- -
- 100%
- +
Я даже закашлялась, стараясь не смотреть на довольного произведенным впечатлением фея.
Что ж, хорошо, у меня в доме сидит маленький злобный крылатый миллиардер и настойчиво зовет замуж. Как в романе прямо!.. Хорошо, что родить ему наследника не предлагает, чтобы совсем по современной классике все было. Жаль, никто не поверит.
– И?.. – Уставившись с вызовом на Крона, вновь почувствовала себя семейной дамой со стажем. – Объясняй, жених мой, зачем тебе на самом деле понадобилась я, – пригвоздив полным подозрения взглядом хитрозадую мелочь к креслу, даже привстала, пораженная своей догадкой, – или моя квартира!
– Да при чем тут твоя квартира! – затрепыхался эльфик, очередной раз якобы оскорбившись в лучших чувствах. Вот только в этот раз в его возмущении ощущался налет театральности. Похоже, я на верном пути…
– Да все дело именно в ней! – Соскочив со стула, я обвиняюще ткнула пальцем в мелкого засранца. – Так я и поверю, что ты ничего не придумал бы, чтоб обвести меня вокруг пальца с этим договором о трех процентах! Сразу же нашел, как не отдавать деньги! И вернуть себе потом смог бы, ты же фей! У вас же это в крови… людей обманывать. – Мне сейчас даже стыдно не было, потому что легенды всего мира не могли лгать! – Прокрался, прижился, прикинулся хорошим, чтобы я расслабилась! Зеркало какое-то придумал… – Выдохнувшись, я плюхнулась на стул, все еще не отводя от Крона обвиняющего взгляда. – И ведь почти поверила… дура восьмибитная! От зеркала после игрищ вашей литроболии только рама и останется!
– Вот рама мне и нужна! – рявкнул эльф так, что посуда зазвенела. – И… квартира твоя тоже нужна, – признал он уже менее громко. – И жениться мне надо, а ты лучше всего подходишь, – закончил он уже почти шепотом.
– Ну и давай, рассказывай тогда уж, зачем мы тебе понадобились, – предложила я, стараясь, чтобы прозвучало как можно миролюбивее.
– Чтобы ты опять все как тебе удобнее перевернула? Нет уж! – возмутился Крон.
– Ну, тогда шиш тебе, а не я с квартирой, ясно?! И раму вашу старьевщику продам, и…
– Да чтоб ты провалилась! – угрожающе захлопал крыльями мотылек, резко увеличиваясь в размерах.
Мне неожиданно стало страшно. Сильный, магически одаренный мужчина, рассерженный так, что искры из глаз во все стороны. Сейчас прихлопнет меня как… бабочку! И все…
Соскочив со стула и чуть не ударив при этом Крона макушкой в челюсть, я уставилась на нависшего надо мной фея, как цыпленок на удава. И от испуга не сразу заметила, как засветилось кольцо на его пальце. Мысли в панике метались по голове, но я успела уловить воспоминание об активированном артефакте. Наверное… возможно… то есть…
– Ты согласна стать моей женой?!
Глядя на злющего эльфа, я на мгновение даже бояться перестала, так он был красив! Аристократически тонкий профиль, четкая симметрия лица, выразительные… слишком выразительные голубые глаза, пышные длинные ресницы, чуть темнее, чем локоны, но все равно отливающие золотом, и губы, идеальные, манящие…
– Поцеловать?
– Да… – прошептала я, не успев скинуть дурманящий голову морок от почти неестественной, нечеловеческой красоты так близко. И о соблюдении порядка ответов на вопросы вспомнила, лишь когда кольцо, разве что не заурчав от удовольствия, погасло. А проклятый эльф небрежно скользнул своими губами по моим, решив, что с меня и подобной имитации поцелуя достаточно.
– Хочешь сказать, что все?! Мы муж и жена?! – Обессиленно рухнув на стул, я посмотрела на уменьшившегося Крона, сияющего, как помытая посуда!
– Да, поздравляю, дорогая. По фейским законам мы с тобой женаты. Осталось оформить все по вашим, местным…
– Фиг тебе! – Я даже сложила из пальцев кукиш и покрутила им в направлении обнаглевшего мотылька.
– Ну тогда и тебе фиг, а не мои деньги…
– Да жила я без них столько лет и… – Тут наконец-то очухалась внутренняя жаба, залепила мне затрещину и проквакала моим голосом: – Хорошо, значит, сначала мы все оформляем у вашего нотариуса, а потом…
– Это тебе фиг! – нагло хмыкнул Крон. – Сразу все оформляем. Здесь есть нотариус, работающий одновременно на несколько миров, и его подпись будет действительна в Глеустере.
Глава 11
У меня было безумное количество вопросов к этому Кронзаиру Хадзасрановичу. И про зеркало, и про квартиру, и про такую вот скоростную свадьбу, о которой еще вчера никто даже не заикался. Конечно, можно было включить паранойю на полную катушку, представить, что этот гад изначально заявился ко мне с идеей пожениться, но…
Процентов на семьдесят я была уверена, что все происходило ровно так, как Крон и рассказывал. Клептоманская липерболия где-то нашла старинное зеркало, ценность которого именно в раме. И, зная, что все позаимствованное в качестве развлечения в итоге оказывается у меня, эльф сжал зубы, прижал гордость и заявился… с шуткой про оплату наличными, чтобы довести меня до нервного тика. Еще небось радовался, что может начать законно прожигать мои денежки, после того как я ему разрешила.
Ну да! А выманенные из меня наличные деньги, может быть, под наш договор о трех процентах не подпадают или доходом не считаются, особенно если я сама эльфу их выплачиваю. Мелко, конечно, но вдруг решил с паршивой овцы поиметь хоть шерсти клок? Из вредности… Детская такая месть.
И вдруг раз!.. Вчера вечером еще адекватный был, а сегодня жениться приспичило и права на мою квартиру срочно себе прибрать, и… зачем-то проболтался, что деньги он мне откладывает, но не отдаст. Нет чтобы смаковать этот факт и наслаждаться им безнаказанно. На мое расстроенное лицо посмотреть захотелось? Или, наоборот, как аргумент для свадьбы задействовал, чтобы такая меркантильная гадина, как я, точно клюнула?
Нет, после Витьки меня ничем не удивишь. Люди бывают странные, мужчины особенно, потому что их логические цепочки выстраиваются как-то иначе, чем женские. Крона я знала недостаточно, чтобы делать хоть какие-то, пусть и ошибочные, выводы.
Но опять же с Витькой я убедилась, что воспринимать и анализировать человека здраво и адекватно гораздо проще, если он еще не успел затесаться к тебе в слишком близкие друзья.
Даже не так! Главное – никаких романтических умопомрачений. Влюбленный мозг сразу получает нокаут и вырубается. Никакого анализа, никаких выводов, бегаешь, поешь дурацкие песенки и восхищаешься всем, что делает твой избранник, находя оправдание любой гадости и тупости.
Как раз с друзьями все проще.
Я прекрасно знаю, чего ожидать от той же Маринки. Знаю, где у нее болевые точки, где ее может «взбомбить», где она может пойти вразнос или сорваться во все тяжкие. Знаю, что сама она фильтровать, что можно рассказывать, а что нельзя, не умеет. Но если предупредить, что это – тайна, то все, могила. Под пытками не выдаст.
Для распространения информации быстрее рассылки в социальной сети у меня имелась другая очень давняя знакомая. Потому что, если ты с человеком ничем важным не делишься, он тебе тоже лишь чужие сплетни пересказывает, это не дружба, а так… Но иногда, когда нужно, чтобы весь мир очень быстро узнал какую-то новость, такой человек незаменим.
И если самой нужно что-то о ком-то срочно выяснить, звонишь Ляле – и вуаля! Ее все так и звали, кстати, – Вуаляля…
Надо отдать ей должное, все сплетни она любовно сортировала, непроверенные и неподтвержденные откладывала и выдавала только то, что действительно походило на правду.
Странно, что при такой страсти она работала не журналистом, а бухгалтером в какой-то маленькой конторке.
Еще страннее, с чего вдруг у меня подсознание на Лялю отвлеклось?
Кстати, как раз за месяц до моей ссоры с Витькой она купила скрипт, считывающий переписку в соцсетях, и воткнула в ноут своему директору, чтобы быть в курсе, если тот решит ее подставить. И мы над ней все дружно смеялись. Потому что у ее конторки обороты – курам на смех, а директор – этакий классический ботаник в вечно криво застегнутой рубашке, с остатками белокурых кудряшек вокруг гладкой лысины и очками с несусветной толщины стеклами. Сразу видно, что мафиози!
Только права оказалась именно Ляля! Начальник у нее и правда оказался ворюга, у которого подобных мелких контор по всей стране – как икринок в рыбьем помете. Для отмывания денег.
Так вот наша сплетница Вуаляля пошла в налоговую полицию и сдала своего директора с потрохами. Не побоялась.
Вот и пойми, на что мне сейчас подсознание намекает. На скрипт или на то, что в любой бочке с отходами есть место ложке меда? Или на то, что у Ляли чуйка на мафиози и ее надо с Кроном познакомить?
– Держи. – Пока я пыталась уловить намеки своего подсознания, фей напечатал и распечатал на моем принтере черновик нашего брачного договора. Как он взломал доступ к принтеру, даже выяснять не хочу… Может, у него тоже какой-то скрипт есть? А может, принтер просто не устоял перед его магией?..
Я потрясла головой, пытаясь взбодриться. От пережитого стресса, внезапной смены семейного положения и свалившихся тайн мозг просто решил временно отключиться, чтобы не перегореть. Правда, это совсем не напоминало романтический нокаут от Витьки, потому что тогда у меня была куча энергии, я порхала как на крыльях… А сейчас у меня сил пошевелиться не было и плечо снова разболелось. И Ляля еще зачем-то вспомнилась.
Кстати, именно тогда в моих розовых очках появилась первая трещина. Потому что мы все гордились нашей Вуалялей. Некоторые честно признавались, что не рискнули бы обратиться в налоговую, а скорее всего, просто бы уволились и постарались с мафиозным директором больше не пересекаться. А Витька тогда обозвал Лялю дурой, прямо в нашей общей компании. Сказал, что надо было шантажировать и деньги грести лопатой. А риск для жизни и там и тут… Только тогда был бы шанс свалить с деньгами, если все правильно провернуть, а теперь даже медаль посмертно не выдадут.
Вот тогда у меня очки и треснули. Потому что даже моя внутренняя жаба восхищалась Лялей… Хм.
Может, подсознание намекает, что мне на мужиков не везет? Все время попадаются настолько расчетливые, что мне до них как пешком до Америки?
Так, что у нас тут в договоре-то? Ага, я могу тратить из бюджета мужа не более трех процентов, кроме форс-мажорных обстоятельств. Мило. На заработанные мною деньги Крон не претендует. Ну вообще прелесть… В мою собственность выделяется поместье… все равно мне ничего не говорит ни название, ни месторасположение. Где-то в Застеллажье, в общем. Но я лишаюсь права распоряжаться своей собственностью в этом мире без одобрения супруга.
Раз пять перечитав абзац, я убедилась, что не сошла с ума. Речь шла не только о квартире, а вообще о любой моей местной собственности. Покупать могу, продавать, выкидывать, тем более дарить – нет.
С застеллажной – любой, включая Глеустер, – могу творить что душа пожелает. А нажитое моим непосильным трудом… и приобретенное в будущем поступает под контроль мужа. Четко было прописано, что сделки с моей собственностью из мира Терра-342 без его согласия запрещены.
И после такого пункта в договоре этот крылатый наивняшка надеется, что я просто все подпишу, без скандала и попыток выяснить правду? Да тут же прям каждая буква вопит, что хитрый мотылек что-то вынюхал и хочет нечто у меня изъять! И дело уже не в раме, я ее сразу добровольно отдать соглашалась. И не в квартире, не только в ней…
Нет уж! Или мне сейчас выдадут всю правду, или пусть идет лесом… Вместе со своими тремя процентами и рамой.
Ненавижу, когда меня пытаются втихую использовать.
Ляля смогла от огромных денег отказаться, и я смогу!
Глава 12
– Начнем с самого простого, – объявила я тоном злого полицейского. – Три процента, которые мне можно тратить, это как раз те самые, которые ты мне старательно откладываешь, или дополнительные?
– Естественно, те самые, пылящиеся на твоем счету, – снисходительно фыркнул Крон.
– Хм… – Все эти межмировые и межбюджетные увертки и оговорки сделаны явно не просто так. Может, и мне поиграть в ту же игру? Главное – самой в ней не запутаться.
– Тогда здесь надо исправить, что я могу тратить до трех процентов конкретно с твоего личного дохода во всех мирах. – Тут мы с жабой немного посовещались и предложили: – А заработанное мной во всех мирах и семейный доход на Терре – мои.
– Да ща-а-аз! – Крон буквально подпрыгнул вместе с креслом-качалкой. – Семейный… Твои!..
– Да, – с язвительной ухмылкой покивала я. – Доход семейный, но становится только моим. Или ты в этом мире где-то еще домработником подрабатываешь?
– Тогда оставь себе три процента со всего семейного дохода, как изначально было, – попытался увильнуть от конкретики по доходам фей.
– Изначально было с твоего дохода! – пришлось напомнить Крону, а то он так заторговался, что совсем запутался. – И тогда я не понимаю, в чем для меня выгода. Сейчас возьму и разведусь! – возмущенно выпалив, нахмурилась как можно суровее, чтобы не сомневался – разозлюсь, отниму его кольцо и заставлю нас разъединять.
Подозреваю, что с разводом тоже поджидает какая-нибудь подстава, но наглость же второе счастье!
– Ты получаешь доступ к тем трем процентам, которые сейчас лежат на отдельном счете. – Устав трепыхаться, Крон решил вразумить меня спокойно. – Смотри, вот тут прописано, что ты сможешь их тратить в любом мире. Я тебе выдам карточку, и гуляй с ней по магазинам сколько влезет! – Мы с жабой радостно потерли лапки, приготовившись оторваться на полную катушку. – Вот тут я даже беру на себя обязательство лечить тебя за свои деньги, если вдруг твои затраты превысят введенный мной лимит. Оплачиваю любые форс-мажорные обстоятельства. – Судя по погрустневшему лицу Крона, этот пункт дался ему очень тяжело. – Конечно, если они действительно форс-мажорные, а не критическая нехватка платьев или желание вкусных суши среди ночи.
Я с умным лицом пару раз кивнула, намекая, что все поняла. Форс-мажор – это когда стихия, болезнь, поездка на море для лечения нервной системы…
– Вот тут я отказываюсь от притязаний на заработанные тобой деньги во всех мирах, хоть здесь продолжай работать, хоть секретаршей в полицию Глеустера устраивайся.
Эльф выжидающе посмотрел на меня, я на него, старательно изображая классическую блондинку из мемов. Мы оба молчали почти минуту, но потом я сжалилась и угукнула. Вдруг примет за дуру восьмибитную и начнет все по новой разжевывать?
– А вот тут ты претендуешь на всю мою собственность, даже на ту, которой я владею сейчас, – потыкала я пальцем в нужный пункт.
Причем выражение лица у меня еще осталось рассеянно-безмятежное, состроенное специально, чтобы доводить фея. Поэтому он не сразу сориентировался, что я медленно толкаю его в ловушку.
– Я не претендую, а настаиваю на контроле за всеми сделками. – Теперь эльф потыкал в документ, указывая на нужную фразу. – Не вижу в этом ничего оскорбительного. Ты женщина, тебя легко можно обмануть…
– Какая трогательная забота. – Мы оба поулыбались, стараясь ослепить противника сверкающим над головой ореолом наивности и честности. – Причем покупать я могу все, что финансы позволят, а вот избавляться от купленного – только с твоего согласия… и лишь на Терре-342. В Глеустере, как я понимаю, все мужчины приличные и женщин не обманывают?
Я чуть не захлебнулась выплескивающимся из меня ядом, смакуя сладковато-соленый привкус сарказма. Крон, сообразив, что моя безмятежность была лишь иллюзией, напрягся и сосредоточился. Прямо вратарь на воротах, готовый отбивать все мои вопросы, касающиеся этого странного условия.
– Или ты рассказываешь мне правду, или…
– Или что?.. – теперь пришла очередь фея опылять меня ехидством. – Развод ты не получишь, даже не рассчитывай. Без договора, по закону Глеустера, все имущество супругов не объединяется, так что ты останешься без своих трех процентов, но с мужем.
– Да и ладно! – бодро отмахнулась я, потому что жаба упала в обморок от ужаса. – Как муж ты меня вполне устраиваешь. Готовишь, убираешь, в магазин за едой летаешь. Загляденье. Можешь даже продолжать еду за мой счет покупать, так уж и быть. Только на наличные не рассчитывай…
– И?..
Эльф замер, пристально глядя на меня, словно рассчитывал на продолжение.
– Раму можешь забирать, зачем она мне сдалась? – передернула я плечами. Только начавшая приходить в себя жаба, застонав, опять потеряла сознание. – А потом проваливай… с ней вместе и со своими тремя процентами. Лечиться плодами вашей клептоманки… Весь из себя таинственный и женатый. – Не удержавшись, я показала эльфу язык, встала из-за стола и отправилась в кабинет, так как чувствовала себя на удивление хорошо. А работать в кабинете удобнее, чем в кровати.
Вот только сосредоточиться на заказе у меня не вышло. Я внезапно задумалась, как так получилось, что фейский миллиардер прозябает в Застеллажье, приторговывая плодами незаконно выращенного хищного растения. Почему он не берет деньги из банка? Зеленоглазый говорил, что на лечение их уходит прорва.
Судя по выписке, снимать накопления со счета Крон может, он у него не заблокирован. Имеется ограничение на ежемесячные траты? Кто-то их отслеживает?
Есть у меня подозрение, что мой муженек увиливает от застеллажной налоговой, скрывая незаконную прибыль от продажи плодов.
Не уверена, что смогла бы поступить так, как Ляля, если бы все происходило в моей стране. Не стала бы беспокоиться, если б дело было в нашем мире. А тут вообще чужое чересчернодырное Застеллажье! Стыдно, конечно, но я не настолько идейная и ответственная.
Но!.. Я-то изначально претендовала на долю с продажи плодов, это потом уже меня понесло на трех жабах по болоту сразу за всеми доходами. Но раз есть прибыль, которая проходит мимо банка, значит, вполне вероятно, она проходит и мимо моего счета?! И как раз с продажи плодов три процента не снимается?! Так не пойдет! Я заключала соглашение на проценты со всех доходов до самой смерти Крона. Ключевое слово «со всех»!
Паранойя быстро врубила подозрительность на максимальный уровень. Надо проследить за этим разделением на белую и черную бухгалтерию, чтобы не остаться с носом!
А еще очень интересно, что это за болезнь такая, на лечение которой уходит прорва денег, а результат, как я поняла, так себе?..
Глава 13
Решив, что мне все равно, чем там болеет мой так называемый муж, главное, чтобы оно было не заразное, я опять попыталась сосредоточиться на работе.
Но тут оклемалась жаба. Она начала жалобно поскуливать о том, что нам перепала прекрасная возможность тратить наши галлюциногенные денюжки и, опять же, домик где-то в Застеллажье выделили. И в слезах уговаривала пойти еще поторговаться, сменив гнев на милость.
Я попыталась вразумить мое неправильное земноводное. Крон от себя отрывал всего лишь заброшенную хибарку и три процента от доходов, уже и так моих, прошу заметить!
А вот мою собственность планирует сделать общей. Мало того, мне, значит, продавать и дарить ничего без его согласия нельзя, а ему, выходит, можно?
Жаба впала в задумчивость, а я продолжила ее добивать. Вдруг с тремя процентами выйдет очередная крючкозавороченная оказия? Может быть, он и правда как-то хитро выкрутится и незаконный оборот как-то из дележа выведет? Или выяснится, что тратить я их не смогу, или смогу, но не все, или все, но только после подписи Крона на пяти чеках?..
В общем, к моменту, когда окрыленный супруг влетел в кабинет, мы с жабой решили занудно затребовать гарантий на возможность тратить полагающиеся три процента со всех доходов мужа, законных и сомнительных, так, как мне вздумается. Как полгода назад мы и договаривались.
А контроль за собственностью сделать взаимным. Я не могу продавать и дарить свою, Крон – свою. Все только по обоюдному согласию, вплоть до запонки или старой мотыги с дачи.
Но в любом случае сначала я должна была понять, во что именно вляпываюсь с этим договором.
Супруг заявился ко мне с ноутбуком под мышкой, водрузил его на стол и увеличил. Передо мной красовалась карта города.
– Видишь точки?
Действительно, на экране в разных местах светились шесть красных точек. Одна из них находилась как раз в том районе, где я живу. Увеличив масштаб, я убедилась, что она была не просто в моем районе, а прямо на моем доме.
– И что это значит? – Подозрительно прищурившись, я выжидающе уставилась на Крона. Дело попахивало очередной застеллажной байкой. Можно подумать, мне мало липерболии и рамы от зеркала!
– У тебя в квартире находится источник магической силы и жизненной энергии для всех магических существ. – Фей изобразил страдающую рожицу. Как будто я его жестоко пытала или шантажировала самым ценным, поэтому пришлось выдать мне страшную тайну.
– Ага, а где он? – оживилась я, оглядываясь по сторонам.
– В стене между этими двумя комнатами, – недовольно буркнул Крон, махнув рукой на злополучный стеллаж, то есть на стену между кабинетом и спальней. – Он намертво встроен в каркас дома и, возможно, завязан на живом объекте… Пока еще живом.
– Это ты на что намекаешь?! – притворно возмутилась я, внутренне охнув от ужаса. Байки какие-то очень не позитивные, прям не из Застеллажья, а из склепа выходят.
– На то, что я сегодня врубил поисковик источника магии. Так как в немагических мирах существам, состоящим из магии хотя бы частично, надо постоянно подзаряжаться, чтобы не самоисчерпаться до растворения. И вот пожалуйста! – Фей с обвиняющим видом потыкал пальцем в экран. – Вот она, причина появления здесь липерболии. Она чует магию, поэтому и крутится здесь…
– Ага, а раз он в стене моей квартиры, значит, он – мой?
Крон одарил меня презрительно-снисходительным взглядом, прямо кричащим: «Поздравляю, ты кэп Очевидность!» – и дополненным чем-то типа: «Неужто сама догадалась? Или жадность подсказала?»
– Квартира твоя, дыра твоя, липерболия твоя, источник тоже твой, – даже не скрывая сарказма, перечислил фей.
– И тебе он нужен? – продолжила я выдавать элементарные истины. – Потому что стоит как десяток плодов липерболии?
– Как сотня, – пробурчал недовольный Крон, даже не сомневающийся, что за приступом гениальности последует приступ меркантильности.
– И продать ты его хочешь мимо ваших банков, чтобы лишить меня дохода в три процента? Как с плодами липерболии проворачиваешь, верно?
– Знаешь, твои доходы меня меньше всего волновали, – поджав губы, процедил фей. – Мне просто нужны деньги, которые я смогу тратить… не совсем законно.
– На лечение? – Я уже настолько вошла в роль полицейского, что вопросы вылетали из меня раньше, чем я успевала их обдумать.
– И на него тоже. – Крон с вызовом уставился на меня, выставив вперед подбородок. Гордый маленький фей, больной на всю голову… точнее, у него вроде магия барахлит, стирательно-целительная.
– А что с остальными пятью? – Я вновь посмотрела на экран ноутбука. – Они тоже встроены?
– Завтра проверю, – мрачно буркнул фей. – Но твой самый мощный…
– Ага, и почти у тебя в руках, – хмыкнув, задрала нос кверху, гордясь, что разгадала хитрость мелкой пакости. Ему был нужен источник… Мне им торговать он бы запретил, а сам продал бы тишком на черном рынке. Судя по надувшейся фейской рожице, кто-то оскорбился в лучших чувствах.
– Слушай, давай мы просто придумаем, как его добыть, и ты потом выплатишь половину… – с невиннейшим выражением лица предложила я.
Крон хмуро покосился на меня, а потом отвернулся, олицетворяя памятник презрения моей жадности.
– А зачем ты женился-то на мне? Неужели ради него? – осторожно подергала я крылатую мелочь за руку.
– Липерболия скоро уйдет в спячку, – многозначительно выдал Крон и замолчал, наверное ожидая, что я начну тормошить его, требуя объяснений. Но я решила выждать. Во всем этом бардаке пакость с крылышками гораздо более заинтересованное лицо.
Через полминуты, убедившись, что молчание затягивается, а я держу свое любопытство в узде, фей, смирившись, продолжил:
– Проход останется без охраны.
После чего снова замолчал, с надеждой взирая мне в глаза. Наверное, рассчитывал, что у меня опять случится приступ гениальности и я сама все пойму. Но приступ, как назло, не начинался.
– Вилькартас ничего сделать не сможет, он уже давно бестелесный…
Ага, тут хоть я сообразила, что речь идет о зеленоглазом. То есть у него только глаза и остались, ясно.
– Через межмировую прореху скоро полезут преступники.
Жирная точка в конце фразы ощущалась почти физически. Крон посчитал, что выдал и так слишком много информации. Но мне никак не удавалось связать все сказанное и наш поспешный брак.
– И?! – уставилась я на фея, ожидая продолжения разъяснений.
– Теперь ты моя жена, легко от тебя избавиться не получится. Отнять источник – тоже.
– Так ты же сам хотел его продать! – Я даже головой потрясла, пытаясь уложить в ней тот факт, что на мне женились, чтобы защитить.