Как я в сказку попала

В оформлении обложки использована иллюстрация автора Antracit «unicorn» ФАЙЛ #:115641417 с https://stock.adobe.com/ru/

Когда-то я была человеком. Всамделишным.

И все было у меня, как у людей. Работа с маленькой зарплатой, парень, с которым мы напополам снимали квартиру, и подруга, вечно ноющая мне в жилетку. В общем, счастье невообразимое.

Но как-то под Новый год я разболелась. Меня отпустили домой за несколько часов до окончания рабочего дня.

Уже догадались, чем все завершилось? Да! Именно так, зайдя в квартиру, я увидела чудесную картину наставления рогов на свою русую головку. Что было дальше, сложно описать в двух словах. Но сводилось к одному – они не специально, все вышло случайно, и, вообще, это же только первый и единственный раз.

А у меня температура, голова больная, нос течет… Убежала я от предателей. А куда в декабре удерешь-то. На лавочке не отсидишься. На морозе плакать не будешь.

Это я так думала, пока не устала. Присела, заревела. Лицо в варежках спрятала.

– Чего слезы льешь, девонька? – неожиданно услышала голос старушки.

Не убирая рук от лица, я ответила:

– Сказка кончилась, – и с новой силой разревелась.

– И хороша была та сказка? – не отставала старушка.

А мне так поговорить с кем-то хотелось. Чтобы меня поняли, пожалели. Да и не отказывать старому человеку в любопытстве.

– Нормальная, – ответила и хлюпнула носом.

– И принц в ней был?

– Не было. Не нужны мне принцы! И любовь не нужна!

Я проверила карманы пуховика. Опять платка не положила.

– А что же тебе нужно? – протягивая пачку бумажных платочков, спросила старушка.

– Спасибо! – поблагодарила ее.

А сама призадумалась, какую бы сказку я хотела.

– Не знаю, – ответила честно, так и не представив своей небылицы.

– Пойдем, чайку попьем, – предложила старушка.

И я после этих слов посмотрела на нее. Обычная такая, старенькая, с клюкой.

– Нет, спасибо, – вежливо отказала ей.

Пора было уже возвращаться. Таблеток принять. Может, изменников уже и след простыл. Хоть высплюсь.

– Ну, как хочешь, – не стала настаивать старушка.

Я слабо улыбнулась ей и вернула неиспользованные платочки. Показалось, что глаза старушки сверкнули. Да, нет, точно сверкнули! Но это стало ерундой на фоне удара клюкой о лоб.

Так началась моя сказка.

Сказка

Жила-была… нет, не так! В некотором государстве…снова не оно! Как там обычно сказки начинались? Ну, в общем, вспоминайте любое любимое вами начало, а я буду вещать свою историю.

Глава 1

– Какая красивая, – услышала я сквозь дрему.

Сначала подумала, что это мой Егорка умиляется. А потом вспомнила, как он с Машкой мне рога сооружал, как я убежала, старушку ту, клюку по лбу… Ох, это же меня побили средь бела дня!

– Тише ты! – шикнул другой голос. – Разбудишь, а я еще рог не рассмотрел!

– Если в стаде узнают об этом…

– Не узнают, если болтать не будешь!

– Ты посмотри, какая грива, – восхищение в голосе было неподдельным.

– Она прекрасна, – согласился второй. – Как думаешь, откуда она пришла?

И вот, лежала я и размышляла. О том, где я, кто разговаривает, и кого они обсуждают?

Распахнула глаза и тут же в неверии закрыла. Надо мной склонились лошадиные морды! Но какие-то они неправильные были. Приоткрыла один глаз. Так и есть. У них рога, у каждого по одному, прямо во лбу.

Полежала и посчитала до десяти. Снова открыла глаза. Ничего не изменилось.

– Ну, вот… – вздохнул конь.

Конь?! Вздохнул?! Да, нет, он говорил!

– Я умерла? – спросила у… кем они были, кстати?

– Нет, – ответил серый, второй был белым.

Смех и только, прямо как гуси! Но едва ли их можно было назвать птицами.

– Вы кто? – спросила, а сама надеялась, пусть на жестокий, но розыгрыш.

Надо было встать, но тело не слушалось. Я не чувствовала даже своих пальцев.

– Я Арама, – ответил белый.

– А я Ренис, – за ним серый.

Определенно, сумасшествие настигло меня.

– Я не про имена, вид у вас какой? Что вы за кони такие?

Я разговаривала с лошадьми. Да, ладно, разговаривала – они мне отвечали!

На мой вопрос отреагировали странно. Состроили обиженные морды и отошли. Вы когда-нибудь видели оскорбленную лошадь? Я, вот, тогда впервые наблюдала такое.

– Эй, вы чего? – робко позвала их.

В ответ лишь фыркнули.

Решила тоже обидеться. Мотнула головой. О, чудо! Я могла шевелиться! Но что с пальцами? Попыталась посмотреть. Но произошло что-то странное. Сначала на глаза опали белые пряди. Но я ведь была натуральной русой, безо всякой челки. Но это оказалось половиной беды. Или даже ее надцатая часть. Вместо ладоней я обнаружила у себя… копыта?

– Что со мной?! – испуганно вскрикнула я.

Арама и Ренис мигом позабыли о своей обиде и прискакали ко мне.

Кошмар! Это, точно, был ужас наяву! У меня не только копыта, но вся я оказалась лошадью! Да лучше бы я Егорку еще раз с кем-нибудь застала, чем осознала это!

– Я лошадь!!! – крикнула что было сил и разревелась.

И даже слез не утрешь.

Это, определенно, та карга устроила! Чтоб платочков на меня не тратить!

– Ну, ты чего? – уговаривал Арама. – Ну, какая ты лошадь? Ты самая красивая единорожка, которую я видел.

– Я тоже, – подтвердил Ренис.

– Вы не понимаете! Я кобыла! – не успокаивалась я.

Уложила морду на землю. Не было у меня больше лица! От этой мысли еще сильнее разрыдалась. За что мне такое?

Арама и Ренис ртов не раскрывали. Или пасти? Что там у лошадей обычно? А у единорожек?

– А как тебя зовут? – осторожно спросил Ренис, когда я притихла.

– Р… – имела ли права на свое человеческое имя, я не знала, – … ожка. Я Рожка! – сказала и сама как-то уже стерпелась с этим.

Хотя не так. Не смирилась. Но решила искать выход. Способ обратного превращения. Да просто что-то делать! Чего было страдать, если это не помогало? Хотя я еще не попробовала, как следует, этим заняться.

Страдала я восемь дней. Благо зелени вокруг было – жуй-не пережуешь. Да-да, я щипала травку, как взаправдашняя лошадь. И даже вполне искренне наслаждалась вкусом. А что было делать, когда огромное пузо требовало пропитания? Поэтому я сдалась.

А еще привыкала к новому телу. Не так-то просто ходить на четырех копытах, пусть и красивых, как в голос меня уверяли Арама и Ренис. После этого я вновь ложилась и ревела.

А пить из озера, в котором я купалась, пусть и самого чистого? День продержалась, больше не смогла. И потом снова плакала.

Единороги постоянно приглашали посетить их стадо, развеяться. Но что могли знать кони о страданиях человеческой души? Вот так я им и отвечала. А они вздыхали и что-то про магов-фанатиков говорили.

Часто вспоминала ту старушку и пыталась понять, за что же она со мной так обошлась. Единственное, что приходило в единорожью голову – ей понадобилось мое тело. Конечно, не самое прекрасное, но в ее возрасте разве дело – выбирать? Потом я обдумывала страшную догадку о том, что какую-то бедную, но очень красивую, единорожку лишили души, а тело отдали мне. И так жалко нас обоих становилось! А вдруг ее вселили в мое человеческое тело?

В общем, на девятый день я решилась и… взглянула на свое отражение. Удивительно, но оказалось, что единороги, в моей морде, умели визжать. Врали Егорка и Машка об одном разе! А как еще было реагировать на большой рог во лбу? Нет, я, конечно, уже поняла, что не являюсь обычной лошадью, но зачем такой огромный?

Спросила у Рениса и Арамы, а они так странно глазки потупили и копытами землю расковыряли. Эх, без рук нечего в бока упереть! Я выставила условие: посещу стадо в обмен на подробные объяснения. Запинаясь, Арама поведал, что рог для единорога – нечто вроде самого интимного. Как достоинство у человеческого мужчины, поняла я. Но он же на виду.

– Да вы ржете надо мной! – обиделась я и, махнув хвостом, отвернулась.

– Ну, Рожка, это же знают все единороги! – настаивал Ренис.

– Но я-то человек! – крутанувшись, крикнула ему. – Была когда-то, – добавила уже тише.

– Ты только не плачь, – зная мою последующую реакцию, уговаривал Арама.

– Не буду, – вздохнула. – Что там еще у единорогов запрещено, кроме того, как рог рассматривать? Кстати, а почему у тебя он меньше, чем у Рениса?

– Такие вопросы тоже нельзя задавать, – оскорбился Арама.

Я лишь фыркнула в ответ. Откуда же мне было знать их единорожьи правила приличия?

– Считается, что, чем больше рог, тем большей магией обладает его носитель, – рассказал Ренис.

– Какая магия? У лошадей? – заржала в ответ. – Будь у меня магия, я бы сразу превратила себя в человека, а не ходила кобылой!

– Прекрати сравнивать нас с лошадьми, конями, кобылами и прочими животными! – взбесился вдруг Арама.

– Ты чего? – непритворно испугалась я, отступила на пару шагов, но запнулась о камень и упала. – Ай! – вскрикнула, почувствовав резкую боль в левом заднем копыте.

– Рожка! – подскочил ко мне Ренис. – Смотри, что ты натворил! – сказал, не глядя на Араму.

– Больно! – простонала, когда серый прикоснулся к копыту своим рогом.

– Потерпи, Рожка, – обеспокоенным голосом проговорил Ренис, а потом его рог засветился.

Я так засмотрелась, что даже забыла о боли. Тем временем единорог уперся кончиком рога в мое поврежденное копыто. Я боялась, что он его проткнет. Хотела даже одернуть, но не смогла.

– Она сломала копыто, – зло заключил Ренис.

– А я тут при чем? – спорил Арама.

– Не понимаешь?! Тогда ты точно конь! – впервые я услышала, как единорог рычал. – Все! Не мешай!

Рог Рениса не прекращал светиться, но потом произошло, вообще, чудо – сияние перескочило на мое копыто. Сначала я смогла почувствовать его полностью, затем ощутила легкое покалывание.

– Не вставай пока, Рожка, – отступив от меня, сказал Ренис.

– Это ты меня вылечил? – я неверующе смотрела на копыто.

Хотя иначе на все свои нижние конечности и их окончания никогда не глядела.

– Да, – ответил серый. – Магия единорогов способна лечить.

– А что еще она может? – спросила, а сама уставилась на рог Рениса, он показался мне безумно интересным.

– Не многое, – не замечая того, что я его рассматриваю, рассказывал серый единорог. – Определять ложь, передавать мысли, телепортироваться, но лечение – основная способность.

– Я, конечно, обещал не мешать, – потревожил Арама, – но, Рожка, пожалуйста, не пялься так пристально на рог Рениса.

Я отвела свой взгляд. И почему-то так стыдно стало! Ведь говорили, что нельзя, а я все туда же.

– Простите, – пробормотала я и принялась ощипывать рядом растущую травку.

Вкусная какая!

– Ты, правда, всего этого не знаешь? – с грустью спросил Ренис.

– Я в который раз повторяю, – прожевав, ответила ему, – что была человеком до того дня, как вы меня нашли.

– Невозможно человека превратить в единорога, – уверенно возразил Арама.

– Но меня же превратили, – спорила с ним.

– Ты всегда была единорогом, просто после опытов мага забыла об этом, – упорствовал белый.

– Хватит! – вмешался Ренис. – Рожка, можешь вставать. А ты, Арама, возвращайся в стадо.

– Я никуда не пойду один, – фыркнул Арама. – Вот еще! Объясняйся сам с Карей.

– А это кто? – тут же поинтересовалась я.

– Моя невеста, – скромно и как-то виновато ответил Ренис.

– Так что же все время тут проводишь? – удивилась я. – И, вообще, пойдемте уже в стадо.

Этот момент, наверное, стал решающим в моей жизни. Чудесного обратного превращения не произошло. Я все такая же единорожка. А единорогом быть – по-единорожьи жить.

Мне так понравилось скакать! Раньше я не решалась на это, боялась, что запутаюсь в копытах. Но попробовав, узнала, как здорово обгонять ветер. Ржала я, не сдерживаясь. Пусть не лошадь – единорог – но ржать можно было без ограничений. Главное, при этом не рассматривать чужой рог. Хотя я все равно не понимала почему. Он же на виду!

Когда мы вылетели на холм, я увидела чудеснейшую картину. Долина, с трех сторон окруженная скалами, с яркой и, наверное, сочной травой, с деревьями, на которых зрели фрукты, и несколькими озерами с прозрачной, до дна, водой. Я приостановилась, Арама и Ренис – тоже.

– Нравится? – вернул меня в реальность Арама.

– Очень! – ответила, не скрывая своего восхищения.

– Это территория нашего стада, – с гордостью сообщил Ренис.

– Говоришь, как король, – попыталась пошутить я.

– Когда-нибудь стану, – ответил он и сорвался вниз.

– Что? – вслед ему спросила я. – Арама, что это значит?

– Ренис – принц единорогов, – ответил белый и устремился за Ренисом.

Мне ничего не оставалось, кроме как увязаться за ними.

Вот так в моей сказке появился первый принц.

Встретили меня плохо, несмотря на то, что я ни разу не взглянула пристально на чей-нибудь рог. Крупные единороги преградили мне путь, но при этом никак не пояснили почему. Меня такое возмутило! Я, вот, решилась, прискакала, а они?

– Арама! Ренис! Как это понимать?! – крикнула я, что было сил.

А сил было много. Преградившие мне путь единороги даже уши поприжимали. Я и в бытность человеком была очень визгливой, а единорожкой могла сойти за сирену воздушной тревоги.

– Пропустить! – вместо знакомых мне вперед вышел седой единорог.

Именно седой, хотя местами еще сохранялись черные клочки шерсти.

– Кто ты? – тихим старческим голосом спросил он.

– Рожка, – так же чуть слышно ответила ему.

Почему-то в мою единорожью голову не приходило мыслей о том, что мне делать дальше? Как жить? К чему стремиться? И как мне быть, если в это стадо не примут?

– Кто твои родители, Рожка? – ворвался вопрос единорога в мои мысли.

Какая же я бессовестная, глупая и неблагодарная… единорожка! Ни разу за эти дни не вспомнила о своих родителях! Как они? Что с ними станет, когда они прознают о моем исчезновении? И так жалко себя стало.

Я разрыдалась. Не стесняясь, положила голову на спину единорога, для опоры.

– Они люди, – сквозь слезы пробормотала, – и я была человеком. Когда-то.

Седой никак не возражал против моего самоуправства. А мне, честно, было совсем все равно. Да, у стариков еще трое сыновей, одни не останутся, но дочка-то одна, любимая, поздняя…

В себя я пришла от резкого толчка в бок. И я бы не обратила на него внимание, не почувствуй эффект удара током. По-другому и объяснить сложно. Меня забило изнутри, да так сильно, что я боялась упасть. Когда дрожь дошла до головы, в ней будто студень поколотили. А затем внезапно стало хорошо.

Я обернулась на то место, где почувствовала прикосновение. Седой единорог не скрывал своего вмешательства.

– Что это было? – спросила, медленно отступая от него.

Мог просто сказать, что не хотел пребывать жилеткой для слез, а не биться электричеством.

– Я убрал твои печали, – сдержанно ответил он. – Нет смысла плакать по тем, кого уже нет.

– Но они есть! – возразила я.

И тут же поняла, что от былой грусти не осталось и следа. Странно так. Только показалось, что жизнь кончена, и все плохо, а тут стало все равно, будто годы прошли, оставив за собой лишь легкий след печали.

Мы остались с седым единорогом одни. Даже не заметила, когда другие ушли. Значило ли это, что меня не приняли? Или со мной хотели поговорить наедине?

– Меня зовут Руст, и я король этой долины, – представился старый единорог.

– А корона где? – с сомнением посмотрела на него.

Да, и на рог мельком взглянула. Красивый!

– Я перевожу наши титулы на человеческие понятия, – невозмутимо пояснил Руст. – Ты ведь человек?

– Была человеком, – со вздохом ответила ему.

– Я верю тебе, – удивил он меня. – Но больше никому не следует говорить об этом. И неверие – это меньшее из зол.

– А какое большее? – показалось, что он убеждал меня лишь ради спокойствия в его стаде.

– Арама и Ренис говорили тебе о магах-экспериментаторах?

– Что-то было…

– Они, действительно, опасны. Даже для обычного единорога. А теперь представь, что кто-то прознает о твоей человеческой сущности.

– Но, может, они смогут вернуть меня обратно?! – пришла ко мне догадка.

– Есть такой шанс, – согласился седой, – а могут при неудаче пустить твои органы на ингредиенты.

– Это как?

– Единорог – существо магическое. Грубо говоря, он весь сотворен из магии. Рог лишь собирает и трансформирует ее. И потому любой твой орган будет востребован.

Куда я попала?

– Поэтому постарайся привыкнуть к тому, – продолжал Руст, – что ты единорог. В конце концов, не так уж и плохо им быть.

– Так вы принимаете меня? – подозрительно уточнила.

– Да, я принимаю тебя в стадо, – серьезно сообщил седой. – Но я не могу приказать всем быть с тобой приветливыми. Да и при такой возможности все равно не стал бы этого делать. Ты сама должна найти свое место.

Ну, прямо-таки верх гостеприимства!

Руст ускакал в толпу, которая собралась, должно быть, поглазеть на меня. Я, с самым независимым видом, который только смогла принять единорожка, потопала за ним. Единороги передо мной расступались, пропуская вглубь. Что там, в конце, я не знала. Но шла. И старалась при этом ни разу не взглянуть на рога собравшихся.

Внезапно мой путь преградили.

– Если ты думаешь, что можешь просто так прийти и получить все самое лучшее, то сильно ошибаешься! – высказалась рыжая единорожка.

Две другие, белого окраса, кивнули, подтверждая ее слова.

– А ты кто, чтобы меня обламывать? – с вызовом спросила я.

Пусть она просто кобыла, но я ведь тоже! И не позволю этой лошади портить мою, и без того несчастную, единорожью жизнь.

– Будущая королева! – с горделивым видом сообщила она.

– Каря? – уточнила, в голове объединяя факты.

– А ты откуда знаешь? – удивилась она.

– Ренис рассказывал, – спокойно ответила и попыталась ее обойти.

– Так это он к тебе каждый день бегал?! – стуча копытом и раздувая ноздри, возмущенно спросила Каря.

Ее приспешницы окружили меня, не давая прохода.

Ну, это уже просто бред! Ревнивой лошади только не хватало!

– Послушайте, кобылы, мне ваши кони не сдались! – высказала им. – Надеюсь, что раза вам хватит, и не придется это повторять?

Наверное, я их жутко оскорбила, или у них замедленная мыслительная деятельность, но, замерев, единорожки позволили пройти дальше.

Чего я не ожидала увидеть, так это домов. Пусть не построенных, а сплетенных из растущих тут деревьев и кустов, причем так, что издалека невозможно догадаться о наличии жилья. Я растерянно встала. Неуютно быть под наблюдением стольких глаз, пусть и единорожьих.

Из ниоткуда вынесся Арама. Следом за ним, чуть не налетев на меня, выскочила маленькая черная единорожка.

– Догнала! – восторженно заявила она.

– Рави! – осек ее Арама.

Мне показалось, что он смутился меня.

– Но папа! – обиделась Рави.

Ничего себе! А на вид и не скажешь, что он уже отец.

– А почему у тебя дочка черная? – только и спросила я.

– Я на маму похожа! – ответила сама Рави. – А ты жилье выбираешь, да? Смотри, к Спарту не ходи – у него уже три жены, а у Фанира – две, у Орта жена сварливая – не примут тебя…

– Подожди! – остановила я ее. – Как выбирать? И про кого ты рассказываешь?

– Рожка, – подойдя ко мне вплотную, прошептал Арама, – У нас есть обычай, что единорожка сама выбирает себе мужа, входя в его жилье.

– Подожди, а как же Каря? Она ведь невеста Рениса! – таким же шепотом спросила его.

– Ну, она еще молода, чтобы становиться женой.

И тут я поняла, что он имел в виду… Но это же извращение! Я – с конем?! Да никогда! Ни за что!

– А можно мне как-нибудь без сожителя обойтись? – с надеждой спросила Араму.

С моим вопросом белый единорог сразу же повеселел. А Рави сделала вид, что совсем-совсем не подслушивала.

– Конечно, можно! – ответил он.

И зачем тогда, вообще, эту ерунду мне рассказали? Я же теперь буду бояться свободно перемещаться! А то стану еще чьей-нибудь женой, со всеми вытекающими… устрашающими…

– Зачем же вы мне голову морочили? – громко возмутилась я, чтобы все услышали это. – Сказала же, не нужны мне ваши… единороги, – вовремя вспомнила, что другое обращение для них оскорбительно.

– Папа, а можно ей с нами жить? – вопрошала Рави, смешно прыгая вокруг Арамы. – Она мне нравится.

Он смущенно – то еще зрелище! – посмотрел на меня. Я засомневалась.

– И в каком статусе я окажусь?

– Просто гостьей, – убеждал он меня.

– Точно?

– Точно! – ответила за него Рави.

– А твоя мама? – с подозрением уточнила у черной малышки.

– Ее пока нет, – с грустью ответила она мне. – Она на службе.

– Пойдем, Рожка, – прервал нас Арама. – В моем жилье поговорим.

Я с ним согласилась. Пусть все вокруг делали вид, что вышли просто травки пожевать, но я не обманывалась. Наверное, скучно им жилось тут, в долине. Чем еще заниматься единорогам, кроме как слухи собирать? Ох, неужели и меня это ждет? Хотя, была же тут какая-то служба…

Мы проскакали почти через весь лесок-городок и остановились возле ничем не примечательного домика. Первой туда вошла Рави, Арама пропустил меня следующей.

Что могло быть в жилище единорога? Я, конечно, понимала, что вряд ли там будут стойла, как в конюшне, но уж точно не ожидала увидеть стол и возвышения, заменявшие кровати. А я все эти дни на земле спала.

Возмущенно обернулась на Араму. Ведь видел, как я жила, и молчал, что единороги на улице не спят!.Только про рог и трындел. Или я другого просто не запомнила?

– А чем вы целыми днями занимаетесь? – выбрав себе лежанку, я тут же улеглась на нее, оттуда и спрашивала.

– Да чем угодно! – воодушевленно ответил Арама. – Можем скакать весь день или купаться, можем тренироваться или спать.

Похоже, я была права в своих выводах. Жизнь единорога – это очень скучное бесцельное существование.

Но разве не такой должна быть сказка?!

Глава 2

– Рожка! Слезай оттуда! – в который раз кричал мне Арама.

– А ты достань! – дразнила я его.

– Единороги не лазят по деревьям! – наставительно прокричал вновь.

– Это ты Рави будешь рассказывать! – свесив копыта, ответила ему.

– Рожка, но ты же не сможешь вечно там прятаться! – применил он последний аргумент.

– Это почему? – не сдавалась я. – Мне тут удобно, пожевать, есть чего, – в доказательство сорвала листок с ветки. – Фу! Гадость! – выплюнула.

Пожалуй, про еду я погорячилась. А если быть совсем честной, и про удобство тоже. Но чего только сделаешь, когда в долине с приходом весны ко мне прибавилось внимания. Да-да, того самого.

И пусть с каждым днем я становилась все больше единорогом, на такие отношения никогда не соглашусь. И только неразумные выходки, как лазанье по деревьям, отгоняли от меня всех кавалеров, которые были поражены моей красотой. Их послушать, так я красавица невероятная! Впрочем, с этим и не спорила. Но любоваться собой давала только на расстоянии. Что не мешало им каждую ночь заваливать вход цветами, некоторые из которых, как рассказывала Кратя, жена Арамы, чрезвычайно редки.

Эх, бежать мне надо отсюда! Но куда деваться одной маленькой единорожке? На службу к людям? Идея замечательная, но никто не брался меня туда провожать.

Вернее, не так. Кратя только вернулась, с остальными единорожками отношения у меня остались напряженными из-за моей же красоты, а с единорогами я сама боялась оставаться наедине. И ведь не понимали кобылы, что, проводив меня, они избавились бы от мнимой конкурентки!

А еще, ко всем несчастьям добавилась моя полная амагичность. По сути, я не была даже единорожкой, а так – кобыла с рогом. И чем в таком случае могла бы быть полезной людям – не знала.

– Рожка, пойдем, в озере искупаемся! – все еще заманивал меня Арама.

Снисходительно посмотрела на него. Нашел куда пригласить! Да я в бытность человеком такой раздетой себя не чувствовала, как под пристальным вниманием многих пар единорожьих глаз!

Определенно, надо расспросить Кратю о дороге и бежать отсюда. Хотя я уже спрашивала, но, увы, она использовала врожденную способность телепортации, которая мне недоступна.

Часто я мечтала о том, как встречу ту старушку и… дальше я не знала, что делать. То ли слезно просить вернуть меня обратно, в человека, то ли заехать ей под зад своим невероятно красивым рогом.

– Рожка! – протянула тоненьким голосом Рави. – А как ты туда залезла?

– Как-как… – не глядя на нее, пробурчала я, – молча!