Невеста понарошку, или Сиротка для дракона

Глава 13

– А у меня новая невеста, Джеф! – громко восклицает Стефан и кладет руку на мое плечо. – Знакомься, Адриана. Скажи, красивая девушка, да?

Ни возница, ни я, не знаем, куда девать глаза, скорее бы уже попрощаться с излишне веселым герцогом. Я начинаю сомневаться в его родовитости, вот Грегори сразу вел себя и выглядел, как холодный аристократ, а этот – легкомысленный балагур. Еще и одним из претендентов на престол представился. Любопытно взглянуть на остальных желающих занять трон.

– Стефан, вижу ты не передумал играть в свои игры, – к нам подходит Гвендолин. Невольно вжимаю голову в плечи, милые бранятся только тешатся, а случайные участники вроде меня обычно получают за то, что просто рядом стояли. – Это, право, смешно. Никто в здравом уме не подумает, что ты променял меня на невнятную, хм. Кстати, а кто ты такая?

Рыжая ведет себя гораздо сдержаннее, но яда в голосе у нее от этого не уменьшается. Выпрямляюсь и сбрасываю руку герцога со своего плеча.

– А я сиротка, просто сиротка из монастыря, спасибо, что спросили. А невнятное ваше поведение, а не я. Бегаете за мужчиной, как за последним шансом в своей жизни.

Начинаю думать, что было бы лучше идти пешком, терпеть унижение я не намерена. С вызовом смотрю на девушку, готовясь к ее словесной атаке. Но дракон не дает развиться нашему с ней диалогу.

– Видишь, Гвендолин, как нынче сирот воспитывают, не то, что избалованные столичные девушки вроде твоих подруг, – говорит он назидательно. – Но мы поехали, моя охрана уже верхом, не будем заставлять их ждать, – на этой фразе герцог буквально заталкивает меня внутрь кареты. – Было приятно повидаться, Гвендолин, мои наилучшие пожелания твоей семье. Трогай!

Последнее адресуется Джефу. И экипаж медленно дергается с места, оставляя рыжую красавицу стоять в одиночестве.

С облегчением выдыхаю и задергиваю окно шторками. Почти добралась, осталось совсем ничего, и долгожданная свобода будет у меня в кармане. Главной будет лишь проблема добычи презренного золота на пропитание. Вряд ли кто–то побежит делать покупки в магазине, который давно стоит закрытым.

Он ведь точно закрыт? Силового захвата собственности не произошло, пока хозяева отсутствовали?

– Что случилось? Ты как будто призрака увидела. Не стоит беспокоиться по поводу Гвендолин, она, конечно, злопамятная, но вряд ли вы еще когда–нибудь встретитесь, – произносит Стефан, открывая окно. – Лучше смотри, какая красота, я люблю любоваться зеленью, в это время года лес выглядит по–особенному сочно.

– Угу, – сдавленно киваю, переводя свой взгляд на пейзаж за окном, – вы правы.

И как я могла быть такой легкомысленной? Я понятия не имею, сколько времени документы на наследство лежали в той деревянной шкатулке, по факту что угодно могло произойти с имуществом. Тем более в другом королевстве.

Какой у меня самоуверенный и недальновидный план. С другой стороны, это все равно лучше, чем безропотное существование в монастыре служителей чего–то там. Важно сохранять позитив и не опускать руки. Столица обычно является крупным и развитым городом, уж я найду там себе работу в случае чего, не пропаду.

Мы отъезжаем от постоялого двора, углубляемся по тракту в лес и вдруг резко останавливаемся.

– Что это? – чувствую, как от лица уходит кровь. – Только не говорите, что снова разбойники, – добавляю шепотом.

Стефан не успевает ответить, снаружи слышатся голоса…

Глава 14

– По какому поводу вы остановили экипаж? Вы хоть знаете, кому он принадлежит? – агрессивно произносит один из охранников дракона за пределами кареты.

– У нас приказ от короля останавливать и досматривать всех проезжающих по тракту, не делая разграничений по титулу и статусу, – следует уверенный ответ.

– Лес находится не под юрисдикцией вашего короля! – не сдаются люди герцога. – Мы не обязаны подчиняться вашим приказам!

– Все так, лес – ничейная территория, – терпеливо втолковывают остановившие нас, – возможно, поэтому здесь и бесчинствуют разбойники. Не далее, чем вчера, выше по тракту они напали на карету леди фон Бакар. Возница убит, лошади и все мало–мальски ценное забрали, даже лепнину с экипажа отодрали эти звери. А самой девушки след простыл, – На этой фразе сильнее вжимаюсь в спинку кареты, мечтая слиться с ней. – Безутешный жених с раннего утра ездит с нами в надежде найти свою невесту. Вот и он скачет.

После услышанного я сижу ни жива, ни мертва, даже вздохнуть лишний раз боюсь, не то что пошевелиться и как–то выдать себя. Вот только я ведь не одна в экипаже…

– Хм, интересно получается, – очень тихо, буквально на грани слышимости произносит Стефан, а потом резко поднимается и, напугав меня, выходит из кареты, не забыв, впрочем, плотно закрыть за собой дверь.

Мое сердце теперь стучит где–то в горле, оглушая. Делаю несколько глубоких вдохов и осторожно придвигаюсь к дверце, за которой скрылся дракон, чтобы лучше слышать происходящее на улице.

– Ох, ваша светлость, это ваша карета, – голос полон досады, – простите, конечно, но сами понимаете, ситуация серьезная, мы бы ни за что не останавливали вас по пустякам. Очень неудобно, но войдите в наше положение. Такое несчастье могло произойти с кем угодно, не приведи Свет!

До меня доносится звук копыт, кто–то еще подъехал и спешился. Неужели Грегори?

– Не такой уж этот тракт и небезопасный, убийств давно не происходило. Кареты с сопровождением стараются не трогать или просят откуп за проезд. Неужели девушка путешествовала совсем одна, возница не в счет. Я, например, свою невесту никуда бы не отпустил одну, чтобы с ней ничего не произошло, – холодно обрывает Стефан. – И любой дракон должен так поступать, верно, Грегори?

Да, это мой бывший жених прибыл. Не поленился, лично поисками занялся. Пускает пыль в глаза, или ему нужно точно знать, что со мной произошло?

Заставляю себя мыслить здраво, а не ударяться в панику, и срочно меняю собственный план действий.

У экипажа две двери, внимание мужчин снаружи сосредоточено лишь на одной из них. Есть вероятность, что никто не сторожит выход с противоположной стороны. У меня есть шанс проскочить в обход всех и затеряться в лесу. Мужчины заняты разговором, они не будут прислушиваться к посторонним звукам.

Осторожно передвигаюсь в противоположный бок, а снаружи тем временем продолжают диалог.

– Стефан, рад видеть тебя в добром здравии, – произносит Грегори совсем нерадостно. – Путешествуешь? А у меня такое несчастье. Может быть, твою карету быстро осмотрят, да и не будем дольше задерживаться? Отправишься дальше по своим делам. К чему разводить полемику по тому, как должен или не должен вести себя дракон?

Кто–то делает несколько шагов в сторону экипажа…

Глава 15

А я ускоряю свое ерзанье по направлению к противоположной двери. Нет уж, я так просто не сдамся.

Почему Грегори не отправил вместе с невестой охрану? Что ему стоило позаботиться о сиротке еще раз? И наверняка был бы уверен, что добралась девушка, никуда по пути не делась.

А он так не сделал, что возвращает к первому вопросу. Почему?

На дверь кареты ложится чья–та рука, я как никогда близка к раскрытию. Нужно прыгать, а уже дальше разбираться на месте.

– Я так не думаю, – громко и уверенно говорит герцог. – И уберите руки от частной собственности! – судя по звукам подошедшего отталкивают. – Я не дам вам досматривать карету только потому, что подданный вашего королевства оказался настолько беспечен, что погубил наследницу рода! На вашем месте я бы завел дело на несостоявшегося жениха за оставление бывшей невесты в опасности.

Стефан рассуждает прямо как я, подкупает. Невольно улыбаюсь и передумываю прыгать в неизвестность.

– Что? Да я никогда! Она сама отказалась от охраны, не хотела никого обременять, настаивала на том, что негоже в монастырь ехать, как избалованной леди, – возмущается Грегори. – Да, я не настоял на своем, но я в принципе не был обязан следить за Адрианой, помолвка разорвана! Я присматривал за несчастной сиротой исключительно по доброте душевной! И сейчас беспокоюсь за нее по этой же причине!

«И по доброте же душевной ты оставлял шанс на нападение разбойников. Или сам донес им, когда на меня напасть?» – мысленно вопрошаю.

– Доброта – это прекрасно. Но вы меня задерживаете, господа. Потрудитесь очистить дорогу. В карете нет ничего интересного, лишь моя спящая невеста. Я не дам ей мешать, у вас тут девушки таинственным образом пропадают, – с этими словами дверь резко открывается, и в нее ловко запрыгивает Стефан, я успеваю натянуть капюшон накидки пониже и отвернуться. – Трогай, Джеф!

С улицы доносится возня и вялые споры между сопровождающими герцога и остальными, но вскоре карета трогается со своего места и набирает полный ход. Расслабленно выдыхаю и скидываю с себя капюшон. Это является моей ошибкой.

– Хм, значит, ты уже занятая невеста, – произносит Стефан, не сводя с меня внимательного взгляда.

– Не понимаю, о чем вы. Я не невеста, я ведь только из монастыря, как бы я там встретила кого–то? – изображаю недоумение на лице.

– В монастырь служителей Солнца часто приезжают по поручению аристократов, спонсирующих это заведение, дабы присмотреться к воспитанницам и подобрать себе если не невесту, то хорошую послушную прислугу. Редко какая девушка выходит за пределы родных стен монастыря без предложения о работе в кармане. Но ты, конечно, это и сама прекрасно знаешь, – прищурившись, рассказывает дракон.

Буквально с секунду молча хлопаю ресницами, допустив заминку, а потом отвечаю.

– Само собой, ваша светлость. Но у меня уже есть план относительно будущей жизни, я ведь вам говорила, я не всегда была сироткой, впрочем, как и остальные воспитанницы подобных заведений, – вежливо парирую.

Он может сколько угодно догадываться, но это ничего не значит. Я не собираюсь облегчать ему задачу и преподносить свою историю на блюдечке с голубой каемочкой.

– И многих зовут Адрианами, да? – насмешливо выгибает бровь Стефан.

– Не многих, но ведь это имя придумано не для одной меня, так же как Стефан не один на свете, – невозмутимо выдаю аргумент.

– Логично, – кивает дракон. – А разбойники вчера просто вошли во вкус, да? Там карета, тут карета. Кстати, откуда у сиротки карета, дожидалась своего часа за территорией монастыря? Когда же владелица вернется в простой мир?

– А я была без кареты, верхом отправилась. Мне одолжили старую никому ненужную клячу, но ее отобрали разбойники.

– То есть я мог позволить Грегори вместе со стражниками заглянуть внутрь экипажа, да?

Чувствую, как мой левый глаз предательски дергается, но нужно играть до конца.

– Это ваш экипаж, ваша светлость, вам и решать, как с ним поступать, – произношу ровным тоном голоса, тщательно контролируя интонацию.

На этот раз дракон дольше сверлит меня взглядом, а потом вдруг смеется.

– Хорошо, будь по–твоему, просто Адриана. Расслабься уже и дыши глубоко, побледнела вся. На вот, у меня завалялась баночка с нюхательной солью Гвендолин. Они сейчас очень популярны в столице, девушки без них не выходят из дома. И мне одну сунули, – говорит он и протягивает мне небольшую железную баночку. – Делай глубокие вдохи, сразу полегчает, – договаривает и как будто теряет ко мне интерес, отворачиваясь к окну, которое минутой ранее успел открыть.

Смотрю на врученное приспособление с легкой долей скептицизма, а потом все же позволяю себе неслышно вдохнуть аромат, тоже отвернувшись, но к своему окну, открывать занавеси на котором нет никакого желания. Аромат из баночки доносится приятный: корица, лимон и пряности. Мой любимый запах еще с прошлой жизни. Я вдыхаю еще и еще, натянутая пружина внутри меня расслабляется, проблемы отходят на второй план, а глаза отчего–то начинают слипаться, и я не замечаю, как засыпаю под мерный стук колес…

Глава 16

Пробуждение оказывается резким. Я словно выныриваю из проруби: бодряще и отрезвляюще, а еще по–настоящему радостно от того, что больше не нужно мерзнуть, можно, наконец забраться в тепло. По инерции подтягиваю к себе покрывало и понимаю, что я лежу на кровати.

Но я не помню, чтобы я вчера добралась до завещанного дома. Зато в голове возникают смутные воспоминания о том, как я нюхаю ароматную соль и внезапно начинаю хотеть спать.

– Твою налево! – ругаюсь в полголоса совсем не как сиротка, аристократического происхождения. – Что намешано в той соли, что она так действует?

Вопрос остается без ответа, поскольку я не могу на него ответить, а рядом со мной на кровати, да и вообще в комнате, нет никого, что не может не радовать. Сейчас у меня куда более насущный вопрос: «Где я?».

Я не называла герцогу точный адрес, куда мне надо в Фейригрэме, значит, он не мог взять и отнести меня в квартиру над магазином. Зато мог так сделать у себя дома или на постоялом дворе. Я надеюсь, он достаточно благороден, чтобы не оставлять меня в бессознательном состоянии, у кого попало.

«Но явно недостаточно, чтобы не усыплять обманом, – услужливо напоминает мое подсознание, – Стефан точно знал, как действуют подобные «успокоительные», если его бывшая пассия ими увлекалась».

Как ни печально признавать, но это факт. После того, как герцог не позволил Грегори меня увидеть, я возвела его чуть ли не в ранг святых. Но следующий поступок уверено выбивает Стефана с пьедестала.

– А мои ключи и бумаги?! – испуганно восклицаю, ощупывая себя.

Но, к счастью, все хорошо, меня не стали переодевать. Одним из основных моих желаний является расстегнуть ненавистный корсаж и надеть что–нибудь свободное, но с этим придется повременить.

Спрыгиваю с кровати и подхожу к двери. Она не поддается, меня закрыли на замок.

Сажусь на корточки и прислоняю ухо к замочной скважине, пытаясь уловить хотя бы какой–нибудь звук, но тщетно. За дверью стоит тишина. Должно быть, сейчас глубокая ночь, все спят, кроме меня, выспавшейся заранее в карете.

Тогда я подхожу к окну и высовываюсь из него, держась за подоконник. Створка была изначально открыта, мне оставили свежий воздух, не боясь моего побега. Неудивительно, здесь второй этаж, потолки высокие, по ощущениям, как полноценный третий.

Луна сегодня светит ярко: и улицу, и внешнюю стену дома, в котором оказалась, я могу разглядеть, практически не прилагая усилий. Двор не похож на то, что я видела на территории «У Мэри», значит, скорее всего я нахожусь в личных владениях герцога. И с большой долей вероятности можно предположить, что мы в Фейригрэме или где–то около него. Не зря Стефана так забавляла моя просьба про подвезти, да и где еще обитать одному из претендентов на престол, коим он себя именовал.

Решение приходит мгновенно: раз, и я уже перекидываю ногу, уверенно становясь на широкий карниз. К сожалению, новой обувью я до сих пор не разжилась, но голова помнит часы, если не десятки часов, занятий по скалолазанию. Мои знакомые потешались над этим моим увлечением, говорили, что все равно я не собираюсь лезть на настоящую скалу, так для чего я так люблю эти монотонные действия? Мол, сейчас столько видов спортивных активностей, а я ударилась в одно.

И вот мой час настал. Страсть к широким карнизам и вычурной выпуклой лепнине даже на фасаде делает здание отличной площадкой для задуманного мной. Еще пару шагов, и я хватаюсь рукой за ствол вьющегося прямо по стене растения. Дергаю несколько раз – крепкое, можно уцепится за него и спуститься.

Вариант остаться у герцога и терпеливо дождаться утра не рассматривался мной ни одну секунду. Специально или случайно, но Стефан меня усыпил. И дальше, что, нельзя бы меня разбудить? Зачем заносить мое безвольное тело аж на второй этаж?

В общем, недолгая практика контактов в новом мире показывает, что доверять не стоит никому.

Неслышно спрыгиваю в траву и лишь тут теряю равновесие, и падаю. К счастью, трава смягчает боль, и я с трудом заставляю себя подняться на ноги. Мышцы на руках и ногах трясутся, для неподготовленного тела я совершила невозможное, и я буквально заставляю себя маленькими шажками ступать к воротам.

Подхожу, по–прежнему никем не замеченная. Я понятия не имею, как организована охрана у знатных господ, но надеяться на открытую калитку в створе забора было слишком наивно. Дергаю для верности еще два раз, но, конечно, железка мне не поддается. С тоской закидываю голову назад и смотрю на высокие ворота: неужели придется на них карабкаться?

Делать нечего, руководствуюсь прекрасной пословицей «глаза боятся, а руки делают» и засовываю левую ногу в просвет между железными прутьями, а правой рукой хватаюсь повыше. Но тут происходит непредвиденное: сбоку на меня с оглушительным лаем несется большая собака, ее пасть демонстрирует ровный ряд острых клыков, и животина совершенно точно настроена недоброжелательно по отношению ко мне. Торопливо подтягиваюсь на руках в надежде забраться повыше, чтобы тварь меня не достала, но ладони от выброса адреналина вспотели, руки соскальзывают с прутьев, а вместе с ними и я…

Глава 17

Больно приземляюсь прямо на попу. Здесь уже не трава, дорожка вымощена булыжниками, и нет мягкой земли, способной облегчить мое падение, но главная моя проблема заключается не в синяках и ссадинах.

Собака! Я приземлилась прямо перед ее раскрытой озлобленной пастью. Я даже позвать на помощь не успею: дом отсюда находится на расстоянии, все спят, пока услышат – от меня уже ничего не останется. Они до сих пор на басовитый лай не прибежали, что уж говорить о тоненьком женском голосочке. Я зажмуриваюсь, и…

И ничего не происходит. Совсем ничего. Я даже не сразу понимаю, что пес перестал лаять и рычать, а утыкается в меня своим холодным носом безо всякой агрессии. Приоткрываю один глаз, а затем и второй:

– Ты передумал меня есть? – спрашиваю у животного. – Решил, что я невкусная, да?

На мои слова псина лишь снова тычется в меня носом, выпрашивая ласку. Мои руки сами ложатся на спину животного и с наслаждением зарываются в его шерсть. Некоторое время мы так и сидим в обнимку. Шок от пережитого слишком силен, чтобы делать что–то еще.

– Ты какой–то неправильный охранник, ты знаешь? Нельзя с чужими дружить, а вдруг они захотят причинить вред твоему хозяину? – Животное жалобно скулит и прижимает морду к лапам, изображая искренне раскаяние. – Ладно–ладно, не расстраивайся, я–то хорошая, и ты это знаешь. Значит, ты правильно поступил, – Пес тут же снова принимается радостно вилять хвостом, а я с тоской посматриваю на ворота. Снова лезть на них, один раз упав, совсем не хочется. – Как же мне выйти отсюда?

Задаю риторический вопрос, а пес вдруг, два раз коротко пролаяв, убегает куда–то в кусты. Надеюсь, он не за подмогой пошел. С другой стороны, что мне сделает Стефан за ночные блуждания по его поместью? Ничего! Единственное, не удастся уйти, не попрощавшись.

Делать нечего, осторожно поднимаюсь на ноги, сидеть хорошо, но жестко и холодно. Потираю ушибленную часть тела и, медленно ковыляя, подхожу ко злополучным воротам. И тут снова возвращается пес, едва не сбивая меня с ног, требуя новых объятий.

– Тихо–тихо, малыш, я ведь и упасть могу, – чешу его спину, – ты с меня ростом, если станешь на задние лапы, – приговариваю и не сразу замечаю связку ключей в пасти животного. – Ого, ты мне принес ключи? От калитки? – Пес издает один невнятный «гав», почти не разжимая пасть. – Вот это ты молодец!

Осторожно вынимаю изо рта животного связку и, не медля ни секунды, принимаюсь примерять ключи к замку. Мне везет на третьем – раздается приглушенный «щелк», и железная створка с легкостью открывается. Воровато осмотревшись, выхожу за пределы поместья и захлопываю за собой створку, а также запираю замок.

– Ты умница, – говорю псу и с трудом просовываю ключи обратно, – я теперь отнеси их на место, не хочу, чтобы у тебя были проблемы из–за меня. Если что, никому не рассказывай, что мы подружились, хорошо?

На полном серьезе спрашиваю животное, но оно как будто снова меня прекрасно понимает и отвечает коротким «гав». Невольно улыбаюсь и, качая головой, отхожу от калитки. Мне еще предстоит найти улицу Дубовую, а на дворе ночь. Жаль, нельзя взять с собой пса, с ним было бы не так страшно.

Зайдя за угол ограждения поместья, решаю достать карту. Здесь особо ярко светит Луна, сумею без проблем рассмотреть картинки. На противоположной стороне от изображения тракта на карту поместили расположение улиц столицы королевства Фейри. Очень кстати для меня.

Но еще больше я радуюсь, обнаружив на ограде на другой стороне дороги табличку с названием улицы. «Ясеневая», – гласит табличка, и я с трудом удерживаюсь от радостного вскрика, ведь эта улица всего в четырех кварталах от нужной мне Дубовой. Быстро запоминаю дорогу и сворачиваю карту, неужели мне наконец–то удастся добраться до магазина?

От радости разом забываю про ушибы и чуть ли не вприпрыжку шагаю по пустынным улицам. Насколько я поняла по карте, я сейчас нахожусь практически в центре города, дома и участки вокруг выглядят сплошь благополучно, по всем моим прикидкам воришки должны выбрать другой район города для своего ночного промысла.

И, не знаю, права ли я, или мне просто везет, да только я без проблем дохожу до небольшой полукруглой площади, на противоположной стороне которой по центру и располагается книжный магазин с пристроенным жилым вторым этажом, на котором гордо висит табличка с адресом: «Дубовая, 8».

Ускоряю свой шаг, осталось совсем немного и…

– Что за черт?

Глава 18

По всему периметру здание обклеено широкой желтой лентой, чем–то она напоминает клейкую ленту, которой в фильмах огораживают место преступления. Подхожу к двери и с силой сдираю ленту, чтобы войти, и тут на меня что–то падает сверху.

– Ааа! – визжу, что есть мочи. – Уйди, просто уйди!

Да, так нелогично, при виде разбойника не верещала, а тут на тебе. А все потому, что в потемках мне привиделся гигантский паук, прыгающий на меня. Боюсь этих насекомых до жути.

Беру себя в руки и вижу перед собой упавший лист бумаги, он пожелтел и весь помялся от времени, потому–то мне сначала показалось что на меня накинулось нечто темное и с лапками. Подбираю причину моего визга, открываю ключом дверь и торопливо вхожу внутрь. Надеюсь, никого не разбудила, и стражники не придут по мою душу среди ночи.

Запираюсь изнутри – безопасность превыше всего, и с любопытством осматриваюсь. В большое окно сквозь слой пыли заглядывает Луна, любезно освещая пространство магазина, и это очень кстати, поскольку на прилавке стоит одинокая лампадка, но я не знаю, чем ее зажечь. Да и, возможно, не стоит привлекать внимание к магазину раньше времени, зачем–то ведь его опечатали!

– Ах! – из меня вырывается восторженный вздох.

Это я о торговом зале, вдоль стен которого стоят позолоченные стеллажи, заканчивающиеся выпуклыми серебристыми сводами, от чего может показаться, что в помещении собственное небо. Посередине сконструированы полки в виде маленьких деревянных мостиков, у основания каждого на полу изображена вода, а сверху к потолку крепятся облака.