- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
У меня нет воды, горло пересохло, и я уже чувствую, как кружится голова. Единственное, что немного радует, это Кэм. Он несет меня на одной руке и идет, словно бесперебойная машина, не сбавляя шаг, и не чувствуя усталости. Если бы я шла самостоятельно, давно бы упала и уткнулась лицом в пыльную землю. Конечно, я бы не отказалась ехать с Максом в колеснице, но он благоразумно этого не допустил.
Что ж, и так сойдет. Вот только Кэм совсем не дает воду, и я с тоской слушаю, как объемная фляга бьет его по правому бедру, а вода колышется о стенки. Вот же мерзкий гигант! Он даже дышит ровно, без перебоев, а на мощной морде нет никаких эмоций, хотя он явно недоволен, что тащит меня на себе. Так ему и надо! Указ господина нужно исполнять беспрекословно, а я с самого начала говорила, что Макс меня приблизит к себе. Пусть теперь привыкает!
Словно почувствовав мое злорадство, Кэм стрельнул в мою сторону глазами и оскалился:
– Стервозная, о чем ты думаешь?
– А тебе зачем знать мои мысли? – капризно протянула я, – ведь все равно, тебе они неинтересны.
– Ты права. Ведь все, о чем ты можешь думать, это о своей неминуемой гибели. – Процедил Кэм. Он был доволен, наверное, представлял, как расправится со мной.
– Это почему же? Разве тебе не ясно, что господин Рэй приблизил меня к себе, и я уже не твоя собственность? Никаких экспериментов не будет. Теперь я – личная служанка и буду жить в покоях господина. – Я довольно улыбнулась.
– Ты плохо знаешь господина Рэя. – Несмотря на слова, в голосе гиганта послышалась легкая неуверенность, – то, что он вдруг захотел приблизить тебя – ничего не значит. Нрав его переменчив, а желания сменяются каждую минуту. Не понимаю, зачем он выбрал тебя, но, значит, так нужно. – Кэм шумно засопел, и сдвинул брови, видимо, пытаясь думать, – ты не нужна ему, не обольщайся. Настанет день, когда господину надоест играться с тобой, и тогда я получу тебя и уничтожу.
– Ну, да. Утешай себя сколько угодно, ведь надежда умирает последней. – Кажется, Кэм не понял значение моих слов, но не подал виду. Дальше мы шли молча, и я снова с тоской думала про воду, которая болталась на бедре гиганта.
Когда я начала путаться в реальности и времени, вдали показалось темное пятно. Через некоторое время пятно превратилось в овальный круг – огромное выжженное до тла поле. Вдоль поля тянулся железный забор, который утыкался в узкую полоску леса. Лес! Не знаю, насколько он большой, но в нем можно скрыться. Что было за лесом – неизвестно, но скорее всего, очередное бесконечное поле. Тут совсем нет воды, ни озера, ни маленького ручейка. Нет даже намека на крохотную лужу. Макс прав – если бежать прямо сейчас, то даже если получится скрыться в лесу, я не смогу выжить без воды. Сомневаюсь, что она вообще есть в этом мире.
Хотя, вода должна быть. Ведь я – серая, а серые живут в воде. Где-то есть целое море, которое тщательно охраняется от золотых. Не удивительно, что идет бесконечная война между расами – получается, золотым приходится что-то отдавать серым, чтобы получить воду. Логично. Интересно, какую дань они платят, чтобы получить доступ к морю? Надеюсь, это не кровь новорожденных младенцев? Я с опаской посмотрела на Кэма – что, если постоянное оплодотворение с этой целью и задумано?
От разглядывания морды Кэма, меня отвлек скрип больших железных ворот – они уже были широко открыты, но раскрылись еще шире, пропуская нас вперед. Только сейчас я увидела впереди что-то похожее на арену с узкими скамейками. Почти все они были заняты – увидев нас, золотые подскочили со своих мест и издали синхронный приветственный клич. Да, было похоже, что именно так начинается каждое представление.
– Слава господину Рэю! Слава самому сильному и быстрому огнекрылому!
ГЛАВА 1
– Ну что, едем к Максу?
Я вздрогнула, испугавшись, что Стас вдруг прочитает мои мысли. Иногда он умеет угадывать. Но – сегодня явно не его день.
– Как хочешь, мне то что? И прет тебя ездить за сто км? Могли бы в сауну сходить вдвоем. Без детей.
Стас хлопнул дверцей нашей потрепанной мазды, и довольно улыбнулся:
–Мы и сейчас без детей, ты бы хоть зашла к бабушке, посмотрела, что да как. А сауна – не баня. Мы можем там заниматься друг другом сколько влезет, расслабиться, выпить, Макс, между прочим, купил хороший коньяк.
Я промолчала. В последнее время ему постоянно надо. Но я не чувствую нежности. Такое чувство, что я – вещь, которую нужно использовать по назначению, не заботясь о чувствах. И желательно использовать каждый день, чтобы без дела не «простаивала». А Макс… я не могу сидеть с ним за одним столом. Он смотрит на меня как на ничтожество.
Я вообще не пью крепкий алкоголь, просто тогда так хотелось забыться… Я чувствую себя беспомощной, когда кружится голова, заплетается язык. Несу несусветный бред, за который потом иногда стыдно. А он все помнит. Только ведь ни слова не скажет. Просто посмотрит мрачно, как на идиотку и сделает свои выводы. Он со мной не разговаривает, как когда-то раньше. С другой стороны, это нормально, ведь у нас нет, и никогда не было общих тем для разговора. Господи, как же я не хочу скулить! Но сейчас только это и получается.
– Ты не хочешь заниматься сексом, я тебе не интересен? – Стас выехал со двора, резко развернул машину и помахал рукой нашей дочке, – Света! Иди в дом, мы завтра будем!
Света послушно закивала, махнула на прощание рукой. Я краем глаза увидела, как на крыльцо выходит свекровь в цветастом халате и с всклокоченными, рыжими волосами. За ее спиной промелькнула Маринка и тут же исчезла в коридоре. Она отказалась ехать с нами – постоянно торчит в своем телефоне, играет.
А свекровь…Не то чтобы я ее не люблю, просто не хочется лишний раз с ней сталкиваться. Так уж нам повезло, что родители мужа поселились рядом. И да, в этом тоже есть плюс. Пусть мы не часто куда-то выезжаем, но зато в любой момент можем оставить детей у бабушки, и она не будет против.
– О чем снова думаешь?
– О тебе, – я улыбнулась. Мы уже выехали из своего поселка, и я приготовилась орать: Стас гоняет, как сумасшедший.
– Ну-ну, обо мне. Как же. Ты давно уже обо мне не думаешь, да и не думала, мне кажется, никогда.
Стас снова сделал вид, что ревнует. Эта показушная ревность непонятно к кому, всегда меня выводила из себя. Вот и сейчас, я мгновенно завелась.
– Ой, ну сколько можно. Повторяешь одно и то же, как заведенный, тошнит уже от этого, честное слово!
– Кого тошнит, а кого нет. Ну, так что насчет секса, он у нас будет сегодня, или я тебе стал окончательно противен?
– Будет. – Я с трудом подавила тяжелый вздох.
– Ой, не надо ля-ля! Ни черта я тебя не удовлетворяю! Сказки-то не рассказывай!
Я закатила глаза. Опять эта любимая тема про удовлетворение. Интересно, если я ему расскажу про свои, не совсем нормальные сны, что он скажет?
Проблема в том, что мы слишком заигрались, придумывая безобидные интрижки для семейного разнообразия. Наши «запретные» сексуальные фантазии вдруг переросли во что-то большее, и это большее меня пугает и уже не веселит.
Если честно, то во всем, что со мной происходит, виноват муж. Слишком уж неприятная тема. Мне сложно объяснить свои мысли так, как чувствую. Я разрываюсь пополам. И знаете, я все равно люблю своего мужа. Но…
Мне кажется, я не знаю, что такое любовь, но знаю, что такое, когда сносит голову. Когда взрываются легкие и хочется рыдать. Нет, не подумайте, мой Стас – он самый лучший из мужчин. Он мой муж. И другого мне не надо. Он заботится обо мне, о детях.
Только проблема не в этом. Когда я что-то хочу, я всегда это получаю.
ГЛАВА 2
Макс стоит во дворе возле бани и жарит шашлык. Моросит мелкий дождь, а он стоит, и вид такой, будто не рад, что приехали. Как обычно, ничего не меняется.
На мой взгляд, он слишком мелко нарезает мясо. Но я молчу. В последнее время я даже боюсь смотреть в его сторону, все слова пропадают и на любые подколы с его стороны мне нечего ответить.
Я беззащитна, и меня это раздражает. Его жена Лена сидит в доме с маленьким сыном. Я пыталась наладить с ней контакт, но она слишком закрытая, даже нелюдимая.
Вся такая правильная, серая мышка. Конечно, это только кажется, но меня она жутко раздражает именно поэтому.
Ощущение, что каждый из нас понимает, что мы приезжаем не к друзьям, а именно к другу. К Максу. А если учесть, что мой муж красноречив только со мной, то разговор обычно вялый, если не разговаривать про работу. Если честно, я не понимаю смысла в этих встречах.
Чтобы было веселее, я начинаю говорить всякую чушь и муж мне как-то сказал, что без меня было бы скучно.
Залаяла собака возле покосившегося сарая.
– Заткнись, чего орёшь! – Макс со злобой развернулся, замахнулся рукой, – Закрой пасть, шавка!
Мне не нравится, когда он так себя ведёт. Хочется уехать. Зачем он зовёт нас, если мы тупо молчим, и иногда только заводим вялый разговор?
Я посмотрела на мужа. Стас стоял и молчал, задумчиво смотрел на мангал. Пока я думала о своем, они изредка перебрасывались словами. Ни о чем. Мне часто становится неловко в такой компании, и некуда деть руки. Я не смотрю на него. Всячески делаю вид, что он меня не интересует. Мы изредка пересекаемся взглядами, в которых только равнодушие. Макс поджимает губы и отворачивается. Он даже здоровается через раз. А если делает это, то нехотя, как будто заставляют.
– Эй, ты тут? На, съешь-ка кусочек. – Стас отошел от мангала и протянул мне кусочек шашлыка. Жир тек по его пальцам.
Я послушно подхватила кусок, втянула в рот. Горячий. В эту секунду вспомнила, с каким отвращением на меня посмотрел Макс, когда я слизывала с ложки мед. Мы тогда собрались в одной компании – много знакомых, но почему-то именно на меня он тогда так пялился. Стало опять не по себе.
Зачем мне все это нужно? Я боюсь чистоплюев и не понимаю, почему все так сложно в этом мире.
– Вроде готово. – Макс с мрачной сосредоточенностью разглядывал мясо и дышал как лошадь. По-другому и не скажешь – его дыхание слышно за тысячу миль.
ГЛАВА 3
Мы вошли в дом. Я сижу за квадратным столом, но шашлык не лезет в горло. Жена Макса что-то там помешивает в кастрюле и молча улыбается. Я смотрю на нее и думаю – какая она на самом деле? Терпит ли она наше присутствие? Мое чутье подсказывает, что терпит.
Скажите, зачем что-то там готовить, если стол завален едой? Просто чтобы создать видимость "хорошей хозяйки"?
Я чувствую, что придираюсь. Мне вообще неприятно сидеть за столом. Некомфортно.
Макс протянул стопку Стасу, они выпили.
– Ты чё?
Я отрицательно мотнула головой. Снова накатило чувство, что он терпит меня, потому что тут Стас. Я – самый плохой пример женщины, моя самооценка почти на нуле, только я не понимаю почему.
Почему все так глупо?
– Я тут киношку одну присмотрел, глянем.
Макс деловито пододвинул к себе планшет, а Стас повернулся ко мне:
– Давай сначала в баню сходим, а то потом точно лень будет.
Макс поднял голову, мрачно кивнул:
– Идите, потом я пойду. Потом включим что-нибудь.
Мы, как по команде поднялись из-за стола.
В парной мы молча сидели на низкой лавке – ногам холодно, голове жарко. По спине тек пот.
Раньше мы могли расслабиться, выпить пива, включить музыку на телефоне и оставить его на полу в предбаннике.
Мы могли получать удовольствие друг от друга до того, как я решилась все рассказать. Это просто безумие, и оно нас постепенно отдалило, испортило отношения. Хотя, должно было улучшить, дать новый «глоток» воздуха, как с уверенностью меня убеждал Стас. В итоге – я вымотана и опустошена до предела.
Сейчас же сидим, закрыли глаза, каждый думает о своем.
Я знаю, что все равно не смогу без мужа. Несмотря ни на что, он мне близок, он самый родной человек.
В нем огромное количество минусов, иногда кажется, что он весь один сплошной минус. Но он мой. И он сделает все, что я захочу.
Удивительно, но в Стасе сочетается так много несочетаемого. Я не могу понять, нравится мне это или нет.
Иногда я его ненавижу. За чёрствость, за грубость, за неумение быть нежным хоть иногда.
Мне не хватает тепла и поддержки, и я не прошу ничего, потому что знаю, что Стас не поймет, что мне нужно. И не потому, что ему проще притвориться, что он ничего не понимает, а потому, что он на самом деле не может это понять.
Иногда он такой твердолобый, непробиваемый.
Я смотрю в потолок и думаю, что схожу с ума. Я не хочу здесь находиться, хочу скорее домой.
И одновременно хочу остаться.
Совсем близко Макс. Он ничего не скажет, не сделает. Но он здесь.
– О чем думаешь? – Стас лениво посмотрел в мою сторону, – я смотрю, ты ничего не хочешь, как обычно?
– Ничего не как обычно. – Я фыркнула, – не прибедняйся. Сам-то хочешь? Так жарко, я вообще не понимаю, зачем это делать в бане. Можно до дома подождать, хоть комфортнее. А так как по указке, потому что надо.
– Ой, ладно, опять ты со своим надо. – Стас нахмурился, – так и скажи, что тебе не я нужен, а Макс.
– Опять начинаешь? – на мгновение мне показалось, что ёкнуло в груди. Нет, ну какой же идиот! Как можно вот так спокойно говорить про другого!?
– Ну а что. Ты же сама хотела, разве нет? Такие планы вынашивала.
– Какие планы? – я почувствовала, что начинаю раздражаться, – может тебе напомнить, как на самом деле все было, а!?
– Нет, не надо. – Стас поднял руки, – не начинай очередную истерику. Просто, я хочу, чтобы тебе было хорошо. Все для тебя, понимаешь?
– Ну да, конечно, понимаю. Как тут не понять-то.
Я вылила ковш воды в тазик и намочила волосы. – Мойся. Время идёт, а я не хочу оставаться с ночёвкой.
ГЛАВА 4
Когда мы вышли, он стоял на улице рядом с баней, жарил вторую партию шашлыков и смотрел на решетку невидящим взглядом. Мне не нравится еда, которую он готовит. Не потому, что она не вкусная, а потому что готовит он. Ну, ведь просто комок в горле застревает…
Стоит, опять нахмурил лоб, думает о чем-то. А я даже есть не могу.
Смотрит вопросительно "будешь?"
–Нет, попозже.
Черт, я никогда не понимала свое состояние – почему, когда кто-то рядом волнует, то начисто пропадает аппетит?
Такое чувство, что я наедаюсь им, его словами, его взглядом, его запахом.
Я такая же, как все, думаю о сексе в мыслях, а на деле не так отчаянна, как хотелось бы.
Возможно, именно мысли побуждают нас думать и представлять.
Если бы все случилось в реальности… Не знаю, каким бы он был?
Что, если бы мы не подошли друг другу, наши запахи не переплелись?
Но нет, такое невозможно. Я помню его ладонь, когда мы пожали друг другу руки.
Это было соприкосновение горячего тока. Это было похоже на минутное шоковое потрясение.
Я видела его опешивший, одновременно затуманенный взгляд.
С тех пор, он избегает случайно касаться меня, словно я сгусток ходячего пламени.
Это так явно бросается в глаза, что становится физически больно.
Иногда я хочу схватить его и прижаться к груди крепко-крепко, чтобы перехватило дыхание.
Что-то подобное было с мужем. Но это прошло.
И я так не хочу осознавать, что это всего лишь химия…
Даже хорошо, что ничего не происходит.
Ведь тогда можно бесконечно думать о том, что могло бы случиться.
А я ему не подхожу. Я даже не проблемная, я чужая, у меня есть дети, я далеко не девочка.
– Эй, Алле. Ты чего зависла-то? Я выпил, ты повезёшь. Домой поедем?
– Да, – я рассеянно улыбнулась мужу. Терпеть не могу, когда он начинает показывать свое превосходство. – Уже едем что ли?
– Минут через двадцать. Сейчас я перекурю. И отлучусь кое-куда.
Да, в этом весь Стас. Мои романтичные мысли рассеялись об жестокую реальность. Я молча смотрела, как муж заворачивает за угол – там стоял деревянный, старый туалет.
В дом он не пошел. Постеснялся жены Макса (там у них стоит обычный унитаз).
Макс молча стоял со своими шашлыками.
А я мучительно считала секунды и буквально видела, как сгущается напряжение между нами.
– Скажи, а ведь все это специально было придумано, да? В тот день, когда ты мне написала?
Макс посмотрел на меня, впервые не отводя глаз.
Я мысленно провалилась сквозь землю от страха.
ГЛАВА 5
– Знаешь, мне сложно объяснить. Об этом так просто и не расскажешь, понимаешь? Ты ведь ненавидишь меня, стоит ли что-то менять? – С трудом произнесла я. Мысленно я уже сама себя уничтожила. Ну что я несу!
– С чего ты это взяла, потому что мы тогда поругались? – Макс усмехнулся. – Просто это такой бред. Ты жена моего друга. Стас классный. Не понимаю, зачем ты вообще это сказала.
– Сказала, да. Я пожалела триллион раз. Да и что такого я сказала? – я выдохнула, – ты нравишься мне. Разве это преступление или какой-то грех великий? – я сама не ожидала, что скажу это вслух. Подняла глаза на Макса, и застыла в ожидании.
Его глаза смотрели с непонятным выражением, он будто был недоволен, мрачен.
– Да нет, ничего такого. – Ощущение, что цедит через зубы. – Забей, не будем об этом.
Он хотел развернуться и уйти, но моя рука сама схватила его за рукав.
Макс вздрогнул, посмотрел исподлобья.
– Я не хочу, чтобы ты считал меня предателем или изменщицей. Я чувствую, мне кажется, что ты меня презираешь. Но все не так, как ты думаешь. Все не…
– А вот и я.
Я резко отпрянула в сторону, хорошо, что уже стемнело. Стас шел к нам на встречу, и я видела, как блестели его зубы.
– Чего делаете? О чем разговариваете ту без меня?
– О том, что в деревне жить просто обалденно. Не то, что у вас там, в городе. – Макс улыбнулся, – я тут недавно объявление видел. Домик стоит сущие копейки. Что-то вроде ста пятидесяти тысяч рублей. Ну, может, ста семидесяти.
– М-мм. Ну чего, Алис. Поедешь в деревню жить? Заведем скотину, будем в гости друг к другу ходить. – Стас обнял меня за талию, заглянул в глаза.
– Ну да, конечно, поедем. Можно не уезжать даже. За детьми только съезди, а я тебя тут подожду, поселимся на первое время в бане.
Я вздохнула, представив на мгновение, что было бы, если бы мы и правда купили здесь дом. В такой близости от него. Один минус я уже знаю – это алкоголь. Если мы будем рядом, то Стас с Максом сопьются точно. А с ними и я. Рано или поздно. Не знаю, как на это отреагирует его вся такая правильная жена…
Я невольно покосилась на светящиеся окна дома. Она там сидит. Не выходит, не общается. Я даже рада этому. Иногда думаю – что, если она бы болтала без умолку? Ее было бы слишком много, а Макс обнимал бы ее, может быть дразнил словами. Не хочу видеть, что он ее любит. Лучше буду думать, что все наоборот.
У них все как-то чопорно, культурно. Так культурно, что зубы сводит. Я не хочу идти в дом, но Стас тянет меня с кривой усмешкой. Ощущение, что он знает, о чем я думаю.
– Ладно, давай чай попьем, ты ведь не пила ничего.
Макс взял решетку с шашлыками и молча пошел в дом. Сейчас он начал меня раздражать. Может остаться с ночевкой? Ведь еще немного и мы будем собираться обратно. Казалось бы – только приехали, а уже все, пора уезжать. Какой-то тихий ужас, а внутри все переворачивается от тревожного волнения, все кажется таким беспокойным.
Но даже если останемся – какой смысл? Мы просто уснем, чтобы проснуться и, спотыкаясь пойти чистить зубы. А потом ехать домой, с этой невыносимой тяжестью в груди. Она так долго не проходит, а я не помню, когда же она поселилась во мне.
Вообще, я не очень верю в любовь, мысль об этом меня смешит, вызывает саркастическую усмешку. Какая к черту любовь? Я больше склоняюсь к тому – что все запретное хочется попробовать. Особенно, если это запретное вызывает хоть какую-то симпатию.
Стас смотрел на Лену. Я внезапно подняла глаза от кружки, и мне показалось, что я пью яд. Ему нравится эта игра. Ну да. Лена кротко улыбнулась – ей легко, ведь она ничего не понимает. Макс жевал кусочек сыра, и смотрел в телефон.
Ощущение, что я все дальше ухожу куда-то на обочину. Ведь осознавать, что твой муж показывает интерес другой женщине, не очень приятно. Правда, интерес этот трусливый по большей части. Но дело тут в азарте.
Я чувствую, что я отвергнута, и игра мне эта совсем не нравится.
ГЛАВА 6
– Ну что, довольна? Или ожидала чего-то большего?
Стас насмехался надо мной. Я видела его кривую ухмылку даже в темноте автомобильного салона. Никакого желания к нему не испытываю – только глухая боль растекается внутри. Но кому мне об этом рассказать? Для чего это нужно сделать?
– Чего тут ожидать, все предсказуемо. Ты, главное, не гони. Домой в любом случае успеем, спешить некуда. – Сейчас я переживала за дорогу. Стас не контролирует скорость, а зрение у него не очень. Я вообще ненавижу ездить на авто, но от него нереально отказаться. Каждый день в движении.
– Только не начинай свою панику. Как хочу, так и еду. Не нравится – садись сама и едь, куда и как хочешь.
– Ну да, ты же знаешь, что я боюсь ездить за рулем, а сейчас еще и темно.
Стас внезапно съехал на обочину и включил аварийку. Его рот растянулся в хитрой улыбке.
–Ну, иди ко мне. Давай хоть сейчас сделаем это нормально.
Я вздохнула и молча полезла на заднее сиденье. Сколько себя помню, всегда было неловко, если муж предлагал заняться сексом где-то в нестандартном месте. Но я никогда не отказывала. Думаю, он, конечно, в курсе, что такое прелюдия, но его эти «мелочи» давно уже не волновали.
А я не могу расслабиться от его прикосновений. Долго думала, в чем же причина. А ее тупо нет. Проще думать о любви, расстегивая пуговицу на джинсах и утешая себя, что делаешь «это» с мужем. До сих пор вспоминаю слова своей первой, давно уже бывшей свекрови «с мужем можно делать все, что угодно, на то он и муж».
Раздражает, что эта мысль приходит ко мне в самые неподходящие моменты. Я вообще зависима от каких-то незначительных прошлых моментов. Которые не вызывают во мне никаких эмоций, но почему-то не забываются. Все время спрашиваю себя – умею ли я любить? Сомневаюсь. Очень сильно сомневаюсь.
– Ну, вот не прошло и пяти минут. – Стас обреченно вздохнул, а я потянулась за салфетками. – Что ты молчишь?
– Ничего, а что сказать?
Я перелезла на переднее сидение, достала телефон. Пол одиннадцатого вечера. Наверное, спят. Мне скорее хотелось добраться до дома и перелистнуть этот день как страницу.
Стас завел машину, и мы, как ни в чем не бывало, выехали на трассу. Я вновь чувствую себя потерянной, оторванной от мира. Словно забыла что-то очень важное. Что-то важное, и не имеющее ко мне никакого отношения.
ГЛАВА 7
Знаете, такое случается, когда начинаешь смотреть на мир трезво. В моменты просветления я просто ненавижу себя. Ведь как так можно, в моем-то возрасте сходить с ума, думать о мужике, который и не мужик вовсе.
А с другой стороны от тоски хочется выть. Ведь я не понимаю, что происходит, а самое ужасное, я чувствую себя какой-то неполноценной, не достаточно совершенной. И для кого? Для него?
Ну, уж нет. Меня должно волновать даже не отсутствие секса и прибавление проблем, меня должно волновать будущее с моим мужем, наши отношения, которые вот-вот зайдут в тупик.
Я хочу вернуться лет на пять назад. Туда, где ещё можно было что-то поменять. А сейчас…
Я включила маленький ночник у прикроватного столика и убавила звук телевизора. Не умею засыпать в полной тишине, ужасная привычка.
Стас уже спал на кровати, дети тоже – завтра школа, а у меня свободны полдня, но я ничем себя не займу, разве что приготовлю поесть и проведу день за просмотром какого-нибудь бесполезного сериала. Даже гонка за стройным телом мне надоела – устала вечно худеть. Да и не толстая я – вот только живот после двух родов не хочет втягиваться обратно и висит небольшим мешочком. Ходить в спортзал нет денег и желания. Моя апатия меня когда-нибудь доведет до ручки. Но сейчас мне, естественно, все равно.
Краем глаза заметила, как засветился дисплей телефона. СМС в Контакте от подруги Тани.
"Спишь? Меня мой избил опять. Даже соседи побоялись двери открыть. Вот так прикончит когда-нибудь, и все".