Вирши Мои

И венец что ковали Сарматы.

Сороки (примета).

На зоре вечерней к дому.

Две сороки прилетели.

На что няня проворчала.

Вурдалажки нам в постели.

И волнуясь не на шутку.

Просит барыню проведать.

Кукол собрала в корзину.

Что пришли к тебе обедать.

Патом, взяв тебя на руки.

Так сказала, ангел милый.

Нам не ведома дорожка.

От пелёнок до могилы.

Может те, что прилетели.

И в заправду Божьи пташки.

Но так парочкой летают.

Ворожейки-вурдалажки.

Могут в дом они пробраться.

Поддев угол не крещённый.

И похищен ими будет.

Ваш младенчик не рождённый.

Чтоб патом в углу укромном.

Где без ругани и стука.

Будут, есть его беззлобно.

Словно хлеб с головкой лука.

Но в дальнее поле уйдёт горе.

Если нам как спать ложится.

В ночь зажечь с тобой лампадку.

Чтоб Спасителю молиться.

Домовой.

В старом доме с чердаком.

Где хлам чуланчик ждёт.

За старым шкафом в уголке.

Твой домовой живёт.

Со дня постройки дома.

Заботой он загружен.

Ведь дом живой, а не жилой.

Ему хозяин нужен.

Не тот, который в дом войдя.

Всё в нём по новой строит.

А тот, кто сам себя как дом.

В миру благоустроит.

Ведь дом тот строился до нас.

В нём людям жизнь чтоб жить.

То вам не лужу перейти.

Тут опыт должен быть.

И опыт, скопленный в веках.

Обычаем зовут.

Его, смеясь не сунешь в ларь.

Обычай люди чтут.

И вышло, так что домовой.

Совсем не паразит.

Помеха он в делах лишь тем.

Чей разум блуд мутит.

Но помогать готов он тем.

Кто домострой хранит.

Силён обычаем народ.

И крепок как гранит.

Молитва Эльзы.

Молитвенно сложив ладошки.

Стоишь коленопреклонённо.

И глядя на звезду в окошке.

Ты говоришь о сокровенном.

Чтоб не болела больше мама.

Саму чтоб няня не ругала.

Кота чтоб тискать разрешали.

И чтоб сестра не обижала.

Потом попросишь за соседку

Которой сын с войны не пишет.

Так перед сном молилась Эльза.

Тому, кто лишь её услышит.

К Эльзе.

Стала взрослой ты вдруг для меня.

Уже на мир смотреть желаешь по-другому.

Стал старым я для игр твоих.

И светит солнышко, зачем такому.

Обижая меня не со зла.

Тем, что хочешь казаться ты старше.

Верить можешь ты в крепкую нить.

Когда есть у нас прошлое наше.

Видишь взрослой себя ты в семь лет.

Называешь всех дерзко на ты.

Но как прежде страшишься зеркал.

И боишься, как встарь темноты.

Но всё так, же зовут тебя Эльза.

И всё тот же ты милый котёнок.

Потому что пройдёт пусть сто лет.

Для меня ты всё прежний ребёнок.

Буря.

Холодной лапой снегопад стучится к нам в окно.

Бросает ветер снег в стекло, но лишь дрожит оно.

И будто кто глядит к нам в дом и ходит у крыльца.

И словно плачь сквозь ветра вой и вздохи без конца.

Всю ночь был слышен ветра стон как в час тот роковой.

Когда безгрешное дитя нашло в снегу покой.

О блуднях мужниной жены, что грех грехом покрыла.

Когда младенца лишь родив, поспешно в снег зарыла.

А ветер злобно завывал, за что в снег жизнь ушла.

Кто не хотел мне дать тепла здесь, месть моя нашла.

Буран метался так всю ночь, пока гнев не сошёл.

Под утро тише стал стонать и наконец, ушёл.

А утром выглянув в окно, туда, где был цветник.

Мы заметённый видим куст, что встал как снеговик.

Шалунья.

Ну, сколько можно так шалить.