- -
- 100%
- +
Глава 1
– Вставай! Вставай, тебе говорят! – раздается надо мной истеричный вопль. – Вздумала моего брата обмануть?! Не на тех напала!
Открываю глаза и как раз вовремя: девушка, которая кричала, заносит надо мной руку для пощечины.
– Не надо меня бить, – резко уворачиваюсь и с трудом поднимаюсь с пола. Голова кружится, тошнит, руки трясутся. – Что со мной? И что ты забыла у меня дома?
Лихорадочно пытаюсь вспомнить, что я делала накануне вечером, и кто эта сумасшедшая девица, но в голове сплошная каша.
– А–ха–ха! – мой вопрос вызывает у девицы приступ смеха. – Твой дом? Это не твой дом, Адриана! Оглянись напоследок, впитай образ интерьера, мы здесь все поменяем.
Делаю несколько осторожных шагов назад, подальше от агрессивной девицы, головокружение, к счастью, проходит, и я следую совету девушки, осматриваюсь. Гобелен на стене? Бархатные портьеры с кисточками? Розовый абажур? У девицы интересный вкус. Видимо, любит старину, мы словно в музее. Но да, она права, я не дома. Но тогда где?
– Красиво, – осторожно отвечаю, – уверена, вы сделаете еще лучше, – добавляю вежливо, надеясь на то, что девица наконец–то перестанет источать злобу, если ее похвалить.
– Красиво?! Красиво, Адриана?! Да ты издеваешься!
Девушка почему–то снова обижается, я делаю еще шаг от нее подальше и зацепляюсь подолом платья за угол мебели.
Стоп. Платье?
Удивленно трогаю простую серую ткань. Юбка выполнена классическим колоколом и почти покрывает лодыжки, обутые в закрытые туфли на шнуровке с удобным квадратным каблучком. Даже не знала, что где–то еще можно достать подобную обувь. Мне казалось, она вышла из обихода много лет назад.
Поднимаю глаза на девицу, прожигающую во мне дыру. Ее платье, очевидно, схожего фасона с моим, только малинового цвета. А еще совсем без выреза, со шнуровкой на груди.
– Ничего себе, – забываю об осторожности и подхожу к девушке. – Мы на костюмированной вечернике? Или это квест? Кружева такие нежные.
Трогаю оборку на платье девицы и бросаю взгляд на свою руку. Кожа слишком белая, и пальцы длинные и тонкие. Мои гораздо грубее. Ни один спа уход не в состоянии за один раз превратить загорелые ручки в ручки принцессы. Тревога расползается в моей груди, теперь неуравновешенная девушка не кажется мне такой уж большой проблемой.
– Ты настолько сильно повредила голову, когда упала? Или это специальная линия поведения? Мол, Грегори не посмеет выгнать повредившуюся рассудком, – девица смотрит на меня, прищурив глаза.
Глаза у нее, кстати, красивые, зеленые, а волосы рыжие, обрамляют лицо аккуратными волнами. У меня никогда не получалось самостоятельно добиться такой же образцовой прически. Но почему–то мне кажется, что сейчас у меня на голове схожий шедевр. Только в зеркало страшно смотреться, но надо.
– А почему Грегори должен меня выгнать? – спрашиваю, заставляя себя подойти к зеркалу и с трудом подавляю испуганный вскрик, ограничиваюсь лишь высоко поднятыми бровями.
Не моими бровями на не моем лице, обрамленном не моими непослушными волосами. На меня сейчас смотрит аккуратная светловолосая куколка, излишне нежная, я бы даже сказала какая–то воздушная. Полная противоположность мне, кареглазой брюнетке с южным загаром. Лицо милашки портит лишь запекшаяся на лбу кровь. Она серьезно ударилась, повезло, что сотрясения нет. Тошнота отступает, однозначно, нет серьезных последствий.
И снова стоп. Повезло, кажется, не девушке, а мне. Ведь это я сейчас смотрю на нее, то есть на саму себя.
– У тебя хватает наглости задавать этот вопрос?! – с новой силой возмущается рыжая. – Я всегда подозревала, Адриана, что ты искусно притворяешься милым цветочком, а на деле давно прогнила.
– Адриана? – внимательно слежу за мимикой на лице. Брови снова ползут наверх. Еще и это имя. – Меня зовут Адриана?
Может быть, я все еще сплю? Я ведь не могла всерьез оказаться в чужом теле, да еще и как будто в другом времени, если и вовсе не в другом мире, как героиня фэнтезийного романа.
– Нет, все, с меня хватит! – произносит девица сквозь зубы, грубо хватает за меня руку и тащит к двери. Боль от ее пальцев ощутима, а я все не просыпаюсь. – Теперь ты будешь разыгрывать потерю памяти? Не выйдет.
– Как скажешь, – решаю не спорить.
Рыжая только зло косится и ведет меня по длинному коридору, увешенному картинами. Должно быть, мы идем к загадочному Грегори, может быть, поговорив с ним, я смогу больше узнать о том, кто такая Адриана, и почему ей все недовольны.
– Вот она, братец.
Рыжая открывает дверь и грубо заталкивает меня в помещение, я путаюсь в неудобном платье и буквально падаю под ноги мужчине. Поднимаю на него свой взгляд и не могу поверить тому, что вижу…
Глава 2
Передо мной стоит притягательный мужчина, одетый в темные брюки в обтяжку и свободную светлую рубашку. В его вороте виднеются темные узоры татуировки, на левой скуле шрам. Но он лишь добавляет шарма этому красавцу. Откровенно говоря, тянись этот порез через все лицо, я бы все равно посчитала этого мужчину самым прекрасным представителем своего пола.
Но удивил меня в его облике далеко не шрам. И не длинные медные волосы, собранные сзади в хвост. И даже не невероятная красота, какую я не видела даже у холеных звезд на экране.
Глаза. Вот что пугает. Ярко–зеленые, не такие, как у его сестры, они словно светятся потусторонним светом. А еще зрачки вертикальные. Как у огромного ящера или змеи. Того и гляди, загипнотизирует и смертельно ужалит.
– А что с глазами? Они всегда такие? – невежливо спрашиваю незнакомца. – Признаться, я испугалась в первый момент, – Пытаюсь грациозно подняться на ноги, рядом со столь совершенным мужчиной хочется и самой стать чуточку утончённее. – Спасибо, – Он подает мне руку.
– Дженна не должна была поступать с тобой так грубо, – произносит мужчина своим бархатным голосом, – я не приемлю насилие. – Он осторожно проводит кончиками пальцев по моей ране на лбу и недовольно поджимает губы. – Ты уже сполна себя физически наказала, раз забыла, что глаза у меня всегда такие, как у истинного дракона. Теперь просто сослать тебя в монастырь, не позволив ничего взять с собой, будет чудовищно.
«Истинный дракон? – вопрошаю мысленно. – Я точно не в другом времени. Целый мир поменяла. А, главное, как?»
Дракон убирает свои руки, и я только сейчас понимаю, что они дарили мне приятную прохладу в месте удара головой.
– А зачем меня ссылать в монастырь? – спрашиваю осторожно.
Может быть, этот мне расскажет, что здесь произошло? Хозяйку тела скорее всего в процессе ссоры толкнула рыжая, но не рассчитала, что Адриана получит опасный удар головы. А теперь меня собираются выгнать на улицу. Ах, да, простите, в монастырь сослать. Но это предложение может оказаться не многим лучше, а то и хуже улицы.
Здесь совсем не развито правосудие? Или оно стандартно одностороннее – становится на пользу того, кто богаче, влиятельнее, со связями (нужное подчеркнуть).
– Адриана–Адриана, – дракон укоризненно качает головой, его зеленые глаза обдают натуральным холодом, и теперь он меня не радует, – не пытайся это провернуть. Я сам видел тебя в компрометирующей позе с конюхом. После такого я не могу на тебе жениться.
«Это жених Адрианы? Но зачем тогда ей понадобился конюх? Испугал холод дракона?» – не понимаю мотивов моей предшественницы.
– Ладно, не женись. Прогонять в монастырь зачем? У меня нет собственного дома?
Конюхи, женихи и прочие подождут. Мне бы крышу над головой, посидеть и прийти в себя. А заодно понять, как быть дальше?
Внезапно перед моими глазами появляется картинка моей родной квартиры. Вчерашний вечер, работает телевизор, но тут перегорает лампочка. Я собираюсь ее поменять, но становлюсь на стул с расшатанными ножками. Давно надо было его выкинуть, но я все жалела. Вот и дожалела.
Одна из ножек треснула подо мной, ей хватило моего небольшого веса, кусок деревяшки надломился, стул повело, я не удержалась и упала. А потом очнулась уже здесь. Мой случай в чем–то похож на случай Адрианы.
– Ты, должно быть, шутишь? – на лице дракона появляется оттенок улыбки, от чего в радиусе нескольких метров от него становится теплее. – Мы заключили договор, и ты его нарушила. Извини, но никаких поблажек быть не может. Не нужно рассказывать мне про свою тяжелую долю сироты.
Выныриваю из воспоминаний и зацепляюсь сознанием за понятное слово из моего мира.
– Можно мне взглянуть на договор? Освежить память, так сказать.
Глаза дракона снова источают холод, он протягивает руку и словно из воздуха достает бумагу и дает ее мне.
У меня появляется надежда. В официальных бумагах при желании можно найти много лазеек. Раньше меня это не раз выручало, вот только…
Глава 3
Вот только я не учла важного факта. Мой первый урок выживания в этом мире состоялся прямо сейчас. И нет, это не урок местного языка. Каким–то чудесным образом я разговариваю и читаю без проблем, хотя и понимаю, что передо мной не буквы русского алфавита.
Жестокий жизненный урок заключается в том, что в этом мире женщина – ничто. Очевидно, она лишь придаток к мужчине.
А у Адрианы фон Бакар не было мужчины. Она была сиротой, за ней никто не стоял. И то ли она отчаянно жаждала получить статус придатка к благородному мужчине, то ли влюбилась в Грегори, то ли последствия связи с конюхом дали знать, но Адриана согласилась на чудовищно несправедливые условия договора.
– Скажите, разве я была обнаженной, когда вы увидели меня с конюхом? – поднимаю глаза на дракона.
В договоре весьма расплывчатые объяснения, что именно следует считать изменой. Причем для обоих сторон. Вот только для Грегори формулировки прописали таким образом, что он мог выйти сухим из воды практически в любой ситуации, а для Адрианы наоборот. Любой случайный взгляд не на того мужчину, и можно получить обвинение в измене.
«Интересно, это стандартная формулировка договора между будущими супругами, или бедняжка настолько отчаялась быть одной, что подмахнула бумагу, не глядя?»
– Если бы ты была обнаженной, я бы разобрался с тобой немедленно, – отвечает Грегори, – как сделал с твоим любовником, хоть он и не был обнажен.
Его ноздри раздуваются от раздражения, и появляется забавное сходство с настоящим большим драконом.
– Минуточку! – поднимаю руку, останавливая речь Грегори. Он смотрит на мой жест, как на что–то инопланетное. Видимо, обычно его никто не перебивает. – Предположительного любовника. Нельзя объявлять человека виновным, пока не доказана его вина!
Я чувствую победу, она почти оказывается в моих руках. Грегори придется принести мне извинения и оставить в покое, но…
– Моя дорогая Адриана, – произносит дракон, снова активно раздувая свои ноздри, – должно быть, удар головой оказался слишком сильным, моя сестра не должна была толкать тебя, я приношу искренние извинения за ее проступок, но факт измены я имею право определить самостоятельно. Более того, если бы вы стояли в разных концах конюшни вместе со своим слугой, и ты выкрикивала ему указания издалека, я бы все равно обвинил тебя в несоблюдении договора. Поэтому прошу покинуть теперь уже мой дом в течение часа. Потрать это время на приведение себя в порядок и сбора минимального комплекта вещей. Ах да, в качестве извинения за поведение Дженны я позволю забрать шкатулку твоей матушки, помнится, ты ею очень дорожила.
– Но, – пытаюсь втиснуться в монолог Грегори, возразить его чудовищному самоуправству, но у меня не выходит.
– В противном случае, Адриана, я буду вынужден придать дело огласке, тебе должно быть хорошо известно, справедливости от людского суда ждать не приходится. Ты потеряешь свое доброе имя, запятнаешь репутацию и уж точно не вернешь себе дом. Поэтому советую уйти сейчас. Ты знала на что шла, когда подписывала договор. Ключи от дома у меня, магия признала меня правым, – заканчивает речь Грегори, высоко задрав нос.
Что–то я сомневаюсь, что Адриана знала. Либо она настолько глупа, либо доверяла дракону, как самой себе.
Интересно, почему мне должно быть известно о людском суде? Были преценденты в прошлом? И не спросишь ведь у этих.
Одно ясно, в этом мире репутация у девушки сродни драгоценному алмазу, который стоит оберегать. И я слишком мало знаю здешние законы, вдруг меня имеют право закидать камнями собственные соседи в процессе людского суда.
Еще и магия у них тут есть. Куда я попала?
По моему позвоночнику проходит холодок, становится страшно внутри. Но я обязана продолжить разговор и произнести следующую фразу.
Глава 4
4
– Не напомните, где стоит моя шкатулка? И куда мне идти? – торопливо одергиваю себя.
Да, я хотела задать совсем иной вопрос, но…
Справедливость – это хорошо, но жить спокойной жизнью еще лучше. Если мне теперь придется существовать в этом мире, не хотелось бы начинать карьеру нищенки.
– Где стоит твоя обожаемая шкатулка, ты серьезно, Адриана? – дракон внимательно всматривается в меня.
Мысли читать они здесь не умеют, я надеюсь?
– Голова болит, Грегори, – прижимаю руку ко лбу, – сложно сосредоточиться. У вашей сестры тяжелая рука, – добавляю, потупив глаза в пол.
Я меняю обращение с «ты» на «вы» и обратно, надеюсь, мою оплошность спишут на удар головой. Дракон не боится лишить дома невесту, но боится последствий поступка сестры. Единственный мой шанс – сыграть на этом.
– Понимаю, – царственно кивает дракон, и из его взгляда исчезает всякая подозрительность. – Идем, я сам тебя провожу в покои и попрошу Гретхен помочь собраться.
Он делает шаг ко мне и кладет руку на мою талию, и тут же тысячи предательских мурашек расползаются по моему телу. Рядом с таким мужчиной сложно сохранить рассудок холодным. Не помогает даже то, то он меня сейчас выгоняет, тело все равно дает отклик.
Мы выходим в коридор, проходим несколько поворотов и останавливаемся перед коричневой резной дверью. Грегори убирает свою руку с моей талии, и ко мне возвращается способность мыслить здраво.
– Полагаю, шкатулка у зеркала, ты каждый день сидишь с ней в обнимку, хотя как по мне, уже бы позволила кому–нибудь вскрыть ее, а то так и не узнаешь, что же внутри. Впрочем, едва ли там что–то ценное, – насмешливо хмыкает дракон и удаляется.
Какой он «милый», прямо нет слов. Наверняка бедняжка Адриана вырастила в себе ни один комплекс, общаясь с этим чертовски обаятельным павианом.
Нажимаю на ручку и смело захожу внутрь комнаты девушки. Моей комнаты. Нет, меня выгоняют, значит, все–таки не моей.
Первым делом решаю изучить содержимое большого платяного шкафа, надо понять, что мне брать с собой. Попутно выглядываю в окно, я даже не знаю, какое время года в этом мире. Трава зеленая, на деревьях листья – не зима, и хорошо. Будем считать, мне везет.
Не дохожу пары шагов до обители одежды, как мои глаза натыкаются на резную шкатулку, стоящую в центре небольшого столика как раз перед зеркалом.
– Так вот ты какая, золотая рыбка, – бормочу себе под нос, поднимая предмет. – Хм, замочной скважины нет, значит, не ключом открываешься. Секретный замок, да? Что–то вроде постучать два раза снизу, один раз сбоку и нажать на выпирающее ребро? – мои пальцы быстро ощупывают предмет, но никаких странностей не находят. – А если так?
Я со всей силы ударяю шкатулку об угол стола.
Она деревянная, стол такой же. Осталось узнать, кто из них сдастся быстрее.
Но все происходит стремительнее, я бы сказала, моментально. И в моих руках уже две половинки одного целого. Заглядываю внутрь в нетерпении, очень бы мне не хотелось, чтобы дракон оказался прав. Мне сейчас любая помощь не помешает, а раз это шкатулка матери Адрианы, логично предположить, что она заботилась о дочери, оставляя что–то внутри так, чтобы никто другой случайно не прибрал к своим рукам подарок.
Делаю глубокий вдох, молясь про себя, чтобы мне повезло, и…
Глава 5
– Все проще, чем всем думалось, – произношу довольно и нахожу внутри толстый конверт из пожелтевшей бумаги и маленький золотой ключик.
Поддаюсь интуитивному порыву и прячу все в корсаж платья, и как раз вовремя, в комнату входит невзрачная девица в чепчике и при виде меня испуганно всплескивает руками.
– Госпожа, как же так! Это ведь подарок вашей матушки, вы им так дорожили! – восклицает она.
На причитания девицы я не обращаю внимание, пытаюсь определить, кто стоит передо мной.
Судя по переднику и чепцу, это служанка. Должно быть, Гретхен.
– Гретхен, ты пришла вещи собирать, вот и собирай. Будь добра, займись делом, облегчи жизнь своей госпожи в последний раз.
Подбородок девушки дрожит, словно она вот–вот разрыдается, но уже через секунду она берет себя в руки.
– Да, госпожа, как скажете, – кивает Гретхен и принимается за дело.
Я же ныряю в примыкающую к спальне ванную и запираюсь там под предлогом привести себя в порядок. По факту оттереть запекшуюся с ссадины кровь занимает у меня несколько минут, и дальше я лезу в корсаж за добытым конвертом. Предполагаю, кисейным барышням нужно много времени, чтобы прийти в себя после того, что произошло, я как раз успею узнать, что за сюрприз так долго лежал в шкатулке.
Пальцы в нетерпении подрагивают, и я роняю золотой ключик в раковину, туда же отправляется содержимое конверта.
– Черт! Черт! Черт! – панически восклицаю и тороплюсь спасти ключ от того, чтобы он навсегда затерялся где–то в недрах местной канализации. – Фух, успела.
Перевожу дух, и тут случается одновременно несколько происшествий: служанка с озабоченными криками резко стучится в дверь, я от неожиданности каким–то образом включаю воду в раковине, а там неизученные бумаги, в панике вытаскиваю их, разбрызгиваю воду на пол и, как следствие, падаю, поскользнувшись. Неудивительно, что Адриана упала, когда ее толкнула Дженна, у нее отвратительная обувь, а теперь и у меня, где бы найти что поудобнее?
– Госпожа! Не смейте! Госпожа! Все образуется! – кричит, как потерпевшая, Гретхен. – Не впадайте в истерику! Вам понравится в монастыре, там хорошо, я там росла!
Чертыхаясь, поднимаюсь на ноги, кладу на корзину с бельем промокшие бумаги и ключ с конвертом, а потом подхожу к двери и приоткрываю ее совсем на чуть–чуть. Не хочу, чтобы служанка заходила, я сама справлюсь.
– Чего ты кричишь? Весь дом перепугаешь, – говорю ей недовольно. – Нормально со мной все, ноготь сломала, вот и расстроилась немного. И о каком монастыре ты говоришь, о том самом?
– Так о монастыре служителей Солнца, куда вы поедете, другого в округе нет, – с готовностью докладывает девушка. – Господин дракон нам сказал, что вы туда решили отправиться, чтобы подлечить душевное здоровье, мол, тяжело вам одной. Да и я считаю, он прав, там хорошо, прекрасно лечат душевные раны.
«Оказывается, я иду в монастырь, чтобы подлечить душевные раны, а не потому, что наглый дракон забрал мой дом обманом. По крайней мере буду знать», – хмыкаю про себя.
– А душевные раны у меня в связи с…? – спрашиваю, насмешливо смотря на девушку с затуманенным мечтательным взором.
Кто–то излишне впечатлен женихом госпожи. Вернее, бывшим женихом. Я видела договор, я свободна, к счастью.
– Так вы же остались сиротой, оно понятно, дом содержать сложно, не выдержали. Я бы на вашем месте еще раньше сломалась, госпожа, не переживайте! – добавляет Гретхен.
– Ясно, – киваю, – но ты вещи не собрала, а я тут себя в порядок не до конца привела, – договариваю и без предупреждения захлопываю дверь перед носом девушки.
Затем я кидаю полотенце прямо на холодный кафель и усаживаюсь сверху на него. Надо же узнать, что оставила матушка, ни в какой монастырь к душеведам я не пойду.
К счастью, не все содержимое конверта пострадало от воды, и я принимаюсь за чтение уцелевшего. Документ на вычурной бумаге с золотым тиснением оказывается ничем иным как дарственной на владение книжным магазином «Алая роза» и крохотной квартиркой прямо над ним. И все это добро значится по адресу: Фэйригрэм, улица Дубовая, 8.
Осталось узнать местную географию и как добраться до наследства.
– Гретхем! – кричу через дверь. – У нас есть карта и книга по устройству государства?
– Есть, – отвечает служанка спустя секунду молчания, – принести?
– Да!
Так, с одним документом разобрались, осталось со вторым. Разворачиваю пожелтевший от времени листок и понимаю, что это письмо матери к дочери. Слезы появляются у меня на глазах против моей воли, но помимо эмоций, текст письма открывает новые подробности.
– Еще один ключ? – хмурюсь, перечитывая строки. – Но у меня только золотой ключ, нет серебряного.
Роюсь в конверте и, неожиданно, из него выпадает плоский металлический предмет: крохотный серебряный ключ. Вот только, что с ним делать – непонятно. Большая часть послания намокла, и чернила растеклись. Ясно лишь то, что именно серебряный ключ является важным, не золотой, который дает доступ к магазину и квартирке. И что вместе с ним мне нужно отправиться к некоему мистеру Грину. Хм.
Сидела бы я так и сидела, размышляя над подкинутыми загадками, да только в дверь снова стучат, и на этот раз это не Гретхен.
– Адриана, выходи, время подходит. Не усугубляй свое положение, – конечно, это Грегори. – Гретхен говорит, ты поломала шкатулку, покажешь, что оставила матушка? Надеюсь, ты одета, я вхожу.
Глава 6
Нет! Если он узнает, что про магазин и квартиру, то захочет отобрать и их! Я не сильна в местных законах, в договоре шла речь лишь про этот дом, но кто знает, какие здесь суды, и кому они благоволят – мужчинам–драконам или смазливым сироткам.
– Сейчас! Одну минуту! – кричу, уже отработанным движением засовывая за корсаж платья конверт с двумя ключами и дарственной. Письмо приходится располовинить, должна ведь я продемонстрировать хоть что–то из шкатулки.
– Адриана? – как раз в этот момент дракон справляется с замком и широко открывает дверь. – Все в порядке?
– Более чем, – произношу, опустив глаза в пол, – письмо читала, расчувствовалась, забыла о времени и вот, – машу рукой с посланием, изображая из себя кроткую забитую девицу.
– Милая, – Грегори осторожно приобнимает меня одной рукой, а сам косит глазами в письмо. Я была права, оно его интересует. Насмешливые комментарии про шкатулку были продиктованы личными целями. – Неужели это все? Больше ничего твоя матушка не оставила?
– А разве должна была? Ты ведь сам мне сказал, что я зря ношусь с этой шкатулкой, – поднимаю честные–пречестные глаза на дракона и смотрю прямо в них.
– Да–да, было такое, все верно. Просто слышал как–то о твоей матушке одну историю, якобы ей принадлежал некий серебряный ключ с секретом. Так, очередная городская байка, наверняка ничего серьезного. Иначе твой отец давно был бы в курсе. Да и насколько я помню, твоя матушка была родом из соседнего королевства, а его жители – те еще выдумщики, – скомкано заканчивает разговор Грегори и отводит взгляд.
Теперь мне становится еще интереснее разобраться в том, что же открывает этот таинственный ключик.
– Да, наверное, ты прав. Что ж, мой чемодан собран, я пойду, – смиренно киваю и хватаюсь за ручку кожаного изделия, на мое счастье оказавшегося с колесиками, иначе мне было бы проблематично тащить вещи на себе.
Вот только я до сих пор не знаю, в какую сторону мне двигаться, дракон не оставил времени на изучение местности, а спрашивать у него, как попасть в Фэйригрэм, глупо.
– Подожди, Адриана, я распорядился собрать корзинку съестного, до монастыря путь неблизкий, – мягко останавливает меня Грегори, забирая чемодан и кладя его обратно на кровать.
– Монастыря служителей Солнца? – переспрашиваю.
– Конечно, а что тебя удивляет? Я не могу позволить пусть и бывшей своей невесте остаться на улице. Я не так воспитан! И я сразу сказал про то, куда ты отправишься, – пафосно договаривает дракон и уходит.
«Если перевести, то этот недоженишок опасается сплетен и готов ради них «позаботиться» обо мне», – мрачно думаю, присаживаясь на кровать.
Я не могу позволить себе грустить и бояться и, не теряя времени, нахожу в чемодане карту, заботливо сложенную Гретхен, и раскрываю ее, и заодно попутно беру книгу. Надеюсь, в ней есть содержание и алфавитный указатель, тогда у меня появится шанс быстро заполнить свои пробелы в познании местного мира.
Было бы проще, знай я, где нахожусь сейчас. Но с этим мне везет – кто–то заботливо отметил кружком место на карте и подписал его словом «дом». Должно быть, сделано это было для удобства, карта излишне красочная, сложно быстро сориентироваться среди ярких пятен лесов и полей.