- -
- 100%
- +
Алина
Последняя снежинка из фольги упорно не хотела приклеиваться к стеклу. Я прижала ее посильнее разогретым пальцем, зашипевшим от соприкосновения с холодным оконным стеклом, и с облегчением выдохнула: держится. Теперь актовый зал детского сада «Журавлик» был готов. Бумажные гирлянды, мишура, нарисованные детскими руками снеговики на стенах и вот это самое окно, за которым якобы бушевала метель. Смотрится почти как настоящая зима, если не знать, что за настоящим окном, в реальном мире, с утра моросил противный буро-серый дождь, превращающий сугробы в грязную кашу. Типичный пейзаж для конца декабря в городе, где зима давно забыла, что такое белый снег.
«Журавлик» было моим вторым домом уже три года. Не то чтобы я с детства мечтала о фартуке с медвежатами и вечных разборах драк из-за лопатки в песочнице. Но после того, как родители уехали в другой город, а затем, тихо ушли в мир иной друг за другом, эта работа стала моим якорем. Здесь меня любили. Искренне, по-детски, обнимая за колени липкими от компота ручками. Здесь я была нужна.
Я отступила на шаг, чтобы полюбоваться на свою работу. Да, красиво. Волшебно. Именно так, как должно быть в Новый год для них, для моих «почемучек». Для двадцати пяти пар восторженных глаз, которые увидят это преображение.
- Алина Сергеевна, вы уже в костюме? - в зал заглянула заведующая, Наталья Петровна, с вечно озабоченным видом и пачкой бумаг в руках. - Родители начинают подходить.
- Сейчас, Наталья Петровна! - я рванула к костюмерной, сгребая по пути разбросанные ножницы и остатки скотча.
Мой костюм Снегурочки висел на самом видном месте. Небогатый, самодельный, но с душой. Голубое платье, отороченное белым искусственным мехом, кокошник, расшитый блестками, и белые сапожки на два размера больше, чтобы надеть на теплые колготки. Я натянула платье, поправила парик с длинной белой косой и посмотрела на свое отражение в темном окне. Немного бледно, глаза горят от усталости. Но для них я буду самой настоящей волшебницей.
Из-за двери уже доносился гул голосов, топот маленьких ног и взволнованные возгласы родителей. Мой выход был через пять минут. Я закрыла глаза, пытаясь войти в роль. Я - внучка Деда Мороза. Я пришла из сказки. Из страны, где всегда идет пушистый снег, воздух звенит от мороза, а в каждом окошке горят огни… Где-то там, далеко-далеко, должно быть, именно так и есть.
- Алина Сергеевна, мы начинаем! - прошептала мне в ухо музыкальный руководитель Лидия Ивановна, и я, вздрогнув, пошла за кулисы.
Зал аплодировал. Горели огни гирлянд. Дети, наряженные зайчиками, снежинками и одним очень упрямым Человеком-пауком, сидели на стульчиках, широко раскрыв глаза. Сердце защемило от нежности. Вот он, мой скромный мирок. Моя вселенная. Музыка зазвучала тише, настал мой черед.
-Где-то в чаще дремучей, средь сугробов и льдин, живет девочка из льдинок, ее зовут…
Дети дружно прокричали: «Снегурочка!»
Я вышла на сцену, улыбаясь во все тридцать два зуба.
-Здравствуйте, мои дорогие! С Новым годом!
Я вела хоровод, раздавала детям шутливые задания, подпевала, когда они сбивались с мелодии. Рутина. Привычная, любимая рутина. Но сегодня что-то было не так. Воздух в зале казался гуще, гирлянды горели как-то слишком ярко, почти ослепительно. Я списала это на усталость и предпраздничную суету. И вот настал кульминационный момент. Я встала в центр зала, чтобы спеть свою коронную песню - тихую, лирическую про зимнюю сказку. Дети притихли. Родители подняли телефоны, чтобы снять видео.
Я сделала глубокий вдох и начала.
-Снег-снежок, кружится, ложится …
И в этот момент я поймала на себе чей-то взгляд. Не родительский. Не детский. Такого взгляда я никогда не видела. Он был тяжелым. Плотным. Как будто на меня смотрели сквозь толщу воды или задымленное стекло. Я сбилась, на секунду замолчала, пытаясь понять, откуда он.
Но вокруг были только улыбающиеся лица. Я тряхнула головой, собралась с мыслями и снова запела, уже громче, пытаясь заглушить нарастающее внутри странное чувство тревоги.
-Все дороги замело, к нам метель пришла… - продолжила я.
И тут воздух задрожал. Не метафорически, а по-настоящему. Сначала тихо, едва уловимо, словно где-то далеко проехал тяжелый грузовик. Но вибрация нарастала. Задребезжали стекла в импровизированном окне, с карниза посыпалась мишура. На лицах детей появилось недоумение, а потом и страх. Родители забеспокоились, озираясь.
- Что это? Землетрясение? - кто-то испуганно выкрикнул.
Но это было не землетрясение. Это было что-то другое. Воздух в центре зала, прямо передо мной, начал искриться и плавиться. Появилась золотистая дымка, пахнувшая незнакомым. Сладковатым дымом, пеплом и чем-то острым, пряным. Как корица и перец.
Я замерла на месте, не в силах пошевелиться. Меня сковал не страх, а какое-то ошеломляющее, почти мистическое любопытство. Дети завопили. Кто-то из родителей рванулся ко мне, но его отбросила невидимая сила.
В эпицентре золотистого марева начали проступать очертания. Два высоких, невероятно высоких силуэта. И глаза. Две пары глаз, горящих, как угли. Одни - холодным, пронзительным зеленым светом, другие - ярким, почти алым пламенем.
И я вдруг поняла, что это не случайность. Они смотрят прямо на меня. Их неведомый, могущественный взгляд притягивал, как магнитом. Раздался оглушительный треск. Лопнули лампочки в гирляндах, и зал погрузился в полумрак, освещаемый только этим жутким, прекрасным золотым порталом. Сила, исходящая от него, схватила меня за грудь и потянула вперед. Я услышала свой собственный голос, сорвавшийся в крик, но не от ужаса, а от невыразимого, дикого изумления. Мои ноги оторвались от пола. Мир вокруг поплыл, превратился в калейдоскоп испуганных лиц, обрывков музыки и летящей мишуры. Последнее, что я успела подумать, прежде чем сознание поплыло и меня втянуло в воронку из света и тепла, было абсолютно идиотское: «Боже мой, я же еще не допела песню…»
А потом не стало зала. Не стало детского сада. Не стало дождя за окном. Был только оглушительный гул в ушах, вихрь из сверкающих частиц и тот странный, пьянящий запах пепла и корицы. И четыре горящих глаза в темноте, которые ждали.
Глава 2
Кассий
Тысячелетнее правление в Пекле имело один вопиющий, фундаментальный недостаток, который ни в одном из манускриптов не упоминался с должной откровенностью: немыслимая, всепоглощающая, разъедающая душу скука. Я сидел в своей библиотеке, в кресле, высеченном из окаменелой лжи какого-то давно забытого ересиарха, и перебирал свитки. Пыль веков оседала на пальцах, и я с отвращением стряхнул ее. Я знал каждый фолиант в этом зале, каждую проклятую руну, каждый стон, запечатанный в кристаллах памяти. Я, Кассий, Повелитель Тлеющих Свитков, Хранитель Пыльных Фолиантов и Протоколов Вечной Муки, был самым образованным и самым несчастным вождем во всех девяти кругах.
Мой брат, Тайрон, усугублял положение. Он лежал посреди зала, раскинувшись на шкуре зверя, которого сам же и победил пару веков назад, и с тоски метал в потолок сгустки адского пламени. Каждый шар огня с грохотом разбивался о базальтовые своды, осыпая нас искрами и горячей каменной крошкой.
- Прекрати, - буркнул я, отряхивая с пергамента черную сажу. - Ты портишь архивный воздух. И осыпаешь мои свитки вулканическим пеплом.
- Скучно, Кассий! - проворчал Тайрон, не прекращая своего занятия. Его голос был похож на отдаленный гром под землей. - Ску-учно! Когда мы в последний раз захватывали мир? Разрушали цивилизацию?
- Три столетия, четыре месяца и пять дней назад, - автоматически ответил я. - И ты тогда перестарался, все закончилось слишком быстро. Я же советовал растянуть удовольствие.
- Видишь! - Тайрон сел, и его пламенные глаза сузились от досады. Его рога, массивные и закрученные, казалось, излучали жар. - Я задыхаюсь от этой рутины! Лава течет, пески сыпятся … Все одно и то же. Цикл повторяется. Нужно что-то новое. Острое. Яркое.
- Предлагай, - я с надеждой отложил свиток. Может, он все-таки придумает что-то, что не будет связано с тотальным разрушением.
Тайрон нахмурился, и по его лицу было видно, как напрягаются извилины.
- Давай… сожжем архив?
Я просто посмотрел на него. Без слов. Этого было достаточно.
- Ладно, плохая идея, - он сдался и снова повалился на шкуру. - Тогда придумывай ты. Ты же у нас умник.
Отчаяние начало медленно подниматься по моей шее, словно петля. Он был прав. Монотонность была невыносима. Нам нужно было что-то, совершенно выпадающее из нашей вечной колеи. Что-то… извне. И тут меня осенило.
- Тайрон, - сказал я, и в моем голосе прозвучала нота, заставившая его повернуть голову. - Ты абсолютно прав. Нам нужно нечто принципиально новое. Не из нашего мира.
- Чужой мир? - он оживился. - Наконец-то! Кого будем завоевывать? Эльфов? Людей? Этих противных сияющих существ с крылышками?
- Нет, - я поднялся с кресла и прошелся между стеллажей. Возбуждение начало разогревать мою кровь, заставляя ее бежать быстрее. - Не завоевывать. Я говорю о… импорте. О традиции.
Тайрон смотрел на меня так, будто я предложил ему заняться вязанием.
- Традиции? Кассий, ты сошел с ума от своей пыли?
- Послушай, - я остановился перед ним, и мои зеленые зрачки, сузившиеся в вертикальные щелочки, светились одержимостью. - Я наткнулся на один любопытный манускрипт. С Малого Мира, того, что зовется «Земля». У них там есть ритуал. Годовой. Они отмечают конец одного временного цикла и начало другого. Они называют это… «Но-вый Год».
- И что в этом интересного? - фыркнул Тайрон. - Время и так циклично. Мы это проходили.
- Ах, но как они это отмечают! - я уже почти ликовал, представляя его лицо. - Они украшают свое жилище горящими огнями - прямо как мы, кстати, но в миниатюре. Они дарят друг другу подарки, порой самые ужасные, что, несомненно, является формой тонкой пытки. Они готовят особые яства и напитки, от которых их разум дуреет и они совершают безумные поступки!
Тайрон наконец-то проявил некоторый интерес. Он приподнялся на локте.
- Безумные поступки? Это уже лучше.
- Но это еще не все, - я понизил голос, доводя интригу до пика. - Главный символ этого праздника - некий седовласый старец в красных одеждах, который, если я правильно понял, занимается массовым проникновением в жилища через дымоходы и оставляет там подарки. Попробуй сделай такое здесь - тебя же на копья поднимут за нарушение суверенитета логова!
- Мне нравится этот старик! - Тайрон хрипло рассмеялся
- А еще, - я сделал паузу для эффекта, - У него есть спутница. Юная, прекрасная, изначально - жертва, принесенная богам, а ныне - просто символ. Ее зовут Сне-гу-роч-ка.
Я растянул имя, насыщая его тайной.
Тайрон перестал смеяться.
- Снегу… что? Какая еще «рочка»?
- Снегурочка. Дословно - «Снежная Девушка». По легендам, она воплощение льда, чистоты и… ну, в общем, неважно. Важно то, что она - неотъемлемая часть ритуала. Без нее праздник считается неполным. Недействительным.
Я видел, как в его пламенных глазах загорелись огоньки настоящего интереса. Не разрушения, а любопытства. Этого я и добивался.
- И что? Ты предлагаешь найти этого… Деда Мороза и заставить его работать на нас?
- Нет, - я улыбнулся, и моя улыбка была полна магических инсинуаций. - Я предлагаю лучше. Зачем нам посредник? Мы - вожди. Мы могущественны. Мы возьмем самое ядро традиции. Мы вызовем саму Снегурочку. Сюда. К нам. И устроим самый настоящий, аутентичный Новый Год. Представь: ее ледяная магия, контрастирующая с нашим пламенем! Ее чистота посреди нашей… гм… испорченности. Это будет гениально! Абсурдно! Весело!
Я почти задыхался от восторга собственной идеи. Это было не просто развлечение. Это был академический интерес, доведенный до точки кипения. Тайрон молчал секунду, переваривая. Потом его лицо расплылось в медленной, широкой ухмылке, обнажив идеальные и очень острые зубы.
- Вызвать ледяную деву… в самое огненный мир? - он фыркнул, и из его ноздрей вырвался клубок дыма. - Кассий, это даже для тебя слишком жестоко. Она же растает, как… как что-то тающее.
-Вот потому-то это и гениально! - воскликнул я. - Мы создадим для нее иллюзию комфорта. Немного магии, несколько заклятий защиты от жара… Это же будет уникальный эксперимент! Проверить, сможет ли существо из чистой воды и снега выжить в нашем мире. А если нет… - я пожал плечами, - Ну, что ж, по крайней мере, это ненадолго развлечет нас.
Тайрон громко рассмеялся, и стены библиотеки задрожали.
-Ладно! Договорились! Вызываем эту Снежную Зайку! А то тут и правда уже хуже некуда. Что нужно делать?
-Нужно найти фокус, - объяснил я, уже лихорадочно роясь в свитках с межмировыми схемами. - Якорь, который укажет нам дорогу прямо к ней. Что-то, что с ней ассоциируется. Идеально - если бы у нас был кусочек ее мира, ее магии…
И в тот самый момент, когда я произнес эти слова, я почувствовал едва уловимый толчок в ткани реальности. Слабый, как дуновение, зов. Кто-то надел маску Снегурочки и искренне, всем сердцем, захотел чуда.
-Ничего себе, - прошептал я, чувствуя, как магические связи натягиваются, подобно струнам. -Какое… идеальное время.
-Что? - насторожился Тайрон.
-Ничего. Просто вселенная нам улыбается. Встань в круг. Помнишь ритуал призыва низшего беса из третьего измерения? Делаем все то же самое, только… с точностью до наоборот. И втрое мощнее.
Мы встали друг напротив друга. Я читал древние слова, чувствуя, как моя сила сливается с грубой, огненной энергией Тайрона. Воздух в библиотеке засверкал, затрещал. Перед нами возникло марево - я увидел какой-то светлый зал, крошечные фигурки, мелькание цвета…
-Она там? - прорычал Тайрон, на лбу у него выступила испарина от напряжения.
- Она там, - подтвердил я, концентрируясь на том самом зове, на образе в голубом и белом. -Я чувствую ее. Держи портал! Она идет!
Зал библиотеки исчез, заменившись вихрем света и энергии. И посреди этого хаоса я увидел ее. Ту, что позвала. Ту, что стала нашим якорем. Она падала прямо к нам на руки, легкая, как перо, испуганная, и от этого такая живая.
И первый вопль, который сорвался с ее губ, был не криком ужаса, а полным недоумения вопросом.
- Боже мой, я же еще не допела песню?..
Я поймал ее, ощутив под пальцами холодную ткань странного одеяния и тепло живого тела под ней. Я посмотрел в широко распахнутые, невероятного земного цвета глаза и почувствовал нечто странное. Не торжество. Не удовлетворение от удачно проведенного ритуала. А щемящее, острое, совершенно новое чувство. Чувство, которого у меня не было уже тысячи лет. Любопытство. Настоящее, неподдельное, жгучее любопытство.
- Ну, привет, Снегурочка, - произнес я, чувствуя, как у уголков моих губ поползла вверх улыбка. - Работать у нас будешь?
Глава 3
Тайрон
Кассий может своим умным видом делать что угодно, но я-то знал правду: он скучал так же смертельно, как и я. Просто он прикрывался своими свитками и пыльными фолиантами, как щитом. А я всегда был честен. Мне было скучно. До костей. До самой сердцевины моей огненной сущности. Я уже был готов на все. На новый Крестовый поход. На вторжение в Эдем. Хотя бы на хорошую, масштабную склоку с соседним маркизом Тьмы из-за пары-тройки душ особенно упрямых грешников. Но нет. Все было тихо, спокойно и чертовски предсказуемо.
Поэтому, когда Кассий начал нести свою чушь про какой-то «Новый Год» и «Снегурку», я слушал. Потому что даже самая безумная идея была лучше, чем еще одно тысячелетие метания огненных шаров в потолок.
А идея и правда была безумной. Вызвать ледяную деву прямо в огненный мир? Это было даже для меня, любителя радикальных решений, чересчур. Но черт возьми, это звучало интересно. Как бросить вызов самой природе. Как сунуть палку в муравейник вселенной и посмотреть, что будет. И когда Кассий начал бормотать свои заклинания, а воздух затрещал и засверкал, я вложил в ритуал всю свою мощь. Не потому, что верил в успех, а потому, что если уж делать, то так, чтобы потом было что вспомнить. Чтобы порвалo на куски полотно реальности от нашего напора.
И вот он, портал, засверкал, и я увидел тот самый, другой мир. Светлый. Яркий. Полный маленьких кричащих существ и одного побольше - в голубом. Она стояла там, в центре всего этого безумия, с широко раскрытыми глазами. И пахла… пахла не пеплом и серой, а чем-то свежим. Чистым. Как будто после грозы. Молнией ударило мне в ноздри, и я почувствовал, как внутри все сжалось от незнакомого ощущения. Не голода. Не жажды разрушения. А… желания. Желания схватить. Узнать. Обладать.
И потом она полетела. Прямо к нам. Кассий, ясное дело, подставил свои цепкие руки первый. Я только и успел, что увидеть мельком: огромные глаза, бледная кожа, какие-то смешные белые меха и коса. И этот дурацкий, идиотский возглас: «…Боже мой, я же еще не допела песню?..»
Кассий принял ее, как какую-то хрустальную вазу. А я стоял и смотрел, все еще ощущая на языке тот странный, свежий запах. Она была… маленькой. Хрупкой. Совершенно точно не ледяной кудесницей, которую я ожидал. Она выглядела испуганной и одновременно ошарашенной. Как птенец, выпавший из гнезда. Кассий что-то ей говорил своим занудным, спокойным голосом, а она смотрела на него, не мигая. Меня это слегка задело. Эй, я тут тоже приложил руку! Я чуть ли не полсилы вложил в этот проклятый портал!
Я шагнул вперед, заблокировав ей обзор. Моя тень накрыла их обоих.
-Ну и где тут твоя магия, Снежинка? - прорычал я, намеренно опускаясь до ее уровня. Мне нужно было увидеть ее реакцию. Испугается? Заплачет? - Мы ждали ледяную бурю, а получили… это. Ты вообще кто?
Она оторвала взгляд от Кассия и посмотрела на меня. И… обалдела. Ее глаза стали еще шире, но в них не было ужаса. Был шок. Неподдельный, чистый шок. Она обвела взглядом мои рога, плечи, грудь, будто видела впервые в жизни настоящего вождя. Что, впрочем, скорее всего, так и было.
- Я… Алина, - выдохнула она. Голос дрожал, но был твердым. - Воспитательница. А вы… кто? И где это я? Это какой-то новый корпоратив? Очень… своеобразный.
Кассий фыркнул. А я нахмурился. Она что, совсем дурочка?
-Ты в огненном мире, девочка, - сказал я, растягивая слова, чтобы произвести впечатление. - В обители вечного пламени. А мы - твои новые хозяева. Я - Тайрон. А это Кассий. Мы тебя вызвали. Для праздника.
Она медленно перевела взгляд с меня на Кассия, потом на пол, выложенный раскаленным базальтом, потом на своды, с которых капала расплавленная каменная смола.
-Огненный мир… - повторила она, и по ее лицу было видно, как мозг отказывается воспринимать информацию. - Для праздника. Какого праздника?
- Но-во-го-го-да! - проревел я, разводя руками. - Нам нужна Снегурочка. Ты же она и есть, да?
Она посмотрела на свой голубой сарафан, потрогала косу и медленно, очень медленно покачала головой.
-Это костюм. Для утренника. В детском саду. Я… я не настоящая.
Наступила тишина. Потрескивали только факелы. Капелька раскаленной смолы упала и шипя испарилась у нее за спиной. Она вздрогнула.
Я перевел взгляд на Кассия. Тот смотрел на нее с таким научным интересом, будто она редкий жук.
-Понимаешь, - сказал я, наклоняясь к ней так близко, что почувствовал исходящий от нее холодок. Он был обжигающе приятным. - Нам плевать, настоящая ты или нет. Ты в костюме. Ты была в самом разгаре какого-то своего ритуала. Мы тебя выдернули. Значит, теперь ты - наша Снегурочка. Будешь делать нам праздник. Поняла?
Она сглотнула. Я видел, как двигается ее горло. Маленькое, хрупкое. Так и хотелось прикоснуться, проверить, не обожжется ли палец.
-А если откажусь? - спросила она тихо, но с вызовом.
Я рассмеялся. Громко, чтобы эхо прокатилось по залу.
-Тогда ты очень быстро перестанешь быть даже ненастоящей Снегурочкой. Ты станешь… ну, скажем так, легким перекусом. Правда, Кассий?
Кассий бросил на меня укоризненный взгляд. Он всегда был против прямых угроз. Считал их дурным тоном.
-Не слушай его, - сказал он ей, и его голос был как бархат после моего грома. - С тобой ничего не случится. Нам просто… нужна твоя помощь. Чтобы развеять скуку.
Она посмотрела на него, потом на меня. И вдруг… она улыбнулась. Слабая, нервная, но улыбка.
- Скуку? - переспросила она. - У вас тут… - она обвела рукой нашу мрачную, величественную библиотеку, полную знаний о вечной муке. - Скучно?
В ее голосе прозвучала такая неподдельная искренность, что я опешил. Она не боялась. Ну, боялась, конечно, но это пробивалось сквозь страх - чистое, человеческое недоумение.
- Да, - честно сказал я, отступая на шаг. - Ужасно скучно. Ты даже представить не можешь.
- Ну, тогда… - она глубоко вдохнула, выпрямила плечи и посмотрела на нас по очереди. - Ладно. Я помогу вам с праздником. Если вы перестанете пугать меня перекусами и объясните, что, черт возьми, происходит. И… - она посмотрела на свои легкие сапожки, под которыми уже начинал дымиться пол, - Найдете мне что-нибудь на ноги. Договорились?
Я перевел взгляд на Кассия. Он смотрел на нее с тем же выражением, что и я, наверное. Смесью раздражения, удивления и дикого, неукротимого интереса. Эта крошечная, хрупкая, пахнущая грозой женщина только что заключила с двумя повелителями Пекла сделку. И, кажется, даже не понимала, насколько это по-нашему. Черт возьми! Это и правда будет весело.
- Договорились, - сказал я, и моя ухмылка стала чуть шире, чуть честнее. - Идем, Снежинка. Покажем тебе твои новые владения. Только не плачь, если что-то загорится. У нас тут такое часто бывает.
Глава 4
Алина
Первые несколько секунд я просто дышала. Глубоко, прерывисто, как рыба, выброшенная на берег. Воздух был густым, обжигающе теплым и пах… странно. Сладковатый дым, как от дорогих благовоний, смешивался с запахом раскаленного камня и чего-то дикого, звериного. Это не был запах гари или серы, как можно было бы ожидать от слова «Огненный мир». Это был сложный, плотный, почти осязаемый аромат. Сознание медленно возвращалось, собираясь по кусочкам, как пазл после взрыва. Детский сад. Утренник. Песня. Золотой свет. Падение. И… они.
Я сидела на чем-то твердом и прохладном, а они стояли передо мной. Два вождя. Два настоящих, живых, дышащих вождя. Мой мозг все еще отказывался в это верить, выдавая самые идиотские версии: массовый гипноз, скрытая камера, я ударилась головой и брежу. Но нет. Все было слишком реально. Тепло, исходящее от их тел. Взгляд - один колючий, изучающий, другой - пламенный, пожирающий. И эта аура… аура такой первобытной, животной силы, что по коже бегали мурашки.
Тот, что представился Тайроном, только что спросил, не заплачу ли я. Заплакать? О, у меня была истерика на подходе, готовая вырваться наружу вместе с остатками новогоднего оливье. Но что-то внутри уперлось. Может, врожденное упрямство. Может, профессиональная привычка сохранять лицо перед двадцатью пятилетками, устроившими истерику из-за сломанной машинки. А может, просто шок был настолько глубоким, что эмоции отключились, оставив лишь холодную, ясную логику выживания. Я посмотрела на Тайрона. На его могучую грудь, на руки, которые, без сомнения, могли разорвать меня на части без особых усилий. Он был воплощением грубой силы, непредсказуемости и… скуки. Да, именно скуки. Он смотрел на меня как на новую игрушку, которая вот-вот надоест.
Потом я перевела взгляд на Кассия. Он был другим. Стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, и его темные, с вертикальными зрачками глаза изучали меня с холодным, почти научным интересом. Он был опасен по-другому. Не силой кулака, а силой ума. Это читалось в каждом его жесте, в каждом взгляде. Он был тем, кто все это затеял. Мозговой центр этого безумия. Их динамика была очевидна даже за эти несколько минут. Огонь и Лед. Страсть и Расчет. Идиот и… не совсем идиот. И они заявили, что хотят праздник. Новый год. Меня, Алина Сергеевну, воспитательницу с трехлетним стажем, похитили два архивождя из другого измерения, чтобы я устроила им утренник.