Приключения славянки. Сила веры

Конечно, вдруг осенило меня! Она знает, что ждёт нас в будущем, тогда зачем всё это?

«Вейся, вейся, кудель,

На Макошин день!

Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!

Лён да полотно —

Матушкино добро.

Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!

Беленым холстом

Тебе поднесём20…»

Я вздрогнула и перевела взгляд на старушку. Та монотонно раскачиваясь, пела старую, как мир, песню, восхваляя любимую богиню.

«Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!

Честно деревце

Кругом обовьём.

Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!

Кругом обовьём,

Молоком польём…»

Сердце сжалось от простых, знакомых слов. Каждая девочка, девушка, женщина знает эти строки. Эти слова связывали одно поколение с другим – предыдущее с последующим. И так происходило многие-многие лета́. Знали и пели эти слова и люди и боги, и старики и дети. Красивый напевный голос старушки уносил меня далеко-далеко, в начало времён. Что-то приходит в этот мир и уходит из него. А что-то остаётся навечно. Это вечное передаётся с молоком матери, оно бежит по нашим венам вместе с кровью, оно поддерживает нас в трудную пору, стоит только напеть знакомые слова…

А кудель всё крутилась, крутилась, крутилась. У нас общая судьба – у богов и людей. Мы неразрывны, как крепкая льняная нить. Мы как корни одного дерева, что передают свою силу и знания ветвям и листьям. Мы – это сотни деревьев, тысячи. Мы – это лес. Нас не истребить одним ударом топора. Наш род неистребим. И если даже придёт другая вера, мы останемся жить. Даже если срубить дерево, через время, оно пустит новый росток, ибо корни так просто не уничтожить. Так и память о нас не уничтожить, она останется жить: в песнях, сказаниях, символах, что вырезаны на прялках. В сердцах людей.

«Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!

Молоком польём,

Хлеба поднесём.

Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!

Хлеба поднесём,

Славу воспоём!

Прядись, пряженька,

Славься, Матушка!»

Я смахнула накатившую слезу. Кажется, я начала понимать, для чего был задуман этот поход мудрой Матерью-богиней.

***

Так сладко мне не спалось уже давно. Несмотря на приглушённый шум большого дома и его обитателей, несмотря на острые локти и коленки Авсении, что всю ночь пихали меня куда ни попадя (ещё неизвестно кто оказался худшим соседом под моим несчастным бочком) – я выспалась. Открыв глаза, сразу встретилась с взглядом черноглазой девчушкой лет пяти, которая сидела на коленках напротив лавки и внимательно меня изучала.

Привет, дружелюбно сказала я.

Девчушка шмыгнула носом, но промолчала.

Я повернула голову, проверяя, спит ли Сенька и со злорадным удовольствием пихнула её в бок. Но та лишь пробурчала что-то невразумительное и натянула тёплое одеяло повыше.

А я знаю, кто ты, вдруг пискнула девчонка.

Я повернулась к маленькой гостье и напряжённо вгляделась в серьёзное личико.

«Этого ещё не хватало!»

Да? И кто же?

Ты княжна. А они твои служки.

Я прыснула со смеха и расслабилась.

Что, и она тоже моя служка? – кивнула я на Авсению, беззастенчиво похрапывающую рядышком.

Ну-у-у…нет. То есть не совсем, засомневалась девчушка.

А почему ты решила, что я княжна?

У тебя руки красивые. Пальцы такие…тоненькие. Такими пальцами толком не поработаешь. У моей маменьки совсем другие руки.

Хм… я поглядела на свои изящные пальцы, пожалуй, ты права. Только давай, это будет наш секрет. Ты никому не говори, что я княжна, хорошо?

Хорошо! согласно кивнула девочка. Маменька сказала, что пора вставать. Третьи петухи уже давно пропели, а эти княжны всё спят! Вот!

С этими словами девочка подскочила и вихрем унеслась прочь.

Что ж, теперь понятно, с чего вдруг меня княжной нарекли. Я сладко потянулась и нехотя села. Изображать княжну у меня получалось куда лучше, чем весчанку.

Сенька, вставай! вновь пихнула я сестру.

Ммм?

Вставай, лежебока! Новый день пришёл.

О, боги, как же хорошо. Можно я останусь тут навсегда…

Конечно, нет! Вставай, лентяйка! Нас ждут дела.

Я уверенно встала и разгладила руками мятую рубаху, потом натянула понёву и наспех переплела косу. О лаптях думать совершенно не хотелось.

Выйдя в горницу, я увидела старшую сноху и, окликнув её, хотела спросить, встали уже парни или нет. Вид у той был заполошенный, испуганный. Она отмахнулась и побежала в сени, спешно натягивая на себя мужскую свиту21.

Что-то случилось? – рядом вновь вертелась моя утренняя гостья.

Ага. Деян запропал.

Как это, «запропал»?

А так, нету его дома. И не ночевал он.

Он же вместе с нами вчера в избу заходил! Куда же он мог деться? не поняла я.

Утёк видать, покуда взрослые заняты были.

И что, никто из младших его не видел?

Неа.

Где он спит обычно? С кем?

На полати, за печкой, либо на лежанке с Радеем.

Кто такой Радей?

Наш средний брат.

А он не пропал?

Неа.

И Деяна он не видел, выходит?

Не видел, подтвердила маленькая собеседница.

А тебя как звать?

Ляля.

Ну беги, Ляля.

Девочка крутнулась волчком и вновь убежала.

Может, всё не так уж и страшно? Наверняка удрал к другу, да и остался ночевать у того в хате, а тут уже шум подняли. Тем не менее, я поспешила вслед за снохой из избы и на пороге почти нос к носу столкнулась с Вязом.

Мальчика нашли? вместо приветствия задала я вопрос лешему.

Ты уже знаешь?

Птичка напела. Так его нашли?

Леший отрицательно покачал головой.

А его друзей расспрашивали? Может он заночевал у кого-то? Побоялся строгого деда, а теперь скрывается от неминуемой трёпки, – предположила я.

Да, в первую очередь пошли по дворам, где бы он мог остаться на ночь.

И?

Ещё не все вернулись. Ждём Мирта и двух сыновей Зверополка.

Что ж, надеюсь, всё обойдётся и этого шалопая сейчас приведут домой.

Будем надеяться, кивнул леший.

В этот момент к нам вышла заспанная и растрёпанная Авсения.

Что случилось? совсем по-детски протерев глаза кулаками, спросила сестрица. Что за суматоха снаружи?

Пока ты почивать изволила, мальчик пропал, грубовато ответила я. Идёмте-ка наружу, там всё и узнаем.

Авсения удивлённо открыла рот, но видя, что я беседы более вести не намерена, тут же его захлопнула и поплелась вслед за мной и лешим.

Во дворе уже собралась изрядная толпа людей, они шумно переговаривались и, поглядывая на хмурого старосту, будто ждали дальнейших указаний. В воздухе висело напряжение, не сулившее ничего хорошего. Одновременно с нами к толпе подошли трое мужчин, среди которых был и Мирт. Вид у всех троих был сосредоточенный, мрачный.

Не нашёлся? глухо спросил Зверополк.

Мужчины покачали головами.

Что ж… хм.

Мой мальчик! О, боги! вдруг заголосила сноха и рухнула на колени, заламывая руки.

Стася, уймись, дурёха! Найдём Деяна. Сам лично уши ему надеру, попытался успокоить сноху староста.

В толпе зашумели громче. Кто-то из баб подошёл к распластавшейся в пыли женщине, попытался её утешить. Мужики наперебой обсуждали дальнейший план поисков. Староста хмуро стоял, ссутулившись, кивал невпопад, о чём-то думал.

«Неужто сломался?» подумалось мне. Но нет, взял себя в руки, зычно призвал к порядку.

Я вопросительно посмотрела на Мирта. Он легонько повёл головой в сторону, будто приглашая нас отойти в сторону. И пока Зверополк раздавал указания весчанам, куда кому идти и где искать пропавшего, мы трое обступили Мирта.

Ты его учуял? задал первым вопрос леший.

Да. От порога дома он действительно шёл в сторону одной из хат. Но потом что-то его отвлекло, и он поменял направление.

Куда же он пошёл? спросила я.

За околицу.

А дальше? – я нетерпеливо притопывала ногой.

Мне удалось проследить его путь совсем немного. Пока он шёл по дороге я почти видел его след, но потом он свернул с тропы. И запах рассеялся. К тому же ночью выпала роса и приглушила запах мальчика.

В какую сторону он шёл? вновь спросил Вяз.

На восход солнца. Туда, махнул рукой Мирт.

Мы дружно повернули головы в сторону разнотравного пряного луга, что плавно спускался к берегу Смородины.

Он шёл к реке? спросила Авсения.

Не похоже. До неё почти верста, одному да по темени. Зачем ему туда? – с сомнением в голосе ответил Мирт.

А если его кто-то выманил? – призадумался Вяз.

Кто?

Нежить? – предположила Авсения.

Эх, жаль Варса сейчас с нами нет. Он бы увидел, с сожалением вздохнула я.

Кстати, а где он? Разве он не должен быть сейчас с тобой, Морана? – повернулся ко мне Мирт.

Должен. Он обещал присоединится к нам как только мы выйдем из Бора, но видимо всё-таки поостерёгся запрета Макоши. А где твой Лютый? – повернулась я к сестре.

Я велела ему оставаться в Бору. Толку с него? За собаку он вряд ли сойдёт, только лишнее внимание к нам привлекать будет, пожала плечами Авсения.

Ну и зря.

Нет, не зря, Морана. Я пекусь о своём советнике в отличие от тебя.

Что? А я, по-твоему, не пекусь? – возмутилась я.

Видимо, нет, раз заставила филина преступить законы Макоши.

Я заставила? Ах, ты, мерзкая плутовка! Варс говорил, что и Лютый присоединится к тебе! Да я тебя…

Стоп! Морана успокойся. Сейчас не время выяснять отношения, схватил меня за рукав рубахи Вяз.

Авсения при этом малодушно спряталась за спину Мирта.

Это она начала! – возмущённо зашипела я, вырываясь из рук лешего.

А ты закончи! – тихо, но твёрдо оборвал меня Вяз, Сейчас весь пыл нужно пустить на благое дело, а не на мелкие склоки с сестрой.

Я с возмущением уставилась на лешего, не побоявшегося вклинится между двумя богинями.

Отпусти, – глухим голосом приказала я.

Мой взгляд пылал гневом, ноздри раздувались, того и гляди не выдержу и смету вьюгой непутёвого лешего.

Нет, вновь произнёс твёрдо Вяз.

Охристо-зелёный взгляд очей лешего был устремлён на меня, он тепло обволакивал, словно мёдом, успокаивал. Так пристально и долго вглядываться в его глаза мне ещё не приходилось. Травянистые, с янтарными искорками, разбегающимися от чёрной точки зрачка, они были прекрасные и одновременно пугающие, как у змеи, что завораживает свою жертву неотрывным взглядом. Я поняла, что он не боялся меня, не пытался подстроиться или задобрить. Он непоколебимо стоял на своём. Скорее всего, стоял бы так до самого конца. Я ощутила в нём силу, которую давно не ощущала. И эта была другая сила. Не магическая.

Примечания