Вторая брачная ночь

Married for the Greek’s Convenience © 2016 by Harlequin Books S. A.

«Вторая брачная ночь» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Глава 1

Ксандер Тракас считал, что хуже его жизнь уже быть не может, но эта новость стала последней каплей. Его американский адвокат, профессионал из профессионалов, сообщил, что его брак с Элизабет Янг зарегистрирован во всех соответствующих инстанциях, однако нет никаких следов его расторжения. Формально они все еще женаты.

Ксандер яростно потер тыльную сторону шеи, глубоко вздохнув.

Вся эта история с таблоидом «Тайны знаменитостей!» превратилась в скандал десятилетия. Он не думал, что обещания «сочных подробностей о жизни наиболее желанных и развратных холостяков планеты» окажутся правдой. Он, конечно, действительно входил в список самых желанных – но развратных? Ксандер слышал множество сальных историй о своих новых собратьях по несчастью – по сравнению с ними он вообще практически девственник! Ну ладно, это, конечно, преуменьшение – однако те несколько его партнерш за много лет, с которыми он был во вполне моногамных отношениях, не идут ни в какое сравнение с достижениями Данте Манчини, Бенджамина Картера или шейха Зайн аль-Гамди.

Последующие статьи, не только в «Тайнах знаменитостей!», но и в конкурирующих с ним изданиях подобного типа, нарисовали его портрет, который не имел ничего общего с оригиналом. Три его бывших возлюбленных продали свои истории, приукрашивая их и выдавая за сенсацию то, что он считал абсолютно нормальными, здоровыми отношениями. Какие-то женщины, знакомства с которыми он даже не помнил, рассказывали о проведенных с ним ночах. В общем, полное безумие.

И, как ни странно, единственной женщиной, которая не продала душу за несколько сребреников, была та, на которой он, вопреки здравому смыслу, женился десять лет назад.

Достаточно одному дотошному репортеру покопаться в судебных документах, как история о его браке выплывет наружу. И всем станет ясно, что, пока его покинутая греческая невеста умирала от многочисленных травм, он проводил время с американской красавицей, абсолютно равнодушный к трагедии.

Он никогда не разговаривал об этом ни с кем. Ни с самой Элизабет, ни с родителями, ни с друзьями.

С Элизабет они никогда не жили вместе как муж и жена. Встретились, поженились, провели безумные две недели на острове Святого Франциска, а потом разошлись в разные стороны.

Однако эти разные стороны, как оказалось, не включали аннулирования брака – которого, как утверждала Элизабет, дополнив это утверждение крепкими ругательствами, она собиралась потребовать.

В последний раз они виделись в коттедже, который снимали на острове. По ее ошарашенному лицу катились слезы.

Знала ли она, что прошение об аннулировании отклонено? Знала ли брачная посредница мультимиллионера, что она сама и есть его законная жена? Было крайне маловероятно, что нет, однако за все эти годы она ни разу не пыталась с ним связаться.

Он, впрочем, тоже. Он практически полностью стер ее лицо из своей памяти.

Следовало соблюдать осторожность.

Судя по досье, которое ему на нее собрали, она больше не была той беззаботной девятнадцатилетней девочкой, которая не думала ни о чем другом, кроме свежего ветра в волосах, моря и солнечных пляжей. За эти десять лет она создала для себя с нуля совершенно другую жизнь.

Его телефон завибрировал, нарушая ход его мыслей. Ксандер думал, что это адвокат, которому он поручил выяснить, по какой причине прошение о разводе было отклонено. Он еле успел сообразить, что это не так, и не отвечать на вызов. Звонил отец, а Ксандер не был сейчас готов с ним разговаривать.

Разговоры с родителями становились все более напряженными, и виноваты в этом были обе стороны. На днях его невестка попала в больницу с алкогольным отравлением, и у нее отказала печень. А если его брат не прекратит накачиваться наркотиками, он будет следующим. Все это было довольно тяжело переживать и без скандала, который развернулся из-за публикаций в «Тайнах знаменитостей!».

Нужно оставаться хладнокровным и трезвомыслящим. Завтра он возвращается домой, но сегодня его ждет ежегодная вечеринка благотворительного фонда «Надежда», который он спонсировал. Там будут все четверо главных героев скандала – а значит, и пресса в больших количествах. Все они были донорами этого фонда, и из-за скандала, связанного с ними, дела его ухудшались.

Хотя бизнес их лежал в разных сферах, многие годы эти четверо были соперниками. Все они были молоды, запредельно богаты и обладали сугубо практичным и прямолинейным подходом к делам. Их взаимодействия друг с другом никогда не отличались особым дружелюбием.

Но сегодня им придется преодолеть привычную враждебность. Они чувствовали нарастающее давление. Они были в центре тайфуна, и чем скорее они найдут оттуда выход, тем лучше.

Две недели спустя

Элизабет Янг вошла в свою квартиру в Вест-Виллидж[1] с явным чувством облегчения. После недели, проведенной в Риме, она была рада вернуться домой.

Она жила в самом центре Нью-Йорка, в одном из его старейших районов. Площадь квартиры была не такой уж большой – она, конечно, хорошо зарабатывала, но все-таки не настолько, – однако нигде больше ей не удавалось добиться такого же ощущения комфорта и уюта.

Примерно в десятый раз с момента приземления Элизабет проверила телефон, уверяя себя, что дело в возможном звонке Пайпер, а вовсе не в том, что, по слухам, с ней собирается связаться бывший муж.

Именно из-за того, что Пайпер назвала его имя, она так и разнервничалась. Симпатичная австралийка так и засыпала ее вопросами, и Элизабет не могла ее винить – на ее месте ей и самой было бы любопытно. Трое из мужчин, задействованных в скандале «Тайны знаменитостей!», уже обратились к ее услугам – вполне ожидаемо, что и четвертый тоже к ней обратится.

Данте сказал, что Ксандер тоже тебе позвонит.

Это Пайпер так сказала? Они точно говорили о чем-то подобном, в результате чего Элизабет пришлось встретиться лицом к лицу с тем, что до этого она почти две недели отрицала.

Бенджамин, Зайн и Данте – все трое сказали, что ее контакты и рекомендацию им дал Ксандер. Она понятия не имела, откуда он вообще знает, чем она занимается, и тем более откуда у него ее контакты. Ее агентство «Левиафан» работало в атмосфере строгой секретности и только по личным рекомендациям.

Она сказала себе, что то, что он порекомендовал ее услуги другим, еще не означает, что он собирается сам ими воспользоваться. В конце концов, у него другая ситуация: семья Тракас единолично владеет компанией «Тимос» на протяжении поколений.

Компания работала в индустрии красоты и моды, ее продукты продавались по всему миру. Им не нужно было оглядываться на мнения акционеров или цену акций на бирже – ничего этого не было. И Ксандеру не было нужды жениться, чтобы спасти семейную репутацию.

Первые несколько дней после того, как он ее бросил, Элизабет прожила словно в тумане. Каждое утро она просыпалась с надеждой, что все это лишь плохой сон, и протягивала руку, ожидая найти его в постели рядом с собой. На четвертый день, когда она пялилась в телефон в надежде увидеть от него хоть слово, в комнату вдруг вошла ее мать. И тут розовые очки, которые Элизабет носила всю жизнь, упали и разбились.

Романтическая вечная любовь – это сказка, и ее родители – лучшее тому доказательство. А она сама – просто наивная идиотка, которая думала, что в ее жизни все должно быть как-то иначе.

С того момента ее жизнь разительно изменилась.

Следующие несколько лет Элизабет намеренно запрещала себе думать о человеке, который разбил ей сердце. Он для нее просто не существовал. Так было до тех пор, пока она не наткнулась на статью о вновь назначенном исполнительном директоре «Тимос» Ксандере Тракасе. Который совершил практически невозможное, выйдя со своей компанией на американский рынок.

Только тогда она узнала, насколько богатой и могущественной была эта семья. А еще из этой статьи она узнала об Ане Сукис, возлюбленной Ксандера с детства. Они собирались пожениться, но незадолго до свадьбы Ана трагически погибла в автомобильной катастрофе.

В то же самое время, когда этот грязный подонок женился на ней.

То есть он женился на ней либо когда был обручен с другой женщиной, либо когда должен был убиваться из-за ее гибели.

Статью она выбросила, возблагодарив небеса, что прошло еще недостаточно много времени и брак удалось аннулировать. Бракоразводного процесса она бы не перенесла.

И несмотря на то, что она корила себя за это, следующие годы она продолжала время от времени следить за упоминаниями его имени в прессе. Он больше не женился – да и зачем бы? Женщины и так вешались ему на шею в количествах, превышающих разумные, если верить тем же «Тайнам знаменитостей!». Из всех четверых, задействованных в скандале, Ксандер был наименее им затронут. Так что жена ему не нужна.

Поэтому хватит о нем думать, сказала она себе, облачаясь в халат и отправляясь в ванную. Из-за четырнадцатичасового перелета она чувствовала себя выжатой как лимон.

Вместо этого она стала думать о Пайпер. Если бы она могла, она бы всеми силами постаралась отговорить ее от брака с Данте. Это не она их свела – их брак родился из случайной ночи вместе, которая увенчалась незапланированной беременностью. А помощь Элизабет была нужна лишь для того, чтобы подготовить бедную девочку к роли сверкающего украшения рядом с миллионером.

Если бы этим занималась Элизабет, то Пайпер была бы последней в списке претенденток. Она слишком юная и наивная для того мира, в который случайно попала. Как и – когда-то – сама Элизабет.

Она забралась в ванну и закрыла глаза. И тут телефон зазвонил.

Все ее тело словно оледенело, включая мозг. Затем ее сердце снова забилось и с невероятной силой застучало по ребрам изнутри. Глубоко вздохнув с закрытыми глазами, Элизабет сделала одну вещь, которой никогда себе не позволяла: проигнорировала звонок.

Включился автоответчик, и вибрация сообщила ей о том, что звонивший оставил сообщение.

Элизабет открыла глаза, взглянула на потолок, который сама разрисовывала, и усилием воли успокоилась.

Может, это вовсе и не он. Ее клиенты не имели понятия о личном времени или пространстве, если оно было не их собственным. В их понимании она просто наемный работник, и, если им вздумалось бы позвонить ей в десять вечера в пятницу, Элизабет была обязана принять звонок.

Она послушает сообщение, когда выйдет из ванной, и перезвонит. Ее бизнес – а точнее сказать, ее детище – был единственным, чем она по-настоящему гордилась. Она построила его с нуля…

Телефон зазвонил снова.

На этот раз ее сердце словно бы подпрыгнуло. Элизабет повернулась и посмотрела на телефон, который она, как обычно, положила на полочку, чтобы можно было дотянуться. Экран мигал. Однако прежде чем она смогла заставить себя что-нибудь сделать, снова включился автоответчик.

Через десять секунд телефон снова зазвонил.

Резкий выплеск адреналина придал ей энергии. Она вытерла руку о полотенце и взяла телефон. Номер был незнакомый.

– Алло? – сказала она неуверенным голосом.

– Элизабет?

Глубокий бархатистый голос Ксандера был словно ушат холодной воды на голову. От неожиданности она разжала пальцы, и телефон с тихим всплеском упал в воду.

Через двадцать минут, уже придя в себя и уняв сердцебиение, облаченная в мягкий банный халат, Элизабет выключила фен, которым сушила сим-карту, изъятую из многострадального телефона. Проклиная себя за глупость и надеясь, что данные удастся спасти, она вставила ее в старый телефон, который достала из шкафа.

Когда аппарат включился, Элизабет с облегчением выдохнула: все контакты сохранились. Однако номера Ксандера у нее не было, и восстановить его было никак нельзя. Но интуиция подсказывала Элизабет, что он не оставит попыток с ней связаться – и теперь она уже будет к этому готова.

Интуиция не подвела. Через несколько минут она услышала уведомление электронной почты:

«Элизабет, это Ксандер. Судя по всему, у тебя какие-то проблемы с телефоном. Высылаю тебе свой номер, перезвони, как только сможешь».

В первую секунду ей захотелось расплакаться, но потом ее вдруг охватила злость, такая сильная, что непролитые слезы мгновенно высохли.

Значит, он все-таки собирается пойти по стопам своих приятелей-ловеласов и воспользоваться ее услугами.

Какая же наглость. И бесчувственность. Полное, абсолютное отсутствие эмпатии.

Ну ему-то зачем жена?

Ей захотелось немедленно ему ответить и подробно объяснить, куда он может идти со своим требованием перезвонить немедленно. Но она сдержалась. Если она будет ему грубить, это будет выглядеть так, как будто она спустя десять лет все еще на него злится. Хотя это конечно же не так – просто у нее была тяжелая неделя и она устала. И сейчас она это докажет.

Она встала перед зеркалом и досчитала до тридцати, а затем набрала номер. Ксандер ответил после первого же гудка:

– Спасибо, что перезвонила. Ее покоробило от его сугубо делового тона. Глядя на собственное отражение, она улыбнулась, чтобы продемонстрировать полное отсутствие каких-либо эмоций:

– Не за что. Извини, в Риме я уронила телефон, и с тех пор он ведет себя странно, – соврала она не моргнув глазом. Ее голос звучал полностью дружелюбно, как она и хотела.

– Мне надо с тобой встретиться.

– Ладно, – сказала она, хотя на самом деле ей хотелось послать его к черту и спустить телефон в унитаз. – У тебя есть предложения по дате?

Если бы она могла, она бы отказалась. Но вся ее компания и ее репутация строились на ее личном участии. У нее был свой подход к поиску пары, и, надо сказать, крайне успешный. А все остальные сотрудники были нужны только для технического обеспечения и делопроизводства.

– Я скоро отправляюсь в вашу часть света. Как насчет завтра?

Ксандер жил в Греции. Элизабет быстро подсчитала, что сейчас там около шести утра. Во сколько он вообще встает?

Потом она припомнила новости. Может, он и не ложился. Или, может быть, он в постели прямо сейчас? И рядом с ним сладко спит какая-нибудь женщина? Эта мысль вызвала чувство легкой тошноты.

– Элизабет?..

Она усилием воли избавилась от неприятных мыслей и сконцентрировалась на своем графике:

– Завтра – это…

– В субботу. Я прилетаю в три часа дня по вашему времени.

– У меня назначена встреча в обед.

– Значит, вечер свободен, – его ответ не предполагал возражений. Элизабет почувствовала, как ее охватывает паника.

– А воскресенье у меня полностью свободно, – выдавила она, надеясь хотя бы немного оттянуть неизбежное. – Тебе известно, где мой офис?

– Мы не будем там встречаться. Я хочу, чтобы ты ко мне прилетела.

По ее спине поползли мурашки, но ее тон остался беззаботным.

– Куда?

– Остров Святого Франциска.

Ее улыбка сразу же исчезла. Она чувствовала себя так, словно ее неожиданно ударили под дых. Тем временем Ксандер продолжал:

– Я найму самолет, чтобы он доставил тебя туда после твоей встречи. Собери сумку и не планируй ничего на воскресенье.

У Элизабет перехватило дыхание, она совершенно не могла сосредоточиться. Она сделала шаг назад и села на край кровати, потому что ноги ее не держали.

– Элизабет? Что-то не так? – В его деловом тоне появился даже намек на человеческие эмоции.

Она прикрыла рот рукой, чтобы было не слышно, как она откашливается, а потом сказала:

– Нет, все в порядке. Встретимся там, где тебе удобно.

– Значит, на острове Святого Франциска.

– За поездки на другой континент я беру задаток в размере четверти оплаты, – сказала Элизабет, усилием воли заставляя свой голос звучать спокойно.

– Пришли мне свои реквизиты и сумму, мои сотрудники все оплатят.

И, не успела она придумать еще какую-нибудь причину отложить встречу, как он сказал:

– Значит, договорились. Увидимся завтра.

И отключился.

Элизабет оторвала телефон от уха и посмотрела на него так, словно опасалась, что он сейчас ее укусит. В принципе, миллионеры, которые повсюду стремятся демонстрировать свою важность, для нее не новость. Как-то раз она проводила интервью в бедуинской палатке в Сахаре меньше чем через двенадцать часов с момента звонка. Эти люди не понимали обычных человеческих ограничений, и простым смертным оставалось только соответствовать их непомерно завышенным требованиям. Не то чтобы они все были плохими – но они привыкли оглядываться только на свои собственные нужды. Именно поэтому Элизабет и стала так популярна в их среде – она потакала их привычкам.

Так что разговор с Ксандером ничем, кроме деталей, не отличался от разговора с любым другим клиентом. Они – незнакомцы, которые случайно поженились и провели вместе четырнадцать дней. Так что не о чем говорить.

Дело было в локации – из-за этого Элизабет разнервничалась.

Почему остров Святого Франциска? В мире есть множество прекрасных мест, так почему именно там?!

Очевидно, это не простое совпадение – он не мог назвать то самое место, где они встретились, поженились и позже расстались, случайно. И именно это место он выбрал для поиска себе новой жены.

Ксандер положил трубку и тяжело вздохнул. Он подошел к окну и взглянул на Эгейское море, все еще темное, над которым только начинали появляться первые лучи солнца.

Он до последнего надеялся, что ему не придется делать этот звонок. Но после напряженного разговора с родителями, продлившегося почти до утра, он пришел к выводу, что другого выбора у него нет.

Ради племянника ему срочно нужна жена. И случайно так вышло, что она у него уже есть.

Ему осталось только убедить Элизабет с этим согласиться. Конечно, после того, как они расстались, его ждет буря – ну так что же. Каждый день ему приходится справляться с вещами и похуже.

Он слышал, как она вздохнула, когда он произнес название острова. Он намеренно сделал так, чтобы она не смогла увести разговор в сторону или отказаться от встречи. Точно так же он поступит и на острове: просто не даст ей времени и возможности отвергнуть его предложение.

Элизабет больше не была той юной девушкой, в которую он влюбился. Тогда все ее чувства и мысли были написаны у нее на лице. Теперь же это сдержанная взрослая женщина, способная мыслить рационально.

И эта способность ей понадобится для того, чтобы принять верное решение и согласиться остаться его женой.

Глава 2

Частный самолет, который Ксандер для нее нанял, зашел на посадку в аэропорту острова Святого Франциска. Элизабет стиснула подлокотники кресла. Она боялась вовсе не посадки, а того, что за ней последует.

У нее была одна ночь на то, чтобы придумать причину все отменить. Автомобильная авария, семейные неприятности, перелом ноги… Но она все это отвергла.

В конце концов, это ее работа. Ее услуги доступны лишь небольшой группе избранных, но эти избранные обитают в своем собственном мире. Если пойдут слухи о ее непрофессионализме или ненадежности, то ее деловая репутация, которую она строила все эти годы, будет потеряна.

Того Ксандера, которого она знала, больше не существует. А все, что она знала о нем как о бизнесмене, говорило, что он не переносит глупости. Если бы у него оставались к ней какие-то чувства, он не назначил бы встречу на этом острове.

Когда-то она любила его всем сердцем. Но в тот день, когда она собрала вещи, готовясь к поездке на остров Диадонус к его родителям, навстречу их новой жизни вместе, он отнял у нее всякую надежду. Сказал, что их свадьба была ошибкой, что он никогда ее не любил, что его семья никогда ее не примет и что он уезжает обратно без нее.

Элизабет почувствовала, как при воспоминании о том дне холодом скрутило живот. Она многое готова была отдать за то, чтобы снова пережить тот момент. Сейчас она была бы хладнокровной и спокойной, а тогда она еле могла дышать от слез. Ее страшно угнетала мысль, что именно такой он ее и запомнил.

Но сейчас-то она уж точно будет собранной и хладнокровной. Сделает вид, что он просто обычный клиент, а не беспринципный лжец, который ее бросил.

Самолет приземлился, однако тошнота не проходила. Элизабет так не нервничала с того дня, когда ушла из родительского дома, решив начать самостоятельную жизнь.

Лучи клонившегося к закату солнца падали на аккуратный аэропорт, окутывая его золотистой дымкой. Элизабет вышла из самолета, держа в руках сумку с вещами и кейс с ноутбуком. После холодного Нью-Йорка ей было приятно оказаться в более теплом климате.

До той первой поездки сюда она никогда не выезжала из страны и даже из Нью-Йорка. А потом скончалась ее бабушка, которая все свои средства завещала внучке и явно указала в завещании, что была бы рада, если бы Элизабет потратила часть денег на то, чтобы «выбраться из этой чертовой страны и посмотреть мир».

Бабушка обрадовалась бы, если бы знала, что работа Элизабет позволяет ей путешествовать по всему миру. И в списке всех его красот первое место занимал этот самый остров в Карибском море… однако воспоминания о нем были горькими.

Сотрудник таможни бегло проглядел ее паспорт и пропустил ее на парковку. Там уже ждал черный джип с тонированными стеклами. Когда она приблизилась, кто-то вышел из машины, и ее сердце екнуло: это был сам Ксандер. Он был одет в светло-коричневые летние брюки и светло-голубую футболку, а его темные волосы, которые она помнила вечно взлохмаченными, теперь были аккуратно подстрижены.

Элизабет крепче стиснула ручку чемодана. Он подошел и пристально взглянул на нее. Его яркие голубые глаза когда-то могли смотреть на нее часами…

Ноги Элизабет подкосились, и ей внезапно захотелось расплакаться. Она не понимала, откуда взялось это желание, пришлось взять себя в руки. Она предвидела, что это будет нелегко. Однако самое худшее – первая встреча – уже позади, сказала она себе. Первая встреча всегда хуже всего, с этим ничего не поделаешь.

– Элизабет, – сказал он вместо приветствия, протягивая руку.

Ей всегда нравилось, как он произносит ее имя. Ее мать всегда делала это с британским акцентом, а отец называл ее Лиззи – как она подозревала, просто чтобы досадить матери. Но в устах Ксандера оно звучало как титул.

Элизабет постаралась изобразить широкую улыбку в ответ:

– Рада тебя видеть.

Он натянуто улыбнулся:

– Хорошо выглядишь.

За годы он возмужал и стал выглядеть суровее, чем прежде. Любопытный ищущий взгляд стал тяжелым и пронзительным, на лице появились еле заметные морщины, однако в целом он выглядел даже лучше, чем десять лет назад.

Элизабет вспомнила, как он подошел к ней в холле отеля «Ла Мэзон Бланш» и настойчиво предложил понести ее багаж. Сперва она даже приняла его за портье, но потом заметила, что на нем купальные шорты, а на шее болтается полотенце. Впрочем, осознание этого заняло у нее добрых десять минут, за которые он уже успел проводить ее до номера. Только там она поняла, что этот сногсшибательно красивый молодой человек – вовсе не сотрудник отеля.

Они договорились встретиться в баре у бассейна через час. В это время она распаковала вещи и переоделась, и ей начало казаться, что он просто пошутил. Но когда она с замиранием сердца спустилась вниз, он ждал ее на условленном месте встречи. После двух совместно выпитых коктейлей она узнала, что он из Греции, что ему двадцать и он путешествует один. Тогда ей казалось, что это судьба.

– Это что, все твои вещи? – спросил Ксандер, рассматривая свою предполагаемую жену. Он, конечно, не думал, что она выглядит как десять лет назад, но и не ожидал столь разительных изменений.

Он ее помнил совсем юной девушкой с полудетскими чертами лица. Теперь же она стала худощавее, скулы заострились. Из-за темных очков он не видел ее глаз, однако весь ее облик излучал лоск, которого раньше не было.

Даже кудрявые волосы были выпрямлены и спадали на плечи красивыми волнами. Она производила сугубо профессиональное впечатление: на ней были светло-серые узкие джинсы с заклепками и превосходно сидящая белая рубашка, подчеркивавшая ее стройность. В этом наряде она пришлась бы ко двору где угодно: и на деловой встрече, и на вечеринке. И вдобавок точно бы обратила на себя внимание.

Он понес ее чемодан к машине. Элизабет не отставала, даже несмотря на черные туфли на каблуках. Весь ее вид излучал уверенность. Она была невероятно, сногсшибательно привлекательна.

Он открыл перед ней дверцу автомобиля и подождал, пока она заберется внутрь. До него донесся легкий запах ее духов, на фоне которого померкло даже благоухание местного жасмина.