Вселенная на пятерых

Глава 1

Астрид

Страх, безнадежность, отчаяние, горечь, растерянность, злость – я должна была испытывать что-либо из этого, а может, и все сразу. Но взамен меня просто накрыло теплой волной облегчения.

Столько времени я боялась, что кто-то узнает мою тайну, пряталась за чужими привычками, местами едва не уничтожая себя. Заставляла действовать так, как никогда не стала бы в прошлой жизни, сантиметр за сантиметром сдвигая грань своих моральных принципов, убеждая себя, что это нормально, не так страшно, без этого никак… Была уверена, что если меня раскроют – на этом все закончится. Боги, как же сильно меня пугала даже мысль об этом!

И вот я сижу в разгромленной комнате на полу рядом с едва дышащим мужчиной, сумевшим докопаться до истины, а кроме чувства опустошенности и облегчения, больше ничего не испытываю. Поздравляю, Ася, ты облажалась…

В приглушенном голубоватом свете было сложно понять, какие эмоции отражались в глазах Рейна. Его лицо освещалось редкими всполохами от искр на концах свисающих с потолка проводов, ярко зажигавшихся на миг, чтобы угаснуть. За ту пару секунд я только и успевала оценить его плотно сжатые губы, нахмуренные брови, бледную кожу. Он терпеливо ждал моего ответа.

Кто я… Такой простой вопрос, такой сложный ответ. Я сама уже не могла однозначно ответить. Как много осталось от той Аси, которая жила беспечной жизнью и самой большой проблемой которой была отключенная на месяц горячая вода да задержанная на пару дней зарплата, из-за чего не удалось купить понравившуюся юбку, пока в магазине шли скидки? Мне снились сны Астрид, я видела ее прошлое, в памяти всплывали известные лишь ей факты, я слышала ее голос… Я жила ее жизнью, по сути! Кем я теперь стала?

Откуда-то выехали роботы-уборщики и едва слышно озадаченно жужжали, пытаясь лавировать между обломков мебели, высыпавшегося из шкафа и стола содержимого и осколков панели. Единственное, что они могли, – убрать каменную крошку вокруг трещин, которые я умудрилась проделать в мраморном полу. Один из них подъехал ко мне вплотную, пытаясь всосать в себя пыль вокруг моей руки, которой для равновесия упиралась в пол. Хмыкнув, подняла ее, стряхнув какие-то прилипшие мелкие камешки и щепку.

Надо бы вызвать команду, дать задание что-то сделать с комнатой… Ее ведь возможно починить? Если они сломанные кости латают за пару часов, что им покрытые трещинами стены и полы? Мебель бы заменить еще… Мой взгляд невольно скользнул к дальней стене, где ворохом лежала выпавшая из шкафа одежда. Интересно, отстирается? Как тут вообще обстоит дело с этим? Или достаточно закинуть на пятачок нанодуша?

Не знаю, до чего бы я еще додумалась, цепляясь за любые самые дурацкие мысли, лишь бы не думать о нависшей надо мной угрозе. Но «угроза» вдруг вздохнула громче и судорожно закашлялась, прикрыв рот ладонью. В очередной вспышке искр я успела заметить влажно поблескивающие темные капли на ладони Рейна. Были ли они там изначально, как следствие царапин на коже, или мужчина кашлял кровью – я определить не могла. Но это заставило меня словно очнуться, встрепенуться.

– Ты как? – Я же первая и разрезала повисшую тишину, по-прежнему не торопясь отвечать на вопрос Рейна. Его состояние волновало меня сейчас не меньше, чем все остальное. О стену я приложила его неслабо, да и кто знает, насколько сильно задела силой напрямую. – Тебе срочно нужно в медотсек. Сам сумеешь дойти?

– Жить буду, – ответил он, поморщившись, и, подтверждая свои слова, осторожно попытался изменить положение. Болезненно скривился, сдавленно зашипев сквозь зубы, но даже умудрился встать на ноги, держась рукой за стену. Я с тревогой проследила за его движением. Если бы все было совсем плохо, он бы не сумел подняться самостоятельно, ведь так?

– Угу. Если не станешь больше провоцировать тех, кто владеет членовредительскими сверхспособностями, то даже долго, поняла, – усмехнулась я, оставаясь на своем месте. И, несмотря на браваду, тут же добавила, не скрывая волнения: – У тебя что-то сломано? Внутреннее кровотечение?

Смотреть на парня снизу вверх было крайне некомфортно, но от слабости мутило, и кружилась голова. Я не была уверена, что если попытаюсь встать, то позорно не свалюсь пластом.

– Вряд ли, но самочувствие паршивое. И ты не ответила на вопрос. Кто ты? – вновь нахмурился Рейн.

Но, несмотря на ситуацию, угроза от него не исходила. И даже не потому, что он сам явно с трудом оставался в сознании. Просто я почему-то отказывалась верить, что этот мужчина причинит мне вред.

Да-да, я помнила, кто он, ни на миг не забывала. И не могу сказать, что за эти полторы недели успела его узнать со всех сторон. Как и списать на интуицию и память тела, учитывая, что как раз Астрид и кричала, чтобы я его убила, спасая себя. И все же…

– А это так важно? – зачем-то спросила, наблюдая за тем, как очередной «паучок» вычищает пыль рядом с моей правой ногой.

Мне бы встать, отойти в сторону, давая ему больше пространства для маневра… А еще лучше взять Рейна под ручку и покинуть каюту. Разместиться где-то в комфортном уютном местечке, за чашечкой кофе спокойно все обсудить, оценить перспективы, составить план на будущее… Взрослые адекватные люди всегда найдут общий язык! Если, конечно, один из них не ранен, рискуя вот-вот лишиться сознания, а вторая не лишена сил, остатков не хватает даже на то, чтобы подняться самостоятельно с пола.

– Да. Я должен знать, что ты в самом деле кто-то иной и что Астрид больше не вернется, – заявил Рейн непреклонно. – Откуда у тебя ее знания? Она оставила тебе подсказки? Были знакомы раньше? Это все спланировано заранее?

Я неопределенно двинула плечами, принимая его слова. Теперь, когда он знал наверняка, что я не Астрид, он мог себе позволить говорить прямо, не скрывая эмоций. И такой Рейн мне нравился гораздо больше, что, в общем-то, неудивительно. Вот только как раз такой Рейн и нес для меня угрозу. Было совершенно очевидно: пока не добьется ответов на свои вопросы, он не успокоится. А ответы ему могут ой как не понравиться.

То, что я хочу ему довериться, не отменяет того факта, что, как всякий нормальный человек, Рейн будет блюсти свои интересы. Себя всегда должно быть жальче. Свое выживание всегда в приоритете. Особенно это касается человека, который уже не раз убивал.

Глава 2

Сейчас было бы очень просто соврать. Сказать, что я это я, с Астрид ничего общего не имею, никогда о ней не слышала и даже не знаю, что она тут со всеми ними творила, в особенности с ним…

И кто же мне поверит? Да и какой в этом смысл? Если бы я совсем ничего не знала – я бы здесь и не выжила. На одних лишь догадках далеко не уехать. Его вопросы звучали логично, как и теория о заранее спланированной операции по перемещению сознания. На какой-то миг я даже задумалась, а могла ли Астрид в самом деле так поступить? И все же можно было бы попробовать поиграть словами, ответить как-то уклончиво…

Но, повторюсь, я слишком устала. Тристан в некоторой степени помогал справиться, отвлекал, был моей отдушиной, что ли, позволяя расслабиться в его компании, но все же и с ним я и на четверть не была честна. Да что там четверть, хорошо, если показала десятую часть настоящей себя, не прячась за двусмысленными фразами, спешно выуживая информацию из воспоминаний Астрид.

– А если я – Астрид, то… то что? – уточнила без особого интереса, испытывая только вселенскую усталость, которая с каждой секундой, казалось, лишь все больше усиливалась. Может, мне только показалось, но Рейн на миг смешался, не ожидая такого ответа. Но тут же закаменел лицом, нахмурился, возвышаясь надо мной.

– Я уже перечислил причины, по которым ты не можешь быть ею. Просто признай это, – практически потребовал он. Будто для себя уже все решил, но ему не хватало последнего кусочка пазла, подтверждения, что он поступает правильно.

Я же… Мне вдруг стало безумно смешно, и я рассмеялась. Сначала тихо, просто от абсурдности ситуации, где я, после того как разрушила тут все и едва не убила Рейна, сидела на грязном полу, усыпанном обломками, надо мной висел изредка искрящий провод, а разгромленную комнату освещало аварийное освещение. Сам Рейн едва держался на ногах, но пытался что-то требовать, не обращая внимания на текущую из губы и носа кровь. И чем больше об этом думала, тем громче и истеричнее становился мой смех, от которого уже просто потекли слезы по щекам, но я была не в силах успокоиться. Особенно ввиду того, насколько растеряннее становился мужчина с каждой секундой.

– А если я всего лишь Астрид, которая не помнит того, что с ней было, скажем, за последние несколько десятков лет? – все еще сбиваясь на неуместное хихиканье, уточнила я. – Я готова поклясться, что, пока не очнулась в этом теле, никогда не видела Астрид и ничего не слышала о ней. Но что, если в памяти внезапно остались лишь самые первые годы жизни, в частности те, когда все было хорошо, как у всех: любящая семья, дом, друзья… Что тогда? Убьешь, не сходя с места? – поинтересовалась с невеселой улыбкой, склонив голову набок.

И снова глупо прыснула от смеха, осознав, что все же у нас с Рейном не так уж мало общего. И кто теперь кого провоцирует, рискуя лишиться жизни?

– Нет. Что бы с ней ни случилось, но ты – не она. Астрид бы не стала сдерживаться, чем бы ни руководствовалась до этого, но прямую угрозу себе уничтожила бы без раздумий, – медленно покачал головой Рейн, чем вызвал еще один саркастический смешок.

– Знаешь, и не будучи Астрид я бы могла убить тебя. Это естественно, просто инстинкт самосохранения: делаешь то, на что не способен в обычное время, если на другой чаше весов твоя жизнь.

Пусть я сама и не воспользовалась этим шансом, это не отменяло того, что могла бы. Да и потом, если уж на то пошло, я не считала, что меня загнали в угол. Кто знает, на что я способна, когда терять больше нечего?

– Возможно. И тем не менее я пришел к тебе безоружным, враждебных намерений не проявлял. Ты и ранила меня скорее случайно, не справившись с эмоциями, – отреагировал он достаточно спокойно, учитывая ситуацию.

– Ты не мог этого знать наверняка. Поступил крайне глупо, непонятно зачем поставив жизнь на кон.

– Чего-то подобного я и ожидал, иначе ты не стала бы рисковать, спасая Тристана, – заметил Рейн все тем же спокойным тоном, едва заметно дернув плечом, отчего вновь болезненно скривился, прежде чем продолжить: – Что стоило просто отвернуться там? Тебе он никто…

– И ты, цепляясь за эту нелепую оговорку, пошел ва-банк, решив спровоцировать наверняка? У тебя инстинкт самосохранения совсем отсутствует? – От потрясения я нервно икнула. – Ты осознаешь, что я могла тебя убить тупо по случайности? Да, я не хотела тебя ранить, признаю, но ты видел, что тут творилось? Видишь, во что я превратила каюту? Да, мать твою так, Рейн! Кому, как не тебе, известно, какие еще примочки есть в арсенале Астрид, ты осознаешь, что они могли сработать все разом?!

Рейн пожал плечами и вновь зашипел от боли.

– Знаешь, пожив с Астрид хотя бы неделю, начинаешь проще относиться к смертельной угрозе. Жить с зависшим над головой топором страшно лишь первые несколько… м-м-м… ну, скажем, месяцев. Потом же просто привыкаешь и воспринимаешь как должное. Рано или поздно все мы там окажемся, – заметил он философски, но, перехватив мой ошалелый взгляд, неожиданно признался: – Если честно, просто думал, что либо я ошибаюсь и тогда меня прикончат быстро, либо не ошибаюсь и тот, кто внутри тела, все равно толком не умеет использовать силы, учитывая вдруг взорвавшееся осколками зеркало в игровой.

– Мало ли отчего оно взорвалось. Тристан разочаровал, вот и… – проворчала больше из принципа и уже чисто по-женски скривилась, добавив: – «Тот, кто внутри» – прям глистом каким-то себя почувствовала.

Рейн забавно выпучил глаза, что стало заметно даже при аварийном освещении, и рассмеялся. Точнее, попытался, тут же прервавшись на кашель и тяжело задышав, явно пережидая вспыхнувшую с новой силой боль.

– Драхт тебя подери! Я сейчас вызову кого-нибудь, пусть отведут тебя в медотсек, позже поговорим, – выругалась я, испытывая уже нешуточное волнение за этого идиота. Но Рейн мгновенно кардинально преобразился.

– Стой! Я в порядке, несколько минут роли не играют, – выпалил он с твердой уверенностью, заставив меня все же повременить. Что врать команде о произошедшем, я еще не придумала, и сам Рейн пока не спешил меня убеждать, что готов хранить мою тайну и дальше. Так что, раз он считает, что медотсек подождет, в самом деле было бы неплохо вначале разобраться со всем.

– Так ты скажешь, кто ты, откуда? – уже совсем нормально спросил мужчина, не скрывая знакомой усталости.

– Ася. Просто Ася, абсолютно никто из ниоткуда… Какое это имеет значение? – вздохнула я.

– Такое, что каждый на этом корабле ненавидит эту суку, нашу хозяйку. И им нужно знать наверняка, что ее нет и она больше не вернется! Иначе желание обезвредить ее, пока она слаба, сделать так, что никогда не сможет им навредить, когда вернется, – самое логичное, чего от них можно ожидать! Тем более если ты, как сказала, плохо владеешь силами. Даже убить меня не смогла… – тут же завелся мужчина, с каждой секундой становясь все убежденнее, веря в свои слова.

– Поправка: не хотела. По крайней мере, какая-то часть меня, – не стала скрывать, краем глаза отметив, как из стены выбежала еще одна стайка пауков-уборщиков. Они озадаченно замерли, выпустив красные лучи во все стороны, определяя, должно быть, с чего лучше начать здесь уборку. Да уж, тяжко им придется.

– Вот об этом я и говорю. Пока ты будешь стараться не навредить, тебя скрутят и засунут да хотя бы в тренировочный зал, зная, что стены экранируют дар Астрид. Обколют препаратами, вогнав в кому, и будут держать так годами в состоянии овоща, кормить внутривенно. Ты будешь все осознавать, даже чувствовать, если кому-то захочется отомстить хоть так за все издевательства, но не иметь возможности что-либо сделать. Сила работает ведь не просто от мысленного посыла. Нужны яркие эмоции, движение хотя бы рукой, пристальный взгляд… Уже каждый из команды знает, как примерно это работает, – продолжал нагнетать он, отчего внутри меня все буквально заледенело. – Да и банально можно просто заставить выплеснуть всю силу сплошным потоком и скрутить тебя уже обессиленную. Способов уйма на самом деле, Астрид знала их все, всегда держалась начеку… Но ты не Астрид.

И ведь о чем-то подобном меня Астрид предупреждала. Только я думала, что все закончится просто избиением меня, не умеющей постоять за себя. А тут выходит, что даже нет разницы, владею я способностями или нет. Это как сравнить опытного десантника, не один год выживающего в горячих точках, и фермера, которому вместо лопаты вручили ружье и кинули в самую гущу боя.

Пусть на адреналине, отчаянно желая выжить да при лютом везении он даже сумеет одолеть нескольких врагов. Но рано или поздно патроны закончатся, да и опыт в данном случае все же имеет немалое значение. Исход такого боя предрешен.

Глава 3

– Сомнительная перспектива, – вздохнула я, чуть качнувшись даже сидя, что не укрылось от внимательного взгляда мужчины. В голубом свете было сложно разобрать, какая именно эмоция промелькнула на его лице, но он дернулся, будто собираясь предложить мне руку, помочь встать…

– Ты тоже ранена? Я думал, невозможно навредить себе своей же силой, да и регенерация… – пробормотал он с толикой беспокойства.

– Слабость после использования сил… – Я не видела смысла скрывать. Да и, как бы это парадоксально ни звучало, мне по-прежнему хотелось верить Рейну, вопреки всему сказанному им.

– Тебя сейчас пленить проще простого. Достаточно только подойти и… – пробормотал он едва слышно, не скрывая овладевшей им растерянности.

И тут же, сжав руки в кулаки, шагнул ко мне, явно превозмогая боль, и прежде, чем я сумела хоть как-то среагировать или хотя бы испугаться, просто обхватил за плечи и приподнял. Все, на что его хватило, – это прислонить меня к стене рядом с собой, причем сам же чуть сгорбился, пережидая приступ боли, отражавшейся в его глазах.

– Идиот, – констатировала я со вздохом, не спеша отлипать от стены. И все же торчать тут и практически погибать – не выход. – Надо вызвать Лу, чтобы отвел тебя в медотсек…

– И сразу понял, что здесь не все чисто? Ты меня вообще слышишь? Не имея никаких доказательств, что Астрид больше не вернется, никто не станет спокойно ждать, чем это все закончится!

Я еще раз окинула взглядом полностью разгромленную комнату. Интересно, на корабле есть запасная мебель? Мне как минимум теперь негде спать. В игровой, что ли, ночевать? Проводя там немало времени с Тристаном, уже даже немного привыкла к странной обстановке…

– Поползли, что ли, в игровую? Там хотя бы кровать есть, на нее можно упасть, – предложила миролюбиво.

– Ты не ответила! – повторил Рейн с нажимом, вцепившись рукой мне в плечо.

– А какого ответа ты от меня ждешь? Я понятия не имею, каким таким образом я оказалась в теле Астрид. Я до этого о ней даже не слышала. И уж тем более не знаю, куда делась она, надолго ли исчезла и может ли вернуться. Как и неизвестен ответ на вопрос: а что же станет со мной в случае ее возвращения? Может, это и вовсе один из способов ее спасения, такой себе план «Б», по которому она в случае смертельной опасности подселяет в свое тело другую душу, чтобы убили ее, а после возвращается. Но что-то пошло не так.

– Машхараза экта бар! – эмоционально выругался Рейн.

– Полная машхараза, ага. И я сейчас упаду, если не лягу. Да и ты, судя по твоему виду, тоже. Поползли в игровую? – повторила свое предложение достаточно утомленно, чувствуя, что настал следующий этап защитной реакции организма: восстановление энергии через сон. Еще буквально несколько минут – и сознание просто отключится, так и не дав мне узнать, что же теперь будет между мной и Рейном.

Мужчина смерил меня совсем уж ошалелым взглядом, но не стал возражать, когда я его потащила в сторону ванной. Не сказать, что прям за пару минут, но по шажочку, поддерживая друг друга, мы в самом деле добрались до игровой, где уже абсолютно без сил повалились на кровать.

– Стоит кому-либо узнать правду – и ты обречена, – констатировал Рейн, как только мы отдышались. Вернее, я отдышалась, упорно борясь со сном, а он перестал шипеть какие-то ругательства, испытывая весьма болезненные ощущения, так понимаю.

– Да ладно? А то я совсем не догадалась! Просто так тут в злобную суку играю! – съязвила, не сдержав зевок.

– Ты… ты… – аж поперхнулся очередной фразой Рейн.

– Я. Ася, если забыл. Но лучше Астрид, так все же спокойнее. Ну, что решил? Убивать или пленять сейчас будешь? Энергия на нуле, я сейчас попросту вырублюсь, – поторопила его, в довесок к своим словам сладко зевнув.

– И тебе не страшно, что я в самом деле могу сейчас пленить тебя?

– Страшно. Безумно. Каждую секунду моего пребывания здесь. Но понимаешь, в чем дело? Человек такое существо, которое привыкает ко всему. Можно сказать, что я уже свыклась со своим страхом. Бояться больше, чем есть, пока не получается. Да и как ты сказал – верил, что я не смогу тебя хладнокровно убить? Будем считать, что я верю, что и ты так не поступишь.

Пока говорила, я все же нашла в себе силы потянуться к прикроватному столику и взять оттуда диагностирующее устройство, которое Тристан сегодня притащил на «игру». Ему его дал кто-то с собой под предлогом «периодически проверять состояние, чтобы госпожа не заиграла». Сейчас оно пришлось как нельзя более кстати.

Я уверенно взяла его в руки, чувствуя гладкую отполированную поверхность с таким удобным спусковым крючком, заставившим подумать в первый раз, что я обнаружила бластер. Это было всего несколько дней назад, даже двух недель не прошло, если брать местные сутки. А по факту – будто совсем уже в прошлой жизни.

– Глупо поступаешь, – отреагировал Рейн, с непонятной эмоцией всматриваясь в мое лицо.

– Что именно? Держу неправильно? Ну так не все тут оканчивали галактические медицинские академии, – фыркнула, выпуская жгут красных лучей в Рейна.

– Нет. Глупо, что веришь. Читала же мое досье. Я способен на хладнокровное убийство, – уверил меня мужчина, на миг запнувшись на последних словах.

– Уровень повреждений: 37%. Требуется немедленная медицинская помощь, – отчитался голос системы, закончив обследовать Рейна. Но я и так подозревала, что там как минимум сильный ушиб ребер, а то и трещина в кости. Лишь бы внутреннего кровотечения не было.

– Ну убивай, – кивнула в ответ на слова мужчины и опять легла рядом с ним на кровать. Встряхнула руку с коммуникатором, собираясь отправить общее сообщение для всей команды. – Сейчас начнешь или сначала подлечишься?

Набрать текст не успела, тяжелая рука Рейна накрыла мое запястье, мешая это сделать.

– Ты всерьез думаешь, что ваш спектакль с Тристаном – это панацея? Если я догадался, рано или поздно догадаются остальные. И сейчас мне даже нет нужды делать что-то самому, достаточно просто сообщить остальным, как обстоят дела в действительности. Ты читала досье, знаешь, кто у Астрид в гареме. Каждый из нас убивал без зазрения совести, ради спасения своей жизни, наживы или мести. Никто не станет тебя жалеть!

– И ты тоже? – спросила спокойно, глядя ему прямо в глаза. Рейн снова смешался, на его лице отразилось сомнение.

– Не знаю почему, но я верю, что ты хороший человек. Тебя сейчас терзают сомнения, понимаю. Но на самом деле все просто. Хочешь – помоги мне. Не хочешь – просто не мешай.

– Я не могу позволить, чтобы Астрид вернулась! Ты не представляешь, что она творила с каждым из нас! С теми, кто не дожил до сегодняшнего дня из-за нее! – вызверился он, глядя на меня практически с отчаянием. И все же медлил, продолжал этот бесполезный, в общем-то, разговор.

– Тогда какой смысл обсуждать это, если решение, похоже, уже принято? – грустно улыбнулась я и, не отводя взгляда, скомандовала: – Система, голосовое сообщение всем членам экипажа: моя каюта нуждается в ремонте и новой мебели, а Рейн – в лечении. Заберите его из игровой.

– Ты что творишь?! – прошипел мужчина, глядя на меня широко распахнутыми глазами, до последнего не веря, что я в самом деле это отправила.

– Упрощаю тебе жизнь, ускоряю процесс принятия решения, даю выбор… Сам определи, какой вариант ближе к сути. Пока за тобой придут, есть время окончательно сформулировать, что ты им скажешь обо мне и случившемся, – сообщила тихо и серьезно и, больше не имея сил бороться со сном, закрыла глаза, тут же провалившись в темноту.

Глава 4

Ослепляющий свет, от которого больно глазам, опостылевшие абсолютно белые стены без единого окна, пол, потолок, кушетка, на которой я сижу, узкий белый пластиковый стол у противоположной стены, длинная рубашка на мне и та того же ненавистного цвета… Но между тем я четко осознаю, что это у меня едва ли не с детства отвращение ко всему белому, та же, в чьи чертоги подсознания я провалилась, не испытывает ни малейшего дискомфорта, баюкая на руках обычного плюшевого медвежонка. В виде исключения – дымчато-серого цвета. Медвежонок Тедди! Я в детстве просила родителей купить его, а получила Винни-Пуха. Впрочем, ему радовалась не меньше…

Эта неуместная здесь мысль помогла осознать очевидное: это не я. И картинка тут же сменилась, меня будто выбросило из тела, и я теперь могла наблюдать за всем со стороны, к счастью не испытывая больше чужих эмоций. Светловолосая девочка лет одиннадцати, что-то тихонько напевавшая своей игрушке, выглядела спокойной, я бы даже сказала – умиротворенной, но мне слишком долго снились сны, принадлежавшие Астрид, и я знала наверняка: положительные эмоции там не то что редкость, а я и вовсе не уверена, что она способна их испытывать.

И все же чем больше я смотрела на эту девочку, тем меньше могла различить ее черты лица. Они будто смазывались, не поддавались восприятию, как иногда бывает во снах. Мне же почему-то было крайне важно увидеть ее, рассмотреть наверняка ангельски прекрасное личико, убедиться, что этот ребенок – маленькая Астрид. В конце концов, а кто же еще?

– Нравится? – прозвучал чей-то знакомый голос.

В первый миг я подумала, что это часть воспоминания, где я всего лишь зритель, но девочка никак не отреагировала, продолжая играться на своем месте. Я же, обернувшись, увидела вполне материальную взрослую Астрид, сидевшую на краю стола и беспечно болтавшую босыми ногами. Одета она была в ту же рубашку, что и девочка, только своего размера, и смотрела прямо на меня.

– Что именно? – осторожно уточнила у нее.

На что Астрид легкомысленно пожала плечами.

– Не знаю. Это место, она, медвежонок… Не кажется знакомым? – спросила она, продолжая болтать ногами и с какой-то мечтательной задумчивостью смотреть на девочку, абсолютно не обращавшую на нас внимания.