Попала в диала

Попала в диала

Глава 1 На вагонетке в другой мир

“Следующая станция “Парк имени Горького,” – раздалось в вагоне метро, и по телу пробежали знакомые с детства мурашки. Сегодня мы с подругой решили устроить себе внеплановый выходной и отправиться покататься на аттракционах.

– Aль, как же классно, что начальник дал добро и выдал нам отгул, – потирала в предвкушении руки Иришка. – Такая погода, солнышко светит, а мы в редакции тухнем.

– Да всё потому, что работы мало. Будь у нас завал, нам не то что отгул, даже обеденный перерыв бы не одобрили, – мы шли через мост над Москва-рекой, а по правую руку уже виднелся парк, который стал на сегодня нашей целью.

Когда я была маленькой, родители возили меня в это место только летом и лишь раз в году – перед наступлением учебного года. С тех пор август стал для меня особенным месяцем: тем самым, в который случались чудеса. И почему-то, даже дожив до своих полных тридцати пяти, я продолжала верить, что именно в этом месяце со мной непременно должно произойти что-то хорошее. Но годы шли, а то самое “хорошее” никак не хотело случаться.

Даже наоборот. Именно в августе я узнала, что поступила в универ, но не тот, который хотела, да только обратной дороги не было. Так же, как и денег на то, чтобы пойти в учебное заведение мечты. Пришлось осваивать нелюбимую профессию инженера-конструктора печатных станков и оборудования и забыть о том, чтобы стать врачом. А мне так хотелось в медицинский….

Ладно, что было, то прошло. Учёба осталась позади и вот я довольная и счастливая решила, что пора мне начать налаживать личную жизнь. Как думаете, когда я познакомилась со своим бывшим мужем? Верно! Всё в том же расчудесном августе. Торопилась на работу (кстати, устроилась я в издательство неподалёку от дома, чему была несказанно рада) и в прямом смысле слова сшибла своего благоверного с ног. Девушка я нехрупкая, 80 килограммов живого веса, всё при мне, так сказать: копна тёмно-русых волос, спадающих аж до поясницы, фигура – песочные часы (полноватые, но зато симметричные), большая грудь, тонкая талия, аппетитные бёдра. А глаза…ммм, такого насыщенного синего цвета я на своём веку ни у кого другого не встречала. Такие были только у моей мамы и меня. Никогда не думала, что от моей "красоты" можно потерять сознание, но с Олегом именно это и произошло.

Ну или он просто очень сильно приложился головой об асфальт после нашего столкновения. Я как-то старалась об этом не думать. Вызвала скорую, отправилась с ним в больницу. Где-то в глубине души меня гложило чувство вины за случившееся. А уж когда пострадавший пришёл в себя и тут же признался мне в пылких чувствах (узнав, правда, что у меня имеется собственная жилплощадь), я забыла и о том, что никогда не верила в любовь с первого взгляда, и о том, что мама велела повнимательнее подходить к выбору спутника жизни.

Свадьбу мы сыграли едва он вышел из больницы. Никаких торжеств, сразу в ЗАГС (у меня там работала знакомая, поэтому ждать очереди не пришлось), а потом оформлять ему прописку в моей квартире. Какая же я была глупая, думала, что он – моя вторая половинка, что нашла наконец своё счастье. Эх!

Прожила с ним восемь лет. И с каждым годом становилось всё труднее. Как женщина я его и в начале нашей совместной жизни не очень интересовала, а уж по прошествии пары лет вообще забыла, что такое супружеский долг. Точнее поняла, каково это, когда кто-то копит его и не отдаёт. Да мне Олег был должен больше, чем обанкротившаяся Греция Европе и отдавать не собирался. А я всё ждала, надеялась, оправдания ему придумывала.

Подруги надо мной смеялись, говорили, что таких дурёх, как я, ещё поискать, а мне хоть бы хны. Любила его, ждала, что одумается, терпела постоянные издёвки в мой адрес, сальные шуточки касательно того, что я растолстела от “сытой” семейной жизни и на меня ни один мужик не позарится. Поэтому, собственно, мне подобало молчать в тряпочку и наслаждаться тем, что есть. Готовить мужу, стирать, убирать и зарплату не забывать на его счёт в банке переводить. Ведь именно он был в семье кормильцем, а значит и средствами распоряжаться должен был свободно. О детях при полном отсутствии "контакта" можно было и не мечтать.

Но любому терпению приходит конец. В один прекрасный день я вернулась с работы раньше положенного, так как у начальника родился сын, и он отпустил всех домой на радостях. И что застала? Верно! Олега с какой-то тощей блондинкой в нашей постели (классика жанра) за обсуждением того, как они перепишут на него квартиру и выдворят меня. Хорошо хоть за тем самым их не застукала. Но в тот момент легче мне от этого не было.

Вобла та оказалась адвокатом с очень хорошими связями, поэтому после развода жилплощадь моя отошла-таки бывшему супругу, а я осталась у разбитого корыта. Любимая работа помогала забыться и отвлечься от самобичевания и безысходности моего жалкого бытия. Даже тот факт, что теперь мне приходилось снимать небольшую однушку, не омрачал моего позитивного настроя.

Хандра была мне не свойственна. Будучи душой компании, я всегда старалась быть на подъёме и как можно больше времени проводить с теми людьми, которые делали меня счастливыми. Мужчины это замечали и предложения встречаться сыпались на меня как из рога изобилия. Но один раз наступив на грабли (и набив себе разом не одну шишку), я старалась избегать любых отношений с противоположным полом. Интрижки, конечно, были, но всё не то. Больше пары раз ни с кем я не встречалась, хотя в глубине души я и лелеяла надежду найти наконец того, кто обнимет, приголубит и скажет, что всё решит за меня.

Благо, девчонки всегда поддерживали и составляли компанию, стоило мне их об этом попросить.

Сегодня моей спутницей стала Иришка, с которой мы вместе заканчивали универ и устроились работать в одно и то же место. Только она редактором, а я наладчиком оборудования.

– Ну что, Агарёва, айда на американские? – она подпрыгивала на месте, как малолетка, и указывала пальцем на одно из табу моего детства.

Один раз прокатившись на этом аттракционе. я не могла уснуть неделю, поэтому с самого детства больше к нему не приближалась. Но в этот раз, видимо, чёрт дёрнул меня за ногу, и я согласилась.

Уже садясь в вагонетку и опуская страховку, я сто раз пожалела, но обратной дороги не было. Подруга потирала руки в предвкушении, а я мысленно молилась всем богам о том, чтобы не опозориться и не напрудить в штаны.

Вагонетки медленно и с характерным тук-тук поползли вверх по рельсам. Сердце пустилось вскачь, а я покрепче ухватилась за железный обод страховки. Именно в этот момент вагонетка замерла в самой высокой части кривой, а я мысленно попрощалась со всем, что было мне дорого в этом мире и услышала предательское хрясь. Пока до меня дошло, что это за звук, каретка снова пришла в движение и начала меделенно срываться с высоты (не теряя при этом контакта с рельсами). Я завопила, что было сил, так как сообразила наконец, что один из болтов, крепящих мой страховку, просто-напросто выскочил из гнезда, но мой крик утонул в общем вопле остальных пассажиров аттракциона. Вираж за виражом мы приближались к финишу, я хваталась за что угодно, истошно вопила и боялась открыть глаза, но перед самым концом трека крепление наконец отвалилось и на очередном повороте меня центробежной силой выкинуло из сиденья.

"Покаталась, блин," – пронеслось у меня в мыслях перед тем, как стало темно и холодно.

– Ты меня слушаешь или нет, Маркус? – донесся до меня мужской голос. – Хватит хандрить, всё будет хорошо. Говорю тебе.

Я открыла глаза. Мне по прежнему было зябко, но на этот раз мурашки пошли по телу совсем не от страха.

Прямо на меня смотрел неземной красоты мужчина. Я даже забыла, как дышать, и раскрыла рот от удивления. Спортивного сложения брюнет с аристократическими точёными чертами лица, модной короткой стрижкой и необыкновенно глубокими карими глазами, в глубине которых я четко различала едва заметное сияние. Только одежда у него была какая-то странная: плотный китель с длинными полами и золочёными пуговицами, шейный платок и…облегающие брюки. Пробежав по нему взглядом, я мысленно поздравила себя с тем, что, кажется, я попала в рай.

– Подумаешь, нет второй души. Они не имеют права отказать тебе в присвоении звания. Ты – диал по крови, а значит рано или поздно магия проснётся, – неземной красоты создание похлопало меня по плечу и сердечко моё забилось часто-часто.

– Альберт, мне тридцать восем! Я устал ждать чуда. Пресветлые забыли обо мне. Нужно просто смириться и принять свою участь, – услышала я "свой" голос. И мне это не понравилось.

– Что это за шутки такие? – сказала и поняла, что ничего не изменилось. Голос был мужским, приятным на слух, но не моим тонким девичьим, а бархатистым басом.

Меня тряхнуло, а собеседник Альберта вскочил с места, хватаясь за голову. Они сидели в каком-то парке на скамейке. Вокруг было темно, но по тому, как мёрзли руки, я поняла, что сейчас явно не лето.

– Что с тобой, друг? – кареглазый забеспокоился и тоже поднялся на ноги.

– Не знаю, но что-то явно не ладно, – ответила "я" опять не своим голосом.

– Да на тебе лица нет. Успокойся. Я тоже расстроен смертью дяди, но мы знали, что всё к тому идёт, – Альберт поднял руки перед собой, пытаясь меня угомонить.

– Меня всё смущает! – шок накатил по полной и я уже не сдерживалась. Стала ощупывать своё новое тело. Расстегнула на шее такой же китель, как у товарища (только на моём пуговицы были чёрного цвета невесть из чего), пытаясь дать доступ кислороду, так как начала задыхаться от абсурдности происходящего.

– Маркус, твои глаза, – красавчик внимательно вглядывался в моё лицо. – Я вижу силу. Т-только не говори, что…– мужчина стал заикаться и отшатнулся от меня.

Я же, облапав почти всё своё тело, наткнулась на ножны, крепящиеся к поясу. Сама не знаю, зачем рванула меч за эфес, тот поддался, но застрял на полпути. Альберт наклонил голову и стал с интересом меня рассматривать. А я в панике пыталась исправить то, что натворила. Эта стальная штука заклинила и не шла ни в одном направлении. В попытке затолкать оружие обратно я порезалась и вскрикнула.

– Маркус, ты в порядке? Что с тобой? – не сдавался Альберт.

– Нет. Не. В порядке. – отчеканила я. – Не подходи ко мне, я не контролирую своё тело, – снова я, но слова не мои, чужие. Будто кто-то ещё управляет движениями помимо меня.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы прогнать назойливое ощущение чужого присутствия в моей голове. Схватилась за виски и надавила со всех сил.

– Не подходи ко мне, – теперь уже я предостерегла Альберта, но он всё равно сделал шаг в моём направлении.

Выкинув руку вперёд, я хотела остановить его, но вместо этого меч из ножен мужчины выскочил словно заколдованный и оказался в моей пятерне. Теперь я была уверена, что ближе он не подойдёт.

– Маркус, ты меня пугаешь. Возьми себя в руки, – красавчик продолжал называть меня по имени. Не моему.

– Я тебе не Маркус! – разозлилась сама не знаю почему. – Я вообще не мужчина! – но поняв, что нагрубила ни в чём не виноватому дядечке, решила подсластить пилюлю. – А ты очень даже ничего…

И тут сознание меня покинуло. Последнее, что помню, – как меч выпал у меня из рук.

Глава 2 Похороны

– Говорю же тебе, это больше не повторялось, я в порядке, – донёсся до меня знакомый голос. Вокруг было темно, и я не представляла, где нахожусь.

– Но я сам видел, ты применил силу, – а это уже Альберт, точно. Его приятный тембр я запомнила хорошо.

– Оставим эту тему. Сейчас всё хорошо. Идём, нас ждут на службе, – снова первый собеседник.

Мне вдруг так захотелось спать, что я ненадолго прикрыла глаза, а когда открыла…

– Да примут Пресветлые обе его души как единое целое и да ниспошлют их обратно на землю, когда придёт их час, – бубнел какой-то ряженый стоя, над неким подобием гроба.

Осмотрелась. Я находилась в небольшой часовне и стояла на коленях ближе всех к покойнику. Взглянула на руки, обречённо вздохнула, так как моему взору предстали не тонкие пальчики, а крепкие такие мужские лапищи.

На этот раз на мне было чёрное одеяние, похожее не траурное. И я была не одна такая. В помещении присутствовало ещё как минимум с десяток, а то и больше мужчин различных возрастов и все тоже были одеты в скромные тёмного цвета костюмы. Заметив Альберта, не удержалась и улыбнулась ему, но его реакция оказалась совсем не такой, как мне того хотелось бы. Мужчина побледнел, дёрнулся, но с места не сдвинулся. Все присутствующие, кроме меня, стояли на своих двоих, одна я протирала мраморный пол брюками (из довольно дорогого материала, надо заметить).

На улице выл ветер, я отчётливо это слышала, да и вообще прекрасно различала запахи и видела мельчайшие детали даже самого крохотного цветка, украшающего гроб покойника.

Кстати, о преставившемся. Его я тоже внимательно рассмотрела и отметила, что дяденька умер в самом расцвете сил. На вид ему было не больше сорока лет, темные, цвета воронова крыла, волосы с проседью, грубые, но очень привлекательные черты лица, внушительный рост, если судить по размерам конструкции, в которую поместили тело, да и в плечах, как говорится, косая сажень. Не похоже, что умер от болезни, такие, как этот, крепкие, словно столетние дубы. Стало даже любопытно узнать, что стало причиной его гибели.

Но тут моё внимание привлекла единственная девушка, присутствовавшая среди собравшихся. Она стояла в самом углу вдали ото всех, будто была здесь лишней. Тоже одета в чёрное и подозрительно похожа на покойного: стало быть его дочурка. Такие же чёрные волосы, рослая, но худенькая, а на лицо – ну копия папаши, только овал понежнее. Девушка плакала и утирала слёзы кружевным платочком. Наряд её был, скажем так, допотопным. Не знаю даже, как охарактеризовать. Будто смесь какого-то восточного и средневекового стиля. Платье чёрное, но из бархата и на корсете, а на нём украшения в виде застёжек, похожих на китайские петельки. Как там их? На ципао такие бывают. Загляденье, одним словом, хоть и мрачновато.

– Господин Гард, Вы меня слышите? – раздалось прямо над ухом. Я так засмотрелась на девушку, что совсем забыла, где нахожусь и что надо бы уделить внимание происходящему вокруг.

– Что, простите? – проморгавшись, уточнила у ряженого, который, видимо, задал мне вопрос, но ответа не получил. Естественно уже знакомым мне низким голосом.

Решила, что раз пока ничего не могу поделать с имеющимся у меня телом, буду играть по их правилам. Меня, наверное, переклинило от падения (точно помню, что свалилась в кусты и больно не было, значит осталась жива) или в кому впала, кто его знает. Но то, что я вижу и чувствую, точно нереально: не может простой смертный так хорошо видеть и чувствовать запахи. Что-то тут явно неладно.

– Молитву, господин Гард. Продолжите по тексту, чтобы завершить ритуал, – и он протянул мне толстенную книгу. Каждая страница была исписана золотыми чернилами, аж глаза слепило.

Я ненадолго впала в ступор. Откуда я знаю, как это прочитать? Написано какими-то корючками да ещё и отсвечивает так, что ослепнуть недолго. Паника накатила, словно лавина. Меня аж затрясло, но внезапно я, сама не понимая как, начала читать : "Да примут Пресветлые обе его души как единое целое и да ниспошлют их обратно в мир смертных, когда придёт их час. Потомкам же ушедшего диала скорбеть о нём ровно двое суток, а после восхвалять и его, и деяния его, благодаря Пресветлых за то, что даровали ему магию и осчастливили сие царство тем, что ступал он по земле твёрдо и чтил их, как родителей своих. Слава Богам, слава!"

Ну вот, снова у меня раздвоение личности. И вторая явно знает, что тут творится, приходя на помощь, когда я нахожусь в отчаянии. Хотя скорее первая, так как тело явно не моё и занесло меня сюда по ошибке. Это я тут лишняя.

– Слава Богам, слава! – хором подхватили остальные присутствующие.

Священник, или кто он там, забрал у меня книгу и, шлёпнув её на некое подобие алтаря возле гроба, пробубнел ещё пару фраз на непонятном мне языке, поклонился (покойнику, не нам) и ушёл. Что делать дальше, я не знала. Заметила, что мужчины пристально смотрят на меня и перевела взгляд на Альберта. Тот едва заметно показал рукой, что нужно подняться и подойти к усопшему, что я и сделала. Ноги затекли, переставлять их было нелегко. Да ещё и габариты мои оказались куда внушительнее тех, к которым я привыкла. На негнущихся подошла к постаменту, украшенному цветами (голубыми, похожими на гвоздики), и ощутила, что за мной кто-то стоит. По запаху поняла, что это мой новый знакомый, дай Боженька ему здоровья. У парня (ну или уже не очень парня, на вид-то ему около двадцати пяти лет) был сногшибательный парфюм, запомнила его ещё с первой нашей встречи.

– Лбом ко лбу и на выход, – услышала я шепот Альберта.

Спорить не стала, нагнулась к покойному, приложилась к его хладному челу и поспешила выйти на улицу.

Прямо у выхода из часовни установили нечто похожее на большую копилку, в которую все пришедшие бросали странные жетоны. Альберт велел мне встать возле неё и, пожимая руку каждому выходящему за нами следом, благодарить за присутствие на церемонии. Дважды повторять ему не пришлось, тем более, что теперь я точно осталась одна (того, кто выручил меня с книгой, не чувствовала) и старалась в точности выполнять то, что мне нашептывали.

А пока вереница солидных мужчин, разодетых в дорогущие костюмы, тянулась передо мной, я размышляла, за какие же такие прегрешения меня закинуло в чужое тело. Неужели я так многого хотела от жизни или кого-то обидела настолько, что Боженька “сослал” меня вот…в него. При первой возможности надо хоть в зеркало посмотреть. Кто я теперь?

Как-то некстати вспомнились мои любимые книги в жанре фэнтези, где девушки попадали в другой мир, становились красавицами с каким-нибудь супердаром и в них влюблялся красавчик-герой и через десяток-другой глав у них случалась идиллия и хэппи-энд. Наше издательство не раз печатало такие истории и надо сказать, они пользовались бешеным спросом. Иногда, подменяя редактора, приходилось вычитывать текст досконально, поэтому главные закономерности мне были хорошо знакомы. А нравились мне эти книги потому, что благодаря им можно было забыться, уйти от проблем и не думать о том, что мне уже за тридцать, а на личном фронте только пара несерьёзных интрижек.

Клуша в моем лице сидела и ждала, что однажды мне подвернётся принц на белом коне, ну или чёрном, не суть важно. Главное, чтобы непременно принц и (помните мой фетиш?) обязательно в августе, когда случаются чудеса. Остальное время в году меня не интересовало и упади мне на голову принц в том же, скажем, марте, я бы его даже не заметила и прошла мимо с гордо поднятой головой.

Но тут меня кто-то сильно ткнул в бок и пришлось отвлечься от воспоминаний и самобичевания, ища причину внезапной боли. Как оказалось, все джентльмены уже покинули церемонию и в часовне остался только один человек: та девушка, что держалась в тени. Она так и не вышла.

– Иди, позови Марию, – “друг” неслабо так хлопнул меня по плечу и указал на раскрытую дверь.

– Но я…– хотела было возразить, но по его взгляду поняла, что это бесполезно.

– Она – твоя сестра. Веди себя естественно…Маркус, – перед именем Альберт сделал многозначительную паузу, будто знал, что я не его товарищ, но говорить об этом не считал нужным.

Послушно опустив голову, пошла внутрь.

– Гард! – вдруг окликнул меня красавчик. – Походку твёрже, ты же диал!

“Это он намекнул на то, что я хожу как женщина?” – подумала, но вслух ничего не сказала. Только топать стала громче, будто маршировала на плацу.

Ещё до того как войти, поняла, что “сестрёнка” плачет. Её всхлипывания мой новый суперслух уловил почти сразу. Набрала воздуха в лёгкие и решительно пошла к ней. Девушка стояла возле гроба и утирала слёзы. Увидев меня, тут же бросилась обнимать.

– Маркус, что же с нами теперь будет? Как мог отец бросить нас в таком положении? Он же знал о твоей … – тут она запнулась, но пауза была недолгой, – небольшой проблеме. Как мог он написать такое в завещании?

Прекрасная зеленоглазая брюнетка смотрела на меня с такой жалостью, что, сама не знаю почему, я ощутила себя ущербной. Стало очень интересно, что же не так с обладателем этого тела.

– Мария, – вспомнила я, как назвал девушку Альберт, – идём в дом. Служба окончена, а об остальном мы подумаем после.

Почему-то решила, что отношения у них тёплые и позволила себе погладить её по волосам. Теперь мне стало ясно, что усопший приходился отцом нам обоим. Значит, у меня как минимум были родная душа и хороший друг.

– Видимо, ты тоже выбит из колеи. Обычно ты довольно сухо ведёшь себя со мной, – сказала она, утирая оставшиеся на щеках слезинки, а я поняла, что не стоит делать поспешных выводов и действовать на эмоциях. Так недолго и дров наломать.

Мария больше не плакала и мне стало приятно, что первое задание я не провалила, а ещё мне стало очень любопытно, когда там меня в моём мире уже реанимируют или из комы выведут. Я явно в подвешеном состоянии находилась, раз не попала на небеса или куда там отправляются после смерти, а застряла в чужом теле.

Вместе с девушкой мы молча вышли из часовни. Хотела было подойти к Альберту за дальнейшими подсказками, но он только кивнул в сторону огромного каменного знания у себя за спиной и направился туда. По мере приближения к постройке мне стало не по себе, уж очень она была пугающей: большое прямоугольное нечто, напоминающее по виду одновременно и викторианские имения, и восточные дворцы. По периметру здание было украшено небольшими остроконечными башенками с маленькими окошками, а на стенах красовались росписи, похожие на арабскую вязь и сложные завитушки.

Мы остановились перед парадным входом с красивой лестницей. Альберт учтиво поцеловал руку Марии и та всё так же молча скрылась внутри.

– Немногословная у меня однако сестра, – сказала, вздыхая, я, не осознавая, что произнесла это вслух.

– Будь снисходительнее, она лишилась отца. Так же, как и ты, кстати говоря, – услышала голос Альберта. – Маркус, мне нужно срочно отлучиться по делам, да и не по канонам сейчас оставаться у вас дома. Ты понимаешь, что с тобой происходит? – он смотрел на меня так, будто ждал, что я отвечу утвердительно. Решила его не расстраивать и кивнула.

– Вот и хорошо. Твои покои на втором этаже, комната с резной деревянной дверью. Иди отдохни, а когда изначальная душа наберётся сил, станет проще, – мужчина слегка похлопал меня по плечу, подбадривая. Я снова кивнула, всё ещё ничего не понимая и пошла в “дом”.

– Я рад за тебя, друг! – Альберт подмигнул мне, отсалютовал и поспешил уйти.

Глава 3 Знакомство с собой

Указанную красавчиком дверь я нашла легко. По пути встретила пару слуг. Они поприветствовали меня и направились дальше по делам. По форменной одежде поняла, что это наёмные работники, а не очередные “мои” родственники. Покои оказались огромной комнатой с большой кроватью, ширмой, письменным столом и антресолью для хранения бумаг. Тут была ещё пара дверей, но куда они вели, меня пока не интересовало.

Закрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной и с облегчением выдохнула. Мне срочно нужна была передышка. Расстёгивая на ходу тесный траурный китель, поплелась к постели, но когда до неё оставалась пара шагов, заметила за ширмой большое зеркало. Не устояв, подошла к нему поближе, чтобы наконец рассмотреть своё временное тело. Стеклянно-амальгамная поверхность отразила незнакомца – высокого шатена очень крепкого телосложения. Стрижка у него была похожа на ту, что я ранее видела у Альберта: аккуратно уложенные короткие волосы, зачесанные назад. Плечи широкие, руки крупные, такие обычно у пловцов бывают или спортсменов.

Китель я уже сняла, поэтому мне не составило труда развязать шейный платок и расстегнуть чёрную хлопковую рубаху. Провела рукой по “своей” шее и медленно проделала дорожку пальцами по груди к прессу, весьма накачанному. Впечатлившись отличной фигурой хозяина тела, решила повнимательнее рассмотреть его лицо. И тут меня ждало очередное потрясение. Зеркальная поверхность показала мне симатичного молодого человека лет эдак двадцати пяти, с угловатыми чертами лица, крупным носом и чётко очерченной линией губ. Он был очень похож на Марию и того, по кому недавно служили заупокойную. Но меня поразило не это: у мужчины были густые брови и МОИ глаза. Синие, глубокие. И цвет, и форма были совершенно идентичны тем, которыми всегда так гордилась моя мама. Одно только казалось странным: по самой радужке виднелась сияющая полоса, как подсветка, отчего их цвет немного смягчался.