- -
- 100%
- +
– Арес, я ценю твою заботу, но мы говорим об этом уже в сотый раз, – мой голос, обычно глубокий и рокочущий, сейчас звучал как рык. – Я – дракон. Я – правитель. Появление в сопровождении целой армии телохранителей не укрепит мой авторитет, а уничтожит его. Люди должны видеть во мне силу, а не трусость.
– Сила и безрассудство – разные вещи, Владыка, – возразил Арес, ни на шаг не отступая. – Последнее покушение… Вы чудом остались живы. В следующий раз удача может отвернуться.
Я окинул взглядом кабинет. Он тонул в полумраке. Стены, увешанные гобеленами, поглощали свет немногочисленных свечей, оставляя в тени углы и высокие книжные полки, уставленные книгами в кожаных переплетов, на стеллажах лежали свитки и манускрипты, скрепленные печатями. Аромат воска и старой бумаги царили в кабинете. На массивном столе лежали стопки документов, в ожидании когда я приступлю к их изучению. Кое где на столе имелись следы моего несдержанного поведения. Царапины от драконьих когтей, в которые превращались мои руки, когда я из последних сил сдерживал себя от оборота в моменты раздражения и злости. Такие всплески случались все реже и реже. Я сидел в кресле, чувствуя себя в своем кабинете дома. Правда сейчас, к этому ощущению примешивалось к раздражению, которое мне с трудом удавалось сдерживать.
Откинулся на спинку кресла, обитого темной кожей, и вперил взгляд в лицо стоящего напротив Ареса, главы моей личной охраны, а по сути – руководителя тайного отдела, который отвечает за мою безопасность. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало упрямство, что меня только больше злило. Длинные черные волосы, обычно аккуратно собранные в хвост, сегодня казались растрепанными, словно он провел последние часы в безуспешных попытках найти выход из сложившейся ситуации.
Я скривился, вспоминая то, о чем говорил глава моей охранки. Отрава, замаскированная под напиток, почти лишила меня возможности обратиться. Едва успел почувствовать приближающуюся смерть, взмыл в небо и выжег дотла весь трактир, где праздновали заговорщики.
– В следующий раз я буду готов, – отрезал я. –Я удвою количество стражи, ужесточу контроль за поставками, но я не намерен прятаться за спинами мечников.
Арес вздохнул.
– Но что, если мы найдем способ защитить вас, не привлекая лишнего внимания? Что, если у вас будет такой телохранитель, на которого никто и подумать не сможет, что он телохранитель ?
Я поднял бровь.
– И кто же это? Маленький мальчик, который будет плестись за мной, держа за подол моего плаща ?
Арес покачал головой.
– Нет, Владыка. Девушка.
Я подался вперед, пораженный.
– Девушка? Телохранителем?! – не удержался и усмехнулся.
– Именно. Красивая, стройная, может даже хрупкая. Ее близость можно будет объяснить… вашим личным расположением. Фаворитка, любовница – все поверят скорее в это, чем в то, что она готова умереть за вас, – на губах Ареса появилась довольная улыбка. Кажется он уже давно думал над этим вариантом и вот подвернулся случай его предложить.
Я же скептически хмыкнул. Идея казалась абсурдной. Дракон, защищенный хрупкой девицей? Это звучало как плохая шутка.
– Ты веришь, что такое возможно?
– Я верю, что вы должны рассмотреть все варианты, Владыка. Вы не можете полагаться только на свою силу. Ваша личная безопасность не только ваша забота, но и забота всех, кто вам служит, всех, кто зависит от вашей мудрости и справедливости, – арес решил воззвать к чувству долга, зная что это беспроигрышная карта.
Его слова задели меня за живое. Он был прав. Моя гордость не должна ставить под угрозу благополучие моего народа. В конце концов, я правлю не только для себя.
Я сдался.
– Хорошо, Арес. Ты убедил меня. Но где ты найдешь такую девушку? Она должна быть не только красивой, но и бесстрашной, ловкой, незаметной… Ты сам-то в это веришь?
На губах Ареса мелькнула слабая, едва заметная улыбка.
– У меня есть один вариант, Владыка. Я думаю, она вас заинтересует.
Глава 1.
Соленый пот заливал глаза, щипал ссадины на костяшках. Запах железа, пота и дезинфицирующего средства, которым драили пол, стоял в воздухе современного, залитого неоновым светом, тренировочного зала. Сквозь шум тяжелого дыхания, приглушенные удары боксерских груш и скрип тренажеров я безошибочно различала ритм, выбиваемый моими собственными движениями. Это был мой ритм – жесткий, неумолимый, ритм выживания.
Очередной выпад спарринг-партнера - и перчатка, обтянутая кожей, просвистела в сантиметре от моего виска. Моментальная реакция, нырок под руку, захват, рывок – и вот уже я контролирую его запястье, выворачивая руку под неестественным углом.
– Плохо, Андрей, – спокойно произношу я, отпуская его. – Слишком предсказуемо.
На лицах бойцов, стоявших по периметру ринга, читалось напряженное ожидание. Все они – отборные кадры, спецназ, элита вооруженных сил. Их плечи широкие как шкафы, мышцы выточены, словно из камня. Волкодавы, готовые сорваться с цепи по первому моему слову. Но сегодня они – мои подопечные. И я выжимаю из них максимум, заставляя работать не только мышцы, но и мозги.
– Стойка! – рявкнула я, наблюдая за парным спаррингом двух здоровяков, пытающихся отправить друг друга в нокаут. – Держите дистанцию! Не лезьте в ближний бой, как слепые котята. Анализируйте противника, предугадывайте действия, адаптируйтесь к меняющейся ситуации.
В этот момент до моего слуха донесся приглушенный говор. Один из новичков, качок с квадратной челюстью и нагловатым взглядом, что-то шептал своему напарнику, небрежно толкая того плечом.
– Ну че, как тебе, братан? Не западло, что нас какая-то пигалица тренирует? – я уловила его язвительное шипение. – Может, она там с генералом мутит? Или папаша у нее крутой? Иначе как объяснить ее назначение? Совсем там наверху охренели, что ли? Она сколько весит? Пятьдесят кило? Пушинка же совсем.
Второй боец, крепкий, молчаливый мужчина средних лет с множеством шрамов на лице, даже не удостоил его взглядом.
– Не болтай ерунды, Саня, – буркнул он, еле слышно. – С виду она может и пушинка, но эта пушинка тебе все кости перемолотит и даже глазом не моргнет. И чем больше ты ее недооцениваешь, тем больше у нее шансов надрать тебе задницу.
Саня фыркнул, закатывая глаза.
– Да перестань ты байки рассказывать. Чего она сможет сделать против нас, здоровых мужиков?
Я дала им понять, что слышу их разговор, выпрямившись во весь рост и скрестив руки на груди. Тишина мгновенно воцарилась в зале.
– Учебный бой, – властно произнесла я, обводя взглядом выстроившихся бойцов. – Кто следующий?
Само собой, первым вызвался Саня. На его лице расплылась самодовольная ухмылка.
– Я буду, – заявил он, потирая руки. – Покажите нам, Инструктор, на что вы способны, – при этом слово “инструктор” прозвучало максимально снисходительно издевательски.
Я промолчала, лишь жестом указав ему выйти в центр зала. Он подчинился с готовностью, явно уверенный в своей победе. Наивный.
Мы сблизились. Саня, как и ожидалось, атаковал первым, вложив в удар всю свою мощь. Я легко уклонилась, воспользовавшись его инерцией, и ловким движением подсекла ему ногу. Раздался глухой звук удара – и Саня рухнул на пол, как мешок с песком, а может с чем то менее привлекательным и более вонючим.
Злость исказила его физиономию. Он вскочил, игнорируя боль, и, ослепленный яростью, бросился на меня. Глупо! Именно этого я и ждала. Его гнев лишил его разума, превратил в тупого качка, кем он в принципе и являлся. Мимолетное движение, подножка, резкий рывок – и вот он снова валяется на полу, а я удерживаю его руку в неестественном положении, не давая возможности подняться.
Остальные бойцы молча наблюдали за происходящим, с каждой секундой все больше восхищаясь моей техникой.
В этот самый момент дверь в зал распахнулась, и на пороге появился руководитель нашего тренировочного центра, полковник Петров, а за ним…
За ним стоял незнакомец. Высокий, широкоплечий, с иссиня-черными волосами, собранными в небрежный хвост. На нем была надета простая черная футболка и потертые джинсы, но даже эта небрежная одежда не могла скрыть силу, излучаемую всем его телом. Что-то в его облике притягивало взгляд – скорее всего, это была какая-то природная грация, дикая красота, проступающая сквозь нарочитую простоту. В его лице было что-то аристократичное, но в то же время в его глазах мерцал какой-то… необузданный огонь, какая-то первобытная сила. Я никогда раньше не видела ничего подобного.
Полковник Петров, словно преданный пес, расплылся в подобострастной улыбке, торопливо шагнув вперед и бесцеремонно преграждая незнакомцу обзор. В его глазах читался явный страх – такой же, какой я видела на лицах новобранцев перед первым прыжком с парашютом. Вот только он боялся не меня. Неужели незнакомца? Очень интересно.
– Александра, позвольте представить, – голос Петрова звучал неестественно громко, почти визгливо, – это господин Арес. Он… э-э… изъявил желание лично ознакомиться с нашими прогрессивными методиками подготовки личного состава. И, конечно, с вами, как с… э-э… неординарным… ммм… инструктором.
Все время, пока этот угодливый старый хрен пытался заполнить неловкую паузу бессмысленными словами, Арес хранил молчание. Его взгляд, казалось, пронзал меня насквозь, словно рентгеновский аппарат. Он смотрел прямо в глаза, не отводя взгляда, словно пытался прочитать мои мысли, разгадать все мои тайны. Петров настолько усердно пытался угодить этому Аресу, что во мне зародилось отчетливое подозрение: уж не прислали ли к нам какую-то важную шишку с самого верха? В последнее время участились проверки, и всех трясло от страха перед проверяющими. Но этот на проверяющего не похож. Скорее на туриста, которому стало скучно и он решил разнообразить свой отдых.
И тут меня, как говорится, «понесло». Пока Арес молчал, сохраняя невозмутимое выражение лица, я ошибочно решила, что он не понимает по-русски, и решила высказать все, что я думаю по этому поводу, прямо здесь и сейчас.
– Простите, полковник, – стараясь придать своему голосу максимально холодный и отстраненный тон, произнесла я, – но какого лешего вы таскаете всяких Аресов на мои тренировки? Я здесь, позвольте напомнить, солдат готовлю к боевым операциям, а не в цирке «медведя на велосипеде» показываю.
Петров побагровел так, словно сейчас взорвется. Его и без того пухлые щеки налились кровью.
– Александра! Как вы смеете. Господин Арес – гость. Он…
Я даже не соизволила взглянуть в сторону полковника, бестактно перебивая его.
– И вообще, – продолжила я, обращаясь как бы в пустоту, но четко понимая, что меня слышит и полковник и солдаты, – я вам не диковинная змеюшка в террариуме, чтобы меня тут всем подряд разглядывать. Если я буду отвлекаться на всяких… заинтересованных личностей, мои тренировки пойдут насмарку, и кто тогда будет отвечать за провал подготовки?
И тут Арес заговорил. Его голос, глубокий и бархатистый, прошелся по моим нервам подобно разряду тока. Каждое слово было произнесено с четкостью и уверенностью, с едва уловимым иностранным акцентом, который придавал его речи особую пикантность.
– Полковник, благодарю вас за щедрый прием и внимание. Однако, полагаю, не стоит тратить время на пустые перебранки. Леди… Александра, кажется? – он перевел свой завораживающий взгляд на меня, и легкая, едва заметная улыбка тронула уголки его губ. – Мне действительно было интересно понаблюдать за вами в деле. Но мой визит преследует гораздо более серьезную цель. У меня к вам – как это принято говорить – конфиденциальное дело.
Жаркая волна стыда мгновенно окатила меня с головы до ног. Он все слышал. Каждое мое грубое слово. Он все прекрасно понял. Какая же я, все-таки, дура. Лезть на рожон, не разобравшись толком в ситуации – это непростительная глупость, тем более, для инструктора элитного спецназа.
Сохранить остатки самообладания оказалось непросто. В моей голове отчаянно билась лишь одна мысль: нужно во что бы то ни стало держать лицо. Я с усилием выпрямила спину, гордо вскинула подбородок и взглянула Аресу прямо в глаза с вызовом, отчаянно скрывая за маской напускной дерзости царившее внутри меня замешательство.
– Конфиденциальное дело? – нарочито медленно повторила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более самоуверенно и нагло. – Что ж, господин Арес, это, безусловно, любопытно. Но, к сожалению, или к счастью, сначала я должна закончить тренировку своих подопечных. Ваши конфиденциальные предложения, господин, будут рассмотрены после. Продолжаем занятия. – добавила я ледяным тоном, и повернулась спиной к Аресу, чувствуя на себе его прожигающий взгляд. Кажется я перегнула палку в этот раз с полковником Петровым. Каким бы он размазней не был, но он мне это с рук не спустит. Кажется пора искать новую работу.
Окончание тренировки прошло довольно скомкано. Я срывалась на подопечных, злилась и даже покрикивала. Когда пару здоровенных мужиков еле выползали в сторону, после спаринга, я поняла, что пора завязывать, иначе просто наврежу ни в чем неповинным людям.
Когда я вышла из тренировочного центра на улицу, немного успокоившись и придя в себя, первого кого я увидела был господин Арес. Он стоял небрежно облокотившись на капот дорогущей машины, цену которой я даже представить не могла, столько в ней было нулей. Я не стала делать вид, что не заметила его. А смысл? И ежу понятно, что он здесь ради меня. Поэтому я направилась в его сторону, зло сверля его взглядом.
– Что вам надо? – я встала напротив него. Даже ближе чем следовало бы, нарушая, так сказать, личные границы, чтобы человеку стало некомфортно, но он или не человек, или с личными границами у него видимо проблем нет.
– Поговорить, – усмехнулся мужчина. Все в его тоне, поведении и даже осанке говорило, что обычно он не ведет беседы, а отдает указание, которые все выполняют. Молча и неукоснительно.
– Говорите, – я плотно сжала губы в тонкую линию. Я еще понятия не имею, что он хочет сказать, но я уже понимаю, что ничего хорошего.
– Садись, – и мужчина кивнул на машину. – Или испугалась, – а вот это уже была откровенна провокация. Я только что раскидывала двухметровых амбалов по залу, а его “испугалась”? Да ща-з-з-з-з, не дождется. Но вот то, что он манипулирует мною, и делает это просто виртуозно, меня не хило так задело.
– Я вас не боюсь, но с вами не поеду, – пытаюсь не вестись на провокацию и уже сильно так жалею, что вообще подошла к нему. Надо было просто пройти мимо. Нет, не делать вид, что не заметила, а просто пройти мимо. Но сделанного не вернешь.
– Значит тебе не интересно как вылечить братишку? – эта фраза заставила меня задержать на мгновение дыхание.
– Как ? – вопрос сорвался с губ быстрее чем я успела подумать.
– Садись, – повторил команду мужчина и бросив ненавидящий взгляд на собеседника дернула ручку задней двери и села в машину. Хлопнула я дверью так, что любой другой возмутилс бы, но не этот странный господин Арес. Он обошел машину и сел в машину рядом со мной. Неужели не за руль? Обычно такие наглые типы любят показать, что они хозяева жизни, и водят таких монстров сами. Как там говорят психологи, большая машина, маленький…
– Я предпочитаю чтобы каждый занимался своим делом, – словно бы прочитал мои мысли мужчина. И нажав кнопку на двери, выдвинул тонированное стекло, которое отгородило нас от водителя. – И так, поговорим, – произнес господин Арес.
– Я здесь только из-за брата, – сразу же озвучила я причину, которая заставила меня согласится на этот разговор.
– Я знаю, – кивнул мужчина. – Александра Панкратова, двадцать три года, мастер спорта … чемпионка.. победитель.. призер, – господин Арес держал в руках папку в которой слева было мое фото, а слева список моих достижений и побед. – В настоящее время работает инструктором, а еще фитнес тренером и еще..
– Вы меня для этого позвали, – обрубила я дешевую постановку в лице странного мужчины. – Я знаю о себе все это. Вам то что надо?
– А ты не задумывалась Александра, кто ты на самом деле такая? – мужчина отложил в сторону папку, явно потеряв к ней интерес и посмотрел на меня в уор.
– Что вы имеете в виду? – я нахмурилась. – И мы кажется с вами на ты не переходили.
– Я твой крестный, имею право, – расхохотался мужан.
– Крестный? – ничего не пойму. – Да вы меня старше от силы лет на десять.
– Мне уже больше двухсот, – уточнил господин Арес.
– Ага, – я криво усмехнулась. – А я Ленин тогда, вечно живой, – и дернула ручку двери с намерением выйти из машины, потому что не собираюсь участвовать в этом балагане. Именно в это время машина начала движение, словно бы ждала когда я захочу покинуть ее. – Остановите машину, я хочу выйти. Устроили тут цирк на выезде.
– Ты мне не веришь, – констатировал очевидный факт собеседник.
– Конечно не верю, – я даже удивилась, что он решил уточнить настолько очевидный факт. – Я что, на дуру похожа?
– У тебя на пояснице шрам, который ты скорее всего попыталась как-то спрятать. Полагаю родители сказали тебе, что ты упала в детстве или еще что-то подобное, но ты не помнишь как его получила, – говорит господин арес не глядя на меня. Как он узнал про шрам? А-а-а-а-а, точно.
– Увидели его на тренировке? – я улыбнулась. – И думали я поверю в ваши экстрасенсорные способности.
– Ты была в комбинезоне, – напомнил мне мужчина то, в чем я была одета во время занятий.
– Ну в медицинской карте тогда прочитали, – я отмахнулась от слов господина Ареса. – Какая разница.
– Пока мы едем к твоим родителям, ты пока подумай откуда у тебя такая сила? Почему хрупкая девушка способна победить в спарринге двухметрового здоровяка. Ты же с младенчества была сильнее и сноровистее свертников. Быстрее бегала, дальше всех прыгала, и все что связано с силой и выносливостью давалось тебе легче чем ровесникам. Как это объяснили твои родители?
– Наследственностью, – тихо ответила, а у самой словно в замедленном кино проносились кадры из жизни. Вот я побеждаю в соревнованиях, а мама просит хоть иногда поддаваться или хотя бы не побеждать всех с такой легкостью. Вот я дала сдачу хулигану, в итоге сломав ему руку. Отец просил не побеждать так легко, мама умоляла не выделятся, а я не понимала, почему.
– Вот именно, – усмехнулся мужчина. – Но лучше всего тебе об этом расскажут твои родители. Уж им-то ты поверишь.
Всю дорогу до клиники я сидела словно на иголка. Да, я сразу поняла куда мы едем, хотя адреса не называла. Господин Арес его нал и без меня. Мне вообще показалось, что он все обо мне знал, и это не самое приятное ощущение, скажу я вам. Как только машина остановилась я дернула ручку и выскочив на улицу почти бегом направилась к главному входу клиники. Тревога за брата душила горло, а любопытство к этому Аресу – словно к существу, сотканному из одних загадок и тайн – жгло изнутри. Медсестра на ресепшене, видя меня, только понимающе кивнула и даже без лишних вопросов махнула рукой в нужном направлении. Она знала, как часто я здесь бываю.
Палата брата встретила тишиной и стерильным запахом лекарств. За пластиком капельницы сонно мерцали огоньки, отмечая ход времени, словно отсчитывая последние минуты жизни. Рядом с койкой, как всегда, сидели мои родители. Брат был здесь уже почти полгода, и родители все это время или вместе или по очереди дежурили у его постели. Я приезжала так часто как могла, но стараясь загрузить себя работой по максимуму. Во-первых потому что так было легче, а во-вторых потому что нужны были деньги. Никто не знал, что с братом, но он угасал на глазах. Я не видела родителей пару дней, и сейчас, в этой давящей больничной атмосфере, они казались до жути измученными и постаревшими. Мама осунулась, в глазах залегли глубокие тени, а отец… отец словно сломался. Обычно энергичный и уверенный в себе, сейчас он выглядел лишь жалкой тенью самого себя.
Я шагнула в палату, и Арес, как моя неотвратимая тень, последовал за мной. И тут… я столкнулась с их реакцией. С реакцией моих родителей на этого незнакомца.
Мама побледнела так, словно увидела перед собой саму смерть. Ее рука судорожно вцепилась в жилистую ладонь отца, и ее глаза – всегда такие добрые и полные любви – сейчас расширились от ужаса, в них застыл неподдельный страх.
Отец, напротив, среагировал мгновенно. Он резко вскочил со стула, оттолкнув его с грохотом назад, и грудью заслонил маму и лежащего на койке брата. В этот момент он больше напоминал разъяренного волка, готового рвать и метать любого, кто приблизится к его логову. Да, мой отец – это вам не подхалим Петров, готовый лизать генеральские шпоры, лишь бы выслужиться. Он – интеллигентный профессор истории, человек науки и знаний, но когда дело касалось его семьи, он был готов драться до последнего. В его глазах вспыхнул яростный огонь, и я вдруг увидела в нем того самого молодого, сильного мужчину, за которого без оглядки когда-то вышла замуж моя мама – мужчину, который не боялся ничего на свете.
Арес лишь лениво усмехнулся, наблюдая за этим жалким представлением. В его взгляде не было ни капли страха или удивления – лишь снисходительное презрение к этим беспомощным смертным.
– Неужели ты всерьез вообразил, что сможешь мне хоть как-то противостоять? Сейчас ты жалкий человек, проживший столько лет в этом мире, питаясь жалкими объедками магии, - произнес он спокойно, даже не потрудившись повысить голос. Слова, будто змеи, выползли из его уст, наполняя палату ядовитой атмосферой. – Да у тебя вон даже ребенок чахнет, словно завядший цветок, без магии, а это значит только одно – вся ваша семейка истощена до предела. Пустая трата времени.
Его жестокие слова, словно лезвие, полоснули меня по самому сердцу, срывая все защитные барьеры. Что, черт возьми, все это значит? Какая еще магия?! О чем он вообще говорит?! И… и почему мои родители так на него реагируют?! С каждой секундой вопросов становилось все больше, а ответов – мучительно и катастрофически мало. Меня медленно, но верно начинала душить паника, смешанная с яростью и ощущением полной, всепоглощающей беспомощности. Хотелось заорать, разбить что-нибудь, но тело словно сковало параличом. Я просто стояла, как вкопанная, и смотрела на эту странную, пугающую сцену, разворачивающуюся прямо у меня на глазах.
– Что здесь происходит? – я смотрю на родителей, на мужчину по имени арес и снова на родителей. – Кто он такой? Откуда вы его знаете? И что это за чушь про магию?
– Вы расскажете или я ? – на лице ареса появилась довольная улыбка. Этот мужчина однозначно меня бесил, но теперь я уже не была настроена так скептически к его словам.
– Доченька, послушай, – начала мама протягивая ко мне руки. – Мы хотели уберечь тебя.
– От чего? – я смотрела на Ареса, который по хозяйски прошел вглубь палаты, совершенно игнорируя моего отца и его боевую стойку и сел на диван, что стоял в дальнем углу.
– От него, – зло бросил отец, взмахнув рукой в сторону странного гостя. – Я думал ты мне друг.
– Я и был тебе другом, – ответил господин Арес, устало посмотрев на моего отца. – Я и сейчас тебе друг. И поверь, если бы не серьезные обстоятельства, я бы не вспомнил про твою семью.
– Моя семья больше не имеет никакого отношения к вашему миру, – выпалил отец. – Мы оборвали все связи. Для всех мы умерли, исчезли, растворились в небытие.
– Именно благодаря мне вы смогли бесследно исчезнуть и заметь вас много лет никто не трогал, – выставил вперед мужчина. – Именно благодаря мне все думают, что ваш род оборвался на тебе.
– Он чуть и не оборвался, когда на Алекс покушались, – парирует отец.
– А нечего было называть девочку, мальчишеским именем, – усмехнулся Арес. – Наемные убийцы люди недалекие, между прочим. Назвал бы Вильгельмина или Урсула и проблем не знали бы.
– На нее покушались потому что ты не смог сохранить пророчество в тайне, и к имени это не имеет никакого отношения, – налетает с обвинениями родитель.
– Может меня было не слышно или вы вопрос не поняли, но что происходит и кто это такой? – я повторила вопрос, потому что из перепалки между отцом и Аресом я поняла только одно. Они знакомы и довольно давно. А еще, что мой шрам на пояснице не результат моего падения с велосипеда, а напоминание о покушении. Что ж, весело, ничего не скажешь. Наверно если б на моего ребенка покушались бы, я бы тоже бежала бы куда подальше, и сидела там ниже травы, тише воды. – Кто из вас мне расскажет все?
– Дочь, присядь, – видимо отец решил взять на себя эту миссию.
– Постою, – я недовольно поджала губы. – Слушаю.
– Арес прибыл из другого мира. Магического. Мы с мамой и тобой сбежали оттуда много лет назад и думали что проход запечатали навсегда, – начал говорит отец.
– Ну тот проход запечатан, через который вы прошли, я нашел новый, – вклинился в разговор господин Арес.