- -
- 100%
- +
– Я великий шаман племени кривоколенных! – верещал он. – Попадись вы мне на моих болотах, то я бы уже ел ваши внутренности! Я знаю Танец Смерти и рецепты множества зелий!
– Уймись, коротыш, – хохотал тогда Эрл наравне со всеми. – Мы тебя не боимся!
– А зря! – распалялся всё больше тот. К буйному рабу поспешил надсмотрщик с кнутом, но Крысы удержали его, позволив гоблину неистовствовать дальше. Тот принялся верещать своим тонким голоском и плясать вокруг столба, насколько ему позволяла короткая цепь.
– Это мой боевой танец, который поражает всех врагов, внушая им неподдельный ужас! – вещал он своим противным голоском. А танец и правда поражал, валя людей на землю одного за другим, в том числе и сурового надсмотрщика, правда, не от ужаса, а от гомерического хохота. Все ржали словно полоумные, наблюдая за резвящимся гоблином, который всем сердцем полагал, что его кривляния и ужимки устрашают людей, сводя тех с ума. Ржали даже прикованные по соседству вечно унылые рабы, которые ждали от своей судьбы только самую плохую участь. Когда гоблин устал, тогда выдохлись и бандиты, которые уже стонали сидя и лёжа на земле, держась за свои животы. Скулы сводило от смеха, в глазах стояли слёзы, приглушённые хрюканья и смешки неслись отовсюду.
Стоит ли говорить, что гоблина банда выкупила, обменяв на него своего пленника. Виихи предложили занять место в рядах Крыс и тот согласился. Как оказалось, впоследствии, банда не прогадала – гоблин действительно хорошо разбирался в травах, делая лечебные отвары и яды, благодаря которым Крысы стали позже Чумными. Гоблин в боях и грабежах участия практически никогда не принимал, но его «боевой танец» группа иногда использовала, чтобы отвлечь соперников. Танец действовал всегда, особенно на тех, кто видел его впервые. Головорезы или стража замирали в смущении, не зная, что творит этот маленький безумец, за что и получали по голове от привыкших к гоблину Чумных Крыс. Сам Виихи с гордостью поведал Крысам, что танец этот очень сложен в исполнении (уж это точно!), и его секреты передавались в роду кривоколенных по наследству только среди шаманов племени. Он действительно всем сердцем верил в то, что танец устрашает врагов. Переубеждать его Крысы не стали. Зачем, если это и так работает? Пусть немного не в том ключе, которого ожидал сам Виихи, но так было даже забавнее. Интересно, у кривоколенных шаманом всегда становится самый жалкий и нелепый внешне гоблин или нет?
– Чего такой кислый? – гоблин достаёт откуда-то лук с хлебом и начинает жевать, при этом его длинный нос начинает смешно шевелиться в такт движениям челюсти. – Может, пожрём?
– Не сейчас, Виихи, – Эрл улыбается своему товарищу. Смотреть на него с серьёзным лицом удастся не каждому. Валуну, например, точно повезёт в этом начинании.
– Так в чём проблема? – гоблин смотрит на лестницу, откуда вниз из комнат грациозно спускается Арина. Эрл также переводит взгляд туда и сглатывает слюну. Ах, Арина! Мечта эротомана! Любое существо, обладай оно хоть зачатками потенции, непременно обратит внимание на эту роскошную девицу. Причём пол существа зачастую неважен. Огненно-рыжие волосы, изумрудные глаза, немного весёлых конопушек на милом личике, а фигура… Именно с таких женщин делают самые красивые статуи, рисуют портреты, им пишут стихи и совершают ради них всевозможные безумства. Непонятно каким образом девушка прибилась к Крысам, но отряд от этого только выиграл. Она никогда не рассказывала о своём прошлом и интересах, а товарищи никогда особо и не настаивали. Захочет – расскажет. Излишнее любопытство в Дыре зачастую могло закончиться кинжалом в районе печени. Вы когда-нибудь видели самого удачливого и красивого карманника в Белокамне? Знакомьтесь – Арина! Все Крысы единодушно проголосовали за то, что банде следует подкопить денег и отвести девушку в лавку экзотической одежды Таля, прикупив для неё фирменный бронелифчик или кожаный корсет, что открыло бы часть прелестей Арины для обзора. Это только радовало бы глаза товарищей, а врагов отвлекало. Но, как назло, денег скопить никогда не удавалось. Да и мнения Арины на этот счёт ещё никто не спрашивал, справедливо опасаясь получить в глаз.
Девушка прошла мимо стола с Эрлом и Виихи своей фирменной походкой, от которой сводило между ног у всех наблюдающих за ней мужчин. Вечно угрюмый хозяин таверны, которого прозвали Ворчуном, чистил свои ногти кинжалом. Но даже его гранитное сердце треснуло, и он расплылся в улыбке, когда Арина приблизилась к стойке. Ворчун налил ей своего лучшего персикового бренди, с таким решительным видом отказавшись от оплаты, словно протянутые ею деньги были прокляты и несли своему новому владельцу изжогу, геморрой, чирии, чахотку, проблемы с мужской силой и остальные хвори и беды. Такая расточительность могла бы заставить любого гнома плакать от обиды и рвать свою холёную бороду, но их тут не было. Да и непонятно, что выбрал бы гном – улыбку и благодарный кивок Арины, либо монеты. Пока девушка смаковала качественный алкоголь (что было для «Могучей отрыжки» удивительным), а бармен любовался прелестями девушки, Виихи вздохнул, возвращаясь к своему недоеденному луку:
– Как ей удаётся такая походка? Ей даже танцевать не нужно, чтобы на неё все смотрели, как мне. Вот бы этому научиться!
В ответ на это пожелание Эрл от души расхохотался, представив себе виляющие худые бёдра гоблина, который кокетливо шествует по залу. Зрелище, то ещё!
– Не нужно, Виихи! – смеясь, отвечает главарь Крыс. – Твой танец самый лучший, и ты это знаешь!
– Над чем смеётесь, ребята? – присаживается к ним за стол Арина.
– У босса проблема, – отвечает гоблин, доедая свой завтрак, а девушка тут же морщит свой прелестный носик, учуяв лук.
– Вот как? – Она изгибает бровь. – И поэтому ты ржёшь как жеребец?
– Ну, вообще-то две поправки, – начинает загибать пальцы Эрл, стараясь не пялиться на девушку особо откровенно. – Во-первых, смеялся я над Виихи…
– Опять?! – возмущённо пищит гоблин со своего места.
– А, во-вторых, проблема не у меня, а у всех Крыс, – загибает Эрл второй палец. – А в-третьих, Арина, ты как всегда прекрасна!
– Что за проблема? – спрашивает Виихи.
– Опять льстишь? – улыбается Арина.
Слышать комплименты, как и бить нахалам морды и ломать пальцы, пущенные гулять по чувственным изгибам её тела без ведома хозяйки – эти занятия ей приходится выполнять постоянно и довольно регулярно.
– Давайте так, – Эрл прочищает горло, откашлявшись. – Собирайте всех, и я всё подробно расскажу. Не люблю повторяться, знаете-ли. Ну, кроме комплиментов для нашей милой дамы.
– Хорошо, через полчаса встречаемся тут, – Виихи вылезает из-за стола. – Я предупрежу Брока и Дрока.
Брок и Дрок – это два брата-близнеца, похожие как две капли воды, которым кроме силы и размеров природа не дала ничего выдающегося. Отличались они только расположением огромного числа шрамов на их туловищах, по которым их и различали остальные, если братья щеголяли с голым торсом. Такого жуткого собрания заживших ран на одном теле (практически ни одного сантиметра здоровой кожи!) никто из Крыс раньше не видел, и они наводили мысли на то, что в своё время близнецов либо жутко пытали, либо что они пережили огромное число битв. Сами парни об этом постоянно говорили разные вещи, противоречащие друг другу, особенно под хмелем, отчего становилось ясно лишь одно – врут. В их рассказах фигурировали и разные существа, размер и сила которых прямо пропорционально зависели от степени опьянения близнецов, и злые маги, а также целая армия различных головорезов.
Ещё братья различались между собой тем, что у Дрока был выбит передний зуб. Это были мускулы Крыс. На каждую разборку банда старалась взять с собой этих мордоворотов, которые одним своим видом могли спугнуть не очень сильных конкурентов. Брок предпочитал таскать с собой повсюду огромную дубину, усеянную самодельными шипами, а Дрок предпочитал топор. Оба, кроме всего прочего, всегда носили с собой по кастету, которые уже выбили не один десяток зубов и сломали по нескольку носов каждый.
– А я схожу, прогуляюсь и приведу Феникса, – Арина эротично потянулась, отчего немногочисленные посетители мужского пола, тайком наблюдавших за ней, дружно сглотнули набежавшую слюну.
– Не боишься одна ходить по Дыре? – усмехнулся Эрл.
– У меня есть это, – из рукава Арина ловко выхватила стилет и спрятала обратно. – Кроме того, все знают, что я из Крыс. Вы же за меня отомстите, в случае чего?
– За нами не заржавеет, – усмехнулся Виихи. – Заржавеет потом, если придётся тебя оплакивать.
– Типун тебе на язык! – нахмурилась девушка.
Даже этот сердитый жест выходил у неё так изящно и грациозно, словно репетировался перед зеркалом много раз.
– Смотри, – предупредил её Эрл. – Нарвёшься на залётных, как Молчун. Сколько там раз его лошадь за ночь из рук в руки перешла? Семь или восемь? Так и ты – через семь или восемь человек.
– А чего так мало-то? Всего семеро? – улыбнулась Арина, поднимаясь из-за стола. – Уж про пошлые шутки с участием полка стражников или гильдии Теней я вообще молчу.
Услышав про гильдию Теней (что б она сгорела вместе с Шёпотом и его прихвостнями!), Эрл нахмурился и хлопнул по столу ладонью:
– Я не шучу, Арина! Будь осторожна на улицах Дыры!
– Ладно, ладно, не кипятись! – девушка направляется к дверям, ведущим наружу. Виихи смотрит на Эрла:
– Ты этого чего, босс?!
– Скоро узнаешь, – убийца встаёт с лавки, на прощание кинув. – Я приведу остальных.
Через час вся компания в сборе – они сидят в одной из комнат «Могучей отрыжки», которая служит им штабом и спальней Эрла, по совместительству. Помещение довольно небольшое и темноватое. Тут есть круглый стол, несколько стульев и кровать со шкафом и тумбочкой. «Неподобающее место, для такого человека, как я!» – с тоской думает Эрл. Он всегда мечтал о чём-то большем, нежели главенствующая должность не самой удачной банды Дыры.
Убийца сидит во главе стола. По правую руку от него сидит Арина, по левую Виихи. Брок и Дрок по обыкновению вместе, они стоят у раскрытого окна, поглядывая наружу и временами сплёвывая вниз на отчаянно матерящихся прохожих. Обаятельный красавчик Феникс стоит в углу помещения, прислонившись спиной к стене и поигрывая своим ножом. Йошимо сидит за столом, положив перед собой свою гордость – настоящий длинный меч. Кроме него, никто не обладает таким дорогим оружием. Не хватает только Клариссы, но та вечно всюду опаздывает, да и живёт она в своём собственном маленьком доме, расположенном на отшибе Дыры. Тут, вероятно, стоит сделать отступление и познакомить читателя с остальными членами этой колоритной банды.
Феникс – профессиональный осведомитель и шулер, зарабатывающий на жизнь игрой в кости и карты. Само обаяние и воплощение красоты – приятное лицо, опрятная бородка, красивая причёска и стильная одежда. Неоднократно его ловили за нечестной игрой и избивали до полусмерти, но тот, словно легендарная птица, воскресал и принимался за старое. Он был нагл, самоуверен и часто лез на рожон, поскольку верил гаданию цыганки, предсказавшей ему, что он умрёт в когтях медведя, но никак не при потасовке в таверне. Многие, конечно сомневались, что предсказание правдиво, и мягко намекали, что сломанные руки и ноги после очередной драки цыганка не нагадала, но и не исключала. Но Феникс лишь отмахивался от них и продолжал рисковать почём зря. Кроме того, что Феникс собирал слухи, он сам умело сочинял и распускал их, гармонично сочетая ложь и правду, что неоднократно приносило хороший барыш. Вкупе со смазливой внешностью, он обладает на редкость приятным и вкрадчивым голосом, что делает из него отличного артиста, певца или рассказчика. Что и говорить – все дамочки млели от внимания такого щеголя и повесы, каким был Феникс. Единственная крепость, которая осталась для него всё это время неприступной – лишь сама Арина. Вероятно, девушка могла противопоставить его красоте и обаянию свои, поэтому они никогда и не могли найти общего языка.
Йошимо или Йоши, единственный профессиональный воин в их компании, который прибился к ним полгода назад. Раскосые глаза, чёрные волосы, собранные на затылке в тугой хвост, аккуратные усики и желтовато-коричневый оттенок кожи ясно выдавали в нём уроженца Востока. Он отлично управлялся своим длинным мечом, мастерски фехтуя и уклоняясь от выпадов своих соперников. Глядя на его движения в битве, или осанку и выправку в любое другое время, можно было с уверенностью сказать, что обучался искусству боя и дисциплине он всерьёз. Воин носил кольчугу со знаком красного дракона, что являлось меткой армии Востока, но расспрашивать молчаливого Йоши о том, откуда его обмундирование, никто не решился. Возможно, это был беглый дезертир, возможно удачливый грабитель, убивший солдата. Так или иначе, но кольчугу ему приходилось скрывать, когда он шёл по улицам, потому как Белокамень воевал с государствами Востока. Продать её или спрятать, как и сбить метку с доспеха, Йоши наотрез отказался. Что ж, если он попадётся в ней стражникам – его проблемы.
Кларисса была профессиональной попрошайкой, которая умудрялась за день насобирать неплохую сумму. Весь комизм ситуации заключался в том, что никто – братья мордовороты, гоблин-шаман, наёмный убийца, профессиональный воин, настоящая красавица или шулер не смогли скопить достаточно средств для покупки собственного жилья, в то время как Кларисса справилась с этой задачей. И плевать, что это лачуга, но зато своя! Куда катится этот мир?! В отличие от сексапильной Арины, Кларисса выглядела бледной молью – невыразительное лицо, плоская худощавая фигура и полностью седые волосы (хотя девушке только исполнилось двадцать три года), которые помогали ей в её ремесле, когда она притворялась старухой. Все знали, что девушка сохнет по Йошимо, но тот оставался невозмутимым, словно скала, игнорируя многочисленные робкие улыбки и томные вздохи. Многие гадали и заключали пари, кто же из этой пары сдастся первым, перестав наступление или ответив взаимностью – восточный воин или нищенка.
Итак, все в сборе, кроме Клариссы, которая, вероятно, сейчас работает на улицах. Обведя тяжёлым взглядом свою команду, Эрл останавливает свой взор на Фениксе, который, по своему обыкновению, наверняка знает о сложившейся ситуации больше остальных.
– Не томи, начальник, – говорит тот. – Выкладывай чего хотел, может, слышал, что по этой ситуации. Говорят, с тобой недавно Шёпот за жизнь тёр. Мы тут поэтому?
– Да, – кивает Эрл. – Поэтому. Он требует уплатить внеочередной ежемесячный сбор.
– Он совсем обнаглел! – гудит Брок. – Почему рискуем только мы, а сливки всегда снимает он?
– Череп бы ему проломить! – поддерживает его брат, сияя щербатой улыбкой.
– Что вы с ним опять не поделили? – вздыхает Арина, накручивая непослушный локон на свой пальчик.
– Он требовал, чтобы я ушёл работать в Тени, – сказал Эрл. – Я отказался.
– Наслышан, – хмыкнул Феникс.
– О чём ещё ты наслышан? – с улыбкой, напоминающей оскал голодной акулы, обращается к нему Эрл. – Боже! Скоро нельзя будет зад почесать, чтобы обитатели Дыры об этом не узнали!
– О том, что у нас всего два дня, – ответил тот. – Потом Шёпот собирается забрать у нас Арину в качестве штрафа, если мы не уложимся.
– Урод! – выругалась девушка, чьи глаза тут же гневно сузились.
Вообще Арина привыкла, что в её отношении мужчины всегда мыслят нестандартно, а порой и вовсе не думают, поскольку мозг их при виде красавицы зачастую попросту отключается.
– Я думаю, Эрл, – продолжал тем временем Феникс. – Что ваш разговор был простой формальностью. Шёпоту не нужны новые члены, он давно мечтает о нашей рыженькой бестии и… Ну вы поняли. Поэтому ему был нужен всего лишь повод, чтобы наказать нас и получить за это денег или Арину.
– Я так примерно и думал, – кивает Эрл, успокаиваясь.
Если что, на самый крайний случай, выход есть – откупиться девушкой. Заметив изменение в выражении его лица, Арина гневно спрашивает:
– Ты же не собираешься меня отдавать Шёпоту?!
– Иначе? – вопросительно приподнимает бровь глава банды.
– Иначе я могу в любой момент уйти из Крыс, поскольку официально Шёпот не ставил нас в известность о виде штрафа, поэтому претензии по этому поводу легко отвергнуть.
– И куда же ты пойдёшь, в таком случае?
– Придумать не сложно.
– Ребята! Успокойтесь! – Виихи просительно воздевает руки вверх.
– Нет, Арина, – ответил Эрл. – Тебя мы точно не отдадим! У кого какие предложения по поводу сбора денег? У кого есть заначки?
Все скромно отпускают или отводят глаза – либо ни у кого денег нет, либо никто не хочет отдавать свои кровные. М-да, однако! Товарищи ещё те.
– Честь Арины на кону, – напоминает Эрл.
Нехотя Йошимо достаёт свой кошель и вытряхивает на стол монеты. Большая часть из них медяки, попадается и пара серебряных кружков. И даже один золотой! У менял курс примерно 1:10 и 1:100, то есть за десять медяков дают одну серебряную монету («серяк» или «чешуя» в народе), за сто медяков – десять серяков или один золотой («солнце»). Вообще-то у монет есть название – «империал», но их никто не говорит, потому, как это только усложняет речь. Ну скажите, зачем говорить золотой, серебряный или медный империал, когда можно сразу сказать номинал в металле? На пару медяков можно купить хлеба или пирог, за пару серебряных монет получить комнату и еду на день, за одну – комнату без еды, а вот за золотой можно неплохо покутить и погулять в таверне целой группой, или купить себе неплохое оружие. Для доспеха маловато, а вот неплохой меч приобрести можно.
– Ого! Золотой! Где надыбал? – спрашивает Дрок, с шумом делая глубокий вдох и заворожённо глядя на сверкающую монету.
– Копил, – односложно отвечает Йошимо.
– На что?
– Какая теперь разница?
– Этого мало, – замечает Эрл. – Всего мы платим ему в месяц десять золотых.
– Мы помним, сколько мы платим, спасибо за напоминание, Эрл.
– Заткнись, Феникс! – отрезает главарь. Он достаёт из своего кармана золотой и присоединяет его к кучке монет на столе. – Кто ещё?
Со вздохом все выворачивают свои кошельки, но кучка на столе растёт печально медленно. Даже вернее будет сказать – прискорбно. Получившуюся верхушку медной горы украшает небольшая серебристая сопка, над которой блестят золотом два маленьких солнца.
– Это всё? – вздыхает Арина, глядя на деньги.
– Ага.
– Что у нас в общаке?
Все смотрят на Виихи, который достаёт из-за пазухи свёрток. Развернув его, он выкладывает на стол ещё две золотых и четыре серебряных монеты.
– Посчитай, – приказывает Эрл. Виихи со вздохом наклоняется над горой, сортируя монеты по номиналу. Пока он занимается подсчётами, Феникс замечает:
– Мы ещё хозяину постоялого двора должны за прошлую неделю денег.
Да, прошлая неделя не задалась. Заказов у Эрла не было, словно все обитатели Дыры решили побрататься и помириться, не испытывая больше ненависти друг к другу, хотя они буквально жили ею раньше, воюя квартал на квартал целыми семьями или кланами. Арина проболела простудой, не выходя на улицы. Кларисса и Феникс неплохо заработали своим ремеслом, но почти вся их выручка была отдана на подкуп стражи, чтобы те способствовали досрочному выходу Брока из тюрьмы, куда он попал по случайности. Дрок всё это время занимался тем, что беспробудно пил, переживая за брата. Йошимо охранял «Могучую отрыжку», работая вышибалой. Ожидались проблемы со стороны другого трактирщика, но они не последовали. Кстати, о таверне.
– И сколько мы должны Ворчуну? – осведомился Эрл у Феникса.
– Почти два золотых, – ответил тот. – Но он готов скостить половину, если мы пошумим в «Котле».
– Опять? – вздохнула Арина. – Ему ещё не надоело?
– А мы не против! – захохотали Брок и Дрок. – Нам понравилось.
Всё дело в том, что Ворчун и Толстяк, хозяева двух постоялых дворов – «Могучая отрыжка» и «Большой котёл» конкурировали и враждовали уже несколько лет, постоянно пытаясь вовлечь в свою вражду людей и нелюдей со стороны. Они постоянно строили друг другу разные пакости и гадости, устраивали мелкие диверсии и провокации. До недавних пор в «Котле» жила банда Чёрных Воронов, промышляющих в основном воровством и кражами со взломом. Они считали постоялый двор своей базой, защищая от чужих посягательств, играя роль вышибал. Но с Крысами они не справились. Нанятые своим арендаторам, бандиты наведались в «Котёл», инсценировав там пьяную драку и устроив первоклассный погром. Конечно же, Вороны их раскусили и предъявили претензию, назначив встречу у Стекляшки.
Когда нужно было разобраться по-тихому, банды выбирались на полигон магов, который всегда пустовал по ночам, устраивая там поножовщину. Существовал негласный джентльменский кодекс, который гласил, что победитель в драке, побеждает и в споре. Разрешалось использовать только оружие ближнего боя – кастеты, дубины, цепи или посохи, если желали драться до смерти – то и кинжалы с мечами и топорами. Никакой магии, ядов, ловушек или дистанционного оружия – это считалось недопустимым.
Из боя можно было выбыть четырьмя путями. Первый – умереть. Отрубленная или размозжённая голова, свёрнутая или перерезанная шея, кинжал в сердце или печени. Вариантов масса, выбирайте сами, какой вам по душе и отдавайте концы. Второй путь – оглушение. Тех, кто лежит на земле (не важно – притворяется он или нет) – добивать нельзя. Третий – любой, кого во время боя сбросят в воронку или карьер, также выбывает из боя. И, наконец, четвёртый способ – сдаться и выбыть из боя. Для этого ты можешь лечь на землю, убежать или спрыгнуть в воронку. Фаталистам разрешено перерезать себе вены, шею или сделать популярное на Востоке харакири, чтобы с честью присоединится к умершим товарищам. Стоит ли говорить, что тех, кто сдался, зачастую изгоняли из банды с позором. Исключение делалось только тем, кто оставался последним против нескольких врагов. Пострадавших по окончании битвы уносили с собой. Тех, кому не посчастливилось, и кто встретил смерть – сбрасывали в воронки и карьеры от магических взрывов и засыпали землёй.
Стражники, дежурившие у восточных ворот, не осмеливались запрещать толпам воров и грабителей пересекать ворота по ночам по нескольким причинам. Первая – жить хотели все, вторая – стражники тоже люди и любят пари, поэтому они всегда делали ставки на исход сражения, гадая сколько головорезов сегодня не вернётся обратно в город. Ну и третья, и основная причина – за проход грабители давали стражам небольшую мзду, что являлось хорошей прибавкой к жалованью. Платила всегда та сторона, которая вызывала на дуэль. Кроме того, вызывающая сторона определяла время поединка. Призванная на бой сторона имела право решать, будет использовано летальное оружие или нет, и назвать число участников битвы. Драться обязаны были равными по численности группами, обговаривая отдельно наличие на поле боя виды существ (люди, нелюди), дабы избежать недоразумений в виде драки десяти троллей против десяти гоблинов.
Кроме того, с каждой стороны (можно и привлечь третью сторону для этих целей) должны быть секунданты, которые следят за соблюдением правил поединка и не дают добивать раненых.
Место битвы – Стекляшка, также было выбрано не случайно – вдали от людей, не охраняемое, есть куда спрятать трупы, а, кроме того, удалённость и труднодоступность от города позволяла исключить возможность засады со стороны обеих враждующих сторон. Если сторона не является на битву, то считается проигравшей, зарабатывая себе очков позора в воровском мире.
Ту битву у Стекляшки Эрл помнил хорошо. Трусливые по своей природе Вороны пригласили на драку через день, явно намереваясь подобрать за это время бойцов посильнее. Эрл сказал, что драка будет в формате 4:4, только между людьми, с использованием летального оружия. В случае победы в бою, Вороны требовали возмещения ущерба от погрома в «Котле», а также право на аналогичный погром в «Отрыжке». Эрл согласился.
Когда отряд двинулся в путь (Эрл, Йоши и братья-близнецы), то их вызвались сопровождать Кларисса и Феникс, желавшие побыть в роли секундантов (а проще говоря – зрителей и болельщиков). Ворчун забеспокоился, когда Крысы практически в полном составе отправились в ночь, оставив таверну без защиты, на что ему отрезали, что отряд как раз направляется для защиты его интересов. Внутри оставили Арину, которая должна была петь и развлекать публику, не давая бузотёрам устраивать драки.
Встретившись с Воронами у восточных ворот, грабители двинулись к месту дуэли, под внимательными взглядами стражников, которые запоминали, сколько участников и с какой стороны покидают город, чтобы потом заключать пари.
– Похоже, что Вороны наняли громил со стороны для дуэли, – прошептал Феникс своему главарю. – Я не знаю большую часть из тех, с кем мы идём. Маловероятно, что они приняли столько новичков к себе сразу.
– Маловероятно, но возможно, – согласился с ним Эрл, внимательно разглядывая соперников. Те также не остались в долгу, косясь на Крыс и перешёптываясь между собой.