Как посмотреть. У каждого своя взгляд на…
- -
- 100%
- +
– Нет, – снова честно ответил Михай. – Получается, что нам поставщики пять килограмм не довесили?! Это же война!
Сандро выпустил облако дыма, которое в безветренную погоду окружило его голову, цепляясь за кудряшки волос. Словно древний воин, подумал внезапно Михай и решил, что тоже заведет себе трубку.
– Война – это ты правильно сказал, – наконец промолвил Сандро, – да только Абдулла клянется, что отправил все как договаривались. Мы двадцать лет работаем – почему вдруг решил обмануть? Неправильно как-то получается… глупо.
– Тогда я совсем ничего не понимаю.
– Я тоже сначала ничего не понимал, – улыбнулся Сандро, – пока не решил все выяснить.
– Как выяснить? Перевозчик-то умер… еще в тюрьме.
– Потому-то все и решили, что товар потерян. Все, кроме меня. Так вот, я его нашел.
– Ты?! Нашел?!
Михай был потрясен. И немного обижен. Лучший друг целый год занимался сложным делом. А он узнает об этом только сейчас!
Сандро внимательно посмотрел на Михая и понял, о чем думает его лучший друг:
– Не обижайся, брат. Я ничего тебе не говорил, потому что сам не был ни в чем уверен. К тому же тогда ты в аварию попал, помнишь? Зачем тебя было напрягать? А, главное – ты молодой, горячий, начал бы саблей махать…. Вот я и решил сам все разузнать, а тебе сюрприз сделать. Извини, если обидел, брат.
Михай подулся самую малость, но вера в правоту друга пересилила мимолетную обиду.
– Выходит, что пять килограмм ментам не достались?
– А они бы и нам не достались, – равнодушно ответил Сандро. – Перевозчик почему-то решил в свою игру сыграть…, я тебе потом все расскажу – удовлетворю законное любопытство. А сейчас – о деле, потому что оно еще не закончено, хорошо?
– Да, конечно.
– Только сразу учти, брат, что этот товар – только наш! Если барон о нем узнает…, сам понимаешь.
– Понятно.
– Поэтому его по нашим обычным каналам доставлять сюда было никак нельзя. И знаем о нем только мы с тобой, человек, который его нашел, да курьер, который к нашему делу никакого отношения никогда не имел. Это человек того человека. Клянусь, когда все закончится – на все вопросы отвечу! И даже с тем человеком познакомлю. Пока скажу лишь, что он не нашего племени, поэтому мы можем реально надеяться на успех. И на полную секретность.
– А…
– Пятьдесят процентов от стоимости товара мы честно отдадим. А нам остаются другие пятьдесят процентов… плюс проценты от выручки. Думаю, все честно. Как считаешь, брат?
Михай сделал вид, что задумался. На самом деле он всецело доверял Сандро, голова которого была буквально набита золотоносными идеями. Если уж друг продумал эту операцию, то можно быть уверенным – все получится! А Михай постарается не подвести…
Еще несколько минут ушло на обсуждение деталей предстоящей комбинации и распределение ролей. Машину решено было брать самую неприметную из имеющихся – зеленый лупоглазый «Мерседес». Оружие – только пистолеты, и то на всякий случай, чтобы отбиваться от нечаянных хулиганов – горький опыт общения с русскими националистами имелся у обоих.
Наконец, Михай проводил Сандро до калитки и отправился навстречу крикам жены об остывшем завтраке.
А Сандро с теплой улыбкой смотрел вслед и думал о том, как ему повезло встретить в жизни такого недалекого… в смысле, близкого друга…
Взгляд вдогонку. Григорьев
Каждый занимался своим делом. Вернее, делом занимался только Горбун – прослушивал эфир. Остальные разбрелись по офису. Веня закопался с головой в ноутбук, Хохол курил, сидя на подоконнике. Микки и Петруччо разгадывали кроссворд, то и дело выхватывая друг у друга огрызок карандаша.
Григорьев второй час наблюдал за тем, как резвится его команда. Наблюдал без раздражения, скорее с чувством отцовской гордости – сам три года отбирал кандидатов, нещадно гонял на испытаниях. Сколько отсеялось – вспомнить всех не удастся даже с его фотографической памятью. Остались эти, которым он третий год доверяет самое дорогое, что у него есть – собственную жизнь.
Как-то мимолетно вспомнилось удивление начальника службы безопасности, когда он предложил создать параллельно с частным охранным предприятием собственную группу быстрого реагирования.
Начальник службы безопасности – тот самый – вообще оказался на удивление нерасторопным и трудно думающим. Потому и убрали, хоть пришел в фирму едва ли не с генеральской должности МВД.
Сменивший его моложавый дядя из органов, о которых среди обывателей ходят разве что туманные легенды – то ли СВР, то ли ГРУ – мудрость предложения просек сразу. Так появилась команда Григорьева.
А через пару лет и команда Григорьева стала даже для собственной фирмы практически мифом, иллюзией. О том, сколько человек знают о ее существовании, Григорьев даже думать не хотел – пара из совета директоров, естественно генеральный и безопасник, да кто-нибудь из бухгалтерии – зарплату же выдают…, да и аппаратура, снаряжение, транспорт тоже денег стоят.
Свою нужность команда доказала несколькими успешными делами. Чего скрывать – спасли фирму от рейдеров. И с некоторыми чиновниками помогли найти общий язык. Жестко, конечно. Иногда даже за гранью фола работали. Как в глубинной разведке – если попадешься, никто не прикроет. Потому что официально их вроде как и нет…
Григорьев усмехнулся, вспомнив, как из-за дрянного заводишки где-то в Зауралье столкнулись лбами с так называемой организованной преступностью местного пошиба. Ребята видимо и не подозревали, что в Москве, кроме очкастых экономистов, живут и такие специалисты… первых мафиози топили в местной речушке прямо в джипах – экипажами. Вторые пошли на попятную, когда еще не закончились первые.
После прошлогодней командировки в Йемен, где они месяц провалялись на кроватях роскошной гостиницы под спасительной прохладой кондиционеров, так и не узнав, зачем их, собственно, туда заслали, команда в основном занималась тренировками.
Рейдерство в стране начало потихоньку сдуваться – лакомые кусочки давно были в надежных руках, а остатки имперского хозяйства серьезных игроков интересовали мало. Да и прокуратура начала шевелиться.
Григорьев с тревогой в сердце ждал того момента, когда безопасник вызовет его и старательно отводя глаза предложит распустить команду. Судя по ситуации в стране – ждать осталось недолго.
Потому-то вчерашнее задание стало для Григорьева глотком свежего воздуха, последней надеждой удержать команду на плаву. Проиграть нельзя ни в коем случае! Последнее, что остается от умершего – не надежда, а агония…
– Есть! – внезапно раздался ликующий голос. Все посмотрели на Горбуна, но тот продолжал невозмутимо сидеть, прижав несуразно большими ладонями к голове наушники. Тогда все перевели взгляды на покрасневшего Веню.
– Есть что? – Хохол, как говорится, снял этот вопрос с языка Григорьева. Вечно лезет вперед… впрочем, в драке то же самое, поэтому и прощен вовеки веков, аминь.
Веня покраснел еще больше, но ответил. В голосе явственно слышалось ликование:
– Профессора Крылова на Янтарь провел…, с четвертого раза получилось.
– Какого Крылова? – оторвался от кроссворда Петруччо, – ты чем там занимаешься?
– В «Сталкера» играю. «Тени Чернобыля». Обалденная игрушка!
– Чем бы дитя не тешилось… – вздохнул Микки. Все снова посмотрели на Горбуна.
– Надо было тебя за аппарат сажать, – пробурчал Григорьев. Так пробурчал, без раздражения, потому что никакой разницы – кто следит за эфиром – не было. Хоть бы и сам слушал. В данный момент от их команды ничего не зависело – по объекту работали совсем другие люди, приглашенные со стороны. Их задача – вступить в комбинацию, если произойдет нечто непредвиденное. Даже обидно…
Веня еще подождал, но больше комментариев не последовало, поэтому он перестал краснеть и снова уткнулся в монитор.
– Есть доклад, – прохрипел голосом, отвыкшим за последние полчаса издавать звуки, Горбун, прокашлялся и более уверенно добавил, – есть доклад!
– Ну? – Григорьев стремительно подскочил к нему, сбив по дороге подвернувшийся стул. Горбун заулыбался:
– Прокол, шеф! По полной программе! Одно слово – любители…
Взгляд снаружи. Полищук
Топорков всегда разговаривал так, словно хотел извиниться. И с начальством, и с подчиненными. Даже когда устраивал выволочку провинившимся. А уж с Игорем Полищуком и подавно.
Те, кто знал его мало или плохо, находили этому самое простое и логичное объяснение – Топоркову было перед Полищуком стыдно. Стыдно за то, что именно он, а не Полищук командует отрядом спецназа наркоконтроля. Игорь и годами был старше, и опыта у него было больше. И всего девять месяцев назад именно Полищук был временно исполняющим обязанности командира. А потом была командировка на Северный Кавказ, тот самый никому неизвестный бой пятерых спецназовцев с двадцатью арабскими наемниками, когда из двадцати пяти профессионалов в живых остались только Топорков и Полищук…
А пока они лежали в госпитале, пока хирурги дедовскими методами штопали раны и экспериментальными приборами возвращали к нормальной жизни, где-то в немыслимых верхах кто-то мудрый решил, что две звезды Героя России за один бой – это много. И дал одну – Топоркову.
Поэтому, после их возвращения на службу командиром стал Топорков, а не Полищук. И те, кто плохо знал обоих, думали, что Топоркову стыдно, а Полищук обиделся.
Ну да! Полищук и впрямь обиделся! И обижался целых полчаса – пока к нему не пришел Топорков и не предложил вместе отправиться к начальству с тем, чтобы восстановить справедливость. Полищук подумал, подумал и… послал Топоркова по матушке, а потом обнял и ушли два кровных побратима в трехдневный запой со всеми положенными для этого мероприятия традициями – от сгоревших шашлыков до трясущихся с похмелья сильных рук.
Начальство терпеливо снесло это безобразие, а орлы из отряда выкрали командиров и спрятали на учебной базе до полного выздоровления.
Полищук скоро оценил мудрость своего спонтанного решения. Командир на задания не ездит! А для него не участвовать лично – страшнее ранения! Командир – раб бесчисленных бумажек – отчетов, приказов, докладов, распоряжений…. Да и начальству приятнее, когда ему докладывает Герой Российской Федерации, причем виноватым голосом.
Сразу после построения, больше похожего на встречу старых друзей – давно не виделись, аж целую ночь! – Топорков подхватил Полищука под руку, буквально повиснув на плече, и потащил в курилку.
– Михалыч, ты сегодня уже курил? – громко спросил Топорков.
– Аж два раза, – подыграл Полищук.
– А Бог троицу любит. Давай подымим, а?
– Так ведь церковь курение не одобряет!
– Мало ли чего она не одобряет, – виновато ответил Топорков, – к примеру, всем говорит – не убий, а внимания никто не обращает…. Садись.
Они сели на лавочки, задымили.
– Тут такое дело, – покаянно сказал после долгой паузы Топорков, – информация пришла любопытная. Как из старого учебника по арифметике.
– Официальная?
– Совершенно неофициальная! Поэтому я ей верю, Михалыч.
Полищук откинулся на спинку лавочки, как бы ненароком обвел взглядом окрестности – никого.
Не то, чтобы они с командиром не доверяли своим ребятам – сколько вместе пережито…, но ведь постукивает крот какой-то! И ладно бы только начальству…
Поэтому и общались на серьезные оперативные темы они не в кабинете, а в курилке.
– Итак, задачка… – тоже глянув по сторонам, продолжил Топорков, – из пункта А в пункт Б некий мистер Икс отправил хорошо знакомый нам товар, будь он неладен. Режим секретности – беспрецедентный. Об этой партии из наших старых знакомцев никто даже не догадывается.
– Информатор надежный? Не динамит тебя?
– Он мне должен, – виновато ответил Топорков, – мелочь должен… жизнь. Поэтому верю. Вообще-то его интересы с нашими никогда не пересекались. Вот он и удивился.
– Понятно. Что дальше?
– Дальше? Ты ребят ненавязчиво организуй – пусть оружие получат, снаряжение по полной…, вроде как для подгонки, чистки-смазки…, технику подготовь.
– Сейчас?
– Ага. Мистер Икс по всем расчетам должен прибыть в пункт Б сегодня.
– А к кому он мчится?
Топорков виновато улыбнулся:
– В том-то все и дело…. Мчится он к нашим старым недобрым знакомым. Я еще с вечера к ним наружку подцепил – без санкции, блин.
– Опять скандал?!
– Если получится все – победителей не осудят, осудят наших старых недобрых знакомых!
Полищук побарабанил пальцами по сиденью, убив сразу двух зайцев – и постучал по дереву, чтобы не сглазить, и изобразил раздумье.
– И как ты решил товар хлопнуть?
– При передаче вряд ли удастся, – трагически произнес Топорков. – Мы место не знаем, поэтому с засадой ничего не выйдет. Скорее всего, тормознем знакомых на обратном пути. Раз уж такой режим секретности – им ничего не остается, как отвести товар поближе к дому…. Или вообще домой. Готовь две группы – первую я сам поведу, заляжем у въезда в поселок, устроим цирк с гаишниками. А ты со второй готовь театр на задворках – где дорога вдоль заброшенного кирпичного завода проходит…
Глава вторая
из которой видно, что российского бизнесмена – как и художника – обидеть может каждый…, чего нельзя сказать о российском грузчике
Взгляд издали. Хранитель
«Слава Хранителям!
Достопочтимый Мастер, только в аэропорту Москвы я в полной мере оценил Вашу мудрость и прозорливость!
Еще раз благодарю Вас за то, что позволили мне принять участие в операции. Не стану скрывать – мои последние удачи в Африке и Гватемале разбудили во мне гордыню и излишнюю самоуверенность. Поэтому я позволил себе невнимательно отнестись к Вашему напутствию, заранее посчитав себя победителем…
Но обо всем по порядку.
Курьера я засек еще на посадке в самолет. Весь полет он был под моим контролем, но сидел слишком далеко, из-за чего войти с ним в контакт не удалось.
Полет прошел без отклонений. При высадке случилась заминка, во время которой курьер едва не оторвался от меня, но – Слава Хранителям! – это была не заранее подготовленная акция его прикрытия, а обычная случайность: пожилая женщина, шедшая передо мной, уронила сумочку и своими габаритами на несколько секунд наглухо перекрыла движение в коридоре терминала. Однако мне удалось нагнать курьера прямо у выхода в вестибюль.
Снова Слава Хранителям! Из-за этой непредвиденной задержки я не успел нейтрализовать курьера, зато практически присутствовал при передаче груза встречающему лицу.
Взвесив обстоятельства, я принял решение оставить курьера в покое – кому он нужен без груза! – и все внимание сосредоточил на принимающей стороне.
Это оказался мужчина среднего возраста и более чем среднего достатка, то есть, не очередной курьер, а лицо, довольно близкое к интересующему нас Главному Получателю груза!
А ровно через минуту я убедился в Вашей прозорливости и мудрости, Мастер – особенно в той части Ваших слов, в которых Вы пытались вернуть в реальность самодовольного гордеца. Слава Хранителям! Гордеца больше нет – он растоптан в вестибюле московского аэропорта…
Как же Вы были правы, Мастер, говоря, что работать в России сложнее, чем в Америке или даже Китае! Я смотрел в спину удаляющемуся Получателю – да будет забыто его презренное имя! – и с каждым его шагом все яснее понимал – туристической прогулки по российским достопримечательностям не будет. Будет тяжелая работа…
Мастер! Представьте – в международном аэропорту столицы России ни один человек не говорит нормально по-английски! Впрочем, и по-французски, и по-немецки…. Туристы не в счет, они также как и я бестолково метались от одного окошка к другому.
В международном аэропорту российской столицы я не нашел офис проката автомобилей! И, насколько я понял из объяснений какого-то шведа, этих пунктов и в самой столице немного…
Волонтеры местного отделения нашего Ордена, чью помощь я перед операцией самонадеянно считал обузой, а теперь молил о ней…, так вот, эти волонтеры прибыли в аэропорт через сорок минут после посадки самолета!
Все эти сорок минут я стоял в двух шагах позади Получателя, который почему-то не спешил уехать, скорее всего, ожидая кого-то или чего-то.
Вы знаете, Мастер, я могу справиться с человеком и без оружия, но сломать Получателю шею, стоя в толпе пассажиров аэропорта, я не решился – случайность могла привести к провалу, а, значит, и к полной потере нашего…, ну, Вы понимаете, о чем я.
На всякий случай я попытался приколоть к его рубашке маячок, но уколол. Получатель передернул плечами, маячок упал и исчез под ногами бесчисленных пассажиров аэропорта. Стоимость маячка я обязательно верну по приезду, Мастер!
Волонтеры оказались молодыми, перепуганными и не местными! Они опоздали в аэропорт, потому что всю ночь ехали из столицы соседней Украины. Водитель в Москве был второй раз в жизни, сопровождающий – первый…. Из карт с собой они захватили только схему метрополитена! Мастер, в таких условиях я еще никогда не работал, даже в Буркина-Фасо! Спасибо Вам за урок!»
Взгляд вскользь. Сандро
Сандро сам сел за руль «Мерседеса», потрепал удивленного Михая по плечу:
– Брат, тебе самое сложное – следи за «хвостами». Не забудь – наши тоже ничего не знают. Короче – сегодня у нас нет союзников.
Михай глубокомысленно кивнул и сел на пассажирское кресло. Действительно, Сандро водил машину лучше, а вот глаза зорче у Михая…
Они выехали из поселка на трассу и повернули в сторону Москвы.
– Заметил номера на машине ДПС? – спросил Сандро.
– Нет, – виновато ответил Михай.
– Областное ГАИ. Опять облава будет, – угрюмо сказал Сандро. – А у нас в областном никого…. Как бы при возвращении не нарваться. Может, уедут к тому времени…
Ехали быстро, свернули на МКАД, проехали с десяток километров.
– Брат, глянь-ка, вон та семерка сзади… что-то больно долго за нами едет.
Михай развернулся всем телом, стараясь разглядеть нужную машину сквозь тонированное стекло. Семерка как семерка…
– Попробую оторваться, – решил Сандро и увеличил скорость, проскочив в опасном вираже между двумя грузовиками. Семерка отстала и больше не показывалась.
Михай уселся поудобнее, положил на колени борсетку, расстегнул, чтобы в случае чего быстро вытащить пистолет. Сандро посмотрел на друга, неопределенно хмыкнул, но говорить ничего не стал.
На всякий случай они свернули с кольцевой на Варшавское шоссе, потом дворами снова вернулись на кольцевую. Проехали еще около получаса, счастливо избежали зарождавшуюся пробку. Убедившись, что хвоста нет, Сандро свернул на стоянку перед огромным гипермаркетом и после долгих поисков свободного места припарковал машину подальше от входа.
– Барсетку закрой, – посоветовал он Михаю. – Будем ждать курьера вон в том кафе. У нас еще тридцать минут.
– А если опоздает?
– А телефон на что? Вот если он не позвонит…, тогда дело плохо.
Телефон зазвонил минут через двадцать. Сандро выслушал новости, немного потемнел лицом:
– Задерживается наш друг.
– Кем?!
– Да не кем, а где…. Он еще только Рязань проехал. Часа четыре, не меньше, ждать.
– Здесь?
– Черт его знает…. Придется покататься по городу, что ли…
Михай подумал и предложил:
– А поехали в кино?
– В кино? – удивился Сандро, потом заулыбался. – Это ты, брат, здорово придумал!
Они расплатились с официантом и выехали со стоянки. Оглянулись – никто сзади торопливо не пристраивался.
– Куда поедем?
Ответ у Михая был заготовлен давно – в одном из кинотеатров третий день шла ретроспектива индийского кино…
Взгляд изнутри. Сидоров
Пробуждение оказалось нерадостным.
Во-первых, Сидоров вчера явно переборщил с количеством спиртного. Да и намешал с водкой и пиво, и портвейн…, откуда он только взялся…
Во-вторых, сразу мать села на своего любимого конька – и балбес он, и алкаш, и снова без работы остался, и семьи не завел, и…, да мало ли недостатков может быть у настоящего мужчины!
Сергей вяло возразил, что его время еще не пришло. Вон, Илья Муромец на печи тридцать лет и три года пролежал, Христос тоже в тридцать три прославился, стало быть, еще целый год можно балду пинать…
Ругались без азарта, привычно и с повторами. Мать пилила больше для порядка, и Сергей неожиданно подумал, что после очередного дня рождения он лишится своей, такой красивой, отмазки. Жаль…
Думать было тяжело, ругань матери раздражала, тем более что все ее аргументы – чистая правда.
Он пересилил головную боль, спешно собрался, обшарил карманы – три жалкие сотни…. Красавчик, гульнул вчера не по-детски! Ладно, на пиво хватит.
– Ты куда? – окликнула ненаругавшаяся мать.
– К Митрофанову схожу. Может, чего присоветует.
– В ЖЭК зайди, они вчера объявление повесили, требуется сварщик.
– Так я же не сварщик!
– То-то и оно, что ты вообще никто, – вздохнула мать и закрыла за ним дверь.
– Я – грузчик, – гордо сказал в закрытую дверь Сидоров и поплелся вниз по лестнице.
Он утолил жажду у первого же ларька и дальше пошагал заметно повеселев.
Антоха Митрофанов нашелся на своем обычном рабочем месте – в будке охранника автостоянки. Тут он сидел с утра до вечера, пропуская знакомые машины и тормозя чужие. Ночью Антоха не дежурил, потому что считался инвалидом. Что-то там с почками.
– Привет рабочему классу, – бодро сказал Сидоров, вместе с ладонью протягивая сигарету. Митрофанов кивнул, нажал кнопку электрического открывания шлагбаума, выпустил Лексус и повернулся к Сергею:
– Опять на свободе?
– Традиции нарушать нехорошо, – вздохнул Сергей, – а кадровики за традиции крепче всех держатся. Мать сейчас едва пополам не распилила.
– А ты прямо проникся, да? Запереживал, стыдно стало…
– Есть маленько.
– Хоть мне не ври. Тебя природа совестью обделила еще при твоем рождении. Это у тебя не стыд, а похмелье на лице в виде румянца выступило. Ну, и что думаешь?
– Не поверишь, – усмехнулся Сидоров, – буду работу искать.
– Опять грузчиком?
– Ну да. У меня это лучше всего получается.
– И сколько еще протянешь в грузчиках? Скоро же если и будут брать, то только в ларьки парфюмерные – Шанель из бочек по стаканам разливать…
– И опять не поверишь – только сегодня утром об этом же подумал. Потому и пришел, чтобы с умным человеком посоветоваться.
– Был бы умным – не я бы шлагбаум открывал, а мне бы его открывали, – проворчал смягчившийся Митрофанов. – Значит так: во-первых – поступи в институт, во-вторых…
– Ты не издевайся, а дело говори, – вздохнул Сидоров. – И учти, что я в своем теперешнем состоянии твой юмор понять не смогу, так что зря стараешься. Бери сигарету, кури и думай, прежде чем ерунду болтать соберешься.
– Ладно. На бирже был?
Сидоров поморщился.
– Был как-то…. Что они могут предложить?! Дворник, озеленитель-осеменитель…. Грузчик и то больше зарабатывает.
– Ясно. Замкнутый круг получается. Профессией толковой обзавестись ты не удосужился, выходит, ты у нас даже не пролетарий, а чистой воды люмпен.
– А вот оскорблять не надо, – угрюмо сказал Сидоров, – могу и обидеться, между прочим. Я школу не только видел, но и посещал. Да и на работе грамотные люди попадались.
Митрофанов усмехнулся:
– Это ты люмпенов с маргиналами перепутал, дружище.
– Хорош мозги канифолить, – тем же тоном сказал Сидоров, – философия с похмелья не воспринимается совершенно. Давай уж простым русским языком – что делать грузчику, которого все время выгоняют просто так, даже не за прогулы?
– Ну, тут вариантов много. Тебе как – все выложить, или только реальные, типа помощи инопланетян и выигрыша в лотерею?
Сергей махнул рукой.
– Давай самые фантастические…
– Я ж тебе уже говорил – поступи в институт, на крайний случай на курсы толковые. Что, мать на такое дело денег не даст? Еще как даст!
– И что?
– А ничего! Пока возраст в критический не перешел, вырвись ты из своего порочного круга гипермаркетов. Мозги у тебя в трезвом виде очень даже ничего. Блин, на худой конец хоть права получи! Короче, не тормози, дергайся. Мы ж в Москве живем, что-что, а нормальная работа всегда найдется, особенно для мужика со славянской внешностью и московской пропиской…
То ли Антоха Митрофанов умел уговаривать, то ли Серега Сидоров давно созрел, но расстались друзья часа через полтора, находясь в состоянии сдержанного оптимизма.
На прощание Митрофанов сунул Сергею в руки черную спортивную сумку:
– Все равно мимо пойдешь – занеси моим картошку.
Сергей взвесил сумку, присвистнул:
– Ого!
– Ничего, не надорвешься, – безжалостно отрезал Митрофанов, – всего пять килограммов, зато Светка тебя за это чаем напоит. В конце концов – кто из нас профессиональный грузчик…