- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
МАРИНА
– Мам, ты что, плачешь?
– Нет. – быстро оттираю я слезы и пытаюсь выровнять дыхание, чтобы моя взрослая дочь ничего не заподозрила.
– Тогда… сможешь прийти к нам и присмотреть за Алисочкой, мне на пары нужно.
– Да, конечно, доченька, сейчас приеду. – соглашаюсь я.
Алисочка – это моя внучка. Да, немного рановато становиться бабушкой, когда тебе самой едва исполнилось сорок. По нынешним временам это считается еще молодостью, но я сама родила Маргошеньку в девятнадцать. На следующий год у нас с мужем родился сын Миша. Так мы и воспитывали с Максом двоих наших детей-погодок.
Макс очень хотел третьего ребенка, и я, тоже, очень хотела родить. Но сколько мы не пытались, больше нам Господь деток не давал. И я смирилась, решив, что теперь буду ждать внуков. Так оно и получилось. Маргошенька вышла замуж и родила, как и я, в девятнадцать. Я полюбила свою внучку всей душой и всегда помогаю Марго с ней, а вот мой муж так и не расстался с мыслью о третьем ребенке, и… заделал его своей молодой любовнице!
Господи, какой стыд, какой позор! Я только что застала их в нашей квартире.
В квартире, где я наводила уют все эти годы. Подбирала все до мелочей: шторы, посуду, полотенца… Подбирала постельное белье, на котором он ее… на котором он заделал ей ребенка.
Надо заводить мотор и ехать к дочери, а у меня перед глазами картина как мой муж Макс, отпрыгнув от молодой любовницы, неловко натягивал трусы на свое достоинство и как ни в чем не бывало заверял меня:
– Ты не так все поняла, Марина!
А как можно истолковать сию картину по-другому? Или он думает, что я совсем идиотка?
– Максим… мы с тобой больше двадцати лет вместе… – еле смогла пробормотать я, умирая от предательства и обиды. – Как ты мог?!
Но Макс уже взял себя в руки, оправился от первого потрясения, и, спокойно облачившись в брюки, заявил мне:
– Ну а что ты хотела, Марина? Ты уже не первой свежести мадам, а я мужчина молодой, мне хочется развлекаться с молодыми девушками, а не со старыми кошелками, как ты!
– Тебе под пятьдесят, Макс! – напомнила я бывшему мужу, умирая от его обидных слов.
– И что? Мужчина и в восемьдесят жеребец, а женщина после сорока, ну сама понимаешь, не первой свежести!
– Как ты можешь такое говорить? – еле сдерживалась я, чтобы не упасть с разрывом сердца.
– Ты так и не смогла мне родить третьего ребенка. – добил меня муж. – А Антонина беременна! Так что собирай свои вещи и убирайся из моего дома!
***
МАРИНА
Еду за рулем, руки трясутся, слезы ручьем, а в ушах звенят обидные выражения Макса.
Как он меня назвал?
«Старая кошёлка»…
Это я-то, старая кошёлка?!
Да как он мог вообще?! Как у него язык повернулся такое ляпнуть про меня?!
Мы же с ним двадцать два года вместе!
Рука об руку!
Столько прошли, и горя, и дерьма, и радости!
Когда я забеременела Марго у нас ни кола, ни двора не было! Мне восемнадцать, Максу двадцать два! Оба еще совсем молодые, без всякой поддержки. Свекровь моя, Анна Павловна, на меня как на таракана смотрела. Сразу руки умыла. Ни пеленочки новорожденной внучке не принесла, ни подгузников.
Это потом она снизошла до нашей семьи, когда мы с Максом бизнес наладили. Конечно, когда Макс стал ей дорогие путевки на юга покупать, да дом загородный отгрохал, грех не общаться с сыном и невесткой…
Мама моя тоже не спешила с внуками помогать. Она работала, пыталась заработать себе на безбедную старость. На трех работах пахала… и заработала! Сейчас мама на заслуженном отдыхе. Дом, огород, автомобиль, поездки два-три раза в год.
Сама я деток своих нянчила, погодок. У меня после рождения Марго цикл скакал. То был, то не был. Я кормила грудью, и была уверенна, что организм так быстро не восстанавливался для новой беременности. Но я ошиблась. Так, в дополнение к маленькой Маргошеньке у нас появился Мишутка.
Я была так рада! И сын, и дочь, от любимого мужчины! Похожи на него. Что еще для счастья надо?
Дети дали нам с Максом стимул развиваться дальше. Макс сколачивал свою фирму, а я, уложив детей спать, по ночам вела его бухгалтерию.
Эх, молодые были мы, удалые! Сначала в кровати кувыркались так, что я каждый раз боялась, что она сломается, а потом, сытые и довольные, садились за проекты. Обсуждали все. Макс спрашивал у меня советы, а я давала ему. Вела всю отчетность. Подсказывала, потому что интуитивно чувствовала, как и что делать.
А утром Макс уходил на работу, а я растила наших детей.
Позже, когда дети немного подросли и мы отдали их в садик, я просилась на работу в нашу фирму, но Макс решил улучшать наши жилищные условия, и предложил мне заняться этим.
Так я сама встречалась с риелтором, подбирала нам квартиру, нанимала рабочих, чтобы сделать ремонт, подбирала мебель, создавала уют.
А потом мы приобрели загородный дом, который тоже требовал постоянного моего внимания. Уж сколько сил я туда вгрохала! И это все параллельно с воспитанием детей, и уходом за мужем.
Я как пчелка жужжала, успевая и по хозяйству, и развести детей по школам-кружкам-секциям, муж был тщеславен в отношении детей, и записывал их и в бассейн, и на карате, и в художку, и в музыкалку, а возила их везде, конечно же я!
Максу тоже требовалось много моего внимания. На фоне стресса, а ведение бизнеса – это огромный стресс, у мужа развился гастрит и язвенная болезнь.
Ох, сколько же сил и фантазии я потратила на то, чтобы муж не ел всякую дрянь, соблюдал строгую диету, и в то же время питался вкусно и разнообразно! Сколько раз он мне выговаривал за пюре из брокколи и мяса на пару!
– Я шашлык хочу, Марина, понимаешь! – гневно тряс муж тарелкой с любовно приготовленными мною паровыми тефтельками из нежной телятины с постным картофельным пюре. – Надоела твоя хавка без соли и без вкуса! Вот где сидит она! – бил себя ребром ладони по горлу.
И я все это терпела. Терпела, потому что искренне любила Макса. Потому что хронический гастрит, а у Макса именно такой, это вам не шутки! Так и до прободения язвы рукой подать, а как я без него?!
Макс недовольно съедал мои диетические блюда, а потом любил меня по ночам до утра, думаю изысканностью в любовных утехах он компенсировал свою скудную диету.
Дети становились старше, и я подумывала над тем, чтобы все же выйти на полноценную работу в офис к мужу, но как только представляла, что из-за этого обострится его язва, а она обострится, потому что мне тогда было бы не до готовки, то сразу же весь мой эгоизм улетучивался.
Ну как Макс без меня?
А оно вон как вышло!
Прекрасно он без меня справился.
Я все эти годы мучилась от ощущения собственного эгоизма, когда хотела рыпнуться хоть куда-то, в то время, когда муж преспокойно завел себе любовницу, сделал ей ребенка, и по итогу, выставил меня вон из дома.
«Старая кошёлка»…
«Не первой свежести»…
Двадцать два года моей жизни… Лучшие двадцать два года…
Всю себя отдала ему. Всю себя, до последней капли.
Растворилась в нем.
И что получила взамен?
Предательство.
Подлец! Он растоптал меня. Унизил. Уничтожил.
Ну что ж… похоже пришло время пожить для себя! Ну и отомстить.
Не думает же он, что я так просто прощу ему свои лучшие похищенные года?!
ГЛАВА 2
МАРИНА
– Мам, Алиска кажется накакала в подгузник, ты посмотри, помой и кремом помажь, чтобы у нее раздражения как в тот раз не было!
Марго буквально сшибла меня дверью, и теперь в нетерпении жмет кнопку лифта. Так ей охота побыстрей в институт на пары свалить.
А я кое-как привела себя в порядок в машине, напудрилась, но все равно видно, что проревелась как надо. Однако, Марго даже не обратила на мой внешний вид никакого внимания.
– А… почему Алиса снова в памперсе? – уточняю я. – Ты же ее к горшку хотела приучить?
– Ой, мам, перестань, а! – закатывает глаза к потолку Марго. – Не приучается Алиска, маленькая еще. Ой, вот еще вспомнила, ты ей суп свари, и пюре яблочное приготовь. Гриша запретил Алиску из банок магазинных кормить. Говорит, чтобы дочь только натуральное ела!
Гришка, это муж Марго. Слишком умный, вот только любит на чужом горбу выезжать.
– А сам Гриша где? – уточняю я.
– Он в спорт зале, качается. – продолжает теребить кнопку лифта Марго. – Мам, не сбивай меня с толку, а то забуду все сказать. Короче, Алиску надо искупать, переодеть, штанишки застирать, а то она их замызгала, приготовить суп и пюре, накормить, погулять и уложить спать…
Двери лифта стремительно разъезжаются, и скрывают мою деловую дочь.
– Ты ничего не забыла? – хмыкаю я.
– Ну если вспомню, позвоню! – кричит Марго. – Ах, да, когда с Алиской гулять будешь, зайди в магазин, купи нам продуктов, там в холодильнике пошарь, чего не хватает, докупи! Ну все, буду после восьми, покаааа!
У меня брови на лоб лезут. Ну и ну… и если раньше я спокойно, не задумываясь выполняла все поручения старшей дочери, то сейчас понимаю: моя безропотность явно вышла мне боком.
– Баба!!! – заливается в квартире Алиса, – баба кака!!!
ГЛАВА 3
МАРИНА
– Иду, Лисеночек, иду! – я запираю дверь дочкиной квартиры изнутри и иду на зов внучки.
Боже, ну и бардак везде… Марго что ли совсем не убирается?
Марго эта двушка досталась до свадьбы. Мы с Максом купили недвижимость дочери, чтобы она в случае чего имела собственное жилье. Двушка в хорошем элитном доме пробила знатную брешь в нашем бюджете, но, когда Марго в девятнадцать лет залетела, выбора у нас не оставалось.
Макс очень злился, когда Марго в мужья выбрала обычного раздолбая, у которого ни кола, ни двора. Гришка поначалу вообще хотел «уйти за хлебом», то есть слинять от беременной Маргоши в закат, но как пронюхал про то, что невеста с приданным, так и поменял свои планы.
Сам-то он жил со своей мамой в однушке, и был рад поселиться в элитном районе, в чистой квартире с ремонтом. Гришка на два года старше Маргоши, и, казалось бы, должен уже полностью взять ответственность за свою семью, ан нет.
Он толком нигде не работает – не царское это дело. Зато замашки у него вполне царские! Смотри-ка пюре его дочери должна теща делать… Мне не трудно, конечно, и для своей внученьки я в лепешку расшибусь, но все же… я должна помогать по мере сил и желания, а не полностью взваливать на себя весь быт их семьи.
Маргоша, положа руку на сердце, стоит Гришки. Мы с Максом настояли на том, чтобы она не бросала свою учебу в МГУ. Макс выделяет ей ежемесячную хорошую сумму, чтобы дочь и внучка не нуждались. Ну и Гриша не против пожить за наш счет. Вон, смотрю, бутылки из-под колы стоят рядом с навороченным компом. Пустые пачки чипсов, крекеров, печенья ковром застилают стол. Это все вперемешку с наушниками, которые стоят баснословных денег.
Смотрите-ка на моего зятька! Значит, сам живет, нигде не работает, в ус не дует, хорошенько проводит время за играми в танчики, закусывая чипсиками, а когда жена уходит на пары, он спешит в качалку! Хотя мог бы вполне сам присмотреть за своей дочерью, и не звать меня с другого конца города.
И если бы еще вчера я молча навела порядок в квартире дочери и выполнила все ее указания, то сейчас, что-то переклинивает во мне.
Злость поднимается прямо со дна души.
Ну скажите мне, какого черта я, женщина сорока лет, должна убираться за молодым мужиком, который даже банку из-под колы не может до урны донести?!
У меня дома свой муж имеется! Имелся…
Гриша – муж Марго. Да, он бездельник, лодырь и альфонс, но это – выбор моей дочери! Пусть она за ним и прибирает! Ну, или лечит его от бытового инвалидства.
Что-то Гришка совсем обнаглел. Сам питается супер-вредным джанк-фудом, а его дочери по какой-то причине не подходят детские магазинные пюрешки… Еще раз повторюсь, я тоже считаю, что лучше приготовить самой, но вот просто эти его приказы… сам бы мог в кои-то веки заработать на яблоки для ребенка, сходить в магазин, и сделать пюре!
Как говорится, требуешь? Соответствуй! Так нет же!
Злая до нельзя на зятя, я обхожу бардак на компьютерном столе, и натыкаюсь на бардак в спальне.
А тут что?
Ураган Катрина отдыхает.
Тут явно Мамай прошел.
Все Маргошкины вещи раскиданы, на кровати валяется дорогущий беспроводной фен. Видно, что дочь очень быстро собиралась на пары, и не посчитала нужным все аккуратно прибрать и развесить.
А зачем?
Ведь мама примчится по первому зову и наведет идеальный порядок! Навела бы… еще вчера. Но сегодня, после предательства Макса, что-то навсегда изменилось во мне. Я иду мимо беспорядка прямо к кроватке Алисы.
– Баба, кака, бееее!!!! – выдает мне двухлетнее чудо.
Алиса пока еще плохо говорит, общается самыми примитивными фразами.
Недавно Марго плакалась мне, когда ее свекровь пришла в гости, и раскритиковала молодую мамочку в пух и прах! Своего сыночку конечно же она ни в чем не обвиняла, ибо он – мужчина, и какой с него спрос? А вот Марго досталось по полной программе: и то что Алиса до сих пор не ходит в горшок, и то что не говорит толком, и то, что в два года еще, о ужас, не знает алфавита и не может читать!
Сама свекровь при этом принимать участие в воспитании внучки не торопится. Они с Гришей одного поля ягоды – могут только критиковать, не предлагая помощи и конструктивных решений.
Марго тоже некогда заниматься дочерью – она учится в МГУ. Поэтому мы с Максом решили выручить молодое семейство и наняли Алисе хорошую образованную няньку. А потом еще одну, и еще. А потом у Макса лопнуло терпение, и он перестал оплачивать нянек.
Куда они все девались?
А они все, как одна, по словам Марго, клеились к Грише.
Все, до единой.
Хотя, скорее всего, это Гриша, от скуки приставал к нянькам, но это опустим.
В общем, на данный момент получается так, что кроме меня за Алисой некому присматривать.
Я беру Лисенка на руки. Запах какашек усиливается.
Несу внучку в ванную. Снимаю закаканный подгузник. Похоже на то, что Алиса уже прилично ходит в грязном. Получается, что Марго специально не стала менять подгуз, зная, что я вот-вот приеду!
Правильно, зачем самой возиться с грязными какашками, когда приедет мать, которая вымоет ребенка!
Я просто в шоке.
Похоже, что меня использует не только муж, но и родная дочь! Ведь Марго даже не спросила, как у меня дела. Как я себя чувствую… Она даже не заметила следы моих слез. Потому что ей не нужна я. Ей нужна бесплатная нянька для ее ребенка, и безропотная гипер-отвественная домработница, к которой не станет клеится Гришка.
Кстати, а какие это интересно пары до восьми вечера? Вообще, у Марго странное расписание занятий. Пары начинаются в два, и тянутся до восьми. Разве так бывает? Вот с восьми утра и до двух, я бы еще поверила.
Я одеваю Алисочку во все чистое.
Если раньше я тут же бы побежала замылить пятно на штанишках, то сейчас я просто кидаю их в ванную. Это все должна делать Марго. Не я.
– Баба, ням-ням! – сообщает мне довольная искупанная внучка.
Беру Лисенка и несу ее на кухню. Сажаю ее в столик для кормления.
Открываю холодильник. Никакого готового супа там и в помине нет! Впрочем, заготовок овощей, разделанного мяса, помытой крупы, тоже. То есть я сейчас должна сварить суп с нуля!
Марго даже мясо из морозилки не достала разморозиться!
Замечаю на полке пачку муки, а в холодильнике бутылку молока.
– Лисенок, блинчики будешь? – предлагаю я.
– Да, баба! Бильчики!!! – хлопает в ладоши внучка.
Я быстро развожу тесто и мрачно думаю о том, в какой момент все пошло не так, и я позволила дочери полностью сесть на мою шею, посадить туда в довесок своего мужа и маленького ребенка! Как я раньше этого не видела? Почему не замечала?!
ГЛАВА 4
МАРИНА
– Мам, слушай, тут такое дело! – снова без «здрасьте» и «до свидания», начинает тараторить сын в трубку.
– Что случилось, Миша?
Я только нажарила блинчиков. Ровно столько, чтобы нам с Алисой хватило перекусить, и теперь устало опускаюсь за стол.
– Мам, в общем, если ты стоишь, сядь, пожалуйста!
Ого… сердце моментально начинает отбивать дробь. Что произошло? Сын тоже узнал про неверного отца, и решил поделиться со мной? Но если и так, то хотя бы Миша поступает честно по отношению ко мне.
– Если ты про то, что твой отец скоро снова станет папой, то…
– Дедушкой!!! – выпаливает Миша.
– Что?! – переспрашиваю я, поперхнувшись чаем.
– Отец скоро станет дедушкой, а ты, мама, бабушкой! – заявляет Михаил.
– Погоди, погоди… – тру я виски. – Ты хочешь сказать, что…
– Да, мама! – нервно, на эмоциях высказывается сын. – Это именно то, о чем я хочу сказать. Есть одна девушка, Маша, она беременна от меня!
Чего и следовало ожидать. Миша ведет не менее шикарный образ жизни, как и его сестра. Тоже в отдельной квартире, учится в МГУ, и… хотя муж и привлекает его к ведению семейного бизнеса, но Миша – двадцатилетний олух, у которого на уме одни гульки. Вот и догулялся. Все вполне закономерно!
И если еще вчера я бы начала нервничать, выяснять, кто такая эта Маша, потому что я слышу о ней впервые в жизни, переживать за сына и его отношения, то сегодня… тихо говорю себе «стоп».
– Только отцу не говори, пока, мать! – просит Миша.
Вполне можно и сказать, ведь, очевидно, что и у отца, и у сына случились одинаковые события.
– Так, и что ты хочешь от меня? – спрашиваю я спокойным тоном.
– И это все, мам?! – удивляется моей реакции сын. – Ты даже не будешь орать на меня, выяснять подробности и читать нотации?!
И это говорит мне сын, который даже не спросил, как у меня дела и как я поживаю, прежде чем навалить на меня свои новости?
– Нет, Миш, не буду. – кладу Алисе еще блинчик.
– Поясни! – никак не остановится сын.
– А что тут пояснять? – пожимаю плечами. – Ты – уже взрослый двадцатилетний мужчина. Это – твоя жизнь и ты сам полностью отвечаешь за свои поступки.
Миша удивленно молчит, а потом выдает:
– Ну, мать, ты даешь! И ты мне даже какой-нибудь совет не дашь?! Жениться мне теперь на Машке, или просто с ребёнком помогать?!
– Еще бы ты мои советы слушал, Миш. – хмыкаю я.
– Я не знаю, что делать! Я, конечно, рад стать батей, бэбик – это прикольно! Но в то же время, я взволнован! Я шоке, я тебе больше скажу, я просто в ахере!
Если бы ты знал, Миша, в каком ахере я нахожусь весь сегодняшний день, ты бы так не говорил.
– Ну от меня-то ты что хочешь, Миш?
– Короче, Маша в таком же ахере, как и я! – выдает мне сын. – Она требует, чтобы я пошел с ней в женскую консультацию, на узи, посмотреть какой срок беременности, и все ли в порядке с малышом!
– Ну, если ты – отец ее ребенка, то ее просьба вполне закономерна. – отвечаю я.
– Ну мам! – возмущается сын. – Не пацанское это дело по бабским консультациям ходить!
– А ты, что ли, пацан до сих пор, или уже взрослый мужчина?! – злюсь я на сына.
– Мужик, я мам! – бурчит Миша. – Я просто хотел тебя попросить с Машкой пойти!
– Меня?! – удивляюсь я.
– Ну, да, как раз заодно и познакомишься с ней, скажешь потом мне, стоит ли на ней жениться, или нет.
Ну, приплыли. Теперь уже мой взрослый совершеннолетний сын норовит тут же скинуть на меня ответственность за свои поступки, и решения.
– Нет. Миш, не получится. – твердо отвечаю я.
Миша раздраженно вздыхает.
– Мам, опять тебя Маргошка припахала?!
– Я сейчас с Алисой. – подтверждаю я.
– Сестра совсем обнаглела! Пускай сама за своим ребенком смотрит! – искренне возмущается сын.
– Так и ты, Миша, как взрослый ответственный мужчина, будь добр, сам сходи со своей девушкой в женскую консультацию и посмотри на своего ребенка!
ГЛАВА 5
МАРИНА
– Ах, коззззёл!!! – от всей души ругаюсь я и пинаю машину, которая только что чуть не сбила меня с коляской Алисы на пешеходном переходе.
Я все же вышла прогулять Алису. Нам обеим требовался свежий воздух. Сквер, где большинство мамочек гуляют с колясками находится через дорогу от дома дочери.
Я ничего не нарушала, шла на свой зеленый по пешеходному переходу.
И тут визг, тормоза, дым… Я чудом затащила коляску с ребенком на тротуар. А сама не стерпела.
– Придурок, козел, тварь! Ты чего творишь?! – ору я на полностью тонированные стекла наглого джипа.
Алиса в коляске начинает плакать.
Меня всю трясет. И меня до сердечного приступа довел, и ребенка испугал.
Водительская дверь медленно открывается и оттуда вылезает такая бандитская рожа, что я невольно замолкаю и вздрагиваю.
Ох, какой стремный мужик за рулем. Бритый, страшный бугай со шрамом.
– Че раскудахталась, курица? Ща я тебе лапы твои куриные повыдергиваю, поменяю местами и обратно вставлю!
– Я с ребенком иду! По переходу, на зеленый свет! – заикаясь отвечаю я.
– Да ты знаешь хоть, на кого пасть раззеваешь?! – рычит ужасный мужик. – А ну сдриснула отсюда, пока я биту не достал!
Ну что сегодня за день такой, а? Алиса заливается плачем, мужик сверлит меня взглядом, и тут открывается пассажирская дверь.
Мне бы схватить коляску и бежать наутек, пока бритый бандит и впрямь не расправился со мной, но я, почему-то продолжаю стоять на месте. Будто приросла к асфальту пялюсь на появившегося из машины молодого мужчину.
Наши с ним взгляды встречаются и меня жалит, точно Николу Теслу, ударом электрического разряда.
Высоченный. Широкоплечий. Густые темные волнистые волосы. Большие, темные, почти черные глаза.
Борода. Черная одежда. Стильное пальто. Острые скулы. Волевой подбородок.
И не такой он уж и молодой, как показалось мне сначала. Лет тридцать – тридцать пять. Далеко не мальчик, но я явного старше него.
Он осматривает меня так, что я физически чувствую его прикосновения. Он смотрит на мое лицо, и оно начинает полыхать. Опускает взгляд на губы, а они у меня пухлые от природы, и их тут же начинает жечь.
Харизма мужчины настолько яркая, что даже Лисенок в коляске замолкает и изумленно смотрит на него во все глазки.
– Ребенок не пострадал? – раздается его голос.
Господи, какой у него голос! Глубокий, властный, бархатный… У меня моментально горячеет в животе. Давно уже у меня такого не случалось от мужского голоса.
– Нет… – мотаю головой.
– А вы? – уточняет умопомрачительный красавчик.
Он так смотрит, что мурашки бегут по позвоночнику. Кажется, если это продлится еще мгновение, то я точно пострадаю. Поэтому беру себя в руки и злюсь: чуть не задавили на пешеходном переходе, обматерили, а теперь рассматривают так, будто я вещь на витрине…
Красивый мужик? Боже, Марина, ты что красивых мужиков никогда не видела? Муж мой, Макс, тоже красавчик, про таких теперь говорят – шуга-дедди, да толку-то? Кобель и предатель! И этот, наверняка такой же!
Молча разворачиваю коляску с Алисой и иду прочь по тротуару.
Машина не преследует меня. Взвизгнув тормозами, крутой джип обдает нас пылью и уносится в закат.
В кармане вибрирует мобильный. Сбитая с толку, беру трубку, не поглядев, кто звонит.
– Марина, где тебя носит?! – раздается голос неверного мужа. – Немедленно приезжай домой!
Ага, бегу, волосы назад!
ГЛАВА 6
МАРИНА
Еду в наш загородный дом. Так как муж постоянно работает в городе, там мы бываем в основном летом, и в редкие дни отпуска. Сейчас, ранней весной там никого не должно быть.
Марго, конечно, была очень зла, когда я позвонила и заставила ее вернуться раньше восьми. Но я была непреклонна.
Мне нужно побыть одной. Нужно подумать обо все, что произошло за последние двадцать четыре часа. Решить, то делать дальше.
Стемнело. Но поселок охраняемый, и дороги освещены. Снег уже стаял. Я нажимаю на кнопку и ворота приветливо разъезжаются в стороны. Вокруг соседские дома и участки светятся электричеством, в нашем же доме темно.
Я сама была тут недели две назад – стараюсь поддерживать чистоту и не позволять запустения.
Поднимаюсь по крыльцу.
Какое-то неприятно ощущение окутывает меня. Но спешу списать его на предательство мужа. Ничего, сейчас включу освещение, наберу полную ванну и расслаблюсь в пене.
Открываю дверь ключом. Странно, вроде я всегда закрываю на два оборота. А сейчас ключ провернулся единственный раз и дверь передо мной открылась. Может, Миша приезжал сюда со своей Машей? У нас у всех есть ключи от дома, так что такое вполне возможно и волноваться не стоит.
– Ну, здравствуй, любимая! – раздается за спиной голос Макса.