- -
- 100%
- +
Я непонимающе посмотрел туда, куда указал демон. И правда, в углу, прикрытые мешками с каким-то добром, забились двое: приснопамятный белобрысый шкет и девчонка – точная его копия. Дети тряслись от ужаса, обняв друг друга, но, как ни странно, не плакали.
Поднявшись, я осмотрел место побоища. Демоническая магия в очередной раз сработала выше всяких похвал, хотя энергии я явно потратил изрядно – голова кружилось, тело качалось, точно на ветру, а перед глазами все плыло. Тем не менее, я во всех подробностях рассмотрел дело руки своей и не блеванул лишь потому, что уже успел освободить желудок.
Айш-нор ситуацию не улучшал. Ворон переходил от одного тела к другому, вырывая лакомые кусочки и со вкусом глотая их. Отказываясь от обычной пищи, он старался пожирать поверженных врагов, отдавая предпочтения глазам, печени и сердцам.
Впрочем, это не имело значения, потому как до меня наконец полностью дошел смысл сказанного.
– Что значит, убить? – прошептал я пересохшими губами. – Безоружных детей?
Один из них завел тебя в ловушку, – напомнил демон, – чего жалеть? Убей с его подружкой.
– Она больше на сестру похожа.
Убей с сестрой, какое дело мне?
Ворон перескочил на еще одно тело и с силой вонзил клюв в распахнутый рот, вырывая кусок языка, который легко проглотил.
– Нет.
Нет? – демон посмотрел на меня. – Нет, значит? Почему?
– Я не буду убивать детей, тварь ты пернатая!
В этот самый миг в комнате потемнело, повеяло холодом, а грудь сдавило, точно могильной плитой или двумя метрами земли над гробом. Сам ворон как-то неуловимо преобразился, стал больше, массивнее, его взгляд потяжелел, а за позади точно из клубов дыма сформировалась человекообразная фигура с алыми глазами.
Следи за речью смертный, я тебе не друг! Я архидемон! Я – великий! Ты ж – жалкий червь, что мне попался вдруг, коль захочу убить, никто и не услышит крики! Неуваженье же не стану я терпеть! Ты прах, ты пыль… Ты понял ли меня? Ответь!
Последнее слово эхом отдалось внутри черепной коробки, вызывав приступ головной боли.
Я стиснул зубы и, превозмогая чудовищное давление, прохрипел:
– Я не стану убивать детей. Ни за что.
И в следующий миг все закончилось. Ворон глядел… с одобрением, что ли?
Характер, значит, можешь проявить? Ну что же, по сему и быть. Лишь тот достоин зваться мужем, кто может поступить, как сердце повелит, приняв последствия.
– Что, так просто?
Демон счел ответ ниже своего достоинства, а я, наконец, решил, что раз уж сказал А, перебив кучу народу, нужно говорить Б и ограбить покойников. А потому я подошел к съежившимся детям, смотревшим на меня как на опасного психа.
Ах да, для них же я разговариваю сам с собой. Да уж, неудобно получилось. Ладно, постараюсь больше не палиться.
Я мрачно воззрился на них и произнес:
– Соберите все ценное, что есть в доме. Золото, серебро, украшения. Когда это сделаете, я уйду, и мы больше никогда не увидимся. Попробуете сейчас сбежать – натравлю ворона, найду и вырежу глаза. Все ясно? Тогда выполнять!
Дети стали белее мела, дружно кивнули, и бросились обшаривать трупы, причем делали это с поразительной сноровкой и отсутствием какой-либо брезгливости, ну а я достал пару полосок волчьего мяса, присел на худо-бедно чистый кусок пола и принялся жевать, восстанавливая магическую силу.
Подумать только, за сутки я угробил полтора десятка человек, если считать вместе с крестьянами. Не всякий серийный маньяк может похвастаться таким послужным списком. Самое страшное, что стремительно начинаю привыкать к подобному. Еще вчера блевал добрых десять минут, а сейчас всего разок, после чего – сижу посреди комнаты, залитой кровью, и спокойно жру мясо, понимая, что на выходе из города может понадобиться демоническая магия. Кстати, о выходе из города… Переодеться бы.
Вещи, выданные гейскими паладинами, были изгвазданы кровью так, что их в принципе нельзя больше использовать, предварительно хорошенько не прокипятив. Возможно, даже с Тайдом.
– Или он – без кипячения? Не помню, – проворчал я, уточнив у детишек, где тут можно разжиться одеждой.
Оказалось, что недалеко – в одной из соседних комнат.
Повезло – подходяще шмотье нашлась достаточно быстро и выглядело оно, в целом, нормально. Обычные черные штаны, темная же рубаха, несколько пар перчаток, и, что самое главное, длинный пафосный кожаный плащ с кучей кармашков на внутренней стороне. Последние две обновки радовали особенно сильно, потому как тряпки, обмотанные вокруг магического протеза, превратились в лохмотья.
Помимо этого, я прихватил пару комплектов запасной одежды, а также – большой хороший рюкзак, снабженный множеством отсеков, кармашков, и даже несколькими нашитыми вручную петлями, на которые было удобно подвесить совковую лопату и топор.
Я переоделся, быстро переложил имущество из вещмешка и кинул рюкзак в коридоре, после чего вернулся в комнату, ожидая, когда малолетние урки выполнят приказ.
Детишки, надо отдать им должное, уже заканчивали обирать покойников и сложили все ценное в аккуратную кучку посреди комнаты.
– Что с тайниками? – требовательно осведомился я. Очень не хотелось снова убивать кого-нибудь просто потому, что закончились деньги.
– Вот, господин, – пискнула девчонка, стрелой метнувшись к неприметному углу и извлекая из-под половицы небольшую коробочку.
– Открой.
Та поспешно выполнила приказ, и я присвистнул. Внутри хранились серебряные и золотые монеты, а также – пара небольших драгоценных камешков. К этому следовало добавить содержимое кошельков покойных, а также – уже хорошо знакомые медальончики и трофейный магический жезл. Мне он явно без толку, но, думаю, смогу загнать где-нибудь.
– А для чего нужно вот это? – спросил я, присев возле добычи и поддев один из медальонов за цепочку.
– Это накопители, господин, – отозвался парнишка, повторив слова Айш-нора.
– Знаю, мне уже говорили. Для чего они используются?
Даже страх не мог скрыть удивление во взгляде мелкого бандита, но тот, надо отдать парню должное, не стал задавать лишних вопросов, вместо этого сообщил:
– Чтобы собирать магию, господин.
– Подробнее!
– Я не секу мазу, – затараторил парень, вновь переходя на блатной жаргон, – амулеты должны собирать магию. Как наполняются, сдаем их свиньям.
– Кому?
– Королевским магам, – после непродолжительной паузы поправился юноша.
– Зачем?
– За бабло.
Все, как и говорил Айш-нор.
Местные, по-видимому, научились аккумулировать магическую энергию, вырабатываемую телом, в компактных носителях, которые, затем передавали местным чародеям. Не исключено также, что покупкой таких емкостей занимались и разные сомнительные личности, именно поэтому трактирщик направил меня к бандитам.
Правда, он вряд ли рассчитывал, что я вернусь. Интересно, а какой был резон заводить в ловушку? Имеет долю с, как там, ощипанных фазанчиков? Или петушков?
Я вздохнул. Горячка боя сошла полностью и теперь получилось трезво оценить свои действия. И – да – не мог не признать, что в последние дни вел себя странно. Городил ошибку на ошибке, причем как будто не осознавая последствий.
Ладно, что уж теперь горевать о случившемся. Как быть дальше и что делать со свидетелями?
По уму, близнецов следовало пустить в расход, тут Айш-нор говорил совершенно правильные вещи. Они опасны, они могут донести. Нужно убить их и разбить черепа, чтобы какой-нибудь местный некромант не поднял зомбей и не допросил тех. Если, конечно, в Дамхейне подобное практикуется.
Но я не сделаю этого! Дети останутся жить, и точка!
Решив так, я собрал добычу в рюкзак, оставив пару золотых монет и один кошелек с мелочью. Я знал, что в реальном средневековье золото стоило чудовищно дорого, помнил и цену унции на родной Земле, а потому предположил, что даже в постапокалиптическом мире на такие деньги можно прожить немало времени.
Отложил хороший позолоченный портсигар и, достав из внутреннего кармана чудом сохранившееся фото, аккуратно положил его внутрь. Если снова надо будет лезть в воду, всегда успею спрятать в непромокаемый футляр.
– Родные, это все ради вас, ждите меня, – прошептал я, защёлкивая крышку. – А фотка пусть побудет тут, смогу смотреть на вас в любое время.
Я убрал портсигар в карман плаща, спрятал добычу в рюкзак, оставил место для Айш-нора, который тотчас же спрятался от глаз, подхватил копье и, повернувшись к детям спиной, проговорил:
– Ухожу, эти деньги – вам. Постарайтесь найти себе занятие получше, чем душегубство.
После чего закрыл дверь за собой.
Глава 8.
Покинув логово, я вдруг вспомнил, что не знаю, куда идти.
– Эй, пернатый, – я позвал ворона, – куда нам?
Ответом была тишина.
– Ты что, обиделся? Ну прости.
И снова, молчание.
– О великий Судия, ничтожный молит тебя о помощи. Что делать дальше?
– Иди на север, остолоп, тебе ж в трактире все сказали! – послышалось недовольное бурчание из-за спины.
– А твой друг все там же?
– Да, ближе с каждой милей. Поспешим.
– Поспешим, так поспешим, – вздохнул я.
И остолоп пошел на север.
Нельзя сказать, что я сразу нашел выход, однако Скери оказался городком не самым большим, а потому на выполнение сей задачи ушло немного времени. Правда, валить пока что рано. Сперва следовало закупиться и, определившись с точкой выхода, я уверенным шагом направился на рынок. Во второй раз за день.
К продуктам следовало относиться с осторожностью, брать только долгопортящееся, а потому для начала решил прикупить сыра. Первый же продавец запросил за большой желтый круг целый «рубль», что, как я предположил, являлось эквивалентом серебряной монеты. По крайней мере на одной из ее сторон гордо красовалась римская цифра «один». Ну или что-то очень, очень на нее похожее.
Хотел было уже согласиться, как вдруг из-за спины раздался знакомый голос.
– Слышь, не охреневай, да. Фуфло твое пять копеек стоит от силы, если не четыре.
Резко обернувшись, я лицом к лицу столкнулся со все теми же детишками, которые уже успели переодеться в дорожное и повесить за спины вещмешки.
Продавец хотел было что-то возразить, но пацан, лишь усилил напор.
– Не, ты точно охренел, Фаррел, с лохов стрижешь, как с куста. Ты ничего не попутал? И че завялку распахнул? Вякнуть че-то хочешь? А хлебальничек не треснет?
Блондин демонстративно накрыл ладонью рукоять ножа.
– Нет, Илэр, я все понял, пять копеек, – тут же согласился торгаш.
Я отдал деньги, став счастливым обладателем пары килограмм отлично выглядящего сыра.
О многом хотел спросить непонятно как оказавшегося тут парня, но решил повременить с допросом. Малолетний урка не вопил: «помогите, убивец», и то славно. Более того, он оказался весьма полезным ассистентом, позволив быстро и дешево закупиться в дорогу.
Разобравшись с делами на рынке, двинулся прочь из города и, как ни странно, детишки не отставали. Они не сбавили шаг и когда мы прошли через северные ворота, и когда добрались до небольшого лесочка в паре километров от стен. Тут было безлюдно и я решил разобраться с внезапными попутчиками.
– Достали! – я резко остановился и обернулся. – Что все это значит?
Детишки замерли и принялись переминаться с ноги на ногу.
– Ну?
Молчание.
Я в очередной раз вздохнул, после чего выпустил ворона, уютно устроившегося в рюкзаке, на волю. Тот тупо воззрился на детей, отчего парочка еще больше съежилась.
– Ну? – повторил я.
И снова никакого ответа. Наконец, паренек сделал шаг вперед и, запинаясь, произнес:
– Господин, возьмите нас с собой.
Мы с Айш-нором переглянулись, после чего уставились на говорившего.
– Что?
– Возьмите с собой, мы пригодимся!
Да что тут, блин творится?
Я принялся считать до десяти, стараясь немного успокоиться.
Решительно не понимаю, как в голову ребятишек вообще могла прийти мысль попроситься в спутники к психически нездоровому человеку, прикончившему всех их подельников. О чем они вообще думают?
– Зачем вам это нужно?
– Не свалим куда подальше – мы трупы, – хмуро ответил паренек. – Всех кентов на фарш пустили, пахана порешили, малину обнесли, а мы – живые и здоровые. Ясно же, что мы – крысы.
– Кому ясно? У вас в городе что, так много банд?
– Не в Скери, в столице. Пахан шестерил на крутого решалу оттуда и заносил в общак лавэ, а значит, а теперь зажмурился. И крысой в хате объявят меня.
Я зажмурился, после чего помассировал виски ладонями.
– Стоп! Стоп! Говори нормально, а то я сейчас «Владимирский централ» петь начну. Без этих бандитских словечек, по-человечески! Понял?
Паренек кивнул.
– Тогда повтори все, что сказал, но так, чтобы было ясно. А лучше – расскажи подробно. И пойдем, нечего стоять.
На этот раз мальчишка говорил дольше, медленнее, аккуратно подбирая слова. Зато его речь не походила больше на монолог какого-нибудь Васи Лома из солнцевских, и получилось уловить суть.
Банда, к которой прибились детишки, жила отнюдь не сама по себе. Нет, никаких пресловутых «гильдий воров» в королевстве Дохас – именно так называлось место, в которое нас занесло из Эйри – не водилось, а вот несколько серьезных ОПГ – очень даже существовали. И бойца среднего звена одной из таких группировок отправили, так сказать, расширять горизонты. А теперь он мертв, тайник разграблен, а единственными выжившими оказались два подростка. Причем оба станут утверждать, что убийца, безжалостно расправившийся с толпой вооруженных людей, по какой-то странной причине не тронул свидетелей, запомнивших его лицо и, что куда важнее, магию.
Да, пожалуй, я бы и сам в такую историю не поверил. Звучит бредово.
– И что вы хотите?
– Помогите свинтить отсюда подальше, господин, – попросил мальчишка. – Мы можем быть полезными. Сторожить там, торговаться, сестренка моя, опять же.
– Что сестренка? – не понял я.
– Ну, это самое, – парнишка толкнул девочку в бок и та, обогнав нас остановилась… и начала раздеваться прямо посреди дороги.
Быстро скинула грязную рубаху, продемонстрировав неразвитую грудь девочки-подростка, и уже было потянулась к штанам, как я, наконец-то придя в себя, заорал благим матом:
– А ну оделась! Я даже в мыслях не запрыгну на малолетку!
– Господин, мне не впервой. – Девчонка попыталась улыбнуться соблазнительно, но вышло у нее, скорее, жалко.
– Быстро оделась, – повторил я.
– ***! – ругнулся себе под нос парень. – Ладно, меня тоже можно, хотите посмотреть?
Я не стал дожидаться, пока малолетний урка скинет портки.
– Не хочу. В третий раз говорю: оделись быстро, и чтобы не предлагали мне больше ничего подобного!
На этот раз дети выглядели действительно удивленными. Даже больше, чем когда я спрашивал про магический накопитель.
– Но почему, господин? – поинтересовался парень.
– Почему что?
– Вы не хотите нас? Все хотели и всегда. Меня в одиннадцать огуляли, Морвин и того раньше.
Я застонал.
Каждый раз, когда казалось, что Дамхейн уже не может стать мерзотнее, этот гнусный мирок выходил на арену и говорил: «А вот и нет, а вот и могу, смотри, дружок-пирожок».
И демонстрировал.
Я за неделю увидел тут столько дерьма, сколько большинству и за жизнь не встретить!
– У меня есть жена и ребенок! А даже если и не было бы, я никогда и ни при каких обстоятельствах не изнасилую несовершеннолетнего… Да вообще никого!
Последние мои слова явно оказались непонятыми, потому что дети выглядели в высшей степени озадаченно.
– Короче говоря, нет, не стану никого из вас, – я скривился от отвращения, – огуливать. Ясно? А теперь объясни, почему не можете сбежать сами? До Эйри меньше суток пути.
– Кто ж нас в осколочное-то пустит? – со вздохом ответил паренек.
Я хотел было ляпнуть: «а чего такого, там речка неширокая», но потом решил, что, пожалуй, лучше о таком не распространяться. Да и, говоря начистоту, даже если детишки сумеют перебраться через реку, что им делать дальше? В первом же городе эту парочку арестуют. Если учесть разницу в уровне жизни, отлов нелегальных мигрантов у гейских паладинов наверняка поставлен на поток.
– Ладно, в другие королевства? Обычные.
– Идти далеко, сами не справимся, – честно признался парень. – Заловят нас, или на большаке прикончат.
Я вспомнил приснопамятных крестьян и был вынужден согласиться. Два ребенка – соблазнительная и легкая цель для любого мерзавца на большаке. Да и для любого монстра, если так подумать.
– А я?
– А вы, господин, явно ж охотник.
На этот раз я все-таки решил задать вопрос, мучивший меня уже почти сутки:
– Кто?
Парень чуть-чуть смутился.
– Ну, этот, который нечисть истребляет.
– Ага, ведьмак, Геральтом зовусь. Ты у меня за спиной два меча видишь?
Парень недоуменно хлопал глазами с длиннющими – точно у девушки – ресницами и мотнул головой.
– Вот и я о том же.
Молчи, – внезапно заговорил Айш-нор у меня в голове, – признай, что это так. Что б не было вопросов.
И в очередной раз проклятый демон предложил дельную вещь, до которой сам я не додумался. Действительно, если в этом мире существуют некие охотники на нечисть, явно обученные боевой магии, то мои чары можно списать именно на таланты местного ведьмака. По крайней мере, необразованные деревенские дети точно должны поверить, а значит, если их ненароком спросят, то петь эти пташки начнут о странном охотнике за нечистью, а не об искаженном, которого следует немедленно затравить собаками.
– А что про ворона скажите?
– Фамильяр! – выпалила вдруг девчонка, молчавшая все это время и с восторгом изучавшая архидемона. – Вы – друг зверей и смогли приручить магического ворона, так?
– Ну, что-то в этом духе, – я постарался принять более воинственное положение и оперся на копье. – Правда дела в последние месяцы шли неважно, вот и пообносился, и решил… толкнуть немного лишнего хабара. И если бы ваш… пахан не захотел меня… нагнуть, мы бы разошлись тихо и мирно, и уже на следующий день забыли бы друг друга.
Кажется, эту ложь ребятки проглотили, потому что теперь они выжидающе смотрели на меня.
Что ж, вот и настал черед выбирать. По уму, конечно, следует послать детишек туда, куда они прямо-таки жаждут попасть – на хрен. Но…
Но сделать это, означает обречь их на смерть почти со стопроцентной вероятностью. Они точно не переживут дорогу до другого королевства. И каждый раз, когда я думал об этом, перед глазами проносилось лицо дочери. Да, глупо и непрактично, да поведение слизняка и идиота, которые в этом проклятом всеми богами месте живут недолго, но я просто не мог стать причиной гибели этих детей, не знавших в жизни ничего хорошего.
И я почти что поддался чувствам, но какая-то мелочь все же не позволила бездумно нырнуть в глубины сострадательного идиотизма. Что-то в рассказе близнецов не клеилось. Они явно недоговаривали нечто важное, и прежде, чем принимать решение, нужно понять, что именно.
Состроив суровую харю, я спросил:
– А теперь давайте-ка честно: зачем я вам нужен? Никогда не поверю, что два деревенских ребенка, да еще с опытом воровской жизни, не смогут сбежать из королевства прочь. Говорите, как есть, иначе точно пойдете одни.
Близнецы переглянулись, во взглядах их легко читалась досада и раздражение. Синхронно вздохнули. Наконец, малолетний уркаган произнес:
– Тут эта… Такое дело… Границу стерегут плотно, никак не пролезть. Бумага нужна, а она денег стоит. – Он на миг задумался, а потом спешно добавил. – Но я знаю, где достать. Пара дней у нас есть до того, как трупы найдут, успеем, если быстро до столицы доберемся. – Еще пауза. – И еще бабло может пригодиться – погранца подмазать, чтобы ловчее пошло.
Ну вот все и встало на свои места. Не я им нужен, а трофейное золото. Тех монет, что оставил, очевидно, не хватит, а если потратить часть заначки, то – вполне.
И вот в такую-то мотивацию верилось куда проще.
Но это не давало ответа на главный вопрос: «как быть?»
С одной стороны, детишки не вызывали доверия, но, с другой стороны, если они говорили правду, то бумаги могут понадобиться и мне. Волшебный ворон и не менее волшебная ручечка – это, конечно, круто, а что, если их не хватит? Страховка не помешает. Вот только как быть, если они решат забрать деньги и свалить? Или сделают документы только на себя, а меня сдадут?
«Айш-нор, как поступаем»? – подумал я. – «Если они говорят правду, нам самим не повредят документы, чтобы убраться из страны без особых проблем. Ты, опять же, силы сэкономишь, потому что не придется меня укрывать. Сможешь проследить, чтобы близнецы не обманули?»
Смогу, – отозвался в моем мозгу архидемон.
Ну что ж, тогда – решено. Сгоняем до столицы, там затаримся в дорогу, выправим себе бумаги, по пути – заскочим к другу Айш-нора, а уже после – рванем в одну из сторон света. Куда именно – решу на месте.
Звучит, как нечто, напоминающее план. Стало быть, так и поступим.
Я вздохнул:
– Ладно, идем до соседнего королевства, а после – расстанемся. И я дам денег на документы и, если будет нужно, взятку. Но учтите, ворон станет за вами следить, он умеет распознавать обман и если попытаетесь меня надуть, пожалеете. Устраивает?
– Устраивает! – хором отозвались дети.
Я вздохнул. Чувствую, пожалею я еще о своей доброте.
***
Появление спутников, впрочем, имело один серьезный плюс. С ними можно было более-менее нормально поговорить, не слушая кошмарную демоническую поэзию и отвлечься от зубрежки бесконечного демонического же алфавита, который, видите ли, я обязан не просто запомнить, но и быть способным в любую секунду представить трехмерное изображение любой руны.
Правда, парнишка то и дело срывался на феню, а девчонка все больше молчала, но даже это лучше, чем надменный демон, язвящий по поводу и без.
– Для начала давайте-ка представимся, – я решил поближе познакомиться с детьми. – Я – Александр.
– Аластар? Защитник? – переспросил парнишка.
Опять переводчик шалит? Ну ладно, пусть будет Аластар.
– Да, можете звать меня так. Птичка отзывается на кличку Айш-нор, – я просто не мог не вставить шпильку демону, буквально заставившего меня пойти на массовое убийство. – И он любит, когда гладят перышки.
Девчонка тотчас же сгребла архидемона в охапку и принялась чесать его. И, что самое странное, пернатому, кажется, это действительно пришлось по душе!
– Я – Илэр, это моя сестра Морвин, – представился паренек.
– Близнецы? – задал я, наверное, наитупейший вопрос года.
– Да, господин.
– Как вы вообще оказались в городе? Ты что-то говорил про деревню.
– Да все как у всех. Когда пришла хворь, семья зажмурилась, мы с сестренкой остались одни. Из деревни ушли, чтобы с голоду не околеть, прибились к пахану.
Как, мать их за ногу, у всех. Охренительно! Нет, определенно Дамхейн шикарен.
– И давно вы с бандитами?
– Года три.
– А сколько вам лет? – не понял Александр.
– По тринадцать два месяца назад исполнилось, – пискнула Морвин.
Чего?
Я моргнул.
Оба шкета выглядели от силы на одиннадцать: тощие, нескладные, с ломаными ногтями и нечесаными копнами светлых волос. Но, одновременно с этим, очень красивые, что не могло скрыть даже хроническое недоедание и хреновая гигиена. Гладкая кожа, большие голубые глаза, пухлые губы. Видимо, именно по этой причине их и «огуливали».
Продолжив расспросы, я выяснил, что своего первого человека Илэр убил в одиннадцать, и с тех пор число зарубок на его ноже достигло пяти штук. Узнавать дальнейшие подробности желания не оставалось, а потому я начал выспрашивать интересные сведения о королевстве и его соседях.
Увы, тут дети мало чем могли помочь. Да, они живут в Дохасе. С запада – Эйри, благословенный край, куда не пускают всяких бесталанных нищебродов, с востока – графства Бииг и Моор, на севере – королевство Куимре, а на юге – великое герцогство Сайэф. Что в них творится, ребята не знали, но были уверены, что там окажутся в безопасности. Откуда – неясно, но тут уж оставалось только довериться их чутью. Тем более, что пока нам по дороге – все равно идем к таинственному другу Айш-нора, оставившему метки для ворона. А вот что делать после – вопрос. Конечно, я бы с удовольствием забрался в одну из местных библиотек… Вот только – зачем? Что я там получу? Читать на местном, увы, не умею. Магический гугл-транслейт на письменную речь не распространяется. И, говоря начистоту, к устной речи в его исполнении также есть вопросы.
Интересно даже, а амулеты гейских паладинов переводят лучше?
Впрочем, лучше, или хуже, но максимум, на что я могу рассчитывать в столице, так это купить набор хороших карт. Сомневаюсь, что в мухосранске, притулившемся под боком у Эйри, найдется читальный зал с доступом к интернету.