Нежеланная невеста дракона. Вторая истинная

Глава 9

– Он очнулся! Очнулся! – закричал Клемент и подбежал. Грубо отодвинул меня и, схватив Ильгизара за подмышки, поднял на ноги.

– Хлябская прорва! Чего ты так орёшь? – лорд зажал уши и попробовал отстраниться от надоедливого слуги.

– О, мой лорд, я думал, вы… вы умерли, как… ваша истинная.

– Моя истинная! – вскрикнул мужчина и тут же поник, видимо, всё вспомнив. Схватил себя за руку и отодвинул мешающий рукав. – Её нет, моей метки истинности. Нет!

– Это всё она! – вскричал управляющий и показал на меня пальцем. – Она убила вашу суженую, вашу Олинду.

– Я не убивала! – вскрикнула я и поднялась с пола, подала руку врачевателю и посмотрела на злобного управляющего, а потом на лорда. – Вы меня задержали внизу, когда я просила вас пустить меня к леди Норден.

«Хотя я все равно вряд ли успела бы», – подумала я, но не стала произносить это вслух.

– Вы акушерка и должны знать правила оказания лекарской помощи умирающей.

– Но вы сказали мне… – попыталась я возразить, понимая, что никто в этой комнате мне не верит.

– Я? Я ничего вам не говорил! – управляющий отвернулся от меня и, держа лорда под руки, повёл его прочь из покоев леди Норден.

– Где моя дочь? – хриплым голосом спросил лорд Ильгизар и посмотрел на меня.

– Её унесла куда-то одна из акушерок, – сказала я и убрала выбившиеся из-под чепчика волосы.

– Найди её! – рявкнул лорд и посмотрел на управляющего. – Живо!

– Но мой лорд, – возразил Клемент, – она сейчас в надёжных руках. Её осматривают акушерки.

– Те самые, которые сутки мучили мою жену и сделали все, чтобы она умерла? – он отодвинул от себя управляющего и присел в кресло.

– Всё было не так, мой лорд. Акушерки, находящиеся в этой комнате, очень опытные и…

– Хватит! Принеси сюда мою дочь! Быстро! Хочешь проверить, на что я способен? Я не посмотрю, что ты здесь работаешь со времён первых драконов, разорву на куски вот этими самыми руками.

– О… мой лорд, – плаксиво произнёс Клемент и выбежал из покоев.

– Пошли все вон отсюда! – гаркнул Ильгизар и медленно повернул голову в сторону акушерок. Замешкавшись на мгновение, они исчезли так быстро, словно их тут и не было.

– Я смотрю, вы пришли в себя, мой лорд? – произнёс полисмен и сделал шаг в его сторону.

– Мой дракон покинул меня так внезапно, что тело отреагировало не так, как я ожидал. Подобного со мной никогда ранее не происходило… дракон никогда не оставлял меня с момента моего первого оборота.

– Может, мы перейдём в гостиную? Здесь не очень удобно говорить.

– Я не против, – ответил лорд и посмотрел на меня и мнущегося рядом старого врачевателя. – Что они здесь делают?

Полисмен обернулся и сделал такое лицо, словно совершенно забыл о нашем существовании. Сморщился, как от кислого лимона, подошёл к лекарю, схватил его за локоть и повёл прочь из покоев.

– Спасибо, старик. В твоих услугах мы больше не нуждаемся.

– Но… – промямлил тот и посмотрел на меня. – Я хочу кое-что сказать.

– Говори, только быстро! – рявкнул полисмен.

– Я не знаю, что здесь произошло, но могу сказать одно: эта девочка не виновата.

– Всё! Пошёл вон отсюда! – вытолкав его из покоев, полисмен посмотрел на меня и сделал шаг ближе.

– Не трогай её, – зашипел лорд Норден и поднялся с кресла. На его лбу читалась болезненная усталость, уголки рта были опущены, а под носом запеклась кровь.

– Я просто хотел, – промямлил полисмен и резко повернулся к лорду, – отвести её к экипажу.

– Нет! Я сам это сделаю. После того как я посажу её в экипаж, вернусь, и мы обо всём поговорим, – властно сказал лорд Ильгизар и посмотрел на меня. – Иди за мной, адептка.

Схватив сумку с инструментами, я побежала за лордом. Лучше с ним, чем оставаться наедине с этим отвратительным полисменом. Его глаза навыкате под толстыми очками, казалось, могли прожечь во мне дыру, а в яйцеголовой голове роились такие мысли, от которых даже мне становилось жутко.

Выбежав вслед за Ильгизаром, я заметила, что он остановился у дверей. Рядом стоял Клемент и держал свёрток с новорождённой девочкой. Лорд Норден аккуратно взял ребёнка и посмотрел на меня.

– Что мне с этим делать? – тихо спросил меня мужчина, в котором я первый раз за всё время увидела человеческие черты.

– Это же ваша дочь, лорд Норден.

– Я знаю, что она моя дочь! – гаркнул он так громко, что девочка проснулась и заплакала. – Хлябская прорва!

– Лекарь должен обязательно её осмотреть. Роды были тяжёлые, и она тоже пережила не очень приятные сутки. Советую отвезти малышку в больницу к доктору Эль Мамуну, чтобы её осмотрели опытные магические педиатры.

– А ты можешь её сама осмотреть? Сейчас!

– Нет. Я так не… думаю. Это не очень хорошая идея.

– Понятно, – скрипнул он зубами. – А дальше что?

– Найдите ей кормилицу… и любите вашу дочь так же сильно, как любили свою жену.

– Хм… ясно, – лорд вручил кричащий свёрток дворецкому и отвернулся. – Успокой её. Немедленно!

Затем посмотрел на меня и фыркнул.

– Вам не мешало бы принять горячую ванну и сжечь всю одежду, что сейчас на вас.

– Спасибо, я позабочусь о себе сама.

– Ваше право.

И больше не говоря ни слова, Ильгизар быстрым шагом, на который только был способен, покинул комнату леди Олинды Норден. Я семенила рядом, стараясь не отставать. Пройдя через длинные коридоры, мы оказались на лестнице.

В главном холле лорд вручил мне плащ и открыл дверь.

– Экипаж ждёт вас у дверей, – показал он рукой на стоящую повозку без каких-либо опознавательных знаков, запряжённую чёрной лошадью.

Я сделала шаг за порог и поняла, что дождь так и не закончился. Накинув плащ на плечи, только сейчас поняла, что экипаж мне не знаком.

– Это не повозка Академии, – сказала я и повернулась к лорду.

– Всего хорошего, адептка. Надеюсь никогда больше вас не увидеть.

Дверь захлопнулась, и я осталась стоять на пороге.

– И я вас тоже! – крикнула я в сторону двери. – Хам и жуткий сноб!

Надев капюшон, я прижала к себе сумку с инструментами и, трясясь от холода, недосыпа и случившегося в этом доме, села в незнакомую повозку. Высунувшись в окно, крикнула кучеру:

– В Магическую академию. Быстро!

Повозка дёрнулась, и через мгновение повезла меня обратно в Академию. А я, положив сумку под голову, подогнула под себя ноги и моментально уснула.

Проснулась я от жуткого толчка, повозка резко остановилась, сумка упала на пол, я следом за ней. Дверь открылась. Не успела я пискнуть, как на голову надели грязный сырой мешок, а запястья сзади стянули верёвкой в тугой узел. Не особо церемонясь, меня вытащили из повозки. Запнувшись о какой-то камень, я упала на колени и завопила от страха и боли.

– Помогите! – закричала я. Следом на мою голову опустилось что-то тяжёлое, и я провалилась в вязкую тьму.

Глава 10

– София… – услышала я мужской голос и открыла глаза.

Приподнявшись на локте, застонала. Боль вернулась и разлилась по затылочной части головы.

– А-а-а-а, мамочки! Как же больно, – я потёрла ноющее место и осмотрелась.

Похоже на тюремную камеру. Мрачное каменное помещение с одной-единственной лавкой, на которой я сижу. Дыра в углу как отхожее место. Тяжёлая деревянная дверь с маленьким окошком наверху. А над потолком – решётчатое окно, из которого льётся тусклый свет луны, освещая небольшое пространство камеры. Через просветы железной решётки мерно капает непрекращающийся дождь, стекая тонкой струйкой на каменный пол и превращаясь в лужу, которая становится всё больше и больше.

– Бр-р-р, как же холодно! – поёжилась я и, обхватив себя руками, прижала к телу колени.

– София! – вновь этот голос. Я осмотрелась и только сейчас поняла, откуда он доносится. Из того самого окна над потолком.

– Кто там? – тихо спросила я и подняла голову, надеясь увидеть, кто меня зовёт.

– Это я, Эль Мамун, твой наставник.

– О, слава небесам! – я вскочила с лавки и подбежала к тому месту, над которым было окно. – Вытащите меня отсюда, пожалуйста. Я ни в чем не виновата.

– Меня не пускают к тебе как минимум до утра. Видимо, кто-то постарался, чтобы тебя заперли на ночь в этой тюрьме. Я не знаю кто, но, думаю, ты в опасности. Будь осторожна.

– В опасности? – я задрожала от осознания того, что нахожусь в этом жутком месте и никто не поможет, случись что-то ужасное. Стало по-настоящему страшно. – Эль Мамун, что же мне делать?

– Используй защитную магию.

– Но мои плетения никуда не годятся. Они нужны только для акушерства и медицинских операций.

– Иногда и этого бывает достаточно…

Прислонившись к окну, я увидела в свете луны морщинистое лицо наставника в очках, залитых каплями дождя. Серые глаза смотрели на меня упрямо, но с чистой любовью старика к своей внучке.

– Мне страшно… – призналась я и прислонилась к холодной стене камеры.

– Ничего не бойся. Ты смелая девушка, а ещё очень умная и добрая. На-ка вот, держи.

Я повернулась и увидела, как наставник что-то протягивает мне через прутья решётки.

– Что это? – удивлённо спросила я и протянула руки.

– Это передала твоя подруга Анита Корн. Как только она узнала, что ты находишься здесь, быстро собрала мне кое-какие вещи для тебя.

В мои ладони опустился довольно тяжёлый холщовый мешок.

– Эль Мамун, ответьте мне, где я нахожусь.

– К сожалению, в тюрьме, – не задумываясь, сказал мужчина.

– Вы знаете, почему я здесь?

– Ох, София… – отвёл он глаза и убрал руку из окна. – Мне всё рассказали.

– Я не убивала леди Норден, – твёрдо сказала я и ударила кулаком по каменной стене. – Я бы никогда… вы же знаете меня.

– Знаю. Ты слишком добра, чтобы навредить кому бы то ни было.

Я сползла по стене и села на холодный пол. Только сейчас заметила, что на мне был тот самый белоснежный фартук, который выдали в доме Нордена. Вот только сейчас он был весь в крови роженицы. Сжав зубы, я развязала кушак и стянула с себя фартук, чепец тоже слетел, и волосы рассыпались по плечам.

– Эль Мамун! – крикнула я в окно, надеясь на то, что мой наставник ещё не ушёл.

– Да, моя дорогая?

– Почему вы отправили меня к леди Норден? Случай же был крайне тяжёлый и на практике в больнице меня не допускали до подобных операций. Вы говорили, что сначала я должна закончить Академию и только после этого…

– О чём ты говоришь, деточка? – крайне удивлённо произнёс главный лекарь больницы и схватился морщинистыми пальцами за прутья решётки. – Я никуда не отправлял тебя!

– Но как же? – я поднялась и посмотрела в честные глаза Эль Мамуна. – То письмо… от вас. Оно пришло телеграфом. Ректор прочитал его и отправил меня в дом к лорду Нордену, а ещё сказал, что вас нет в городе, поэтому я единственная, кто может справиться с задачей.

– Что? Не может этого быть! – вскрикнул старик. – Я был в городе, но не в больнице, а на совете попечителей. Кто-то сегодня подставил нас обоих, отправив тебя на безнадёжный случай в дом лорда Нордена.

– Но кто? – неуверенно спросила я, не понимая, кто мог сделать подобное.

– Верь мне, София, я бы никогда не отправил студентку на такой тяжёлый случай. Тазовое предлежание, да ещё и обильная кровопотеря. Леди Норден сутки мучилась, и даже если бы я приехал к роженице вместо тебя, то ничего не смог бы сделать! То, что ребёнка удалось спасти, говорит о том, что вы, София Ольсон, большая умница и невероятно трудолюбивая ученица. Я горжусь тем, что ты проходишь практику в моей больнице, а ещё надо обязательно поблагодарить твоего ректора за то, что научил тебя магическим плетениям. То, как ты перевернула ребёнка в утробе матери, говорит о высочайшем уровне владения третьим уровнем магии и твоём потрясающем таланте.

– Спасибо… конечно. Но я не смогла спасти жизнь Олинде. Теперь её ребёнок остался без матери.

– У девочки есть отец. И самое главное, она будет жить. София! Посмотри на меня! – громко сказал врач, и я подняла на него глаза. – Ты спасла жизнь этому ребёнку. Помни об этом. Помни об этом всегда!

– Но все обвиняют меня в том, что я убила жену и истинную лорда Нордена.

– Не все. Только те, кому это выгодно. Мы докажем обратное. Верь мне, девочка.

– Вы думаете, кому-то выгодно обвинить меня в смерти Олинды Норден?

– Да. Я в этом уверен. Убийце надо замести следы, и он решил это сделать с помощью тебя.

– А письмо, которое пришло телеграфом? Его тоже написал убийца?

– В этом нам ещё предстоит разобраться, – наставник оглянулся и замер. – Кто-то идёт, мне пора.

– Эль Мамун. Не уходите…

– Утром я снова приду и, будь уверена, вытащу тебя из этого злополучного места.

– Спасибо, что навестили меня, – я протянула руку, но смогла достать только до кончиков пальцев наставника.

– Девочка моя, прости, что ты находишься в тюрьме, в то время как я на свободе. Жизнь несправедлива. Ох как несправедлива…

Сказав это, Эль Мамуна исчез из окна, а через мгновение я услышала удаляющиеся шаги. Поднявшись с холодного пола камеры, я отряхнула своё выходное платье, прижала к груди холщовый мешок и перебралась на лавку. Накинув на плечи жёсткое покрывало, как будто сделанное из опилок, я подогнула под себя ноги и решила посмотреть, что же мне передала подруга.

Глава 11

Дождь продолжал хлестать за решётчатым окном, и струйка воды, не останавливаясь, стекала по каменной стене. В центре камеры лужа становилась всё больше и больше, и я то и дело смотрела, как она растекается и увеличивается в размерах.

Поёжившись от холода, я развернула мешок и вытащила оттуда всё, что собрала мне подруга: одно яблоко, завёрнутый в жёсткую бумагу хлеб и кусок сухого мяса. Ещё она положила немного печенья и маленькую плитку тёмного шоколада.

Вытащив из мешка свою тетрадь с магическими плетениями, я открыла её и тут же закрыла. Без света прочитать всё равно бы не получилось. Блеск луны иногда выхватывал куски замкнутого пространства, но чаще всего ночное светило пряталось за облако, и поймать его не представлялось возможным.

Поэтому, отложив тетрадь, я вновь засунула руку в мешок и вытащила оттуда тёплую кофту и бумажный конверт. Мысленно поблагодарив подругу за то, что подумала обо мне, я надела кофту сверху на платье. Завернувшись в жёсткое покрывало, вскрыла конверт и развернула бумагу к свету.

«Софи, когда я узнала, что ты в тюрьме, очень испугалась за тебя. Но твой наставник успокоил меня, сказав, что ты сильная и обязательно справишься. А ещё он мне рассказал, что случилось в доме лорда Нордена. Я знаю, что ты не убивала леди Олинду, мне кажется, что вас подставили.

Когда Эль Мамун прибыл в Академию, он первым делом побежал к ректору. Что творилось за дверями Торгрима Стренда, никто не знает. Но их крики, кажется, слышала вся Академия.

Я положила в мешок твою тетрадь с плетениями, если захочешь прочитать её, внутри есть моя особая закладка. Та самая, которую мы сделали вместе на первом нашем уроке по магии. Ты знаешь, как она работает. Поэтому, если захочешь прочитать что-нибудь на последней странице тетради, нужно будет произнести лишь одно заклинание. Ты знаешь какое.

Обнимаю и жду возвращения, твоя подруга Ани Корн».

Отложив письмо, вновь я взяла свою тетрадь и открыла на последней странице. На первый дилетантский взгляд, она была абсолютно пуста. Но девственно чистый лист вполне мог оказаться исписанным. Нужно лишь найти способ увидеть таинственное послание.

И только двое, я и Анита, знали секрет той закладки, что была спрятана внутри тетради. Особая, сделанная из коры мандрагоры с вплетёнными в неё лепестками пассифлоры, она уже сейчас немного светилась и дрожала.

– Флос Люкс, – произнесла я заклинание, которому нас учили, и дотронулась до закладки. Вспыхнув голубым светом, она осветила всё пространство камеры, и я поняла, что перестаралась. Вновь дотронувшись до закладки, забрала часть света и спрятала его в своих пальцах. – Так-то лучше.

Последняя страница озарилась магическим светом, и я увидела, что на ней нарисована карта. А сверху было написано: «Тюрьма Флоххул, вид сверху».

– Это что, план побега? – усмехнулась я и поднесла закладку ближе к карте. Под планом-схемой было написано одно заклинание, которое было мне незнакомо. А в скобках надпись, сделанная от руки: «Скажи его стражнику».

Я опустила ноги с лавки и посмотрела на тяжёлую дверь, что охраняла меня от внешнего мира, словно я была преступницей. А может, так оно и было?

Сидя в тюрьме, я ожидала следующего дня, когда станет ясно, что со мной сделают. Неизвестность пугала, но ещё больше пугали слова Эль Мамуна: «Кто-то постарался, чтобы тебя заперли на ночь в этой тюрьме. Я не знаю кто, но думаю, ты в опасности. Будь осторожна!»

– От меня хотят избавиться! – сказала я себе и задрожала, вдруг осознав эту страшную истину.

За дверью стояла жуткая тишина. И на миг показалось, что люди с той стороны камеры как будто ждали, когда я усну, чтобы прийти и убить меня. Тогда мне точно никакие плетения не помогут. Я погибну в тюрьме за то, что не смогла спасти истинную лорда Нордена.

А что, если сам лорд решил избавиться от меня? Он ведь угрожал мне не раз, когда я была в его доме. И напоследок сказал, что надеется меня больше никогда не увидеть.

Убедив себя в том, что так и есть на самом деле, я задрожала всем телом.

– Ой, мамочки! Что же делать? – я посмотрела в окно и решила действовать. Раскрыв холщовый мешок, начала складывать туда свои вещи: тетрадь, письмо от подруги и остатки еды. Туда же убрала и тёплую кофту. Как ни жаль мне было, но пришлось её снять ради только что придуманного плана.

Повторив в уме заклинание, которое написала подруга в конце тетради, я поднялась.

Я очень боялась, но ещё страшней виделась перспектива остаться здесь и не дожить до утра.

Я не знала планов тех людей, которые привезли меня сюда, перед этим ударив по голове. Надеясь, видимо, покончить со мной, они не рассчитали силу удара, а ещё возможности моего черепа. Он оказался крепче, и я просто провалилась в небытие. Поняв, что меня так легко не убить, они заперли меня в камере, надеясь убрать без свидетелей.

Всё казалось логичным. Я кивнула, наконец-то распутав клубок неясностей. Но от того, что разгадала, легче не стало. Громко выдохнув, подошла к двери и тихонько постучала по грубой деревяшке. Поняв, что меня никто не услышал, постучала вновь.

– Эй! – крикнула я так громко, как позволяли связки. – Стражник! Открой дверь! – забарабанила я кулаком, а затем ударила туфлёй.

Услышав шарканье, я обрадовалась тому, что на меня обратили внимание.

– Чего тебе? – хриплый голос за дверью застал меня врасплох. А и правда, чего мне надо? Маленькое окошко открылось, и я увидела глаза стражника.

– Открой дверь! – крикнула я вновь, расстегнув верхние пуговицы платья и оголив шею.

– Зачем? Сиди тихо, иначе схлопочешь у меня.

– Ты не понимаешь, мне нужно срочно выйти… просто я… просто моя одежда пришла в негодность, – показала я стражнику на своё платье и расстегнула ещё одну пуговицу.

– Чего? – охранник прислонился ближе к двери, его глаза заволокло вожделением.

– Оно всё промокло насквозь, и я, опасаясь заболеть, хочу снять его. Но если я это сделаю, мне станет холодно, даже покрывало из опилок не спасёт. Понимаешь меня? – я вздохнула, понимая, что следующая фраза, решит всё. Сделала губы бантиком и хлопнула глазками. – Может быть, ты зайдёшь сюда и согреешь меня, а?

Глава 12

Долго ждать не пришлось. Я сделала шаг назад, не понимая, что будет дальше. Хотя, наверное, понимала. Как только страшный бугай появится передо мной, мне останется одно: произнести заученную фразу, которую зашифровала подруга на последней странице моей тетради. Непрестанно повторяя заклинание, я надеялась только на одно: не забыть его в самый нужный момент.

Дверь со скрипом отворилась, и я увидела перед собой огромного стражника. Казалось, он выше и шире меня раза в два. Старая разорванная рубаха, зашитая в нескольких местах, висела на нём мешком. В мощной волосатой руке он держал фонарь, через мутные стёкла которого слабо горел жёлтый свет, в другой руке у него были ключи. Сбоку на кожаном ремне висел меч в ножнах.

– Согреть тебя, говоришь? – пробасил стражник и улыбнулся щербатым ртом. По уродливому лицу пробежала тень нестерпимого желания. – Я очень даже не против. Это… я только за.

– Ой, мама… – прошептала я и сделала шаг назад. Не заметив холщовый мешок за спиной, споткнулась и упала на попу. Вскрикнула и сморщилась от боли.

– Не ушиблась? – пробурчал стражник, поставил фонарь на каменный пол и потянул ко мне свои лапищи. – Сейчас я тебя пожалею и согрею. Акуб всегда готов.

Стражник улыбнулся своим большим ртом и наклонился ко мне. Закрывшись руками от огромного страшилы, я молилась только о том, чтобы он меня не раздавил. Но вдруг в голове что-то щёлкнуло, и заклинание всплыло передо мной яркой фразой.

– Ваде сомнум кустодие! – крикнула я и взмахнула руками, выпуская плетение второго уровня.

Заклинание ударилось в крупного стражника, и тот, покачнувшись, начал заваливаться. Наступил ногой на фонарь, отчего тот превратился в стеклянное крошево. Огонь последний раз вспыхнул и погас под грязной пяткой стражника Акуба.

В этот самый момент в камеру кто-то забежал и, не успев увернуться от падающего стражника, начал заваливаться.

– Хлябская прорва! – успел крикнуть мужской голос и замолк.

– Ой! – проронила я. – Хлябская прорва… – повторила я, понимая, что где-то уже слышала это.

На полу лежал стражник, а из-под него выбирался… лорд Ильгизар Норден. Свет луны осветил разгневанное лицо и пылающие яростью глаза дракона. Всё это было направлено на меня и не предвещало ничего хорошего.

– Адептка, вы в своём уме? – с силой оттолкнув от себя тушу стражника, лорд поднялся, отряхнулся, посмотрел на лицо громилы и сморщился. – Мерзость! – оттолкнул его ногой и, увидев в руке связку ключей, схватил их.

– Вы? – словно очнувшись ото сна, я взглянула на хмурого лорда. – Но что вы здесь делаете?

– Догадайтесь, Ольсон! – он подал мне руку, и по его лицу скользнула злорадная ухмылка. – Поднимайте свой симпатичный зад, и уходим, пока не пришла пересменка.

Не смея больше медлить, я протянула руку и обхватила пальцами крепкую мужскую ладонь. Не успела опомниться, как мой нос уткнулся в широкую грудь лорда. От терпкого аромата кардамона и табака закружилась голова, и я попробовала отстраниться. Но ничего не вышло. Руки мужчины крепко держали меня и не хотели отпускать.

Мы стояли рядом в мрачной камере, около лужи мутной воды, спящего под ногами стражника и раздавленного фонаря у двери. Смотрели друг другу в глаза и молчали. В это мгновение, кажется, каждый думал о своём. Я – о том, что здесь делал этот грозный лорд и почему он так пристально на меня смотрел.

– Вы пришли убить меня? – тихо спросила я, не понимая, как повернулся язык такое сказать.