозга он также готовится к поражению.
Мне всегда интересно, откуда возникают такие мысли. Думаю, это заложено в человеческой природе. Мне безразлично, кто тренер и насколько он самоуверен, но если он не полный идиот, то всегда будет бояться проиграть, каким бы великим не был.
Сначала я винил себя. «Это я все испортил!». Я повторял эту фразу все то время, пока после матча летел в Торонто. Но чем больше я думал, тем меньше был в этом уверен. И игроки не были виноваты. Нас просто смела прекрасная хоккейная команда.
Лучший способ представить игру в правильном ракурсе – проанализировать весь минувший день с самого начала.
На субботу с 12 до 12:30 мы запланировали легкую тренировку в «Форуме» для играющего состава. Остальные ушли обедать.
На тренировке царило хорошее настроение. Ребята раскрепостились и кайфовали. Выглядели они немного бодрее, чем обычно, а для тренера это признак того, что адреналин уже начал поступать в кровь, хотя до начала игры оставалось восемь часов.
После льда состоялось последнее собрание команды в раздевалке юниоров рядом с обычной раздевалкой «Канадиенс» – той, которую мы планировали использовать во время матча. Хотя мы уже обсуждали с парнями план на игру, я хотел еще раз пройтись по нему, чтобы исключить любые возникающие сомнения.
Основные элементы нашей игры заключались в следующем: (1) оказывать на русских как можно больше давления в атаке; (2) играть в точно такой же хоккей, в какой мы играем в НХЛ; (3) как можно чаще бросать по воротам с любого угла, поскольку их вратари средненькие; (4) действовать агрессивно, но только тогда, когда мы атакуем; (5) не вступать без нужды в драки.
Все игроки согласились с тем, что это правильный подход. Зачем нам выходить на игру с оборонительным настроем, если русские хотят показать нам – канадцам! – что они тоже могут играть в хоккей?
Причины, по которым мы разработали такой план, можно долго разбирать и анализировать. Мы хотели атаковать, потому что чувствовали, что если нам удастся стремительно прорываться и забить пару быстрых шайб, то русские запаникуют. Мы хотели играть в стиле НХЛ, потому что считали, что нет смысла вносить коррективы, которые могут заставить наших игроков терять время на раздумья. Мы стремились к тому, чтобы ребята делали то, что им привычно.
Мы хотели делать много бросков, даже с острых углов, потому что считали, что их вратарь занервничает и может пропустить несколько легких шайб. Единственное, чего мы не хотели, – лезть на рожон, хотя и стремились к максимальной напористости.
Наконец, мы ни в коем случае не должны были вступать в драки, потому что не хотели удалений. При этом я более всего предостерегал игроков от спровоцированных драк. Сам видел, как это происходит на международных соревнованиях: европеец провоцирует канадца на драку, а потом испаряется. Канадца удаляют, и его команда вынуждена следующие десять минут играть в меньшинстве. Я предупредил ребят, что их будут провоцировать чаще, чем бывает в НХЛ, и они обещали, что не будут реагировать.
Значительная часть нашего обсуждения в тот день также была посвящена игре в большинстве и тому, что мы будем делать, когда окажемся в меньшинстве. При игре в большинстве я попросил как можно чаще бросать по воротам с точки вбрасывания, потому что в Европе с этой точки вообще не бьют, и я считал, что их вратарю такие шайбы не взять. Я также сказал игрокам, чтобы они бросали в верхнюю часть ворот, так как полагал, что это слабая сторона игры их голкиперов. Мы определили тех, кто будет выходить в меньшинстве, и решили, что попытаемся тормозить русских в их зоне, не давая им раскатываться. Мы не хотели давать им шанс начинать их великую игру в пас. Нашей целью была дезорганизация игры русских в их зоне.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.