Энциклопедия «Поцелуя Феи». Часть 3. Расы волшебного мира

Общее описание

Некрус, или, в просторечии, зомбия – это края, где сколь не парадоксально звучит, живут мёртвые. Это, собственно, целых три государства мертвецов: Суанту – страна живорождённых, Фуонту – страна мёртворождённых, и Эореш – страна обращённых. Это весьма отличающиеся друг от друга державы, главные особенности которых мы только что указали. В Суанту и Фуонту население плодится обычным способом – пары вступают в брак и порождают младенцев, в случае Суанту живых, которых впоследствии умерщвляют, в случае Фуонту непосредственно мёртвых. Эореш же есть классический зомбилэнд, где мёртвые заражают живых через укус, и фишка в том, что живых они разводят, держа тех, условно говоря, как рабов. Все три страны достаточно крупны численностью, имеют меж собой расовые различия, религиозные, культурные, языковые. При этом народности суанту и фуонту принадлежат одному виду, явно схожему с людьми, а эореш определённо обладает общими корнями с эльфами. Проще говоря, все три выраженные антропоморфы, мало отличающиеся от человека, скажем, у эореш заострённые уши, а продолжительность жизни, если их не умерщвлять, составит около 150 лет, вот фактически и всё. Почему земли Некруса населены мертвецами, точного объяснения нет. Очевидно, что когда-то эти нации были живыми. У народа суанту есть легенда на сей счёт. Гласящая, что давным-давно в глубокой древности Суанту и Фуонту были единым государством, в котором, в силу его развитости и просвещённости совсем не запрещали чёрную магию. Считая все такие запреты ограничением свободы личности. И жил в том государстве необычайной силы некромант, решивший однажды сделать великий дар согражданам, превратив их всех в зомби, хоть об этом даре его никто не просил. Такой вот был заботливый бескорыстный человек. В сказках обычно всегда находится герой, мешающий злодею осуществить подобный план. В жизни в данном случае героев не нашлось. И план удался. Зачем некромант сделал это, деталей не сохранилось. Возможно, у него были действительно серьёзные причины. Ведь мёртвые не подвержены эпидемиям, не мрут от голода, не погибают от ран в войны, не тонут в наводнения, и т.д. Но может он просто был сумасшедший, этого тоже нельзя исключать. Не сохранила история и точного имени того некроманта. Некоторые называют его Нгурýл, некоторые Наýрлум. Тем не менее, он почитается у народа суанту как отец нации, и отчасти как святой, часто к нему обращают молитвы и мысли в думах о сакральном, а в столице Суанту на главной площади есть даже нечто вроде его усыпальницы, монумент-склеп ему. Правда всем известно, что его праха там нет. Имеется насчёт здешних мест и ещё одна легенда, вернее сказать, теория. Учёные полагают, в землях Некруса есть мощный природный источник некромагии. Именно благодаря ему в мёртвых поддерживается жизнь. Именно он причина, почему три граничащих страны принадлежат мертвецам. Мёртвые намного более… живучи, у них конкурентное преимущество. Там, где природные условия позволяют им существовать, для живых места не остаётся. Они естественным образом вытесняют живых.

Удивителен факт, что мертвецы Некруса совершенно адекватны. Это полноценные разумные индивидуумы. У них есть чувства, есть социальные потребности, в частности потребность в общении, есть культура. В представлении живого обывателя всякий мертвяк это ничерта не соображающее агрессивное чудище, практически животное, за редкими исключениями сумевших вернуть себя с того света некромантов. И в принципе так и есть, все факты возвращения усопших свидетельствуют, что в плане интеллекта они овощи. Почему в зомбии всё иначе, у учёных тоже имеется своя гипотеза. Мёртвые там свежаки. У них нисколько не разлагался мозг перед возвращением. Некроманты в странах людей поднимают покойников из могил – тех, кто пролежал в земле какое-то время, уже начавших гнить. А как известно, даже пять минут по ту сторону могут превратить человека в овощ, скажем, если утонувшего откачать слишком поздно. Здесь, в Некрусе, нет никакого переходного периода, умерший мёртв изначально или сразу восстаёт. Мозг у него остаётся нетронут тленом. Так или иначе, население зомбии ломает общую картину взглядов на зомби. Попади вы к ним, никто на вас не набросится немедля в жажде отведать вашей плоти. Вы, собственно, далеко не сразу поймёте, что вы в краю мертвецов. Перед вами предстанет обычная жизнь, граждане вокруг будут заняты повседневными рутинными делами, одетые, спокойные, погруженные в какие-то свои заботы. В это трудно поверить, но это так. Если копнуть поглубже, разница между их бытом и нашим, безусловно, очень велика. Но лишь в отдельных аспектах. С виду поначалу этого не заметно.

Чтобы лучше понять, как устроен мир мёртвых, следует в первую очередь остановиться на внешности и физиологии самих живых мертвецов. Главный факт их внутреннего устройства – они полностью магические созданья. В них не протекает никаких биологических процессов, в них протекают магические процессы, основанные на некромагии. Для того чтобы функционировали их тела, им нужна пища, и это свежая плоть. Тут всё абсолютно идентично привычному для нас образу зомби. Вот только как и всякому магическому существу, пищи им требуется немного, в нормальном состоянии раз в 5 менее чем человеку того же веса. Они далеко не ненасытны. Если им совсем не есть плоть, через примерно три дня в них начинаются процессы разложения. Появляется характерный трупный запах. Но, достаточно им поесть, и всё быстро пройдёт, тело полностью восстановится, исчезнет вонь (естественно, для окончательного избавления от неё всякому из них потребуется мыться и стирать одежду). При получении ими любого физического ущерба вроде травм, увечий, порезов и т.п. всё ровно то же самое. Страждущему надо хорошенько отобедать сырым мясом, и его раны станут затягиваться, начнут отрастать отрубленные конечности, вновь вырастут потерянные глаза и даже зубы (вот уж среди кого не встретишь беззубых или с щербиной во рту, это зомби). К слову, мёртвые не стареют, потому окажись вы у них, вы пожалуй будете восхищены окружающей цветущей красотой юности. Тут даже и призадумаешься, может вышеупомянутый некромант действительно сделал великий дар своему народу? При критических повреждениях головы житель Некруса теряет способность пребывать в сознании, превращаясь в полноценного усопшего. После дней сорока-пятидесяти голодной диеты тоже. Однако, как мы уже говорили, в нём исходно не протекают биологические процессы, только магические. Включая и пищеварение. Он не переваривает пищу, он усваивает её непосредственно своей плотью, и даже костями, как бы впитывает, преобразуя из чужой в свою. Пища должна попасть ему внутрь, желательно размолотая пережёванная, но какими путями, не важно. Если в нём просто проделать дыру и засунуть туда измельчённую в фарш мясную кашицу, он её усвоит. Это удивительная особенность местных зомби. Даже когда от них остался один скелет, их можно вернуть, полностью восстановить до исходного нетронутого тленом тела, если погрузить скелет в чан с перемолотой плотью. Это будет небыстро, может потребуется месяц, и плоть регулярно придётся менять на свежую. Но наступит момент, когда из чана восстанет идеально выглядящий субъект. При этом известно, что у них нарушается функционирование магии, если разрубить их позвоночник или отрубить им голову. После такого они уже не оправятся, не смогут вернуться к бытию.

Что ещё сказать про их физиологию. У них от ран почти не идёт кровь, они слабо чувствую боль, не нуждаются в дыхании, но дышат, инстинктивно, так же дыхание участвует в функционировании их голосовых связок. Иными словами, они не утонут под водой, могут ходить по дну. Не очень любят жару и отлично переносят умеренный холод, да и сильный мороз в сущности тоже, просто в него им требуется значительно больше пищи, иначе они постепенно заледенеют и впадут в трупный сон. В общем случае они не выделяют ни испражнений, ни мочи, однако если едят или пьют слишком много, то с ними может произойти и такой казус, недаром богачи их мира имеют в домах туалеты. Как известно, мёртвые не потеют. Но мертвяки зомбии отчасти опровергают данную истину, потея в зной ровно тем, что пьют, если это не кровь. То есть в отличие от людей это точно не пот, это будет в чистом виде вода, или сок, или вино, или пиво, и т.д. в зависимости от того, что употреблял покойник. В теории сии выделения вполне пригодны для утоления жажды человеку, на практике следует обращать внимание на состояние тела зомби – если он голодал несколько дней и в нём начались процессы гниения, его пот будет содержать продукты разложения и трупный яд. Кровь мертвецы усваивают ровно так же, как мясо, недаром любят пить тёплую. Она вполне заменяет им пищу. Алкоголь на них не влияет (вот за это, наверное, многие зомбаки костерят создавшего их некроманта), они неспособны опьянеть. Вкусы съестного, не являющегося плотью, различают гораздо хуже людей, скажем сладкое или кислое, однако если приправить плоть сладким или кислым, вот это они прекрасно почувствуют. Мясо им нужно только сырым, жареное или варёное не усваивается их телом. Не годятся им для еды растения ни в каком виде, сдоба, сыры и т.п. Что означает, в целом их жизнь в гастрономическом плане сильно обеднена, поварское искусство им не очень присуще. Отчасти они заменяют это разнообразием плоти, скажем, гурман будет хотеть у них мясо каждый день иного вида – ящерок, лягушек, змей, кошек, лесных пичуг, рыбы, моллюсков, раков, бабочек, червей, слизней – что угодно живое не такое как прошлый раз. Бедняки чрезмерно изощрённым рационом брезгуют, лягушкой или слизнем их вряд ли соблазнить. Так же у их народа популярны сырые яйца, тоже с тяготением к разнообразию (куриные, утиные, перепелиные и др.), хорошо различают они вкус крови разных тварей, делают напитки из неё, с подмешиванием соков и алкоголя. Способны, пусть и плохо, усваивать молоко. Мёртвые не болеют – иначе чем от недостатка пищи, т.е. единственная их болезнь – недомогания, вызванные гниением, фактически голодом. Недаром в их обществе слово «смерд» весьма в ходу, очень точно характеризуя недоедающих бедняков как извечных распространителей трупной вони. Само чувство голода зомби не испытывают, но испытывают ощущение некомфорта при гниении, что отчасти можно рассматривать аналогом голода в их случае. Это ощущение чрезвычайно обостряет их желание есть, порой, при крайнем истощении, доводя отдельных личностей до исступления, когда они готовы набросится на что угодно живое. Следует лишь понимать, это пороговое состояние, почти предсмертное, полусгнившего ходячего трупа, в каковое попасть в нормальных условиях нереально даже нищему. Всё равно любому по силам за 40 дней добыть себе хоть что-то на ужин, скажем, жуков, личинок или лягушек, либо выклянчить милостыню. В теории мёртвые способны употреблять разлагающуюся падаль, терпеть её не могут, и всё же она несколько снижает темп их собственного гниения, а потому при длительном отсутствии пищи они ей точно не побрезгуют. Вот такая у них физиология. Они в ней не полностью одинаковы, в частности, продолжение рода у всех трёх рас разнится, что обуславливает и некоторые другие отличия. Но об этом мы поговорим чуть позже.

Особенности рациона жителей Некруса диктуют их нужды в сельском хозяйстве. Здесь они тоже не совсем совпадают, например фуонту не пашут, не сеют рожь и пшеницу, не держат огородов, так как у них совсем нет живых, а вот и у народа суанту, и у эореш живые сограждане есть, и оным согражданам надо питаться. Потому и те и другие с удовольствием огородничают, а эореш ограниченно занимаются и возделыванием полей. Изредка можно встретить в их странах даже пасеки. Так или иначе, в целом народы зомбии скотоводы, это их главное направление сельхоздеятельности, наряду со скотом многие держат в хозяйстве кур, уток, гусей, иногда разводят на мясо собак и кошек, а то и червей. Популярна у них и охота, в почёте рыбалка, в чести собирательство насекомых, ловля птиц и мелкой живности вроде ящерок. Всё это отражается на блюдах и здешних живых граждан. Только в Некрусе живые привычно разнообразивают свой рацион сырым мясом, кровью, всевозможными жаренными насекомыми, не видят ничего зазорного приготовить на обед кошку или суп из ящерицы. Оригинальное изобретение здешних мест – заповедные охотничьи угодья. Лорды организуют очищенные от хищников и порой частью огороженные территории участков леса, где посредством лесничих подкармливается всё мелкое и травоядное зверьё, дабы оно плодилось и размножалось во множестве. Охотятся на него сами в удовольствие, учреждают охотничьи артели, которые добывают туши и мех на продажу и для снабжения продовольствием прислуги в замках. Занимаются селекцией и выведением пород, ездят к друг другу в гости на охотничьи ристалища, держат своры породистых охотничьих собак, которыми гордятся, особенно изощренные увлечённо изобретают ловушки и капканы собственной конструкции. Дело наверное отчасти в том, что знатные влиятельные мертвецы любят свеженину, любят тёплое парное мясо, тёплую кровь, охота соединяет для них два удовольствия в одном – и потешить себя добыванием разнообразной дичи, и насладиться её вкусом, начать есть ещё живой, почувствовать её смертный трепет, её агонию. Словно вкусить самой жизни. Это ли не самое приятное для зомби?

Все три расы Некруса имеют сходную продолжительность бытия – около 250 лет, после чего процесс гниения становится необратим и они окончательно умирают. При этом у них есть возможность продлевать своё существование при помощи некромантии – если в случае живых найти средство омоложения почти нереалистично, удаётся может только единицам в тысячи лет, в зомбии дела обстоят чуть проще, здешние правители и учёные мужи порой умудряются значительно оттянуть момент ухода в небытие, бывает что и на 500 лет, и на 1000. Некоторые мёртвые мечтают стать живыми. Ощутить дыхание, стук сердца, богатство вкуса приготовленной на огне пищи, и даже боль. У жизни тоже есть свои плюсы. И всё же в большинстве своём они гордятся тем, кто они есть, и взирают на живых свысока, не без чувства превосходства, считая именно зомби вершиной созданных богом тварей. Пожалуй, причины для ощущения превосходства у них действительно имеются. Они не старятся, не гибнут голода и утопления, не подвержены болезням и мору, легко переносят любые раны, не боятся холода, не устают физически, слабо страдают от боли. Много преимуществ. Но есть у их положения и недостатки. Главный из которых – вдали от зомбии они начинают неустранимо гнить и гораздо хуже усваивают поедаемую плоть, что вынуждает их срочно вернуться домой или, в противном случае, приводит их к быстрой гибели. Потому живые могут не опасаться нашествия мертвецов. У последних нет причин и способа пытаться колонизировать другие земли. Так же это служит косвенным доказательством того, что в зомбии действительно есть мощный источник природной некромагии.

Суанту

Отличительная черта расы суанту в том, что она живородяща. Мёртвые женщины порождают на свет абсолютно живое потомство, нормальных младенцев с текущей по венам кровью и бьющимися сердцами. Что означает, захоти сия раса снова перейти в стан живых, она без труда могла бы это сделать за одно поколение. Но такого желания у неё не наблюдается. Суть в том, что всякий её представитель рождается не мёртвым. И чтобы обратить его в ожившего мертвеца, требуется идти к жрецам и проводить ритуал особого умерщвления. Каждый суанту проходит через смерть. И не просто через смерть, но через ритуальное убиение собственными родителями в храме под присмотром священнослужителей. Правда суанту не воспринимают это как смерть, для них это скорее перерождение. Тем не менее, сам процесс перехода не назовёшь безболезненным. В каком возрасте он происходит? У народа суанту религия едина, но имеет две ветви, в одной, менее распространённой, принято умерщвлять дитя младенцем, буквально в течение месяца после рождения. Адепты второй ветви растят чадо живым, и уже по обретению им взрослых кондиций тела ведут на жертвенное заклание. Как известно, мёртвые не стареют. Однако и у расы суанту, и у фуонту, видовая особенность в том, что их дети растут даже мёртвыми. В теории это должно способствовать тому, чтобы отпрыск умерщвлялся максимально быстро, ведь тогда исчезает опасность потерять его вследствие болезней или травм, обратить уже умершего в живого мертвеца суанту не дано, ритуал перехода требует быть исходно живым. Да и содержать ребёнка мёртвым проще, так как иначе ему будет потребна пища живых, которую в зомбии добывать дороже и обременительней. Есть лишь одна проблема. Остановка во взрослении мёртвого дитя немного непредсказуема, случайным образом происходит в любой момент, у кого-то в 15 лет, а у кого-то аж в 30, если особенно не повезёт, и вовсе наступит уже лет в 12. Не будет гармоничного внешнего вида – для мужчины остаться навек 12-летним пацаном личная трагедия, для женщины состариться до 30, когда всем дамам вокруг 17-20, грустная превратность судьбы. Если же чадо растят живым, семья сама выбирает оптимальный возраст его перехода, порой даже с учётом его собственных пожеланий. При этом убиение производится посредством другого ритуала, чем у младенцев, вследствие чего визуальный возраст новоявленного зомби уже не меняется.

Фактически мы можем говорить, что народ суанту существует на стыке живых и мёртвых, некоторые из его представителей истинно стопроцентные мертвецы, так как не знали живого бытия, но многие прекрасно осознают, что значит быть живым, помнят это, даже ностальгируют, возможно отчасти по добрым минутам детства, но отчасти и по тем ощущениям, когда сердце стучит, кровь течёт по венам, а на щеках румянец. Связывая в подсознании эти два ностальгирования в одно. У тех из суанту, кто жив, никогда не возникает протеста против перехода в мёртвые. Ведь это вопрос веры, важная дата, личный праздник, которого ждут, готовятся к нему с волнением, отмечают. Справляют впоследствии как второй день рождения, называя днём перерождения. И потом, мёртвый живёт гораздо дольше, без риска погибнуть, а живому взрослому светит лишь судьба изгоя, местное общество его отринет как странного чудака. Прецедентов, чтобы кто-то не стал переходить, практически нет. Но суть здесь в другом. Этот стык двух миров, истинно мёртвых и бывших живых, соединённых воедино, равноценных равноправных, порождает дуализм альтернативных философий, восприятий, мировоззрений, ментальности, что в целом очень обогащает культуру и способствует развитию цивилизации. Истинно мёртвому трудно понять живого. Бывшему живому трудно понять сызмальства мёртвых. Взять для примера хотя бы боль. Обращённый в зомби в младенчестве не знает, что она такое, не испытывал её сильную никогда, обращённый взрослым прекрасно с ней знаком, для него она данность яснее ясного, он более сострадательно относится к тем, кто её чувствует, и не всегда способен правильно истолковать поступки тех, для кого она загадка. Когда и те и другие существуют в рамках одной культуры и одного общества, они неизбежно пытаются лучше понять друг друга, беседуют, обсуждают, обдумывают, и так приходят к каким-то новым для себя откровениям. К более глубокому постижению жизни и её основ.

Из нехороших сторон указанного дуализма самыми негативными выделяются две. Первая – разделение религии на ветви повышает градус конфликтности в социуме, так как ветви неизбежно начинают конкурировать меж собой. До смертоубийств не доходит, но всё же определённые трения наблюдаются. Вторая – сосуществование мёртвых и живых не так просто, как может показаться. В силу кардинально разных требований к безопасности в быту. Легче всего суть проблемы проиллюстрировать на детях. В играх они порой заходят дальше, чем стоило бы, и если для мёртвых нет ничего страшного, увлёкшись баловством, проткнуть или хорошенько ударить чем-нибудь друг дружку, мать пожурит за испорченную одежду, и только, поступив так с живым товарищем они с высокой долей вероятности обрекут его на долгую хворь, а то и отправят на тот свет. Дети не очень понимают разницу меж собой, не обременяют себя мыслями об этом. Трагедии регулярно случаются. Взрослые мертвяки тоже далеко не всегда до конца осознают степень уязвимости живых. Часто позволяя себе травмоопасные для тех действия. Или, допустим, плохо привязывая своих агрессивных собак, так как покус для зомби лишь небольшая неприятность, которая его мало волнует. Впрочем, всё это так же означает, что местные родители более заботливы. Ведь им приходится тщательней оберегать своих чад. Вообще, народ суанту считается самым терпимым к расам живых – людей, эльфов и др., и первая причина тому по мнению учёного сообщества именно в указанной бережности, в том, что данные мертвецы подсознательно привыкают воспринимать живых как более беззащитных и невинных невзрослых, требующих повышенно аккуратного отношения. Хотя есть и вторая причина, не менее значимая – существуя в условиях дуальной ментальности, суантцы приучаются проявлять большее понимание к иному, чем есть сами. Терпимость указывается их знаковой национальной особенностью. Они без презрения взирают на другие расы, ничего не имеют против торговых и прочих контактов с иноземьем. Именно к ним стремятся приверженцы тёмного волшебства со всего света, дабы поучиться у их магов некромантии и чернокнижеству. Потому что здесь на них не станут смотреть косо. Отчасти может и станут, но дело не в расах, просто добрый человек не будет заниматься чёрной магией, соответственно, приезжающий контингент обычно не отличается чрезмерной душевностью и порядочностью. Только в этом дело. Важен факт, что представителей других рас суантцы не способны превратить в оживших мертвецов, их ритуалы перехода этого не позволяют.