Энциклопедия будущего
- -
- 100%
- +
• Виртуальная среда – хороша с позиций криминальной деятельности по многим причинам. Ныне виртуальных миров, являющихся полноценными общественными местами (т.е. общедоступными для населения) пруд пруди, в них можно общаться, проводить разборки не боясь физических расправ, заключать сделки, пытаться объегоривать честных граждан, что особенно привлекательно с учётом неприменимости в условиях компьютерной реальности ДП, в теории имеются шансы даже выдать себя за иное лицо, и соответственно действовать под чужой маской без опасений быть идентифицированным. Обыватель, избавленный от страха подвергнуться насилию, более беспечен и доверчив, легче идёт на контакт, а значит проще подыскать себе перспективную жертву, или познакомиться-подружиться с намеченной жертвой, что-то выведать у неё. Необщественные виртуальные среды тоже отличный инструмент в умелых руках, позволяющий, скажем, воссоздать точную компьютерную модель места будущего преступления и отработать в ней все действия до автоматизма, изучить каждый сантиметр пространств и помещений, дабы легко ориентироваться там хоть с завязанными глазами.
• Пешки – фигуры криминального сообщества, которыми допустимо пожертвовать, проще говоря, козлы отпущения. В мире, где очень сложно действовать не оставляя следов, лучше всего совершать преступления чужими руками. Если же оные руки ещё и принадлежат персонажу, обязующемуся в случае поимки взять всю вину на себя, по современной уголовной терминологии он и есть пешка. Пешки бывают двух видов: купленные и подставные. Купленные – это те, кто соглашается попасть «под раздачу» из меркантильных соображений, за отступные, т.е. за деньги. Их устраивает отсидеть в тюрьме длительный или не очень срок, чтобы по освобождению получить заслуженное вознаграждение. Подставные либо не подозревают об уготованной им участи, либо не имеют возможности её избежать. Скажем, сильно проштрафившегося перед боссом члена преступной группировки ныне вряд ли убьют. Ему предложат «искупить вину», в качестве платы гарантируя полное прощение. И вероятнее всего он согласится, отсидка в тюрьме всяко предпочтительнее смерти. Не удивительно, что преступники часто разводят и подставляют друг друга, старясь обманом склонить добровольно стать пешками. Впрочем есть у них немало вариантов и без подстав. Например, человек решивший покончить жизнь самоубийством – очень многообещающий «материал». Главное найти то, что он всё ещё ценит, дабы этим купить его. Так же неплохи люди в возрасте, срок жизни которых подходит к концу и им уже почти нечего терять – кого-то из них берут деньгами, коими он жаждет осчастливить своих родственников, кого-то искушают возможностью мести некоему своему давнему обидчику, и т.д. Банкроты порой согласны на всё, лишь бы хоть сколько-то отквитать потери. Фанатики какой-либо идеи и не очень адекватные личности нередко поддаются на искусную ложь, убеждающую их сделать что-то во благо торжества справедливости или мира во всём мире. Найти пешку – большое искусство, здесь нужны особый нюх и тонкое знание человеческой психологии. Ну или взятый на зарплату практикующий психолог, свободный от норм этики и морали, который станет выискивать перспективных людей среди своих пациентов.
• Духи (призраки) – ещё более ценные фигуры на шахматной доске криминала. Одни из самых опасных. Мёртвым незачем бояться органов правосудия, что полностью развязывает им руки. Если матёрый уголовник либо просто обладающий определёнными техническими знаниями человек ждёт смерти, или хотя бы опасается её преждевременного наступления, он программирует роботов на отложенную противозаконную деятельность, настроенную на автоматическую активацию после прекращения его бытия. Месть ли это, уязвлённое самолюбие, спазмы зависти к кому-то конкретному или всем окружающим, беззастенчиво продолжающим счастливо поживать на свете, а может дружеская услуга важному человеку – причины могут быть разные, главное здесь в полном отсутствии у посмертного преступника сдерживающих факторов, ему что убить одного, что изничтожить тысячу, посеять рознь, спровоцировать экологическую катастрофу или кризисные явления – почему нет, с него взятки гладки. Если обычный гражданин при угрозе жизни, бывает, копит компромат на недругов, пугая их попаданием оного в руки журналистов и полиции в случае своей гибели, представитель криминальной среды и специалист по кибер устройствам имеют и иные варианты. Робототехнические. Как ни странно, в какой-то степени это снижает уровень жестоких преступлений в обществе. Бандитские группировки не так рьяно воюют друг с другом, и старательно обходят семьи врагов стороной, да и семьи полицейских предпочитают тоже не трогать – полиция хорошо знает методы и способы тех, с кем борется, обезумевший от горя страж порядка – малопривлекательный персонаж, неизвестно по чьим близким он тоже пройдётся после своей смерти, пусть даже та случится от старости и очень нескоро. Безусловно, подготовить робота на криминал непросто, далеко не каждому сие по силам. К тому же всем хорошо известно об опасности, исходящей от механических созданий, соответственно их стараются отслеживать, порой долго «ведут» вместе с владеющей ими будущей жертвой, наблюдают за каждым, чтобы на всякий случай впоследствии уничтожить. Однако не всегда это удаётся, плюс бывают ещё и скрытые враги, медленно стареющие, затаив обиду, бывают и просто моральные уроды, находящие посмертное вредительство весёлым. Ну и естественно посмертная преступность очень часто направлена не только на месть или забаву, но и на корыстный интерес: я помогу тебе, а ты с прибыли от моего преступления поможешь моей семье, или друзьям, или просто поймёшь, какой я был стоящий чел. Или приплатишь мне загодя, чтобы я покутил напоследок. То есть дух тоже может быть пешкой, и она – самая роскошная пешка из всех, потому что умрёт, и значит не «раскроет рот», никого не выдаст, и не нуждается в соизмерении своих проступков с силой возмездия правоохранительных структур. Наиболее опасны духи, обладающие навыками работы с ТР (ТР – технический разум, продвинутая форма искусственного интеллекта). Робот с установленным в него развитым криминальным ТР может сам принимать решения и сам выбирать цели в рамках выполнения поставленной ему основной задачи. Ему по плечу действовать многими десятилетиями, вынашивая планы осуществления той или иной противоправной акции. Широко практикуют духов террористы. В некоторых бандитских группировках иметь роботов, запрограммированных после смерти хозяина встать на путь зла – обязанность каждого члена. Причём роботы в данном случае должны выполнять волю вовсе не духа, а его живых «коллег». Что позволяет последним совершать уголовные деяния абсолютно безнаказанно (если, конечно, они делают всё правильно – как минимум не засвечивают свои контакты с кибер пособниками). Именно дух – воплощение мечты криминала об идеальном преступлении (таком, которое гарантирует уход от ответственности перед законом). Правда ради этого сам дух должен стать духом, т.е. умереть.
• Бартерные магазины и менялы – в мире, где нет физических платёжных средств, и соответственно нет простой возможности приобрести хоть что-то анонимно, требуется определённая изобретательность, чтобы покупать товары не оставляя следов. Самый простой способ – бартер. Если продавец товаров согласен поменять их вам на какие-то ваши вещи, у него не будет необходимости идентифицировать вашу личность, а вам не придётся переводить деньги на его счёт, и значит эту торговую операцию не зафиксирует электронная платёжная система. Сведенья о вашей сделке сохранятся исключительно в голове одного свидетеля, или даже не сохранятся вообще, ведь продавцами могут работать и роботы, и когда они заняты в бартерном бизнесе, у них в привычках очищать свою память от информации о клиентах. Бартерные магазины и частные менялы хорошо наживаются на жаждущих анонимности, они принимают у населения ценности и ликвидное барахло по заниженной цене, чтобы при перепродаже точно не остаться в накладе, и с отдаваемого взамен товара тоже взимают свой процент торговой надбавки. Некоторые из них соглашаются брать вещи и на реализацию, в этом случае цена не занижается, правда приходится ждать, пока твоё добро продадут, только тогда у тебя появится возможность приобрести что-то взамен. Недостаток бартера – отсутствие стопроцентных гарантий анонимности. Во-первых здесь многое зависит от порядочности продавца. Захочет задокументировать факт обмена, скажем, на видео, ты не узнаешь об этом. И всё же бартерные дельцы обычно играют по-честному, страшась за свою репутацию, потеря доверия в данном бизнесе равноценна потере самого бизнеса. Но есть и во-вторых. Случается, полиция устанавливает скрытое наблюдение за точками бартерного обмена в рамках мероприятий по выявлению и предупреждению преступлений.
• Анонимные помощники (они же бартерные помощники) – выполняют мелкие поручения от незнакомых лиц за оплату вещами, как правило абсолютно любыми, от бытовой техники до продуктов питания. Стараются организовать свою работу так, чтобы с ними не нужно было контактировать непосредственно, принимая заказы и вознаграждение через курьерскую службу, по почте или с помощью доставки роботами.
• Автономные криминальные информационные библиотеки – выискивая в сети информацию о том, как сделать бомбу или вскрыть сейф, наверняка привлечешь к себе внимание аналитических полицейских служб. Автономные библиотеки хранят данные на переносном физическом носителе, что позволяет просматривать их в закрытом режиме без обращения к сетевым ресурсам. Легко догадаться, криминальные автономные библиотеки есть источник сведений об аспектах и тонкостях противоправной деятельности. Владеть ими незаконно, купить не то чтобы сложно или дорого, просто надо знать где, у далёкого от криминала обывателя таких знаний нет, бывалый же уголовник сможет приобрести без труда. Ценность их для преступного мира огромна, если не сказать, бесконечна, они кладезь злоумышленной мудрости, вобравшей в себя профессиональный опыт многих и многих поколений бесчисленных мошенников, грабителей, воров, бандитов, убийц, террористов, и т.п. Впрочем есть у криминальных библиотек и один серьёзный недостаток – негарантированная достоверность. В них могут быть триллионы страниц, кто их составлял – неизвестно, кто их проверял, и проверял ли вообще – большой вопрос, не устарело ли их содержимое, и если да, то насколько сильно – поди попробуй разберись. И всё же и в не полностью достоверном виде они бывают чрезвычайно полезны для планирующих совершить нечто противозаконное.
• Роботомойки – роботы распространённый элемент быта, логично, что их надо где-то мыть, их мойка – востребованная бытовая услуга, вполне легальная и совсем недорогая. Для криминала это очень удобно, так как позволяет без затей очищать использовавшуюся в противозаконных целях робототехнику от следов пребывания на месте преступления. Нередко роботомойки держат сами бандитские группировки, оснащая те оборудованием улучшенного качества для более надёжной чистки. Любое даже самое супер тщательное мытьё не даёт замаранным в уголовной деятельности устройствам стопроцентных гарантий очиститься, современным криминалистам для доказательной базы обычно хватает одной молекулы. И всё же оно значительно снижает вероятность обнаружения улик.
• Сервис-центры по ремонту робототехники – совершившего противоправный поступок робота не обязательно отмывать, его можно разукомплектовать и пустить на запчасти, так даже надёжней, главная его составляющая – его ИИ, искусственный интеллект, заложенные в него опыт и знания, достаточно пересадить оные другому роботу и вуаля, вы получаете абсолютно чистое безгрешное пред законом механическое созданье, полностью готовое к продолжению греховного функционирования. Мафия часто держит сервис-центры по ремонту робототехники, убивая этим сразу двух зайцев, второй из которых – легальный бизнес, позволяющий в определённой степени отмывать доходы.
• Защита от тепловых сканеров – как известно, тепловые следы от ног и прикосновений к предметам доступны для обнаружения полицейскими сканерами в течение нескольких дней. И это ведь не запах, это бросается в глаза, достаточно взглянуть через оптику санирующего прибора на пол в помещении, в котором, скажем, никого не должно было быть, и сразу обнаружится, что там «натоптано». Дабы не оставлять столь явных свидетельств своего пребывания где-либо, злоумышленникам необходимо сложное крайне дорогостоящее оборудование, не только превосходящее по чувствительности сканеры полиции, но и умеющее стирать тепловые следы, делать их неразличимыми. Мало кому достать его по плечу. Однако бывают ещё обувь и перчатки с противотепловыми свойствами. Они заметно менее эффективны, и тоже довольно дороги, зато их гораздо проще раздобыть, а польза от них так или иначе всё равно есть.
• Интуитивный сговор – взаимовыгодное тайное сотрудничество двух сторон, осуществляемое без каких-либо договорённостей и контактов между ними, основанное лишь на расчётах и предположениях о потребностях другой стороны и её готовности взаимодействовать подобным образом. Подробней об интуитивном сговоре см. ниже.
Криминальные роботы
Робот практически идеальное орудие криминала. В отличие от человека у него нет уникальных признаков подобных ДНК или отпечаткам пальцев, какие бы следы он не оставил, вычислить по ним конкретный экземпляр невозможно. Неопровержимые улики могут остаться на нём самом: кровь жертвы, особая пыль или грязь с места преступления, запахи, молекулы покрытия пола, микроцарапины на корпусе от соприкосновений с предметами, и т.д., то есть если его поймают и подвергнут тщательному анализу каждый миллиметр его поверхности, вероятнее всего докажут его виновность. Но как его найти среди всех других роботов, ведь пока его не поймают и не проверят в криминалистической лаборатории, не будет никаких указаний, что разыскивался именно он. При этом его хозяин вряд ли окажется столь глуп, чтобы просто сидеть сложа руки, ничто не мешает ему учинить радикальную чистку своему механическому пособнику, а то и просто уничтожить его. Опытный преступник и вовсе никак не станет контактировать лично с робототехникой, используемой в злоумышленных целях, он и купит её при помощи третьих лиц, и перепрограммирует удалённо через сеть либо посредством иных роботов. Даже если её и схватят, ничего это следствию не даст. Или даст ложный след в виде намеренно размещённых на ней отпечатков случайного ни в чём не повинного гражданина. Но и установи полиция истинного владельца, ещё надо доказать, что это именно он произвёл криминальное перепрограммирование, а не кто-то из его недоброжелателей, возжелавший его подставить. Не удивительно, что современная противозаконная деятельность осуществляется преимущественно посредством роботов. Используя их орудием преступления велик шанс остаться безнаказанным. Вторжение в частную жизнь, шантаж, шпионаж, вредительство, диверсии, кражи, причинение вреда здоровью, ограбления, убийства, вооружённые налёты, бандитизм, терроризм – вот краткий список того, в чём они играют далеко не самую последнюю роль.
К счастью добропорядочной части общества, криминальное применение робототехники не столь простое дело, как может показаться на первый взгляд. Начнём с того, что в современном исполнении она довольно самостоятельна, ей не управляют посредством джойстиков, в неё закладывают нужное поведение или обучают, и затем только отдают приказы, указывающие желаемый конечный результат, остальное она делает сама в автономном режиме. Представьте, насколько нетривиальна для неспециалиста задача выпестовать механизм в мастера уголовных ремёсел, чтобы просто сказать ему «убей того-то» или «укради то-то» и больше не заботиться ни о чём. Это конечно утрированный пример, в реальности роботов как правило тщательно подготавливают для каждого конкретного преступления, в том числе с созданием виртуальной модели места и условий, в которых оно будет происходить, и многократной отработкой всех действий в виртуальной среде. Хотя известно, самая интеллектуально продвинутая из криминальной робототехники и правда способна отправляться на дело без всякой предварительной разведки и без помощи со стороны человека, она умеет изучать местность, искать уязвимости в охранных системах, разрабатывать детальный план операции, включая запасные и форс-мажорные его варианты. Как бы там ни было, факт в том, что подготовка роботов к противозаконному использованию – сложное длительное мероприятие. Безусловно, в уголовной среде не так уж и трудно раздобыть для них готовое программное обеспечение, эдакий преступный поведенческий базис, загрузил его им в «головы» и всего делов. Однако чаще всего он будет «сырым», требующим их серьёзной доводки, дообучения. Ну а тем из злоумышленных людей, кто никак не связан с миром криминала, и вовсе приходится всегда разбираться во всём самостоятельно и делать всё с нуля, на что у них могут уйти годы, а то и десятки лет. И успех всё равно не гарантирован.
На вопрос, почему нельзя использовать обычных дистанционно управляемых роботов, ни интеллект ни обучение которым не нужны, ответа два:
1) Для дистанционного управления необходим двусторонний канал связи с оператором, а связь затруднительно скрыть, её источники легко обнаружимы, их могут засечь сканеры служб безопасности охраняемого объекта, либо отследить без всякой задней мысли какие-нибудь гражданские аналитические, статистические, или коммуникационные службы. Таким образом, во-первых, существенно повышается вероятность, что робота найдут и нейтрализуют ещё до того, как он совершит преступление, и во-вторых, у полиции появляется больше шансов отыскать оператора.
2) Люди реагируют и действуют значительно медленнее искусственных мыслящих систем, а при дистанционном управлении руководствуются лишь видео и аудио информацией, так как иные типы сигналов связь не передаёт, сам же робот способен ориентироваться по гораздо более широкому набору чувств (если снабжён соответствующими сенсорами), от вестибулярных до тактильных, от дальномеров до эхолокации. К примеру, при необходимости выполнить прыжок он знает с точностью до миллиметра, куда приземлится, куда допрыгнет, а куда нет, оператор же определяет это очень приблизительно на глаз. Иными словами, координация движений и скорость реакции на внешние события у автономной техники несопоставимо выше, чем у такой же неавтономной, непосредственно управляемой человеком.
Главное препятствие здесь в обнаружимости источников связи. Большинство преступлений не требуют от робота сверхкоординации и сверхреакции, исключение пожалуй лишь случаи, когда нужно миновать сложные защитные системы, вступать в бой с охранными механизмами, или есть серьёзное ограничение по времени. Скрытность же и отсутствие возможности выяснить личность владельца нужны всегда, источник связи словно прожектор, словно маяк во тьме, сигналящий на всю округу «я тут, я тут!» и проводящий обличающую ниточку-указатель на того, с кем связь осуществляется. Находятся профи, ухитряющиеся успешно применять дистанционно управляемую робототехнику в противоправных целях, но их мало.
Вторая из основных проблем криминального использования роботов – доставка их на место преступления и последующее изъятие оттуда. Для многих злоумышленников это почти неразрешимая головоломка. В мире повсюду полно устройств видеонаблюдения, видео-регистрации и т.д., а значит по дороге робо-пособник весьма вероятно попадёт много в какие объективы, что позволит полиции в последствии установить приблизительный маршрут его следования, в том числе возможно начальную или конечную точки пути. Просто отрывая дверь, чтобы выпустить его «на дело», рискуешь очень скоро увидеть за ней людей в форме, вежливо но настойчиво предлагающих пройти с ними. Кроме того велик шанс, что он вообще никуда не доберётся, будет обезврежен раньше, чем успеет выполнить возложенную на него преступную миссию. В правоохранительных органах не дураки сидят, практика автоматизации криминала появилась не вчера, она хорошо известное современному обществу явление, если робот шляется в непонятном месте непонятно зачем, стражи порядка вполне могут озадачить себя выяснением причин такого его поведения. Общественным транспортом ему тоже воспользоваться не выйдет, ведь как и люди, он должен оплачивать свой проезд, а платить будет средствами хозяина, чем выдаст свою принадлежность оному. Малогабаритную модель несложно сделать летающей, однако вследствие низких (в сравнении с аэротранспортом) скоростных характеристик значительные дистанции преодолевать она вряд ли сумеет, к тому же неопознанный летающий механизм, незарегистрированный ни в курьерских фирмах ни в каких-либо сервисных службах, ещё скорее привлечёт к себе внимание каких-нибудь уполномоченных структур. Самые маленькие кибер созданья порой ухитряются прикрепляться снаружи к корпусам городского наземного транспорта и кататься на нём задарма, однако это незаконно, в обязанности полиции входит отлавливать подобных хитрецов и налагать штраф на их владельцев. Вариант с доставкой посредством личного аэромобиля тоже не самый лучший – перемещения всех воздушных машин отслеживаются автоматическими аналитическими службами, необъяснимая невынужденная остановка там, где в последствии произошло нечто криминальное, неизбежно вызовет вопросы и вполне может послужить поводом для включения в список подозреваемых. Иногда преступники идут даже на отправку робота жертве курьерской службой или по почте, но умудриться сделать это с сохранением анонимности – фокус, который не всякому по плечу, к тому же посылку элементарно могут просветить, и если в ней обнаружится неизвестное самодвижущееся устройство с заряженным источником питания, перед доставкой как минимум заранее предупредят получателя, а как максимум обратятся к правоохранителям.
В идеале, злоумышленного человека не должно ничего связывать с его криминальной робототехникой, нигде не должно быть зарегистрировано, что она была куплена им или принадлежит ему, нельзя контактировать с ней физически, дабы не оставить на ней свой биоматериал – отпечатки пальцев, следы запаха, частички кожи, волос и т.д. Это не является обязательным условием совершения безнаказанного преступления – если робота не поймали, или ему удалось надёжно самоуничтожится, или его хорошо помыли после «дела», никаких неприятных последствий его хозяину взаимосвязанность с ним не сулит. И всё же её отсутствие снижает риски, так значительно безопаснее, потому те из преступников, кто умеет проделывать трюк с недопущением взаимосвязи, никогда не пренебрегают им. Для бесконтактного перепрограммирования и переоснащения робота нужен другой робот, тут всё просто. Ещё желательно иметь укромное место, где указанная работа будет производиться, это уже сложнее. Но самое сложное обзавестись тем, что собственно будет переоснащаться – базовым изначальным законопослушным устройством, не оставив следов. При всём разнообразии возможных вариантов, каждый либо требует немалых усилий, либо не гарантирует надёжность. Кто-то крадёт робототехнику с улиц, кто-то запчасти от неё со складов и из магазинов, кто-то собирает из неисправного лома со свалок, кто-то производит кустарным способом сам, в уголовной среде изобретены разнообразные схемы анонимного приобретения товаров и услуг через бартерные сделки или посредников, даже готовый подготовленный для противоправного использования кибер агрегат можно купить, если имеешь доступ к чёрному рынку. Некоторые ухитряются скрытно перепрограммировать роботов случайных незнакомых им граждан – «живёт» себе такой с виду совершенно обычный добропорядочный механический помощник в совершенно обычной семье, выполняя свои нехитрые функции, пока как-нибудь ночью ему не поступает команда незаметно покинуть дом и сделать нечто совсем не добропорядочное. Существуют подпольные микро-предприятия, выпускающие робототехнику без маркировки, чаще всего не для продажи, а для обслуживания интересов некоей преступной группировки или практикующей нелегальные методы борьбы с конкурентами нечистоплотной бизнес-структуры.
Помимо вышеописанных, у криминального роботопользования хватает и иных сложностей. Службы безопасности компаний давно применяют специальные средства обнаружения, просвечивающие всё вокруг в поисках незнакомых незарегистрированных роботов, богачи в своих особняках ставят ещё более изощрённые поисковые сканеры, от этих нигде не укроется механизм размером и с блоху, самая простая из бытовых охранных систем, используемых рядовыми обывателями для защиты своих квартир от вторжения, и та служит весьма эффективным препятствием незаконным кибер проникновеньям, устройство с блоху она конечно не разглядит, но чуть покрупнее, величиной хотя бы с муху, засечёт точно. Существуют охранные роботы с функцией «антиробот», предназначенные для ловли и нейтрализации чужеродных собратьев. Власти стремятся побуждать хозяев робототехники к регистрации той из неё, что рассчитана перемещаться в общественных местах в автономном режиме (без сопровождения человека) – регистрация позволяет легко опознавать её (отличать от всех других, идентифицировать) и устанавливать, чья она собственность, подробней об этом см. ниже в подразделе об инструментарии полиции). Ведущие постоянное автоматическое (анализируемое только искусственным интеллектом) наблюдение за порядком в городах аналитические и статистические службы приглядывают и за всеми кибер созданьями, и если видят подозрительную деятельность какого-то из них, не оставляют её без внимания. Вкупе всё это позволяет утверждать, что успешные имеющие высокий шанс остаться безнаказанными преступления посредством роботов удел лишь высококвалифицированных криминальных элементов да обладателей недюжинного ума. Прочим осуществить подобное чрезвычайно сложно (хотя зависит от характера преступления и его цели), особенно в части безнаказанности. Тут только следует помнить, что продолжительность жизни людей описываемого периода велика (о чём см. соответствующий раздел ЭБ), за 250-300 лет бытия многие успевают накопить гигантский жизненный и профессиональный опыт. И к уголовникам это относится в полной мере. Они совершенствуют свои навыки, изучают нужные для их дела науки, ищут методом проб и ошибок новые возможности, и всеми полезными с практических позиций знаниями делятся со своими «коллегами». Встречаются среди них и талантливые, а бывает и истинно гениальные мастера роботостроения, иногда создающие просто шедевры криминальных поведенческих алгоритмов ИИ (искусственного интеллекта) и методик обучения ТР (технического разума), когда робот годами действует автономно в интересах своего создателя, сам просчитывая, в чём эти интересы, сам разрабатывая планы совершения преступлений и сам претворяя их в жизнь, попутно ещё и клонируя себя, то есть перепрограммируя других роботов, чтобы они продолжили его дело, если он будет обезврежен или выйдет из строя. Те же из представителей уголовной среды, кого природа не одарила ни гениальностью ни талантом, с годами всё равно как минимум матереют, обретают искусность. Криминальный мир вообще отличается повышенной гибкостью в следовании изменению внешних условий по сравнению с остальной частью гражданского общества, потому что здесь действует тот же естественный отбор, как и у животных в природе – кто не приспособился, поленился, поступил необдуманно, отправляется за решётку. Сотня лет противоправной карьеры даже туповатого человека наделит если не мудростью, то хотя бы мощной звериной интуитивной способностью избегать опасностей и фатальных ошибок, сделает чрезвычайно хитрым и осторожным. Надо признать, роботы не панацея от ареста, к чести современной полиции большинство преступлений так или иначе раскрываются, независимо от того, как и посредством чего они совершены. Но большинство не значит все, немало их остаётся нераскрытыми, некоторые удаётся расследовать лишь через много-много лет, и в том, что нераскрытые и плохо-раскрываемые преступления есть, безусловно немалая «заслуга» робототехники.