Стань моим мужем!

Swept Away by the Venetian Millionaire

© 2019 by Nilay Nina Singh

«Стань моим мужем!»

© «Центрполиграф», 2021

© Перевод и издание на русском языке,

«Центрполиграф», 2021

Глава 1

Собирать чемодан в последнюю минуту – не самое приятное занятие. Впрочем, это позволило отвлечься от тягостных размышлений о катастрофических событиях последних сорока восьми часов. За пару дней Майя Тэлбот превратилась из счастливой невесты в одинокую девушку с разбитым сердцем.

Майя с отвращением бросила через всю комнату босоножку, которую намеревалась запихнуть в чемодан. Босоножка с глухим стуком ударилась о стену и, отскочив от нее, упала на пол.

Девушка сделала глубокий вдох и попыталась взять себя в руки. Разбрасывая вещи, проблем не решить…

Майя подняла босоножку и бережно уложила пару в чемодан. Было бы неосмотрительно отправиться в тур по Европе без удобной обуви. Путешествие начиналось в Венеции, оттуда поездом они перебирались во Флоренцию, затем в Рим, далее остановка в Париже, и завершение тура – в Лондоне.

Но теперь ей придется преодолеть весь этот путь в одиночку!..

Да-да, ей предстоит отправиться в предсвадебное путешествие, оплаченное ее замечательной бабушкой, в гордом одиночестве. О, как это унизительно – быть брошенной за месяц до свадьбы…

Упав на диван и закрыв лицо руками, Майя разрыдалась.

«Как ты мог, Мэтт? Как ты мог так поступить со мной?»

Но, возможно, правильнее было бы спросить, как долго он ей изменял? Скольких женщин он обманывал?

Майя и раньше это подозревала. Время от времени ей казалось, что между ней и ее женихом все не совсем правильно. Всякий раз, когда они начинали обсуждать подготовку к свадьбе, она видела полное равнодушие с его стороны. Майя объясняла это нервозностью перед свадьбой или списывала на особенности мужского поведения. Очевидно, ей следовало прислушаться к своей интуиции.

Она так долго готовилась к этому путешествию, мечтала о нем с тех пор, как поступила в университет и стала изучать историю искусств. Тур по Европе должен был совершить каждый студент, чтобы своими глазами увидеть творения великих мастеров во всемирно известных музеях, восхититься величественной архитектурой самых романтичных городов мира. Майя часто говорила об этом бабушке Фрэн, и та отдала все свои скромные сбережения на оплату поездки. В качестве свадебного подарка. На свадьбу, которая теперь не состоится…

Майя глубоко вздохнула. Она не могла одна отправиться в это путешествие. И не было никого, кто мог бы поехать с ней. Все ее друзья и родственники были заняты своими делами и семьями. В отличие от Майи все вокруг, казалось, наслаждались своей жизнью.

Все. Решено. Она никуда не поедет.

Майя не могла смириться с тем, что ей придется любоваться достопримечательностями Европы в одиночку. Да и вообще, можно ли отправляться в романтическое путешествие без второй половинки? Определенно нет. Она не отменила поездку сразу только потому, что в таком случае деньги бабушки были бы потрачены зря. Все уже оплачено – гостиницы, музеи, авиабилеты…

Нет! Она не может поехать одна. Гулять по самым романтичным городам мира в одиночестве и с разбитым сердцем? Нет уж, она останется здесь и попытается вернуть себе свою жизнь. И начнет с того, что сообщит плохую новость родственникам. Особенно неловко будет перед дядей Рексом и тетей Теллой. Дядя Рекс обожает Мэтта, к тому же Мэтт – сын его делового партнера. О, это будет непросто…

Прежде всего стоит позвонить бабушке, сообщить, почему она отказывается от ее щедрого подарка. Фрэн должна понять.

Дрожащей рукой Майя потянулась к телефону и набрала номер.

Бабушка ответила сразу:

– Майя, дорогая, я надеялась, что ты позвонишь, прежде чем уедешь. Как мило, что ты нашла время сделать звонок!

Майя едва сдерживала слезы.

– Привет, Фрэн. Надеюсь, я тебя не разбудила.

– Нет, я настолько возбуждена, что не могу спать. – Бабушка усмехнулась: – Знаю, это глупо, но я так взволнована, будто сама собираюсь в поездку! Если бы я только могла…

Майя хотела этого больше всего. Было бы чудесно, если бабушка смогла бы полететь с ней в Европу, но здоровье Фрэн не позволяло совершать поездки.

– Я просто буду проживать все эти чудесные впечатления через мою любимую внучку, – добавила бабушка.

От этих слов Майя почувствовала укол в груди.

Проклятие. У нее нет причин испытывать угрызения совести – не по ее вине все распалось. Да и как она могла жить с мужчиной, который предал ее доверие?

– Бабушка, я должна кое-что сказать тебе, – дрожащим голосом начала Майя.

– О, звучит очень серьезно. Надеюсь, ты не собираешься благодарить меня, дорогая. Ты уже и так сделала это бессчетное число раз.

Каждое слово, сказанное бабушкой, только усложняло Майе задачу. «Надо было лучше подготовиться», – подумала девушка.

А бабушка продолжала, не давая Майе вставить ни словечка:

– Ты ведь знаешь, я была рада сделать это для тебя, милая. Можешь думать, что я шучу, но ты моя любимица.

Губы девушки сами собой растянулись в улыбке. После того как Майя осиротела, Фрэн заменила ей родителей, благодаря бабушке ей удалось справиться с утратой, пережить боль потери. Конечно, дяди, тети и двоюродные сестры окружали ее теплом и заботой, и она всегда будет им за это благодарна, но связь с бабушкой была особенной. Эта пожилая женщина тоже была сломлена потерей, но благодаря любви, которой она окружила внучку, Майя не впала в отчаяние и смогла справиться со всеми трудностями взросления без папы и мамы.

Майе хотелось провалиться сквозь землю оттого, что сейчас придется причинить боль любимой бабуле.

– Спасибо, бабушка. Я просто…

Бабушка тут же воспользовалась заминкой.

– Ты уверена, что положила в чемодан то красное платье на тонких бретельках? Ты так мило в нем выглядишь, дорогая.

Разговор оказался сложнее, чем она думала. Бабушка говорила о нарядах, словно сама планировала надевать их. Она действительно переживала это путешествие через внучку.

– Оно прекрасно сочетается с босоножками на ремешках, которые были на тебе, когда вы приходили в гости. Все это так волнительно, дорогая!

Майя закусила губу, когда поняла, что не сможет разочаровать Фрэн. Ее долгая жизнь была полна трудностей и потерь, плохие известия могут подорвать и без того слабое здоровье. Она просто не могла заставить себя сказать ни слова. Бабушка была так счастлива, представляя, как Майя будет наслаждаться поездкой. Решено, она не станет отменять путешествие. Она заставит себя. Ради бабушки.

К тому же разве Мэтт не жаловался, что она ведет слишком скучную и размеренную жизнь? Что она всегда идет по пути наименьшего сопротивления? Не то чтобы ее очень уж заботило мнение бывшего, но, возможно, он прав. Может, ей стоит воспользоваться этим путешествием, как возможностью выбраться из своей раковины? Путешествие по Европе в одиночку – это определенно вызов самой себе и незабываемое приключение.

Майя приняла окончательное решение – она сделает это!

Хотя неудачи, скорее всего, будут сопровождать ее на каждой остановке.

За все тридцать два года жизни в Венеции Витторио Рамери ни разу не видел, чтобы кто-то падал с гондолы. Он предполагал, что такое случается довольно редко, но все же. И вероятно, сейчас это произойдет…

Девушка, за которой он наблюдал, сидя за столиком под открытым небом в своем любимом кафе, опасно балансировала, продвигаясь вдоль борта пришвартованной у причала гондолы. Казалось, она вот-вот потеряет равновесие и выпадет из лодки. Вито не сомневался, что она американка. Все – от клатча, который она судорожно стискивала в руках, до практичных брюк капри – выдавало в ней жительницу мегаполиса вроде Нью-Йорка или Лос-Анджелеса.

Вито подумал, что девушке следовало бы помочь, но он был слишком далеко и не успел бы удержать ее от падения. Гондольер потянулся к ней, но тоже не успел – взмахнув руками, девушка вскрикнула и свалилась в воду. Раздался громкий всплеск, и зеленоватая вода сомкнулась над ее головой. Туристы, прогуливающиеся вдоль канала, ахнули. К счастью, девушка моментально вынырнула и, отплевываясь, начала беспомощно колотить руками по воде.

Витторио моргнул. Должно быть, девушка пьяна, несмотря на ранний, утренний час. Он часто встречал подвыпивших туристов, вот только еще не было такого, чтобы кто-то вываливался из гондолы.

Происшествие привлекло внимание зевак – посетители кафе повскакивали с мест, пассажиры проплывавшей мимо гондолы сгрудились у одного борта, опасно креня лодку, народ на мосту столпился у перил, – однако никто не спешил на помощь. Гондольер и не думал прыгать за борт.

Вито не знал, что его побудило оставить свой эспрессо и недочитанную газету и броситься на помощь незнакомке. Возможно, выражение полного отчаяния на лице девушки перед тем, как та упала в воду. Выражение ясно говорило, что она уже через многое прошла, и падение в мутную венецианскую воду стало финальным актом неведомой ему драмы.

Когда Вито добежал до причала, то ему и гондольеру потребовалось немало усилий, чтобы вытащить девушку из воды. Наконец она взобралась на причал, ругаясь сквозь зубы по-английски. Вито про себя отметил, что оказался прав насчет ее национальности. Свободно владея английским, он понимал каждое слово, произнесенное заплетающимся языком. Девушка определенно была пьяна. И насквозь промокшая.

– Вы не пострадали, мисс?

Девушка посмотрела на него, и сердце Вито пронзило странное ощущение. Ее глаза были цвета венецианского неба на закате. Густые темные волосы облепили лицо, макияж растекся, но незнакомка все равно выглядела очень мило.

Гондольер стоял рядом тихий и бледный. Вито не мог решить, кто из них выглядит более шокированным – гондольер или американка. Вито охватило безумное желание расхохотаться, но усилием воли он подавил его. Это было бы грубо с его стороны. В конце концов, ситуация вовсе не смешная – девушка могла серьезно пострадать.

– Спасибо вам за помощь, кто бы вы ни были, – сказала незнакомка, обращаясь к нему, затем, повернувшись к гондольеру, заговорила спокойным, до смешного серьезным тоном: – Я передумала кататься на гондоле, сэр.

Вито больше не мог сдерживаться и расхохотался в голос.

Девушка обернулась к нему так резко, что чуть опять не упала с причала. Ее карие глаза пылали от ярости.

– Вы думаете, это смешно?

– Извините, мисс. Я не хотел смеяться над вами.

Она продолжала буравить его взглядом, несмотря на извинения. Гондольер, воспользовавшись заминкой, запрыгнул в гондолу и, активно работая шестом, стал удаляться от причала. Слишком поспешно, подумал Вито. Лодочник оставил его на причале один на один с насквозь промокшей пьяной американкой, которая сногсшибательно выглядела в мокрой одежде, соблазнительно облепившей стройную фигуру.

Вито вздрогнул. Откуда только взялись такие мысли?

– Вы не ответили на мой вопрос, – напомнил он.

– Какой вопрос?

– В порядке ли вы? Не поранились и все такое?

Девушка провела рукой по лицу. Вито вдруг с удивлением отметил, что вся ее злость куда-то улетучилась.

– Я в порядке. Просто смущена, – добавила она, взглянув на людей, все еще глазевших на них.

Вито махнул рукой.

– Не стоит обращать внимание. Люди постоянно вываливаются из гондол, – соврал он.

Девушка посмотрела на него. У нее были удивительные глаза цвета расплавленного янтаря, почти черные вьющиеся волосы и темно-оливковый тон кожи. Необычное сочетание придавало ее лицу изысканную экзотичность и особый шарм, и Вито, как художник, не мог этого не отметить.

Девушка слегка улыбнулась:

– Почему-то я вам не верю.

– Потому что я солгал, – признался он.

– Неплохая попытка. – Девушка улыбнулась еще шире. – А вы джентльмен. Сначала вы вытаскиваете меня из воды, а теперь пытаетесь спасти мою гордость. – Она взглянула на свою красную рубашку.

Мокрая ткань прилипла к ее телу, соблазнительно обрисовав грудь безупречной формы.

Да что с ним такое? Когда в последний раз он обращал внимание на женские прелести? Не меньше трех лет назад. До того как произошел несчастный случай с Мариной.

Возникла неловкая пауза. Девушка протянула руку:

– Спасибо, синьор…

– Рамери. Витторио Рамери, – произнес он, пожимая руку американки. Ее кожа была удивительно теплой для того, кто только что окунулся в воды Венецианской лагуны. – Для вас просто Вито.

– Привет, Вито. Я – Майя Тэлбот из Бостона, штат Массачусетс. И мне жаль, что мы познакомились при таких неловких обстоятельствах, – сказала она, пытаясь хоть немного выжать рубашку.

Вито вовсе не сожалел, что их встреча состоялась при таких обстоятельствах. Впервые за долгое время ему снова хотелось любоваться женской красотой. Ему нравилось смотреть, как солнечный свет отражается в ее глазах, как капельки влаги блестят в темных прядях ее волос. Перед внутренним взором формировался замысел портрета – давно забытое ни с чем не сравнимое чувство.

Но в глубине души Вито знал, что пока не готов творить.

– Думаю, мне лучше вернуться в отель, – сказала Майя, пока он продолжал разглядывать ее, не в силах отвести взгляд.

– Вы одна?

Ее плечи поникли. Она как будто сжалась.

Вито стало интересно. Какая история скрывается за всем этим?

Девушка пожала плечами и отвернулась, прежде чем ответить.

– Вы правы. Я одна. В самом романтичном городе мира.

Ну и ну! Разве может такая красавица страдать от недостатка мужского внимания.

– Понятно.

– Но так не должно было быть, – добавила она, и Вито подумал, что именно алкоголь помогает ей так свободно разговаривать с незнакомцем, который только что вытащил ее из мутного канала. – Я должна была быть здесь со своим женихом.

– Но…

– Но он… Как говорят в Италии? Бастардо? Да, точно. Он оказался ублюдком. Я узнала это слово от экономки отеля. – Майя улыбнулась: – Эта любезная синьора принесла мне сегодня бутылку «Вальполичеллы» и не взяла денег.

Что ж, это объясняет, почему она едва стоит на ногах. Майя Тэлбот – брошенная невеста. Неужели она выпила целую бутылку?

Как бы там ни было, Вито восхищался ее смелостью. Она не побоялась в одиночку отправиться в романтическую поездку, которую явно намеревалась совершить со своим женихом.

– Мне нужно идти.

Вито потянулся к ней, прежде чем она успела сделать хоть шаг.

– Минуточку.

Он просто не мог позволить ей уйти. Девушка не в том состоянии, чтобы бродить по незнакомому городу. Та удивленно моргнула.

– Да?

– А вы знаете, куда идти?

Майя снова моргнула, а потом, нахмурившись, посмотрела по сторонам. Было очевидно, что она понятия не имеет, где находится.

– Я уверена, что найду дорогу.

Вито быстро прикинул варианты. Оставить ее одну в данных обстоятельствах было бы неправильно. Она ведь может опять споткнуться и упасть в воду. Он мог бы предложить мисс Тэлбот посидеть в кафе, выпить кофе, но ей будет некомфортно оставаться на публике, да и простудиться в намокшей одежде легче легкого. Он мог бы поймать для нее водное такси и отправить в отель, но была вероятность, что в катере ее укачает.

Лучшее, что можно было бы предпринять в этой ситуации, – это позволить ей где-то провести время, пока действие алкоголя не прекратится.

– Возможно, я могу помочь.

Майя удивленно вскинула брови:

– Как?

– Можно пойти ко мне. Это рядом, прямо за мостом. – Вито указал рукой. – Обсохнете и приведете одежду в порядок у меня.

Прищурившись, Майя посмотрела на него. В глазах читалось подозрение.

– Вы хотите, чтобы я пошла с незнакомцем в его квартиру? Спасибо, но нет.

Вито покачал головой. Похоже, его английский не так уж хорош. Надо постараться объяснять лучше.

– Scusa. Прежде всего, это не квартира. Это общественная художественная студия Le Mercerie, но в ней есть душ и место для отдыха. Я мог бы даже поискать сухую одежду для вас.

Майя оглядела его с ног до головы.

– Сомневаюсь, что у нас один размер.

– Я имел в виду женскую одежду.

Девушка понимающе закивала:

– Ах, вы имеете в виду одежду своей жены.

От этих слов у Вито болезненно сжалось сердце. За прошедшие годы он так и не свыкся с мыслью, что ее не стало. У него больше нет жены. И никогда не будет.

Он покачал головой:

– У меня нет жены. Но мои модели иногда оставляют одежду в студии.

– Модели? Что это за студия? Вы фотограф? Или художник?

«Можно и так сказать», – подумал Вито.

Хотя, по правде говоря, он уже давно не был художником.

Глава 2

Майя очнулась ото сна и поняла, что не может произнести ни слова, – казалось, язык присох к нёбу.

Вода. Она отчаянно нуждалась в воде.

Майя открыла глаза и вздрогнула от боли. Свет резанул по глазам. Какой кошмар. А она ведь выпила не всю бутылку. Так, пару-тройку бокалов, чтобы расслабиться.

В конце концов, разве Мэтт не говорил, что ей нужно научиться расслабляться? Что бы он подумал, увидев ее, раскинувшуюся на диване в художественной студии, в которую она пришла с совершенно незнакомым итальянцем? Откуда-то из глубины студии до нее доносилась мелодичная итальянская речь. Два мужских голоса и один женский. Майя не понимала ни слова. Через минуту скрипнули половицы, кто-то заглянул в приоткрытую дверь.

Майя с трудом приподнялась и села. На ней была какая-то хлопковая туника. Она смутно помнила, как, спрятавшись за занавеской, снимала свою мокрую одежду, едва не упав в процессе.

А еще она помнила другое. Карие глаза, волнистые волосы – темные, как небо Новой Англии в безлунную ночь. Сильные руки, которые помогли ей выбраться из воды. Кто же он такой? Майя почти ничего не знала о человеке, который привел ее сюда.

У нее перехватило дыхание. Как унизительно. Она доверилась незнакомцу в чужом городе, в котором не знает ни души. Никто не знает, где ее искать, если этот красавец-художник окажется психопатом-убийцей.

Майя едва не застонала. Какую же глупость она совершила. Впрочем, она же не пошла с этим незнакомцем в его квартиру или дом. Фактически она в общественном месте. Когда они пришли, здесь даже были посетители.

Кого она обманывает? Разве эти объяснения удовлетворят дядю Рекса, если он когда-нибудь узнает об этом?

Дядя Рекс. Майя так и не смогла признаться ему, что Мэтт бросил ее. Технически она не соврала дяде и другим членам семьи, просто не сказала всей правды. Так она выгадала для себя немного времени. И для Мэтта. Она придумала кое-какую историю, что у Мэтта возникли проблемы на работе и ему надо задержаться в Массачусетсе, но он обязательно присоединится к ней в этом путешествии по Европе, как только сможет. Просто небольшая выдумка, чтобы отложить поток гнева, который обрушится на нее, как только она скажет всем о разрыве помолвки с человеком, которого обожает вся семья.

От мыслей об этом глаза заволокло слезами, головная боль усилилась. Горло пересохло и горело огнем. Сейчас она немало отдала бы за глоток воды.

– Могу я войти? – раздался голос от двери. – Я услышал шорох и подумал, что вы проснулись. Si?

Ее спаситель зашел в комнату с большим подносом, уставленным тарелками, над которыми возвышался прозрачный запотевший кувшин, наполненный холодной водой с ломтиками лимона.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он, ставя поднос на мраморный столик.

И что она могла ответить на это? На ум приходило несколько вариантов: смущенной, испытывающей жажду, разбитой.

А если копнуть еще глубже, то следовало признать, что она пребывает в совершенном унынии, оттого что не знает, чего ждать от будущего. Скучная бесперспективная работа. Разорванные отношения. Обманутое доверие. Куда ни посмотри – ничего хорошего.

Майя отогнала грустные мысли и сосредоточилась на мужчине, стоящем перед ней.

Теперь, когда взгляд прояснился, Майя словно впервые увидела этого человека. Ее спаситель был потрясающе красив. Высокий, темноволосый, широкоплечий, с великолепным загаром. На нем были темные классические брюки и рубашка цвета неба на заре. Итальянец выглядел так, будто сошел с рекламного плаката дорогого одеколона.

Майя вздохнула. А она, должно быть, выглядит как мокрая курица, выловленная из канавы. Кошмар.

Не дожидаясь ответа, мужчина поднял кувшин и наполнил стакан водой с лимоном. Видимо, в дополнение к потрясающей внешности он обладает способностью читать мысли. Либо она выглядит так, словно вот-вот умрет от жажды.

Майя с благодарностью взяла стакан дрожащей рукой.

– Помнится, утром я выпила слишком много вина натощак, а потом упала в воду перед толпой незнакомцев.

Итальянец пожал плечами, пока она большими глотками опустошала стакан.

– Такое случается, – сказал он и игриво подмигнул ей.

Майя никогда бы не подумала, что у нее хватит сил рассмеяться.

Вито Рамери. Видимо, не так уж много она выпила, раз помнит его имя. Впрочем, было бы невежливо забыть имя человека, который помог ей в этой ситуации. Художник и джентльмен. Даже гондольер убежал при первой возможности. Вито был единственным, кто остался, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

Майя прочистила горло.

– Я не знаю, как мне благодарить вас, синьор Рамери…

Он прервал ее, прежде чем она смогла продолжить:

– Предлагаю перейти на «ты». И пожалуйста, зови меня Вито. Синьор Рамери – мой отец.

– Хорошо, Вито. Не знаю, что было бы, если бы ты не проходил мимо. – Майя опустила глаза. – Не знаю, как отплатить за твою доброту. Но я обещаю что-нибудь придумать.

Итальянец отмахнулся:

– Ерунда. Любой сделал бы то же самое. Мы, венецианцы, заботимся о гостях нашего города.

– Ох, пожалуйста, Вито, поверь, это не характерное для меня поведение. Обычно я не веду себя так. И я не любительница выпить.

– Ясно.

Из-за его акцента и абсурдности разговора Майя не могла понять, с какой интонацией он сказал это. Насмешка? Если так, то он имеет на это полное право.

– Я не думаю, что выпила много. Просто со вчерашнего дня, когда прилетела, я ничего не ела и, скорее всего, не рассчитала дозу.

Впрочем, она и раньше не имела понятия о своей дозе.

– Алкоголь натощак любого может выбить из седла.

Девушка кивнула:

– В точку. Мне следовало подумать, прежде чем откупорить бутылку. Просто я столкнулась с неожиданным… разочарованием.

– Ах да, бастардо.

Она и забыла, что у них был разговор об этом.

– Верно, всему виной Мэтт. Мой же… Мой бывший жених, – поправила себя Майя. – Уже три дня, как бывший.

Сейчас казалось, что все это произошло давным-давно.

Майя вновь ощутила себя полной неудачницей.

И почему этот итальянец такой привлекательный? Почему ее не спас какой-нибудь плешивый старикан? Почему ее спаситель прекрасен, как Адонис?

Еще одна неудача в ее жизни. Еще одно свидетельство того, что она не вписывается в преуспевающую семью, в которую попала после гибели родителей. У обеих ее кузин идеальная карьера и стабильные отношения. Ее тетя – уважаемый профессор в одном из лучших университетов Бостона. Дядя – преуспевающий бизнесмен. А она не способна даже насладиться путешествием, которое великодушно оплатила бабушка.

– Почему бы тебе не рассказать мне об этом? Пока ты ешь. Ты сказала, что не ела со вчерашнего дня. В городе, славящемся изысканной кухней, преступно так долго обходиться без пищи.

Майя посмотрела на итальянские закуски – оливки, сыр разных сортов, свежий песто, бальзамический соус и оливковое масло в изящных сосудах, – и ее рот непроизвольно наполнился слюной. Ароматная хрустящая чиабатта выглядела так, словно ее только что вынули из печи, а бесподобный аромат итальянского эспрессо, доносящийся из высокого серебряного кофейника, заставил ее окончательно проснуться. Несмотря на тошноту, она была довольно голодна.

– Не стоило так беспокоиться.

– Никаких беспокойств. Я просто заглянул в соседнюю тратторию. Я частенько туда заглядываю. – Вито указал на еду: – Ешь, пока хлеб теплый.

Майя опустила голову. Как бы ей ни хотелось отдать должное этой аппетитной еде, все же она предпочла бы сейчас оказаться в своем гостиничном номере с видом на площадь. Она чувствовала себя беспомощным ребенком. Вито вытащил ее из воды, привел в студию, где она смогла протрезветь, и все, что ей следовало сейчас сделать, – это найти свою одежду и уйти.

Но Вито был так любезен, что специально для нее принес еды. Было бы невежливо отказаться.

– Только если ты присоединишься ко мне.

– Я никогда не отказываюсь от предложения разделить трапезу с красивой женщиной.

Ух ты. Он действительно очарователен.