- -
- 100%
- +
Прибежали песцы, лисицы и волки и стали есть его тело.
Говорит снова младший брат:
– Орел, орел!
Тебя я позабыл;
Прилетай ко мне!
Клюй мое тело!
Прилетел тот орел и один раз клюнул тело младшего брата. Тогда младший брат говорит:
– Э, орел! Ведь больно мне! Унеси меня!
Орел отвечает:
– Куда же тебя унесу?
– Унеси меня на небо! Очень прошу тебя! За это отплачу тебе добром! Орел на это ему отвечает:
– Как же смогу я тебя унести? Ведь тело твое объели
– Пожалуйста, унеси! – снова просит он. Тогда орел говорит:
– Ну, алыкоун колкоун! (Будь здоров!)
Тут младший брат выздоровел. Унес его орел на небо. Летел-летел орел и нашел одну дыру в небе. Один он только знал эту дыру. Подлетел к этой дыре орел и говорит младшему брату:
– Иди на солнечную сторону! Там найдешь большую реку. Переплыви на другой берег той реки. На другом берегу найдешь серебряный чум.
Выслушал это младший брат и пошел на солнечную сторону. Шел-шел он и на третий день нашел одну реку. Эту большую реку он переплыл и нашел на другом берегу серебряный чум. Сидит в том чуме один старик. Сзади старика хворь сидит. Увидел младший брат эту хворь и говорит старику:
– Кто болеет у тебя, старик?
– Дочь моя болеет.
– Что же болит у нее?
– Внутри болит. Пособи моей дочери. Пособишь – возьми! Отдам дочь тебе! Говорит младший брат:
– Ладно! Я пособлю!
Стал он девице живот смотреть. Смотрел-смотрел и заметил у нее на животе какую-то ранку. В этой ранке увидел он стрелу с широким наконечником. Стрелу эту младший брат вытащил. Удивляется младший брат, глядя на стрелу. Ведь эту стрелу он хорошо знал, потому что она принадлежала его старшему брату, когда-то этой стрелой был ранен ездовой олень. Тогда младший брат стал думать: "Неужели эта девица и была тем самым оленем?"
Старик поглядел на пришельца и говорит:
– Будем жить вместе! Будешь моим зятем! Возьми в жены мою дочь!
Девица поправилась. Взял ее в жены младший брат, и жили они вместе со стариком. Зять разбогател, стало у него много оленей. Так вот и живут. Жил младший брат на небе три года.
Однажды он обращается к старику:
– Э, старик! Мозги мои портятся – тоскливо! Отпусти меня!
Выслушал старик зятя и говорит:
– Как ты попал сюда? Какой дорогой? Отвечает младший брат:
– Орел меня принес сюда.
– Ну тогда, – говорит старик, – ступай обратно в свою землю. Худо тебе будет, я все равно узнаю. Пособлю тебе. Не забывай меня!
Тут зять пошел на свою родную землю – в средний мир. Шел он три года. На четвертый год нашел гробы своих братьев. Те гробы все уже сгнили. Здесь остановился младший брат и начал чум ставить. Здесь они и зажили со своей женою – дочерью старика. Когда здесь жили, жена младшего брата стала замечать, что она забеременела. Тогда она говорит мужу:
– Пойди на солнечную сторону. Растет там на озере серебристый лес и серебряная трава, из того дерева сделай мне тохохо (посох). Принеси мне тохохо и серебряную траву.
Выслушал это ее муж и направился на солнечную сторону. Нашел там озеро, на озере серебристый лес и серебряную траву. Срубил он высокое дерево и сделал тохохо.
Когда он пришел домой, то жена его спросила:
– Принес ли ты тохохо?
– Да, я все принес, что ты мне наказывала.
Спустя немного времени родила его жена сына. У сына этого до пяти лет не было имени. Говорит мать:
– Что же сын наш без имени растет? Надо дать ему имя.
– Как же назовем его? – спрашивает муж.
Жена говорит:
– Назовем его Нирхушка-Емерхен!
– Хорошо! – сказал муж.
Так и стал их сын Нирхушка-Емерхен.
Прошло пятнадцать лет. Нирхушка-Емерхен стал уже крепким, здоровым парнем и однажды говорит:
– Мозги мои портятся – тоскливо одному. Хочу жениться!
Выслушали его родители и задумались. Так думали три дня.
Потом мать стала говорить:
– Нет здесь доброй девки. На земле мы девок не знаем.
Есть только одна для тебя невеста-это солнцева дочь. Но та дочь солнца очень далеко. Ступай в ту сторону и возьми себе в жены солнцеву дочь.
Нирхушка-Емерхен послушал мать и говорит:
– Вы посылаете меня к дочери солнца. Но как же я смогу туда добраться? Дайте мне девятиногого коня.
Здесь стал говорить отец сыну:
– На этой земле нет девятиногого коня, нигде не найти.
Делай себе амулет. Когда сделаешь амулет из чистого серебра, садись на него и говори: "О дух мой добрый, подай мне девятиногого коня".
Все это выслушал Нирхушка-Емерхен и затем сделал из серебра себе амулет и сидел на нем три дня. Потом он обратился к доброму духу – Майину – с такими словами:
– Э, Майин! Подай мне девятиногого коня. Я поеду к солнцевой дочери.
Только на четвертый день появился девятиногий конь. Посмотрел на него Нирхушка-Емерхен и диву дается. Потом он направился в чум. Приходит, и отец у него спрашивает:
– Подал ли Майин тебе девятиногого коня?
– Да, – отвечает сын. – Подал мне Майин девятиногого коня. Тот конь необыкновенной высоты. Как же я смогу на нем ехать? Как же я смогу на него сесть?
На это ему отец отвечает:
– Теперь, сын мой, есть у тебя сила. Ударь коня в голову, и он станет на колени. Садись и поезжай,
– Хорошо, – говорит сын, – теперь поеду. Когда возвращусь я, никто не знает.
Как сказал отец, так и сделал Нирхушка-Емерхен. Отправился он на небо на этом коне. Вдруг конь остановился. Трясется весь, храпит, боится. Этого коня за шею Деге-баба (Баба-Яга) поймала. Поймала и говорит:
– Я, девка добрая, невинная, тебя же, молодец, не отпущу. Будешь ты моим мужем.
Нирхушка-Емерхен поглядел на эту волшебницу, Деге-бабу, и засмеялся. Потом крепко толкнул ее, и Деге-баба упала.
– Ха-ха-ха! – разносился смех Нирхушки-Емерхена. Снова он поехал к солнцу. Долго ли, коротко ли он ехал, никто не знает. Остановился его конь и говорит:
– Ну, теперь ты сам ступай. Достигнешь солнца и увидишь здесь собаку; Эта собака будет дочерью солнца. Ее ты не бойся. Добивайся от нее ответа. Дорога твоя будет разделяться в две стороны. Одна дорога будет связана с одним духом, другая – с другим. Ты поезжай по второй дороге.
Сказал так конь и скрылся.
Идет, идет Нирхушка-Емерхен, снова идет. Долго ли, коротко ли шел, никто не знает. Наконец он увидел серебряный чум. Живет в этом чуме солнце.
Подошел к чуму Нирхушка-Емерхен и остановился. Смотрит вокруг, но в чум не идет. Услышали его шаги люди, услышали и стали говорить в чуме:
– Кто такой пришел?
Вышла одна женщина, поглядела кругом. Поглядела и снова в чум вернулась. Люди в чуме спрашивают:
– Кто идет?
Отвечает женщина:
– Человек пришел.
– Какой такой человек? – спросили ее.
– Не знаю какой. Таких людей я не видала. По поясу это должен быть человек со среднего мира, со средней земли.
Люди настороженно выслушали женщину и начали сердиться на нее:
– Как же, – говорят, – ты не знаешь этого человека? Почему как следует не рассмотрела?
Гневаясь на ту женщину, снова люди послали ее из чума разглядеть пришедшего человека. Вышла она из чума, увидела человека и стала вглядываться в его лицо. Глядела-глядела, потом начала думать: "Какой же это человек?"
Возвратилась женщина в чум. Стали ее люди расспрашивать о человеке, который стоял за чумом. Но по-прежнему женщина ничего не могла сказать. Потом она говорит:
– Этот человек на средней земле рожденный. Родили его три звезды. Когда-то давно здесь, у нас, жили три человека. Те трое людей ушли. Один из них назад возвратился.
Выслушал солнце-старик женщину и воскликнул:
– Люди мои! Откройте двери! Пусть – восемьдесят человек возьмут того человека под руки! Пусть каждый из двенадцати человек положит к его ногам по два соболя! Приведите этого человека ко мне!
Отворились двери. Тотчас подошли тут к Нирхушке-Емерхену восемьдесят человек и взяли его под руки. Каждый из двенадцати человек взял по два соболя и положил этих соболей к ногам Нирхушки-Емерхена. Повели его в чум. Солнце-старик говорит:
– Проходи, наш добрый гость. Садись! Нирхушка-Емерхен сел.
Снова говорит солнце-старик:
– Угощайте лучше нашего гостя. Все наперебой стали гостя кормить и поить. Смотрит Нирхушка-Емерхен по сторонам и не видит дочь солнца – нет той девицы.
Потом гость увидал собаку. Это была красивая собака. Нирхушка-Емерхен встал, поклонился солнцу-старику, поклонился солнцу-старухе и говорит:
– Подарите мне эту собаку!
Старик обратился к жене:
– Как ты думаешь – отдадим ему собаку?
Солнце-старуха отвечает:
– Ведь Нирхушка-Емерхен настоящий человек.
Поклонился Нирхушка-Емерхен старику и старухе, потом говорит:
– Ухожу я от вас. Близко буду. Вы не делайте мне плохого.
– Ладно, ступай! – ответил ему солнце-старик.
Пошел Нирхушка-Емерхен к другой, девице – к дочери месяца ушел. Взял он ту дочь месяца и возвратился обратно в чум солнца. Здесь он взял также дочь солнца. Так он направился на родную землю, в родную сторону.
Шел-шел Нирхушка-Емерхен; долго ли, коротко ли шел, никто не знает. На одном месте он остановился и сказал:
– Здесь остановимся. Вы немного подождите. Я пойду. Так и ушел он. Шел-шел и встретил одну девицу-волшебницу. Это была Деге-баба. У той Деге-бабы родился сын. Это был сын Нирхушки-Емерхена. Качает в люльке своего сына Деге-баба и поет:
– Где отец твой?
Придет или нет он назад?
Нирхушка-Емерхен убил ту Деге-бабу, а сына себе взял, потом он возвратился к месту, где оставил своих девиц. Дочь месяца взглянула на ребенка и рассердилась. Бросила этого ребенка. Дочь солнца взглянула на ребенка и сказала:
– Нирхушка-Емерхен, отдай мне твоего сына, я его стану кормить.
Отдал он ей ребенка, и они пошли к родной стороне. Сколько шли, никто не знает.
По дороге дочь солнца говорила дочери месяца, что ей, дочери месяца, будет плохо. Так они шли. Наконец Нирхушка-Емерхен достиг родной земли, но там уже не было ни оленьих, троп, ни чумов людей.
Нирхушка-Емерхен сказал:
– Почему нет оленей? Почему нет оленьих троп? Почему нет чума отца?
Когда-то у Нирхушки-Емерхена был друг, с которым они вместе играли; звали того друга Серкесехе. Этого друга и повстречал Нирхушка-Емерхен. Серкесехе сказал Нирхушке-Емерхену, что его отца и мать загубил шаман Кекилдан. Как узнал об этом Нирхушка-Емерхен, то начал плакать и гневаться.
Но Серкесехе не знал, где теперь мог находиться шаман Кекилдан. Десять дней Нирхушка-Емерхен искал шамана Кекилдана и, наконец, нашел его на одиннадцатый день. Когда он повстречался с шаманом, то закричал:
– О, дьявол ты! Сломаю твои челюсти! Пучеглазый. Чтоб ты не видел жизни! Скажи, где мой отец? Где моя мать? Сейчас же подавай мне родителей!
Солнцева дочь сказала мужу:
– Нельзя так! Не тронь его! Остановись! Не надо гневаться и портить жизнь отцу!
Потом дочь солнца сказала шаману Кекилдану:
– Ну, шаман! Сделай живыми отца и мать его.
И Нирхушка-Емерхен велел быстрее начинать шаманить, Шаман сказал Нирхушке-Емерхену:
– Я знаю, что ты ездил на небо на девятиногом коне. Я знаю, что ты взял себе дочь солнца и дочь месяца. Это я знаю. Я знаю, что ты убил Деге-бабу. Твой отец и твоя мать умерли. Я не могу их оживить. Нет, не могу!
Еще больше стал гневаться Нирхушка-Емерхен на шамана Кекилдана. Сломал прутья тальника и стал ими драть шамана, приговаривая:
– Подай мне отца! Подай мне мать! Собака ты!
Бьет он прутьями шамана, а тот весь съежился и говорит:
– Пожалуйста, не убивай! Отпусти меня!
Нирхушка-Емерхен бьет прутьями шамана и кричит:
– Подай отца! Подай мать!
Воет шаман.
Просит дочь солнца Нирхушку-Емерхена:
– Отпусти шамана, перестань его сечь! Я воскрешу твоего отца, будет жива твоя мать, только отпусти шамана.
Удивился Нирхушка-Емерхен словам дочери солнца и не верит ей. Все же он попросил ее оживить родителей.
Дочь солнца узнала у шамана Кекилдана, где лежат кости отца и матери Нирхушки-Емерхена, и пошла к тому месту. Первый раз она прошла около покойников-стали они дышать. Второй раз прошла – покойники сели. Третий раз прошла – покойники совсем ожили, поправились.
Обрадовался Нирхушка-Емерхен и отпустил шамана Кекилдана. Отпуская шамана, Нирхушка-Емерхен строго пригрозил ему следующий раз быть умнее.
Сын Деге-бабы стал парнем. Он пошел искать свою мать. Спустился на дно океана, долго искал там свою мать. Так и не стало его. Говорят, того парня таймень съел.
http://mirckazok.ru/
нюнгурмок
В те давние времена, когда наша Средняя земля только зарождалась и была еще величиной с лосиное уха, когда дерево впервые становилось деревом, а гора была величиной всего-навсего с беличий хвост, когда впервые голец заблистал, как белая шкурка горностая, жила одна– одинешенька на этой Средней земле, называемой Дулин Буга, девушка по имени Нюнгурмок. Кто были ее родители, и были ли они вообще, она не знала. Так жила она очень долго, а сколько, именно, не только нам, но и ей было неизвестно.
Стала она замечать вдруг, что живот ее почему-то увеличивается с каждым днем. Откуда ей было знать, что это ребенок у нее растет. С удивлением ждала она, что будет дальше. Но вот настало время ей родить. Затруднилось ее дыхание, разум помутился, и она потеряла сознание. Когда пришла в себя, то вдруг услышала позади чьи-то слова:
– Мама, мама, холодно, мне, холодно! Дрожу весь, и не знаю как согреться! Поскорее же спаси меня, я ведь от тебя родился! Родился я, чтоб опекать тебя на старости лет, чтоб быть тебе опорой. Скорее заверни меня во что-нибудь, не то я умру от холода! Я – мальчик, твой сын!
От большой радости не чувствовала наша Нюнгурмок даже боли, быстренько завернула она своего сына в шкуры и стала убаюкивать его.
А сынок ее, переночевав одну ночь, стал годовалым ребенком, двое суток прожив, стал как двухлетний ребенок. А прожив трое суток, попросил свою мать сделать ему лук. Мать смастерила сама лук со стрелами, и сын напал добывать зверей.
Однажды, встав ранехонько, мальчик побежал в лес и вернулся с убитым дятлом. Съели они его и легли спать. Наутро опять ушел в тайгу сын и принес глухаря. На другой день он принес трех убитых диких оленей, привязав их к завязкам кафтана. Вот каким богатырем он уже стал! Стали они жить-поживать, не зная печали. Мать была очень довольна теперь своей жизнью, часто думала она при этом:
– Вырастет мой сын и станет хозяином Средней земли. Очень я благодарна судьбе, что есть теперь у меня сын.
Сколько они так жили, кто его знает. Но однажды вдруг подул сильный ветер, затем послышались чьи-то слова:
– Кимо-кимо, кимонин! Сестрицы мои дорогие, здесь где-то жила одиноко сиротка Нюнгурмок, но теперь, кажется, у нее появился сын. Давайте приземлимся и посмотрим на него! Посмотрим немного и полетим дальше!
И после этих слов приземлились у дверей чума три красавицы, имеющие белые крылья. Это были небесные девицы-киливли. Одна из них, видимо, старшая из, всех, заговорила так:
– Рожденная на Средней земле, одинокая девушка по имени Нюнгурмок, прими наш привет! Открой дверь своего жилища-утэна, мы пришли познакомиться с тобой и твоим сыном. Мы дочери Геван-старика, небесные девицы-киливли, путешествующие по всем трем мирам на своих крыльях. Твой сын родился настоящим богатырем, ежедневно прибавляет, он в росте на большой палец, имя его – Хуругучон. Мы пришли навестить вас, посмотреть на твоего сына-богатыря. Я – старшая из сестер, по имени Солкокчон, среднюю сестру зовут Дарпек, а младшую – Секак. Тетушка, хозяйка Средней земли Нюнгурмок, мы очень спешим домой! На нашей родине настоящий содом, потому что наступает время прибытия со всех сторон атаманов авахов и наших, богатырей Верхнего мира на игрища и сражения. Поскорее открой нам дверь!
Нюнгурмок открыла дверь и впустила девиц. Быстро сварив мясо, она угостила небесных девиц. Они сразу засобирались дальше в путь. Попрощавшись, девицы улетели.
Но сын Нюнгурмок, выраставший ежедневно на большой палец богатырь Хуругучон, задумал догнать этих девиц. Никак не сиделось ему дома, хотелось ему постранствовать по землям, посмотреть, что за земли есть еще на свете. Хоть и не отпускала его мать, но мысль о преследовании девиц не выходила у него из головы. Наконец, он не выдержал и, ничего не сказав матери, погнался за ними. Трижды перевернувшись, обернулся он пестрым щенком и побежал по их следу.
Долго он бежал по следу девиц, уж стал их настигать.
Между тем девицы добрались до своего дома, приземлились у дверей своего жилища и старшая запела:
– Кимо-кимо, кимонин! Отец наш, Геван-старик, добрый привет прими. Это вернулись мы, твои дочери, хорошо мы постранствовали по белу свету! Мы видели бабушку по имени Нюнгурмок, хозяйку Средней земли. Видели ее сына – парнишку Хуругучона, очень славный ребенок, большим богатырем станет! Только когда мы летели, то видели, что за нами увязался какой-то пестрый щенок, но потом он куда-то пропал. Отец, приготовь нам побыстрее еду и нарядную одежду, скоро начнутся игрища и состязания богатырей Верхнего и Нижнего миров!
Когда девушки входили в дом, наш богатырь, обернувшись иголкой, зацепился за платье одной из сестер и проник вместе с ними в дом. Там он спрятался в игольнице Солкокчон и пролежал в ней трое суток.
Между тем вдруг налетел ветер, поднялась метель. Она предвещала о приходе атамана Нижнего мира авахи Сэлэргуна Сэвэенди. Он давно слышал о трех славных небесных девушках и решил жениться на какой-либо и них. Приблизился он к дому Геван-старика и заговорил.
– Конгордонин, конгордонин! Геван-старик, прими мой привет! Это пришел я, атаман авахов Нижнего мир по имени Сэлэргун Сэвэендя. Я давно прослышал о твои дочерях, по-хорошему или по-плохому, но ты выдашь одну из них за меня замуж. А хочу я жениться на твоей дочери по имена Солкокчон. Скорее шевели мозгами да отвечай!
Богатырь Средней земли Хуругучон, услышав такие слова авахи, лежа в игольнице, не вытерпел такой наглости. Выкатившись из игольницы и трижды перевернувшись, он опять стал самим собой и направился навстречу авахи. За эти три дня, что пролежал он в игольнице, но богатырь еще вырос и был теперь гораздо больше и сильнее прежнего. Проваливаясь в мягкую землю по щиколотку, а в твердую по самые бедра, он подошел к атаману авахов и заговорил:
– Гу е-гуе, гуекэнин! Я богатырь Средней ломти по клоки Хуругучон, где же это видано, чтоб авахи женился на девице неба! Не отдам тебе добром Солкокчон-красавицу, давай биться, кто победит, тот и женится на ней.
Сэлэргун Сэвэендя в ответ:
– Конгордонин, конгордонин! Хоть ты и богатырь Средней земли, прибавляющий ежедневно в росте на большой палец, но не окрепло еще твое тело, не напились мускулы богатырской силой, не окрепли сухожилия, мал ты еще со мной сражаться! Я побеждал богатырей и посильнее тебя! Иди-ка ты лучше домой, зря только погибнет зарождающееся человечество, зря будет уничтожен дух-хозяин Средней земли. Если ты все же хочешь сразиться со мной, то мои друзья Нижнего мира будут очень довольны; попробовав человечьего мясца.
Рассердился за такие слова наш богатырь, быстро приблизился он к атаману авахов и ударил его прямо в основание уха! Нe успев опомниться, авахи трижды перевернулся в воздухе и упал на землю. Начали они биться. И так, и эдак бились. Три года бились, никто никого не мог одолеть. Но вот авахи Нижнего мира Сэлэргун Сэвэендя запросил пощады:
– Не думал я, что на Средней земле есть такой сильный богатырь! Если б знал, то не стал бы с тобой сражаться.
Но Хуругучон бросил в последний раз Сэлэргуна оземь и перерезал ему горло своим имеющим четыре рукоятки ножом. Расправившись с Сэлэргуном, Хуругучон пришел к старику Гевану. Не успели они и договориться о чем– либо, как опять задул ветер, поднялась пурга среди ясного неба. Опять она извещала о приходе какого-то богатыря. Как только затих ветер и перестал идти снег, появился красивый белолицый богатырь. Подойдя к дому Геван-старика, он заговорил:
– Эрил-дорил, эрил-дорил! Я сын Нюнгурмок, зовут меня Хуркокчон богатырь. Если вы хотите знать, зачем я сюда пожаловал, то отвечу вам, что я разыскиваю своего брата Хуругучона богатыря. Его, вероятно, похитили дочери Гевана-старика. Идя по его следам, я пришел к вашему жилищу. Не знаете ли вы его? Не можете ли указать, где он находится?
Вышел Хуругучон навстречу брату и говорит ему:
– Я и есть твой брат Хуругучон. Когда же ты успел родиться, а я и не знал, что у меня родился брат. Я победил Сэлэргуна Сэвэендю, атамана авахов Нижнего мира, я развеял его пепел и спас дочь Геван-старика Солкокчон-красавицу. Теперь я женюсь на ней. Ну а ты, поскольку ты мой брат родной, женись на средней дочери Геван-старика – девице Дарпек. Потом уж вместе вернемся домой. Обзаведемся семьями и станем хозяевами нашей Средней земли Дулин Буга.
Придя к старику, Хуругучон обратился к нему с такой речью:
– Я отважно сражался с Сэлэргуном Сэвэендей, я спас вам жизнь. Не будь меня, атаман авахов потушил бы ваш очаг, развеял бы пепел. Теперь же я хочу взять в жены Солкокчон-красавицу, а своего брата женить на Дарпек красавице. Согласен ли ты, Геван-старик, и вы – дочери его?
Старик Геван согласился отдать своих дочерей и справили большую свадьбу. Пожив немного, братья со своими женами отправились к себе на родину. Мать их Нюнгурмок стала уже старушкой, она была очень рада, что наконец-то вернулись ее сыновья. Зажили они все вместе дружно и счастливо.
Вскоре у Хуругучона родился сын. Рос он также быстро, как и отец, но был гораздо сильнее отца. Вот он уже и охотится самостоятельно: приносит сразу по несколько убитых диких оленей, привязав их к завязкам кафтана. Однажды охотясь, он увидел маленькую птичку и хотел поймать ее. Но она, отлетев от него, стала дразнить его. Как же она дразнила его? Отлетев и сев высоко на ветку дерева, она чирикала:
– Эх ты, большой да быстроногий, не имеющий имени парнишка! Еще хочешь поймать меня, сначала имя себе получи, потом уж гоняйся за мной!
Пришел домой мальчик, сбросил с себя убитых зверей, сел напротив отца и матери и заговорил:
– Уважаемые родители мои, родившие и воспитавшие меня, теперь уж я достаточно большой, чтобы получить имя, а то всякие мелкие букашки да пташки смеются надо мной, говоря, что я до сих пор без имени хожу. Скорее дайте мне имя!
Переглянулись отец с матерью, заулыбались и, сказала мать в ответ на его слова:
– Ну что ж, будешь называться ты на Средней земле так же как и дядя твой – Хуркокчон богатырь. Если сможешь достигнуть в своих богатырских путешествиях Верхней земли, то получишь имя другое – там ты будешь называться богатырем Чивкачатканом, что означает птица-богатырь.
Прожив так еще немного, младший Хуркокчон богатырь захотел постранствовать по белу свету.
Стал он просить своих родителей:
– Теперь достаточно возмужал я, не расти далее ни рогам, ни копытам больше положенного, хочу я, дорогие мои родители, пуститься в странствия. Надо же мне найти себе спутницу жизни, не знаете ли вы в какой стороне есть подходящая для меня девушка? Укажите мне дорогу, какие бы ни были трудности, я справлюсь с ними, каких бы ни встретил богатырей – не поддамся им.
Тогда сказала ему мать:
– В стороне, где восходит солнце, на краю земли есть князь из князей – Геван-старик. Есть у него дочь по имени Уняптук. Никто из богатырей ни Верхнего, ни Нижнего мира не может взять ее в жены, потому что она девица-богатырша, всех побеждает. Очень далеко находится эта страна, четвероногий зверь, четырежды принеся потомство, доходит до этой земли, а имеющая крылья птицам, дважды несши яйца, достигает той земли. Разве ты отправишься так далеко? Если решишься пойти туда, то посоветуйся со своей бабушкой Нюнгурмок.
При этих словах наш молодой герой выскочил из утэна, обернулся лебедем, и кружа над угоном запел:
– Дэгри-дэгри, дэгримой! Отец мой богатырь Хуругучон, мать моя Солкокчон, бабушка Нюнгурмок, улетаю я, став крылатой птицей!
Услышав его, бабушка Нюнгурмок торопливо выбежала из своего утэна и стала давать наставления своему нетерпеливому внуку:
– Внучек мой, дитя мое! Выслушай меня внимательно, прежде чем улететь. В той стране, куда направляешься ты, слабым и делать нечего! У твоего отца есть лук, сделанный мною из одной половины лиственницы и стрела, сделанная, из другой половины. Возьми их, они тебе пригодятся. Если ты выстрелишь, хорошенько благословив лук, то стрела сможет пробить и далекую черную тучу! Удачного пути, возвращайся домой! – С
этими словами бросила она лук, и Хуркокчон подхватил его на лету. Поднялся высоко, под самые облака, и полетел в сторону восхода солнца. Долго ли, коротко ли летел он, и сам не знал. Летел и летел вперед в сторону восхода солнца, летел то ли три дня, то ли три месяца, а может быть, и три года. Наконец, впереди показался табор Геван-старика. Летит наш герой, посмотрел вниз и видит: кто-то такое сплошь заполнило долину зеленою.– Не камни ли это?– подумал он. Но когда подлетел поближе, то разглядел, что это множество скота пасется в долине. А то, что он сверху принял за кочки, оказалось табунами лошадей. Опустившись у двери дома старика Гевана, наш богатырь запел: