Морская душа

© Игорь Слепцов, 2023

ISBN 978-5-0053-5628-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Дорогие читатели! Я хочу представить Вашему вниманию новый сборник моих стихов. Много лет назад, в другой стране, я был призван на действительную военную службу, и три года моей жизни прошли на Северном Флоте, на подводной лодке. Пролетели годы, моя жизнь никак не связана с морем. Но воспоминания о том времени остались самые добрые и светлые. В памяти и в моих стихах – сослуживцы-братишки, холодное море, флотская служба и, конечно же, молодость.

Ещё в этот сборник вошли стихи последних лет: лирика, юмор, стихи о войне и многое другое. Приглашаю почитать!

Ваш Игорь Слепцов

Пять шагов (посвящается морскому братству)

Жизнь оказалась непростой и долгой

И юность флотскую давно укрыл туман.

Уж всех шагов по жизни мне не вспомнить.

Но пять шагов запомнил навсегда.

День ВМФ. Июль нещадно жарит.

Пора тельняшку с беской доставать.

На сотни вёрст вокруг тайга глухая.

А мне шум моря слышится опять.

Дочурка, на колени сев, спросила:

«Папуля, расскажи про океан.

А в шторм не страшно? День полярный – длинный?

А командир на лодке – капитан?»

Что ей сказать про вал девятый в море?

Что я, подводник, моря не видал?

Как воздуха глоток ценил в походе?

Как дорог моряку родной причал?

Как знал я твёрдо: от поста до койки

Туда-сюда всего лишь пять шагов.

На службе боевой не до геройства:

Устав предельно прост, хоть и суров.

В походе ежедневные тревоги.

Сменился с вахты, только пост свой сдал —

Торпедная атака. Руки в ноги —

И пять шагов от койки до поста.

Хоть я не видел прелестей Босфора

И не кричал на палубе: «Земля!»,

Но я душой прирос к морским просторам,

Сжимавшим плоть стального корабля.

И после всплытия, хмелея неба синью

И воздухом, что слаще всех духов,

Я забывал тревоги и все мили,

Что намотал пробежкой в пять шагов.

Как рассказать такое? Слов не хватит.

Ведь у подводников заведено:

Все побеждают или погибают.

Все вместе. И другого не дано.

Я этот путь с закрытыми глазами

Наверно, пробежать и нынче б смог,

Как ни крути, судьбу определяет

Дистанция всего лишь в пять шагов.

Прощальное письмо

Любимая, вот снова мы в походе.

Бурунами покрыт весь океан.

И пьяный шторм корабль не обходит.

И гасит вой сирен седой туман.

Как обнимал тебя, ты помнишь? В клубе,

Где под гармошку танцы до зари.

Цветы тебе, прости, я рвал на клумбе.

И вдаль летели стаей журавли…

Вернусь ли снова? Ты не жди, родная.

Вон Ванька сватался, а мой – по морю путь.

И хоть милей мне нет родного края,

Прости мне всё и встречи позабудь.

Сейчас вина в бокал нальют братишки,

Подымем тост за неба синеву.

Наверно, нужные читал я в детстве книжки

Про дом родной и у пруда листву.

Отсек залит водой наполовину.

Моргнул фонарь и стало вмиг темно…

Гони, любимая, свою тоску-кручину.

Ну, а у нас кончается вино,

Шпангоуты устали, треск все громче.

Теперь уж точно, милая, не жди…

Воды капель все яростней и звонче,

А наверху с туманами дожди.

***

Омытые солёными ветрами

Под вой сирен и блики маяков,

Раскинув крылья, гордо над волнами

Летают души павших моряков!

За вас, братишки!

Бескозырка чайкой белой промелькнула впереди.

От былых воспоминаний сердце замерло в груди!

Ветерок игривый тихо пробежит по волосам,

Подпевая шуму моря и его глухим басам…

В ковшик юности беспечной годы жизни зачерпну

И протру воспоминаньем на висках всю седину.

Вспомню свой родной корабль, годы службы в глубине!

И друзей, таких надежных, что судьба дарила мне,

То, как гюйс и флаг на мачте гордо реют на просторе.

И налью за вас, братишки! А ещё за тех, кто в море!

По волнам воспоминаний

(в честь Дня ВМФ – всем, причастным к этому празднику)

Мне вспомнился залив и шум прибоя.

В тумане очертанья берегов.

Как в юности, увидел брызги моря,

Суровый свет далёких облаков,

Ту нерпу, что резвилась меж волнами,

Усталый пирс и сходни корабля,

Как, закаленный жгучими ветрами,

На флаг и гюйс держал равненье я.

ИДА-комплект* и сборы по тревоге,

Команды «Пли!» и «На нос дифферент!»

Жаль, раскидали нас пути-дороги,

А рубка лодки нынче – монумент**.

Стоит она у проходной завода,

Пожизненно приписана к посту.

И вспоминает, как и мы, походы,

Не зря же номер лодки на борту.

С тех пор тельняшка – верная подруга,

Сроднился с нею, как с морской волной.

И снова снятся северная вьюга,

Мои друзья, крик чаек и прибой!

* ИДА – индивидуальный дыхательный аппарат.

** В 2001 году рубка лодки Б-452 установлена в виде па-

мятного монумента у судоремонтного завода в г. Вьюжный Мурманской области.

Факельное шествие

(Из флотских баек)

С центрального гуськом, носы повесив,

Шли по отсекам хмуро моряки.

Раздал люлей кэп каждому балбесу.

За дело. Заслужили мужики.

И в рамках флотской этики, морали,

Зажавши крик души в стальной кулак,

Сквозь зубы, словно мантру, повторяли

Интеллигентно: «Фак! Фак! Фак! Фак! Фак!»

Старпом, понаблюдав сию картину,

Потом дразнил ехидно, но не зло

(От хохота трясло всю субмарину):

Мол, факельное шествие прошло!

С Днём моряка-подводника!

Студёный нрав у Баренцева моря —

«УВОшки"* чаще дуют на нагрев.

А под водой – нет ветра и прибоя,

И от дождя – лишь капелек напев.

Они напомнят о тебе, родная,

Под грусть дождя скучаю по тебе.

Шумят винты, с морской волной играя,

Мерцает фото в рамке на столе.

А переборки в непогоду стонут,

Но верим: выдержат – не подведут.

Задвижки, вентиляция, кингстоны…

Спасибо корабелам за их труд!

Аврал. И соль на робах, будто иней.

И не до жалоб. Градом только пот.

И каждый собран был и напружинен.

И знал свою работу «от и до».

«Каштан»** гремит: «Восьмой готовый к бою!»

И как торпеда экипажу: «Товсь!»

Седой капраз***… Представили к Герою…

Мужик – что надо, грамотен, суров!

Горчит слеза у вдов и ветеранов,

Бывает… Но семь футов под килём!

Пусть души треплет шторм ревущий, рваный,

А мы, братишка, силы в нём берём!

И наше братство – прочное, морское —

Назло годам лишь крепнет, как бетон!

За День подводника давайте стоя!

До дна! За тех, кто в море – нынче пьём!

_________

* УВО – установки воздухоохладительные

** «каштан» – система корабельной связи по палубам и отсекам

*** капраз – капитан первого ранга

Подлодка

Я читал про Магеллана и Колумба в детстве часто,

Запускал весной по ручейкам кораблик из бумаги.

И когда юнцом попал служить на флот, не веря счастью,

То увидел: некрасивыми подлодки не бывают!

Элегантна, как царица, снисходительно надменна,

Хладнокровна, когда волны океан над ней смыкает.

И свидания с коварной глубиной ждёт вдохновенно,

Ведь в глубинах некрасивыми подлодки не бывают.

И неважно, пышногрудая она или худышка:

Ясень, Щука, Барракуда или Чаечка родная.

Каждый винтик в ней прекрасен, от кингстона до задвижки.

Потому что некрасивыми подлодки не бывают.

Без излишеств, красота ее строга и грациозна,

Корпус крепок, и команду он надёжно защищает.

Стонет лодка от давленья. И нелёгок хлеб матросов.

Но поверьте: некрасивыми подлодки не бывают.

Вахт усталость. Тесновато. Радость всплытий откровенна.

Воздух в люк открытый хлынул и сознанье затмевает.

Синева сильнее солнца. Волны в лодку бьются пеной.

Уж, конечно, некрасивыми подлодки не бывают.

Посмотрите, как идёт она на всплытие, красотка,

Под прекрасной цветомузыкой полярного сиянья.

Вы поймёте: не бывают некрасивыми подлодки,

Потому что некрасивыми подлодки не бывают.

С 23 февраля!

Резиновая Зина. Морская байка

По мотивам рассказа Э. Овечкина «Любовь зла»

На флоте юмор реактивный,

Солёный, хлёсткий, как волна.

Бывает, шутят коллективно

Матросы, мичман, старшина…

Без сговора, без подготовки

Сымпровизируют экспромт.

Намедни вышла «постановка» —

Над ней смеялся весь наш флот!

Салага-мичман был философ —

Не все матросы пошляки.

Замучал всех одним вопросом:

– Как тут без женщин, мужики?

Бывалый боцман, жук со стажем,

Ему на ушко рассказал,

Что есть три бабы в экипаже,

(Руками контур показал).

Они резиновые, правда,

Но в плане секса нет проблем.

Старпом их получил недавно

С секретным кодом РБ (м) *.

Одну – в каюту к командиру.

Сам понимаешь – минус раз.

А две – Анжелочку и Зину —

Отдали нам на экипаж.

Отбоя нету у девчонок,

Спустила даже тут одна.

Надули тут же, как бочонок,

Чтоб не умчалась из окна.

Таков порядок: командиру

На бабу рапорт настрочи.

Для дезинфекции (вдруг вирус) —

Спирт в интендантской получи.

Ещё – к врачу. Тебя проверит,

В журнал внесёт (приказ таков)

И наслаждайся в увольненьи

Меж Зинаидиных сосков.

Ух, хороша блондинка Зина.

Анжела так себе, бревно…

А с Зиной, как с плакучей ивой,

Загнешь – и понеслось кино.

Беги к врачу, пиши «заяву»:

Хочу, мол, бабу, так и так.

Ведь ты ж на то имеешь право,

Как мореман и холостяк.

Да только очередь к красоткам,

И завсегдатаев полно.

Тут не бардак тебе – подлодка.

Ну, действуй. Требуй все равно.

Уже утехи предвкушая,

В медчасть бегом рванул моряк:

Мол, я достоин. Я желаю.

И без РБ мне просто мрак!

Врач молча выслушал, красавец,

Не улыбнувшись ни на миг.

Спокойно: – Кто тебя направил?

Ах, боцман! Во даёт старик…

Не всё так просто. Для начала

Замеры предоставь свои.

Зачёты сдай. Зачёты надо.

Сдавали все, сдавай и ты.

Ты рапорт написал? Что тянешь?

Бери листок, давай пиши.

Кто ж без бумажных вакханалий

РБ мне выдать разрешит?

К старпому марш за инструктажем:

Чтоб инвентарь не пострадал,

Пусть всё как следует расскажет!

А уж потом впишу в журнал.

У интенданта требуй спирта,

Чтоб дезинфекцию пройти.

Ну, и для нас проси пол-литра,

У нас со спиртом не ахти!

Ты резолюцию старпома

И интенданта получи.

Окажем помощь холостому.

Мы ж не злодеи, мы ж врачи.

Чтоб очередь не вырастала,

Про женщин чтобы ни гу-гу!

Учи матчасть, – сказал устало, —

Тогда помочь тебе смогу.

Бегом бежит к старпому мичман:

– Мне срочно нужен инструктаж

Про безопасность и ритмичность,

Где спирт налить и где что смажь…

Старпом был с вахты. Он сурово,

Прочёл рапорт, слезу смахнул

И, написав одно лишь слово

«Проинструктирован», заснул.

Зачёты в толще океанской

Сдавал он, выбившись из сил.

У замполита бил морзянку

И разрешенье заслужил.

Но докопался доктор всё же:

Зайти к акустикам сказал.

Те слух проверят – слабый, может.

И клизму с грелкой прописал.

Акустики – народ душевный.

Взглянули в ухо и в зрачок:

– Нормальный слух, здесь нет проблемы.

Вставай на очередь, браток.

Романтика б не помешала,

Свечей, цветов на лодке нет.

Не поведёшь на ужин даму,

Не нужно Зиночке конфет.

Пришел салага к интенданту:

– Дай «шило», Зину искупать.

Как для свиданья арестанту,

Каюту дай нам и кровать.

Охреневая, слушал Коля,

И смех сдержав, пролепетал:

– Да кто сказал тебе такое?

Ах, боцман… Всё же растрепал…

Читая рапорт, он трагично

Чесал затылок, хмурил лоб,

Кивал сочувственно: – В наличье

Из списка нету ничего.

Есть респиратор, вазелин вот.

ИДА** комплект и ПДУ***…

А ты Анжелу хочешь с Зиной.

С вопросом этим к «самому»!

Вот тут вскипел матросик юный.

Да как же так, мол, вашу мать?

Я гомо-сапиенс разумный,

Зачем салагу обижать?

Такой же член я… экипажа!

Ну, что с того, что молодой?

Я ж не Венеру с Эрмитажа

Прошу без рук, но с головой!

И прямиком до командира:

Мол, обижают молодых!

Я ж не за секс! За честь мундира

И эполетов золотых!

Кэп с пониманием отнёсся,

Хотя спросил, кто спирт зажал.

И надпись «Выдать РБ-Зину»

В углу на рапорт написал.

Ну, а потом про дисциплину

Почти без мата говорил…

Сказал, что на ремонте Зина,

Анжелу сдали в карантин.

Теперь слушок по экипажам.

Все говорят и там, и тут:

На Новый Год без инструктажа

По бабе каждому дадут!

___________

* – РБ (м) – резиновая баба модернизированная

** – ИДА – индивидуальный дыхательный аппарат

*** – ПДУ – портативное дыхательное устройство

Напрасные надежды

Воспоминания…

Гальюн-гальюн! Как много в этом слове!

Да, тут не храм, и дух здесь не святой.

Но где ещё подводникам суровым

Найти освобожденье и покой?

Давленьем лодка сжата, как тисками.

Тут, как с крыльца, помои не плеснёшь.

Грехи свои не спрячешь в океане.

Оно не тонет, брат, едрёна вошь!

Всё воздухом с баллона вытесняют.

Но трюмный может просто пошутить.

Когда баллон давлением заполняют,

Его на «ноль» потом «забыть» стравить.

Ну, опытный подводник это знает,

Присесть мечтая, сразу не рискнёт.

Из-за угла педалью поиграет,

Чтоб убедиться, что сюрприз не ждёт.

Ну, а «салага»? Всякое бывает.

Тут хвастать нечем – это не медаль.

Неистово потом себя стирает

И кулаком грозит кому-то вдаль.

О, флотский юмор, ты порой жестокий.

Но как матрос его с азартом ждёт!

Любой моряк, читая эти строки,

Меня с улыбкой доброю поймёт.

С Днём Защитника Отечества!

Лет сто назад, надраив бляху «гойей»,

Мы, бескозырку сдвинув набекрень,

Хранили вахтами бесперебойно

Мощь Родины на глубине морей.

Берёг нас прочный корпус субмарины,

От глаз чужих нас прятал океан.

Конечно, службы не была малиной.

Кто не служил – тот жизни не видал.

Хоть нынче мы – диванные вояки,

(Трусы и тапки – праздничный наряд),

Но в этот день пусть боевые флаги

Мужчин на мирном фронте вдохновят!

Без нас волна приветствует форштевень,

Без нас по лодкам захандрил причал.

Но всё же не ржавеет флотский стержень,

И форму не сменил морской штурвал.

Нет бывших флотских. Под килём – семь футов.

Так было, и так будет пусть всегда.

Пусть будет соль морская в наших шутках.

Пусть верно ждёт на берегу жена.

И те, кто мир Отчизны защищали,

Из робы выжимая пот и кровь,

Пускай получат новые медали:

За сыновей! За дом! и За любовь!

Это было

Нас морские бездны не пугают.

Окружают верные друзья.

В кубрике гитара напевает

Про любовь, причалы и моря.

Спой про зори, спой нам про туманы,

Солнца луч, и как не спит луна,

Как коварны шторм и океаны

И бездонна в море глубина.

Спой про то, как каждому на пирсе

Адмирал, прощаясь, руку жал.

Как цветёт багульник живописно.

А ушли – повсюду снег лежал.

И когда давленье сдавит лодку,

Переборок станет слышен треск,

Я поправлю черную пилотку,

И во взгляде станет жёстче блеск.

Дни разлуки в милях не измерить.

Если ждёшь – всё выдержать смогу.

Там в глубинах важно знать и верить,

Что нас кто-то ждёт на берегу.

С Днём подводника

На День ВМФ

19 августа – День русской тельняшки

Есть у меня привычка вековая:

Я, выходя из дома поутру,

Тельняшку на удачу надеваю

И в злой мороз, и в летнюю жару.

На ней следы от пота и мазута,

Она могла бы быть и поновей.

И дорога мне каждая минута,

Которую провёл среди морей.

В тельняшке проходящий мимо парень

При встрече улыбнётся от души.

Видать, он морю тоже благодарен.

Окликнет, мол, братишка, не спеши.

На языке, что только нам понятен,

Обсудим корабли и океан,

Как будто он давнишний мой приятель,

И вместе мы ходили по волнам.

На БПК* он бороздил просторы,

А я подводник – каждому своё.

И чей корабль лучше – стихнут споры,

Когда морскую песню запоём.

И напоследок в дружеских объятьях

Мы вспомним чаек в дерзком вираже.

Те, кто в тельняшках, – те навеки братья.

И море навсегда теперь в душе.

А если жизнь мне не даёт поблажки,

Наотмашь лупит или наповал —

Я надеваю старую тельняшку.

И снова нипочём девятый вал!

___

*БПЛ – большой противолодочный корабль

Море. Ко Дню ВМФ

** – режим «Тишина» – для облегчения обнаружения гидроаккустическими приборами других объектов, либо для увеличения скрытности своей лодки, механизмы и приборы отключаются, передвижения и посторонние шумы сокращаются до минимума.

За ВМФ!

Как раскричались чайки-то сегодня —

«На флаг и гюйс» команда не слышна!

Поскрипывает с лодки к пирсу сходня,

И лижет корпус гневная волна.

Весь экипаж побрит и отутюжен,

Команды «вольно» ждёт от КПЛ*.

Он в белом кителе. Слегка простужен.

Но смотрит так, как только он умел.

Пестрят над рубкой стеньговые флаги.

В заливе нерпа плавает вдали.

По горну звонкому андреевские стяги

В строю кильватерном подымут корабли.

На палубе – вчерашние мальчишки.

Нет. Не мальчишки. Мы – Российский Флот!

С Днём ВМФ! Всех с праздником, братишки!

Ведь Флот – он никогда не подведёт!

___

*КПЛ – командир подводной лодки

Иллюзия

Когда уснёт мой дом, рассматривая сны,

И жемчугом морским украсят свод небесный,

Прикрою тихо дверь, чтоб не будить родных.

И побреду один по улочкам окрестным.

Логичнее сейчас на честности листа

Зажечь фитиль строки и ждать, рванёт ли слово.

Но тени за окном меня позвали вдаль.

И медленно иду к загадочным фантомам.

Я представляю порт. И позапрошлый век.

И юный капитан на стареньком корвете

Бессонно трёт глаза: «Скорей бы уж рассвет!» —

Мечтая в шторм попасть и флибустьеров встретить.

И алая заря окрасит паруса.

И мачты заскрипят, и чайки вслед замашут.

Солёных мелких брызг не видно на щеках.

Что ждет их впереди – закрашено гуашью.

Матросы якоря поднимут из воды.

Канаты, как струна, тихонько отзовутся.

И, будущее скрыв под покрывалом тьмы,

Корабль отплыл к мечте. А мне пора вернуться.

Табачной искрой вспыхнув, сорвалась звезда.

Желанье загадать забыл, следя за нею.

Погас бикфордов шнур, и отсырел запал.

Не получился стих, да я и не жалею.

Я точкой завершу напрасную строку.

Порвав листок, эскиз похороню неважный.

Старинный Зурбаган не нужен никому.

Не вышло волшебства. Уплыл корвет бумажный.

Скорбь

Скажи, как вышло, друг, что ты покинул

Меня внезапно в сече боевой?

Ведь был не первым этот поединок,

И побеждать нам было не впервой.

Как пережить внезапные удары,

Когда лишился ты последних сил?

Несправедливость горло жжёт пожаром,

Гнев подреберье намертво сдавил.

Судьба нам не жалела испытаний,

Нам вольный ветер выбирал пути.

Но что вдвоём навеки – твёрдо знали