Серебро на изумрудах
- -
- 100%
- +
© Надежда Скорнякова, 2016
© Надежда Селикова, фотографии, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Весна
Небо в пальто
Я хочу, чтоб в пальто василькового цвета,Солнца брошь на груди поправляя небрежно,Шло по улицам небо, и талая снежностьРасступалась, походкой летящей согрета.Я хочу, чтобы в этом нежданном показеМодных трендов весны стало стуже неловко,Что она до сих пор шьет безвкусные стразыНа свои без того белоснежные кофты.Васильковые полы пальто с брошью солнцаНа лацкане под вечер раскроют подкладу,А она – что агат, и по глади оконцаВ запределье – расшитые звездные взгляды.Не смотря на морозность, с душой на распашку,На которой дугой обновленная лунность,Будет небо гулять по проспектам бесстрашноВ час ночной… Не могла ж я все это придумать?Я в фантазиях вязну, мне прямо сказали,И мешаю их с прошлым и даже грядущим…Неужели ж вы небо в пальто не видалиС брошью солнца по городу гордо идущим?Без недели весна
Без недели весна. Съежась, снег отступает,Среброгласость ручьев оставляя взамен.Парк, очнувшись от сна, дерева расправляет.Ветви почки качают и ждут перемен.Щебет птиц оглушает. Синицы в ударе.Льется трель, славя первый рожденный листок.Ей внимая, вздыхают влюбленные пары,И влюбится спешат те, кто все одинок.Солнца диск золотой призывает прохожихГрезить вешним теплом не во сне, наяву,А березы своей белоснежною кожейОттеняют отмытых небес синеву.Серебро на изумрудах
Росой усыпаны, к земле клонятся травы.И истина древнейшая как мирСокрыта в их движеньи величавом:Природа – самый лучший ювелир!Блестящих капель наблюдая чудо,Что утро в травы раскидало на заре,Я понимаю, серебро на изумрудахНа пальцах краше изумрудов в серебре.Спешу поделиться теплом
Спешу поделиться теплом. Распогодилось.Термометр в плюсе сегодня с утра.Ледовый сугроб, распрощавшийся с гордостью,Рыдает взахлеб, не скрывая утрат.Нахально не в меру ретивая лужицаЗалезла в ботинок. И хнычет носок,Что с нею ни в жизнь, ни за что не подружится.От гостьи незваной итак он промок.На все голоса раскричались пернатые,Устав от мороза таиться в тиши.И все встрепенулось. По небу заплатамиБегут облака. На задворках душиИ то, не смотря на тенек, оживление.На сердце трещит в предвкушении ледок.Спешу эстафетой вам чувства весенниеСкорей передать между букв, между строк.Туманный рассвет
Шагну, дыханье робко затая,В сиреневость туманного рассвета,Шепнув туману: – Здравствуй. Это я.И я в упрек тебе легко одета.Ты распусти на росы плотный шарф,Намотанный на улицы с лихвою,И выпусти на волю солнца шар,Чтоб выплыл в синеве над головою.Озябли пальцы от твоих тенет,И сырость нагло лезет под одежду.Не вздумай только мне ответить нет,Не отнимай на ясный день надежду.Весна пробралась в сердце, не таясь.И от того, не под сезон одета,Шагнула я, дыханье затая,В сиреневость туманного рассвета.Седьмой сон
IЗатеплилась весна.Забытый старый домДает мне знак,Что он со мной знаком.Зовет войти, распахивая дверь.Скрип петель говорит:– ПоверьВ реальностьИ доверься снам.IIОкна распахнуты в сад.Яблоня тянется к травам,Осыпая цвет. СправаНа подоконникеЗамер букетСирени. ТихонькоКолышутся шторы.И далекое мореВ колыбели качает закат.IIIЗной не выжег покаСвою метку на склонах.ЗеленымКажется мир за пределомОконного створа.Лишь белымВ нем ворохЛепестков кружитОт ветерка.IVВоздух тонок,Легкой дымкойПлывет над оградой.Где-то плачет ребенок.Плач вязнет в листвеОдичавшего сада.Тощий котНевидимкойСкользит в траве.VВновь дом. И садГрозится урожаем.ВисятНа ветках, алым бокомСверкая,Яблоки. Был дождь.Точней гроза. На тонкихСтебельках цветов,Застыли капли.VIВновь сцена сменилась.В ней осень. И лист,Не спеша,Завершает полет на земле.Мир светел и чист.В нем душа отдыхает от зноя.Всей грудью вдыхаяТуманы и дым костров,Успокоюсь.VIIЗима. Поют половицы, шагиЗаглушая собой. И запахПьянит. В немЧто-тоИз раннего детстваДо боли родное. – Беги! —Сознанье кричит. – ДнемПамять сожмет в цепких лапах!Да некуда деться…Из марта в май
Ночь южная в преддверье первомаяУкрасила цветами спящий город —Гирляндами сиреневых глицинийУвешаны и стены, и заборы,Оплывшие каштановые свечиВ листвы подсвечниках над улицей парятИ лепестков вишневых мотылькиРоятся в робком свете фонаря…Весна… Весна… Опять не спится мне…Да как тут спать, когда такое дело…Опять на встречу ветреной лунеБреду… Опять мне в доме не сиделось…Как тут уснешь, когда влетая в окна,Не умолкают до утра пернатых трели?Бродить до самого утра мне интереснейИз марта в май по улицам апреля!Надо мною колышется море трав…
Надо мною колышется море трав.А над, ним телеса свои распластав,В душу впившейся до одури синеве,Проглотившее заживо солнца свет,Облако, похожее на состав.И представила живо я поезда,Что по рельсам небесным бегут туда,Где кончается видимый взору край,И за край бегут они в звездный рай,Замерзая в космосе в глыбы льда.И весь космос наполнился этим льдом,Так, что звезды мигают уже с трудом.До того мне сделалось невмоготу,Что я звезд не увижу, лишь пустоту,Что я воздух глотала как рыба ртом.Весенний дождь
С утра зарядило. ПускаюсьБродить без зонта. Не беда,Что вещи в момент промокают.Просохнут – ведь это вода.Безумье стихии стираетГраницу меж явью и сном,И я в нем душой растворяюсь,Став этим весенним дождем.Мой приступ горяч и неистов.Сняв тела навязчивый гнет,Я бью по истерзанным листьям,Смывая с них пыльный налет.Я реками движусь по плитам,В моря обращаясь легко.Я – дождь. Я теперь многолика.И мне не придумать оков.Вне времени, вне категорийЯ буйствую, ветром ярясь.А тучи, вздымаясь как горы,Все прочат стихийную страсть……Стук капель – великая малость.Лишь душу ты им растревожь,И кажется, что не осталосьИного на свете. Я – дождь.Крылатая кора
В синь, в вышину уходят ветви исполина(Пред ним песчинка среди прочих – человек).Двуногих многих в своей жизни длиннойВстречал он, пережив давно их век.Но вот один нашелся среди прочих,Поймал момент – и оба в вечность шагСвой сделали – двуногий и безногий,А все крыла лазоревого взмах.Морщинистая кожа великанаИстрепана следами прошлых бурь,Но скрыла плоти обнаженной раныЦветов живых воздушная лазурь.И восхищая всех, кто ищет взглядомПрекрасное среди рутины дней,Крылатая кора – для глаз отрада —Взор привлекает необычностью своей.Майский ливень
Расплескалось небо на лице —Первый ливень с громом, майский, теплый,Шествует в сияющем венцеМолний по асфальту и по стеклам,По аллеям и по площадям,По колено утопая в пенных реках.И в плену у майского дождяОщущаю прежнею себя —Самым рассчастливым человеком.Грязь – не беда
Что снег растаял, и вокруг лишь лужиИ грязь остались после зимних вьюг,Пусть не печалит Вас, мой милый друг!Земля, очнувшись после долгой стужи,Сияющему солнцу с синевыЕще споет свои цветенья песни.Грязь – не беда! Она – предвестникЦветов весенних, листьев и травы!Весеннее солнце
Шаровою молнией, меж ветвей замерзшихНа-гора взбирается выше в небо солнце.А весна-красавица распахнула шубу,Деревца укутала, ей деревья любы.Скоро все изменится, побегут ручьи,В проталинах подснежники зажгут глаза свои…Пусть порой не верится, что придет весна,Ты спроси у деревца, очнулось ли от сна,И увидев легкое качание ветвей,Его верой в теплое душу отогрей.Третьи сутки туман
Третьи сутки туман. Небо бродит меж стен,Меж кустов и деревьев, не в силах подняться.Его мягкий и белый навязчивый пленРастворяет предметы. И стало казаться,Что весь мир утонул в облаках неспроста.Неспроста третий день бродит небо все ниже.Одиночества давит его высота,И стремится оно к людям сделаться ближе.Дорог нехоженых река
Травы некошенойПолны, шумят луга.Дорог нехоженыхПо ним течет река.Там волны россыпьюГуляют на ветру.По пояс в брод брести,Не выгрести к утру.В нее с разбегу быБез огляду нырнуть,В медвяном омутеБеспечно утонутьИ, васильковый цветСминая головой,В жужжаньи пчелСближаться с неба синевой…Замерло…
Замерло. Затихло. ЗатаилосьВсе, что днем стремительным ключомВ чаше жизни сумасшедшей билось,Солнце лампы заменив свечой.Ночь укрыла город до рассвета,Сбросив шелуху его сует.И как мелкую блестящую монетуЯ кручу в озябших пальцах свет.Старые ступени
Кривые, щербатые, словно рояляЗвучащие клавиши – свет с полутьмой,Ступени истертые вверх поднималиКуда-то в не здесь с ледяной мостовой.И свет от оконца, их медью залившего,Все только и мог – добавлял торжества,Маня за собою невольно ступившегоВ расставленный кем-то капкан волшебства.Ночь
Чернильной кляксой ночь по небу растеклась.Померкли краски дня. Повсюду правит темень.С небесным ЖКХ стремлюсь наладить связь.В ответ моим потокам возмущенийФонарщик поднебесный, облаками хмурясь,Свой перекур закончив, над землей зажегФонарь луны в плетеном веток абажуреО первых звезд дрожащий огонек.Старый абрикос
Вроставший в землю, обветшалый домБыл куплен, чтоб его пустить под снос.Снесли его, и новый возведен,Но во дворе остался старый абрикос.Средь металлических лесов, в асфальтИ мусор искривленный стан вонзая,Цветеньем буйным радость, и печальВ моей душе уставшей он рождает.Меня печалит то, что он в цветуТак неуместен средь строительных отходов.А радует, что эту красотуИ через мусор донести смогла природа.Акварельная сирень
Выводит кисти кисть, в кисти руки зажата.И нежных лепестков уж виден силуэт.Рисует человек цветов живых портрет.Цвет передан отлично, но вот запах…В листа навеки заключая полотно,Поймал прекрасное как птицу в клеть художник.Цветет сирень – искусства высшего заложник —Ей не дано увять… И пахнуть не дано…После грозы
Тучи мчатся, свинцовые, грозные.А под ними как нежный зефирБелоснежный, сверкающий мир —Облака невесомыми гроздьями.Солнце вышло, умывшись грозой,И в порыве безудержной радостиРасплескало огромную радугуТак, что в пору объять шар земной.В тот же миг ожило все кругом.Всюду стало прохладно и чисто.Лишь шумят возмущенные листья,Растревоженные ветерком.Капризы погоды
Вчера была весна, а нынче пчелСлепяще-белых рой кружит, кусая.Весна – она капризная такая:То ясен день, то дождь, то снег пошел.Весна
Это мой город, и нынче в нем бродит весна,Мутных витрин омывая усталые очиПервым дождем. И все ближе беспечные ночи,Те, под покровом которых совсем не до сна.Все еще серо, но повода плакаться нет.Видишь, на ветках меж капель набухшие почки.Скоро они оживут, обнажая листочки.Ну а иные, сначала распустятся в цвет,И аромат, разойдясь, опоит допьяна…Предвосхищая грядущие дивные ночи,Мутных витрин омывая усталые очиПервым дождем, в моем городе бродит весна…Весенний снег
Сегодня с утра неожиданно снег закружил,И зимние пчелки порхали над садом в цвету.Карнизы ревели навзрыд. И их слез перестук(Не знаю зачем, от чего?), но, однако, был мил.Казалось, ведь плачут, страдают – сочувствуй.Ан, нет.Предчувствие солнца и временность снега —в них соль.И я, в ожидании чуда, не чувствую боль.Тем паче – чужую. Ну что мне дерев этих цвет?Зачем, опьянившись моментом, обжечься в мороз?Весна, как любовь.В ней обманы все чаще в чести.Уж лучше и вовсе тогда не любить, не цвести,Чем гибнуть под снегомпод стук чьих-то искренних слез.Шло счастье по грани тонкой…
Шло счастье по грани тонкой,И я наслаждалась моментом,Ворвавшимся в день спонтанно —Меня обнимало солнце,Вода кружевною лентойВздымалась над чашей фонтана;Каштаны качали свечиВ ветвей резном абажуре;Тюльпаны траве на плечиКлонили свои фигуры;И ветер в листве резвилсяВ порыве сиюсекундном…И мир мне казался юным,Так, словно сейчас родился…В бело-зеленом
В бело-зеленом бродит день в разливе трав,Качает колос в колыбели на ветру.И если в этот день, случится так, умру,То не замечу, и ладони распластав,(Точнее то, чем заменяет их душа)Шагну навстречу дню в желаньи слиться с нимИ стать частицею его. НеобъяснимВ глазах чужих, пожалуй, будет этот шаг.Что в нем такого, в этом дне, чтоб умирать?Я просто счастлива. Без всяческих преград.Мотылек
Легким взмахом крыла,оживленный дыханием лета,Оторвавшись от веток,вспорхнул над листами цветок.– Как такое возможно?Виновен, наверное, ветер?– Нет. Тут ветер безвинен.Оживший цветок – мотылек.Красок взять у природыеще не решившийся вдосталь,Неприметно окрашен.А попросту выразить – бел.Но, возможно, в том скрытая прелесть,что платье неброско.Ведь его превосходство над прочими —первым посмел.И кружит над айвойоживленный дыханием лета,Неприметный крылатый цветок,вдохновляя меняПозабыть все заботы,проблемы, причины, приметы,И отдаться весне без остатка…До самого дна…Какая ночь!
Какая ночь – тонка, прозрачна и легка!Я созерцаю в ней движение ветвей.Они качают в новорожденной листвеСвоей луну, чтоб той спалось во все бока.Меж листьев, вычерненных сумраком дотла,Сияют звезды в леденящей их красе.И свет фонарный туже затянул корсет,Чтоб тьма аллеями без шорохов прошла.Какая ночь! В ней места нет для прочих дел.Лишь созерцание – мечтателя удел.Весенняя гроза
Ветер ветви без жалости бьет,Рвет еще неокрепшие листья.Это май. В нем прописаны ливни.(Пусть на птичьих правах, что не в счет.)Грянет гром. Капли, в танце зайдясь,Наступая друг дружке на пятки,Вмиг свои установят порядки,Молний гребнем на прядки делясь.Растекутся, сначала – ручьи,После – реки, затем – океаны…Но раздвинет светило экраныТуч, вернувши чертоги свои.Был недолог, увы, ливня пляс.Затихают раскатов аккорды.Над небесною нивой, как кода,Семицветье восходит, смеясь.Ромашковое поле
Словно вход в измеренье другое —Поле цветиков, хрупких и нежных,Меж вершин изгибаясь дугою,Дарит людям любовь и надежду.В нем, замыслив великое делоЭтот мир изменить в одночасье,Средь ромашек, пьянительно-белыхТихо бродит беспечное счастье.И на зов откликаются люди.Покидая асфальтного змея,Всей душой открываются чуду,Кто как может и кто как умеет.Собирают охапками волю,Так чтоб вдосталь и даже за гранью,И уносят ромашковость поля —Кто в руках, кто в душе – непрестанно.Дождь в горах
Дождь в горах. Какое совершенство.Гнутся ветви, тяжести вкусив.Испытав наполненность, в блаженствеРучейки на рек поют мотив.Небо по траве росинки крошит,С гор свисает прядями туман,И в дожде затерянная лошадьПьет покой ромашковых полян.Весеннее море
Манят вновь за собой меня ленты дорог,Пробудив от заснеженных снов.Я хочу, чтобы море искрилось у ног,Оживая от зимних штормов,Чтобы чайки кружили, садясь на причалВ ожиданьи, встречая суда…Чтобы кто нибудь тоже вот так меня ждал,Растопив многоличие льда…Жасмин
Белый дым жасмин опутал. Белый дым.Белый дым разносит ветер на крыле.Стало небо не лазоревым – седым.Дым как пепел оседает на земле.Быть грозе, и небо молния прожжет.Но останется в сгущающейся мглеБелый дым. Жасмин над миром понесетБелый пепел лепестков в листвы золе.Соловей
Вечер размещал жасмин с шиповником,В вареве светило утопив.Вновь с ветвей тоскующим любовникомСоловей выводит свой мотив.Жарок май июльски. Грозы прячутся.Выплакались, видно, в прошлых днях.Вот и мне под пение не плачется.Плачь, певец пернатый, за меня…Маки
По откосам полощутся флаги.Это, празднуя лета приход,Расщедрился на алые макиМай, путей совершая обход.От чего раскраснелись бедняги?От волнения, не от стыда.Провожают на насыпях макиВ дальний, ближний ли путь поезда.Только тонкие ноженьки гнутся,Только ветер им рвет лепестки:– Пусть вернутся они… Пусть вернутсяПодарить нам тепло от руки…Сколько нежности в них и отваги —Полыхают в траве, но не жгут…По откосам полощутся флаги…Это алые маки цветут…Акация
Акации гроздь вновь пьянит ароматом.Кружат лепестки, мне напомнив отца…А разум пугает, дразня невозвратомЦветения из детства резного ларьца…И душит меня этот белый дурман…Я жадно вдыхаю иллюзий обман…Майская ночь
Остыли улицы. Не пышет жаромАсфальт. Шагает ночь хмельнаПо мостовым и по бульварам…Весна…Выйди в ночь…
Выйди в ночь по незримой тропинке,По ступеням теней и ветвейИ с чернеющим небом в обнимкуОтрекись от заботы полей.Холить всходы, стремясь к урожаю —Лунным путникам, знать, не дано.Холод звезд их глаза отражают.Отогреть их стараться – смешно…Ты шагни в этот мир по тропинке,По ветвям и теням, и поймешь —Что правдивы лишь звездные льдинкиВ эту южную майскую ложь.И, как сильно тебя не просили б,Не смотри на оставленный край.В нем тебя бы по осень скосили,Поминая цветенье и май.Лучше вверх, без оглядки, без страха,К тем, кто ценит покой и простор,К тем, кто словно просыпанный сахарИз крупинок слагает узор,К лику, что, не пройдя половину,Серебрит молодые рога…Пусть качается веткой жасминаНад тропинкой созвездий дуга…Вечер. Май. Гроза
Ветер. Всполохи. Раскаты.Пыль летит в глаза,Исчезая в танце капель.Вечер. Май. Гроза.Представь…
Представь перед мысленным взоромСвоим беззатейную глушь,Цвет яблонь за шатким забором,Дорогу в бездонности луж,Домишко, что ждет, подбочинясь,Хозяев, окон слепоту,И песню двери, без причиныЗовущую в глубь, в пустоту.Зовущую жизнью заполнитьКосые четыре угла,Прогнать из тоскующих комнатИ эхо, и пыль со стола…Ты слышишь, как плачет калитка,Петель проржавевших стыдясь?Ты знаешь, что было б ошибкойСейчас оборвать эту связь?Ты чувствуешь запах покоя?Ты хочешь обнять тишину?Тогда не одна я. Нас двоеУ этого дома в плену.Сирень
Отягченная вешним дождем,Гнется тонкая ветка сирени.Боль никто не поймет, не оценит,Не стряхнет, распрямивши излом.Отряхнувши, замочишь наряд.Без того вездесущая сырость.Ждать уставши, не требует милостьОт прохожих, что мимо спешат.Но не вечен дождей вешний ход.Расщедрится на солнце погода.И, избавивши листья от гнета,Лишь пышнее сирень расцветет.Васильки
Разлетелось небо на осколки.(Может, жар виновен, нет – гроза)Лепестки раскрыли как иголкиСиние цветочные глаза.И упрямо спорят с небесами,Кто и чей себе присвоил цвет:То ли небо их глядит глазами,То ли их глаза – ему ответ.Лето
Сквозь твердь потолка…
Сквозь твердь потолкаИ давно обветшалую крышуЗакрывши глаза,Я упрямо тянусь в вышину.Отринув привычныеСенсоры мира, я вижуНезримое глазомИ в этой картине тону.Все прочее кануло в безднуЗа гранью сознания.Забыта ЗемляИ на ней опустевший мой дом.Остались лишь звезды,Как дыры в холсте мироздания…И ветер,Как лучшая музыка в мире земном…Три бесконечности
В этом мире, состоящем из вещей,Только три навек приковывают взгляд:Как горит огонь, как движется ручейИ как звезды со вселенной говорят…Первый летний дождь
Утро нынче дождливое выдалось.Небо реками под ноги вылилось,Но на этом потопе не выдохлось,Капель танцем по окнам шурша.И в потоках воды мне привиделось,Как ростком поднимаясь стремительноИз иссохшей под солнцем обители,Под дождем оживает душа.Акварельные маки
Рассыпались ранами маки.Из вазы пунцовой волнойСочится по плоти бумагиИх цвет красоты неземной.Под кистью застыло мгновенье.Распятые как на кресте,Нисходят в свое воскресеньеНа белом бумажном листе.И этим алеющим бликомУсталый мой взор пригвожден.Стою, заворожена ликом.Не надо других мне икон.Миллионы солнц
От жара над асфальтом как завесаТрепещет марево, размыв предметов ясность.Шумит и льнет к дороге поле страстно,С холмов стекая меж полосок леса.В нем миллионы солнц, июль встречая,Зажглись, согрев собою синь без жара,И провожают круговое шараПо небу шествие, стократно отражая.Звезды под ногами
Лужи – словно мирозданья дыры.Плавит ими плоскость мостовой.Покидают космоса квартирыТе, что были лишь над головой.Небо на асфальте под ногами.В эту ночь я с ним накоротке.Звезды разбегаются кругами,Нанизавшись в гроздь на каблуке.Смородина
Поутру лето заглянуло в сад,Бродило меж кустами по дорожкамИ спелых ягод полное лукошкоСобрало. Гроздья алые горят,Забытые беспечно на порожке.Хозяева проснутся. Выйдут в сени.Глаза спросонок кулаком протрут.И обомлеют враз от удивленья– Кто ж им оставил это угощенье?А это лето здесь бродило поутру.Южная ночь
Зной отступил, поддавшись ласкам ночи.В ней звездных глаз на небе без числа,И катится луна белым бела,На глади моря выводя небрежный росчерк.Цикады смолкли, уступая тишинеИной, в которой шорохи и всплески.От ветерка трепещут занавески,Шепча забытые предания о сне.И не уснуть… Такая благодать…Кружатся запахи магнолии и хвоиВ остывшем воздухе, наполненном покоем,Бессонницу способном оправдать…Полдень у моря
Солнечный путь переливами выстелен.В воздухе запах сосны.Лодка теленком пасется у пристани,Зелень щипая волны.Зноем полуденным ополусонненый,Дремлет морской городок.Только листвой забавляется, пойманныйКонец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.