Господин маг. Выпускник

Кошмар, короче.

Но деваться некуда. Утром следующего дня, невыспавшийся, но сосредоточенный, Петя стоял у доски с расписанием и пытался составить расписание для себя лично: где, когда и какие курсы он успевает посетить. Получалось плохо и опять-таки из-за навязанных факультативов. В той же оранжерее или виварии можно и вне учебных часов заниматься, а музыку с танцами никуда не сдвинешь. Не будет для него никто индивидуально играть. Или все-таки есть варианты?

Попытка подсчитать в уме, сколько же в неделе часов, и не меньше ли их, чем запланированных занятий, ни к чему хорошему не привела. Все-таки больше, но настолько незначительно, что непонятно, когда спать. В прошлом году свободного времени у него совершенно не оставалось, а теперь количество предметов заметно увеличилось. Принял решение посещать факультативы не каждый раз, а только тогда, когда прогуливать станет уже неприлично.

В действительности с факультативами все оказалось еще хуже. В самой академии желающих заниматься искусствами с преподавателями не нашлось. На старших курсах Петя остался единственным мещанином и единственным, кто домашнего образования не получил. Танцевать кадеты предпочитали на балах или танцевальных вечерах в собственном клубе. Музицировали немногие, но опять же делали это в клубе и самостоятельно. Азы рисования и стихосложения тоже всеми были освоены.

Так что ходить на соответствующие занятия Птахину предстояло в дом собраний, где для детей состоятельных горожан были организованы различные кружки. Многие из этих детей были вдвое моложе совсем еще не старого Пети. При этом местные аристократы все равно предпочитали для своих отпрысков нанимать гувернеров и в кружки не посылали. Как-то все это немного унизительно выглядело. Впрочем, не факт, что это не было целью Левашова.

Впрочем, все это выяснилось уже позже. На первой неделе занятий, после которой последовал бал по случаю начала нового учебного года, факультативы еще не начались.

Зато начался новый и весьма неоднозначный предмет «Магические технологии» или магтех. По крайней мере, на вводной лекции преподаватель Борис Алексеевич Хлунов, маг-целитель третьего разряда, обещал научить своих учеников менять форму и свойства живых организмов. К сожалению, научить только азам этого непростого дела. Чтобы стать настоящим химерологом и соединять в одном животном свойства нескольких, требуется куда больше времени, чем год занятий. По большому счету этим всю жизнь заниматься надо. Но если зазубрить несколько уже отработанных схем и действовать строго по ним, теоретически даже Птахин к концу обучения должен стать способен слепить мантикору или грифона, которых, возможно, даже хватит на один полноценный бой.

Почему преподаватель помянул его фамилию, Петя понял, когда тот продемонстрировал простейшую прививку стебелька одного растения на корешок другого. В принципе, садовники такое и без всякой магии делать умеют. Но с магией реально не только грушу на яблоню привить, но и апельсин на осину (вопреки поговорке). Впрочем, делать такое особого смысла нет, климатически адаптированных сортов выведено уже много. А вот прививка чего-нибудь культурного на корни болотных или, наоборот, пустынных растений, чтобы и тут и там собирать хороший урожай, – занятие очень даже полезное.

Так вот, успешное соединение несочетаемого в естественных условиях требует высокого уровня владения волевой магией. А с ней у Пети дела обстоят лучше всего на курсе. Благодаря высокой концентрации и хорошему магическому зрению. Только вот не лежит у него душа подобным заниматься. Не настолько он животных любит, чтобы становиться таким особо продвинутым ветеринаром. Сельское хозяйство же его не привлекает совершенно. Никогда на земле не работал и не рвется начинать это делать. Разве что когда-нибудь собственное имение появится. Но тогда можно будет и подучиться по мере потребности.

Становиться химерологом его тоже не привлекало. Очевидно, что единственное применение таким способностям – в армии. И жить придется где-нибудь подальше от крупных городов, чтобы неудачные эксперименты большого урона не нанесли. В таких условиях никакой высокий оклад радости не принесет. К тому же освоение сколько-нибудь продвинутого курса магтеха требовало дополнительного времени, а его Пете и так совершенно не хватало. А тут еще Левашов со своими танцами и музыкой…

Более интересным, с точки зрения практичного кадета, был курс пластического целительства (сокращенно пэцэ), который вел уже хорошо знакомый целитель – Новиков.

«Ударение в фамилии на второй слог Нови́ков, от слова «новик», а не от слова «новости», – не уставал повторять преподаватель. Петя-то уже давно запомнил, но теперь новый набор перваков появился, которые это еще не выучили.

Впрочем, занятия по специализациям у первокурсников начнутся только со второго семестра. Для тех, кто сумеет достаточно развить хранилище и каналы с помощью специального артефакта маготрон ЭП-15/22, обычно называемого давилкой. Раньше – нет смысла, слишком велик отсев, иногда до половины курса.

Так вот, этот Новиков еще на первом курсе обещал Пете и другим магам со специализацией – жизнь, что на третьем их научат вместо кожи броню выращивать. Вроде чешуи или панциря. Чем вызвал среди будущих целителей большое оживление. Впрочем, броня вместо кожи была частным и довольно экзотическим случаем применения данного раздела магии. Главное здесь выращивание утерянных (или замена больных) органов. При этом требуется совмещение заклинаний и волевой магии. Долго, трудоемко, энергозатратно, но вырастить новый глаз или хотя бы зуб вполне реально. Вот третий глаз или лишнюю пару рук – уже другой уровень. Кстати, официально запрещенный во всех странах. Но раз об этом говорят, значит, все-таки делают.

Впрочем, Петя решил, что избавление людей от увечий для него будет вполне достаточным уровнем. Но здесь, с учетом наличия у него способностей к волевой магии, следует поднажать.

Остальные предметы сохранились в полном составе, только специализация должна была больше углубиться. На земледелии в программу вошло изучение магических растений и грибов, на животноводстве – тоже магических, но уже всякой живности. Причем с формированием у них нужных магических свойств. Именно магических, а не рост урожая или увеличение удоев.

Существенно расширялся список изучаемых на зельеварении снадобий и методов их приготовления. То же касалось и артефакторики.

Только филмаг (философия магии) осталась без изменений. Все те же патриотические лозунги и жития великих князей. Петя, как, наверное, и все остальные кадеты, про себя морщился и жалел зря потраченного времени, но приходилось терпеть. Интересно, так и было задумано или им с преподавателем Евграфом Симеоновичем Стоминым не повезло? Вроде сбежать за границу никто и так не мыслит, все собираются Отечеству служить. Тем более все магическую присягу приносили. Так зачем все это? Традиция, что ли?

В общем, первая неделя занятий была, как и в прошлые годы, больше вводной. Чтобы у старшекурсников было время расписание утрясти, а у вновь поступивших в реалиях академии разобраться.

А потом, как и во все годы существования академии, подошло время бала в честь начала нового учебного года и нового набора кадетов. Бал традиционно проводился под патронажем городничего, Юрия Дмитриевича Старицкого, в здании городского собрания, в просторечии – дома собраний. Все кадеты приглашены. Преподаватели академии, естественно, тоже.

Идти туда в этом году Пете совершенно не хотелось. В академии он разучился развлекаться. И сделать это на балу было очень проблематично. С первокурсниками все понятно, они воодушевлены приемом в кадеты и считают, что весь мир лежит у их ног. Но прямо сейчас их будет ждать первое разочарование. В отличие от них, местные красавицы прекрасно знают про большой отсев и ближайшие полгода будут к ним только приглядываться.

Со старшекурсниками другая история, и тут уже мешают личные Петины заморочки. На выпускном курсе он остался единственным мещанином, причем из самых низов. Смотреть на местных девушек сверху вниз у него не получается. До поступления в академию достичь положения местных горожан было для него пределом мечтаний. Причем шансов на это было ничтожно мало. И девиц, мечтающих выйти замуж за мага и вырваться из болота их довольно-таки унылого и отнюдь не богатого быта, он очень хорошо понимал. Так что они сюда не просто развлекаться ходят, они замуж хотят. Обмануть такую, а после получения мажеского перстня уехать и больше о ней не вспоминать, не так уж сложно. Чем многие кадеты пользуются. Пете это не то чтобы претило, но совсем свободным от обязательств он бы себя считать не мог.

Конечно, гулять с девушкой вовсе не означает обязательно на ней жениться. Можно элементарно характерами не сойтись или друг другу разонравиться. Но все-таки каждую такую подругу он бы рассматривал как возможную невесту. Но тут возникало сразу несколько мешающих моментов.

Во-первых, ни в кого за два года учебы он так и не влюбился. Возможно, это могло бы случиться с дочкой местного аптекаря Анной, но та сама была им не слишком увлечена, и когда вдруг объявился ее прошлый ухажер, сразу же с ним сбежала. Между прочим, лучший выпускник академии трехлетней давности, тоже Петр, но еще и граф Шувалов. Маловероятно, чтобы все закончилось их свадьбой. Походит еще годик в любовницах, пока у мага обязательная служба после окончания академии не кончится, и останется на бобах. А может, успеет хотя бы денег за это время накопить. Это уже не Петино дело.

В результате всех девушек более или менее подходящего возраста в этом небольшом городке Петя знал. С некоторыми даже был в приятельских отношениях, но не более. И никого нового на балу не ждал, так как туда и в прошлом году уже такие малолетки прорывались, что дорасти до возраста, когда их всерьез можно будет воспринимать в качестве подруг, до его выпуска просто не успеют.

Во-вторых, откровенная охота местных девушек за женихами напрягала. Как-то обидно сознавать, что девушке почти все равно, кто из магов будет с ней. Если сделать предложение, скорее всего, ни одна не откажет, но это не значит, что будь у нее выбор, она выбрала бы именно Птахина. Скорее какого-нибудь графа или князя предпочла.

В-третьих, Пете просто некогда было с девушками гулять. Слишком много времени и сил учеба занимает. Если не хватает природного таланта, приходится брать упорным трудом. Это Шувалов или Пален, не напрягаясь, академию с четвертым разрядом окончили, а гений Волохов, глядишь, третьего достигнет. А Птахину кровь из носу надо до пятого дотянуться. Выпускаться с шестым, значит, с самого начала ни на какое приличное место по распределению рассчитывать не придется. Так что учеба важнее всего.

Ну и, наконец, некуда ему спешить с женитьбой. Ему всего семнадцать лет, восемнадцать только после окончания академии исполнится. Это девушки в девках засидеться боятся, а молодой маг будет желанным женихом еще долго.

Петя нерешительно остановился. Пока шел к дому собраний, свое отношение к девушкам по полочкам разложил. Вон двери в обрамлении грудастых кариатид уже видны. Но что-то не манят. Может, куда свернуть? Только куда? Он один раз уже собрался было вместо официального мероприятия дорогой зал с девушками в местной бане посетить, так чуть у входа на Левашова не нарвался. Вполне может снова там оказаться. То ли сам развлекается, то ли кадетов сторожит. Ну его на фиг!

Придется все-таки на бал идти, чтобы не выделяться. Помелькать полчасика, а там видно будет.

Впрочем, стоило войти, как сразу стало понятно, что просто так Пете сбежать не удастся. Похоже, после лета, когда кадеты разъехались на практику, в дом собраний явились все местные девицы. Соскучились без кавалеров, и вход бесплатный. Это на Рождественский бал надо недешевое приглашение покупать, а осенью никаких ограничений нет. Ну а Петя с двумя орденами на груди и третьим на темляке (ради торжественного случая кинжал прицепил) стал довольно заметной фигурой. К тому же уже на выпускном курсе, значит, скоро будет иметь право жениться (во время обучения нельзя). Так что взгляды он к себе сразу привлек, а потом и сами девушки подходить стали.

Первыми подлетели подружки, с которыми он, можно сказать, был в приятельских отношениях с первого курса. Только тогда они с Сержем Голицыным гуляли. В прошлом году попытались с тогдашними первачками отношения наладить, но и на Петю периодически поглядывали. Вот и сейчас оказались рядом. Только в сокращенном составе. Натали и Катрин (почему-то называли себя на французский манер). Третьей девушки, Софи, с ними не было. С кавалером уже? В прошлом году с ней постоянно гулял один первокурсник, Валентин Шибаев, но в конце года они, как казалось Пете, разбежались. По крайней мере, когда Птахин ехал на практику, оказался вместе с ней и всем ее семейством в одном вагоне. И папаша с мамашей дочку Пете откровенно расхваливали, а о других кадетах ни слова сказано не было. Там, кстати, еще одна знакомая девица с семьей ехала, Галя. Тоже подошли и тоже знаки внимания оказывали. Но та девушка всегда сама по себе держалась, без подружек.

А вот Натали в прошлом году не повезло. Выгорел ее первокурсник и выбыл из академии. Не стать ему магом.

Впрочем, это дело прошлое. А сейчас девушки, радостно щебеча, с двух сторон подхватили Петю под руки.

– Ух ты! С новым орденом! Это какой? Дай посмотреть! За что дали? – И еще множество вопросов посыпалось с двух сторон.

При этом девушки тащили Петю дальше в зал, грамотно прикрывая его от остальных девиц. И таки довели до буфета. Птахин усмехнулся про себя и вынул из кармана золотой червонец.

– Гуляем?

Идея была встречена с полным одобрением, и буфетчик бодро принялся выставлять перед ними чашки и сладости. И даже поставил по бокалу с искрящейся золотой жидкостью. Старающийся не употреблять алкоголь кадет поднял бровь.

– Только по бокалу, – поняла его Натали. – Надо же отметить встречу и твои ордена. И для блеска глаз…

На последней фразе она рассмеялась.

Девушки вывалили целый ворох местных событий. Главным из которых оказалось как раз отсутствие Софи. О ужас! Софи беременна. От своего первокурсника, который, услышав об этом, обвинил девушку в обмане и знать ее больше не хочет.

В чем-то он был прав. Заклинание «недопущение беременности» Петя еще на первом курсе выучил. Конечно, Шибаев не целитель, а маг земли и молнии, но есть же еще амулеты. Залететь случайно можно только по легкомыслию. Или от отсутствия денег. Финансового положения семейства Софи Петя не знал, но был склонен думать, что совсем уж они не бедствуют. На поездку в столицу деньги нашли.

При этом неприятно стало при воспоминании о том, что в дороге родные Софи ее совершенно откровенно сватали Пете. А она при этом уже была беременна от другого. Или еще нет? Посмотреть на нее магическим зрением тогда в голову не пришло.

– Петь, а ты можешь, если потребуется, Софи от проблемы избавить? – неожиданно спросила Катрин.

Юноша даже вздрогнул. Такому их точно не учили, да и вообще, аборты – очень спорная тема. Церковь категорически против, так что огрести можно массу неприятностей. А вот может ли теоретически…

Теоретически убить целитель может кого угодно, в том числе и плод. Но его же еще извлечь надо без вреда для матери. И как это делать? Руками? Да и как это сделать? Пластическое целительство они только начинают изучать. Петя почувствовал, что краснеет.

Это не говоря о том, что если плод уже подрасти успел, убивать придется не комочек плоти, а младенца. Нет, с какой стороны не глянь, в это дело лучше не лезть.

Не факт еще, что Софи этого сама хочет. Может, надеется своего кадета ребенком пристыдить. Хотя какое это будет семейное счастье? Неприятная история.

– Нет, Катрин, нас такому еще не учили. Новиков нам курс пластического целительства начал читать, но пока только вводная лекция была. Сам он наверняка может. А я не рискну.

Уточнять, чем он не хочет рисковать, Петя не стал. Девушки не настаивали. Женская дружба вещь сложная. Так что Натали с Катрин без паузы стали требовать с кадета отчет о практике.

Рассказывать подробности своих приключений девицам Петя не собирался, но относительно легкомысленную версию с шутками и откровенными преувеличениями подготовил еще в дороге как раз для таких случаев. Вот ее и выдал, на ходу придумывая подробности. Например, о том, что один корабль они с Паленом якобы у негров отбивали. Больших, черных, почти голых, но с громадными белыми зубами, которыми они непрерывно щелкали. Сперва от ярости, потом от страха.

Ну и комплименты слушательницам отсыпал щедро. Так что очень быстро вокруг них изрядная толпа собралась. Некоторых подружек Натали с Катрин даже пирожными угостили. И все это на Петин червонец. Впрочем, среди подошедших было и несколько первокурсников, напустивших на себя небрежный вид, но слушавших внимательно. И тоже поучаствовавших в заказе вкусностей из буфета. Заодно и с местными девушками стали знакомиться. Так что все были довольны.

Тут заиграла музыка и молодежь потянулась в соседний зал – танцевать. Петя не стал спешить. Во-первых, танцевал он весьма посредственно. Так что до некоторой степени Левашов был прав, направляя его учиться танцам. Но больше его смущало наличие сразу двух потенциальных партнерш. С какой танцевать первой? И куда деть на это время вторую?

Но тут оказалось, что помимо Натали и Катрин рядом с ним сидит еще и прекрасная помощница ректора, Наталья Юрьевна.

– Забавную историю вы рассказали, – произнесла магиня и снисходительно улыбнулась. – Наверняка все было не так, но развлекать барышень у вас выходит неплохо. Но тут есть и более солидные дамы, которым тоже интересно послушать о ваших приключениях.

После чего небрежно бросила девушкам:

– Забираю я вашего кавалера! Рекомендую на первокурсников переключиться. Скоро Птахин не освободится.

Вот как на такое заявление реагировать? Жаль, оно никакого отношения к флирту не имеет. А то при виде этой красавицы Петя невольно начинал пускать слюни. Хорошо, что только в мыслях.

А так у него хватило характера обменяться с девушками взглядом, слегка пожать плечами, дескать, вы сами видите, после чего предложить руку магине. Та слегка фыркнула, но под руку его все-таки взяла. И повела его совсем не в танцевальный зал, а куда-то вбок. Девушки провожали их взглядами, в которых читались весьма сложные чувства.

– Чего это она?

– Ну пострел…

Послышались шепотки за спиной. Наталья Юрьевна только еще больше расправила плечи. И еще раз тихонько усмехнулась.

– Жаль. А я уж было размечтался, что вы мне танец подарите, – кинул пробный шар Петя, но был проигнорирован. Оставалось только вздохнуть и дальше идти молча.

В комнате, куда его привела Наталья Юрьевна, находились ректорша Александра Федоровна и Анастасия Петровна. А также почему-то княжна Екатерина Дивеева.

– Ну-с, Петр Григорьевич, – приветливо приветствовала его супруга главы академии, – мы тоже ждем вашего рассказа. Об эпической блокаде города Томы. И о ваших подвигах.

– Что вы, Александра Федоровна! – Петя был сама преданность и сама любезность. – Слухи о сотворенных Виктором Паленом с моей скромной помощью чудесах сильно преувеличены. Нет ничего особо героического или романтического в каперстве у берегов, мягко говоря, не слишком дружественной страны. Однако было несколько забавных и занимательных случаев.

И принялся рассказывать ту же историю, что и Натали с Катрин, перемежая ее тьмутараканскими анекдотами. В которых в качестве жадного жида выступал надувший его с призовыми чиновник Мышкин.

Получалось вроде неплохо. Генеральши смеялись, Наталья Юрьевна тоже улыбалась и кивала головой. Но неожиданно влезла Дивеева:

– Все это очень мило, Петр Григорьевич, но вы мне обещали рассказать подлинную историю, а не этот вариант для развлечения местных горожанок. Тот, о котором вы сказали «не для посторонних ушей».

Петя даже запнулся от такой дерзости. А вот эти две пары ушей генеральш посторонними не являются? Не говоря уже о розовых ушках помощницы ректора. Получается, хорошо, что ему давеча Левашов помешал все рассказать Екатерине. А ведь он собирался это сделать. Все-таки правильно говорят, что никому верить нельзя.

– Да, Петр Григорьевич, – поддержала княжну ректорша, – ваш отчет о практике мне Александр Васильевич, супруг мой, показывал. Но сам же мне указал, что в нем концы с концами не сходятся. Так что же там у вас все-таки произошло?

Ну вот, поставила-таки его княжна в крайне неловкое положение. Или важные дамы сами до этого додумались? Возможно. Но отношения с Дивеевой, приходится признать, не сложились. Не как с девушкой, на это Петя и не рассчитывал, но если не близкого друга, то хотя бы благожелательно настроенного товарища по академии в ней видеть надеялся. Оказалось, зря. С генеральшами она, а не с мещанином, пусть и магом.

Пришлось принять максимально смущенный и трогательный вид и пролепетать:

– Мне ужасно неловко, но через несколько дней сюда приедет его превосходительство Родзянка. Эти вопросы он курирует лично и категорически наказал мне не говорить ничего на эту тему до его приезда. Он гораздо более компетентен, чем я. Во всех смыслах. И я уверен, с удовольствием поделится с вами своими выводами. А пока прошу меня извинить. Там игра ведется совсем не на моем уровне. Если я правильно понял, то все под личным контролем государя.

Судя по сгустившейся атмосфере, ничего хорошего в ближайшее время кадета не ожидало. Скорее возмущенные восклицания вроде «вы что, сомневаетесь в нашей…» В чем именно, Петя не успел додумать. Первой, и очень быстро, прервала молчание Наталья Юрьевна:

– Я думаю, что подождать несколько дней до приезда Родзянки не такая уж большая сложность. Мы вас больше не задерживаем, Петр Григорьевич.

Возражать ей никто не стал. Ай да Ливанова! Пожалуй, у скромной помощницы куда больший вес в местном обществе, чем она обычно показывает.

Петя буквально вылетел из комнаты. Положенный поклон он отдал, невнятно пробормотал извинения и даже руки к груди прижал, но практически на бегу. Чтобы и приличия соблюсти и передумать не успели.

Оставаться дольше на балу не было желания. Да и опасно это могло быть. Перед Натали и Катрин немного неудобно, но остается надеяться, что кавалеры им на этот вечер нашлись. А Петя, если поторопится, еще и на ужин в академии успеть может. Что тоже неплохо. Энергию надо восстанавливать, а то у него такое чувство, будто он камни на гору таскал. Как тот древний мифический герой, как его… Не важно. Хотя список литературы, приложенный к учебнику по этикету, проштудировать все-таки придется. Когда время будет.

Следующие несколько дней прошли, можно сказать, спокойно. Бегом с занятия на занятие, после их окончания – самостоятельная работа в тех же аудиториях или лабораториях. А когда и оттуда выгоняли, до отбоя (и немного больше) в библиотеке. Ни в город выйти, ни в клуб зайти было некогда. Зато более или менее прояснились собственные возможности и расписание занятий.

Была еще одна приятная новость. Стипендия у Пети подросла, и надбавки за ордена сохранились. Не стал ректор ничего урезать, наоборот, за Станислава третьей степени добавил. На круг стало целых сто семьдесят рублей. Здорово! Правда, тридцать пять он обещал отсылать матери, а пятьдесят так и придется за клуб отдавать. То есть остается всего восемьдесят пять. Но с его потребностями больше чем достаточно.

При этом случайно выяснил, куда же идут деньги, которые собираются на клуб. Если подумать, сумасшедшие. С учетом разовых билетов перваков, тысяч пять в месяц набегает. Куда столько? Оказалось, что все не так плохо. Прекрасная Наталья Юрьевна просветила, когда он зашел поблагодарить ее за спасение в доме собраний. Просто так, случайно, клуб упомянул. Так вот, оказалось, что именно из этих денег академия платит подъемные выпускникам, отбывающим в дальние края по распределению. Не все, конечно, просят, но Петя-то это точно сделает. А максимальная сумма, в размере годового оклада, для тех, у кого он будет известен. Или стипендии, если с окладом не все ясно. У Пети же стипендия за год набегает больше двух тысяч. Так что все потраченные на клуб деньги ему, похоже, вернут. А может, и еще доплатят. При этих обстоятельствах взносы уже не кажутся такими обидными.

А вот с маготроном начались проблемы. Занятия в нем у первокурсников начались, и Петя, рассчитывая на письмо Родзянки, отправился вместе с ними. Но оказалось, перваки есть, а ставшего второкурсником шамана – нет. Птахину он как раз был не слишком нужен. Ему гораздо важнее пятого разряда достичь и накопитель наполнить, чем темную энергию для опричников копить. Но в письме было сказано однозначно: запускать в маготрон Птахина и Ульратачи вдвоем и с максимальной нагрузкой. Что, кстати, чревато. При большой нагрузке шаман выпускал не то просто темную энергию, не то темных духов, из этой энергии состоящих. Главное, что это было опасно для окружающих. Для всех, кроме Пети, который эту энергию впитывал без вреда для себя.