Девушка без гарантии. На лезвии ножа

Глава 8

Пацан вернулся через несколько минут, уже чистый, но все такой же хмурый. Я оценивающе оглядела его новую одежду. Размер в размер. Штаны и рубашка мне достались за бесценок, практически в подарок. Основные траты пришлись на обувь и куртку.

Почти новые берцы, причем с небольшим секретом. Внутрь можно вставить батарею, которая создает дополнительное сцепление с поверхностью в условиях слабой гравитации. Если вдруг придется носиться по разгерметизированной станции или шататься в невесомости, он не снесет башкой ближайшую стену.

Да и куртка с секретом – под плотной кожей спрятаны сверхпрочные вставки. Легкие, но выдержат удар и кулака, и даже кое-каких видов холодного оружия. У меня, кстати, такого же типа, не раз выручала. Конечно, я надеялась, что в приюте ему не доведется испытать эти примочки, но пройти мимо таких полезных вещиц просто не смогла.

На рагу он просто накинулся. Последний раз таким голодным я его видела, когда нашла на той заброшенной станции. Хм…

– Что это? – промычал он с набитым ртом. – Очень необычно.

– Еще скажи, что невкусно, – фыркнула я, прислонившись к стене. – Оно из настоящих овощей.

Он замер, медленно поднял на меня глаза, в которых отразилось нечто среднее между священным ужасом и искренним любопытством.

– Да ладно? Гонишь.

– Без шуток.

– Ты клад нашла, что ли? Или в лотерею выиграла? Они же стоят как вся твоя Бесси, – недоверчиво ухмыльнулся он и продолжил наминать рагу.

– Но-но, не обижай мою Бесси. Она старше тебя в несколько раз, между прочим. Ну и меня заодно, – погрозила я пальцем. – Повезло, на самом деле. Заправлялась на одной аграрной планетке, получила заказ на насильника. Быстро поймала мерзавца, сдала им на самосуд, а в качестве платы получила ящик овощей.

– Чего ж не продала? – нахмурился мелкий. – Кучу бабла бы подняла.

– Кому? На ближайший парсек толстосумов было не видать. Лететь дальше – сгнило бы раньше, чем долечу. А отдавать за бесценок – нет уж, увольте. Так что лопай сколько влезет, все экономия на витаминном комплексе.

Эта простая фраза заставила его снова помрачнеть. Некоторое время мы сидели в тишине, нарушаемой стуком ложки о дно тарелки. Я прищурилась, оценивающе рассматривая его. Насколько бы ни были настоящие овощи вкусными, но не настолько, чтобы так ими запихиваться.

– Ты что, эти три дня ничего не ел?

Он пожевал, сглотнул.

– По челюсти тоже знатно съездили, только когда ты заявилась, вправили нормально обратно.

Я выругалась. То есть мне еще и не обо всем сказали. А челюсть не вправляли, чтобы не имел возможности вякать не по делу? Теперь у меня дело принципа натравить на директора и его шайку все возможные инстанции. А то и встретить его где-нибудь в темном переулке и…

– Ну что, куда теперь сдашь? Или, наконец-то, просто оставишь в ближайшем порту, как я просил? – набычился пацан, прервав мои фантазии о том, что бы я сделала с директором, будь моя воля.

Я помолчала, машинально гладя ладонью край панели. Пора было признать: проблема не только в приюте. В этом или предыдущих. Неизменная константа во всех случаях одна…

– Может, и стоило бы.

Он громко засопел, но комментировать не стал, низко опустив голову.

– Но размажут же там на месте, и стоило возиться столько?

– Я могу за себя постоять! – выпалил он, мгновенно вскинувшись.

Я ухмыльнулась, глядя, как он зажимает руку, забинтованную в допотопный гипс.

– Да, вижу. Первый приют – продержался аж целый месяц спокойно, пока со мной не связались, сообщив, что готовят к исключению из-за драки.

– Они первые ко мне лезли! И если б не сынок директора, никто бы тебе и не звонил!

– Ну конечно. Второй приют – признаю, там продержался дольше, почти полгода без драк. А потом просто сбежал. И тогда же я узнала, что это не первая попытка побега, но только в этот раз успешная. Повезло, что я кое-что забыла и позвонила туда узнать.

Он отшатнулся, стиснув зубы.

– Я отлично справлялся на улице без тебя! Кто тебя просил меня искать?! Бросила и бросила, летела бы себе куда подальше…

Он сорвался на крик, но я даже не моргнула.

– Ну естественно.

Я медленно кивнула, глядя на его напряженное лицо.

– И вот третий приют, где даже двух недель не прошло, как ты избрал амплуа груши для битья.

– Ты еще их не видела! – взорвался он. – Я одному нос сломал, а второму…

Я глубоко вздохнула и качнула головой.

– А второй вместе с третьим и четвертым едва не сделал тебя инвалидом после этой глупой выходки.

Я кинула на него оценивающий взгляд, пожала плечами.

– Прекра-асно справляешься, как я погляжу.

Я насмешливо склонила голову, наблюдая, как он поджал губы, стиснув здоровую руку в кулак.

– Ты ни драхта не понимаешь! – выпалил он, резко поднимаясь со стула.

– Ой, да неужели?

– Сама меня сбагрила, а теперь вдруг решила изображать любящую мамочку?!

Я на миг растерялась, не ожидая выпада в эту сторону.

– Какая, машхараза, мамочка?! – возмутилась я. – Я во сколько тебя родить должна была?

Он фыркнул, но не так, как обычно, – не задорно, не с вызовом, а как-то… глухо, устало.

– Я предлагал остаться на твоем корабле, но я тебе на хрен не нужен. Хорошо, уяснил. Не оставила умирать на той станции – и на том спасибо. Но какого продолжаешь появляться в моей жизни?! Нечего прикидываться, что тебе вдруг стало не все равно, – тихо произнес он, старательно глядя в стену.

Я потерла переносицу, делая глубокий вдох.

– Послушай, со мной тебе хреново…

– Это тебе хреново, – буквально выплюнул он, бросив на меня угрюмый взгляд. Его глаза при этом подозрительно блестели. – Мне-то как раз норм.

Я поджала губы.

– Нет, не норм. Я охочусь за людьми, и, представь себе, они не хотят быть пойманными! А еще у них есть друзья, которые не прочь отомстить за своих подельников! Я постоянно на мушке, неужели не понимаешь?! Рядом со мной перестрелки, драки и риск сдохнуть где-нибудь в шлюзе. Машхараза, я живу в железной коробке, где все ломается, скрипит, грозит взорваться, и в ней нет ни уюта, ни стабильности!

Я наклонилась вперед, уставившись на него в упор.

– Ты думаешь, я смогу тебя защитить, дать тебе будущее? Думаешь, у меня есть план?

Он замер, но я не дала ему вставить слово.

– Да я свою жизнь по кускам собираю! Ты видел Бесси? Она на честном слове и моем упрямстве держится! Считаешь, что если останешься здесь, то всем резко станет лучше?! – в свою очередь не сдержалась я и перешла на крик.

Я откинулась назад, сложив руки на груди. Резко выдохнула и продолжила немного спокойнее:

– В приюте тебе дадут крышу над головой, пусть и паршивую. Там ты сможешь получить хоть какое-то образование и хреновый, но билет в нормальную жизнь. Тебе дадут нормальные документы и законопослушное прошлое. А самое главное, тебе не будут грозить бластеры и пираты!

– Я в приюте не останусь, – медленно процедил он, упрямо вскинув подбородок. И в этот момент мой корабль тряхнуло, ставя точку в нашем разговоре.

Глава 9

Корабль резко дернуло, отчего панели протестующе загудели, а я молча выдохнула сквозь зубы.

– Значит, отведу не в приют, – бросила я, выпрямившись, и направилась к выходу.

Пацан вздрогнул, но быстро спрятал испуг за показным равнодушием.

– Куда тогда?

– К врачу, куда же еще.

Он напрягся, сжав зубы, но в глазах явно отразилось облегчение.

– Не хочу я к врачу, – пробормотал скорее из вредности.

– Я, может, тоже много чего не хочу. Например, любоваться на то, как ты таскаешься со своим средневековым гипсом и кривишься от боли.

– Я нормально себя… – ожидаемо завелся пацан, но меньше всего мне хотелось продолжать этот спор.

– А я тебя и не спрашиваю, – отбрила я, ставя точку в нашем разговоре.

Щелкнула переключателем, открывая люк, и вышла первой, ожидая, что мелкий потопает следом. Он постоял немного, словно взвешивая шансы на побег, но в итоге с душераздирающим вздохом таки двинулся за мной.

Станция гудела жизнью, погруженная в хаос звуков, света и запахов.

Шумная толпа, разноцветные неоновые вывески, испускающие приглушенное мерцание, кричащие торговцы, заманивающие прохожих… Каждый сантиметр этого места был пропитан движением, суматохой, энергией, вибрирующей вокруг.

Воздух переполняли запахи пищи, дешевых ароматизаторов, горячего металла и масла. Народ здесь тусовался самый разномастный: от людей и киборгов до существ из дальних уголков нашей галактики – с прозрачной кожей и дополнительными глазами, лениво обозревающими окружающее пространство.

Пацан, естественно, пялился на все, едва не разинув рот.

– Варежку захлопни, муха залетит, – фыркнула я, наблюдая, как он приостанавливается, разглядывая вывеску, переливающуюся мигающими символами на незнакомом языке.

– Ты это видела? – Он резко ткнул пальцем в сторону витрины, где продавались какие-то кибернетические модификации, от искусственных глаз до бронированных конечностей.

– Каждый день вижу, и что?

– Просто… Смотри, Айви, рука как у тебя! Ты здесь покупала свою? А мне такую можно?

Я закатила глаза, ловя себя на том, что его энтузиазм чем-то заразителен. Но не успел он снова зависнуть, как я резко дернула его за воротник, заставляя свернуть в узкий проход, ведущий в медицинский блок.

Здесь все было иначе. Шум остался позади, сменившись мягким гулом вентиляции и ритмичным писком медицинских приборов.

Запахи тоже резко сменились – стерильная химия, антисептики и слабый аромат чего-то металлического, воздух пропитан легким озоновым шлейфом.

– Я думал, ты меня продашь, – проворчал пацан.

– Такого вредного все равно никто не купит, – парировала я. – Только время и нервы потеряю на торгах.

– Ты ужасный человек.

– Только сейчас это понял?

Он хмыкнул, но перестал огрызаться, даже малость повеселел.

Я провела ладонью по пожелтевшей табличке на двери, удостоверившись, что мы в нужном месте, и вошла внутрь, не особо ожидая приглашения. Врач, седой худощавый тип с хищным прищуром, взглянул на нас поверх очков.

– Давно не виделись, Айви… Хотел бы сказать я, но увы, – протянул он лениво. – С каких пор в твоем списке целей дети?

– Это не цель, а головная боль, – поморщилась я, подтолкнув внезапно оробевшего пацана ближе к мужчине. – В драку лезет, а навыков ноль.

– Не ноль! – тут же вскинулся мальчишка, но я отмахнулась от него, протягивая доку карту пацана, выданную мне в приюте.

– Вот тут подробно, что ему там делали и какие у него травмы. Подрихтуй его нормально.

– Как тебя? – хмыкнул он, кивнув на мою руку. Я лишь скривилась в ответ, а вот у мелкого глаза буквально зажглись.

– А можно? Я бы хотел…

– И не мечтай, – оборвала я его на полуфразе, на что он обиженно надулся. Док ухмыльнулся, но комментировать не стал. Скомандовал пацану садиться на кушетку, сам же активировал голограмму карты. Несколько секунд всматривался в написанное и вдруг расхохотался.

– Ты что, размножилась?

– Чего?

Доктор увеличил нужный абзац и ткнул в фамилию, указанную в документах.

– Поздравляю, Айви, с прибавлением в твоей вымышленной семье Валье. Парнишка носит твою фамилию.

Я перевела недоумевающий взгляд на пацана. Тот нахмурился, но не выглядел особо удивленным.

– Почему свою настоящую фамилию не назвал?

Он пожал плечами.

– Мне имени хватает. Тем более что ты и им не пользуешься. А в первом приюте, куда ты меня сдала, сами написали твою фамилию.

– Ну, охренеть теперь.

– Так она настоящая или фальшивая? – спросил он с интересом.

Я отмахнулась.

– Тебя это не касается.

– То есть фальшивая, – удовлетворенно кивнул он. – А настоящая какая?

Я снова шикнула, но без особого энтузиазма. Доктор уже не слушал нас, водя сканером вдоль гипса и прицокивая языком.

– Срастание так себе. Но к счастью, ничего не сместилось. Сейчас поработаем.

Пацан немного струхнул, но не подал виду, когда ему сняли гипс и поставили регенерационный фиксатор. В отличие от старого гипса, этот был тонким, легким и не ограничивал подвижности.

– Через пару дней и следа не останется, – заявил док, откладывая прибор.

Я кинула ему на стол кредитку, оплатила лечение и повела пацана прочь.

– Ну что, теперь ты официально не калека.

– А я им и не был, – фыркнул он, но продолжал разглядывать руку, осторожно двигая пальцами.

Похоже, с нормальной медициной нашего времени он не сталкивался, и сейчас ему дико было оттого, что приносящая ему столько дискомфорта и боли конечность за считаные минуты стала нормальной. Я закатила глаза, вышла из медблока и повела его в сторону одной из боковых улиц.

– Пойдем, покажу тебе кое-что, раз уж мы здесь.

– Что?

– Уверяю, тебе понравится. Или боишься? – хищно улыбнулась я и едва не рассмеялась, когда мелкий, выпятив тощую грудь, первый двинулся в указанном направлении.

Глава 10

Мы брели через толпу, снова окунувшись в кипящую жизнь станции. Пахло жареным мясом, сладкой карамелью, чем-то острым и совершенно неаппетитным. Над головой мигали неоновые вывески, обещая все – от незабываемых удовольствий, в большинстве не совсем законных, до кибернетической модификации по скидке.

– Жрать хочется, – сообщил пацан, косясь на один из прилавков.

– Ты ж совсем недавно ел, – подозрительно прищурилась я.

– Просто сказал, – буркнул он, отвернувшись.

Пожав плечами, я остановилась у лавки, заляпанной жиром. Бегло просмотрела ассортимент. Отравиться вроде не должен.

– Давай выбирай быстрее, пока я не передумала.

Пацан без лишних слов выхватил из рук продавца что-то в лаваше, с хрустящей корочкой и подозрительным неоново-розовым соусом. Я скептически покосилась на его добычу, но молча протянула деньги и направилась дальше. Прошли еще немного и, свернув в узкий проулок между зданиями, поднялись по шаткой металлической лестнице.

Вверх, выше, еще выше. И вот мы оказались на крыше полузаброшенного здания, откуда открывался прекрасный вид вниз.

– Ну, куда смотреть? – поинтересовался пацан, откусывая огромный кусок от своего дикого фастфуда.

Я указала на арену ниже. Ринг переливался красными и синими огнями, создавая голографическую сетку, защищающую зрителей от обломков. Внутри два боевых робота уже занимали свои позиции.

Первый – массивный, тяжелый, с усиленной броней. Второй – быстрый, маневренный, с тонкими конечностями, оснащенными лезвиями.

– Охренеть… – прошептал пацан. Подался вперед, балансируя на краю крыши, и я едва успела схватить его за шиворот.

– Ты еще вниз сигани для полноты ощущений, – проворчала я.

Он бездумно угукнул, не отрывая взгляда от ринга. Снизу раздался громкий сигнал, и бой начался. Пацан выпучил глаза, судорожно сглотнув.

– Ну все, правого сейчас размажут всухую, – хмыкнул он.

Я нахмурилась, наблюдая за схваткой внизу. Судя по разгоряченным крикам зрителей и мелькающим на табло ставкам, большинство поставило именно на него.

– Того, который больше и тяжелее? Почему так думаешь?

Пацан повел плечами и окинул меня снисходительным взглядом.

– Смотри: у тяжелого бронированные суставы, но они недостаточно подвижные. Если второй достаточно быстро уворачивается и атакует сочленения, рано или поздно он вырубит ему одну из конечностей. А если повезет – две.

Он ткнул пальцем в ринг, пока внизу маневренный робот резко скользнул в сторону, уходя от удара огромного бронированного кулака.

– Видишь? Он медленный. А еще у него гидравлические цилиндры «А-Корп S7». Они мощные, но с перекачкой давления у них всегда проблемы – слишком долго восстанавливают баланс после удара.

Я покосилась на него, немного удивленная такой точностью выводов.

– Ты уверен, что там стоит именно эта модель?

– Да точняк. Видишь, как у него после выпада левая нога чуть зависла? Значит, в механизме задержка, может миллисекунды три-четыре, но для такого боя этого хватает. Если второй этим воспользуется, он может его просто разрезать в месте соединения.

Внизу, будто подтверждая его слова, маневренный робот резко ушел в подкат, взвился вверх и двумя ударами вцепился в сустав противника, отсекая его металлической плазменной пилой. Толпа зашлась в восторге. На табло вспыхнули обновленные ставки.

– Неплохо, – хмыкнула я, протягивая пацану бутылку с водой запить съеденную гадость. – Что еще интересного скажешь?

– У тебя на Бесси с правым реакторным стабилизатором проблемы, – ухмыльнулся он, делая жадный глоток.

– Чего?!

Он пожевал губу, явно наслаждаясь моментом, и беззаботно махнул рукой.

– Чуешь, когда на переходе между скоростями ее чуть заносит? Это из-за смещения баланса. У тебя там стоит старый регулятор потока «Вега-12». Они дохнут после трех лет, а у тебя он явно древнее. Я бы поставил «Рейнджер-55» или перераспределил поток топлива через вспомогательный канал.

– Откуда ты это знаешь?

– На пиратской станции было полно сломанных деталей, я от нечего делать их собирал-разбирал, даже пара старых инструкций попались, – неохотно пояснил он, снова замкнувшись в себе.

Бой роботов мы досматривали молча, думая каждый о своем. Наконец я приняла решение.

– Почему ты не хочешь в приют? – прямо спросила я.

– А ты не думала, как я оказался у пиратов? – ответил он вопросом на вопрос, но мне мгновенно стало многое понятно. – Твой приют не стал для меня первым. Оттуда же меня и еще нескольких ребят и забрали, прямо со двора.

– Хочешь сказать, что твой приют был в сговоре с пиратами?

Он пожал плечами.

– Не знаю. Может, кто-то там знал. Может, нет. – Он повертел в руках пустую бутылку из-под воды, избегая смотреть на меня. – Просто если у тебя нет семьи, тебя никто не ищет.

Я тяжело вздохнула, глядя на него.

– И куда тебя теперь девать?

Он пристально посмотрел на меня, а потом неожиданно выдал:

– Я бы мог остаться на твоем корабле. Я многое знаю, умею. А что не умею, тому научусь…

Я хмыкнула.

– Имей в виду: платить мне тебе нечем.

Он недоверчиво вскинулся, явно не ожидая, что я не откажусь с ходу. Похоже, и говорил скорее по инерции, готовясь услышать отказ.

– Правда? Оставишь?

Я пожала плечами.

– Куда уж тебя теперь денешь. Тем более с моей фамилией.

Он медленно кивнул, словно еще не до конца поверил в то, что слышит.

– Ладно, пора возвращаться на Бесси. Как раз по дороге расскажешь про свой первый приют. Наведаюсь туда и заодно узнаю, каким таким образом оттуда дети пропадают…

Глава 11

Двери шлюза с жутким скрежетом разъехались в стороны, пропуская меня внутрь. Запах теплого железа, старого машинного масла и чего-то смутно знакомого – вроде паленого пластика и затхлого воздуха – ударил в нос, встречая с обнимашками.

– Эй, Бесси, я дома, – протянула я, бросая сумку на ближайшее кресло.

Корабль тихо пикнул в ответ, будто выражая недовольство моим поздним возвращением. Этот пик – обиженный, с придыханием – я бы узнала из тысячи.

Сумка бухнулась на изодранную обивку, и корпус кресла чуть жалобно скрипнул, словно вздохнул в унисон с кораблем. Я удовлетворенно улыбнулась – прикупила недешевые детали, которые давно следовало установить. Да все денег не хватало. Но сегодня можно было пошиковать: преступник сдан, деньги получены, никто не пристрелил. Что еще надо для счастья?

– Ты где так долго была?

Из коридора показался мой юный нахлебник, засунув руки в карманы. На нем снова была та потертая черная кофта, которую я самой первой купила ему на барахолке и которую он теперь носил будто броню. И плевать, что рукава ему давно коротки, горловина явно давит, да и сама ткань буквально трещит по швам, того гляди порвется. На его лице застыло выражение тщательно отработанного недовольства.

– А есть варианты? – скептически приподняла я бровь, проходя мимо него.

Из подсобки тянуло слабыми нотками горелого. Похоже, снова пытался готовить.

– Обычно ты ловишь гадов быстрее. Могла бы хоть дать знать, что жива. Вот так пристрелят, а я даже не узнаю! – набросился с обвинениями он.

– Пароли Бесси тебе известны. Сбросить до заводских настроек при желании и должном упорстве сможешь. Если не вернусь – корабль твой. Чем плохо? – полусерьезно отозвалась я, снимая куртку и привычно проверяя уровень заряда. Куртка пахла улицей, порохом и жареным синтетическим мясом – завтрак на бегу в какой-то дыре. Пожрать бы… потом. Сначала – подзарядиться.

– Ха-ха, очень смешно, – скривился мелкий. – А вот если бы брала меня с собой, мы бы быстрее справлялись…

– Даже не начинай, пацан, – отмахнулась я, усаживаясь в кресло и подтягивая к себе нужные провода. Панель мигнула, признавая мое присутствие, и вывела данные подключения. – Тебе еще рано гоняться за бандюками. Да и кто бы меня прикрывал тут, пока я развлекаюсь? Бесси же одна не справится.

– Ну тебя, – еще сильнее насупился он, с интересом наблюдая за тем, как я подсоединяю шнур к порту в теле.

– Каждый раз больно? – спросил он внезапно, дождавшись, пока я выдохну и вытру выступивший пот со лба. В воздухе повис слабый запах озона и горячей пластмассы. Я честно задумалась, прикидывая, как лучше ответить.

– Я давно перестала называть это «больно». Это просто нужно, вот и все. А кто-то от такого вообще кайф ловит – в некоторых борделях целые установки вроде этой.

– Извращенка, – припечатал он.

– Эй, я-то чего? Просто сообщаю факты.

– Угу. Еще скажи, что не проверяла, чтобы сравнить ощущения со своей зарядкой, – подозрительно прищурился он.

Я в ответ лишь загадочно улыбнулась.

– Жрать будешь? Я суп сварил, – проворчал он делано небрежно, но с плохо скрываемой гордостью.

– Смеешься? Тащи сюда! – Я аж подскочила. В голове мигом родился десяток подколок, но я подавила их. Не хотелось портить момент. Да и суп оказался вполне съедобным. Почти.

– Ты уверен, что в супе нормально соседствуют рыбьи головы, колбасные обрезки и сухари?

– Что было в холодильнике, из того и сварил.

– Там, между прочим, и нормальные консервы были… Это что, мазутное пятно? – ткнула я пальцем в подозрительный островок жира.

– Где? – Он обеспокоенно склонился над тарелкой. Но, заметив мою ехидную усмешку, прищурился: – Забрать?

– Но-но! Какое «забрать»? Деспот! – возмутилась я, усиленно работая ложкой. – Дожила! Меня, значит, на моем же корабле ущемляют…

– Угу, попробуй тебя ущеми, – фыркнул он, устраиваясь с удобством на стуле. – Расскажешь, как все прошло? Напинала им? Много гадов было? А оружие какое?

Я, глядя на его горящие глаза, не сдержала улыбку.

– Ох, пацан, какой же ты еще пацан, – пробормотала я. Он обиженно зафыркал, но спорить не стал. Прокручивать все произошедшее в деталях мне не хотелось. Там было слишком грязно. И точно не то, что стоит обсуждать с мелким пацаненком.

– В другой раз расскажу. А ты как тут? Все нормально?

– На Бесси – и нормально? – скептически приподнял бровь он, но с готовностью подхватил предложенную тему. – Сама знаешь, лаг на лаге. Но я тут покопался немного и сделал некоторые выводы.

– Ну-ну. Вещай.

– Во-первых, я активировал вспомогательную систему диагностики. Во-вторых, у тебя на стыке центрального отсека и кормовой части подозрительный перепад температур. Наверняка после перестрелки поставила не ту пластину. Проверь.

Я невольно хмыкнула. Надо же, насколько неглупый беспризорник мне попался. А значит… Покопавшись в кармане штанов, я вытащила небольшую карту памяти и бросила ему. Он поймал.

– Что это?

– Аудиокниги и литература по кибертехнике, последние новинки. Заслужил.

Он покрутил карту в руках, делая вид, что неинтересно. Но глаза у него загорелись.

– А можно ты просто купишь мне инструменты и дашь поработать? – кинул на пробу.

– Нет. Воспринимай Бесси как старую стриптизершу: смотреть можно, трогать – ни-ни.

– Понятно. Опять одна теория…

Я подмигнула:

– Именно, пацан.

Он скорчил недовольную рожу.

– У меня имя вообще-то есть!

Я искренне удивилась:

– Да? А почему я никогда не слышала?

– Потому что никогда не спрашивала.

– И отлично при этом справлялась. Так зачем менять то, что и так работает? Кстати… – Я швырнула ему планшет с техпаспортом деталей. – Разбери сумку, отнеси все в моторный отсек. И уберись там, пацан.

Он громко засопел, но ничего не сказал, только схватил сумку и потопал к двери. Где-то в глубине корабля снова что-то звякнуло. Вечно он уронит что-нибудь, чтоб я не расслаблялась.