50 великих книг о воспитании

Ян Амос Коменский

Великая дидактика

(1633–1638)

«…всем, рожденным людьми, безусловно необходимо воспитание для того, чтобы они были людьми, а не дикими животными, не бессмысленными зверями, не неподвижными чурбанами. Отсюда следует и то, что каждый настолько превосходит других, насколько он более других упражнялся».

Приблизить жизнь к идеалу можно только при условии широчайшего распространения образования, а для этого необходима упорядоченность во всем.

То, что привнес в педагогику Ян Амос Коменский, для XVII века было удивительным новаторством, по сути – прорывом в будущее. А ныне это основа основ школьного обучения, настолько привычная, что остается только удивляться: оказывается, так было не всегда.

Мировая педагогика обязана Коменскому той классно-урочной системой, которая с изменениями, но в узнаваемом виде существует и сегодня. Коменский впервые четко указал на взаимосвязь двух главных компонентов образования: обучая – воспитываю, воспитывая – обучаю. В плане методики он требовал естественности, предвосхищая идеи педагогов-гуманистов ближайшего и даже весьма отдаленного будущего. А его мысли о том, что обучение надо начинать как можно раньше, были подхвачены и по-новому воплощены педагогами конца XX века.

Он же выделил ступени образования. Сейчас, разумеется, они иные и в разных странах мира имеют свою специфику, но сам принцип преемственности и усложнения остался неизменным.

Изначально педагог назвал свой труд скромно и обыденно – «Дидактика». Всего лишь теория образования, комплекс взаимосвязанных закономерностей обучения. Но уже при переводе на латынь – в тот период международный язык науки – книга получила название «Великая дидактика». И это, как видно из сказанного выше, не просто громкие слова – это адекватная оценка значимости произведения в настоящем и будущем.

«ЛЕГКИЙ И ВЕРНЫЙ ПУТЬ». Коменский сразу же ориентирует читателей на результат: следуя этим рекомендациям, можно будет добиться успеха на практике. Кроме того, он говорит о том, что предлагает «универсальное искусство всех учить всему».

Ну а главным, как и полагается в гуманистической педагогике, является человек. Коменский уверяет, что два превосходнейших творения – это рай и человек. Причем земной рай – рай церкви на земле – может быть достигнут через правильное воспитание юношества.

Как и полагается гуманисту, Коменский говорит о том, что и взрослые должны учиться у детей, на их примере. Ребенок еще не знает зла, не знает дурных манер, он прост и естественен, а вот плохо воспитанного взрослого человека перевоспитывать очень сложно. Если же удастся сразу же воспитать человека должным образом, это пойдет на благо и ему в дальнейшей жизни, и обществу. Именно образование, утверждает педагог, делает человека человеком.

Нужно избирать кратчайший и легчайший для обучаемого путь получения знаний. Он, как считает педагог, пролегает через самопознание и познание своей цели. Иными словами, процесс получения знаний приобретает четкую направленность – это уже не накопление неких объемов информации, как было принято в те времена, а ее отбор в соответствии с задачами.

СЛЕДУЯ ЗА ПРИРОДОЙ. Способность к познанию – природная способность человека. Впечатления воспринимаются, запоминаются, обрабатываются мозгом; фактически Коменский говорит о физиологических основах обучения, о тех механизмах, без знания которых педагог не сможет осуществлять целенаправленную деятельность. Ведь именно отсюда вытекают принципы наглядности, постижения через опыт и т. п.

Средневековый педагог, доказывая, что подлинно человеком можно стать только в обществе, пользуется тем же примером, к которому много лет спустя прибегнет для доказательства феноменальных способностей маленького ребенка японский новатор Масару Ибука. Оба говорят о том, что дети, похищенные дикими животными, по возможностям своего разума не слишком возвышаются над таковыми.

Следовательно, образование следует начинать как можно раньше. Основаниями для этого являются открытость сознания ребенка (знания записываются на чистой доске – этот образ в «Великой дидактике» повторяется не раз) и тот неоспоримый факт, что базовое образование станет основой для дальнейшего развития человека в течение всей жизни.

Удивительно, но педагог-гуманист вплотную подошел и к актуальному поныне вопросу о социализации детей, не обладающих должным уровнем развития интеллекта. Он категорически утверждает: им тоже необходимо воспитание и обучение. Но еще более, продолжает Коменский, оно необходимо людям даровитым, чтобы их требующий познания ум не занялся чем-то пустым или пагубным.

Теперь учеба направлена на получение конкретной, необходимой информации, а не на ее общее количество.

В обществе, подчиненном жесткой иерархии, в условиях, когда низы были фактически отлучены от образования, педагог-гуманист берет на себя смелость говорить о том, что потребность в образовании в равной степени есть и у правителей, и у слуг, и у богатых, и у бедных. Причем напрямую связывает уровень и качество образования со стабильностью государства. Кроме того, он говорит о том, что образование должны получать лица обоего пола, и обосновывает это не чем-нибудь, а равенством от Бога. Помимо того, он снова обращается к природному, естественному положению вещей: солнце светит всем равно, так почему же свет образования – только для избранных?

Поистине – взгляд в будущее!

Значительно опережая время, Коменский отрицает доминирующее значение наследственности. Куда важнее наклонности и прилежание. Это, подчеркивает автор, не пойдет во вред сложившимся устоям – совсем наоборот, образованные люди будут куда полезнее для общества.

ЧЕМУ И КАК УЧИТЬ? Говоря об универсальности образования, Коменский подразумевает тот изначальный уровень знаний, который должны получить все люди. Он призывает не путать универсальность с неразборчивостью. И науки (как мы сейчас сказали бы – дисциплины), и книги следует выбирать тщательно и обоснованно, при этом не забывая, что человек не может одинаково хорошо уметь все.

Тем не менее в школе ребенку предстоит изучать самые разные науки. Чтобы обучение было успешным, следует самую суть каждой науки изложить в кратких и точных правилах, подкрепленных примерами их применения. Достаточно ныне взять в руки любой школьный учебник – современный или тот, по которому учились наши мамы и даже бабушки, чтобы увидеть: именно на этой методической основе он и создан. В полной мере воплощена в жизнь и идея Коменского об унификации учебной литературы.

Нужно помнить, говорит Коменский, и об особенностях возраста: для изучения следует предлагать только то, что ребенок сейчас в состоянии усвоить; образование – путь от более простого к более сложному, от реальных (основанных на практике) учебных предметов к формальным (требующим развитого абстрактного мышления). Посильность способствует интересу, способствует ненасильственному усвоению знаний; а педагог-гуманист, как мы помним, был категорически против насилия при обучении и воспитании.

Коменский вообще много говорит о необходимости порядка, иными словами – об организации педагогического процесса. Это не только пресловутая постепенность, но и наличие программ по всему курсу обучения (особо автор останавливается на том, чтобы дети получали непротиворечивую информацию), и определение для каждого занятия своего времени, к которому должны быть подготовлены необходимые книги и пособия.

Один предмет – один учитель. Этот принцип Коменского ныне в полной мере реализован в учебных заведениях разного уровня по всему миру.

Труд должен чередоваться с отдыхом, а объяснение материала – с закреплением, это мы тоже хорошо знаем по нашему собственному школьному опыту. Наилучшему усвоению материала способствует обращение не к одному, а сразу к нескольким органам чувств: не только слышу, но и вижу, не только вижу, но и могу дотронуться.

Мало научить – школа должна еще и воспитать. Причем нравственность и благочестие Коменский ставит выше научных знаний. И здесь педагог, соблюдая изначально провозглашенный принцип упорядоченности, дает четкий перечень добродетелей, которые следует привить юношеству. На первое место он ставит то, что называет «кардинальными добродетелями»: мудрость, умеренность, мужество и справедливость.

Труд должен чередоваться с отдыхом, а объяснение материала – с закреплением. Для наилучшего усвоения материала необходимо не только услышать информацию, но и увидеть, и почувствовать физически.

В формировании добродетелей важнейшую роль играет пример старших. В отличие от многих последующих гуманистов, отрицательно относившихся к наставлениям и беседам, Коменский полагал, что личный пример должен сопровождаться пояснениями.

Еще одна важная составляющая нравственного воспитания – дисциплина. Коменский полагает, что строить ее надо на уважении, а не на побоях, а наказание имеет смысл лишь тогда, когда ученик осознает, за что его наказывают. Строгость наказания должна быть пропорциональна тяжести проступка – и здесь нужно следовать четко установленному порядку.

Квинтэссенцией «Великой дидактики» можно считать мысль Коменского о том, что искусство обучения должно пройти такой же путь от несовершенства к совершенству, как книга – от переписывания вручную до издания типографским способом.

Мечта великого педагога-гуманиста сбылась – каждый из нас имеет возможность убедиться в этом воочию.

Ян Амос Коменский, именуемый «отцом педагогики», родился 28 марта 1592 года в Моравии. Рано потерял родителей. Учился в латинской школе города Пржерова, затем в Херборнской академии и в Гейдельбергском университете. Еще в студенческие годы занялся составлением своего рода энциклопедии под названием «Театр всех вещей» и словаря «Сокровищница чешского языка».

С 1614 года учительствовал – и снова много учился и писал. Его перу принадлежит книга «Моравские древности». Он же составил подробную карту Моравии.

Но главным его трудом, разумеется, является «Великая дидактика». Ей сопутствовали несколько созданных им учебников: «Открытая дверь к языкам», «Астрономия», «Физика», а также первое в истории руководство для семейного воспитания «Материнская школа».

Преподавая в Трансильвании, опробовал ряд своих идей на практике. Там же, в Венгрии, появился первый иллюстрированный учебник великого педагога – «Мир чувственных вещей в картинках».

Дальнейшая его жизнь связана с Амстердамом. Там ученый продолжает работу над капитальным трудом «Всеобщий совет об исправлении дел человеческих», в котором описаны его планы по переустройству общества.

Скончался 15 ноября 1670 года в Голландии.

Иоганн Гербарт

Общая педагогика, выведенная из целей воспитания

(1806)

«Самое большее, что может сделать человечество в каждый момент своего существования, – это представить возрастающему поколению весь подведенный итог своих предыдущих опытов, в форме ли обучения или в форме предостережения».

Задача воспитывающего обучения состоит в том, чтобы нравственно развить ребенка, приобщить его к дисциплине, к культурному опыту человечества, без чего невозможна дальнейшая жизнь человека в обществе.

Как, наверное, все гуманисты и все систематизаторы педагогических методик, Иоганн Гербарт, немецкий философ, психолог и один из основателей научной педагогики, говорил о всестороннем развитии человека в процессе образования. В итоге педагогических манипуляций должен был, по его мнению, сформироваться полезный для общества и государства человек с четкими нравственными принципами.

Иными словами, знания в концепции Гербарта не являются самоцелью. Более того, именно благодаря ему в педагогике появилось такое понятие, как воспитывающее обучение. Обучая, воспитываю – этот принцип до сих пор развивают лучшие педагоги в разных странах мира.

Однако Иоганна Гербарта относят к педагогам-гуманистам с большой долей условности. Для него больший интерес представлял мыслитель, а не деятель, в связи с чем трудовое воспитание, живо интересовавшее многих гуманистов, он не рассматривал. Его подход менее прагматичен, польза связывается не с формированием у ребенка стремления к производительной деятельности, а с будущим моральным обликом входящего во взрослую жизнь человека.

Признавая безусловную ценность индивидуальности, выше ее природных склонностей он ставил дисциплину. Говоря о сознательной дисциплине, немало внимания уделял тому, что назвал «управлением», т. е. способам воздействия на ребенка с целью привить ему представления о порядке. В отличие от тех, кого мы уверенно именуем гуманистами, Гербарт признавал даже необходимость телесных наказаний, но в качестве крайней меры, без последствий для здоровья ребенка и без значительного унижения его достоинства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.