Фракс-ловкач

ГЛАВА 1

Турай – город, в котором полным-полно всякой магии. По пути от доков до парка Лунного затмения, от смердящих трущоб до Императорского дворца можно встретить самых разных и удивительных типов, увидеть невероятные предметы и воспользоваться самыми необычными услугами. Можно напиться до умопомрачения или обменяться побасенками с наемниками-варварами в портовых тавернах, послушать музыку, поглядеть на акробатов, поразвлечься со шлюхами в округе Кушни, заключить сделку с заезжими эльфами в «Золотом полумесяце» и получить совет волшебника на аллее, именуемой «Истина в красоте». Можно сделать ставку в гонках квадриг или боях гладиаторов на стадионе Супербия или прибегнуть к услугам наемного убийцы. В Турае можно не только как следует выпить и поесть, но и – в случае тяжкого похмелья – получить помощь аптекаря. Если вам удастся найти переводчика, то вы сможете потолковать с обитающими в заливе дельфинами. Коли вам и после этого неймется, отправляйтесь в королевский зверинец поглазеть на только что доставленного дракона.

А если у вас вдруг возникли проблемы, а с деньжатами туговато, вы можете прибегнуть к моим услугам. Меня зовут Фракс, и я испробовал все, о чем сказано выше, на собственной шкуре. Вот только дракона я не видел. Меня к нему не тянет. Наверное, потому, что я досыта налюбовался этими тварями во время последней Оркской войны.

Мне сорок три года, я изрядно тучен, лишен честолюбия и имею склонность к продолжительным запоям. Хотя в надписи на моей двери и присутствует слово «волшебник», магические возможности вашего покорного слуги находятся на самом примитивном уровне и в сравнении с искусством великих и могущественных они всего лишь жалкие трюки. Итак, перед вами – частный детектив. Самый дешевый частный волшебник-детектив во всем волшебном городе Турай.

Если дела у вас идут скверно, а Служба общественной охраны не в силах помочь, – обращайтесь ко мне. Если вам нужны услуги могущественного мага, а денег не хватает, – стучите в мою дверь.

Если по пятам крадется наемный убийца и вы хотите, чтобы кто-то выступил вместо вас в качестве пушечного мяса, – смело зовите меня. Если городской консул не желает заняться вашим делом, а из частного детективного агентства вас вышвырнули, я именно тот человек, который вам нужен. С какими бы неприятностями ни сталкивались люди, они, исчерпав все возможности, приходят ко мне. Иногда мне удается им помочь, иногда – нет. Однако при любом исходе мое финансовое положение почему-то не улучшается.

В свое время я работал в Императорском дворце старшим следователем Дворцовой стражи, но беспробудным пьянством, можно сказать, сам изгнал себя с этой службы. Изгнание произошло давным-давно, и теперь обитателям дворца встречи со мной никакого удовольствия не доставляют.

Я занимаю две комнаты над портовой таверной, именуемой «Секира мщения». Таверной заправляет Гурд – стареющий северный варвар, служивший когда-то наемником в Турайском войске. Он был отличным бойцом. Совсем как я. Нам не раз доводилось сражаться плечом к плечу, но в то время мы были значительно моложе. Жилье у меня, надо сказать, довольно паршивое, но ничего более приличного я позволить себе не в состоянии. Женщин в моей жизни нет, если, конечно, не считать Макри. Макри работает в таверне на нижнем этаже и иногда помогает мне в делах. Эта девица являет собой странную помесь человека, эльфа и орка. Она отлично владеет мечом, и даже распутные пьянчуги завсегдатаи заведения Гурда – избегают ее задевать.

У Макри, насколько мне известно, тоже нет романтических связей, хотя я несколько раз замечал, с каким вожделением она пялится на высоких красивых эльфов, забегающих иногда в «Секиру мщения» по пути из порта в «Золотой полумесяц». Но шансов на успех у нее нет. Макри по происхождению дворняжка, что делает ее изгоем практически у всех известных мне рас. Чистокровный эльф даже не удостоит ее взгляда, несмотря на всю ее юную красоту.

Я же утратил всякую тягу к личной жизни после того, как моя супруга сбежала на Поляну Фей с учеником чародея в два раза моложе меня. Этого, по-моему, вполне достаточно, чтобы отвратить от любви кого угодно. А вот кто мне сейчас нужен, так это хоть какой-то клиент. Средства на исходе, а варвар Гурд всегда недовольно кривится, когда я опаздываю с квартирной платой.

Вообще-то дворцу следовало бы нанять меня для поиска Пурпурной ткани эльфов. О пропаже ткани сейчас толкуют все, хоть ее исчезновение и пытались сохранить в тайне. Пурпурная ткань – дороже золота, и ее находка принесла бы мне приличное вознаграждение. Однако в моих услугах, увы, никто не нуждается. Расследованием занимаются Служба общественной охраны и Дворцовая стража. И та, и другая выражают полную уверенность в том, что в ближайшее время сумеют обнаружить пропавшее сокровище. Я же, напротив, убежден в обратном. Тем, кому хватило ловкости украсть тщательно охраняемый груз на пути в город, вне всяких сомнений, достанет ума, чтобы надежно спрятать добычу от сыщиков.

ГЛАВА 2

Ранней весной в Турае стоит очень приятная погода, но сезон этот, увы, весьма краток. Невыносимо жаркое лето и столь же жаркая осень, напротив, тянутся практически бесконечно. Зимой же тридцать дней и тридцать ночей, не переставая, льет дождь. После того как потоп заканчивается, начинаются такие морозы, что нищие замерзают на улицах. О климате, пожалуй, пока достаточно.

Недолгая весна уже позади, и температура растет. Я ощущаю дискомфорт и спрашиваю себя, не пора ли, несмотря на столь ранний час, принять первую порцию пива. Скорее всего – пора. Так или иначе – я разорен. Вот уже несколько недель у меня нет клиентов. Если вы думаете, что в нашем городе снизился уровень преступности, вы ошибаетесь. Чего-чего, а преступлений в Турае всегда достаточно. Слишком много здесь преступников и нищих, а еще богатых торговцев, которые либо ждут того, чтобы их ограбили, либо сами рассчитывают кого-нибудь обчистить. Однако ко мне все эти деньги почему-то не попадают. Мое последнее удачное дело – находка магического амулета, который старый Горсий Звездочет забыл в борделе. Амулет я ему вернул, о тяге придворного волшебника к молоденьким шлюшкам не узнал никто, репутация старика не пострадала.

Горсий Звездочет в знак благодарности обещал подыскать мне клиента, но из этого ничего не получилось. Смешно ждать от придворного колдуна, что он ответит услугой на услугу. Эти типы все силы покладают на то, чтобы карабкаться по служебной лестнице, составлять гороскопы принцессам и на прочую подобную ерунду.

Когда я пришел к выводу, что мне ничего не остается, кроме как спуститься вниз и хлебнуть пивка, кто-то постучал в дверь. Я обитаю в двух комнатах и использую одну из них – ту, что ближе к входу, – в качестве кабинета. Лестница с улицы ведет прямо к моему жилищу, и тем, кто желает воспользоваться моими услугами, не обязательно проходить через таверну.

– Войдите, – сказал я.

В моей обители царит страшный беспорядок, о чем я весьма сожалею, но мер никаких не принимаю.

В кабинет вошла молодая женщина, закутанная в плащ. Вид у нее был такой, словно она готова презрительно сморщить носик, узрев любое помещение, хотя бы немного уступающее дворцовым покоям. Она откинула капюшон, явив миру длинные золотистые волосы, темно-голубые глаза и совершеннейшие черты лица, и спросила:

– Вы Фракс? Частный детектив? Я кивнул и пригласил гостью присесть. Она села, предварительно смахнув какой-то мусор со стула. Мы посмотрели друг на друга через стол поверх остатков вчерашней – а может, и позавчерашней – жратвы.

– У меня неприятности, и Горсий Звездочет сказал, что, возможно, вы способны мне помочь. Кроме того, он сказал, что вы умеете хранить тайну.

– Бесспорно, умею. Но боюсь, вы уже успели привлечь к себе некоторое внимание, появившись в округе Двенадцати морей.

Я вовсе не имел в виду ее красоту – я перестал отпускать комплименты молодым дамочкам с тех самых пор, когда окружность моего брюха увеличилась настолько, что никакие комплименты на них уже не действовали. Я хотел лишь намекнуть, что для нашей нищенской части города она одета с вызывающей роскошью. Из-под легкого черного, отороченного мехом плаща выглядывала длинная тога из синего бархата – одеяние, вполне пригодное для танцев и совершенно не подходящее для прогулок по грязным улицам, усыпанным гниющими рыбьими головами.

– Слуга доставил меня сюда в небольшом крытом экипаже, – сказала она. – Когда я поднималась по лестнице, меня никто не видел. Надо сказать, я оказалась не совсем готовой к... – Она взмахнула ручкой, давая оценку как моей комнате, так и всей нашей улице.

– Прекрасно. Итак, чем я могу быть вам полезен?

Когда меня навещает молодая, красивая и богатая дама (это, надо сказать, случается крайне редко), можно ожидать, что она будет смущаться. Такое поведение вполне естественно, ибо ее визит означает, что бедняжка попала в весьма затруднительное положение и не желает, чтобы об этом узнали люди ее круга. Должно случиться нечто из ряда вон выходящее, чтобы она, побоявшись огласки, не посмела обратиться в одно из первоклассных сыскных агентств, сосредоточенных в округе Тамлин.

Однако эта дама, нимало не смутившись, перешла к делу:

– Я хочу, чтобы вы отыскали шкатулку – небольшой инкрустированный самоцветами ларец.

– Его у вас кто-то похитил?

– Не совсем.

– Что в нем?

– А вам это действительно необходимо знать? – спросила она после некоторого колебания. Я кивнул.

– Письма.

– Какие письма?

– Любовные. Мои. К молодому атташе в посольстве Ниожа.

– А вы, собственно, кто такая? Она посмотрела на меня несколько удивленно, помолчала и наконец ответила:

– Я принцесса Ду-Акаи. Неужели вы меня не узнаете?

В последнее время мне не часто доводилось появляться в свете. Наверное, я мог бы узнать ее, поскольку служил во дворце. Но в последний раз я видел принцессу, когда ей было всего десять лет. Да и как я мог ожидать, что третье лицо в линии наследования трона пожалует в мою контору? Если в этот миг король Рит-Акан, принц Фризен-Акан и принц ДизАкан одновременно испустят дух, передо мной окажется новая правительница города-государства Турай, и я буду взирать на королеву поверх иссохших объедков трехдневного мясного рагу. Пожалуй, мне все же стоит почаще наводить в доме порядок.

– Полагаю, ваше семейство не придет в восторг, если узнает, что вы писали любовные письма молодому атташе из Ниожа?

Она молча кивнула.

– Сколько там писем?

– Шесть. Он держит их в небольшом ларце, который я ему подарила.

– Почему бы вам просто не попросить его вернуть письма?

– Аттилан – его зовут Аттнлан – отказывается их возвращать. После того как я с ним порвала, он на меня очень зол. Но я просто обязана получить их обратно. Одному Богу известно, что скажет отец, если узнает об их существовании. Надеюсь, вы понимаете, что дело весьма деликатное. Я не могу обратиться за помощью к Дворцовой страже. Королевская семья иногда обращается к услугам частных детективов – по иным поводам. естественно, – но я не могу себе позволить рисковать, обращаясь к тем, кто может знать людей моего круга.

Итак, я сижу и внимательно изучаю посетительницу. Держится она на редкость спокойно, что меня, надо сказать, весьма удивляет. Юным принцессам не положено сочинять любовные послания. И уж тем более – адресовать их дипломатам из Ниожа. Не важно, что сейчас между нашими странами воцарился мир. Турай и его северный сосед Ниож враждуют с незапамятных времен. Ниож весьма силен и очень агрессивен, и наш король тратит добрую половину своего времени на то, чтобы поддерживать с ним мир. Отношения осложняются еще и тем, что Ниож – пуританское государство, и его Церковь весьма кисло смотрит на состояние Истинной Веры в Турае, постоянно находя повод критиковать нас то за одно, то за другое. Естественно, что граждане Ниожа у жителей Турая, мягко говоря, популярностью не пользуются.

Если о связи принцессы и ниожского дипломата станет известно широкой публике, скандала не миновать. Публика у нас обожает скандалы. Я достаточно знаком с порядками во дворце, чтобы представить, какой визг устроят некоторые политические группы. Сенатор Лодий – вождь оппозиционной партии популяров – сделает все, чтобы использовать эту любовную связь для дискредитации короля. Поэтому явное спокойствие принцессы порождает у меня некоторые вопросы. Впрочем, возможно, члены королевской семьи просто приучены скрывать свои чувства.

Я уточняю подробности и заламываю немыслимо высокий гонорар за день работы. Принцесса, в свою очередь, явно потрясена тем, как мало я с нее требую. Пожалуй, мне следовало бы запросить побольше.

– Полагаю, ваше высочество, что особых сложностей у меня не возникнет, – говорю я. – Надеюсь, вы согласитесь потратить еще немного денег, чтобы выкупить письма?

Она согласна раскошелиться.

Принцесса просит меня не читать ее послания, и я обещаю этого не делать. Она опускает на лицо капюшон и удаляется.

Мое настроение заметно улучшилось. Дело, судя по всему, действительно несложное, и у меня наконец завелись деньги. Пора перекусить.

Я направился в таверну выпить пива – вполне законное занятие для человека, который все утро трудился в поте лица.

ГЛАВА 3

Внизу было полным-полно докеров и наемников-варваров. Грузчики пьют здесь каждый день в обеденный перерыв, а варвары забегают по пути, перед тем как завербоваться в армию. Напряженные отношения между Тураем и Ниожем привели к тому, что вербовка в последнее время усилилась. На южной границе с Маттешом тоже неспокойно: возник какой-то спор о принадлежности серебряных копей. Турай вместе с Маттешом входят в лигу городов-государств, чтобы совместно защищаться от более крупных держав, но в последнее время лига начала распадаться. Во всем виноваты проклятые политиканы. Если разразится новая война, я буду первым, кто ускачет из города.

Гурд уставился на меня с мрачным видом. Я отдал ему часть долга, и он расплылся в улыбке. Простая душа этот самый Гурд. Я оглядел зал, чтобы пригласить Макри выпить со мной пива, но она, как всегда в обеденный час, была очень занята: бегала между столами с подносом, собирая посуду и принимая заказы. На работе Макри носит крошечное кольчужное бикини, дабы не нарушать тот декор раннего варварства, который пытается воссоздать в своей забегаловке простая душа Гурд. У Макри роскошная фигура, и кольчужное бикини, позволяющее демонстрировать публике самые выдающиеся части тела, приносит девице неплохие чаевые.

Макри классно владеет мечом, и если вам придется вступить с ней в поединок, то бикини вы не увидите. Она предстанет перед вами затянутой в кожу, в стальных доспехах, с мечом в одной руке и боевой секирой в другой. Ваша голова слетит с плеч еще до того, как вы успеете разглядеть ее фигуру как следует. Но в обычное время бикини призвано умиротворять посетителей. Длинные черные волосы ниспадают на смуглые, чуть красноватые плечи: необычный цвет кожи Макри – следствие ее происхождения. Вы, надеюсь, еще не забыли, что Макри – метиска: в ней смешалась кровь человека, эльфа и орка.

Существует мнение, что одно существо не способно вместить кровь трех разных рас. Такие метисы встречаются крайне редко, их считают уродами, и они – парии в любом обществе. В более респектабельных районах Турая Макри ни за что не пустили бы в таверну. Девушка постоянно подвергается оскорблениям. Детишки на улицах называют ее полукровкой, человеком на треть, оркским отродьем, а иногда и того хуже.

Я заметил, как она тайком передает из-за стойки бара хлеб Палаксу и Каби – бродячим музыкантам, недавно появившимся в наших краях. Юная парочка хорошо играет и поет, однако уличное представление в таких нищих районах, как округ Двенадцати морей, прокормить их не может. Поэтому Палакс и Каби всегда голодны.

– Терпеть не могу, когда человек пьет в одиночестве, – заявляет Партулакс, подходя к моему столику.

Я в ответ киваю головой. Я вполне способен пить в одиночестве, но против общества Партулакса не возражаю. Этот рыжий здоровяк в свое время гонял фургоны между портом и складами на улице Куга, а затем сделал карьеру и стал платным служащим Гильдии перевозчиков. Пару раз я проводил для него небольшие расследования.

– Как работа? – интересуюсь я.

– Нормально. Лучше, чем сидеть за веслами на каторжной галере.

– Как дела в Гильдии?

– Торговля идет нормально, фургоны загружаются, но нам с трудом удается отбиваться от Братства.

Я киваю. Братство – главное криминальное сообщество, контролирующее южную часть города, – постоянно пытается внедриться в гильдии наемных рабочих. Не исключено, что и в гильдии ремесленников и даже, насколько мне известно, в Почтенную ассоциацию торговцев. Создается впечатление, что члены Братства проникли во все поры общества и везде чинят безобразия. В последнее время в городе произошло несколько убийств, за которыми последовали кровавые разборки между Братством и Сообществом друзей – другой криминальной группой, заправляющей в северных районах Турая. Спор в основном идет о контроле над рынком «дива». «Диво» – весьма действенный и популярный наркотик, приносящий торговцам огромные доходы. На «диве» желают нажиться не только Братство и Сообщество друзей. Масса других, во всем остальном весьма уважаемых граждан, обеспечивает себе безбедное существование, промышляя торговлей наркотиками. Распространение «дива» – занятие, естественно, незаконное, однако Служба общественной охраны, похоже, ничего против него не предпринимает. Подкуп безотказно работает в Турае.

– Слыхал о новом драконе? – спрашивает Партулакс.

Я отвечаю кивком. О драконе сообщалось в листе новостей.

– Это я доставил его во дворец.

– И как же вы возите драконов?

– Очень аккуратно, – отвечает Партулакс и гогочет. – Большую часть времени этот зверь дрых. Орки прислали надсмотрщика, который его и усыпил.

Я задумываюсь. Если хорошенько пораскинуть мозгами, история с драконом представляется довольно странной. У короля в зверинце уже есть один дракон, и тут ни с того ни с сего орки вдруг предоставляют ему второго, якобы для того, чтобы произвести потомство. Очень мило с их стороны, только вот дело в том, что орки никогда не бывают столь милы по отношению к людям. Они нас ненавидят ничуть не меньше, чем мы их, несмотря на то что формально между нами в данное время царит мир. Партулакс – тоже ветеран последней войны, и он, как и я, не понимает, что может означать этот жест.

– Оркам доверять нельзя, – заявляет мой собеседник.

Я вновь согласно киваю. Доверять, правда, нельзя не только оркам, но и людям. А если честно, так и эльфы ничуть не лучше. Но мы, старые солдаты, имеем право на свои предрассудки.

Таверна потихоньку пустеет. Портовые грузчики с красными повязками на головах уходят, чтобы возобновить работу на пирсах. Выходя из дверей. они бросают последний взгляд на Макри и ее бикини. Макри, не обращая внимания на их взгляды и замечания, подходит к моему столику.

– Тебе что-нибудь удалось? – интересуется она.

– Да, – отвечаю я. – Веду расследование. Рассчитался с Гурдом.

– Я не об этом, – заявляет она сурово. Я знаю, о чем она хотела спросить, но ответить не могу. Задачу, которую эта девица поставила передо мной, легкой не назовешь. Макри, видите ли, непременно желает обучаться в Имперском университете и требует, чтобы я помог ей туда устроиться. Сколько раз я ей пытался втолковать, что это невозможно! Имперский университет учреждение глубоко консервативное и не принимает особ женского пола. А если бы и принимал, то девицу с примесью оркской крови туда все равно не допустят. Это просто не подлежит обсуждению. Аристократы и богатые торговцы, направившие своих сынков в Имперский университет, тут же схватятся за оружие, едва прослышат, что в общество их отпрысков желает проникнуть женщина-полукровка.

В сенат немедленно последует запрос. Листы новостей учинят грандиозный скандал, ну и кроме всего прочего, у Макри просто нет соответствующего образования, чтобы обучаться в университете.

Но упрямая девица с презрением отметает все мои возражения. Говорит, что в университет может поступить кто угодно, независимо от происхождения и подготовки, лишь бы только у него был папочка, обладающий тугой мошной или влиянием при дворе.

– Я хожу на вечерние курсы по философии в колледже Почтенной федерации образовательной гильдии, – объявляет она, – и скоро получу нужную подготовку.

– В университет женщин не принимают.

– В колледж тоже не принимали, пока я туда не пришла. И не смей даже заикаться о моем происхождении, я о нем сегодня уже наслушалась. Ты обещал попросить помочь мне Астрата Тройную Луну.

– Я тогда был крепко на взводе, – протестую я. – А потом, Астрат все едино не поможет.

– Он волшебник и очень со многими знаком.

– Он – волшебник, впадший в немилость, и никто из его бывших друзей не станет оказывать ему услугу.

– Все равно для начала стоит попытаться, – говорит Макри с видом человека, который готов донимать меня до тех пор, пока я не сдамся.

И я сдаюсь.

– Ну хорошо, Макри, я с ним потолкую.

– Обещаешь?

– Обещаю.

– Сделай это, если не хочешь, чтобы я обрушилась на тебя, как скверное заклятие.

Я спрашиваю Макри, не хочет ли она со мной выпить, но ей еще надо убрать множество столов, и мне остается только подняться к себе и допить пиво, что я и делаю. А потом, допив пиво, надеваю свою лучшую черную тунику (туника кое-где слегка заштопана, но сделано это профессионально, и штопка почти не заметна). На ноги я натягиваю лучшие свои сапоги, которые, надо сказать, выглядят ужасно. Одна подошва того и гляди оторвется. М-да... Не слишком импозантный вид для визита к дипломату. Я смотрю в зеркало и с прискорбием замечаю, что физиономия у меня, мягко говоря, несколько помята. Доверия она явно не вызовет. Правда, волосы по-прежнему длинные, густые и блестящие, а усы столь же внушительны, как всегда, но в последнее время я снова раздался в ширину, и, похоже, у меня начинает расти второй подбородок. Я вздыхаю. Ничего не поделаешь. Вот что значит зрелый возраст.

Я стягиваю волосы пучком на затылке и пытаюсь нащупать на поясе меч. И тут-то как раз вспоминаю, что еще на прошлой неделе заложил меч в ломбард. Вы спросите, какой частный детектив способен отдать ростовщику свое оружие? Отвечаю: самый дешевый детектив во всем Турае.

Я размышляю, не взглянуть ли мне в чашу с курией, но тут же отбрасываю эту мысль. Способность использовать курию относится к тем немногим магическим возможностям, которыми я располагаю. Для этого действа необходимо войти в транс и уставиться в небольшой сосуд с курией – весьма дорогостоящей темной жидкостью, в которой могут возникнуть нужные образы. Несколько раз подобные занятия способствовали моим расследованиям. С помощью блюдца с чернильной жижей мне удалось отыскать беглого мужа, изобличить вороватого племянника и вывести на чистую воду бесчестного делового партнера. Весьма удобно. Можно решить задачку, не выходя из дома. К сожалению, курия не всегда работает так, как надо. Извлечь картины прошлого с помощью магии очень непросто, и это порой не удается даже чародеям гораздо более могущественным, чем ваш покорный слуга. Использование курии требует точного расчета фаз всех трех лун. И не только. Да и войти в транс тоже далеко не просто. Следователи-чародеи из Службы общественной охраны расследуют с помощью курии лишь особо опасные преступления и при этом – к счастью для преступников нашего города – частенько ошибаются.

Еще одним препятствием для меня является стоимость курии. Черная жижа поступает с дальнего запада, и единственный на весь город поставщик заламывает за нее несусветную цену. Торговец заявляет, что это кровь драконов, но я ни на йоту не сомневаюсь, что он нагло врет.

Я загружаю свою память Снотворным заклинанием. Сейчас я способен за один раз пользоваться лишь одним заклятием, но даже и это требует от меня огромных усилий. Наиболее эффективные заклинания после использования стираются из памяти, и их приходится заучивать снова и снова. Если я веду расследование и считаю, что мне, возможно, придется прибегнуть к помощи магии, то я, как правило, вооружаюсь Снотворным заклинанием. Должен сказать, с каждым разом процедура запоминания становится для меня все более и более утомительной. Я очень слабый волшебник, и неудивительно, что мне приходится тяжким трудом зарабатывать себе на хлеб. Хороший маг может одновременно пользоваться двумя большими заклинаниями, а самые великие и могущественные способны весь день хранить в памяти и держать наготове три или даже четыре заклятия. Теперь я жалею, что недостаточно вкалывал в то время, когда был учеником чародея.