Иной пол. Том 2

– На каком основании ты ставишь нам условия? – тут же услышал он злобный рык вожака.

– На том основании, что только я имею право касаться её, – моментально отреагировал Александр.

– То есть ты хочешь сказать, что притащил к нам свежее мясо и не дашь откусить от него кусок?

– Именно это я и хочу сказать, – серьезно ответил Алекс и выпрямился, готовый в любой момент ответить за свои слова.

Анжей сузил свои широко посаженные глаза, которые буквально потемнели от злости. Тело его напряглось, он подбоченился, как огромный медведь и с нескрываемой злостью уставился на следока.

– Ты зарываешься, брат… – холодно процедил он сквозь зубы, – Теперь этот вопрос лежит на поверхности. Ты знаешь законы, мы имеем право на свой процент от добытого имущества.

– Она, моё имущество… Ты не понял? – повернул к нему голову Александр.

– Нет, она в равной степени принадлежит каждому за этим столом, – ухмыльнулся Анжей и обвёл крепкой рукой пространство вокруг себя.

Сидящие поблизости мужчины сразу напряглись. В их глазах Александр прочитал нетерпение. Он знал, что Иные ждали приказа своего вожака, и если Анжей подаст им знак, каждый из них почтет за честь оприходовать Ангелину. А если они захотят, то сделают это всем составом, и не важно, столько их будет, двое или с десяток. У Алекса заледенели руки и сжались кулаки, когда он представил эту картину.

– Я хочу пойти к ней, – упрямо проговорил он, отгоняя от себя неприятные мысли.

Время, которое он провёл в стационаре, Александр ежеминутно думал об Ангелине. Но он никогда не скажет об этом вслух, ни ей, ни тем более жителям своей деревни. Если об этом узнают, Ангелина окажется пол угрозой тотального уничтожения. Женщину либо прикончат ревнивые соплеменницы, либо убьёт кто-нибудь из местных мужчин, если она посмеет отказать кому-нибудь в интиме. Алекс уже достаточно изучил Ангелину. Она обязательно откажет…

– Нет, – твёрдо повторил Анжей, – Ты никуда не пойдешь.

– Я всё равно пойду, ты же знаешь, – мрачно ответил Александр.

– А я говорю, нет! – рявкнул Анжей, – Ты обязан думать не только о том, что какая-то тёлка затуманила тебе разум, но и о своем народе. Ты должен подумать о Рее наконец! Он не знает своего отца. Он ждёт тебя каждый день. Ты хочешь, чтобы мы всю жизнь жили в лесу? Ты что, не хочешь изменить что-то? У нас своя маленькая империя! В это было вложено столько лет, столько сил. Твоих сил! – Анжей ткнул в Алекса указательным пальцем, – Ты ушёл на важное задание. Тебе нужно было найти координаты. Это же было целью всей твоей жизни, Алекс! Ты фактически провалил задание и вернулся с какой-то убогой, весь раненый, истерзанный. Мы очередной раз вытащили твою задницу из дерьма, а теперь ты сидишь за этим столом и говоришь нам, что эта баба ничем не может нам помочь? Что мы даже трахнуть её не можем?

Анжей сузил глаза до размера маленьких щёлок. В них бушевал гнев.

– Ну, раз она такая бесполезная, тогда предлагаю отдать её в общее пользование, – добавил он цинично.

Алекс тяжело выдохнул, понимая, что проблем уже не избежать. Он терпел, долго терпел, но теперь ярость готова была вырваться наружу. Его кулаки машинально сжались, и мужчина злобно уставился на главу клана.

– Ну, ну, не горячись, – похлопал тот его по плечу, видя, что Алекс сейчас взорвётся, – Ты ведь знаешь законы. Любая самка принадлежит общине. Законы не менялись десятилетиями.

– Значит, пора менять эти законы, – огрызнулся Алекс и приподнялся со своего места намереваясь покинуть ненавистный ему ужин.

– Сядь! – рявкнул Анжей громко.

Звук его голоса, эхом разнеся по огромной столовой с высоким потолком. В углу ярко полыхал камин, возле которого сидели женщины и что-то вышивали. Каждая из них не смела поднять своих глаз и взглянуть на ругающихся мужчин. Они знали, чем могут закончиться такие разборки. Ни о каком цивилизованном поведении и речи не могло идти. С момента возвращения Александра в общину, женщины кружили вокруг следовика, окружая его мягкой поволокой заботы и едва заметными томными знаками, предназначенными лишь ему одному. У некоторых здешних самок появилась призрачная надежда на личное благополучие. Жить вместе с любимчиком главаря было не только выгодно, но и безусловно приятно. Александр был прекрасным представителем своего пола, о его сексуальных умениях в общине давно слагали легенды. Когда его главная женщина Моргана внезапно умерла в жестоких муках, многие поставили перед собой цель, украсить одинокую постель притягательного Иного. Но до сих пор, Алекс не проявлял своей благосклонности ни к одной из тех, кто жил в его общине. А сейчас и подавно, он то и дело говорил о какой-то ненормальной бабе, которую притащил сюда. Судя по разговорам, она давно тронулась умом, да и выглядит неважно. Что он нашёл в этой убогой?

Алекс тяжело опустился на своё место и уткнулся взглядом в рагу из картошки, которое ему только что преподнесли хозяйки.

– Сядь и ешь, – почти мирно добавил Анжей и снова хлопнул его по плечу, – Алекс, если бы я не знал тебя так хорошо, то наверняка подумал бы, что ты влюбился в эту малахольную.

– Это заблуждение, – еле слышно ответил Александр и отвернулся.

Женщины, мельтешащие рядом, ловили каждое его слово. Александр поднял на них суровый взгляд, и они тут же исчезли из поля зрения.

Анжей хмыкнул.

– Помнится, что-то подобное я слышал, когда у тебя были отношения с Морганой, – кивнул он убежденно, – Только тогда ты был более доброжелателен.

Александр фыркнул, но не стал спорить с главарём. Его учили подчинению с детства и он знал, что если Анжей захочет сделать то, что ему не понравится, то это будет его законное право. В стае нельзя без вожака. Когда-то Алексу представилась возможность возглавить клан, но он намерено отказался от этого. Его тяготили обязанности и долг, важнее всего ему было чувствовать себя свободным. Быть в ответе за целую общину, значит быть связанным по рукам и ногам. Анжей нёс на своих плечах тяжелую ношу, бремя, не дающее ему права на ошибки или излишнюю сентиментальность. Вот и сейчас, он был жесток и подначивал Алекса, прекрасно понимая, что это пойдет на пользу всему племени. И не важно, как при этом будет чувствовать себя Александр, важнее то, чем живет их едва выживающий народ.

– Я запрещаю тебе общаться с ней, – хладнокровно заявил Анжей и положил в рот кусок строганины.

К моменту, когда он дожевал, Алекс уже смотрел на него ненавидящим взглядом.

– Тебя ждут десятки наших женщин, – Анжей обвел глазами просторную комнату, – Они соскучились по твоему вниманию. Они жаждут, когда ты приласкаешь их.

Алекс невольно бросил взгляд на тех, кто прислуживал им сегодня за ужином. Каждую из них он знал в лицо, пробовал на вкус, и самым жестким образом демонстрировал, что такое мужская власть и подчинение. Будто почувствовав его безучастный интерес, женщины подняли на него свои глаза, в которых таились самые понятные Иному желания. Похоть, страсть, чувства, эмоции… Единственное, чего в них не было,это дивного серого оттенка, который он вспоминал каждую минуту, едва пришёл в себя на больничной койке. Первый звук, который он издал после пробуждения – был звук её имени. Александр тосковал по этой женщине, будто глупый раненый мальчишка. Очнувшись после наркоза и узнав, что Ангелина находится на грани жизни и смерти, Алекс буквально истерзал свою подушку и порвал все простыни, на которых спал. Рана на его руке почти зажила, но первые сутки после пробуждения казались для него восьмым кругом ада. Иной порывался подняться и найти Ангелину в лазарете, однако Анжей приказал докторам накачать его слоновьей дозой снотворного, чтобы тот не мог двинуться с места. Как же Алекс хотел удостовериться, что она всё еще дышит и в состоянии говорить ему гадости. Он готов был терпеть её острый язык ещё десять лет вперед, лишь бы она вернулась к жизни. Мужчина мечтал почувствовать родной, волнительный и близкий запах человека, к которому его так тянуло. Алекс не помнил, было ли у него когда-либо столь острое чувство одиночества без женщины. Даже сын Рей, пришедший навестить отца, не вызвал в нём столько эмоций, сколько ночные воспоминания о её влажных тёплых губах и огромных, наполненных слезами глазах, взирающих на него со страхом и благоговением.

Алекс дрогнул. Его сердце болело. Он подумал, что он слишком стар для этого сентиментального бреда. Анжей селил в нём уверенность бессмысленности всего происходящего. Намеренно пробуждал в нём давно забытое чувство ответственности. Чёртов Анжей! Когда угодно, но только не сейчас…

– Александр, – мрачно сказал вожак, – Я своё слово сказал. Обещаю тебе, я избавлюсь от неё, если только заподозрю, что ты перестаёшь выполнять свои прямые обязанности. Ты наш лучший следок, если хочешь знать. В тебе вся сила знаний нашего рода, моих личных знаний… Я слишком много вложил в тебя. Ты мне как сын и только поэтому я так сильно пекусь о твоей безопасности. Мы не имеем права на чувства. Мы не имеем право на полигамию. Женщины вообще лишили нас всяческих прав. Мы живём в неправильное время в неправильном мире. И я сейчас тоже возможно, поступаю неправильно. Но поверь мне, брат, я запросто придушу её, увидев, что она бесполезна, бессмысленна и к тому же, отбирает тебя у нас. У нас всех.

Анжей опустил свою тяжелую руку на плечо Александра.

– Ты все понял? – спросил он осторожно.

Алекс долго не отвечал, переваривая полученную информацию. Впервые в жизни ему захотелось покинуть своё племя и остаться в том лесном домике, где их с Ангелиной никто не трогал. Но реальность была гораздо серьезней. От Анжея исходила явная угроза, и он даже не постеснялся этого скрыть. Александр знал, что главарь никогда не бросает слов на ветер, поэтому ему пришлось лишь коротко кивнуть в ответ, чтобы не вызвать сильных подозрений.

– Ок, Анжей, – холодно произнес Алекс, – Сейчас, я даже не подойду к ней. На самом деле в ней нет ничего интересного. Ты прав. Одно условие. Жить она всё равно будет со мной. Мне нужна самка и эта, меня полностью устраивает.

Анжей долго сверлил Алекса взглядом, видимо пытаясь распознать истинное значение его слов, а затем коротко кивнул и доброжелательно потрепал его по макушке. Почувствовав хорошее настроение вожака, за столом сразу возобновили разговор, мужчины беседовали, пили много вина и заигрывали с проходящими мимо женщинами.

В этот самый момент, дверь в большую столовую с грохотом распахнулась и на пороге появилась худая невысокая женщина, с головы до ног закутанная в меховую дублёнку. Платок на её голове съехал набекрень, длинные отросшие волосы покрыли румяные от мороза щеки. Правый глаз пленницы был уродливым и заплывшим, однако левый занимал добрую половину сильно осунувшегося лица. Полные бледные губы обветрились и покрылись тонкой плёнкой инея. Женщина испуганно дрожала и озиралась по сторонам. Её худые бесконечные ноги были оголены до колен и, казалось, приобрели какой-то синюшный оттенок. Незваная гостья удивительным образом выглядела отвратительно плохо и при этом, необыкновенно соблазнительно.

Увидев Ангелину, Александр вздрогнул и застыл на месте. Что-то мощное перекрыло ему кислород, а сердце, большое и сильное сжалось до размера жареной перепёлки. Иной еле сдержал себя, чтобы не подбежать к ней, но вовремя остановился. Взгляд Анжея моментально пригвоздил его к месту. Алекс знал, если сделает хоть шаг навстречу Ангелине, её прикончат этим же вечером.

Зайдя в дом, Ангелину сразу обдало тёплым воздухом работающего под потолком обогревателя. Не обращая внимания на дикий холод, девушка застыла на пороге, не решившись запереть за собой дверь. Она, конечно понимала, что догнать её, проблем не будет, но сейчас ей не нужны были пути для отступления. Едва она переступила порог небольшого барака, на женщину тут же уставилось пять десятков глаз, находившихся в помещении женщин и мужчин. Последние, чинно восседали за огромным дубовым столом, который протянулся в длинный ряд и был заставлен всевозможной едой. Ангелина почувствовала её по тонкому аппетитному аромату. Это было жареное мясо и как ей было известно, ничего другого эти дикари не признавали. Страх заполнил каждую клетку измученного тела девушка. Она вдруг поняла, какая же дура, что осмелилась прийти сюда без приглашения. Судя по недовольным лицам собравшихся, непрошенным гостям здесь были не рады. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Ангелина кашлянула, прикрывая рот худой ладонью. Ей никто не ответил. Девушка напряжённо обвела глазами присутствующих. Женщины продолжали враждебно взирать на неё, сидя в стороне, а мужчины поглядывали с интересом.

В центре стола она увидела двоих. Первый, тот, кто нанёс ей мощный удар несколько дней назад, он вальяжно восседал на коричневом высоком кресле и держал в руках массивный кубок с вином. Она сразу его узнала. Да и как забыть огромного Иного, который впервые в жизни причинил ей физическую боль. Ангелина тут же переместила взгляд, и её глаза предательски заслезились.

Рядом с вожаком сидел Алекс.

Впрочем, конечно, его она заметила первым. Увидела его еще до того, как ей бросилось в глаза всё остальное. Кажется, она нашла бы Александра из десятков сотен мужчин, даже если бы ослепла. Ангелина невероятно злилась на Иного, но в то же время, была привязана к нему душой, телом и всем своим женским сердцем. Воздух вокруг них моментально стал электрическим. С каждым тяжёлым вдохом в неё проникали тысячи невидимых импульсов, которые он отдавал ей. Взгляд его тёмных пронзительных глаз обжигал девушку. Александр уставился на неё так, как будто она была приведением. Ангелина не могла понять, почему он продолжает сидеть на своем месте, словно привязанный. Может быть, у него всё еще болит рука? Ноги? Почему в его взгляде столько боли и сострадания к ней? Что происходит?

«Где ты был все это время? – спрашивала она его мысленно, – Почему не приходил ко мне?»

Но вслух не произнесла ни слова.

– Там никого не было… – негромко пробормотала она, обращаясь ко всем сразу.

Больше в её голове не родилось ни единой мысли.

«Ну давай же, подойди ко мне! Защити меня! Ты же видишь, как мне неловко, как страшно! Я же совсем одна здесь… Пожалуйста, Алекс!» – мысленно кричала ему Ангелина, продолжая заглядывать в его печальные родные глаза.

Но Александр оставался, как и прежде, неподвижен. Ни единый мускул не дрогнул на его красивом, заросшем щетиной лице.

– Кто разрешал тебе прийти сюда? – грозно задал ей Анжей, выпрямляясь на своём стуле,– Пленная женщина не может ходить по нашей базе, где ей вздумается.

– Я была одна. Мне стало страшно, – честно призналась Ангелина.

Но ещё больше ей было одиноко, хотя об этом может догадываться только Александр.

– Не имеет значения, – отрезал Иной, – Ты обязана подчиняться мне. И любому здесь.

– Я бы хотела подчиняться Александру, – осторожно подала голос Ангелина и смело посмотрела в глаза главному. Тот хмыкнул и повернулся в сторону Алекса.

– Что за гонор? – спросил он его, – Твоё воспитание?

– Он не причём, – ответила за него Ангелина, – Я просто хочу, чтобы мы все были цивилизованными людьми.

Услышав это, Александр закатил глаза и устало потер виски. Ангелина вспыхнула. Разве она сказала, что-то не то? Анжей молчал с минуту, а затем громко рассмеялся. Его заразительный смех разнесся по холлу. Его тут же подхватили сидевшие рядом мужчины и женщины.

– Милая барышня, – продолжая улыбаться, сказал Анжей, – Вы, я так понимаю, прямиком из эпицентра вашего расчудесного фиалкового государства. Где нет боли, отчаянья, преступности и проблем с экологией. Там у вас серьёзные морально устойчивые законы, сильно пахнущие пацифизмом и устоявшееся лесбийство. Что ж, – продолжил вожак, – Пусть так. Но хочу, чтобы вы знали, у нас здесь тоже свои законы. И здесь женщины не имеют никаких прав, только обязанности. И здесь я хозяин. И никто, даже Алекс, не спасет вас от того, что я вам уготовлю. Это понятно?

– Дело в том, что я…

– Это понятно, я спрашиваю? – зло повторил Анжей.

Ангелина коротко кивнула.

– Я еще раз задаю вопрос, какого чёрта, ты сюда пришла?

– А я ещё раз вам отвечаю, я пришла сюда, потому что мне было страшно! И ещё я хочу поговорить с Алексом!

– Не с Алексом, а со своим господином, – поправил её Анжей, – Что за фамильярность? Кто дал тебе право разговаривать с ним? Ты на три уровня ниже любого сидящего здесь мужчины. Ты слабая, больная женщина, насквозь прогнившая учениями о феминизме и эмансипации, уничтожившими весь этот мир.

– Что, я одна прям виновата? – вспыхнула Ангелина и развернувшись в пол оборота, с силой захлопнула открытую настежь входную дверь, которая громко хлопнула. Она сделала это, потому что замёрзла. За время их недолгого разговора, её спина порядком заледенела. Ангелина больше не собиралась строить из себя жертву. В конце концов, она тоже имеет право голоса. Кажется…

От громкого хлопка двери, сидящие возле камина женщины, напряжённо вздрогнули, а затем испуганно посмотрели на Анжея. Тот, с пуленепробиваемым лицом смотрел то на Ангелину, то на Александра.

– Дикарка, значит. С гонором, – медленно произнёс он.

Услышав это, Алекс выпрямился и поднялся со своего места.

– Ты куда? – бросил ему Анжей.

– Поговорю с ней, – буркнул Александр и тяжёлыми шагами направился к Ангелине.

Увидев, что он идёт по направлению к ней, сердце девушки радостно задрожало. Сейчас, вот сейчас они наконец-то останутся одни и он ей всё объяснит. Обнимет, приласкает, утешит, даст ей силы и надежду.

По мере того, как Александр приближался, его брови двумя ровными линиями медленно сходились на переносице. Правый глаз Ангелины был слегка закрыт отросшими локонами, поэтому издалека мужчина не видел, что у неё с лицом, но подойдя ближе, просто ужаснулся. Его сердце дёрнулось и с грохотом скатилось куда-то в район ботинок. Прекрасное лицо некогда красивой самки, было просто обезображено. Сильная гематома и кровоподтёк покрывал всю щёку, сразу стало понятно – удар был расчётливый и тяжёлый. Ангелину явно намеревались надолго выключить или попросту причинить боль. Осознание, что это он, хоть и косвенно, стал причиной её страданий, просто выбило Александра из колеи. Пульсирующая ярость не оставила выбора для приятия решений и полностью вытеснила чувство собственного самосохранения. Он уже знал, что не сможет совладать с собой.

– Какого черта, Анжей?! – крикнул Александр, разворачиваясь в сторону вожака. Женщины моментально поднялись и сбились в одну небольшую линию, возле большого полыхающего камина. Мужчины, как по команде, отложили столовые приборы и напряженно уставились на Александра. Тот быстрыми решительными шагами направился к месту, где сидел Анжей.

– Это ты её огрел? – злобно прошипел Алекс.

Его глаза покраснели от гнева, отчего он стал похож на дикого зверя, выпущенного на волю. Ноздри Иного опасно раздувались, Александр готов был совершить контрольное нападение и совершенно не скрывал этого.

Анжей осторожно поднялся со своего места и в упор посмотрел на взбесившегося следовика.

– Алекс, да брось ты, из-за какой-то бабы, – подал голос кто-то из сидевших за столом.

Александр гневно посмотрел на своего соратника и тот сразу прикусил язык. От страха, Ангелина сильнее запахнула свою дубленку и сделала несколько шагов назад к двери, планируя отступление.

– Успокойся Александр, – почти по слогам ответил Анжей, – Того требовала ситуация. Как ещё, по-твоему, я должен был её обезвредить?

– Обезвредить?

Алекс выплюнул это слово Анжею в лицо.

– Обезвредить эту сорокакилограммовую измученную женщину? Которая спасла мне жизнь? Да пошёл ты, ублюдок! – рявкнул Иной и молниеносно набросился на вожака с кулаками, сшибая его на пол силой своего веса.

Град сильнейших ударов в тот же миг поразили голову и тело Анжея. Александр с профессиональной точностью обрушил на главаря общины свинцовую мощь.

– Алекс, пожалуйста, не надо! – закричала Ангелина, в ужасе прижимая ледяные руки к лицу.

Несколько женщин тут же подскочили к ней и взяв за руки, увели подальше от двери. В эту же секунду рядом грохнулся большой дубовый стул. От него сразу отлетела тяжёлая ножка и упала прямо рядом с камином. Оцепенев, Ангелина опустила глаза. Александр наносил Анжею удары изо всех сил, демонстрируя прекрасную подготовку и многолетний опыт боёв. Вожак тоже несколько раз сильно и прицельно вбил в Александра свой тяжелый кулак. Мужчины катались по полу, словно взбесившиеся звери. От них в разные стороны летели куски разорванной одежды, а всю эту возню сопровождали негромкие стоны и возгласы скандирующих рядом соплеменников, которые даже не пытались растащить дерущихся по углам.

– Алекс, – прошептала Ангелина, пребывая в состоянии шока. Но он её не слышал.

– Видишь, как быстро ты внесла раздор в наш дом, – услышала Ангелина знакомый голос и обернулась, – на неё осуждающе смотрела недавняя знакомая из лазарета, – Именно поэтому так важно слушаться мужчин. Из-за женщин всегда происходит какая-то сумятица.

– Что теперь с ним будет? – дрожащим голосом спросила Ангелина и вновь повернулась на шум. На этот раз Александр оказался верхом на Анжее и методично разрушал его череп своими кулаками.

– Святые Небеса, что же теперь будет… – ахнула Ангелина.

Она совершенно не хотела, чтоб Алекс кого-нибудь убил.

– Да ничего не будет, – махнула рукой женщина, – Подерутся, потом напьются и успокоятся. Ты думаешь, это в первый раз? Алекс точно так же отстаивал интересы Морганы.

– Кого? – не поняла Ангелина, решив, что ослушалась.

– Своей женщины, – мрачно сообщили ей шепотом.

– Какой женщины? – глупо захлопала Ангелина глазами, всё еще не понимая, что речь идет об Алексе.

– И Рея, его сына, – со значением добавила третья и посмотрела на Ангелину с искренним сожалением.

– Сына?

Ангелина продолжала ничего не соображать. Она очнулась в тот самый момент, когда шум вокруг прекратился и сидящие за столом мужчины громко начали скандировать имя Алекса. Судя по всему, эта незапланированная потасовка их порядком развеселила. Ангелина взглянула на своего победителя. Тот поднялся на ноги, перепачканный в крови своего обидчика и тяжело дышал. Его мощная грудь опасно вздымалась. Александр поднял свои глаза и внимательно посмотрел на Ангелину. В его взгляде было столько печали и тоски, что девушка невольно вздрогнула.

– Ладно, ладно, ладно, – пыхтел и отряхивался Анжей, подымаясь с колен, – Будем считать, что ты заслужил своё право общаться с этой самкой, Алекс. Но имей в виду, я от своих слов не отказываюсь. Увижу твои шуры-муры, увезу её подальше.

– Понял, – буркнул Александр, всё еще продолжая откровенно пялиться на Ангелину.

Он сразу отметил, будто что-то в её глазах переменилось. Теперь, к обожанию и нежности добавились недоверие, обида, и злость. Иной успел неплохо изучить Ангелину. Своим многозначительным взглядом она будто рисовала, как на холсте, истинное положение вещей. Девушка была не из тех, кто способен долго таить в себе беспокойство или скрывать мучавшие её вопросы. Вот и сейчас она застыла, как тонкое дерево с вопросительным и гневным выражением лица, а через секунду вообще отвернулась от Александра в другую сторону, демонстративно подняв подбородок.

– Ну, приехали… – пробормотал тот, прекрасно понимая, что ничего хорошего ему уже не светит. И судя по всему, старый добрый примирительный секс тоже придётся отложить.

Мужчины поднялись со своих мест, и со смаком обсуждая недавнюю драку, направились по домам. С ужином было покончено. Женщины тут же принялись убирать еду и вытирать со столов. Ангелина не стала им помогать, просто стояла возле камина и переминалась с ноги на ногу. Словно защищаясь, она обняла себя руками и бессмысленным взором осматривала помещение вокруг. Анжей хмуро поглядывал на неё, потирая ушибленные места. Губа его была разбита, а из носа тонкой струйкой сочилась тёплая кровь. Алекс помог ему подняться с пола и доброжелательно хлопнул главаря по плечу. Обнажая кулаки, как собственную душу, они полностью лишили друг друга взаимных претензий и недомолвок. Александр прекрасно знал, что выбил для Ангелины лучшую долю в их обособленной деревне. Теперь хотя бы, каждый из присутствующих бойцов хорошо подумает, прежде чем покушаться на его собственность.

– Пойдём, – хрипло сказал он, подойдя к Ангелине вплотную.

Она почувствовала горячее дыхание, коснувшееся её обветренного лица. Тело девушки тут же завибрировало от звуков чувственного знакомого голоса. Они молча смотрели друг другу в глаза, не двигаясь с места. Александр прекрасно знал, что пока она сама не захочет, то ничего ему не скажет.

– Пойдём… – повторил он холодно, хотя сердце его таяло, как лёд на сковородке.

– Куда? – услышал он тонкий уставший голос.

Он проник в его душу и зацепился за её тонкие струны. У Александра сразу сжалось всё внутри. И какого черта она постоянно вытаскивает из него всё то, что он с такой радостью запихнул бы обратно? К чему эти слюни и сопли? Анжей прав, он скоро сам превратиться в женщину. В большую и страшную женщину.