- -
- 100%
- +
Возвращение неизвестного
Стоял ясный солнечный день. Руины — то ли замка, то ли храма — озарялись тёплыми лучами. В воздухе, над местом, где камней почти не осталось, парило светящееся нечто. Круглое, небольшое, оно медленно вращалось на месте. На него смотрели три существа.
Одно из них, самое низкое, не выдержало. Оно осторожно начало спускаться по обломкам, протягивая руку — словно надеясь, что это нечто можно взять. Шаг за шагом, всё медленнее, всё ближе. Когда существо подошло максимально близко, его рука прошла сквозь светящийся шар.
Оно замерло.
Затем сжало ладонь.
К его удивлению, получилось.
Существо потянуло руку на себя. Из нечто показалась очень чистая рука. Сам шар засветился ярче, начал пульсировать. Чем сильнее тянули, тем интенсивнее становился свет. Он словно разрастался, ослепляя. Разглядеть что-либо стало невозможно, и все трое зажмурились.
Произошёл всплеск энергии.
Того, кто тянул, отбросило назад — он с силой влетел в руины, ударившись телом. Двух других тоже отшвырнуло, и они слетели с горы обломков.
Из самого светящегося нечто выпало существо.
Это флэшка ?— мелькнула мысль.
Его убили?
Лицом вниз на камнях лежал человек. На нём был грязный, но элегантный костюм. Кроссовки.
Почему мне так больно… и почему я ничего не вижу?
Надо собраться. Встать. Потереть глаза…
Он начал двигать руками, пытаясь упереться и подняться, но каждое движение отдавалось адской болью. В этот момент застонало существо, которое вытаскивало его из разлома, — оно тоже пыталось подняться.
— Кто это кричит?.. Кто вы… стража?.. — прохрипел человек.
Он снова попытался опереться руками, и в это время существо, вытащившее его, уже сидело ровно и смотрело на него.
— Ты ещё что за красавчик такой? — грубо произнёс тот.
— Стасян, ты совсем крышей поехал? — донёсся голос из-за руин. — Чуть нас не убил, а теперь сам с собой разговариваешь!
— Да вы посмотрите, какого красавчика я вытащил из разлома, — сказал Стасян. — Продадим его за большие деньги.
Человек наконец смог подняться на колени. Он потянул руки к глазам и начал их тереть.
— Три-три, нести мы тебя не собираемся, идти далеко, — добавил Стасян.
Из-за горы обломков появились ещё двое. Увидев человека, они замерли.
— Ну нифига себе ты красавчика выловил, Стасян, — сказал один, повыше. — Ему не меньше восьмисот лет, наверное.
Когда зрение вернулось, человек увидел три силуэта: низкого и пухлого, сидящего на руинах, и двоих повыше — один из них был почти под два с половиной метра ростом. Проморгавшись, он разглядел броню, собранную будто из кусков древнего автомобиля. Кожа у сидевшего была синеватой.
— Что, красавчик, удивлён? — ухмыльнулся Стасян. — Знаем, в твоё время таких, как мы, не было. Вы все одного цвета были.
— В моё время?.. — переспросил человек. — Восемьсот лет?
— Ну да. Плюс-минус лет триста, — спокойно ответил Стасян.
Осмотревшись, человек увидел заросшие руины. Из камней торчали синеватые кристаллы, поблёскивающие на солнце. Он заметил остальных: один был похож на обычного человека, но с зелёными глазами; самый высокий — худощавый, с синей кожей, перекошенной челюстью и торчащими зубами.
Человек попытался встать. Получилось с трудом. Он вытянулся, вскрикнул от боли, согнулся, затем выпрямился снова.
Перед ними стоял мужчина статного вида: ровная спина, прямые плечи, голубые глаза, русые волосы. Серебряный костюм с золотыми полосами и странной пластиковой рубашкой выделяли его на фоне руин.
Существо среднего роста достало оружие — нечто вроде револьвера, но вместо барабана в нём был красный кристалл.
— Не дёргайся, красавчик. Кто ты такой? — крикнул он.
— А какое тебе дело, если ты меня продать собрался? — ответил человек.
— Должен знать, кого продаю. Вдруг ты мне полезен, — усмехнулся тот. — Оружие есть?
— Зови меня Димой. И разве я похож на вооружённого? — ответил он.
— Дима, значит. Меня зови Леной, — сказал тот. — Этот высокий — Борька. А Стасяна ты уже знаешь.
Дима расхохотался, согнувшись.
— Это тебе мама имя придумала, Леночка?
Ответом был выстрел. Красный сгусток энергии пролетел рядом с рукой Димы и врезался в руины.
— Да как ты смеешь, щенок! — заорал Лена. — Будешь так продолжать — к утру без языка останешься!
Дима продолжал смеяться, почти теряя равновесие.
Второй выстрел прошёл так близко, что по руке пробежал разряд. Смех стих, но вместо него вырвалось хихиканье.
— Ладно, ладно… но важнее другое! ВОСЕМЬ СОТ ЛЕТ!
— Что смешного в моём имени?! — рявкнул Лена.
— Это женское имя, — сказал Дима, с трудом сдерживая смех. — Лучше скажи, где я? Секунду назад я вообще стрим по контре смотрел.
— Это мужицкое имя! — огрызнулся Лена. — А ты сам как баба в своём костюмчике!
— Этот кост…
— Моё имя — символ силы и власти! — перебил Лена, ускоряясь. — Продадим тебя — закупим оружие, построим лагерь и будем таких как ты наказывать!
— Ого, Леночка, царём себя возомнил? — усмехнулся Дима.
— АХ ТЫ СКОТИНА!
Лена рванулся вперёд, замахиваясь пистолетом.
Он попытался ударить Диму по голове. Дима дёрнулся раньше, чем успел подумать — тело сработало само. Он испугался, но всё же увернулся. В следующий миг оказался за спиной Лены, ударил кулаком в плечо, выбив пистолет, и почти вслепую ткнул по шее.
Лена рухнул на землю, застонал, пытаясь пошевелиться, но тело его не слушалось.
Дима не успел перевести дыхание, как заметил: на него с криками несутся Стасян и Боря. Стасян размахивал металлической дубинкой, Боря бежал с чем-то, напоминающим древнее ружьё, но не стрелял.
Стасян был ближе.
Он метнул дубинку. Та угодила Диме в ногу.
От боли и неожиданности Дима рухнул, но почти сразу нырнул вперёд, сбив Стасяна с ног. Боря был уже рядом. Перевернув Стасяна на спину, Дима нанёс несколько быстрых, неуклюжих ударов по лицу. Затем, опираясь на здоровую ногу, он вскочил, почти подпрыгнул и со всей силы пнул Стасяна больной ногой в подбородок.
Стасян потерял сознание.
— Ахь ты зладеееей! — завопил Боря и бросился вперёд.
Дима машинально схватил дубинку. Она оказалась неожиданно лёгкой, но хорошо легла в руку. Он даже не успел подумать, что делает, — просто замахнулся.
Боря подпрыгнул, занося ружьё над головой, и попытался ударить им в падении — мимо. Приземлившись, он едва удержал равновесие.
Дуга дубинки описала полукруг.
Удар пришёлся прямо в лицо.
Зубы вылетели, челюсть хрустнула. Боря рухнул без сознания.
Дима, всё ещё не понимая и не контролируя себя, медленно повернулся.
Лена, шатаясь, тянулся к своему пистолету.
Дима среагировал на автомате — адреналин толкнул тело вперёд раньше, чем успела появиться мысль. Он рванулся, вырвал оружие из рук Лены и навёл его на него.
Лена смотрел с ненавистью, но поражение признавать не собирался.
— Ну что, Леночка, — мягко, почти ласково сказал Дима, криво улыбаясь. По лицу было видно, как боль отдаётся в ногу. — Вижу, ты многое знаешь. Расскажи-ка мне, где я и как тут оказался. А то пока всё это похоже на какой-то цветной Фоллаут.
— Ты раб, которого я продам, — прохрипел Лена.
— Ответ неверный, — спокойно сказал Дима. — Слушай, я не люблю грубости. Мне их и во время каток хватает. Либо мы расходимся, либо ты мне помогаешь. Может, я даже помогу тебе. Как тебе такой вариант?
— Ты… там же, где и был, — выдавил Лена. — Мы вытащили тебя из разлома. Судя по всему, он был временным. Таких, как ты, мы обычно продаём. Платят за вас хорошо.
— То есть… — Дима прищурился. — Я сейчас у себя дома?
— Не знаю, как это место называлось раньше. Город вроде… Питонград… или как-то так…
Лена вдруг взорвался:
— И ВООБЩЕ ТЫ МЕНЯ БЕСИШЬ!
Он резко выхватил нож и рванулся вперёд.
Прогремел тихий выстрел.
Лена рухнул на землю. На лице расплывалось тёмное пятно. Он не дышал.
Дима опустил пистолет.
— Вот оно, значит, как… убить кого-то, — прошептал он. — Могли бы и подружиться… а теперь кто я такой?
Стасян и Боря не шевелились — оба были без сознания.
Дима медленно присел на заросший камень. Боль всё ещё пульсировала в ноге, но мысли были тяжелее.
Мама. Отец. Друзья…
Что вообще произошло?
Неужели меня сослали?.. Или случилось что-то настолько хреновое, что я просто каким-то чудом выжил?
Он сидел долго.
Стасян зашевелился.
Дима поднял взгляд.
Стасян открыл глаза, увидел Диму и резко дёрнулся.
— От ты монстр… — пробормотал он. — Как ты это вообще…
Дима молча смотрел, криво улыбаясь.
Стасян огляделся, заметил тела и побледнел.
— Леночка… — начал он.
— Умер, — спокойно сказал Дима. — Пытался меня убить. Я пытался договориться. Но ты же знаешь — женщины слушать не любят.
— Какие женщины?.. А Боря?.. — почти плача спросил Стасян. — Он же маленький… ему сорок восемь всего…
— Зубы повылетали, но дышал, — ответил Дима.
Стасян подполз к Боре.
Боря не дышал.
Череп был расколот.
Стасян сгорбился, с трудом сдерживая слёзы.
— Ты теперь и меня убьёшь… — прошептал он.
— Я не собирался никого убивать, — твёрдо сказал Дима. — Вы напали первыми. Мне жаль.
— Значит, я твой раб… — пробормотал Стасян. — Надеюсь, продашь по справедливой цене.
Дима устало вздохнул.
— Он был тебе кем?
— Сыном соседки… — тихо ответил Стасян. — После того как нашу деревню сожгли, мы вместе выживали…
— Соболезную, — сказал Дима. В его глазах было слишком много вопросов, но задавать их он решил позже.
Он оглядел руины.
— В этой одежде я, наверное, сильно выделяюсь? — наконец спросил он. — Если возьму одежду Лены — ты не против?
— Твоё право. Он тебе уже ничего не скажет.
Дима снял свою одежду, похожую на смокинг, и накинул плащ, скрыв костюм. Солнце клонилось к закату.
— Уже темнеет? — спросил он. — А тут есть где заночевать?
— Под деревом можно, — пожал плечами Стасян. — Костёр разведём да поспим… если сможем.
Дима кивнул. Ему всё ещё было тяжело понять, что вообще происходит.
— Тогда веди. Поспим. Нужно осмыслить всё это… а то не хотелось бы по убежищам живых искать.
— Убежища? — переспросил Стасян. — Впервые слышу.
Они поднялись на руины.
С вершины Дима увидел разрушенный город — ни одного целого здания, только заросшие каменные поля.
— Боже… — прошептал он. — Что же произошло…
Стасян молча повёл его в сторону леса.
Утро после
Дима лежал на каких-то ветках под деревом. Рядом тлел костёр, от которого тянуло слабым дымком. Луч солнца ударил прямо в глаза, и он поморщился, резко проснувшись.Рассветало.
Он приподнялся, огляделся.
— Так… значит, это не сон, — пробормотал он.
Руины, лес, костёр — всё было на месте.
— Как мне вас называть-то? Хозяином? — раздался голос сбоку.
Дима вздрогнул и обернулся. Стасян сидел у костра, ковыряясь палкой в углях.
— Что? Зачем? — нахмурился Дима. — Зови меня Димой. Рабство и крепостное право вроде как давно отменили.
— Ну… в ваше время, может, и да, — пробормотал Стасян, не поднимая взгляда. — А сейчас всё по-другому.
Он никогда не считал себя злым человеком — по крайней мере, очень хотел в это верить.Диме стало неприятно это слышать.
— А кто ты вообще такой, Дима? — спросил Стасян после паузы. — Как такой… — он замялся, — красавчик смог нас перебить?
— Да я и сам, если честно, не понимаю, — вздохнул Дима. — Всё как-то… на автомате вышло.
Он помолчал и добавил:
— Наверное, катки помогли. Реакция, тайминги.
— Какие ещё катки?.. — насторожился Стасян.
— Ну… игры, — пояснил Дима. — Типа тренировок, только для головы и реакции. Было такое… бит сейбер.
— Биб… сийба? — медленно повторил Стасян.
— Ну примерно, да. Игра такая.
Стасян нахмурился.
— Игра?
— Ты не знаешь, что такое игры? — удивился Дима. — Ну, в детстве… прятки, догонялки, что-нибудь такое?
Стасян промолчал. Поднялся, стряхнул с одежды золу.
Дима тоже встал — не потому, что хотел, а потому что инстинктивно напрягся.
— Ты… ты же не собираешься на меня напасть? — спросил он.
Стасян посмотрел на него устало.
— Одному мне точно не выжить, — ответил он. — Поймают — съедят. Или хуже.
Он подошёл к костру, вытащил из углей деревянный шампур и протянул его Диме.
— Держи.
— Это что? — насторожился Дима.
— Морковка. Картошка, — пожал плечами Стасян.
Дима посмотрел на подгоревшие овощи, потом на шампур.
— Завтрак чемпиона, — тихо сказал он и криво усмехнулся.
После еды Дима достал пистолет из ремня и начал его осматривать, проверяя вес, форму, странный кристалл внутри.
— Давно вы с Борей по дорогам ходите? — неожиданно спросил он. — Ну… грабите народ.
Стасян пожал плечами.
— Лет двадцать уже. С Леной — лет восемь. Выбора особо не было: либо так, либо сдохнуть.
— А почему Лену так зовут? — не удержался Дима. — Это же женское имя.
Стасян посмотрел на него с недоумением.
— Нормальное мужское имя. Не понимаю, что тебя так веселит.
— В моё время это было женским, — пояснил Дима. — Поэтому для меня звучит… забавно.
Стасян хмыкнул, но спорить не стал.
Они сидели у костра, грелись и понемногу разговаривали. Без спешки, без угроз — просто потому, что больше делать было нечего.
Дима узнал, что Лена всегда был неспокойным. Он вырос среди людей, которые выживали, грабя других. Однажды во время очередного налёта их почти всех перебили — после этого Лена и остался один.
Со Стасяном всё было иначе.
Он жил с Борей в небольшом городке, пока на них не напали такие же разбойники, как банда Лены. Боря говорил плохо и часто путался в словах, но именно он первым сказал, что если они сейчас не сбегут, то погибнут.
Они пытались прибиться к другим деревням, которые встречались по дороге, но их везде прогоняли. Боялись. Слишком уж легко было принять их за бандитов.
И решили пойти за ним.В конце концов они встретили Лену — на рынке, где торговали всем подряд.
— Другого способа выжить мы тогда уже не видели, — тихо закончил Стасян.
Дима ещё долго извинялся за Борю. Стасян слушал молча. Он вообще казался на удивление спокойным для разбойника — говорил просто, без лжи в голосе, будто всё, что рассказывал, было правдой. И всё же Дима не расслаблялся до конца: где-то внутри оставался страх, что тот может напасть.
Они шли через лес.
— Ну хоть леса такие же, как и были, — с лёгкой усмешкой заметил Дима, оглядываясь. — Хотя… будто плотнее стали. В моё время тут был огромный бетонный мегаполис. Чтобы нормально подышать, приходилось уезжать из него.
— И чем же вы питались в этих… мегалополах? — спросил Стасян.
— Морковкой, картошкой, — отшутился Дима.
Он покрутил в руках пистолет, разглядывая кристалл.
— А что за камень в нём такой? Из него, например, меч сделать можно?
— Да без понятия, — пожал плечами Стасян. — Мы эту пушку у кого-то стянули.
— Весело… — хмыкнул Дима. — А почему Боря ружьём махал, а не стрелял? Патроны закончились?
— Пуль там давно нет, — спокойно ответил Стасян.
Он немного помолчал, потом добавил:
— Пистоль твой, кстати, вроде как колдуну принадлежал. Лена его первым вырубил.
— КАКИЕ ЕЩЁ КОЛДУНЫ?! — Дима остановился и резко повернулся. — Магии не существует.
Стасян посмотрел на него внимательно.
— Ну как видишь… существует. Пистоль у тебя, мягко говоря, не обычный.
— Не верю, — упрямо сказал Дима. — Магии нет. Я точно знаю.
Они ещё долго спорили о существовании магии, каждый стоял на своём. В итоге разговор сам собой сошёл на нет, и они просто продолжили путь.
Стасян повёл его в ближайшую деревню.
Дима то и дело засматривался на кристаллы, торчащие из земли. Большие, разного цвета: одни почти прозрачные, другие отражали его самого и Стасяна, искажая силуэты. Между деревьями и кристаллами попадались груды камня и бетона — остатки чего-то большого, когда-то цельного. Всё это поросло мхом и травой, местами было засыпано землёй.Они шли молча.
Лес явно вырос не сам по себе — он просто занял место города.
— Слушай… — наконец нарушил тишину Дима. — А почему всё разрушено? Что вообще случилось в прошлом?
Стасян пожал плечами, не останавливаясь.
— Мне всегда говорили, что была какая-то большая война. Вот всё и разнесли.
Он вспомнил, как ещё недавно сидел за компьютером, играл, смеялся, ругался на тиммейтов — и дажене думал о том, что где-то может начинаться настоящая война. Не подозревал. Не готовился. Просто жил.Дима помрачнел.
— А кто воевал-то? — спросил он после паузы. — Против кого мы воевали?
Стасян остановился и посмотрел на него.
— А мы — это кто?
Дима не ответил.
Он вдруг понял, что если прошло столько времени, то о его стране здесь уже просто некому помнить.
— А вот эти кристаллы… — Дима кивнул в сторону торчащих из земли камней. — Ты их тоже волшебными считаешь?
Он остановился возле фиолетового кристалла. Тот был выше человеческого роста и слегка мерцал изнутри.
— Да, — ответил Стасян. — Мне рассказывали, что колдуны умеют использовать их силу.
— И какую же?
— По-разному. Где-то с ними урожай лучше растёт, картошка не гниёт. Где-то — раны лечат. А злые… — Стасян поморщился. — Злые могут всю еду за ночь в труху превратить.
Дима слушал внимательно, но внутри всё это казалось бредом. Слишком похоже на сказки.
И всё же что-то было не так.
Из глубины кристалла донёсся странный звук — глухое эхо, будто отражённый шёпот. Диме на мгновение показалось, что это голос.
Он протянул руку и коснулся холодной поверхности.
— Ты вроде не колдун, — настороженно сказал Стасян. — Зачем трогаешь?
В тот же миг из кристалла вырвался пучок энергии. Он рванул вверх, завис в воздухе на долю секунды, а затем пронёсся над их головами, прожигая дыры в деревьях. Ветки вспыхнули и осыпались, а сам луч исчез так же внезапно, как появился.
Несколько секунд они молчали.
— Я ничего не понял, — наконец сказал Дима, медленно поворачивая голову. — Но он явно куда-то указал.
Он кивнул в сторону, куда ушёл всплеск.
— По моему опыту… — он нервно усмехнулся, — в той стороне обычно что-то есть.
Стасян отступил на шаг.
— Да ты колдун какой-то… — выдавил он, испуганно переводя взгляд с кристалла на Диму.
— Ну… — Дима пожал плечами, всё ещё не до конца веря в произошедшее. — Похоже, да. Я сам ничего не понимаю, но давай пока считать, что я ученик этого камня.
Получилось не очень.Он попытался пошутить.
Мерцание внутри кристалла погасло. Камень потускнел, будто разрядился и стал обычным куском стекла.
— Ты знаешь, что там? — спросил Дима, глядя в ту сторону.
Стасян задумался, оглянулся, словно пытаясь вытащить воспоминание из глубины памяти.
— Вроде бы там когда-то стояла небольшая деревушка, — медленно сказал он. — Но точно не скажу. Давно туда не ходил.
— Пойдём? — предложил Дима.
Стасян помедлил.
— Не знаю… — честно ответил он. — Интересно. И страшно.
Дима заметил, что вместе с исчезновением всплеска пропало и эхо. Лес снова стал обычным — только обгоревшие ветки тихо тлели на земле.
Они ещё раз оглядели следы прожога и молча двинулись в сторону, куда ушёл пучок энергии.
Не оглядываться
Вдалеке, даже сквозь деревья, уже виднелись тонкие полоски дыма — будто поднимались из труб. Дима этого не замечал.
Ни компьютера.По мере пути его мысли всё сильнее затягивало осознание: больше нет ничего из того, что он знал.Ни комфорта.Ни колы.
И ещё — он убил людей.
Эта мысль вдруг накрыла резко, как удар. Его затрясло, шаг сбился, и он остановился.
— Что такое? — настороженно спросил Стасян.
Дима не ответил. Его взгляд метался — от деревьев к земле и обратно, будто не мог за что-то зацепиться. Руки дрожали, дыхание сбивалось. Он сделал шаг, другой… и резко сел, привалившись спиной к стволу дерева.
Закрыл лицо руками.
— Господи… — вырвалось у него. Голос сорвался. — Где же я?..
Он сглотнул, пытаясь вдохнуть глубже.
— Пусть это будет сон… — почти прошептал он. — Пожалуйста… хоть бы это был сон, а не реальность. Я так хочу домой…
— Эй, красава, — рявкнул Стасян. — Мы почти дошли. Вон, дым из домов уже видно, а ты решил в панику уйти?
Дима его не слышал.
Он видел, как Стасян ходит перед ним, что-то говорит, размахивает руками, но слова не доходили. Осознание того, что произошло, навалилось сразу всем разом, без предупреждения.
Он попробовал подняться, но мысль о том, что больше никогда не будет всего, к чему он привык, снова сломила его. Ноги подкосились, и он опустился обратно, сжавшись у дерева.
Нет родных.Больше нет тёплого дома с мягкой кроватью.Нет удобного стула.Нет друзей.
Есть только этот мир — дикий, чужой, с рабством, страхом и людьми, которым нельзя доверять.
Стасян замолчал. Некоторое время просто смотрел на него, потом стянул фляжку с пояса и молча протянул.
Дима не сразу понял, что ему что-то дают. Лишь через пару секунд взял фляжку и сделал несколько глотков.
Вода была тёплой и странной, но помогла дышать.
— Спасибо… — пробормотал он. — Прости. Я… мне тяжело.
Он выдохнул, не поднимая взгляда.
— Да и ты сам… ну, не самый обычный человек.— Я просто слишком резко понял, что всё. Что больше нет того мира, который я знал.Он на секунду усмехнулся, криво и безрадостно.
— В каком смысле — не обычный? — поинтересовался Стасян.
— У тебя кожа какая-то синяя, — ответил Дима. — И сам ты… низкий. В моё время невысокие люди были не редкостью, но вот цвет кожи — такое я вижу впервые.
Стасян присел рядом. Дима протянул ему фляжку, и тот сделал пару глотков, не торопясь.
— Ну, если в твоё время такого не было, — сказал он спокойно, — то ты ещё многому тут удивишься.
Они посидели ещё немного. Дима постепенно пришёл в себя, дрожь отступила, дыхание выровнялось.
Потом они поднялись и двинулись в сторону дыма.
Стасян шёл быстрее, будто хотел поскорее добраться до людей.
— Лучше не тянуть, — сказал он на ходу. — Надо пополнить хотя бы воду и еду. Источников рядом нет, а в деревне колодец точно есть. Да и с хавкой проще — иначе скоро придётся корешки жевать да жуков собирать.
— Я столько фильмов видел и в игры переиграл, что уверен — жуки вкусные и хрустящие, — попытался пошутить Дима.
— Фу, — скривился Стасян. — Они мерзкие. Не знаю, что ты там видел…
Он резко оборвался.
— БЕРЕГИСЬ!
Стасян с силой налетел на Диму. Мир перевернулся — они вместе рухнули на землю. В тот же миг над головой Стасяна что-то просвистело, острое и быстрое, рассекло воздух там, где секунду назад была шея.
Они покатились по земле. Дима больно ударился локтем, воздух выбило из лёгких, а сверху его прижал вес Стасяна.
— Тихо… — прошипел тот, не поднимаясь.
Из-за дерева раздался голос — хриплый, довольный.
— Опа… — протянул кто-то. — Парочка вкусных мясочек. Сегодня не голодаем, Клык.
Из-за ствола дерева показалась тень.
Вышел мужчина среднего роста. На нём были наброшены грязные меха, в руке — короткий ржавый нож. Чуть позади него стоял другой, пониже, с таким же ножом, сжатым в кулаке.
Дима, превозмогая боль, медленно поднимался следом.Стасян резко вскочил, выхватил дубинку из-за спины и встал в боевую стойку.
— Может, тихо-мирно разойдёмся? — сказал Стасян, не опуская оружия.
— Ого… — оскалился мужчина. — Еда ещё и разговаривает. Ну-ка, тихо, а то протухнешь.
Он рванулся вперёд.
Дима только успел поднять взгляд — на него уже нёсся человек с ножом, а за ним второй. Ноги будто вросли в землю, дыхание сбилось, тело не слушалось.
И вдруг нож вылетел вверх.
Стасян ударил дубинкой по руке нападавшего. В воздухе мелькнули капли крови. Почти одновременно второй нож задел Стасяна по плечу, оставив рваную полосу.
Дима всё ещё стоял, не в силах пошевелиться.
Стасян замахнулся — промахнулся — и тут же получил порез по лицу от того, кого назвали Клыком. Первый, безымянный, корчился на земле, сжимая руку — она была явно сломана после удара дубинкой.
— ДТИМА! СТРЕЛЯЙ! — заорал Стасян.
До Димы дошло не сразу. Потом — резко.
Он дёрнулся, дрожащей рукой полез за пистолетом, выхватил, нажал на спуск.