Конкурент

Эти банкеты всегда наводили тоску на девушку, ведь они были обязательной частью ее работы, а не личных предпочтений. Такие вечера она использовала максимально полезно, заводила исключительно полезные связи, которые помогли ей занять место партнера в фирме, например. На них же она встретила своего давно забытого друга, который оказался ей очень полезен в минуты стресса и напряжения. Антонио, ее лучший друг по университету, был безумно в нее влюблен. Он грезил о семье и детях, она – о карьере и общественном признании. О любви с ее стороны не могло идти и речи, но Антонио не бросал попыток окольцевать Викторию.

Сейчас он подался в модельный бизнес и делал там колоссальные успехи, его лицо было в каждом парфюмерном магазине, где он рекламировал новый аромат от Dior. И каждый раз, смотря на знакомые красивые черты его лица на рекламных щитах, девушка ощущала некоторую грусть и даже стыд. Она понимала, что использует друга, и, несмотря на то, что никогда не озвучивала ему обнадеживающих фраз, своим поведением давала надежду на совместное будущее.

Сегодня же от этого вечера не было никакого толку. Новых или влиятельных лиц, с которыми нужно было завести общение, не присутствовало, и Вика начала уставать от общества рвачей, окруживших ее персону.

– Виктория, вы просто молодец! Блистали сегодня!

– Как же Неброски с вами повезло, такого юриста найти в наше время стоит немалых усилий…

– Не думали еще кинуть старика Игоря и сбежать в собственное дело? Свободное плавание…

– Виктория, поздравляю!

Со всех сторон лились поздравления от безликой толпы завистников, менее удачливых юристов и подхалимов, желавших сыскать дружбу со звездой сегодняшнего дня.

Виктория всем стойко улыбалась и принимала поздравления, пропуская их мимо ушей, не вдаваясь в подробности и пряча зевоту за очаровательной улыбкой.

Ей не подобает выказывать скуку, так как хозяином приема является ее прямой руководитель, тем более, что именно от его решения зависит момент, когда Виктория наконец займет место управляющего партнера в компании.

Потому, потягивая игристое шампанское, Виктория наблюдала за разношерстной толпой и прятала скуку.

Вот перед ней открылось действо, в котором принимал участие известный адвокат города, правда, известный в прошлом, он давно на покое, судами больше не грезит, сейчас у него своя сеть ресторанов в городе. Виктория усмехнулась – интересная смена области. Мужчина на вид лет шестидесяти, с копной серебристых волос, что редкость для его возраста, с относительно спортивным телосложением, которое пряталось за костюмом. Живые глаза серого оттенка, морщины вокруг глаз и рта говорили, что он любитель улыбаться, посмеяться, а взгляд цепких глаз выдавал незаурядный ум. Интересный человек этот Вадим Коновалов. В какой-то момент он поднял взгляд и встретился со взглядом Виктории, улыбнулся и отсалютовал ей бокалом с напитком. Виктория отсалютовала в ответ, перевела взгляд и продолжила рассматривать гостей.

Здесь были дамы, сопровождавшие своих мужей, известных адвокатов и не очень известных, но с хорошими связями предпринимателей. Были женщины-юристы, которых отличало от жен юристов абсолютно все. Дерзость во взгляде, уверенность в речи, упорные и немного резковатые движения, строгие костюмы, несмотря на дресс-код. Некоторые женщины были одеты в платья и бриллианты, которые смотрелись на них так же, как смотрится на клоуне фрак. Абсолютно немыслимо и даже смешно. Складывалось ощущение, что кроме брючных костюмов в здании суда, они никогда не надевали платьев.

Из всей толпы, насчитывающей порядка ста-ста пятидесяти персон, едва ли можно было насчитать десять женщин, одетых со вкусом и в соответствии с дресс-кодом мероприятия. С мужчинами дела обстоят проще, им достаточно надеть фрак и правильную обувь.

– А вот и наша звездочка! Вика, рад, что ты смогла выбраться на это мероприятие.

Обернувшись, Вика увидела того самого Игоря Неброски, основателя юридической фирмы, где она трудилась уже не первый год.

– Здравствуйте, Игорь, рада вас видеть, – искренне улыбнулась девушка.

Мужчина ей всегда нравился. Из этой толпы не слишком приятных людей Игорь производил впечатление не просто умного, но и доброго человека, который старался маскировать свои душевные порывы, но ему это не всегда удавалось.

Он был полноват, ему было пятьдесят лет, был статен и всегда исключительно вежлив. Описывая его характер, можно было бы сказать только общую фразу «приятный человек», но мало кто знал, насколько жестоким бывает Игорь со своими конкурентами и врагами. Именно это умение смешивать жестокость с добротой позволило ему добиться тех высот, с которых сегодня он наблюдал за собравшимися в зале людьми.

Игорь Неброски обладал сильной интуицией и живым умом. Его фамилия как бы говорила сама за себя: он был не броским, не любил выделяться и выставлять напоказ, но при этом всегда был на виду. Чтобы понять, на сколько он не любил или не хотел выделяться в толпе, достаточно задуматься над одним лишь вопросом, а именно: почему фирма называется «Ревин и партнеры», а создал ее некто Неброски? Его внешность была приятной, но не запоминающейся. Удивительные качества для управляющего партнера.

– Я поздравляю тебя с победой! Но помни, не время расслабляться. Тебе поручено не менее важное дело по иску к немецкому заводу. Ты уже начала подбирать команду для новой битвы? – как бы невзначай спросил мужчина, потягивая виски. Его взгляд хитро улыбался и был прикован к ее глазам. Он всегда был таким, хвалил и поучал, не давал расслабляться, и Виктория давно была к этому готова.

По правде говоря, девушка еще не успела начать подбор команды по громкому делу, все последние дни перед процессом политика она занималась исключительно им, времени на другие дела не хватало, да и Вика не любила распыляться. Но вслух ответила:

– Конечно, у меня уже готова предварительная позиция и список сотрудников для собеседования на роль помощников по делу.

– Молодец. Мне нравится твой задор. Напоминаешь меня в молодые годы, – подмигнул ей Игорь. – Очень важно, чтобы ты показала класс в этом деле. Скажу по секрету, не все партнеры были за твою кандидатуру на ведущего юриста, однако большинство проголосовало за тебя.

«Неужели», – подумала Вика, она прекрасно знала, кто был против ее кандидатуры.

– Вместе с тем хочу отметить, что в случае победы ты будешь самой молодой женщиной, которая стала управляющим партнером нашей компании, если сама этого захочешь, конечно. – Он приподнял руки в жесте, означающем «сдаюсь», и улыбнулся.

Вика была приятно удивлена такому повороту событий.

– О, приятно слышать. Не скажу, что не думала об этом, – улыбнулась она.

– Вот и славно. Развлекайся, дорогая. Отдыхай, потом пару месяцев будет не до того… – философски протянул работодатель и, отсалютовав ей бокалом, отправился дальше общаться с гостями.

Виктория взглянула на часы и сделала вывод, что уходить еще слишком рано. Обернувшись в поиске балкона или террасы, она наткнулась на знакомую фигуру. Майкл Ориен тоже был здесь.

На секунду Виктория залюбовалась его профилем. Мужчина шел в компании редактора газеты «Вести недели» и что-то сосредоточенно отвечал.

«Наверное, рассказывает о своем проигрыше», – мелькнула злорадная и не очень уместная мысль, пока Вика продолжала наблюдать за недавним похитителем ее спокойствия.

Он был одет с иголочки. Белая рубашка и пиджак обтягивали широкую спину и грудь, за тканью просвечивалась сила, в движениях – власть. Было ощущение, что все окружающие чем-то ему обязаны. Вика отметила, что люди боятся Майкла, они уступали ему дорогу, незаметно отодвигались с пути и отводили глаза. Он вселял какой-то животный страх всем своим присутствием. Будто тигр, который готовится к прыжку. Он идеален, красив, храбр, расчетлив и жесток. Странные ассоциации, но именно они рождались в голове у Виктории, наблюдавшей за конкурентом из тени. Она устроилась в тени колонны и предполагала, что останется незамеченной.

Будто услышав ее мысли о надежде сохранить инкогнито, Майкл резко обернулся, будто почувствовал, что за ним наблюдают, и спешно прошелся своим стальным, ничего не выражающим взглядом по присутствующим, однако Вику он не увидел, ее скрывала тень. Сердце предательски екнуло, когда ее окликнул старый знакомый и заставил выйти из своего укрытия. Именно в этот момент взгляд серых глаз Майкла наткнулся на Викторию в ее ранее укромном наблюдательном пункте.

Девушка вздрогнула от неожиданности, и кажется, вся толпа людей притихла в своих разговорах, музыка ушла на второй план, за ними наблюдали сотни глаз, ожидали представления, войны, драки, а может, лживых комплиментов и поздравлений с победой.

Виктория не собиралась быть тигром в клетке, потому, выдержав взгляд жестких глаз Майкла, улыбнулась, едва кивнула ему в знак приветствия и направилась в противоположную сторону, куда и намеревалась до того.

По пути захватила бокал шампанского. Сердце отбивало бешеный ритм африканских барабанов, в ушах стучало. Он влиял на нее как чрезмерная доза кофеина. Появлялось чувство беспокойства, на грани панической атаки. Она вышла на балкон и вдохнула прохладный воздух.

Всего пару раз она успела затянуться воздухом, словно никотином, как поняла, что пришло время уходить, убегать домой.

– Ну здравствуй, Виктория, – послышалось со спины. Его голос она узнала: низкий, с хрипотцой, голос хищника. Он словно гипнотизировал жертву перед прыжком.

– Здравствуй, Майкл. Мы перешли на «ты»?

Он улыбнулся. Нет, опасно оскалился и подошел ближе.

Его взгляд прошелся по фигуре Виктории, и та почувствовала себя обнаженной, от прохладного воздуха напряглись соски, и ей хотелось скорее закрыть свою грудь руками, но это бы означало показать свои истинные чувства.

Он ее возбуждал, пьянил и пугал.

– Думаю, да, – вальяжно протянул он. – Представляешь, каково мне находиться тут, среди сотни прилипал, которые только и обсуждают, как ты меня уделала в суде?

– Не представляю. Я не была в твоей шкуре, – резковато ответила Виктория, желая скорее сбежать.

– Дерзко. Ну, еще представишь. Думаю, в суде мы еще встретимся, но не сегодня, правда? Сегодня нужно отдыхать.

Вика слегка дернула бровью.

– И лучше нам отдыхать подальше друг от друга.

– Боишься, что не сможешь оторваться? – тихо спросил Майкл, не отводя глаз от Виктории.

От такой наглой провокации девушка опешила.

– Ну это вряд ли. Скорее переживаю, что ты снова решишь запереть меня где-нибудь, например, на этом балконе, и мне придется мерзнуть.

Он смотрел не отводя глаз и улыбался. Но почему-то эта улыбка была похожа на хищный, животный оскал и… нравилась Виктории.

– Ты меня впечатлила, Вика.

– Впечатлять тебя не стояло моей задачей. Моя задача была тебя выиграть, и я это сделала, – парировала девушка в ответ.

– Но сейчас-то меня выигрывать не нужно. Заключим перемирие до следующей битвы и насладимся обществом друг друга? – предложил Майкл как бы невзначай, а взгляд не отводил, будто пытался заглянуть в самую душу, прочитать ее истинные, низменные желания.

– Нет, спасибо, сегодня я хочу насладиться обществом своего тихого дома и мягкой подушки. Пока, Майкл.

Виктория обходила Майкла сбоку, когда он перехватил ее руку, чуть выше локтя своей, они оказались слишком близко друг к другу, Вика почувствовала его аромат, впитавший в себя самый брутальный парфюм, гель для бритья и еще что-то неуловимое. Живот скрутило в тугой узел, она перевела взгляд в его глаза, которые будто спрашивали: «Ты уверена, что хочешь уйти?» – и, вырвав руку, ответила на этот взгляд без слов, проявляя немыслимую решительность и силу воли в вопросе, в котором сама еще решения не нашла.

Музыка становилась громче, вечер веселее, Вика убегала с этого праздника жизни.

Туфли уже начинали давить, да и вся картина дня заставляла девушку чувствовать усталость. Домой хотелось безумно. Тело пропускало электрические удары от прикосновения Майкла, которое до сих пор чувствовалось на руке. В поисках номерка от гардероба она не заметила, как рядом появился Майкл, но скорее почувствовала чей-то взгляд и, подняв глаза, наткнулась на него. Напряженным взглядом Майкл изучал Викторию.

Теперь он не блуждал взглядом ни по ее платью, ни по формам, туго им обтянутым, он не сводил своих глаз с ее.

Дыхание перехватило, что-то во взгляде его серого стального взгляда, чуть подернутого дымкой, заставляло ее нервничать, сердце забилось сильнее. И хотя Вика понимала, что все козыри в отношении этой личности у нее на руках, совладать с собой не могла.

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем она разорвала зрительный контакт и продолжила искать номерок от гардероба.

– Тебя проводить? – нарушил молчание Майкл.

– Нет, спасибо. – Она наконец нашла номерок и протянула гардеробщику. – Надеюсь, с этой вечеринки я смогу выйти через главный вход, а не через окно.

Майкл улыбнулся, и его улыбка была мягкой и безумно доброй, будто и не он вовсе запер ее сегодня в туалете, грязно играя в суде.

– Серьезно? Неужели эта маленькая шутка заставит тебя сбежать сейчас? – он улыбнулся своей очаровательной, такой настоящей улыбкой, но взгляд серых глаз оставался ледяным.

«Что за игру он затеял?» — мелькнуло в мыслях.

Сердце Вики только было успокоилось, как снова скакануло галопом от несправедливости и праведного гнева. Яростный румянец залил ее щеки, но она сдержалась от едких слов и гордо прошествовала к зеркалу, накидывая пиджак. Она запахнула пальто и, мельком глянув на молодого человека, направилась к выходу. По-английски, не прощаясь. Просто потому, что не могла заставить себя произнести еще хотя бы слово.

– Кстати, Виктория, – позвал он, и девушка нехотя обернулась, беззвучно задавая вопрос «что еще», – ты прекрасно выглядишь.

Сказал он ей и медленно прошелся взглядом по ее фигуре, задерживаясь на особо аппетитных местах без тени улыбки. Он явно знал о своем воздействии на женщин, знал, что красив и что ни одна еще не устояла этому его взгляду.

– Спасибо, Майкл, о тебе не могу сказать того же. Удачи, – бросила она уже отворачиваясь и поцокала на каблуках к выходу, оставив адвоката в холле.

Только оказавшись в салоне автомобиля наедине с собой, девушка в который раз за день поразилась красоте и коварству этого типа. Что он вообще делал на благотворительном вечере их фирмы? Почему пришел после позорного проигрыша в суде, зачем обращался к ней напрямую, после того как пытался ее отстранить в суде от слушания? Много вопросов и ни одного ответа. Почему именно к нему так тянет ее тело? Почему рядом с ним мутнеет здравый ум?

А на фоне этих размышлений маячила назойливая мысль: «Надо держаться от него подальше».