Рейварская невеста. Эрлин

Предисловие

Дорогой читатель!

Вы открываете финальную часть трилогии о Кассандре и ее Зане. Этот путь был долгим – данные книги лежали у меня в столе недописанными больше шести лет, и я испытываю огромное волнение, подводя историю к ее логическому завершению. Создание этой серии стало для меня настоящим путешествием, и я безмерно рада, что вы прошли его вместе со мной.

Готовясь к написанию, я черпала вдохновение в удивительной, многогранной культуре Индии. Ее краски, ароматы, философия и глубокая духовность настолько очаровали меня, что естественным образом стали неотъемлемой частью мира моих героев. Если вы были со мной с самого начала, то, возможно, уже заметили эти отголоски на страницах предыдущих частей.

Особенное место в моем сердце занимает государство демонов – Рейвар. Оно стало тем пространством, куда я позволила себе перенести все самое прекрасное, чем меня восхищает Индия: от изысканной красоты тканей и ювелирного искусства до трогательных обрядов и, конечно, ароматной кухни. В этой, завершающей, книге я продолжу делиться с вами тем, что вдохновляет меня, надеясь передать ту магию, которая когда-то заставила мое сердце биться чаще.

Мне будет невероятно ценно узнать ваше мнение. Я с большим интересом и трепетом жду обратной связи о том, как вам показались эти культурные отсылки и вплетение традиций в ткань повествования. Отдельно мне хочется сказать пару слов об обложке: ее дизайн вдохновлен величественным Тадж-Махалом — символом вечной любви, который, как и моя история, стремится воспеть это чувство.

Спасибо, что остаетесь со мной. Приятного чтения!

Пролог

Насыщено-красные знамена Рейвара развивались на ветру. Ярко-голубая вышивка в виде цветка юнайса и птички райрин колыхалась, создавая эффект ожившей картинки. Но никто не смотрел на это великолепие: все взгляды были устремлены вперед, туда, где эрхан Зантариз собирался разрушить защитный полог на границе с Инастом.

Они готовились к этому дню несколько недель. Проговаривали, взвешивали, оценивали. Спорили до хрипоты с магистрами из столичного университета, с Кастэ, с Кассандрой. Особенно – с последней, ведь она так и не оставила идеи стоять рядом с Заном, чтобы помогать или защищать в случае необходимости.

Переубедить ее не удалось, и теперь эрхан смотрел, как его эрлин плотнее куталась в камзол, куда была вшита целая дюжина защитных заклинаний – это было единственное, на что Касс согласилась, но далеко не все, о чем Зантариз ей рассказал.

В вопросах защиты своей райрин он был немного сумасшедшим, и никто не мог его в этом обвинить.

— Ты все еще можешь отказаться, — сжав тонкую ладошку, произнес демон, прекрасно зная, что получит в ответ.

— Даже не надейся!

Его прекрасная райрин сильнее поджимала губы, сияя яркими голубыми глазами. Упрямая. Порой – невозможная. Но никакой иной женщины рядом с собой Зантариз никогда не захотел бы видеть.

Вероятно, этот момент принятия Кассандра уловила: напряжение ушло из ее тело, а лицо озарила нежная улыбка.

— Все будет хорошо, — ее правая рука взметнулась вверх, чтобы прижаться к щеке Зана, обнимая и лаская, порождая этим сразу сотни совершенно лишних сейчас желаний: схватить, присвоить, унести куда-то очень далеко. Бороться с ними каждый день – самая сладкая пытка в жизни эрхана. — Мы все предусмотрели. Все просчитали, ты же знаешь. Тебе не о чем волноваться!

Зан осторожно обхватил пальцами девичье запястье, чтобы потянуть руку ниже и поцеловать в центр ладони. Касаться райрин – потребность, от которой никуда не деться.

— Я всегда буду волноваться о тебе.

За их спинами тянулась вереница молчаливых лиц – солдат, магистров, демонов из личного отряда эрхана. Нескольких людей пустили сюда только потому, что без их свидетельства Инаст потом сочтет происходящее выдумкой дворцовых летописцев. Пять лет назад на этом рубеже не праздновали ни победу, ни мир: здесь вплели в землю и небо полог – завесу из чистой магии, разделявшую два королевства так же неумолимо, как многолетняя вражда. Теперь то, что в Инасте называли «защитой», а в Рейваре – «убийцей», собирались разрушить не клинком, а расчетом, в котором Кассандра оставила крошечные клочки собственной души, вложив их в разложенные вокруг артефакты.

Она потянула край камзола, проверяя, не перекрестились ли серебристые нити защиты, навязанной мужем. Схему она знала наизусть: где находились накопители, какой импульс примет нить в руках Зантариза, как противофаза разрушит плетение. Знала – и все равно прогоняла в уме каждый шаг.

— Готовы? — громко спросил Кастэ.

Он, как и остальные магистры-демоны, находился на достаточном удалении и от границы, и от эрхана с эрлин: за возможной областью поражения, которую удалось рассчитать весьма примерно. И все же лучше там, чтобы Кассандра могла не волноваться хотя бы за своего учителя.

— Давно, — ответил Зантариз, не отрывая взгляда от Касс. — Но лучше перепроверить еще раз.

Мраморные колонны, возведенные совсем недавно, озарились блеском магических импульсов. Замурованные в каменные держатели накопители – тускло-синие, ярко-зеленые и мутно-красные – ответили тихим гулом, сообщая о своей готовности немедленно отдать массы вложенной в них магической силы.

Кассандра сглотнула. В аудиториях университета она ломала модели без последствий; сегодня последствием станет сам горизонт.

Эрхан поднял руку, и на площадку опустилась такая тишина, словно все присутствующие вмиг испарились. В нескольких шагах впереди затрепыхалась завеса: словно знала, что сейчас ее не станет, и напоследок упрямо сопротивлялась, напоминая о себе красивыми, но опасными радужными переливами.

— Если отдача окажется сильнее расчетной, — прошептала Касс, наклоняясь ближе, — остановись. Накопители справятся. Твое геройство будет излишним.

Зан усмехнулся без радости.

— Если так, обещай мне открыть портал и скрыться во дворце раньше, чем я начну геройствовать.

Они оба знали, насколько невыполнимы подобные обещания, поэтому оба промолчали.

Кассандра сжала ладонь мужа в последний раз – коротко, как удар сердца, – и отступила за рунический круг. Не потому что хотела. Потому что так требовала схема, и спорить с собственными расчетами Кассандра не собиралась, даже если сердце требовало обратного.

Эрхан шагнул вперед. Родовая печать на его коже вспыхнула синим, словно второе знамя рядом с красными полотнищами Рейвара. Нить потянулась из его пальцев – толстая, неумолимая, смертельная. Накопители ответили единым вздохом; где-то в глубине колонн что-то щелкнуло, как взведенный арбалет.

Кассандра считала про себя, не отрывая глаз от Зана: три… два… И в ту же секунду, когда нить коснулась невидимого полога, земля под ее ногами едва заметно дрогнула.

Не от страха. От того, что мир, столько лет державшийся на искусственной границе, наконец-то сдвинулся к цельности – и в этом сдвиге было столько же надежды, сколько и риска.

Зантариз не оглянулся. Ему не нужно было видеть Касс, чтобы чувствовать ее присутствие – как якорь, как обещание, как причина, по которой магическая преграда обязана была пасть немедленно, а не стоять годами, разъедая чужие судьбы тишиной между государствами.

Демон обещал своей райрин, что уничтожит все границы между ними. Он собирался исполнить это обещание.

И словно в страхе от его решимости полог вздрогнул.

Глава 1

— Эрлин, прошу вас, проснитесь, — тихий голос и робкое касание к плечу выдернули Кассандру из сна. Наверное, ей снилось что-то невероятно прекрасное, раз даже после пробуждения хотелось улыбаться.

Или виной аромат имбиря и кардамона, которым пропиталось все вокруг, даже сама Касс?

Весь вечер и всю ночь они провели вдвоем с Заном. Разговаривали, целовались, мяли простыни на постели. Ужинали. Демон расспрашивал Кассандру о ее жизни после потери памяти, и пусть девушка думала, что рассказывать ей особо не чего, но оказалась, что несколько часов только она и говорила. А в итоге разговор все же свернул на тему возвращения воспоминаний.

— Я могу тебе их вернуть, — словно между прочим заявил Зан, перебирая волосы Кассандры.

Они расположились на балконной кушетке. Кассандра вновь заворачивалась в простынь, а Зантариз вовсе не стал одеваться, аргументируя тем, что все равно придется избавляться от одежды. Так и пришлось укрывать его собой и краем покрывала.

— Есть обряд, — продолжал демон, — он подстегнет память. Можем провести его завтра. Если ты не передумала.

Его слова заставил Касс задуматься, но лишь для того, чтобы понять: она уже приняла решение и не сомневалась в нем.

— Я не хочу ничего возвращать, — призналась райрин и обернулась к демону. — В библиотеке я вспомнила, как ты водил меня туда в первый раз. Когда ты нес меня по коридорам, я помнила, что раньше ты делал так часто. И если воспоминания могут прийти сами, зачем возвращать их силой?

Зантариз пожал плечами.

— Блока на твоей памяти нет, поэтому да, со временем она восстановится. Но на это могут уйти как дни, так и годы. Ты точно уверена?

Кассандра улыбнулась, видя неподдельную заботу в ответном взгляде.

— Да, — оставив быстрый поцелуй на любимых губах, она снова отстранилась. — Не хочу цепляться за старые воспоминания. Хочу запоминать новые.

Вероятно, ее уверенность смогла убедить Зана, раз он так широко улыбнулся.

— Думаю, с этим я могу помочь.

И начал прямо там, на кушетке. Продолжил уже внутри, и, кажется, в покоях просто не осталось места, где бы Зантариз не доказал свою любовь. Это заставляло Кассандру смущенно краснеть, пока Жазе отбрасывала одеяло в сторону и протягивала девушке халат.

Увы, Зана не было, и это немного печалило Кассандру. Но она верила, что обязательно увидит его позже, и это заставляло улыбаться с новой силой.

— У нас очень много дел, эрлин, — внезапно поторопила Жазе. — Эрхан просил не задерживаться.

— О чем ты? — уточнила Касс, но демоница лишь загадочно улыбнулась и смущенно добавила:

— Приказано не говорить, эрлин.

Непонимание лишь усилилось, когда в комнату проскользнуло еще две служанки, и теперь они втроем провожали госпожу в ванную. Там вдоль бортика уже были разложены полотенца, стояли в ряд пузырьки с маслами, благовониями и чем-то еще.

Только одетый халат с Касс стащили, попросив опуститься в воду. Теплая ванна была на самом деле приятной деталью, и Кассандра ощутила, как все мышцы расслабляются. Все же их вчерашние игры с Заном не прошли бесследно.

Девушки либо знали об этом, либо догадывались, либо получили такой приказ от эрхана, но кроме теплой ванны с травами Касс получила еще и массаж, после которого райрин действительно почувствовала себя способной двигаться туда, куда служанки ей укажут.

На столе Кассандру ждал легкий завтрак, а после того, как райрин немного подкрепилась, демоницы закружились вокруг нее с новой силой.

Пока Жазе высушивала волосы и укладывала их в прическу, две другие девушки занимались руками Кассандры. Эрлин не сразу заметила, что после крема ей на пальцы начали наносить какую-то краску. Нет, никто не закрашивал ее руку в какой-то цвет, но разрисовывал, выписывая удивительные по своей красоте цветы.

— Что это? — все же поинтересовалась Касс, завороженно глядя, как уверенно девушки оставляли все новые и новые рисунки.

— Мехенди, эрлин, — произнесла одна из них, не поднимая глаз. — Украшение невесты.

— Что? — не поверила Кассандра.

— Молчать! — шикнула на демониц Жазе, и те действительно больше не проронили ни слова, а от своей постоянной служанки Касс так и не смогла добиться пояснений.

— Приказ эрхана, эрлин, — вот и все, что Жазе отвечала на любой из вопросов Кассандры. По итогу девушке пришлось смириться и просто расслабиться.

Когда с прической и руками было покончено, девушки приступили к росписи ног. А Кассандра во все глаза смотрела на свои руки, не понимая, как служанкам удалось воплотить такую красоту. Из маленьких точек и тонких линий рисунок складывался в восхитительный узор из цветочных орнаментов. Он тянулся от кончиков пальцев и заканчивался лишь у локтя. А изображение птицы и юнайса на правой руке Кассандры вписывалось в него так, будто рисовалось одновременно со всем остальным. Единственная разница – родовая печать была серебристой, а мехенди – темно-коричневого цвета.

Пока такая же красота появлялась на ногах Касс, Жазе накладывала макияж. В какой-то момент служанки запели, и это была очень красивая песня, слов которых Кассандра не смогла понять, как и не пыталась.

— На каком это языке? — спросила она у Жазе, когда мелодия смолкла.

— Это язык наших предков, — призналась девушка, склонив голову на бок. Она рассматривала результат своих рук и вносила коррективы. — Он используется только для обрядов и не сохранился ни в каком другом виде, кроме песнопений.

После этого приготовления к чему-то неизвестному продолжились. Когда и макияж, и рисунки были готовы, Жазе подхватила маленький мешочек и, зачерпнув оттуда порошка, выдохнула последний на Кассандру.

Мехенди тут же впиталось в кожу, делая узор не таким ярким, но все еще выделяющимся на светлой коже. Теперь цвет узоров полностью совпадал с цветом родовой печати.

— Это чтобы не смазать рисунок, — без вопроса пояснила Жазе с улыбкой, а потом кивнула головой двум другим служанкам.

Те мгновенно скрылись за дверью, однако вернулись даже раньше, чем Кассандра успела до половины допить свой чай. Одна из демониц несла в руках невысокие коробки, но их было так много, что девушка едва переставляла ноги под их тяжестью. Вторая же бережно держала наряд – красный с золотом, и теперь аккуратно раскладывала его на постели.

— Сари, эрлин, — улыбнулась Жазе, видя интерес в глазах госпожи.

— В этот раз у меня нет выбора? — поинтересовалась Кассандра. Она помнила, что такое сари – короткая кофточка и длинный отрез ткани, и все еще не представляла себя в этом одеянии.

— Вам понравится, поверьте, — уверенно заявила служанка и принялась одевать госпожу.

Вопреки опасениям Кассандры, нижняя юбка у сари все же была. Узкая, тонкая, но непрозрачная и длинная. Однотонная, в отличие от остальной части наряда, украшенной богатой золотистой вышивкой. В сочетании с кофточкой – чоли – она выглядела очень нелепо.

Но переживала об этом Касс зря, ведь дальше настал черед того самого отреза, который лежал на кровати. Девушки проворно обернули его вокруг бедер Кассандры, заправив за ту самую неказистую юбку, а другой конец перебросили через плечо. Еще несколько минут демоницы кружили вокруг, драпируя и закалывая оставшуюся ткань, но результата их трудов Касс так и не смогла увидеть – проворная Жазе закрыла зеркало простыней.

— Еще рано, эрлин, — безапелляционно заявила она и начала раскрывать коробки, оставленные на столе.

В них нашлось столько украшений, сколько Кассандра за всю свою жизнь не видела. Там были и браслеты, и кольца, и ожерелья. И еще куча всего, чему девушка не знала даже названия.

— И это все мне? — только и смогла произнести Касс, поражаясь разнообразию и блеску драгоценных камней.

Жазе не ответила – лишь улыбнулась и принялась за работу.

Глава 2

Сначала служанки украсили собранные на затылке волосы Кассандры. Вместо тики в этот раз был шрингарпатти с широкой пластиной на лбу. Вслед за ним служанки вставили в уши девушки карн пхул – массивные серьги с колокольчиками на концах.

На руках оказались уже знакомые чури – их было так много, что Кассандра с трудом могла сосчитать. И они тихо звенели при каждом движении, но звук был очень приятным.

Рядом с кольцом Зантариза расположилось еще одно, золотое, широкое, с удивительным плетением. А на другой руке оказалось иное украшение – арси. Оно больше похоже было на маленькое зеркальце, чем на кольцо, но рассмотреть в него особо ничего было нельзя.

Шею украсили широкими бусами, которые Жазе назвала «хаара». Они укрывали почти половину груди и, как и другие украшение, тихо позвякивали.

— А это – бааджюбанд, — проговорила одна из служанок, закрепляя на предплечье Касс иной браслет с растительным узором. — От сглаза.

Кассандра очень хотела его осмотреть, но в этот момент девушки усадили ее и принялись украшать ноги.

Паял на каждую ногу, но уже из серебра. Маленькие колечки – по два – на пальчики. Кассандра с трудом могла запоминать, что и для чего на нее одевается, а служанки, почувствовав ее интерес, наперебой рассказывали о каждом из украшений.

И когда райрин уже готова была попросить, чтобы все замолчали и оставили ее в покое, девушки от нее отошли.

— Вы готовы, эрлин, — с восторженной улыбкой сообщила Жазе. — Хотите посмотреть?

Любопытство толкнуло Касс к зеркалу, и стоило ей остановиться перед ним, как служанка сдернула покрывало.

Кассандра забыла, как дышать.

Девушкой в отражении была она и не она вовсе. Подведенные глаза, золотые украшения, алая ткань. Так торжественно могла выглядеть королева, но никак не Кассандра.

И все же она не могла сказать, что увиденное ей не нравилось. Да, непривычно, но как же красиво! Касс самой себе казалась нежным цветком, дорогим сокровищем. Даром, вот только кому?

— Вчера вы спрашивали о брачном обряде, — вдруг заговорила Жазе. Она стояла чуть в стороне, давая Кассандре изучить себя, не отвлекаясь на кого-то еще. — Вот так выглядят наши невесты.

Касс резко обернулась, отчего все украшения на ее теле запели. Невероятно красивая мелодия получилась.

— Почему вы называете меня невестой?

Если уж на то пошло, она должна быть женой! Но служанки лишь улыбались и опускали глаза, не произнося ни слова.

— Хотите увидеть эрхана? — применила запрещенный прием Жазе, а у Касс вновь закончился воздух в легких. — Он вас ждет.

Ей хотелось видеть Зана с самого своего пробуждения, но за всеми таинственными приготовлениями желание отошло на задний план. А сейчас это уже не желание было – потребность. Ведь если Кассандре так понравился ее внешний вид, что скажет он?

Ноги сами шагнули к двери, не замечая отсутствия обуви или холода камня, но перед тем, как Касс ступила за порог, Жазе все же посыпала их каким-то другим порошком.

— Чтобы не замерзли, — пояснила она и распахнула двери.

Увы, Зантариза там не оказалось. Зато был магистр Кастэ.

— Кассандра, — магистр шагнул вперед. Его голубые глаза были широко распахнуты, а на губах горела улыбка. — Вы восхитительны!

— Спасибо, магистр, — чуть смущенно ответила Касс.

— Знаете, по рейварским традициям провожать вас должны были ваши родственники, — сделав еще шаг, Кастэ замер, не сводя глаз с девушки. — Но я был бы безмерно рад, если бы эта честь выпала мне.

Кассандра не понимала ровным счетом ничего. Невеста, традиции, родственник. И Кастэ, который так взволнован, словно она хоть раз ему в чем-то отказала!

— Магистр, я не понимаю, что происходит, — честно призналась Касс, вызывая на лице наставника робкую улыбку.

— О, ваш райрин взял с меня слово молчать, — он тихо усмехнулся и протянул руку. — Но, уверяю, он делает это ради вас, моя дорогая.

Наверное, Кассандра должна была возмутиться и потребовать объяснений, но возмущения не было. Было лишь ожидание чуда и безграничное счастье, которое еще со вчера не отпускало девушку. Поэтому она лишь выдыхала и принимала руку магистра, увлекаемая им по веренице коридоров, на которые указывали служанки.

Тихий перезвон сопровождал каждый шаг Кассандры, наполняя ее душу еще большим предвкушением. Она словно попала в сказку, где сбываются все мечты. Чудесный белоснежный дворец, удивительные создания рядом, восхитительные наряды. Волшебный сад, в котором они внезапно оказались.

Нет, это все же была оранжерея. Здесь не было ветра, а вместо неба – лишь стеклянный полоток. И невероятное количество разнообразных растений, не говоря уже о цветах, которые цвели на каждом шагу. Шакрайны тут тоже были, а юнайс рос точно по обе стороны от тропинки, по которой Кастэ провожал Кассандру.

Голубые бутоны с кроваво-красной серединкой распускались, когда Касс шла мимо них. Магистр улыбался, подводя девушку к повороту, но, прежде чем свернуть, он чуть придерживал Касс, вынуждая остановиться.

— Кассандра, — взгляд Кастэ горел чувствами, которые находили отражение и в его словах. — Будьте счастливы. Вопреки всему и всем, просто будьте. Вы этого заслуживаете, как никто другой.

От искренности и любви, исходящих от этого старика, на глазах Касс навернулись слезы. Она всегда относилась к магистру как ко второму отцу, но любила гораздо больше графа Райтингем. Ей важно было слышать именно от него эти слова и именно в этот момент, когда один шаг отделял ее от совершенно иной жизни.

Касс смогла лишь кивнуть, не в силах произнести ни слова от переполняющих эмоций. Но Кастэ хватило и этого: он улыбнулся, кивнул, и этот последний шаг они сделали вместе.

Глава 3

Слева и справа от прохода стояли демоны – много демонов. Мужчины, женщины. Среди них выделялся Дартариз, да и то лишь потому, что стоял на ступеньку выше всех. Но даже его Кассандра не замечала, уделяя все свое внимание лишь одному.

Зантариз выглядел удивительно. Длинный белый сюртук, украшенный неяркой красной вышивкой. Темно-алые шаровары, очень подходящие по цвету к волосам Зана, собранным в высокий хвост. Того же цвета длинный узкий платок, перекинутый через плечо.

И горящий восхищением взгляд.

Как Кассандра не видела никого, кроме него, так и Зан замечал только ее. Такую волшебную, такую удивительную, такую красивую, что дыхание срывалось, а сердце замирало. Босая, беззащитная, хрупкая. Хотелось рвануть к ней, сжать в объятиях и защитить от целого мира. Зан почти поддался этому желанию, если бы не тихий голос впереди стоящего брата:

— Не порть девочке праздник.

И он покорно стоял, считая ее шаги. Потому что она достойна была этого праздника, потому что ради нее Зантариз это все и затеял с безграничным одобрением Дара. Тот, казалось, был счастлив едва ли не больше, чем сам жених.

У возвышения Кастэ остановился и отпустил руку Касс, несильно сжав ее пальцы напоследок, а после передал ее ладошку спустившемуся Дартаризу.

— Эрлин, — владыка склонил голову перед Кассандрой, но она на это не отреагировала, жадно рассматривая стоявшего выше Зана. — Я безгранично благодарен вам за этот день.

— М? — очень некультурно ответила Касс, опуская взгляд на Дара. Она совсем не услышала его слов.

К счастью, владыка понимающе улыбнулся и обернулся.

— Твоя райрин, брат, — и Дартариз протянул ладошку Касс, лежащую в его руке, Зану.

Это прикосновение разделило жизнь на «до» и «после». Все, что было до, становилось неважным. Все, что будет после – самым желанным на свете. Эта рука, этот взгляд, это чувство в глазах, одно на двоих. Биение сердец. Кассандра слышала только это, а разговоры гостей, тихая музыка и бубнеж жреца проходили словно мимо нее.

— Ты наконец объяснишь, что происходит? — прошептала Касс, когда и вторая ее рука оказалась в ладони Зана.

— Я сам лишил себя возможности сделать тебе предложение по всем правилам, когда подарил родовую печать, — также тихо ответил Зантариз, заставляя Касс понять: звук его голоса – лучшая музыка на свете. — Ты лишила меня возможности надеть тебе кольцо на палец. Но я никому не позволю лишить нас настоящей свадьбы, потому что я всегда мечтал увидеть тебя здесь, такой. И тебе обещал, что у тебя все это будет.

Кассандра поняла, о чем он, но не из-за подсмотренной сцены в библиотеке, а из-за собственного воспоминания о том же, всплывшего из памяти. Зан, прижимающий ее к себе. Его печать, приковывающая взгляд. И тихое: «Будет, когда подрастешь. И поцелуи, и не только поцелуи», произнесенное самым любимым голосом.

Не обманул.

— Так это все ради меня?

Зан сжал ее руки сильнее.

— Все, что я делаю, только для тебя, райрин.

В этот момент Кассандре хотелось, чтобы Зантариз ее поцеловал, но вместо этого он потянулся к чаше, поданной жрецом, и зачерпнул оттуда какой-то красный порошок.

— Принимаю тебя, как свою жену, — проговорил демон, окрашивая пробор на голове Касс.

После этого Зан опустил большой палец в другую чашу и оставил на лбу Касс красный след.

— Бинди – знак того, что теперь о тебе есть кому позаботиться.

Кассандра чувствовала, что для Зантариза все эти символы имели большое значение, и радовалась вместе с ним, когда он так счастливо улыбался. Жаль, что она знала так мало о традициях демонов и Рейвара. Но она обязательно всему научится!

— … и заботьтесь друг о друге так же, как сегодня, до конца своих дней! — раздался рядом голос жреца, и тот склонился, протягивая вперед поднос с какими-то сладостями. Зантариз отломил маленький кусочек и взглядом предложил Касс сделать то же самое.