Происки Судьбы: «Небезразличные»

– Как погляжу, ты уже ознакомился со всем, что я раздобыл для побега.

– Да.

– Что ж, делать тебе этого явно не следовало, ведь теперь я передумал!

– Как? – удивился Паша. – Ты ведь и разрешение уже для нас получил.

– А вот не надо было в вещах копаться! Разве дед тебя не учил?

– Учил… – виновато произнес мальчик.

– Со мной то же правило!

– Хорошо.

– Ладно, вижу, больше не будешь, хе-хе, – ухмыльнулся Сергей Александрович. – Все-таки уже поздно передумывать. Начинай настраиваться!

– Я уже!

– Прям уже?

– Да! Хоть сейчас!

– Это чудесно, но, к сожалению, я подписался на две недели тяжелого труда в вашем доме… – поведал Сергей Александрович.

– Плевать! Нам нужно бежать! Как можно скорее! – ошеломил дядю племянник прытью.

– Хочешь, чтобы я обманул Оксану Леонидовну?      – Да! – воскликнул Паша, а затем, завидев, что мужчина почуял неладное, поспешил добавить: – Безопасность важнее всего!

– Это да… Паша, скажи мне, в мое отсутствие ничего не случилось?

– В каком смысле?

– В прямом. Признавайся давай! – надавил Сергей Александрович.

– Ну, если честно… – сделал паузу мальчик, – просто я плохо себя чувствую в последнее время. Я не хочу жить в страхе, понимаешь?

– Понимаю. Очень даже. Я согласен! Мы сбежим завтра!

– Ура!

– Но эту ночь тебе придется провести без меня. Я вернусь под утро, вместе с рассветом, и мы, не теряя лишнего времени и не будя твою мать и сестер, отправимся в путь. Завтра же я и расскажу тебе обо всем.

– Хорошо! Ты ведь уходишь купить еду?

– Нет конечно, с чего ты это взял?

– Ну, в мешке ее нет.

– Верно. Мы будем есть траву и насекомых. Если повезет, поймаем белку!

– Сырую съедим?!

– Да! Не хочу хвастаться, но я профессиональный выживальщик! – гордо объявил Сергей Александрович.

– Но я-то нет! Я не хочу есть всякую гадость! – запротестовал Паша.

– Так уж и быть! Куплю нам еды! – рассмеялся мужчина и покинул комнату.

Мальчик остался наедине со своими мыслями. Впереди его ждала непростая ночь: ему снились кошмары, он много ворочался и стонал. Паша не мог избавиться от мысли, что бросил лучшего друга на произвол судьбы. С людьми, которые хотят его убить. Более того, мальчик не признался в этом дяде – единственному человеку, которому он мог доверить практически все. Чувство вины давило на него, а надежды на то, что произошедшее днем ни к чему плохому не приведет, было очень мало. С большим трудом мальчик все же заснул.

Проснулся Паша из-за того, что его окатил ледяной водой его дядя. «Подъем! Подъем! Труба зовет!» – тихонько, чтобы не разбудить остальных, воскликнул мужчина. От неожиданности его племянник свалился с кровати, а затем, едва встав на ноги, схватился за одежду и надел ее на себя. Сергей Александрович протянул ему набитый рюкзак. Паша осмотрел его и, ещё не отойдя от сна, вопросительно взглянул на дядю. Тот повернулся к нему спиной, чтобы показать, что у него такой же, только побольше. Затем мужчина попросил племянника присесть и положил перед ним тарелку с яичницей.

– Попрошу не восхищаться моим талантом готовки, а кушать молча, пока я рассказываю про поход!

– Хорошо, – произнес Паша, зевнув.

– Что-то ты больно сонный… пойду-ка ещё ведро принесу!

– Нет-нет! Я не сплю! – мальчик тут же встряхнулся. – Я уже ем!

– Приятного аппетита! – рассмеялся Сергей Александрович. – Итак, я изучил карты, и город, в который мы направимся, расположен достаточно далеко. К нему ведут два пути – длинный и безопасный, а также короткий и неизведанный. В первом случае мы пройдем через места, в которых лес редеет, а затем выйдем к дороге в точке, которая находится от города даже дальше, чем мы сейчас. Лошадей у нас нет, как и повозки. Идти придется пешком. Думаю, ты прекрасно понимаешь, что на такой путь уйдет несколько недель. И это слишком долго: припасов нам точно не хватит. Поэтому у меня есть предложение пойти напрямую, то есть коротким путем. Его опасность заключается в том, что нам придется пробираться через самую чащу. Произойти может все что угодно. Что скажешь?

– Ну, раз ты профессиональный выживальщик, я соглашусь с тобой. Какое путешествие без приключений? – произнес, дожевав, Паша.

– Отлично. Так мы окажемся в том городе уже очень скоро. Не пройдет и недели. Вот мои правила: всегда держись рядом – раз, следуй моим советам и указаниям – два, а также старайся не паниковать, даже если что-то пойдет не так – три, – загибая пальцы, продиктовал мужчина.

– Принято!

– Что ж, доедай, и отправимся в путь.

Когда Паша закончил с яичницей, они с Сергеем Александровичем тихонечко спустились по лестнице и сразу же направились к выходу. Родственники накинули куртки, и мужчина уже отворил дверь, когда его племянник вдруг направился в спальню матери. Отпустив дверь, Сергей Александрович схватился за голову. Ему хотелось накричать на Пашу, но он не мог – иначе всему пришел бы конец. Мужчине пришлось пойти вслед за мальчиком. Тот заглянул к Оксане Леонидовне и остановился. Он думал о том, что ещё долго не увидит свою маму. И мысленно дал обещание обязательно вернуться, когда всё утихнет. Затем Паша заглянул к сестрам. Он заметил, что одеяло упало с кровати Насти, и, к возмущенным жестикулированиям своего дяди, подошел к нему. Мальчик знал, что его любящая порядок сестра расстроится, если проснется и увидит одеяло на полу. Он поднял его и укрыл её идеально ровно, как никогда прежде. Постояв ещё несколько мгновений рядом с кроватью Маши, Паша повернулся к Сергею Александровичу. «Я готов», – прошептал он, и родственники покинули дом.

– Поверить не могу, что вижу этот дом, часовую башню и прочие строения в последний раз, – произнес Паша, когда они с дядей шли по городу.

– Да, я тоже, – сказал Сергей Александрович, и больше, пока не покинули город, путники не разговаривали.

Стоило им выйти за высокие каменные стены, мужчина с наслаждением воскликнул: «Эх, свобода!» Паша улыбался. Он видел лес, через который им предстояло пройти. Даже издалека он казался чрезвычайно огромным. Мальчику было страшно представить, насколько неприступным он будет, когда они подойдут к нему поближе.

– А что это там? – спросил Паша у дяди, указав на объект вдалеке.

– Что? Это? Это колодец. Очень старый. Давно заброшенный. Двадцать лет, как никто не пользуется. Можем подойти и рассмотреть, если хочешь, время у нас есть, мы уже за стенами, где за нами вряд ли кто-то следит, – предложил Сергей Александрович.

– А давай! – согласился, обрадовавшись, Паша.

Они подошли к старому, накрытому досками колодцу. От него несло тухлой водой.

– Наверное, нам следует отойти. Воняет слишком ужасно. Ещё подхватим чего… – сказал Сергей Александрович, зажав пальцами нос.

– Интересно, а там ещё есть вода? – поинтересовался Паша.

– Понятия не имею и иметь не хочу!

– Ну пожалуйста, давай хотя бы мельком взглянем?!

Невзирая на вонь, по просьбе племянника Сергей Александрович встал у колодца и поднял доски, которыми его когда-то накрыли. То, что родственники увидели на дне, привело обоих в состояние ужаса.

– Что за черт?! – отскочив в сторону, вскрикнул мужчина.

У Паши пропал дар речи, он побледнел. В колодце лежал труп. И не кого-то, а его бесценного друга, которого ещё вчера он оставил на растерзание пьянчугам «круглого стола». Сергей Александрович хотел было что-то добавить, закричать, но понимал, что уже создал достаточно шума.

Мужчина заметил, что Паша подошел слишком близко к колодцу и поспешил оттащить его, пока тот не упал. По окаменелому виду племянника дядя догадался, что это именно то, что тот от него скрыл. Ему оставалось произнести только одно: «У нас нет выбора, нужно двигаться дальше».

Глава 16

По обновленным улицам небольшого города гуляли сотни людей, среди которых были как его жители, так и туристы из самых разных городов и стран. С изменениями, произведенными свыше, все только и делали, что думали о будущем этого замечательного места: никто не сомневался, что получивший новую жизнь город вырастет и станет новой столицей. Красная черепица, нежно оранжевые стены зданий, часовая башня с огромным золотым циферблатом, новая плитка и отреставрированная церковь – это ещё далеко не все изменения, привнесённые новым мэром.

Ожидания от баллотировавшегося были самые низкие, но этот грузный двухметровый мужчина с густой бородой и карими, придававшими его лицу особый шарм глазами всего за год сумел превратить невзрачный бедный городок в новый центр торговли. Его намерения были самыми серьезными, и он не собирался останавливаться. Главной мечтой мэра был огромный мраморный фонтан в самом центре города. Да такой, чтоб всем столицам мира было завидно. Вообще, уникальность – это все, что стоит знать об этом человеке. Она прослеживалась в его характере, вкусах, идеях, а теперь и в городе. Известно, что уникальность привлекает внимание людей. И этот случай не стал исключением. Число туристов увеличилось настолько, что мэр задумал провести железную дорогу. И он провел бы, будь у него средства.

Наибольшим успехом среди всех туристов пользовалась воскресная ярмарка. Чего там только не было: и развлечения, и угощения, и конкурсы. Среди последних в приоритете были музыкальные дуэли: двое музыкантов выбирали инструмент и вставали или садились друг напротив друга. По очереди они играли отрывки разных произведений, пока толпа не определялась с победителем. Тот в свою очередь занимал место на сцене и соперничал с другими претендентами за приз до самого конца ярмарки. Также каждый желавший мог попробовать себя на самодельной сцене небольшого театра. Из более крупных городов даже специально приезжали эксперты, чтобы подыскать талантливых и умелых, недооцененных в силу разных обстоятельств актеров. Когда такие находились, об этом писали в газетах, а популярность ярмарки и города возрастала.

Поскольку с каждым новым воскресеньем ярмарка становилась все больше, приходилось придумывать все новые и новые развлечения. Мэру постоянно хотелось удивлять посетителей народного детища. Однажды он объявил, что сам выйдет на сцену театра. Несмотря на то что роль его была небольшой, у сцены собралось самое большое количество людей за все время проведения ярмарки. Можно сказать, весь город вышел на улицу в тот день. Мэр очень переживал за свое пускай и недолгое, но очень значимое выступление. В последний раз его крупные волосатые руки так тряслись лишь на оглашении результатов выборов. Ему казалось, что никто в него не верил. Куда простому парню из деревушки, расположенной на болоте недалеко от города, было тягаться с опытными политиками из даже более крупных городов, чем этот? Но он выиграл. Лишь после произнесения своей первой речи в новой должности победитель осознал всю ту поддержку, которую он получил от города. И, конечно же, обещал ответить ему тем же. После всего мэру оставалось удивлять жителей лишь безграничностью своих способностей, и поэтому он переживал. Выпив немного для храбрости, мэр тяжело вздохнул и вышел на сцену. Он думал, что его хватит удар: на улице в тот день стояла невыносимая жара, светило яркое солнце. Костюм, в который ему пришлось влезть, делал лишь хуже – мужчина едва не потерял сознание. Но вот он проморгался и изображение стало четче. Мэр открыл рот и… Раздался выстрел. Затем послышались крики и визги. Мужчина посмотрел по сторонам, пытаясь понять, что случилось. Холод пробежал по его телу. Он взглянул на свой живот и увидел струившуюся кровь. Обреченно, но смиренно мэр вздохнул. Досада и сожаление – это все, что было в его голове в тот момент. Он сел на край сцены, к нему сквозь толпу уже пробирались врачи. Толпа обомлела. Людей шокировало, что мэр не то, что не упал, не испугался и не потерял сознание, так еще и сидел на краю сцены, небрежно болтая ногами и улыбаясь. «Особенный» – прозвучало в голове у каждого. Раздался еще один выстрел. Мэр упал. Попав в голову, вторая пуля прошла навылет. Люди в панике побежали кто куда: некоторые бросились к мэру, некоторые наоборот – только и думали о собственном спасении, о том, что необходимо как можно скорее покинуть ярмарку. Лишь немногие начали искать убийцу в разбегавшейся толпе. Но все было тщетно. Мэр умер, а убийца сбежал. И город опустился во мрак на долгие-долгие годы.

Убитого долго оплакивали. Ярмарки стали символом трагедии: на них собирались лишь для того, чтобы почтить память убитого. Туристов становилось всё меньше и меньше. Как ни странно, не нашлось ни одного, кто смог бы продолжить дело погибшего мэра. Новый был избран лишь спустя месяц после происшествия. И конец его был не менее печальным. Когда на площади его провозгласили новым мэром, он не выступил с речью. Никто не знал, куда он делся. Никто не понял, в чем причина подобного проявления неуважения к городу. Новоизбранного нашли повешенным в зале ожидания мэрии. И все же, несмотря на весь ужас случившегося, жители отнеслись с пониманием: никто не знал, что будет дальше, – все боялись.

Каким бы успешным ни был тот мэр, о нём в городе никто не помнит – с тех пор прошло слишком много времени. В какой-то момент вся эта история перестала передаваться из уст в уста, от одного поколения другому. Не забыл о погибшем мэре лишь сам город – его церковь, остановившиеся потрескавшиеся часы и раздолбанная плитка. Одно только здание суда осталось таким же ненужным. Отличие заключалось в том, что раньше в городе просто-напросто не было преступности, а теперь всем было все равно.