- -
- 100%
- +
Рамир
Сырой воздух пробирался к легким, каждый вдох причинял боль, я сглотнул, но стало ещё больнее, болезнь пробирает все дальше. Под ногами таял снег, слякоть, перемешанная с грязью, хрустнула под ногами.
— Куда ты меня потащил, уже темнеет. Мне кажется, я слышал дрон…
— Лагерь конфедератов уничтожен, ты видел.
Горан шел за моей спиной, но я чувствовал его насмешливый взгляд, я тоже понимал скоро тут будут виверны и если мы не уберемся, когда они прилетят, нам не жить. Но я не могу уйти, пока не найду их тела и не пойму, что все они мертвы или нет...
На что я надеюсь? На то что никто не выжил или все-таки, кто-то остался жив. Вы не знаете, как я вру сам себе, вру прямо сейчас, избегая называть вещи своими именами. Я хочу найти ее и увидеть мертва она или жива, и я еще не решил, чего бы мне хотелось больше. От одной мысли, о том, что я сам себе в этом признался бросило в жар. Стоило ли мне продолжать эти поиски?
— Горан слышишь? — звукам смешались друг с другом, чавкающая слякоть и грязь, морось, бьющая по листьям, свист ветра, который пробирает до мурашек и что-то неуловимое...
— Ничего нет, брось.
Я боролся с чувством безысходности своих поисков и мыслью, что вот-вот, осталось ещё чуть-чуть. Стоит заглянуть за насыпь и на этом закончить, пообещал я себе. Носок сапог уходил в мокрую и рыхлую землю все глубже, тут рыли окопы или траншеи, я заглянул в яму, она змеей шла вперед. Мой товарищ остался позади, отказавшись идти со мной дальше. Я прошел до конца, чуть ли не падая в низ. Никого...
Начало темнеть, уже стоит поторопиться, тревога росла в груди. Для чего я встретил ее вновь? И как мне теперь жить, с осознанием того, что я мог найти ее и дать ей выжить. О чем я? Возможно, она уже мертва, но я не знаю об этом и чувство противоречия не даст мне спокойно жить дальше.
Кашель начинал терзать горло.
— Горан! - я вышел к лесу и не нашел его. — Горан! — в горле запершило еще больше, и я не мог остановить кашель.
Пора уходить, мысль о том, что надо прийти поискать ночью уже посетила меня. Стоит ли? Эта мысль не даст мне покоя, лучше умру, чем думать об этом снова и снова.
— Что ты тут делаешь? - я нашел Горана уйдя в глубь леса, где деревья сгущались все ближе, он присел на корточки и со стороны казалось, что он роется в земле.
— Тут, кто-то есть. Вроде мертв. - он разгребал мокрую землю руками, часть тела была засыпана землей и будто уходила в грунт.
Горан потянул за руку, это была женщина, погоны на форме говорили о том, что это офицер - старший лейтенант. Он приложил ухо к груди.
— Мне кажется она жива, — он поднял веки, глаза смотрели прямо.
Я помню, как все было, когда начался обстрел, конфедераты бежали в глубь леса, назад к своему лагерю, что и стало их ошибкой, ее тело мы нашли ближе к окраине, она бежала в сторону, а потом вперед.
Мы нашли ее, только ее, больше никого, остальные тела скорее всего лежат дальше в лесу.
— Ты , что не слышишь меня? Что с ней делать? Возьмём в плен, хотя стоит ли она того..., — я стоял и не мог произнести не слова, что теперь?
Когда я искал ее, то не думал о том, что должно быть дальше. Помоги Боже не оступиться и поступить правильно. Я перевел взгляд на Горана, мы были знакомы 2 года, он не был другом, он тот, о ком говорят сослуживец, мы вместе выживаем, но порой такие люди становятся, чем-то большим чем друг, ведь от них зависит твоя жизнь.
На ней была рубашка с погонами цвета хаки, просто сорвать погоны не получиться, такие рубашки гражданские не носят. Я наклонился и начал снимать с нее рубашку, под ней была белая майка, так уже лучше.
— Что ты делаешь? - усмехнулся Горан.
— Мы отнесем ее в лагерь и...
— А зачем ее раздевать?
— И мы скажешь, что нашли гражданского по дороге, когда ехали.
Горан начал мотать головой из стороны в сторону.
— Мы возьмём ее в плен, как военного и все. Зачем мне лгать, ты в своем уме?
— Помнишь дамбу у Стремительной? - Горан посмотрел на меня с испугом, я напомнил ему о неуплаченном долге. Он сразу понял, о чем речь, такое трудно забыть.
Бои шли около взрывоопасного объекта, мы пытались оборонять его, но все случилось совсем иначе, наводчик реактивной установки, не справившись с управлением пустил пакет ракет прямо в объект, что привело к взрыву и массовому возгоранию. Это была масштабная техногенная катастрофа, о которой потом говорили: "Вооруженные силы КОНа, совершили теракт по важным объектам жизнедеятельности, что привело к сбою электроэнергии и к наводнению в Низовье. Об этом знал, только я и еще один наш товарищ. Мы хранили молчание, было жаль его, он не хотел этого, в наших рядах очень много не опытных бойцов, которые не могут справиться даже с ручным оружием, опытных военнослужащих единицы, мы не готовы были воевать.
— Для чего тебе это? - он был в недоумении, я могу его понять, но это не его дело, поэтому...
— Я прошу тебя сказать, что мы нашли ее у дороги, дальше не твоя забота.
— Я скажу, но я не помощник тебе во всей этой затеи.
Она застонала, еле слышно, кровь текла из губ, выживет ли, по крайней мере я попробую спасти ее.
Вели
День был солнечный. Еще вчера лед и слякоть трещали под ногами, но сегодня солнце будто благословило нас. Порой в тяжелые времена пытаешься искать радость там, где о ней не говорят.
Шестой день наш лагерь расположен у Дикого леса. За ним поселения, в которых еще остались люди, и город сожжённый дотла, примерно в ста километрах от нас.
Вчера у нас были переговоры с представителями Конфедерации – идея сразу была неудачной. Мы отправили троих, и еще один сидел на дереве с прицелом. Меня там не было: пошли Рамир, Горан и Седа. Говорили, что конфедераты предлагали сдаться – за кров и пищу, за сохранение жизней тем, кто остался в поселениях. Иначе все будет сожжено.
Один из товарищей дал знак стрелять – это означало, что они отказались и хотели уничтожить переговорщиков. Но что-то пошло не так: цель заслонил один из группы и выстрел пришёлся мимо. Конфедераты заметили это. Один из переговорщиков достал сигнальную ракету и выпустил в небо – это был знак опасности. Конфедераты бежали в лес, но нам удалось всех убить. Виверны не прилетели, но каждый из нас с ужасом и страхом знает, что они могут появиться в любую секунду.
Мы решили остаться тут еще на несколько дней: много раненых, еще были тут, мы не смогли их транспортировать. Чувство будто мы остались покинутые всеми не покидало нас. Нам обещали подкрепление, но будет ли оно?
Кто я? И как оказался тут? Вопрос противоречивый и не каждый из нас сможет на него ответить. Я рожден на землях Дара, в небольшим поселение, в котором уже не был больше десяти лет, я люблю свою Родину – те кто меня знают, поверят мне: я хотел процветания земли, на которой родился. Но кем я стал? И по какой причине задаюсь этим вопросом?
Моя земля испытывала меня дважды: тогда десять лет назад, когда Дар восстал против нового режима и два года назад, когда Конфедерация вступила на землю Долины. Повсюду говорят, что мы защищаем Дар – свои территории – от агрессии конфедератов и я сам верил в это. Сколько лет мне понадобилось, чтоб я пришел к осознанию, что это Дар защищается от нас? Два года или десять лет?
Вы думаете, мы глупцы, не ведающие, кто есть свет, а кто тьма? Возможно, со стороны так и кажется. Свет слепил, а тьма утешала, а мы просто хотели жить. Война была чем – то далеким и страшным, и только в кино мы видели, как люди истекая кровью умирают на поле боя. Но теперь мы – герои этого кино.
— Мне надо тебе, кое-что сказать, — рядом сел мой товарищ.
Пока было время я отошел от лагеря и решил отдохнуть в одиночестве. Скоро перекличка и я заступаю на дежурство на северной стороне.
— Вчера Рамир притащил в лагерь раненую женщину.
— И? — я не удивился. Такое часто бывает, когда мы находимся рядом с поселениями: люди пытаются бежать и не у всех это удаётся.
— Эта женщина – одна из той группы, с которыми мы встречались вчера.
— Донесли, что все погибли
— Нет. Рамир остался и искал ее. После я нашел ее раненой, но живой.
— Искал? Зачем?
— Не знаю, я думаю, он ее знает.
— Кому, еще ты рассказывал?
Горан наш товарищ, тот с кем мы идем в бой, тот с кем мы делим кров и пищу, но доверять ему бы я не стал.
— Ты что... Только тебе. Поговори с ним, скажи, что не стоит ввязываться в эти игры. Ты же его друг – тебя он послушает.
— Где сейчас эта женщина?
— В домике на окраине, где разложили временный госпиталь. Мест и так нет, поэтому пришлось положить ее в коридоре, на полу.
Мы направились вместе в госпиталь, я решил, что надо узнать, что за женщину принес Рамир в лагерь. Я знаю его около двадцати лет - мы учились в одной школе и всегда были друзьями.
Вокруг дома, где располагался госпиталь стоял забор, прочная металлическая конструкция, вся в отверстиях от осколочных снарядов. Во дворе засохший сорняк стоял по пояс – видно хозяев здесь нет уже больше года. Стекол в окнах не было и их заделали простынями и матрасами – тем, что нашли в доме. Уже стоял март, но ночью порой доходило до мороза, а холодные ветра бросали в дрожь и днем тоже.
На крыльце сидела наша медсестра Ива – стройная молодая девушка с яркими голубыми глазами. Трудно было поверить, как у нее это получается, но не смотря на обстоятельства она выглядит так будто ей идти на праздник, а не находиться тут. Ива – волонтер, такие как она часто приезжают к нам на передовую помогать. Привозят продовольствия и все необходимое в чем мы здесь можем нуждаться. Бывают тут несколько недель и уезжают снова, некоторые возвращаться, некоторых мы больше не видим. Ива тут во второй раз она была здесь около месяца и скоро уедет, вместе с санитарной помощью.
— Как ты? Тяжелый день?
— Не тяжелее, чем обычно. Раненых слишком много, всех забрать не получится, - она имела ввиду волонтеров, которые уезжая забирали раненых.
— Заберете тяжелых, те кто сможет идти останутся. Как обычно.
— Неужели, вот это теперь «обычно» для нас? — Ива обвела рукой полукруг перед собой.
Наверное, трудно понимать, что даже такие обстоятельства становятся просто рутиной - такой же если бы ты просто вставал и шел на работу к восьми утра.
Горан улыбался Иве и пытался сделать комплемент. Вряд ли ей было интересно очередное внимание, еще одного солдата.
Я прошел внутрь здания, сказав, что проведаю знакомых.
Затхлый запах вперемешку с запахом спирта ударил в нос и даже защипало глаза. Сколько из них доживет до завтра? Несчастных, которые проводят свои последние дни тут. В коридоре никого не было и я зашел в большой зал, где на полу в притык друг к другу лежало человек пятнадцать: кто-то лежал в беспамятстве, кто-то мучался от боли. Поочередно бросая взгляд на каждого, я искал женщину. Она лежала у самого входа. Я развернулся, ее ноги были напротив меня, и я смотрел прямо в лицо.
Не знаю сколько я простоял так, пока меня не окликнули.
— Что скажешь? — Горан подошел и стал рядом.
Были ли у меня секреты, о которых не кому не стоит знать? О да. Были ли мне важны последствия, с которыми я мог столкнуться? Нет. Когда ты находишься там, где твоя жизнь — это расходный материал, мало что имеет значение. Но, если теперь последствие — это жизнь другого человека? Которого ты когда – то знал
— Не лезь не в свое дело. Храни эту тайну так же, как и мы храним твою.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.