Дареному дракону в зубы не смотрят
- -
- 100%
- +
Если начистоту, я понятия не имела, что мне делать с этим прицепом. Будем откровенны: на живодера я не тяну. Так что вариант со сдачей мяснику или ощипыванием ради чешуи отпадает. Да и что-то мне подсказывало, что хозяйка – не хозяйка, а на этот счет дракон останется принципиален и попросту мне не дастся. Зверинец… Да кому он нужен в том зверинце? И каких размеров должен быть зверинец? Вольер для слонов и тот тесноват. Хотя если выселить семью слонов, а туда поместить дракона…
Фантазия тут же нарисовала достаточно яркую картинку, как я пробираюсь сквозь лес, а за мной уныло бредут мама-слон, папа-слон и слоненок, все трое привязанные ко мне все той же цепью. Брр! Отпадает зверинец, в общем.
Коллекционер? Маг, заказавший мне похищение артефакта Селесты, был прав: чешуя дракона большая редкость, на вес золота. А там, может, и кости, и шипы, и кожа крыльев, и органы на какие-то компоненты пойдут… У меня, может, детская травма с тех пор, как я в полной мере осознала, что в мире Гарри Поттера для трети волшебных палочек перебили уйму драконов, извлекая сердечную жилу. И это Джоан Роулинг чтиво для детей писала. Кто знает, до чего додумались в этом мире? Коллекционер вряд ли будет терзаться моральными принципами, разбирая дракона на ценные куски. Как бы тоже не вариант. Я не претендую на звание хорошего и доброго человека, но не могу обречь живое существо на такое.
Что остается? Водить дракона с собой везде на цепи и показывать за деньги? Так не цирковая собачка, тут и бесплатно все желающие посмотрят, стоит выйти из леса. Мне тогда остаться жить с ним в лесу?..
Внезапно прямо передо мной из кустов вылетело какое-то крупное парнокопытное, прервав мои размышления и едва не сшибив.
– Косуля! Ужин! Лови ее! – скомандовала я прежде, чем эти мысли успели в полной мере сформироваться в голове.
Опытным путем уже было доказано, что дракон не подчиняется моим приказам. Но то ли наши мысли сходились, то ли он не любил косуль, то ли мой крик прозвучал слишком внезапно и у моего гонорара сработали рефлексы.
Как бы там ни было, один удар мощной лапой – и косуля повержена. Я невольно сглотнула, оценив скорость, с которой дракон оборвал ее жизнь. А ведь я даже не косуля. У меня ни рогов, ни копыт… правда, это тоже была не косуля.
– Я не очень хороший знаток местной фауны, может, это все же олень. Или лось… Хотя нет, мелковата. Лосиха, олениха? – пробормотала я, склонившись над нашей добычей. Неожиданно на ум пришла другая мысль. – А ты, кстати, кто? Мальчик или девочка?
– Гр-р? – как-то совсем жалобно вырвалось у дракона, глаза которого стали совсем круглыми.
– Не заморачивайся, сейчас сама посмотрю, – деловито заверила я, попытавшись обойти его сзади. – Можешь приподнять хвост?
С возмущенным рыком дракон повернулся к лесу задом, ко мне передом, отказываясь раскрывать свою гендерную принадлежность. Впрочем, не так уж мне было любопытно, кто тут рядом со мной такой вредный плетется, девка или мужик. К тому же я понятия не имела, как там у ящериц все устроено, может, под хвостом и вовсе гладенько, а возмущается чисто из вредности.
– Ладно, бери наш ужин и пошли дальше. Мы уже почти на месте, – махнула я рукой в сторону деревьев, за которыми вскоре забрезжит просвет.
Дракон согласно фыркнул и, как-то ловко подпихнув свежеубиенную тушу мордой, подбросил ее в воздух, чтобы красиво поймать шеей. Я даже не стала язвить на тему того, что дохлого оленя ему таскать на себе приятнее, чем мелкую и незаметную меня. Но состояние, собственно, оленя и вынуждало придержать язык за зубами.
Вскоре мы действительно вышли на песчаный берег небольшого лесного озерца. Не дожидаясь моей команды, дракон сгрузил тушу на траву и устремился к воде. Я хотела было крикнуть, чтобы полностью не заходил, иначе озеро выйдет из берегов, но он и не планировал. Остановился у самой кромки и, максимально вытянув шею, чтобы достать до водной глади, где поглубже, осторожно опустил морду в воду. Все же мне не показалось, зачатками разума это мифическое существо определенно обладало.
Пить через намордник явно было крайне неудобно. О чем свидетельствовало периодическое недовольное порыкивание и шумное отфыркивание дракона. Длины цепи хватало, чтобы я и сама подошла к озеру и набрала воды вначале во флягу, а после в походный котелок. Солнце все равно уже почти зашло, на лес стремительно опускались сумерки и вечерняя прохлада, а значит, идти куда-то дальше смысла не было. Посему совсем нелишним будет развести костер и заняться стряпаньем ужина, а заодно обдумыванием дальнейших планов насчет дракона.
Последний пил очень долго, что невольно заставило посочувствовать несчастной зверюге. Это же сколько его держали на той поляне, не давая воды? В который раз убедилась, что страх – худшее человеческое качество, которое практически всегда идет бок о бок с небывалой жестокостью. Даже под гнетом ненависти порой невозможно совершить те преступления, на которые толкает страх. Покачав головой, я развела костер и принялась свежевать предположительно оленью тушу.
Напившись, дракон еще какое-то время оставался на месте. Со стороны казалось, будто он раздумывает, стоит ли пить еще, пока на месте озера не останется лишь влажный песок, или все же достаточно. Интересно, значит ли это, что драконы, как верблюды, способны хранить в организме запасы воды? Тогда получается, что это не ящерицы-переростки, а летающие верблюды, покрытые чешуей? Просто плюются не слюной, а огнем. Хм… А ничего так теория, заслуживает право на существование.
Так, вяло размышляя над всяким бредом, я закончила свежевать тушу. Дракон тем временем отошел от озера и устроился на максимальном от меня расстоянии, которое допускала цепь. Какое-то время наблюдал за моими манипуляциями, но вскоре, шумно вздохнув, отвернулся.
Я закинула в котелок немного крупы и расположила его над огнем. Выбрала несколько кусочков мяса получше, натерла их специями, нанизала на заостренные палочки и также разместила над костром. Пока готовился мой ужин, перешла к другому немаловажному делу.
Отрезав несколько узких полосок мяса, пошла к дракону. Тот, услышав мое приближение по шагам, да и ощутив по пропавшему натяжению цепи, повернул голову в мою сторону.
– Гр-р… – беззлобно проворчал он.
– Понятия не имею, что это значит, – честно призналась я и свободной рукой потянулась к его морде, украшенной намордником. Дракон отдернулся и снова предупреждающе зарычал.
– Да ладно тебе! Что я, по-твоему, сделаю с ним? Посмотреть просто хочу. Ты через него как-то пил, а есть сможешь? – участливо спросила я, все же положив ладонь на решетчатую поверхность металлической конструкции.
Дракон мотнул головой, стряхивая мою руку. Или же говоря мне «нет»? Хм… А насколько они вообще разумны? Имею в виду, реагируют на интонации или понимают смысл каких-то слов? Ладно.
– А ну-ка, порычи еще раз, как днем, чтобы аж пасть чуть приоткрылась и губа задралась, – скомандовала я, не собираясь отступать. Самый маленький кусочек мяса скатала в тонкий рулетик, прикидывая, как бы его пропихнуть между зубов в пасть. – Что тебе нужно сказать, чтобы ввести в то же эмоциональное состояние? О мясниках поговорить? Коллекционерах? Кто тебя там больше бесит?
Не знаю, попала ли я в цель, или же дракон прекрасно понял, чего я хочу, но даже без рыка попытался приоткрыть пасть, насколько позволял намордник. Щель получилась очень маленькой, так что кусок мяса мне пришлось разрезать ножом еще на несколько совсем крошечных. Их я постепенно пропихнула дракону в пасть. Но при этом сама прекрасно понимала, что выданной порции даже мне было бы мало, дракону и вовсе на один зуб, чисто подразнить.
Вспомнив о себе, я с руганью отскочила обратно к костру, спасая свой ужин. Каша чуток подгорела, но ничего критичного, импровизированный шашлык же как раз пора было переворачивать. Между тем туша оленя оставалась практически целой. Я снова вернулась к дракону. Пользуясь тем, что он лежал на земле и даже голову положил на передние лапы, я вновь принялась осматривать его ошейник под внимательным взглядом огненных глаз.
– Такими темпами я тебя до утра буду кормить, и все равно останется половина оленя, – тяжело вздохнула я, пропихнув в пасть еще несколько кусочков.
Поморщившись от мыслей, блуждавших в моей голове, подошла к озеру и сполоснула руки. После чего извлекла из волос зачарованную одним магом шпильку. Дракон без особой надежды наблюдал за моими манипуляциями, но уже даже не рычал, что я сочла хорошим знаком. И вообще, придушить меня он мог еще на той поляне, так что…
– Я очень надеюсь, что ты все же дракон, а не верблюд или свинья и не ответишь мне черной неблагодарностью, плюнув огнем, – сообщила ему, прежде чем начать ковыряться шпилькой в замке его намордника.
Дракон как-то совсем по-человечески удивленно вздохнул, заставив меня вздрогнуть. Но я уже сосредоточилась на деле, которое у меня получалось лучше всего. Еще несколько секунд – и вуаля! С негромким щелчком замок открылся, и намордник упал на землю. Несколько секунд дракон недоверчиво смотрел на него. А в следующий миг вдруг оглушительно заревел так, что я едва не оглохла, а мой костер и вовсе потух. В следующую секунду зверюга мотнула головой, отбрасывая намордник подальше. Тот с негромким плеском бултыхнулся аккурат в середину озера. Взгляд дракона тем временем остановился на мне.
– Не плеваться огнем! Фу! Будь хорошим драконом! – напомнила ему строгим, но доброжелательным тоном, которым в бытность аниматором усмиряла самых избалованных детей олигархов.
Дракон, как мне показалось, насмешливо фыркнул. И плевать огнем не стал. Так что я приободрилась и вернулась к своему потухшему костру.
– Тогда приглашаю на ужин. Тебе оленья туша, которую я почистила, между прочим, а мне как раз сварившаяся кашка и шашлычок, – констатировала я и первая уселась ужинать.
Не успела я снять свой котелок с костра, как рядом раздалось чавканье и хруст костей вместе с довольным урчанием дракона. И несмотря на то что сейчас рядом со мной машина для убийства пожирала целого оленя, сверкая в лунном свете белоснежными острыми клыками, этот звук у меня почему-то вместо страха вызвал умиление.
Глава 4
Себастьян
Чего он не ожидал от человечки, так это… Да ничего вообще и не ожидал! Пока не увидел озеро, не верил, что они в самом деле идут туда. Просто ему и самому та поляна не нравилась, а девушка, которую тот маг назвал Триш, своей болтовней достанет и мертвого.
Лань он зашиб, следуя инстинктам, а вовсе не потому, что Триш что-то там сказала. Проведя столько дней без воды и еды, волей-неволей начнешь поддаваться рефлексам, а вкупе с прозвучавшим словом «ужин»…
Анализ причин, побудивших все же подчиниться команде человечки, пришлось прервать, стоило ему увидеть так заманчиво блестевшую в солнечных лучах водную гладь, обещавшую прохладу, свежесть, наслаждение. Пожалуй, никогда прежде Себастьян не пил такой вкусной воды. И только когда вместо удовольствия начал уже испытывать тошноту, усилием воли заставил себя отступить. А заодно не смотреть в сторону девчонки, вырезавшей сочные кусочки из дичи, и не принюхиваться к запаху дыма от костра.
Всего сутки, часть которых благополучно прошла, и он отправится домой. Себастьян поступил неоправданно глупо, не послушавшись старейшин и отправившись на поиски вора в одиночку. И прекрасно понимал это. Что насмешки, если на кону его жизнь? Совсем скоро он заставит эту Триш снять с него цепь и отправится домой. В идеале еще бы намордник, но тут стоило признать очевидное: девушка не обладала магической силой, а значит, и надеяться на ее помощь в снятии артефакта не приходилось.
Его мысли прервала человечка, вознамерившаяся поиздеваться над ним, судя по тому, что потянулась сразу к наморднику. Но почти сразу ему стало все равно. Всего лишь сутки…
И все же Триш удивила, попытавшись его накормить. Удалось ей плохо, лишь пробудила голод, который Себастьяну почти получилось заглушить. Но на удивление, и девчонка не отступала, пропихивая ему в пасть мясо по совсем крошечному кусочку.
Конечно, он понимал, что долго это не продлится, вскоре ей надоест. Что и случилось. Она даже зачем-то озвучила свои мотивы. Но Себастьян не рассердился и не разочаровался. Ему просто было все равно. Некоторую благодарность он все же испытывал. Пусть этими кусочками она лишь раздразнила аппетит, но какие-то крохи энергии его телу они подарили.
И снова человечка полезла к его наморднику! Вот же неугомонная. И зачем?
Когда гадский артефакт упал на землю перед ним, несколько секунд Себастьян просто не верил. Он… свободен? Да, оставалась цепь, но это мелочь. Дракон тут же почувствовал ласковые прикосновения потоков силы, пронзавших все вокруг. Ему хотелось одновременно и кричать от радости, и смеяться оттого, что это сделала какая-то человечка. Еще больше развеселила ее нравоучительная фраза, о которой он тут же забыл, стоило Триш приглашающе махнуть рукой в сторону почти целой лани. Ужин…
Насытившись, Себастьян значительно подобрел и уже более благосклонно рассматривал свою временную спутницу. Косички давно растрепались, в них застряли мелкие листочки, какие-то соринки. На правой щеке алел едва заметный мазок крови – видимо, девчонка невольно смахнула мешавшую прядь волос или прихлопнула комара, пока разделывала тушу. Губы блестели от мясного жира, сама же она, смешно раздувая щеки, дула на слишком горячие ломти мяса, снятые с костра. И все равно запихивала в рот чересчур большие куски, чтобы ойкать и шумно дышать, пытаясь остудить свою пищу. Что не мешало ей при этом искренне наслаждаться едой и мычать от удовольствия.
Разве так ведут себя девушки? Не драконицы, человеческие. Себастьян не сразу попал в плен, он успел увидеть и степенных дам, прогуливающихся по улицам города, и блудниц, появляющихся ближе к вечеру в тавернах, где он останавливался. Триш не была похожа ни на тех, ни на других. Хотя на первых она была не похожа от слова «совсем». И тогда, следуя от противного…
– Знаешь, я тут все думаю, что с тобой делать, – заговорила вдруг она, закончив трапезу. Себастьян тут же насторожился. Доверять кому-либо на человеческих землях он не видел ни малейшего смысла.
– Таскать тебя везде с собой на поводке я не смогу, – вздохнула она, на что Себастьян едва сдержал хмык.
С поляны она его ни приказами, ни силой вытащить не сумела. Хотел бы он посмотреть, как бы Триш «выгуливала» его на поводке против его желания. Правда, поляну они все равно покинули, но после обещания человечкой воды глупо было бы изображать неприступную крепость.
– И жить с тобой в лесу мне тоже как-то не особо импонирует, – продолжила Триш, задумчиво покусывая нижнюю губу. При этом девушка зябко передернулась от порыва свежего ночного ветерка.
Себастьян, вытянув шею и приблизив голову к костру, легко дохнул на недогоревшие сучья. Огонь тут же весело заплясал по ним, даруя необходимое девушке тепло.
Триш удивленно моргнула, на несколько секунд явно сбившись с мысли.
– Здорово… – пробормотала она рассеянно и сразу, улыбнувшись, добавила увереннее: – Спасибо.
– В общем, понятия не имею, что с тобой делать. Может, по-братски просто скинешь мне чешую и разойдемся? – предложила Триш, заставив Себастьяна поперхнуться воздухом.
– Ар-ргх! – высказался он свирепо. И даже отодвинулся чуть дальше. Интересно, она и своим соплеменникам такое предложила бы? Освежевать заживо и разойтись? Варвары!
– Почему-то я так и думала. Половину чешуи? Я через одну отковыряю, красивенько будет, не облысеешь, – предложила девчонка.
Вместо ответа Себастьян просто пыхнул огнем в небо и снова предупреждающе рыкнул.
– Жадина. Между прочим, я тоже не в восторге от того, что мне тебя вручили вместо гонорара. Эта скотина меня обманула, – неожиданно пожаловалась Триш, особо не впечатлившись демонстрацией способностей Себастьяна.
– Р-р? – больше из вежливости рыкнул дракон. Не то чтобы ему прям очень хотелось услышать историю девчонки, но ради разнообразия – пусть трещит, рассказывая о своих бедах.
– Я как дура месяц готовила эту операцию. Собирала сведения о бароне, втиралась в доверие к его сестре, даже вышивала в ее обществе, чудом попав в их кружок рукоделия для избранных. Даже не буду говорить, чего мне стоило пробиться туда. Все пальцы себе исколола! А сколько я выслушала от нее такого, что предпочла бы забыть? У-у-у… Вот ты знал, чем отличаются красные нитки для вышивания, которые лежали в темном сундуке, от тех, которые держали два часа после рассвета на солнце? И я спокойно жила без этой информации! Но теперь я знаю несколько десятков отличий.
Триш от переизбытка эмоций подбросила сухую ветку в костер так, что в воздух взвился целый сноп искр, едва не опаливший ее руки и лицо. Себастьяну захотелось уйти прямо сейчас. И если бы мог, он так бы и сделал. Слушать историю удавшегося обмана и воровства – последнее, чего он желал.
Люди… Алчные, мелочные, лицемерные, не имеющие ничего святого, погрязшие в своих пороках. И эта человечка – яркий представитель своего народа.
– Ладно, не суть. Пробралась я к ним в дом на правах гостьи, постепенно обшарила дом и нашла этот треклятый артефакт Селесты. Знал бы ты, на что мне пришлось пойти, чтобы вынести его! Но награда того стоила… – Она мечтательно улыбнулась, немного поколебав желание дракона убраться подальше. Но девушка, даже не догадываясь, какое впечатление на него производит, тут же припечатала разочарованно с обвинительными нотками: – Я же не знала, что вместо денег мне выдадут тебя! Думала, вот оно! Великое дело, после которого даже именитые аферисты уходят на покой. Я бы купила себе домик на берегу моря и начала бы там новую жизнь. Или на берегу лесного озера. Горной реки? В тропиках у водопада? Неважно. Может, просто отправилась бы путешествовать, не ограничиваясь землями людей. Когда у тебя есть деньги – ты волен делать что угодно, жить как угодно…
Она окончательно замолчала, погрузившись в свои мысли и глядя исключительно на пламя костра. Себастьян не стал никак комментировать ее слова рычанием или какими-то действиями. Был бы он в другой ипостаси – подобрал бы слова, оспорил каждую ее фразу. А так, какой смысл? Пусть он без того артефакта и может теперь обратиться, глупо открывать тайну какой-то незадачливой человеческой воровке. Да и вряд ли такая, как она, поймет истинную ценность иных вещей, которая измеряется совсем не золотом.
Так что дракон просто свернулся большим клубком и положил голову на лапы. Устало прикрыл глаза. В который раз напомнил себе, что его абсолютно не интересует судьба ни этой человечки, ни любого другого представителя низшей расы. Завтра уже он будет волен делать все, что хотел… Впрочем, вредить Триш он все равно не планировал, а оставаться рядом никому не обещал. Так что всего-то нужно избавиться от цепи и лететь куда хочется. Возможно, все же обратится и попросту скинет с шеи цепь. Но об этом он подумает уже завтра, как следует выспавшись…
***
Утро категорически не задалось. Себастьян проснулся ближе к рассвету и имел удовольствие наблюдать, как озерной глади касаются первые солнечные лучи, пуская блики по воде и окрашивая верхушки деревьев в нежный персиковый цвет. Затем взгляд переместился на девчонку, скрутившуюся клубочком под походным одеялом. За ночь костер совсем догорел, оставив от веток лишь пепел и угли. Так что, спасаясь от холода, человечка с головой залезла под сравнительно небольшое одеяло, оставив снаружи лишь прядь медовых волос. Что не мешало определить ее местоположение хотя бы по дрожи, пробегавшей по ткани.
Едва слышно фыркнув, Себастьян потянулся к своей второй ипостаси. И уже несколько секунд спустя вдыхал чистый лесной воздух полной грудью и потирал лицо руками. Но стоило ему коснуться своей шеи, как из груди вырвалось практически драконье рычание: проклятый ошейник все еще был на нем, подстроившись по размерам под его шею.
Стоило переполнявшей дракона ярости утихнуть, как он снова начал прокручивать варианты избавления от цепи и девчонки. Тащить ее с собой в земли драконов – самое последнее дело. Более приемлемый вариант – просто отрубить ей руку и улететь с цепью. Но эта идея Себастьяну также не пришлась по вкусу и была отброшена. К отвергнутым почти отправилась мысль открыть тайну второй ипостаси Триш и уже с ней отправиться к какому-нибудь магу, способному избавить их от цепи. Но, подумав, Себастьян оставил этот вариант как запасной, если не придумает чего-нибудь другого.
Еще раз покосившись на явно мерзнущую человечку, Себастьян с тяжелым вздохом отправился собирать сухие ветки на берегу, насколько хватало длины цепи. Благо вокруг озера достаточно и деревьев, и опавших веток. Собрав немного, чего хватило бы еще на пару-тройку часов, он обратился в дракона и снова дохнул на дрова огнем. Убедившись, что костер горит как надо, опустился на свое место и закрыл глаза, рассчитывая как следует подумать об иных способах своего освобождения. Но незаметно для себя уснул…
Чтобы вскоре проснуться от резкой колющей боли в районе зада. Будто кто-то вероломно ткнул туда чем-то острым. Взревев от боли и обиды, он взмахнул хвостом, сбивая кого-то с ног. Этот кто-то оказался настолько легким, что отлетел прямиком в озеро. Впрочем, это спасло обидчика от испепеления огнем.
– Да не психуй ты! Ничего такого я не сделала! – крикнули из воды. Себастьян почти не удивился, увидев там отфыркивавшуюся мокрую человечку. Он прекрасно понимал, что она из себя представляет. Но почему-то в груди стало как-то тяжело и неприятно, что вылилось в еще один рык.
– Ну прости, прости! Я старалась аккуратно, но сейчас-то не болит уже! – имела наглость прокричать Триш.
Себастьян хотел уже было дохнуть огнем над водой, но, прислушавшись к своим ощущениям, с удивлением осознал, что разбудившей его боли нет. Не показалось же ему? Невольно вырвался негромкий удивленный рык.
– Это была всего лишь анестезия, нечего психовать. Как маленький, честное слово! – фыркнула человечка и осторожно поплыла к берегу.
Себастьян все еще не понимал, что случилось и почему девчонка ведет себя так, будто ничего особенного не произошло. Дракон потряс головой, пытаясь понять, не упустил ли чего. И замер, осознав, что ощущает непривычную легкость на шее. А еще, что отбросил человечку гораздо дальше длины цепи.
Взгляд тут же метнулся к костру. Себастьян отстраненно отметил, что Триш успела затушить огонь и присыпать это место песком, а заодно собрать все свои вещи в наплечную сумку. Но сейчас его волновало не это. В солнечных лучах, будто издеваясь, ярко сверкала цепь, сложенная аккуратной горкой и больше не сковывавшая его с девчонкой. Она ее сняла так же, как вчера ошейник, своими шпильками? Но зачем? И как это провернула, что не потревожила его сон? Все же это не то же самое, что подкрасться со спины и уколоть.
– Гр-р?
– О, заметил-таки? Спасибо будет, нет? Ну и ладно, на мое «пожалуйста» тоже не рассчитывай, – проворчала Триш, выбравшись на берег, и принялась выжимать свою насквозь мокрую одежду.
– Мне ты ни к единорогам не сдался, быть прикованной к кому-либо также не является моей мечтой. Надули меня с гонораром, но страдать вечность теперь тоже не вариант. Так что я освобождаю тебя, а в награду хочу несколько твоих чешуек. Хоть какая-то компенсация, – нагло заявила она.
– Р-р-р… – Тихо и угрожающе.
– Эй, дракон, не будь свиньей! Тот маг с поляны тебя отпустил бы, думаешь? Он – не я, раз уж сумел поймать, то нашел бы и способ сдать тебя кому-нибудь на органы. Я же прошу всего несколько чешуек, после чего наши пути разойдутся. К тому же, насколько поняла, отдирать их тебе больно, потому и психуешь так, стоит заговорить об этом. Я уколола тебя ножом с парализующим эффектом. Для такой туши, как ты, он только и годится, что для краткосрочной местной анестезии. И не делай вид, что не понимаешь меня. Ты явно разумный, хотя бы частично. Ну так что? Во сколько оцениваешь свою жизнь и свободу, сколько чешуек готов отдать? Быстрее думай, пока парализующее вещество действует на тот участок кожи.
Себастьян много чего хотел сейчас сделать. Рассмеяться в лицо наглой девке – кто же ставит условия после того, как выполнил свою часть сделки? Просто молча взмыть в воздух и улететь, раз свободен. Снова толкнуть ее в озеро, чтобы поубавилось этой раздражающей самоуверенности и наглости… Но вместо этого он когтем выцарапал на влажном песке одну вертикальную полоску.
– Одна чешуйка? Издеваешься? Я тебе жизнь спасла! Поила, кормила, ночей недосыпала, ты, летающий верблюд-переросток! Десять чешуек, не меньше!
Настала очередь Себастьяна возмущенно реветь. Какую жизнь она ему спасла и когда это кормила-поила?.. Да один раз всего было! И вообще, дрыхла она спокойно всю ночь, это он ей костер поддерживал. А тут своим телом заставляет расплачиваться! Но все же правда в ее словах была. Раздраженно рыкнув, он дорисовал когтем еще две полоски.