Принципы правового регулирования в структуре федерального закона

1.1. Понятие «принцип правового регулирования», содержание его свойств и вопрос о допустимости (уместности, необходимости) закрепления в федеральных законах принципов правового регулирования как отдельных элементов структуры федерального закона

Что такое принцип права как правовая категория, обсуждается не одну сотню лет. За все это время высказано огромное количество суждений о том, можно ли использовать принципы в утилитарном духе как нормы закона, имеющие прямое действие, или средство, направляющее правоприменение, или же принципы должны рассматриваться как над-, сверхнормативные структуры, предопределяющие содержание не закона, но права, и в этом своем качестве отражающие дух правопорядка.

Виной тому служит полисемантичность самого слова «принцип». На латыни слово principium означает основа, первоначало. Толковый словарь русского языка С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой определяет принцип и как основное, исходное положение какой-нибудь теории, учения, мировоззрения, теоретической программы, и как основную особенность в устройстве чего-либо[1].

Философский словарь определяет принцип как первоначало, руководящую идею, основное правило поведения. Отмечается, что в античной философии в качестве первоначала принимали воду, воздух, огонь, землю и т. д. Принцип в философии рассматривали как выражение необходимости или закона явлений. В логическом смысле принцип есть центральное понятие, основание системы, представляющее обобщение и распространение какого-либо положения на все явления данной области, из которой данный принцип абстрагирован[2].

Кажется, все ясно. Принцип – это основополагающая идея, первый камень чего-либо. Но это слишком общо. Для того чтобы пользоваться или руководствоваться принципом, мы должны его отыскать, обнаружить, вычленить в многообразии явлений действительности. И когда мы говорим о принципах права, понимая принцип как основополагающую идею, нам приходится каждый раз вкладывать различное содержание в это понятие в зависимости от того, что мы подразумеваем под правом. Соответственно, в различных концепциях правопонимания (нормативистской, социологической, психологической, естественно-правовой, интегральной) принцип права будет пониматься по-разному, поскольку само право понимается неодинаково, а значит, будут меняться и те идеи, которые положены в основу права. В известном смысле все типы правопонимания отличаются друг от друга взглядом на то, что из себя представляет право, что служит его первоосновой.

В то же время для достижения такой утилитарной цели, как выявление разумных правил составления законов и, соответственно, возможности использовать принципы права в целях их закрепления в тексте нормативных правовых актов все типы правопонимания (некоторые прямо и открыто, а некоторые стыдливо и втихаря), по существу, присоединяются к нормативистской теории. Это и понятно: одно дело отвечать на вопрос о том, в чем состоит эйдос права, и совсем другое – установить, какие идеи, объединяющие, пронизывающие нормативные положения действующего правового акта, должны быть выявлены с тем, чтобы с их помощью заполнять пробелы в этом акте. Поэтому в утилитарном смысле раскрытие содержание понятия «принцип права» должно давать ответ на вопрос о том, что из себя представляет принцип права как элемент правового регулирования общественных отношений.

Огромное значение для уяснения понятия принципа права в указанном искомом смысле имеют работы советских правоведов, по понятным причинам работавших в рамках нормативистского правопонимания. Несмотря на существенное расхождение во взглядах и в известной мере идеологический характер имевшихся разногласий, советские ученые-юристы разработали подходы, которые оказывали и до сих пор оказывают существенное влияние на представление российских юристов о том, что такое принципы права. Ряд идей, высказанных в советские годы, не потеряли своего значения и сегодня.

В советской юридической литературе, как общетеоретической, так и отраслевой, приведено множество разных определений принципа права. В одних определениях акцентируется внимание на том, что принципы – объективная категория, соответствующая необходимости развития конкретного способа производства, в других определениях юридические принципы рассматриваются в качестве основных идей, выражающих сущность исторического типа права, наконец, в третьих определениях подчеркивается, что принципы вообще относятся к области правосознания, правовой идеологии или науки.

При этом на следующей степени конкретизации взгляда оказывается: ряд авторов считают, что принципы права не могут быть выявлены без их непосредственного указания в тексте нормативных правовых актов. При этом в зависимости от более узкого или более широкого подхода к праву принципы связываются либо только с основными идеями, закрепленными именно в нормах объективного права, либо также и с идеями, которые находят свое отражение, в частности, при реализации субъективных прав.

Рассмотрим взгляды на понятие «принцип права» крупнейших советских ученых-юристов. Вначале будут рассмотрены взгляды теоретиков, а затем – представителей отраслевых юридических наук.

Лев Самуилович Явич считал, что с гносеологической точки зрения категория «принцип» тесно связана с категориями «закономерность» и «сущность». Это дает, по его мнению, возможность определять принципы какой-либо деятельности через ее объективные закономерности и ее глубинную сущность. Понятие «принцип», с точки зрения Л. С. Явича, сопряжено и с категорией «идея» в том случае, когда под последней философы понимают внутреннюю логику, закон существования исследуемого объекта [3].

Ученый прямо говорил о том, что принципы права пронизывают всю юридическую форму общественных отношений, выражая в конечном счете основные устои существующего строя экономических отношений, базис данного общества. В условиях новой истории и активной законодательной деятельности государства принципы права, по мнению Л. С. Явича, находят свое выражение в юридических нормах законодательства, в объективном праве[4]. При этом принципы права могут быть по-разному объективированы и формулированы в законодательстве, их действительный смысл бывает завуалирован. В других случаях они ясно изложены, и это, по мнению Л. С. Явича, предпочтительный вариант[5].

Л. С. Явич отмечал, что принципы права призваны обеспечивать органичное взаимодействие объективного и субъективного права, норм права и правовых отношений, единство действующих в стране правовых норм, институтов и отраслей права. Они характеризуют содержание права в концентрированном виде и показывают, на каких началах в нем отражаются экономические, политические и нравственные отношения; характеризуют структуру права и соотношение между источниками права, законодательством и правосудием, законом и государственной властью, принуждением и убеждением в правовом регулировании. Не зная принципов данной правовой системы государства, по одному лишь набору отдельных ее норм и институтов, по мнению Л. С. Явича, трудно судить о ней и о том правопорядке, который она обеспечивает[6].

Говоря о принципах «законодательствования» (так ученый называл законодательную деятельность), Л. С. Явич определял их как такое начало законодательной государственной деятельности, которые выражают закономерность и сущность данной функции государства, обладают универсальностью, императивностью и общезначимостью, направляют и синхронизируют законодательную деятельность, отражают ее объективную необходимость в государственно организованном обществе[7].

Л. С. Явич отмечал, что принципы законодательствования могут быть выведены на эмпирическом уровне из практического опыта, но они могут оказаться и результатом научного познания. Будучи закреплены в юридических нормах, они приобретают характер юридических принципов. Как и любые принципы общественных явлений, указанные принципы историчны[8]. Несмотря на это, Л. С. Явич указывал, что можно говорить и об общем понятии законодательствования, об их наиболее общих и абстрактных принципах. В частности, ученый отмечал, что среди таких общих принципов существуют такие отправные начала, которые характеризуются своей относительной (исторически конкретизирующейся) демократичностью[9].

Очень интересны рассуждения ученого о содержании демократичности правовых принципов. Л. С. Явич отмечал, что все исторически и классово определенные политические демократии имеют, при всех своих особенностях, некоторые общие черты в том смысле, что обеспечивают относительно широкое участие в государственной деятельности соответствующих слоев населения и относительно полное выражение в ней своих интересов. Принципы законодатель-ствования можно в общем виде считать демократическими, указывает Л. С. Явич, если они сформированы в рамках демократических политических систем, носят исторически прогрессивный характер, противопоставляют произволу и беззаконию право и законность, служат объективно требуемому общественному порядку отношений, детерминированных общими потребностями социальной жизни и господствующего способа производства[10].

Сергей Сергеевич Алексеев отмечал, что принципы права – это выраженные в праве исходные нормативно-руководящие начала, характеризующие его содержание, его основы, закрепленные в нем закономерности общественной жизни[11].

Существенными чертами этого понятия, по мнению С. С. Алексеева, являются следующие:

1) принципы права – это его сквозные «идеи». Содержание права как надстроечного, идеологического явления может быть выражено в некоторых идеологических категориях, т. е. определенных сквозных «идеях»;

2) принципы характеризуют содержание права. «Правовое» содержание институтов, отраслей права в целом может быть представлено в виде обобщенных категорий – начал, «идей», т. е. принципов;

3) принципы выражают основы права, закрепляемые в нем закономерности общественной жизни. Принципы выступают в качестве таких правовых явлений, которые непосредственно связывают содержание права с его основами – теми закономерностями общественной жизни, на которых данная система права построена и которые она закрепляет[12].

При этом С. С. Алексеев отмечал, что те начала, которые еще не закреплены в правовых нормах, не могут быть отнесены к числу правовых принципов. Они являются лишь идеями (началами) правосознания, научными выводами, но не принципами права[13].

Хотя принципы права неотделимы от действующих юридических норм, вместе с ними, по мнению С. С. Алексеева, существуют и функционируют, они имеют в праве и самостоятельное регулирующее значение, т. е. значение нормативно-руководящих начал. По образному выражению ученого, в развитых правовых системах принципы представляют собой своего рода «сгустки» правовой материи, выявляющие наиболее характерные черты содержания данной системы. Принципы по большей части выступают в виде норм (норм-принципов): они либо формулируются законодателем как отдельные общие юридические нормы, либо существуют как «скрытые» («спрятанные») в конкретных нормах общие нормативные положения[14].

По мнению Николая Григорьевича Александрова, основными принципами той или иной системы права понимаются основные руководящие положения, выражающие непосредственно классовую сущность данной системы права, развиваемые и конкретизируемые в различных входящих в нее правовых установлениях. Основные принципы каждой системы права определяются тем, какой базис она обслуживает, средством осуществления диктатуры какого класса она является[15].

В соответствии с таким воззрением Н. Г. Александров относил к основным принципам социалистического права принцип закрепления политической власти трудящихся классов во главе с рабочим классом, охрану социалистической собственности, принцип закрепления материальной заинтересованности социалистических предприятий и каждого отдельного работника в результатах затрат труда, пролетарский интернационализм, принцип действительного и полного равноправия граждан, неприкосновенность и реальная гарантированность прав граждан[16].

При этом Н. Г. Александров отмечал, что от статей закона, содержащих юридические нормы в собственном смысле (то есть правила поведения, установленные и охраняемые государственно властью), следует отличать статьи закона, которые закрепляют и юридически оформляют самые устои советского общественного и государственного строя. Такие статьи, по мнению Н. Г. Александрова (как, например, ст. 1 Конституции СССР[17]), определяют сущность и характер всех других статей закона, содержащих юридические нормы, служат политико-правовой основой для всей системы советского социалистического права, определяют основные принципы этой системы[18].

В известном смысле здесь Н. Г. Александров последователен: раз принципы права у него не имеют собственно юридического содержания, носят по существу политический характер, то и статьи Конституции, которые такие положения закрепляют, нормами права не являются. Эта мысль Н. Г. Александрова была подвергнута, на наш взгляд, обоснованной критике. В частности, О. С. Иоффе и М. Д. Шаргородский отмечали, что в любом законодательном тексте содержится либо диспозиция, либо гипотеза, либо и то, и другое одновременно. Это относится и к тем статьям закона, которые составляют политико-правовую базу для создания норм права. В частности, и в подобных ст. 1 Конституции СССР положениях есть диспозиция, являющаяся основным элементом нормы права, а значит, такие законоположения являются нормами права[19].

Сергей Никитич Братусь отмечал, что принцип – это ведущее начало, закон данного движения материи или общества, а также явлений, включенных в ту или иную форму движения. Из этого следует, что принцип – движущая сила или закон, относящийся именно к данной группе однородных социальных явлений. Принцип преломляется через специфику данного вида общественных отношений и потому становится специфическим признаком данной группы социальных явлений. Поэтому к принципам права не могут быть отнесены и экономические законы, и различные черты и стороны социалистических производственных и иных общественных отношений, и юридические институты, и юридические категории[20].

С. Н. Братусь подчеркивал, что утверждение, что принципы советского права – это принципы социализма, является по существу декларативным. Необходимо показать, как основные принципы социализма трансформируются в юридические принципы. Необходимо показать, каково юридическое выражение принципов социализма, имея в виду, что именно различные формы их юридического выражения и будут принципами права в целом или его отдельной отрасли[21].

Основываясь на приведенных выше предпосылках, ученый отмечал, что основные принципы какой-либо отрасли права должны быть обнаружены в самих нормах, составляющих в совокупности данную отрасль; если же там принципы прямо не сформулированы, они должны быть обнаружены из общего смысла норм. В последнем случае в выявлении и формировании принципов отрасли права большую роль играет практика (административная, судебная, арбитражная) и правовая наука. По мнению С. Н. Братуся, установление или выведение основных принципов, в частности советского гражданского права, поможет правильнее применять нормы этой отрасли советского права[22].

Олимпиад Соломонович Иоффе отмечал, что принципы – это то, на что опирается советское гражданское право, что составляет его основные начала[23].

По мнению О. С. Иоффе, правовой принцип обладает тремя отличительными свойствами. Во-первых, правовыми могут быть признаны лишь такие принципы, которые получили определенное преломление в юридических нормах и именно в этом, т. е. в правовом, качестве закреплены действующим законодательством. Во-вторых, принцип обладает свойством всеобщности, т. е. положение признается принципом той или иной отрасли права только тогда, когда им пронизываются не какие-либо отдельные, а все его нормы и институты. В-третьих, принцип, характерный для данной отрасли права, представляет собой специфическое выражение присущего всему советскому праву более общего принципа[24].

Надежда Александровна Чечина отмечала, что правовой принцип как руководящая идея отличается от научных и философских принципов тем, что всегда находит свое конкретное выражение в норме или нормах права, т. е. идея находит в нормах закрепление и правовую защиту, обеспеченную силой государственной власти. О принципе права можно говорить лишь постольку, поскольку он, как руководящая идея, получил нормативное закрепление: идея, не зафиксированная нормой права, не может стать правовым принципом[25].