Нежный Лепесток для Темного Князя

Пролог

– Ай! Вы что делаете?

Я с ужасом посмотрела на то, как на моем запястье под кожей раскрывается рисунок бутона дикого шиповника.

Что за чертовщина? Как такое вообще возможно? Фокус что ли такой? Потому что в магию я, уж простите не верю, тем более в такую, после которой пора уже идти на прием к коллеге.

Казалось бы, вот только проверяла фонариком глаза шизофреника в острой фазе, как тот извернулся, выпутал руку из ремней и умудрился обжечь меня тонким цилиндрическим предметом с рунами на конце.

– О… Вот истинный лепесток для Князя! Северен наконец-то нашел тебя! – он точно в экстазе закатил маленькие поросячьи глазки и вскинул длинный, крючковатый нос.

– Послушайте, Северен, что за гадостью вы в меня ткнули?

За несколько месяцев работы в психиатрической лечебнице я повидала много чудиков, но такого! До отвратительности достоверного психопата вижу впервые.

– Это, о прекрасный Лепесток, метка, о которой мечтает каждая девственница любого королевства! – заунывно взвыл убогий. – Цветок спрячется под твоей луноликой кожей, а когда Великий Темный Князь проведет с тобой ночь, тогда он и проявится на свет божий…

Да этот псих явно фэнтези перечитал, вот и поехал кукушкой.

– А если со мной проведет ночь… другой… кхм, мужчи… князь, не Темный, а Светлый скажем? – знаю-знаю, плохо – не профессионально шутить над убогим, но этот больной ткнул в меня непонятной хренью, и я очень надеюсь, что не подцепила от нее какую-нибудь заразу.

Хотя бутон шиповника пропал, словно растворился на коже. Хм… Точно фокус! Существуют же исчезающие чернила. Наверняка и эта штука из какого-нибудь детского набора "Стань волшебником и удиви друзей".

– Как Светлый?! – между тем ужаснулся мужичок. – Тебе нельзя с другим! Лучше с демонами, чем со Светлыми! А ты – лепесток для Темного Князя, Владыки Великого Тармаона, ты не можешь отдать свою девственность другому! Иначе Северену головы не сносить!

За тонким мутным стеклом приемной послышались женские визги и возня медбратьев. Еще одну буйную привезли что ли?

– Этот долбанный Северен у вас?! – орал истеричный женский голос. – Я убью его! Что за уродство он поставил мне на запястье?!

– Мелисс, – в дверку заглянул дородный санитар, там звезду привезли.

Звезду? Час от часу не легче…

– Морскую или инопланетную? – сегодня из меня ведро сарказма выльется, не меньше.

– Если бы, – хмыкнул парень в белом халате. – Настоящую, эстрадную! Аделина – певичка-звездулька начинающая. Слушаешь такую?

– Упаси господь… – потянулась я перекреститься.

– А-а-а эта та убогая дева! Порченный товар, завядший лепесток, прогнившая ветвь! – взвыл вдруг притихший до этого Северен. – Не девственна она! Не достойна постели Великого Владыки. Ошибся Северен, едва ли не обрек княжество на верную погибель!

– Ты и ее этой хренью ткнул? – задумчиво протянула я. – Марат, давай-ка Звезду осмотрим. Похоже у нас тут массовый психоз…

Глава 1

– Дура! Ты чем меня накачала?! – орала певичка так, словно не гнусавила свои популярные песенки, обработанным автотюном голосом, а пела в опере как минимум.

Я бы и сама кричала, конечно, от страха, потому что еще пять минут назад мы были в приемном покое психиатрического отделения, как вдруг обе потеряли сознание и очнулись уже тут, на грязном вонючем полу клетки, где жались друг к дружке трое женщин в грязных оборванных тряпках.

– Сама дура! – огрызнулась я на певичку. – Я тебе успокоительного вколола, чтобы не буянила. Если бы психотропное ввела, то не пребывала бы сейчас в твоих галлюцинациях! Но я тоже здесь! В этой вонючей клетке!

Когда первый ужас от резкой смены обстановки спал, я заметила что певичка перенеслась сюда голой. То есть абсолютно голой, в чем мать родила. И к своему страху осознала, что и сама одета не лучше, то есть вообще не одета. Сжалась в комок, пытаясь прикрыть наготу руками и волосами. Более смелая Аделина брезгливо поджимала белые ступни с розовыми пятками и невероятным педикюром, стараясь не наступить в грязь и глину земляного пола клетки.

– А эти девы откуда взялись?! – раздалось басистое снаружи. – Ох, хороши, и грудасты, белолики, и зубы все ровные! У обеих!

– Из воздуха! – пискнула самая молодая из трех жавшихся в углу женщин. – Демоны принесли на своих крыльях.

– Цыц, полоумная! – прикрикнул на нее басом хозяин клетки. – Ага, чтобы эти прохвосты демоны дев человеческих привели, да еще за будь здоров в клетушку подсунули, да скорее Бездна поменяется местами с Небесами, чем они это сделают!

Девчушка отпрянула от голоса хозяина, заложила прядь абсолютно белых волос за острое вытянутое треугольное ухо, а мне поплохело… Демоны? Мужчина явно говорил о них как о реально существующей расе, а эта девчонка… она что? Настоящая эльфийка?

За прутьями клетки виднелся узкий проход в котором толклась масса народа самого разнообразного вида: от нищих оборванцев до господ в невероятных пышных платьях и праздничных кафтанах. Этого просто не может быть! Я попала в какое-то средневековое фэнтези, и явно в качестве живого товара на невольничьем рынке.

– О-фи-геть… – проговорила рядом девушка по слогам мои мысли вслух и послышался глухой шум от свалившегося в глину тела звезды.

Следом не выдержала и моя психика. Короткий «бум» от жаркой встречи моей головы и грязного пола, и я уже в спасительном небытие обморока.

***

– Вставайте, вставайте, сейчас самое интересное пропустите! – кто-то тряс меня за плечо и похлопывал по щекам.

Разлепила один глаз. Ох… этот странный мир и вонючая клетка никуда не исчезли. Зато на меня кто-то додумался кинуть рогожу, вернее на нас обеих, ведь Аделину так же пытались привести в чувства рядом со мной.

– Вставайте девы! Говорят, сам Темный Князь, – понизила голос до благоговейного шепота молодая эльфийка, – пожаловал на рынок, чтобы лично пресечь контрабанду живого товара, то есть нас.

– Вдруг он пройдет мимо нашего ряда и нам удастся его увидеть? – закатила глаза Эльфийка постарше. – Посмотреть бы на него одним глазком и тогда можно спокойно отправиться в царство духов!

Я со скепсисом окинула взглядом трех восторженных рабынь видимо не самого далекого ума.

– Этот князь мне на фиг не сдался! – визгливо прокомментировала пришедшая в себя звезда, – Прекратите лупить меня, дуры!

И тут стало тихо. Так тихо, что послышался шелест быстро закрывавшихся ставен и дверей в лавках, затаенный говор рабов и притихшие споры их хозяев. Как по команде закрывалось, драпировалось, затягивалось все вокруг.

Я же из чисто природного любопытства (не каждый же день попадаешь в фентэзийный мир на средневековый рынок, да еще и в качестве живого товара), поднялась, стягивая рогожу и со звезды, закуталась в нее, припадая к прутьям клетки, привстав на носочках.

Их была целая конница! Десяток вороных жеребцов или более, с гордо восседавшими в седлах наездниками. Мужчины все как на подбор массивные, мужественные и хмурые. Но один из них выделялся так же сильно как изысканная орхидея на поляне из старых добрых одуванчиков.

Выше всех, массивнее, красивее, Его черные волосы до плеч развевались на ветру от движения лошади, расшитый фиолетовый мундир переливался на солнце ослепляя мои, привыкшие к полутьме клетки глаза, но не смотря ни на что, взгляда я отвезти не могла: еще ни разу в своей жизни не встречала столь великолепной, неприкрытой, брутальной мужественной красоты.

– Это он! Он! – шептали в суеверном экстазе эльфийки.

– Сам Князь Рейнхард! О! Теперь умереть не страшно!

– Он еще прекраснее, чем я думала! Скажи, Элинара?

– Князь – само совершенство!

Я едва удерживала свои губы, которые так же как эльфийки подавшись очарованию неземной красоты князя, так и норовили разъехаться в стороны от изумления. Но тут князь перевел черные глубокие омуты своих глаз в сторону нашей клетки и на мгновение, всего лишь на краткий миг они перекрестились с моими. Загипнотизированная, очарованная ими я даже не сразу сообразила, отчего мир вокруг взорвался вдруг раскатистым громом, визгом женских голосов, полыханием огня, черной копоти, а затем, снова забвением.

***

Рейнхард

– Я сказал, найти ее! – ударил кулаком по столу князь, и хотя это поведение, не было достойным для столь высокого чина, но он был не просто зол, а в бешенстве.

– Рейн, послушай, брат, и чего тебя на этот рынок понесло, ведь докладывали же, что возможно покушение, но нет, тебя же не переубедить…

Брат Князя Рональд, по совместительству начальник тайного совета говорит мудрые вещи. Как всегда. Но Рейнхард уже устал бороться с продажей рабынь. Запретил это на законодательном уровне, едва вступил в права владения княжеством, так нет, эту заразу не искоренить, цены на живой товар взвинтили в десятки раз, торговцы ушли в подполье, на время правда, а потом некоторые особо наглые и бесстрашные повылазили из своих нор, продавая девушек на рынках, почти в открытую.

– Рейн, ты еще молодой, горячий, не понимаешь, что весь мир держится на торговле живым товаром и только ты решил проявить новаторство. Вот и платишь едва ли не своей кровью за нововведение.

Князь сто раз озвучивал свою позицию. Но для брата он повторил в сто первый:

– А если бы нашу мать, или сестру, или твою дочь, которая только родится, вот так бы продали в рабство?

– Тут другое, – попытался возразить ему братец.

– Не другое! То же самое! Все возможно, Рон! И я делаю все возможное, чтобы прекратить этот ужас и мракобесие. Всё, меня не переспоришь. Иди и пусть твои люди найдут мне ту девушку, что я увидел на рынке.

– Это невозможно Рейн. Та лавка находилась в эпицентре взрыва. Девушку скорее всего разорвало на мелкие кусочки… Забудь о ней. Через две недели у тебя первый тур в отборы невест. Более миллиона заявлений. Ты бы хоть критерии обозначил, брат. Не то через полмесяца дворец затрещит по швам от желающий пройти первое испытание.

***

Мелисса

– Вставай! Быстрее, приходи в себя!

Кто-то снова методично бил меня по щеке.

– Да хватит уже, сейчас до красноты набьете!

– Оставь ее Марья, раз ругается, значит пришла в себя.

И ведь не поспоришь с этим заявлением. Я медленно разлепила глаза, сморщиваясь от простреливающей боли в виске. Меня избили? Ограбили? Где я вообще и что все это значит?

– Вот, выпей взвару, побыстрей в себя придешь.

Моих губ коснулась щербатая кружка, а в горло пролился кисло-сладкий напиток. С каждым глотком мне как ни странно становилось все лучше и лучше.

Окончательно разлепив глаза я огляделась. Маленькая комнатушка, более похожая на келью монаха с узкими окнами-бойницами под потолком. Сквозь мутные стекла проглядывало серое хмурое дождливое небо. Я поежилась под тонким шерстяным одеялом.

– Зазнобило? – поинтересовались у меня. – Ты это бросай. Уже час должна как отрабатывать на кухне, а все прохлаждаешься. Давай вставай!

Тетка в домотканом сером платье бесцеремонно сдернула с меня одеяло.

– Иди за Марьей. Она покажет, что делать.

– Где это я, вы хоть объясните, – прохрипела от боли в горле. – Вроде только на рынке была, Князя вашего Темного видела…

– Тю, – замахала на меня тетка, – ты ври, да не завирайся. Князя она видела… Тут не все графья его за всю жизнь созерцают, а то рабыня безродная увидела вдруг через клетку.

***

Несмотря на мою слабость, меня все же вынудили подняться.

Марья провела меня на кухню и накормила свежим хлебом с парным молоком. Сначала у меня не было желания съесть хотя бы кусочек, но потом слопала все до последней крошки и голодно заоборачивалась по сторонам.

Пока ела, милая приятная Марья объяснила, куда же меня занесло на этот раз.

Это – говорила она, – поместье благородных господ рода Блад Ашшес.

Как я поняла из ее рассказа, Габриелла и Викон – обычные среднестатистические помещики, и дочь их Аййя проживают тут все свободное время. Аййю чуть ли не с рождения готовят к некоему, как я поняла конкурсу – отбору невест для самого князя!

Аййя держит строгую диету, чтобы не набрать лишнего грамма на талию, не пьет цветных взваров и напитков – чтобы улыбка оставалась белоснежной, весь день обучается наставниками манерам, придворному этикету, танцам, пению и всему остальному, дабы будучи княгиней не ударить в грязь лицом перед великим мужем.

Как же я оказалась тут? Меня купил за бесценок камердинер поместья, а хозяин лавки только рад был избавиться от пострадавших от взрыва рабынь.

– Звезду-то куда дели? – только и смогла поинтересоваться я.

– Какую звезду? – посмотрела на меня как на полоумную Марья.

– Певичку, Аделину.

– Ничего не знаю про такую! – был мне ответ.

Глава 2

Мелисса

Весь оставшийся день я вертелась по поместью, только успевая выполнять все поручения. Несмотря на большое количество слуг, особняк требовал много времени и труда. У меня нещадно ломило спину и все мышцы – к физическому труду, несмотря на занятия в спортзале в моей прошлой жизни у меня привычки не было. Там, на Земле я жила одна, занимала квартирку, оставленную мне погибшей бабушкой в наследство, и не особо парилась наводить там ежедневный порядок или готовить десяток разнообразных блюд для себя единственной. Могла купить полуфабрикат в супермаркете или вообще забежать в ресторанчик быстрого питания.

Сегодня же, несмотря на то, что только недавно очнулась от взрыва, скидки на мое состояние мне никто делать не собирался. Я и полы мыла, и пыль смахивала, и таз картошки начистила, вот коромысло с двумя огромными ведрами Марья мне тащить не разрешила:

– Тебе еще рожать детев! – улыбнулась она мне. – Сама притащу.

Хозяев я за целый день почти не видела. Да слугам и не требовались личные встречи, наоборот, тут действовала поговорка – чем дальше, тем роднее.

Всем заправляла та самая дородная женщина Марава, в доме Блад Ашшес она была на вроде главной камеристки, начальницей всех слуг. Я постепенно вникала в хозяйство, не сказать, что мне доставляло это хоть какое-то удовольствие, наоборот – черная тень депрессии все больше налегала на меня, и никакого просвета я не видела.

Даже всплакнула от жалости к себе, опершись на швабру. Ну и как я могла попасть сюда, в этот странный мир, да еще в качестве служанки? Неужели этот полоумный Северен с дурацким цветком на запястье послужили моему капитальному «попаданию» во всех смыслах?! И что мне теперь до конца жизни прислуживать? Я для этого медицинский колледж заканчивала?

– Ну и что ты мокроту навела? – тихо подошла ко мне Марья, – Чего ревешь? Обидел кто?

Мужиков в хозяйстве тоже хватало – конюхов, садовников, пахарей и я прекрасно поняла о чем она говорит. Манерами они особо не отличались, как и элементарным воспитанием. Могли и пристать запросто, и облапать в углу, и гадость сморозить…

– Нет… я не хочу все это делать, Марья! Я уйти хочу!

– И куда ты пойдешь? – хмыкнула девушка, – Сбежишь, тебя найдут и розгами забьют. Кузнец скор на расправу. Ему поручают порку, а ручищи у него во! – показала размер рук мужика Марья, – так что даже не думай.

– Но я родилась свободной! Я ходила на работу, да, но она мне нравилась, я ее сама себе выбрала, работа мне была по душе. А теперь?

– Посмотри на это с другой стороны, тебя могли купить тролли в публичный дом, где бы ты обслуживала разный сброд.

Я вздрогнула от этой мысли, и даже плакать перестала.

– Вот видишь! Хорошо, если бы просто людей там обслуживала, или троллей. А если орков? Они знаешь, какие огромные? Разорвали бы сразу, думаешь тебя бы там кто-то лечить стал?

Тролли, орки, боже мой, куда я попала?!

– Так что твоя судьба еще не так плоха, как могла бы быть. – всё еще успокаивала меня более рассудительная Марья. – И потом, – понизила она голос до благоговейного шепота, – это правда, что ты видела самого Князя?

Я кивнула, оттирая слезы. Марья заозиралась по сторонам убеждаясь, что нас никто не подслушивает.

– Я могу шепнуть об этом служанке Аййи. Молодая госпожа давно собирает любую информацию о Его Темнейшестве. У нее отбор невест на носу. Но она тебя тогда просто изведет вопросами. Будь готова.

– Да пусть изводит! – махнула я рукой опрометчиво, – Лишь бы спокойно посидеть пять минут!

Марья улыбнулась мне по-доброму.

– Готовься! Сейчас скажу про тебя.

***

Молодая госпожа, несмотря на все усилия предпринимаемые ею по удержанию красоты о которых говорили слуги, выглядела далеко не на «миллион долларов». Либо готовиться к отбору она начала, мягко говоря поздновато.

Волосы ее, хоть и длинные были не очень густыми, зато пересушенными краской, как трава в пустыне Сахара в жаркий сезон. Это и не удивительно, учитывая слухи о том, что его высочество Темнейший Князь предпочитает блондинок брюнеткам. Вот только что Аййя будет делать с карими глазами непонятно, ведь последняя пассия Рейнхарда, с которой ему приписывали тайный любовный роман, обладала зеленой радужкой. А цветных линз в этом мире пока не придумали.

Аййя встретила меня превосходством и неприязнью, брезгливо оглядела, как подзаборную кошку, залезшую в гостиную с новым евроремонтом. Но любопытство все же пересилило ее.

– Это правда, что ты видела ЕГО?

– Да… я была в клетке не рынке, но мои подруги по несчастью рассказали мне про рейды князя. Я встала посмотреть, и мы встретились с ним глазами… – я рассказала все что знала, не смотря на неприязнь девушки.

– Хм… это похоже на правду. Князь был на невольничьем рынке в день взрыва. Чудом не пострадал. Не знаю, что бы со мной было, если бы его задело, – прижала она белую длань ко лбу, – и тебя купили, как пострадавшую в этом взрыве. За дешево, – не забыла она унизить меня еще больше, – а ты точно не врешь?

– Да зачем мне врать? – пожала я плечами. – Впрочем, не веришь, не надо.

      Личная служанка Ани присутствующая при разговоре гневно зыркнула на меня и покрутила пальцем у виска незаметно, мол как я смею тыкать госпоже, но мне было плевать на этикет.

Аййя, похоже тоже плюнула на него, потому что любопытство прямо лезло из ее внутренностей.

– Анни, распорядись принести сюда чай и эклеры. Немедленно.

Ждать долго не пришлось. Минута-другая и поднос с ароматным напитком и свежайшей выпечкой был уже на столе. Аййя отослала всех слуг, заперла комнату и жадно набросилась на меня:

– Скорее расскажи, каков ОН?!

– Э-э-э… в смысле? – отшатнулась я от нее.

У Аййи были проблемы с кожей. Это стало видно при ближайшем рассмотрении. Акне, как красиво называются прыщи в моем мире, отчетливо проглядывало сквозь слой косметики, который был щедро нанесен на пострадавшее лицо «невесты».

– В прямом смысле! Он прекрасен как демон?

Еще бы понять в негативном ли ключе здесь поминают демонов или в позитивном…

– Ну… он симпатичнее других парней. – осторожно ответила я.

Аййя странно покосилась на меня и разлила чай по чашкам. Бледно-желтый, едва окрашенный. Интересно, они экономят тут или это сорт такой?

– Идем, да ты садись, бери еды, не стесняйся. Я-то не ем выпечку, Князь между нами говоря худеньких любит, а чай мне слабый заваривают, чтобы зубки мои оставались белыми…

Ко мне-то видимо из-за хороших генов, либо не плохого обмена веществ лишние сантиметры к талии не липли, сколько бы хот-догов и печенек я не съедала, поэтому меня не надо было приглашать дважды. Съела для начала пару эклеров, запила их чаем и впервые в этом странном мире почувствовала себя почти счастливой.

Аййя глядела на меня благоговейно и неприязненно одновременно.

– Смотри, что у меня есть! – она подбежала к комодику, отперла маленьким ключиком шкафчик и вытащила пухлую тетрадь. – Это мой дневник. Я собираю туда всю информацию по поводу Князя. Это его портрет.

Я вгляделась в набросок того самого мужчины, которого видела на рынке за секунду до взрыва. Тут была лишь его слабая серая тень, набросок не передавал даже десятой части харизмы и мужественности князя.

– В жизни он красивее, – пробормотала я, надкусывая третий эклер.

Глаза Аййи разгорелись голодным возбужденным пламенем.

– Я возьму перо и запишу каждое твое слово. Вспомни любую деталь. Самую крохотную. Чтобы пройти отбор мне понадобиться любая информация.

***

– А знаешь, что? – сообщила мне Аййя на исходе третьих суток, когда я, чувствуя себя попугаем, ну или на крайний случай диктофоном уже мозоль на языке отбила, рассказывая об одном и том же.

– Что?

– Вместо Анни на Отбор со мной поедешь ты!

– В смысле? Составлять вам конкуренцию? – удивилась я, весьма не удачно.

Аййя критически оглядела меня с головы до ног, брезгливо поджав губы:

– Ты? Мне конкуренцию?! Да не смеши! – махнула на меня рукой, – и потом Князь никогда, ни при каком раскладе не возьмет служанку в жены. В любовницы, сколько угодно, и то не всегда, но в жены ни за что! Так что даже губы свои не раскатывай!

Не возьмет, так еще лучше. Не собираюсь я участвовать в гонке где сотни женщин будут соревноваться за право пойти под венец с мужиком, пусть даже с таким симпатичным как сам Темный князь. Еще чего! Пусть мужчина сам борется за мое сердце!

– Просто ты, – продолжала развивать свои мысли Аййя, – утончённая, руки у тебя белые, работой тяжелой не загублены, как у той же Ани, манеры есть некие, правда над ними поработать надо, но у нас впереди полторы недели, и вкус у тебя тоже есть. Будешь помогать мне с нарядами и прическами.

Аййя щелкнула пальцами в воздухе, а Анни, стоявшая все это время за дверью вбежала, сняла с полки толстый фолиант и протянула его мне. А затем еще один, и еще.

– Что это? – полюбопытствовала я, едва не уронив тяжести на пол.

– Это – каталоги. С прическами, подборками нарядов для благородных леди, разные способы шнурования корсетов и правила придворного этикета. Иди и изучай. Прически и наряды для меня, а этикет для тебя. Меня им с детства обучают.

Глава 3

Княжество Абелисси, которое входило в состав великого Тармаона было самым огромным и богатым по сравнению с остальными. Плодородные земли давали возможность собирать урожай по два раза за год, богатые ископаемыми рудники и шахты были залогом успеха и процветания не только для самого княжества, но и для всего королевства.

Именно сюда, в Ардан – столицу княжества Абелисси меня и занесла нелегкая, не без участия того сумасшедшего Северена, что имел честь отметиться в стенах нашей психушки.

С леди Блад Ашшес, мы долго ехали вдоль этих самых плодородных земель и достаточно истомились в дороге. Я все время рассматривала красоты чужого мира – дремучие непроходимые леса, зеркальные озера, отражавшие небо с перистыми облаками, от которых клубился туман, полноводные речки и пологие ручейки, и зелень с буйными полевыми цветами.

Поместье располагалось в весьма живописном, но уж очень отдаленном угодье от столицы, и сама Аййя была уже не рада идее нанести макияж перед дорогой и сразу обрядиться в платье для первого испытания. Макияж безбожно потек, платье задавило ее корсетом, а мы ведь только въезжали в город.

– Ух, ну и духотища сегодня! – Аййя помахала себе веером в декольте.

Я бы не рисковала даже двигаться в таком корсете на ее месте. Еще чуть-чуть и ткань пойдет по швам, освобождая сочную грудь и не очень тонкую талию прелестницы.

– Косметичку мне передай!

Я молча полезла в чемодан, достала бархатную сумочку, набитую дорогой косметикой до предела. Как Аййя еще больше уродует и перегружает бедную кожу своего лица, смотреть не хотелось. Она сейчас наверняка нанесет новый слой пудры поверх старой, припыленной дорожным песком.

– А знаешь, твоя идея прибыть в столицу заранее и нанять квартиру на пару дней была не так уж плоха… – протянула моя хозяйка, проводя пуховкой по шее.

Еще бы! – хмыкнула я про себя.

Просто я сразу представила какой помятой и измученной дорогой невесте придется проходить первое испытание. И дело тут не только во внешнем виде, который будет не первой свежести, а в усталости. Дороги в княжестве несмотря на богатство и процветание особой гладкостью не отличались, камни, рытвины и колдобины заставали карету врасплох на каждом шагу лошадей.

Мой внешний вид скорее всего был не лучше, но я не была невестой и не собиралась проходить никакого отбора, а значит, по большому счету мой внешний вид не волновал ни меня, ни кого-то еще.

И только сейчас, облачившись в темно-синее дорожное платье с отрезной прямой юбкой в пол, я поняла, как мне не хватает моих любимых джинсов и футболок! И это я без надоедливых косточек корсета и то вся измаялась с непривычки. Платья носила лишь короткие, таких длинных и неудобных отродясь не надевала!