Два клинка огненной ведьмы

Глава 1

С трудом отсидев последнюю пару, я выскочила из здания академии и чуть не сбила с ног Калеба, только что припарковавшего свой мотолет рядом с моим. Даже шлем еще не успел снять.

– Госпожа Вивьен хотела, чтобы ты срочно явилась к ней в офис, – уведомил он меня, повторив текст нескольких десятков сообщений от матери.

Я упорно их игнорировала, потому что знала, что именно хочет сообщить мне мать. Но та воспользовалась беспроигрышным вариантом: прислала гонца. Теперь, если проигнорирую приказ, это будет расцениваться как явное непослушание. За такое в нашей семье могут и ведьмовские силы заблокировать, пока не образумишься. Было дело… А долго жить без магии, как обычная человечка, мне не понравилось.

Так что придется ехать и попытаться договориться полюбовно, по-родственному, демоны их всех… этих взрослых с их матримониальными планами!

– Катись… следом. – В последний момент я притормозила свою злость, не став срываться на парне.

Он не виноват, что моя мать решила породниться с госпожой Лейлой, соединив две крупнейших в стране компании в корпорацию по производству косметики. Ну и заодно заполучив в нашу семью единственного сына одной из сильнейших ведьм, входящей в Верховный ковен. У моей матери так высоко взлететь не получилось, но она явно надеется на протекцию будущей сватьи. А расплачиваться за все это придется мне!

Высоченное здание основного офиса компании со скромным названием «Вивьена» находилось в самом центре, через дорогу от здания Сената. Так что из окна материнского кабинета на семнадцатом этаже прекрасно был виден зал, где заседает Городской ковен. Там она успела побывать – правда, еще до моего рождения. А теперь собиралась забраться повыше.

Чудом не влетев на максималке прямо в сам офис, я спрыгнула с мотолета и направилась к лифтам. Почти сразу за спиной оказался Калеб, четко выполнивший мой приказ лететь следом. И благоразумно помалкивающий, вместо попыток вразумить или выразить сочувствие.

Брат мне вообще достался очень умный. Хотя сначала я отказывалась воспринимать его как родственника, пусть даже и дальнего. Подкидыш он и есть подкидыш, сколько бы в нем крови нашей семьи родовой источник ни обнаружил.

Это мама как-то сразу приняла его как родного, объявив, что тот – вылитый ее кузен, сбежавший много лет назад. В итоге Калеб у нее теперь – незаменимая тень: секретарь, посыльный, водитель… преданный как пес. При этом у матери есть и секретарь, и водитель, и фамильяр из волков.

– Наконец-то! Дожили! Двум высшим ведьмам приходится ждать, пока какая-то соплюшка второго ранга соизволит явиться.

Проигнорировав материнский выпад, я вежливо склонилась перед сидящей в кресле госпожой Лейлой. Если бы мать сообщила мне, что ждет не одна, возможно, я бы приехала пораньше. Хотя… вряд ли. Потому что сразу за спиной одной из тринадцати правительниц Ельпиании стоял ее единственный сын, демоны его забери! Рубен Лейлович Баркер, которому суждено было вскоре стать мужем Элизабет Вивьеновны Корьер. То есть моим.

Хорошо, что в академии мы почти не пересекаемся, иначе я бы овдовела еще до первой брачной ночи. Иногда я задумывалась, почему такая сильная ведьма, как госпожа Лейла, до сих пор не родила ни одной дочери. А потом, сталкиваясь в коридорах или на общих парах с Рубеном, понимала, что при таком сыне даже котика заводить опасно.

Преподы считали меня избалованной молодой оторвой, но все как один признавали, что, по сравнению с Баркером, я – невинный агнец. Не знаю уж, кто отец этого чудовища, но точно не законный муж госпожи Лейлы. Слишком уж тот тихий и послушный, правда, с высшим рангом среди ведьмаков. И у самого Рубена уже четвертый, чтоб его…

– Думаю, ни для кого не секрет, для чего мы здесь собрались. – Мать пододвинула в мою сторону брачный договор, уже подписанный и ею, и госпожой Лейлой.

Осталось место только для моей подписи. Ну и моего будущего супруга. Но у него права что-то возразить было еще меньше, чем у меня.

– Мне надо подумать, – сделав несколько глубоких вдохов, я смогла ответить почти спокойно и максимально вежливо.

Рубен за спиной госпожи Лейлы скривился, словно съел халапеньо. Похоже, ему, как и мне, требовалось подумать только над тем, как тактичнее сформулировать отказ. Хорошо, что мы жили в разных городах и учились в разных школах. Потому что лишь за последние четыре года успели достать друг друга до двух дуэлей и трех суток в подземелье академии.

Само собой, на дуэлях за меня отдувался Калеб, ведь ведьмак может применить силу против чужой ведьмы только по приказу своей. Ну или в случае непосредственной угрозы для жизни, если ведьма напала первой. Физически напала, а не просто ехидничала, провоцируя при всех толпящихся в столовой студентах.

Причем внятно объяснить, чем именно сыночек госпожи Лейлы так меня раздражает, я не могла. Калеб много раз задавал мне этот вопрос. Подозреваю, что и Рубен тоже бесился при виде меня просто так, в качестве защитной реакции на постоянные намеки о том, что мы идеальная пара. К сожалению, то, что нам суждено стать парой, мы поняли очень давно, еще до личной встречи. Вот и отрывались друг на друге, мстя за отсутствие права выбора.

– Мы никуда не торопимся, – демонстративно посмотрев на часы, с угрожающим сарказмом протянула моя мать. – Думай.

Я плюхнулась в свободное кресло, закрыла глаза и сосредоточилась. Сопротивляться бесполезно. Нас все равно поженят. Компаниям надо объединиться, чтобы противостоять набирающей силы третьей. Скоро перевыборы в Верховный ковен, и госпожа Лейла должна успеть позаботиться о том, чтобы ее место заняла моя мать. А через тринадцать лет моя мать передаст свое место госпоже Лейле… Политика, бизнес, деньги, власть. И никому нет дела до обычных чувств. Любви, например!

Нам же с Рубеном придется хоть раз переспать, чтобы родовой источник принял его в качестве члена нашей семьи. Если брак не консумировать, госпожа Лейла может оскорбиться. Да она уже сейчас улыбается очень натянуто!

Я уже почти смирилась, но тут у нашей гостьи зазвонил мобильник. И без всякого дара предсказания, по одному ее закаменевшему лицу можно было догадаться: сейчас ей станет не до брачного договора.

– Думай, у тебя есть сутки. – Величественно кивнув мне, верховная ведьма обменялась выразительными взглядами с моей матерью и удалилась.

Глава 2

Едва за гостями захлопнулась дверь, мать бросила быстрый взгляд на стол, чтобы ткнуть меня носом в договор, но… тот исчез. Значит, мне не показалось быстрое смазанное движение, когда Рубен проходил мимо. Спер ненавистный нам обоим документ, причем безо всякой магии! Надеюсь, он его съест.

– Ты хоть понимаешь, что все наше будущее зависит от тебя? – накинулась на меня мать, сперва взмахом руки дав понять Калебу, что тот должен испариться из ее кабинета. – Лейла готова отдать нам своего щенка, потому что моя компания успешнее, чем у Хизар. Но если ты будешь выкобениваться, мы останемся ни с чем. Лейла и Хизар, объединившись, нас задавят!

– И в Верховный ковен ты не попадешь, – не сдержавшись, подколола я мать. – Ладно, не психуй. Подпишу завтра. А то ты опять от злости пол-офиса разнесешь…

Выскочив на улицу, я схватила со стоянки аккуратно припаркованный мотолет и помчалась прочь из города. Мне срочно надо было выпустить пар. Сначала даже хотела позвать девчонок, чтобы создать круг силы и колдануть что-то такое… запоминающееся. Но потом просто уселась на камнях возле бродлэнской топи и задумалась.

– Ну прямо Эленка, после того как нечаянно прокляла своего братца, – раздался у меня за спиной насмешливый голос.

– Предлагаешь отыграть сказочку по полной? Превратить тебя в козленочка? – огрызнулась я, на самом деле радуясь, что Калеб увязался за мной, а не остался с матерью.

– У тебя для веселья скоро муж будет.

Пристроившись рядом, брат умудрился не спихнуть меня с камня своей задницей, а водрузить ее буквально вплотную к моей. И приобнял еще за талию, эм… не совсем уж и по-братски, если честно. Но мой вопросительный взгляд проигнорировал, уставившись на болото. А потом вытащил из кармана баночку «Калинки», открыл и протянул мне.

– Ты всегда мою любимую настойку с собой таскаешь? – продолжила ехидничать я, сперва благодарно кивнув. Заслужил.

– Нет, только когда тебя уносит в эту сторону. – Калеб ухмыльнулся рядом с моим ухом, отчего по спине пробежался приятный холодок.

– Странное чувство, что ты пытаешься меня соблазнить. – Я с подозрением уставилась на своего вроде бы троюродного братца. Седьмая вода на киселе, в общем.

Конечно, ведьм и более близкое родство не смущало, если они хотели развлечься. Но это ж особый настрой нужен, а мы просто сидим на болоте, настойку из одной банки пьем, туманом любуемся, как топь подвывает слушаем.

– Вообще-то, я этим уже года два занимаюсь, – глуховато хохотнув, Калеб вернул мне мою банку, из которой только что отхлебнул. – А ты только заметила. Но еще не поздно…

– Ты в мой новый род отойти хочешь? – внезапно озарило меня. – Причем первым ведьмаком, верно?

Калеб негромкого угукнул мне в ухо, снова запустив приятную прохладу вдоль позвоночника. Зато внизу живота чуть потеплело от просыпающегося желания.

Странно, никогда раньше я даже не задумывалась о том, что после замужества смогу создать собственный род, младший по отношению к материнскому, но все равно отдельный, свой. И у меня будут свои собственные ведьмаки. А Калеб, оказывается, уже два года ко мне присматривается!

– Я думала, тебе с моей матерью нравится. Ты же от нее не отходишь.

– Я у нее учусь. Потом пригодится. Тебе…

Мы помолчали. Я была поражена предусмотрительностью парня. Мать же и вправду могла подарить мне на свадьбу какой-нибудь филиал, а я в ее бизнесе ничего не смыслю! Вообще ничегошеньки! У меня четвертый курс академии, скоро выпускные, а я умею только гонять на мотолете и тратить деньги. Учиться их зарабатывать мне даже в голову не приходило. Интересно, Рубен такой же идиот?

– Это ты здорово придумал, – одобрительно улыбнувшись, погладила Калеба по колену и наткнулась на его полный желания взгляд.

Нет, не могла я раньше быть настолько слепа. Скорее всего, это родственничек потерял тормоза, узнав о моем скором замужестве. И погнал по встречке на максималке…

Конечно, я уже давно не девственница и всегда предпочитала ведьмаков, а не оборотней и уж тем более вампиров. Но о принятии в род ни один из моих мужчин даже не заикался. Наглости не хватало. А Калебу хватило: и ума, и наглости.

– Ну что ж, посмотрим, какой из тебя любовник! – ухмыльнулась я, щелчком пальцев очищая кусок земли и тут же разогревая его, чтобы лежать было удобнее. Ну и для большего комфорта сплетая траву в мягкое, нежное покрывало.

Большая часть заклинаний, которыми я пользовалась, едва открыв в себе силы, были заточены под мои бытовые нужды. Некоторые девчонки маниакально развивали в себе боевые навыки, кто-то – целительские, кто-то – природные… Я тоже могла разогнать тучи и вытащить из-за них солнце, или, наоборот, устроить смерч с молниями. Но все это под настроение, исключительно ради себя любимой. Не то что некоторые. Училась у нас в группе девица из деревни, прожужжавшая всем уши важностью урожая, плодовитостью скота и прочими глупостями.

Мать специально нанимала мне репетиторов, потому что наследница косметической компании должна разбираться в производстве косметики, хотя бы теоретически. Но в итоге выяснилось, что моя сила не заточена под настолько выверенные процессы. Вот за миг создать костер высотой с материнский офис – это ко мне. А аккуратное последовательное смешивание компонентов – это к Калебу.

Жаль, что он, как все ведьмаки, с природой контачить напрямую не умеет, потому что и навары с отварами, и целительство у него получается лучше, чем у меня. Костер, кстати, он тоже создаст, может даже повыше, чем я. Только выложится при этом полностью и будет восстанавливаться неделю, если никто из ведьм над ним не сжалится.

Не умеют почему-то ведьмаки подпитывать свои силы от внешнего мира. Даже объединять их вместе не умеют. Ущербные у нас мужчины, что ж поделать. Но одна несомненная польза от них была…

Скинув куртку, Калеб подхватил меня на руки и занес на теплый и мягкий живой ковер. Поцелуев и прочей романтики мне сейчас не хотелось – настрой был не тот. Так что, легонько толкнув парня в грудь, я дождалась, пока он уляжется на траву и сам расстегнет молнию на штанах. Чтобы мне осталось только их быстро стянуть и усесться на уже возбужденный член, тут же попытавшийся проникнуть в меня, несмотря на преграду: трусики я пока не снимала.

От объятий и поцелуев я могла легко отказаться, но мне нравилось дразнить мужчину, прежде чем овладеть им. И этой прелюдией я собиралась насладиться по полной – до тихих стонов, движений бедрами, умоляющих взглядов, пересохших губ, сжимающихся в кулаки пальцев… Ну и заодно возбудиться, чтобы вылетели все дурные мысли, злость на навязываемый брак и страх перед будущим, в котором придется стать взрослой и ответственной.

Когда Калеб наконец-то вошел в меня, в голове было пусто, как в самайновской тыкве, тело выгибало от желания, и мой оргазм накрыл нас удушающе-сладкой волной почти сразу, заставляя и моего мужчину, застонав от наслаждения, выплеснуть свое семя.

Так… теперь главное – не забыть, что мы тут не просто ради собственного удовольствия развлекаемся, а по делу. Демоны всех задери, вспомнить бы еще слова ритуала принятия в род!..

Глава 3

Обратно в город мы мчались наперегонки с Калебом, уже сплетенные родовой нитью. Забавное чувство: как будто рядом не просто родич, которому можешь доверять, а кто-то очень близкий, практически твоя тень. Кто-то, кто поймет тебя с полуслова. Хотя Калеб и раньше предугадывал мои желания, так что уступать его какой-то другой ведьме было бы верхом расточительства. Он был рожден, чтобы стать моим мужчиной.

Наш путь лежал мимо отеля, в котором остановилась госпожа Лейла. Номер апартаментов я не знала, но их тут всего десять. Если сильно приспичит, можно просто обойти все, найти верховную ведьму и сказать ей… не знаю, правда, что. Уж точно не о том, что не желаю в мужья ее сына. К этому надо подойти как-то более дипломатично, а не прямо в лоб.

Но стоило лишь на миг зазеваться, как меня чуть не сбили полицейские машины, мчавшиеся прямо к отелю. Развернувшись, я устремилась за ними, не сомневаясь, что Калеб последует за мной.

Притормозив поодаль, мы прокрались поближе к зданию, пытаясь разглядеть, что там происходит. Толпа полицейских навевала дурные предчувствия.

– Тебе надо домой, – прошептал Калеб, напряженно нюхая воздух, как оборотень. – Лучше пусть у тебя будет алиби.

Судя по затесавшейся среди полицейских машин скорой, в которую на носилках занесли накрытое простыней тело, об алиби действительно стоило бы позаботиться. Но потом.

– Сначала надо понять, что случилось, – процедила я, напряженно вглядываясь в освещенную полицейскими огнями улицу. – Смотри, Рубен!

Мой матримониальный кошмар вывели из здания прямо в наручниках, как преступника. Руки ему, правда, сковали не за спиной, а спереди, из уважения к роду. Следом вышла Шерил, секретарша и племянница Лейлы. Всхлипывающая так, что даже нам с Калебом было слышно. Если бы не страх выдать свое присутствие, давно бы уже покинула тело и подкралась поближе. Но ведь почуют же! Если уже не почуяли…

Рубен, например, стоя у машины, как-то подозрительно целенаправленно косил в нашу сторону. И вдруг прямо передо мной заискрила надпись: «Седьмая комната, вторая спальня, внутри наволочки». Калеб, тоже успевший прочесть почти сразу исчезнувший текст, понимающе кивнул.

Как только большинство полицейских уехало, захватив с собой Рубена и Шерил, мы потихоньку подобрались еще ближе к зданию. Охрана была выставлена у пятой комнаты. А в седьмой кто-то предусмотрительно приоткрыл окно – причем в ту самую вторую спальню. Так что Калеб быстро слазил, порылся в наволочках и вернулся вместе со сложенной до маленького прямоугольничка бумажкой. Развернув ее, я с изумлением уставилась на знакомый документ, в первые мгновения пытаясь понять, зачем Рубен так хотел передать его мне.

– Если хочешь вытянуть его из этого дерьма, подписывай, – подсказал Калеб, хотя я и без него уже сообразила, что вечно раздражающий меня гад неожиданно решил вручить в мои руки свою жизнь. Неужели больше довериться некому?!

– Да зачем он мне теперь сдался? – зло процедила я, зачем-то шаря по карманам в поисках ручки. Понятное дело, у Калеба она нашлась быстрее. – Вот скажи, зачем? – допытывалась я, размашисто подписывая брачный договор, от которого совсем недавно пыталась сбежать, как черт от призыва. – Ладно, пусть ночь в каталажке проведет – завтра утром явлюсь за ним, как Геката за перворожденными ведьмами.

Добравшись до своего пентхауса, я уселась на террасе любоваться на луну, пока Калеб разбирался с доставкой еды и накрывал на стол. Потом мы ужинали и пили вино, отмечая начало нашей законной совместной жизни. Потом, скинув с себя всю одежду, я отправилась принимать душ, даже не сомневаясь, что Калеб пойдет следом.

Потом мы долго трахались под теплыми струями, мокрые и возбужденные. Я отымела своего первого ведьмака и стоя, и сидя, и лежа. Он входил в меня и спереди, и сзади, жестко и зло, потому что я была из тех стерв, что не позволяют мужчине кончить, пока сами не насытятся.

Мое тело сотрясали оргазм за оргазмом, но удовлетворения не наступало. Хотелось еще, еще, и еще – как ненасытной кошке весной. Бывали у меня такие дни, завязанные на женские фазы, когда я задумывалась о гареме из ведьмаков трех, а лучше пятерых. Но сегодня за всех них отдувался один Калеб. Неудивительно, что, наконец-то кончив, он с трудом добрел до кровати, упал и тут же отключился.

А я лежала, смотрела в потолок и думала… Пыталась понять собственную логику, найти причину, заставившую меня подписать брачный договор, чтобы связать себя с парнем, у которого, скорее всего, нет теперь ни верховной ведьмы за спиной, ни монетки в кармане.

Утром меня разбудила мать, позвонив, – причем не на мобильник, а в дверь. И пока сладко зевающий Калеб делал нам всем кофе, она радостно щебетала о том, какая я предусмотрительная умница.

– Представляешь, Лейлу нашли задушенной в собственной спальне после ссоры с сыном. Теперь вся ее компания перейдет племяннице, а Рубен, оказывается, был вычеркнут из завещания! Она собиралась нас обдурить, подсунув в род своего никчемного сыночка, а сама даже не думала о слиянии…

– Почему ты так уверена? – щелчком пальцев я привлекла внимание Калеба и указала ему на соседний стул, намекая, что можно не стоять у меня за спиной, а сесть.

– Всегда знала, что в конце концов он проберется в твою постель, – с одобрением кивнула мать. – А уверена, потому что Шерил якобы не нашла никаких документов, даже черновиков. Зато обнаружила буклеты репродуктивных клиник. Так что Лейла собиралась спихнуть нам сыночка и родить наконец-то дочь. Хорошо, что ты не стала вчера подписывать договор.

– Мам, ты только не волнуйся, ладно? Но тут такое дело… – Понятно, что после моих слов мать сразу напряглась и выжидающе уставилась на меня. – Со вчерашнего вечера Рубен Баркер мой муж. И я сейчас поеду забирать его из тюрьмы.

Конечно, после этих слов умницей меня уже никто не называл. Мама кричала, угрожала, требовала порвать договор, прекрасно понимая, что этим уже ничего не исправить. Документ, подписанный тремя ведьмами, две из которых высшие, вряд ли легко испарится.

Самое главное, что если до рассказа матери у меня были некоторые сомнения в собственной разумности, то теперь я была на все сто процентов уверена, что поступила правильно.

Думаю, когда мать устанет злиться и начнет размышлять здраво, то сообразит, что убить высшую ведьму не так-то просто. Само собой, этого не могли сделать ни Шерил, ни Рубен, ни даже Хизар, владелица третьей косметической компании в Ельпиании. Потому что у нее был всего лишь двенадцатый ранг.

Так что первой подозреваемой, на самом деле, являлась моя мать, как примерно равная по силе. Но вчера она еще верила в слияние и наследство, значит, убивать Лейлу ей было невыгодно. А сегодня, когда у нее руки чешутся придушить обманщицу, та уже мертва.

Поэтому наша задача – разобраться во всем этом дерьме, желательно заполучив хотя бы часть полагающегося Рубену состояния.

– Хорошо, – мать наконец выдохлась и смирилась с моим упрямством, – мешать не стану. Вдруг тебе повезет? Потому что иначе у нас будут серьезные проблемы! В отличие от Лейлы, Шерил мечтает о слиянии компаний, только не с нами, а с Хизар. И если они действительно объединятся, нам придется несладко.

Глава 4

Из пентхауса мы вышли вместе, но на парковке разошлись. Мать уселась в машину, где ее все это время терпеливо ждал водитель— пожилой ведьмак, взятый за смесь осторожности и быстрой реакции. Идеальное сочетание, встречающееся только у ведьм. У людей, по сравнению с нами, намного хуже с реакцией, а у оборотней – с осторожностью. Ну а вампиры… Несмотря на длившийся уже несколько столетий союзный договор, мы все равно друг друга недолюбливали. Хуже дела обстояли только с демонами – этих мы вообще ненавидели. Как и они нас.

До городской тюрьмы было минут пять лету, так что через десять я уже стояла перед каким-то капитаном, имя которого даже не запомнила, и пыталась объяснить, что хочу забрать своего мужа под залог.

– Вы же знаете, в чем его обвиняют? – уже третий раз уточнял у меня растерянный полицейский.

– В убийстве высшей ведьмы. – Я с трудом сдерживалась, чтобы не устроить в участке маленький такой пожар. Колдовать в общественных местах без уважительной причины категорически запрещалось. – Но вы же понимаете, что оно смехотворно? Мой муж – ведьмак четвертого ранга, госпожа Лейла – верховная ведьма, к тому же старшая его рода!

– Но вы утверждаете, что теперь он входит в ваш род, – неожиданно ввязалась в разговор слишком умная полицейская, вроде бы тоже капитан.

Сначала она окинула оценивающим взглядом стоящего у меня за спиной Калеба, причем настолько заинтересованно, что даже у меня лопатки зачесались. Причем она его не как мужчину для развлечений оценивала, а чисто профессионально. Это тоже лопатками ощутилось.

– Да, ему бы пришлось какое-то время угождать сразу двум ведьмам, – процедила я, покосившись на прилипчивую умницу.

– А покажите ваш брачный договор? – продолжила докапываться полицейская.

Демоны побери настырную стерву! Она не просто уткнулась в бумагу, а достала артефакт, определяющий подлинность и примерное время подписания. Ну что ж, тут мне опасаться нечего.

– Обе подписи высших ведьм сделаны одновременно, добровольно и являются подлинными, – выдала вердикт полицейская и слегка расслабилась. А то до этого больше всего напоминала идущего по следу пса. Зато я напряглась. В полиции все же не идиоты и тоже додумались, что моя мать – идеальный кандидат в убийцы. Надеюсь, у той железное алиби. – Две другие подписи сделаны позже, добровольно и являются подлинными. Брак заключен по взаимному согласию и с одобрения старших в роду. Так что причиной конфликта являться не может.

– Ладно, выиграла, – недовольно буркнул в сторону стервы первый полицейский. – Значит, парня можно отпускать?

– Отпускай…

Небрежно кивнув, девица направилась куда-то по своим делам, а следом за ней шмыгнул Калеб. Потому как без разницы, какой именно интерес у человечки к моему ведьмаку, главное – его наличие. И раз она вроде как главная по делу Лейлы, значит, надо ее очаровать и заговорить. Калеб с таким в два счета справится: его моя мать выгодные контракты выбивать натаскивала!

Рубена вскоре привели откуда-то: помятого, всклокоченного, в наручниках, которые сняли уже при мне. Обычно постоянно ехидничавший гаденыш предусмотрительно помалкивал. И если в полицейском участке это было вполне естественно и оправданно, а во время полета на мотолете – тем более, то в пентхаусе я уже слегка напряглась. Может, ему язык отрубили, чтобы не вякал слишком много?

– Иди помойся, а то похож на жертвенную свинью, – попробовала спровоцировать его, но ничего не вышло.

Рубен молча, демоны его побери, отправился в ванную комнату. И даже не вздрогнул, когда туда же вошла я, чтобы занести халат, полотенце и зубную щетку. Выйдя, он послушно направился на кухню, благодарно кивнул мне и Калебу, слопал обед… молча! И уставился на меня вопросительно, словно ожидая указаний.

А мне с каждой минутой все беспокойнее становилось от его молчаливого послушания. Подозрительное оно какое-то было! Так что я подошла, ухватила Рубена за волосы на затылке и потянула, заставляя поднять лицо вверх.