Измена. Не могу отпустить

1 глава

Сегодня точно не мой день.

Утром еле успела на работу, добежала до рабочего стола и «удачно» зацепилась ногой об угол. Итог — порванные колготки. Вместо обеда бегу в ближайший супермаркет, где случайно задеваю дамочку из разряда «я же мать». Даю ей ровно пять минут спустить на меня пар, шепчу «простите», хватаю свой размер чёрных колготок и только в рабочем туалете понимаю, что это чулки. Шикарно! Остаток дня контролирую юбку, чаще отвлекаясь, и пропускаю важное замечание руководительницы.

Приходится задержаться, доделать отчёт и уже на выходе из здания вспомнить, что на ужин у меня ничего нет. Муж вовремя присылает сообщение, что немного задерживается. А значит, я всё успею, я всё смогу, почти… За время готовки успеваю обжечь большой палец на левой руке, поссориться с мамой по телефону из-за пустяка и за пять минут до прихода Паши накрыть на стол. Медленно выдыхаю, молясь и надеясь, что на сегодня с меня неприятностей хватит.

— Как прошёл день? — совершенно обыденно интересуется муж, что-то внимательно читая в телефоне.

— Я бы сказала, необычно…

Уже хотела продолжить свой рассказ, давно привыкнув к занятости мужа и зная, что всё равно меня услышит, как мой телефон подал сигнал входящего сообщения. Мысленно махнув на мобильный, решив, что очередная рекламная рассылка, подхватила кусочек куриной грудки и с наслаждением прожевала.

— В каком смысле?

Паша заблокировал телефон, скрывая улыбку, и накинулся на ужин, урча от удовольствия.

— Всё шло из разряда плохо, то на работу чуть не опоздала… — телефон снова пиликнул, а следом у мужа. — То одно, то другое.

В кончиках пальцев появился зуд, стало до чёртиков интересно. Паша угукнул и схватил свой телефон, быстро читая сообщение.

— Ленусь, мне надо позвонить, я сейчас.

Слегка кивнув, проводила мужа взглядом, мысленно облизываясь на его широкую спину, обтянутую синей футболкой, удачно прорисовывающую каждую мышцу. Всё так, как я люблю. Его спина была моим фетишем. Я до чёртиков обожала гладить и слегка царапать эту мощную спину, целовать или просто лежать и обнимать, мурлыча себе под нос словно кошка.

Вернувшись в реальность, потянулась за мобильным и открыла сообщение с незнакомого номера. Ничего не понимая, раз пять перечитала текст:

*Елена, я люблю твоего мужа*. *Каждый день жду, когда наберётся храбрости и сам уйдёт от тебя*.

— Это какая-то шутка…

Но следом пришло ещё одно сообщение. Вздрогнув от сигнала своего же телефона, перевела взгляд на проём в дверях. Паша уже закончил разговор и, напевая песенку, прошёл в ванную. Что ж, прочитала одно, прочитаю и другое сообщение:

*Ты, наверное, думаешь, что это шутка или ошиблись номером, но это не так. Паша замечательный мужчина. Мы безумно счастливы, когда вместе. Не веришь? Спроси у него про Марину*.

Не шутка. Я снова перечитывала сообщение и повторяла вновь и вновь: «Это не шутка». Мои руки так задрожали, что я чуть не выронила телефон. Дёрнув головой и вновь возвращаясь в реальность, быстро открыла приложение, где можно узнать о владельце номера. Несколько секунд приложение крутило колёсиком, а мне казалось, что это длилось часами. Ладони вспотели, пот капельками побежал по позвоночнику к пояснице. Стало до невозможности жарко.

Наконец приложение мне выдало информацию: Боярцева Марина. Но этого мне было мало и, наплевав на то, что меня будет видно, открыла вкладку «теги»: Маришка, Мариночка, Стерва, Марина работа, бывшая… и ещё штук тридцать. Что же ты за женщина такая, которой плевать на моральные принципы и ты пишешь такое мне, руша идеальный мир?

Услышав, как дверь в ванной открылась, я быстро свернула все приложения, выключила телефон и отложила его в сторону, натянув через силу на себя милую улыбку.

— Кто звонил?

— По работе, мелочи, — Паша как ни в чём ни бывало сел за стол и продолжил ужин, но уже без телефона.

— А где твой телефон?

— Поставил на зарядку, а что?

— Просто. Кофе будешь?

— Да, спасибо, Капелька, без молока.

Всегда таяла, когда он меня так называл. Это у нас началось ещё со знакомства. Я тогда, боже, а было это уже почти пять лет назад, промокла под внезапно полившем дождём, бежала на трамвай и влетела в выходящего из кафе мужчину. Его кофе вылетел из рук, а я чуть не упала на пятую точку, но он успел другой рукой меня подхватить и спасти от унизительного падения. В итоге из-за замешательства он тоже промок, но по-доброму проявил заботу и даже довёз до дома. В машине с меня то и дело стекали капельки дождя, а он всё посмеивался и показывал пальцем, где мне надо вытереться его носовым платком. А при расставании мы познакомились, и Паша назвал меня «Капелькой». И до сих пор вместо всяких уменьшительно-ласкательных зверюшек Паша так меня называет.

— Сейчас сделаю.

Достав пачку молотого кофе, налила в турку воды и поставила на плиту, обдумывая, как спросить то, что только что узнала. Устраивать сцену ревности на основании одного сообщения было глупо. Он мог просто ответить, что не знает, о чём или о ком идёт речь, списать на ошибку или злую шутку. И в итоге сделает из меня полную дуру. Нет, мне нужны факты, мне нужны доказательства, что мой муж не мог так со мной поступить! Я люблю его и верю в его обещание.

Когда мы только стали встречаться, то я настояла на том, что мы пообещаем друг другу, что, если вдруг чувства угаснут, ведь такое бывает и часто, мы не станем вставлять нож под названием «измена» в спину партнёра, а честно скажем. Да, будет неприятно, больно, но зато честно! И мы пообещали! Смотрели в глаза друг другу и обещали.

— Родной, а у вас в отделе много женщин работает?

Не поворачиваясь, нервными движениями помешивая кофейный напиток, задала первый вопрос.

— К чему спрашиваешь? Ты редко интересуешься моей работой.

— Вот поэтому и спрашиваю. Исправляю свою невнимательность.

— Ну… нормально так, не считал.

— А какие они? Молодые, в возрасте?

— Разные, — я поставила перед мужем чашку с дымящимся кофе, отметив его удивлённый взгляд, — ты если конкретно хочешь про кого-то узнать, так и спрашивай.

Я кивнула, раз сам разрешил, так и спрошу.

— Хорошо, — Взяла телефон в руки и спрятала его под столом. — Работает с тобой Боярцева Марина?

О нет! Неужели правда? Паша подавился напитком, заёрзал на стуле и, чуть не заикаясь, ответил.

— Кхм… есть такая.

— Паш, только честно. Кто она тебе?

Он отставил чашку в сторону, впился в меня карими глазами и убил:

— Просто друг.

— В смысле?

— В прямом. Мы дружим. И всё.

Какой кошмар! Если бы мне такое рассказали со стороны, то я бы долго до слёз смеялась, а тут слов нет! Какой, на фиг, друг? От шока на такое заявление я не могла произнести ни звука. Сидела и как рыба открывала и закрывала рот.

— Паша, ты что такое говоришь?

— А что тут такого?

— И давно вы «дружите»? — для красоты последнее слово обозначила пальцами кавычки.

— Лен, ты чего?

— Ответь, пожалуйста. Давно?

— Нет, может, полгода.

Ужас. Я не смогла спокойно сидеть напротив него и, встав, отошла к окну. В голове не укладывается, как он может спокойно говорить о какой-то дружбе с женщиной? Это неправильно, этого просто не бывает. Не верю я в такую дружбу. Тогда решила зайти с иной стороны. Резко обернувшись, задала другой вопрос:

— Скажи, Паш, а если бы я «дружила» с каким-то мужчиной, и ты бы не знал об этом, это было бы нормально?

Я впилась в него взглядом, слегка приподняв одну бровь. Мне надо было видеть его реакцию, надо было знать, как меняется его выражение лица. Но ничего не увидела. Полное спокойствие, переходящее в безразличие и в насмешку. А после началось нападение с его стороны:

— Капелька, ты решила на пустом месте устроить скандал?

— А ты решил использовать старый способ: лучшая защита — это нападение?

Я встала в позу, крепко одной рукой сжимая телефон. Он реально хочет меня переключить и сделать виноватой в ссоре?

— Ничего подобного. Я не хочу с тобой сегодня ссориться. Но всё же отвечу: голову оторву тебе и твоему «другу»!

Он встал напротив меня и обжёг злым свечением глаз. Если Паша и умел сердиться, то у него это всегда хорошо получалось и рядом лучше не стоять. Но я стояла и отступать не собиралась. Он не ответил, не опроверг, а лишь косвенно подтверждал мои подозрения.

Грудь стало сдавливать тисками, воздух урывками попадал в лёгкие, а сердце застучало со скоростью локомотива. Больно, очень больно. Но я прекрасно понимала, что если это всё правда, то дальше будет ещё больнее.

— Скажи мне правду…

— Какую, чёрт возьми, правду?

— Ты мне… изменяешь с ней?

Никогда не думала, что мне придётся говорить эти ужасные слова. От их звучания во рту моментально появилась горечь, словно я съела что-то горько-вяжущее, противное, ядовитое… Нет, я жила в реальности, где измена встречается чаще, чем крепкие и счастливые браки. Но всегда верила, что меня это обойдёт стороной, что я особенная. Меня любит самый замечательный мужчина на свете и никогда не предаст.

И вот этот самый мужчина, чуть склонив голову вбок, щурит глаза и смотрит так, словно видит в первый раз. Я жду, слегка подрагивая внутри, мечтая услышать, что это не так, это глупости и он никогда на такое не пойдёт. Но Паша молчит. Долго. По моим меркам очень долго. Но в секунду его лицо меняется, преображается, на лице расплывается самая мягкая и тёплая улыбка, а в глазах появляется обожание.

— Иди ко мне, Капелька. Что за глупости? Я обожаю тебя, с ума схожу по твоему телу… — со этими словами Паша приступил к действиям, за талию притянул к себе, утыкаясь в шею, между словами одаривая мелкими поцелуями, — по твоему голосу и твоим стонам.

— Паш, подожди… Остановись.

— Не могу. Ты бы видела себя. Моя валькирия.

— Паша, — я уперлась руками в плечи мужа, взглядом выхватывая свой телефон, — ты не ответил.

— Лен, тут и отвечать нет смысла. Ты моя единственная женщина, моя львица, королева всего прайда.

— Какого ещё прайда?

— Ну, знаешь, у львов есть прайд… Неважно. Неудачный пример привёл.

Муж снова принялся прокладывать дорожку по шее к скуле, продвигаясь к губам. Нельзя ему позволить уйти от ответа. Нельзя дать ему заласкать меня и закончить этот разговор. Хочу здесь и сейчас поставить точку и жить спокойно.

— Хватит. Ответь на вопрос честно. Ты с ней спишь?

— Это тебе хватит глупости задавать! Нет! Я с ней не сплю!

— Правда?

— Да. Мы вместе только пьем кофе и общаемся. У Марины был тяжёлый развод. Она только сейчас приходит в себя.

— Как мило. Плачет у тебя на плече? А с женщинами дружить она не пробовала?

— Родная, не говори глупости. Никто не плачет. Она общается и с другими женщинами.

— Тогда познакомь с Мариной-другом. Тоже хочу «дружить».

Громкий смех мужа заполнил всю большую кухню. Он смеялся до слёз, а мне хотелось лить слёзы. Он будто смеялся надо мной. Противно. Высвободившись, снова отошла к окну и, уже не сдерживаясь, выложила, что имею.

— Всё, истерический смех прошёл?

— Почти. Ну ты даёшь…

— С чего это? А ведь она уже сделала первый шаг к нашей «дружбе».

Соколов тут же стал серьёзным и, сдвинув брови, сделал шаг ко мне и стал ждать продолжения.

— Удивлён? А она мне прислала очень трогательные сообщения о том, как вы дружите и как она любит, как вам хорошо вместе и ждёт, когда ваша «дружба» станет ещё теснее без меня.

— Что за бред?

— Это не бред. А почти дословный пересказ её сообщений.

— Дай посмотреть.

Растерянность и неуверенность сквозили в каждом слове, но в глазах стояла твёрдость. Я колебалась ровно пять секунд. Разблокировав телефон, открыла её сообщения и повернула экран к нему.

— Это какой-то бред с неизвестного номера.

— А я пробила этот номер. Это Боярцева Марина. И номер своей подружки мог бы выучить.

— Хватит, Лен. Удали эту ерунду, а с ней я завтра поговорю. Не понимаю, зачем такое тебе писать? Я никогда не давал ей повода, надежды, что у нас может что-то быть. И это правда.

— Скажи, ты бы поверил, если бы я такое тебе сказала?

— Нет. Но это так и есть.

Странно, но легче не стало. Меня стала накрывать истерика. Теперь я стала смеяться. Громко и со злостью. Ведь не верю. Ни капельки. Но мой смех резко оборвался, когда муж выхватил телефон.

— Отдай!

— Сам удалю эту мерзость и заблокирую.

— Ещё чего! Может, она мне ещё что-то интересное расскажет или даже встретимся, — у нас началась мини-борьба, я пыталась забрать свой телефон, он же не отдавал, подняв руку высоко вверх.

— Лена, угомонись. Не нужно тебе с ней общаться. Я сам разберусь.

— Нет уж, хочу дружить с вами.

— Да хватит уже это слово в меня кидать!

— А то что?

Паша схватил за плечо и, удерживая, со всей силы кинул мой телефон об пол. Я даже вскрикнуть не успела, просто уставилась на разлетевшиеся в разные стороны обломки.

— Вот что! И на этом закончим.

2 глава

Наверное, вечность я смотрела на обломки телефона и не понимала, что делать дальше. В голове стоял гул, а тело словно онемело. Нет, мне было не жалко телефон. Мне было жалко себя. Оказывается, мой муж был способен на всё, даже на пакость, лишь бы обелить себя хорошего. Такая реакция была полной неожиданностью.

— Лен, посмотри на меня.

Я же продолжаю стоять статуей и молчать. Не хочу, не буду.

— Капелька, это всего лишь вещь, в которой была гадость. Я завтра же куплю тебе новый, самой последней модели.

— Мне. Ничего. Не надо.

Отчеканила каждое слово и уже хотела его обойти, чтобы сбежать в ванную и там побыть одной и, возможно, порыдать, но Паша схватил меня за предплечье. Он крепко прижал к себе, обхватил двумя руками голову, впиваясь яростным поцелуем. Я чуть не взвыла от боли, когда он с дури прикусил нижнюю губу, следом всасывая, вызывая новую боль.

— Мне больно… отпусти.

— Моя Леночка, ты даже не представляешь, насколько сексуальная в бешенстве.

Муж прижался промежностью к моему бедру, на деле показывая дикое возбуждение. А мне совсем не до секса и кувырканий в постели. Моя фантазия подкидывает дикие картины моего мужа с другой женщиной, хоть я её ни разу в жизни и не видела. Ничего не могу с собой поделать. Гоню эту мерзость из головы, пытаясь сосредоточиться на реальности, но не могу.

— Хватит, Паша.

— Ничего не хватит. Не хочу, чтобы этот вечер так закончился.

Он всё крепче прижимает к себе, с улыбкой заглядывая в глаза, одной рукой поглаживая спину, спускаясь к попке. Понимая то, что он сейчас меня ни за что не отпустит, а разговор не получится, решила уступить. Пусть получит своё. Пусть подумает, что я успокоилась и приняла его нелепые объяснения. А я тем временем проверю, расставлю все точки над «i» и тогда решу, как жить дальше.

— Как так?

— Вот так. Плохо.

— Но ведь не я в этом виновата.

— Не начинай, Капелька. Расслабься, позволь мне ласкать тебя, — промурчал муж мне в шею, прижимая крепче. Хотя куда ещё крепче?

— И сделать вид, что ничего не произошло?

— Нет, но это всё глупости… Я люблю тебя, Капелька. Ты моя единственная женщина.

— Как же ты сладко поёшь, Паш…

Муж отодвинул меня на расстояние вытянутых рук и склонил голову немного набок, пронизывая тёплом, гипнотизируя, заставляя плавиться и желать забыть всю ту гадость, которая травит мою душу. Он соединил наши лбы, удерживая взглядом.

— Родная… поверь, я ничего плохого не сделал. Только ты есть у меня, и больше мне никто не нужен. Это единственная правда.

Как же мне хотелось верить! До чёртиков, до безумия… Но червячок сомнения грыз сознание, а сердце ныло и умоляло поверить, забыть ужасные сообщения и жестокие слова мужа, верить ему и жить дальше счастливо.

— Паш, я…

— Нет, Капелька, молчи. Просто верь мне. Я всё исправлю. Всё будет как прежде. А этот кошмар и нелепое недоразумение мы забудем вместе, — Паша поцеловал в лоб и неожиданно поднял на руки, отчего я охнула и обхватила руками его шею. — Я без тебя жить не смогу, родная.

Не давая мне опомниться, муж быстрым шагом направился в спальню, снова целуя, как в первый раз. А я отвечала, отпуская все мысли, не давая разуму думать, позволяя себе насладиться моментом и любимым мужчиной. И пусть это будет в последний раз.

Меня, словно самое ценное в мире, бережно муж уложил на нашу большую и мягкую кровать, продолжая страстно целовать, слегка прикусывая и посасывая нижнюю губу. Жар от мужского тела и возбуждение перетекали в меня волнами, окутывали со всех сторон, вызывая ответное дикое возбуждение. И мои рычаги были сорваны. Все чувства оголились. Я, как и раньше, как и всегда, хотела его. Паша умело мог завести меня с пол-оборота и заставить гореть пламенем, которое только он мог потушить.

Вот и сейчас это пламя горело внутри, лавиной спускаясь к промежности, пульсируя и увлажняя… К чёрту выяснения отношений. От них больно. Я хочу любить и наслаждаться сексом, шикарным сексом с мужем. Другого у нас и не было. Мои руки жили своей жизнью, стаскивая с Паши футболку, поглаживая каждую мышцу, каждый кусочек кожи. Но этого было мало. Сама я уже была практически полностью раздета, оставались на мне лишь маленькие стринги в три полоски. После футболки я стянула вместе с боксерами его штаны и по-хозяйски обхватила ладошкой налитый член.

Паша громко втянул в себя воздух, чуть подаваясь тазом вперёд, намекая на дальнейшие действия. Но я и без этого прекрасно знаю, как надо вести себя с желанным мужчиной. Начинаю плавные движения вверх и вниз, пока моё тело покрывают горячими поцелуями. Руки мужа страстно сжимают груди, играя с набухшими сосками, слегка их выкручивая, зная, что от этого моё возбуждение увеличивается стократно. Не могу сдержать стон, выгибаюсь дугой, подставляя грудь губам, позволяя их расцеловать.

Мои трусики в мгновение слетают с тела, а пальцы мужа уже вовсю исследуют промежность, большим играя с клитором, молниями прошибая сознание, а двумя другими глубоко погружаясь во влажную глубину. Я слегка подмахиваю, глубоко дыша и непроизвольно сдвигая ноги. Моя рука на его члене двигается быстрее, но в секунду Паша убирает мою руку и меняет пальцы на желанный орган. Мой стон громко разносится по спальне, и я прикусываю губу от удовольствия, замираю вместе с мужем. А потом, не сговариваясь, мы начинаем синхронно двигаться.

Обхватив ногами его талию, стараюсь максимально прижаться к мужу, почувствовать всем телом его тяжесть, его близость. Хочу слиться с ним воедино, быть одним целым, но и этого мне мало. Паша целует губы и рычит, полностью погружаясь, замирая и снова повторяя резкие толчки. Он мастерски играет с моим телом, изучив каждую струну моих эмоций за столько лет, и вскоре я уже содрогаюсь в оргазме.

— Обожаю тебя, Капелька…

Глухой голос мужа доносится через звон в ушах, и я широко улыбаюсь, позволяя себя целовать. Паша снова поцелуями исследует моё тело и резко переворачивает на живот. А это его любимая поза. Он сцепляет мои руки за спиной и медленно погружается в моё тело. Волна мурашек бежит по спине, мне снова хочется взлететь вместе с ним к вершинам.

— Обожаю этот вид… самая сексуальная женщина.

— Только не останавливайся…

— Уже точно не смогу.

Паша наращивает темп, интенсивнее врезаясь в меня, выбивая воздух из лёгких, доставляя неимоверное удовольствие. Уже не сдерживаясь, я утыкаюсь в подушку и в неё издаю громкие стоны. У меня редко когда бывает несколько оргазмов за один половой акт, но сейчас я чувствую, что второе удовольствие близко, да и муж готов взорваться в любую секунду. Подмахиваю тазом, помогаю нам взлететь и замираю, когда муж со стоном падает мне на спину, пульсируя глубоко во мне, и от этого сама пропадаю.

— С ума сойти… Капелька.

Муж переворачивает моё слабое тело и снова покрывает поцелуями, слегка прикусывая шею, сминая руками бёдра. Наши тела покрыты испариной, эйфория не позволяет вернуться в бренный мир, а в спальне пахнет развратом. Слегка приоткрываю глаза и встречаюсь со жгучими карими, которые обволакивают любовью. Задыхаюсь, отвечаю тем же и притягиваю Пашу к себе для поцелуя. Снова хочу слиться с ним воедино и забыть обо всём. Быть всегда счастливой.

— Ты помнишь наши обещания?

Медленно выводя узоры на груди Паши, я решила ему напомнить и заодно проверить реакцию. Но он лишь крепче обнял за талию и поцеловал в волосы.

— Помню.

— И держишь?

— Да. А ты?

— Ты серьёзно? — слегка приподнявшись, посмотрела на мужа.

— Шучу, Капелька.

— А вот мне совершенно не смешно. Да и поговорка есть одна.

— Я правда пошутил. Без всяких левых мыслей, додумок и недосказанности.

— И всё равно неприятно.

И ведь правда было неприятно, что он мог взять и пошутить, когда для меня это слишком серьёзная тема. Для меня это очень важно. Отпихнув мужа, встала с кровати и нагишом направилась в ванную, не реагируя на комментарии.

— Ты это специально?

— Специально что?

— Провоцируешь меня?

— Нет, я просто хочу принять душ и лечь спать. Нам обоим завтра на работу, а я ещё и без телефона.

— Да, прости. Курьер завтра завезёт новый.

Чуть задержавшись в дверях, невольно залюбовалась Пашей. Чёрт, он был хорош в своей мужской красоте. Сейчас я смотрела на него чужими глазами, и неприятное понимание, что вот таким его видят другие женщины, резануло по ещё не успокоившимся нервам. Высокий рост, стильная причёска, слегка раскосые глаза, доставшиеся от отца полутатарина, поросшая тёмными волосами грудь и мощная спина — моя слабость. Такого мужчину просто невозможно не хотеть.

Паша приподнялся на локтях и слегка приподнял брови в немом вопросе. Я лишь покачала головой и ушла в душ. Перед глазами до сих пор стояло красивое тело мужа, а моё тело уже реагировало на воспоминания. Грудь налилась, соски заострились, а приятная истома полилась по телу, собираясь между ног. Что мне мешало принять душ и снова получить с любимым мужчиной наивысшее удовольствие? Но предательская память снова подкинула яркие события вечера, особенно текст сообщений, который буквально отпечатался в моём мозгу. И на смену возбуждению пришла отравляющая злость, неуверенность в себе и в муже и самое страшное — сомнение в правдивости его слов.

Утро вечера мудренее. Я всё равно ничего не могу пока сделать, а особенно доказать. Мне нужно время. Мне надо решить для себя: продолжать верить мужу и дать нам шанс, либо поверить злым языкам и разрушить свою счастливую жизнь. Я приняла решение и спокойно заснула в крепких объятиях мужа.

Скорее всего, каждый пытается стереть из памяти плохие моменты, чтобы спокойно жить дальше. Вычеркнуть, выкинуть из жизни зло, от которого рушится годами выстроенное счастье. Утром я всячески старалась не думать о вчерашнем. В хорошем настроении приготовила завтрак, за что получила горячий секс на обеденном столе в знак благодарности. Такого у нас не было даже тогда, когда только с Пашей начали встречаться и хотели друг друга до одури буквально везде. Как и у всех семейных пар, со временем страсть немного приутихла, переместившись только на большую кровать в горизонтальную плоскость. Но сейчас что-то изменилось. Мне это определённо нравилось, но маленький злющий червячок всё подкидывал сомнения, заставляя задуматься и усомниться в его словах.