Свадьба по ее правилам

Michelle Smart

A Bride at His Bidding

A Bride at His Bidding

© 2018 by Michelle Smart

«Свадьба по ее правилам»

© «Центрполиграф», 2020

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2020

Глава 1

Андреас Самарас заглянул в кабинет, прилегающий к его собственному. Весь день он занимался международными онлайн-переговорами, а сейчас ему нужно было поговорить со своим референтом.

– Как дела?

Дебби вздохнула:

– Все летит в тартарары с огромной скоростью.

– Спокойно. – Склонность его референта к театральным эффектам была известна всем сотрудникам фонда Самараса. Андреаса это напрягало бы гораздо больше, если бы она не была лучшим специалистом, который когда-либо у него работал. – Есть ли новости? Касательно бизнеса, – поспешил он добавить, чтобы она не начала рассказывать о проблемах мест обитания белых медведей и таянии арктических льдов.

– Ничего существенного.

– Хорошо. Как прошли собеседования? Готов список кандидаток?

Рошель, его личная помощница, уволилась. Вышла замуж и решила, что работа, связанная с многочисленными поездками, повредит ее семейной жизни. Он предложил удвоить заработную плату и увеличить отпуск, но она все равно отказалась. Целую неделю Андреас выжидал, надеясь, что помощница передумает. Этого не случилось, и ему пришлось признать поражение.

Дебби взяла в руки стопку бумаг:

– Я сократила число претенденток до пяти.

Ей было поручено провести предварительные собеседования. Она точно знала, какого человека он искал для организации своей жизни. Успешная кандидатка должна быть легкой на подъем, чтобы сопровождать его в деловых поездках, заниматься обеспечением его жизнедеятельности как на работе, так и дома. Помощнице нужно быть честной, преданной, ненавязчивой, гибкой, обладать безупречными рекомендациями, водительскими правами и не иметь судимости.

Он взял из ее рук бумаги и просмотрел. К каждому резюме было прикреплено фото, на этом он настоял. Он отобрал трех кандидаток для заключительного собеседования, которое собирался провести лично.

Около компьютера Дебби лежала стопка резюме отвергнутых претенденток. Его взгляд выхватил листок с фото, находившийся наверху пачки. Было что-то знакомое в выражении глаз соискательницы…

– Почему вы отвергли это резюме? – спросил он, взяв бумагу и изучая снимок. Темные карие глаза смотрели прямо на него. Инстинктивно он почувствовал, что видел эти глаза раньше.

Дебби взглянула на резюме, нахмурившись:

– Ах, это. Кэролайн Данвуди. Она хорошо выдержала собеседование, но почему-то я ей не доверяю. Не знаю, почему. Смутные подозрения заставили меня проверить ее рекомендации более досконально. Одна рекомендация подтвердилась, но сомнения вызвала вторая. В ней написано, что она работала домоправительницей в усадьбе Харгейт на протяжении двух лет. Я связалась с дворецким поместья, и он все подтвердил.

– Тогда в чем проблема?

– Усадьбы Харгейт не существует.

Его брови приподнялись.

– Не существует?

– Владения с таким названием нет в радиусе пятидесяти миль от предположительного места.

Если Дебби сказала, что его не существует, то так оно и есть. Она была самым дотошным человеком, известным Андреасу.

Он еще раз внимательно взглянул на фото Кэролайн Данвуди, пытаясь вспомнить, где он мог с ней познакомиться. У него была отличная память на лица, но сейчас она дала сбой. У женщины были темные каштановые волосы, ниспадавшие на плечи, и миловидные, хоть и несколько угловатые, черты лица, короткий прямой нос, верхняя губа немного полнее нижней. Да, приятное, но незнакомое лицо.

Но эти глаза он точно видел раньше.

Андреас открыл рот, чтобы приказать Дебби еще немного поизучать биографию этой женщины, но внезапно его осенило.

Кэрри Риверс. Журналистка, сестра племянницы его лучшего друга.

Обозревательница «Дейли таймс», сделавшая себе имя на разоблачении темных делишек богатых бизнесменов.

Ее последнее расследование, совершенное под прикрытием, было предпринято в отношении Джеймса Томаса, его старого партнера, чей бизнес оказался ширмой для торговли наркотиками, оружием и людьми. Благодаря кропотливой работе Кэрри Джеймса приговорили к пятнадцати годам тюрьмы.

Испытывая внутреннее напряжение, Андреас через смартфон забил в поисковую строку имя Кэрри. Ее фотографий в Интернете не было. Неудивительно, учитывая характер ее работы.

Но это была она. Без всякого сомнения.

Андреас видел Кэрри всего один раз, три года назад. Это была мимолетная встреча, поэтому немудрено, что он с трудом ее вспомнил. Три года назад это была блондинка с пухлыми щеками.

Единственное, что не изменилось, это ее глаза. Их взгляды встретились, когда он выходил из кабинета директора школы-интерната, где обучалась его племянница. Кэрри и ее сестра Вайолет сидели в коридоре, ожидая вызова. Вайолет опустила голову от стыда.

Тогда они в последний раз переступили порог кабинета директора. Вайолет была исключена из интерната.

Три года спустя Кэрри прислала резюме на должность его личной помощницы под вымышленным именем, предоставив поддельные рекомендации. Это было нехорошим предзнаменованием, и его мозг лихорадочно работал, нащупывая причины того, почему она могла на него нацелиться. Бизнес Андреаса был абсолютно легальным. Он заплатил все налоги, как личные, так и корпоративные, во всех мировых юрисдикциях; соблюдал местное трудовое законодательство. Его любовные связи на протяжении многих лет не выходили за рамки приличий, так как ответственность по отношению к членам семьи была сильнее потребности завлекать в свою постель красивых женщин одну за другой.

В свои тридцать семь лет Андреас точно знал: когда возникают проблемы, необходимо, сохраняя ясную голову, немедленно их решать, пока не разразилась катастрофа.

План быстро сформировался в его голове. Он глубоко вздохнул, потом улыбнулся:

– Дебби, я хочу, чтобы ты позвонила мисс Данвуди и пригласила ее на второе собеседование. Сделай мне копии ее рекомендательных писем.

Дебби явно была удивлена.

Кэрри сидела в просторной приемной лондонской штаб-квартиры фонда Самараса и пыталась заново научиться спокойно дышать. Стук сердца отдавался в ушах, ладони потели, и она постоянно вытирала их о брюки.

Ее с утра мутило, она не смогла проглотить ни крошки, лишь с трудом выпила кофе. Она никогда так сильно не нервничала. Скоро ее примет Андреас Самарас, и ей нужно держать себя в руках.

Кэрри так не волновалась, даже когда работала под прикрытием по делу Джеймса Томаса. Тогда она была спокойна и сосредоточенна, планомерно собирала факты, необходимые для его разоблачения. День, когда Джеймсу был вынесен приговор, стал самым важным за три тяжелых года.

Андреас, возможно, не накачивал ее сестру наркотиками, но его вклад в то, что жизнь Вайолет пошла ко дну, был не менее значительным, чем вклад Джеймса, и теперь его очередь получить по заслугам. Кэрри не могла позволить волнению или укорам совести помешать ей. Выяснилось, что Джеймс Томас вел теневой бизнес, и поэтому его деятельность заслуживала должного расследования. Получить согласие на работу под прикрытием было легко, и в «Дейли таймс» все хотели, чтобы этот подонок получил свое.

Андреас Самарас, греческий инвестор-миллиардер и учредитель фонда Самараса, – совсем другое дело. Ничто не указывало на его противоправную деятельность. Только Кэрри знала его с другой стороны, и, когда увидела объявление о вакансии личного помощника, размещенное через несколько дней после вынесения приговора Джеймсу, она поняла: пришел час Андреаса. Она знала, что проникновение к нему в дом – более рискованное мероприятие, чем устройство на работу в его компанию, но на этот риск она была готова пойти.

Три года назад Кэрри написала на листке бумаги два имени. Имя Джеймса она вычеркнула. Теперь пришел черед Андреаса.

Чтобы получить поддержку своей газеты на работу под прикрытием, ей пришлось солгать… Ее выслушали с удивлением, но одобрение было получено. Никто ничего не заподозрил.

Приближалось назначенное время собеседования с Андреасом, и последствия ее лжи казались ей все ужаснее. Если вскроется правда о том, что Кэрри развязала личную вендетту, ее карьере придет конец. «Дейли таймс» – не бульварная газетенка. Это было уважаемое издание, репутация которого была не запятнана скандалами и судебными процессами, сотрясавшими британскую прессу последнее десятилетие.

Богатые и знаменитые использовали все ресурсы для того, чтобы их проблемы не попадали в газеты. Сотрудники крупных корпораций подписывали жесткие соглашения о неразглашении, и за их исполнением строго следили.

Если Кэрри возьмут на эту работу, она получит доступ к личному пространству Андреаса. Она будет ближе к цели, чем в любом из предыдущих расследований. Кто знает, что ей удастся выяснить. Когда она поступила на работу в бухгалтерию Джеймса, она знала, что тот был наркоманом и испытывал пристрастие к девочкам-подросткам, но она и понятия не имела о его причастности к торговле людьми и оружием. Андреас был другом этого преступника. Кто знает, в чем он замешан?

Она знала, что шансы получить работу в фонде Андреаса были невелики, даже с ее фальшивым резюме и липовыми рекомендациями. По документам она казалась идеальным кандидатом, но бумаги готовились в спешке. Возможно, она что-то упустила.

Кэролайн показалось, что она завалила предварительное собеседование, поэтому она покинула офис фонда с мыслью, что все испортила. Когда она получила приглашение на второе собеседование, то была очень сильно удивлена. И теперь, когда часы тикали все громче, приближая назначенное время, ей вспоминалась жгучая ненависть в глазах Андреаса в тот момент, когда их взгляды пересеклись.

– Мисс Данвуди?

Кэрри моргнула и подняла глаза, увидев, что перед ней стоит девушка-референт.

Она так долго носила фамилию Риверс, что воспринимала ее как свою собственную. Ее настоящая фамилия звучала непривычно, ею она не пользовалась с четырехлетнего возраста, когда мать вышла замуж, и она подумала, что разумно продолжать подписывать привычной фамилией свои публикации, посвященные журналистским расследованиям. В данном случае это решение пришло само. Она была известна как Кэрри Риверс. Ее свидетельство о рождении, водительские права и паспорт были на фамилию Кэролайн Данвуди.

– Господин Самарас готов с вами встретиться.

Кэрри замутило от волнения, и, вцепившись в ремешок своей сумочки, она последовала за секретаршей по широкому коридору.

Ей потребовалась уйма времени, чтобы найти идеальный наряд для этого собеседования. Она хотела выглядеть профессионально. В результате остановилась на кашемировом топе кремового оттенка с маленькими пуговицами, элегантных серых брюках и строгих черных туфлях на высоких, но удобных каблуках. Теперь ей казалось, что одежда тесновата, а каблуки неустойчивы.

Дверь открылась, и Кэрри впустили в кабинет, который был в два раза больше, чем их журналистский офис, и в сто раз роскошнее.

Там, за огромным дубовым столом, сидел Андреас Самарас и работал за одним из трех компьютеров.

Сердце застучало, ее замутило от волнения.

Он не оторвался от компьютера.

– Одну минуту, пожалуйста, – сказал мужчина отрывисто, и она вспомнила этот голос, пять лет назад они говорили с Андреасом по телефону.

Сестра Кэрри и племянница Андреаса учились вместе в одной школе-интернате и были соседками по комнате. Они так сдружились, что проводили вместе выходные и праздники. Андреас позвонил Кэрри, решив обо всем договориться. Они были единственными опекунами этих детей, позднее они обменивались текстовыми сообщениями в качестве подтверждения того, что Натали собиралась провести выходные у Кэрри или что Вайолет гостила в доме Андреаса. Они связывались друг с другом регулярно, вплоть до того дня, когда он подстроил исключение Вайолет.

Наконец Андреас поднял глаза от своего компьютера, отодвинул кресло и встал. Он был высоким и сильным, и это так же бросалось в глаза, как и в прошлую их встречу, когда он прошел мимо нее три года назад.

– Приятно познакомиться, мисс Данвуди.

Кэрри посмотрела на огромную руку, протянутую ей, и заставила себя пожать ее. Его пальцы были большими и теплыми, рукопожатие – энергичным.

– Присаживайтесь, – предложил он дружелюбно.

Кожа на ее руке горела в том месте, где он к ней прикоснулся, и она едва удерживалась от того, чтобы потереть ладонь о бедро. Она заняла место, которое он ей указал, испустив легкий вздох облегчения.

Кэрри почти не сомневалась, что он не узнал ее. Внешне она сильно изменилась с тех пор, как три года назад он испепелил ее свирепым взглядом своих светло-карих глаз, выходя из кабинета директора. Из-за стресса она сильно похудела, и черты ее лица заострились. Также она долго искала идеальный цвет для волос, но в конце концов вернулась к своему естественному каштановому.

Если бы Андреас хотя бы примерно представлял, кто она на самом деле, ее бы здесь сейчас не было. Она бы не получила приглашение на второе собеседование.

Казалось невозможным, что он знал ее имя и род деятельности, но за пять лет работы она уяснила, что ничего нельзя сбрасывать со счетов.

Мужчина задумчиво смотрел на нее, а не на документы перед ним, которые, как она догадалась, были ее рекомендациями и резюме, и Кэрри изо всех сил пыталась не покраснеть. Когда она наконец подняла на него глаза, то оказалась под мощным влиянием его мужской притягательности, парализовавшей ее разум и заставившей ее сердце бешено колотиться.

У Кэрри пересохло в горле и перехватило дыхание. Вне зависимости от того, что представлял собой Андреас, одно было несомненно – он был безумно привлекательным мужчиной. У него были густые темно-каштановые волосы, немного более светлые на концах, спадающие на широкий лоб, скулы, на которых можно было кататься на лыжах, точеная квадратная челюсть с заметной щетиной и тонкий нос с небольшой горбинкой. Кожа казалась обветренной и с глубоким загаром, и он выглядел на свой возраст – тридцать семь лет.

Определенно, это самый мужественный и красивый мужчина, которого она когда-либо видела.

Потом он криво улыбнулся. Его улыбка была похожа на оскал большого плохого волка за минуту до того, как он съел бабушку.

– Поздравляю с приглашением на финальное собеседование, – произнес он на безупречном английском. Кэрри знала (у нее было собрано много информации об этом человеке), что он изучал английский на своей греческой родине, а затем усовершенствовал его в американском университете. Он говорил бегло, его приятный акцент звучал в ее ушах как божественная симфония. – Буду честен и скажу вам, что вы – мой предпочтительный кандидат.

Она опешила:

– Правда?

Его глаза сверкнули.

– Прежде чем я углублюсь в описание своих требований, мне нужно кое-что знать о вас.

Она попыталась скрыть свой страх под улыбкой, которую с трудом изобразила.

Заметил ли он несоответствия в ее резюме?

После минутного молчания, повисшего между ними, она наконец смогла произнести:

– Что именно вы хотели бы узнать?

– Резюме и рекомендации дают лишь скудное представление о человеке. Если я возьму вас на работу, мы будем проводить много времени вместе. Вы будете моей правой рукой, распорядительницей моего домашнего очага. Вы будете знать мои самые сокровенные секреты. Итак, мисс Данвуди… могу я называть вас Кэролайн?

Она слегка кивнула. Единственным человеком, который называл ее так, была ее мать, но она не произносила ее имя так певуче, как Андреас. Что за странные мысли приходят ей в голову?

– Кэролайн. Если я дам вам работу, мне нужно доверять вам и нужно понять, сможем ли мы сработаться.

Его расслабленная поза, бархатный баритон, располагающее к себе лицо завораживали ее, но где-то на задворках сознания мигала тревожная лампочка. Инстинкт подсказывал ей, что нужно схватить сумку, пальто и прямо сейчас бежать из офиса.

– Вы замужем или у вас есть друг? – продолжил он. – Я спрашиваю об этом, потому что вы много времени будете тратить на работу, а не на личную жизнь.

– Я не состою в отношениях.

У нее никогда не было и не будет романов. Мужчинам нельзя доверять. Она это давно поняла.

– Дети?

Она покачала головой, сразу подумав о Вайолет, которую любила как дочь.

– Иждивенцы? Собаки, кошки, золотые рыбки?

– Нет.

– Хорошо. Я не приношу извинений. Я требовательный работодатель, и это практически круглосуточная работа. Дебби что-то говорила об этом на предварительном собеседовании?

– Что это работа в вашем доме по обеспечению всех ваших потребностей.

Он наклонил голову, его лицо стало задумчивым.

– Так написано в объявлении, но вы должны знать, что работа связана с моей повседневной жизнью. Моя личная помощница следит за функционированием всех моих домов, но никакой домашней работы делать не нужно, для этого есть обслуживающий персонал. Я много работаю. Поэтому, придя домой, хочу оказаться в комфорте, чтобы все мои потребности удовлетворялись четко, быстро и без лишних вопросов. Мне постоянно нужен рядом человек, который будет делать все, в чем я нуждаюсь в конкретный момент: налить кофе, приготовить одежду, сделать так, чтобы полотенце было под рукой, если я занимаюсь спортом, – в общем, такого рода вещи.

«Этому мужчине нужен был не личный помощник, а раб», – возмущенно подумала Кэрри, слушая его соблазнительный голос.

– Взамен я предлагаю очень щедрую зарплату. – Он назвал цифру, которая заставила ее изумиться, это было в четыре раза больше ее журналистского дохода.

Любой другой соискатель ухватился бы за эту возможность обеими руками. Это была огромная сумма, нужно было быть всего лишь личной служанкой Андреаса.

Он положил руки на стол, наклонился вперед и посмотрел на нее таким взглядом, что внутри у нее все сжалось.

Чем дольше она смотрела в его глаза, тем более удивительными они ей казались: светло-коричневые, медовые, глубокие. Если она будет работать на него, ей нужно постоянно быть начеку. При условии, что она собиралась жить под его крышей. Этот человек реально опасен.

– А еще, Кэролайн, – сказал Андреас, и темп его речи немного замедлился, – у меня есть одно дополнительное требование к кандидату на эту должность.

– Какое же?

– Мне нужен кто-то с веселым нравом.

Она так не сумеет. Как ей быть веселой с человеком, которому она не может симпатизировать?

– Я имею в виду, что работа достаточно стрессовая. По приходе домой мне хотелось бы, чтобы меня приветствовали с улыбкой и не дергали по мелочам. Можете ли вы улыбаться?

Он задал вопрос с напускной серьезностью, и ее губы сами по себе растянулись в улыбке.

Его глаза блеснули в ответ.

– Намного лучше.

Затем он вновь откинулся назад, сложил руки на груди и медленно кивнул:

– Да. Я думаю, вы мне подойдете. Работа ваша, если вы согласны.

Она удивленно моргнула:

– Правда?

Неожиданно для нее все оказалось так легко… Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Андреас – один из самых богатых людей в мире. Он очень умный – только один процент людей во всем мире имели такой же IQ, как у него. Не мог он после пятнадцатиминутного общения взять ее на работу, предполагавшую доступ ко всем его тайнам.

– Вы хотите получить эту должность? – бросил он вызов, нарушив молчание.

– Да. – Она попыталась ответить с энтузиазмом и изобразила на лице улыбку. – Да, конечно, хочу. Спасибо вам.

– Хорошо. – Он хищно улыбнулся. – У вас с собой паспорт?

– Да.

В письме с приглашением на второе собеседование просили принести паспорт. Она предполагала, что они просто хотят снять копию, чтобы удостовериться в ее личности.

Андреас встал.

– Тогда нам нужно идти. Мы улетаем.

Кэрри уставилась на него:

– Улетаем?

– В письме, которое вам было отправлено, ясно сказано, что успешный кандидат приступает к работе немедленно.

– Это же… – Она не сразу поняла, что это значит – немедленно. – Мы едем за границу прямо сейчас?

В его глазах опять появился опасный блеск.

– Да. Прямо сейчас. У вас с этим какие-то проблемы?

– Никаких проблем. – Она поспешила встать. Работа получена, и ей не хотелось, чтобы он передумал. Она потренируется улыбаться, как только найдет зеркало. – Просто я подумала, что у меня нет с собой никакой одежды.

– Вы будете обеспечены всем необходимым, как только мы приедем на место. Сообщите Дебби ваш размер одежды, и мы уходим.

– Куда мы направляемся?

– В один из моих домов, где не бывает дождей.

С этими словами Андреас открыл дверь кабинета и повел ее за собой.

Глава 2

Андреас сидел в кресле своего частного самолета, перед ним на столике лежал открытый ноутбук. Неподалеку Кэрри читала толстую папку с документами, касающимися всей его недвижимости. Он не сомневался, что ей все это покажется ужасно утомительным.

Все принадлежащие ему объекты были там перечислены, кроме одного – того, куда они сейчас летели.

– На каком из объектов недвижимости я должна сосредоточиться? – спросила она перед тем, как он вручил ей папку, тонко давая ему понять, что он так и не сказал, куда они направлялись.

– На всех, – улыбнулся он. – Я протестирую вас, как только мы прилетим.

– Когда это произойдет?

Он посмотрел на часы.

– Примерно через одиннадцать часов.

Глаза Кэрри сверкнули, но она больше ничего не сказала. Он видел, что она озадачена, и наслаждался этим.

На протяжении всего собеседования Андреас получал удовольствие от ситуации. Он также испытывал удовлетворение от того факта, что так быстро ее расколол. Ярость затуманивала его разум, а ему нужно было ясно мыслить, чтобы и дальше водить за нос эту змею.

Андреас решил, что вывезет ее из Англии так далеко, как только сможет. Это дезориентирует ее, поставит в такое положение, что она будет в его доме, из которого невозможно бежать или связаться с внешним миром. Тогда он потребует ответить на все его вопросы. Он хотел знать все – почему она проводила свое расследование, что ожидала найти и кто ее послал. Он осторожно навел справки по своим каналам в прессе, но ничего не выяснил. Не было даже намека ни на один скандал, связанный с его именем.

Инстинкт говорил Андреасу, что здесь замешано что-то личное. Слишком много было совпадений.

Вместо того чтобы расспросить Кэрри немедленно, он решил, что сначала немного с ней поиграет. Пусть она слегка помучается. Это было самое малое, что она заслужила.

Неужели Кэрри действительно думала, что он настолько беспомощен, что ему нужно наливать напитки и вытирать пот со лба во время спортивных тренировок? Андреас любил комфорт, но не до такой степени. Он заметил удивление в ее глазах, когда озвучивал обязанности помощницы, но делал он это, только чтобы увидеть ее реакцию.

Следующие несколько дней он будет играть роль привередливого ребенка, и она возненавидит его.

Отлично.

Андреас будет наслаждаться каждой минутой ее ярости.

Она отложила в сторону блокнот, в котором что-то писала, и достала телефон из сумочки. Отодвинувшись от него подальше, она включила свой аппарат, но потом откинулась в кресле и нервно затеребила волосы.

Андреас ухмыльнулся, наслаждаясь ее молчаливым разочарованием. Он имел дело с конфиденциальной информацией, поэтому необходимо было ввести пароль, чтобы воспользоваться Интернетом. Ему было интересно, как долго она продержится, пока его не попросит.

Только через три часа она подняла голову, прочистила горло и сказала:

– Пожалуйста, можно мне получить пароль от Wi-Fi?

– Я не думал, что вам нужно с кем-то связаться, – заметил он, сложив руки на груди и наслаждаясь ее румянцем.

– Нет, – ответила она после небольшого колебания. – Я просто хотела проверить свою почту.

– Ожидаете важного письма?

Кэрри покачала головой, и краска еще больше залила ее щеки.

– Ничего срочного. Я проверю позже.

Кэрри Риверс, Кэролайн Данвуди, или как там было ее настоящее имя, была очень привлекательной. Фотографии не в полной мере отражали ее красоту, в жизни она показалась еще более привлекательной, черты лица – мягче, кожа – свежее и бархатистее.

Андреас вспомнил ту немного полноватую женщину, мельком увиденную им три года назад. Ее глаза были необыкновенными, запоминающимися, но в тот день он слишком злился, чтобы думать о чем-либо еще. Прошлым вечером он обнаружил, что его племянница и ее лучшая подруга пьют спиртные напитки и употребляют наркотики. Дальше ситуация лишь ухудшилась.

Быть опекуном осиротевшей девочки-подростка, родители которой погибли, было тяжело.